Контент-платформа Pandia.ru:     2 872 000 материалов , 128 197 пользователей.     Регистрация


О кодификации (систематизации) международного права и ее влиянии на законодательство Российской Федерации

 просмотров

Доктор юридических наук, профессор Ромашев Ю. С.

О кодификации (систематизации) международного права и ее влиянии на законодательство Российской Федерации

Современный мир представляет сложную динамично развивающую систему. Государства сотрудничают и противоборствуют друг с другом в политической, экономической, военной, культурной и иных сферах. Однако во взаимоотношениях государств все же большее место занимает их сотрудничество, которое не может прогрессивно развиваться без соответствующих регуляторов, важное место среди которых принадлежит международному праву. Оно является неотъемлемой составной частью правовой системы любого государства.

Международное право все больше вторгается в нашу жизнь. Число международных договоров стремительно растет. Они охватывают самые различные сферы жизнедеятельности человечества от исследования и разработки морского дна до освоения космического пространства. На пороге нового тысячелетия международное право является приматом в международных отношениях.

Одним из наиболее важных способов повышения эффективности международного права в эпоху глобализации является его кодификация. Она приводит не только к упорядочению норм международного права, повышению эффективности международно-правового регулирования, но и воздействует на развитие законодательств государств, способствует их большей системности и единообразию. Кодифицированы такие древнейшие отрасли, как дипломатическое, консульское и морское право, право международных договоров и международное гуманитарное право. В основу дальнейшего международного нормотворчества, развития других отраслей международного права также положен процесс его кодификации и прогрессивного развития.

Процесс кодификации тесно связан с глубокими научными исследованиями. Данный вопрос имеет принципиальное значение для мирового сообщества. Кодификация становится все более наукоемкой, а в ходе его необходимо решать все более сложные вопросы. Это требует фундамен­тальных теоретических знаний и способности к научному анализу. Не случайно значительное число членов Комиссии международного права обладают научными званиями, а большинство специальных докладчиков по наиболее сложным темам являются университетскими профессорами[1].

В ходе кодификации необходимо проанализировать огромный массив норм, вычленить из него только действующие нормы, отвечающие потребностям современного развития. В 1930-е года прошлого столетия в связи с попытками кодификации в рамках Лиги Наций появились первые монографические исследования по кодификации. К сожалению, следует констатировать тот факт, что в настоящее время данному вопросу в российской международно-правовой науке по-прежнему уделяется не так много внимания. Данную проблему исследовали К. А. Бекяшев, Г. В. Игнатенко, В. М. Корецкий, И. И. Лукашук, А. П. Мовчан и др. Зарубежные исследования также немногочисленны.

Идея кодификации норм международного права возникла еще в конце 18 века. Государства были обеспокоены обилием находящихся в различных международных документах норм международного права, а также множеством обычных норм, имеющих неточные формулировки. Это приводило к сложностям применения норм международного права на практике. Кроме того формулировки норм по одному и тому же предмету регулирования порой не совпадали, возникали коллизии при их применении. В тот же период активизировалось рассмотрение дел в международных судах, и возникла потребность в «установленных и одобренных государствами нормах, чтобы тем самым стимулировать их готовность пере­давать свои споры на судебное разрешение»[2]. Все это дало толчок к активизации усилий мирового сообщества по кодификации международного права. В настоящее время кодификация является обычным, положительно зарекомендовавшим себя средством международного нормотворчества государств. Большое внимание кодификации стало уделяться в ходе работы международных организаций и международных научных форумов[3].

Многие ученые сходятся к общему пониманию кодификации международного права, считая, что – это систематизация норм международного права, сведение их в единые международные договоры, как правило, универсального характера. Кодификация вообще, и международного права в частности, по их мнению, имеет целью уточнение действующих норм права; устранение устаревших правил; выяснение неопределенных, разрешение про­тиворечивых и сведение действующих норм в систему. При этом большинство международников также отмечают, что кодификация неразрывно связана с прогрессивным развитием международного права.

Следует обратить внимание, что в доктрине международного права его кодификация нередко рассматривается как самостоятельное понятие, отличное от прогрессивного развития международного права, или же кодификация включает в себя второе направление. Поэтому можно встретить следующее понимание кодификации.

Д. А. Керимов отмечает, что «в процессе кодификации заново пересматриваются все действующие правовые нормы, отменяются устаревшие, создаются новые правовые нормы, восполняющие пробелы в законодательстве, уст­раняются несогласованности, неоправданные повторения и противоречия между отдельными правовыми предписа­ниями, объединяются и укрупняются связанные между собою правовые акты»[4].

По мнению И. И. Лукашука, процесс кодификации опирается на накопленный опыт. Вместе с тем, в условиях интенсификации исторического развития все больше внимания должно уделяться будущему, а это означает, что успех коди­фикации в немалой степени зависит от определения тенденций развития международного права[5]. И. И. Лукашук понимал под кодификацией – процесс систематизации действующих норм, уст­раняющий противоречия, восполняющий пробелы, заменяющий устарев­шие нормы новыми[6].

А. П. Мовчан рассматривал процесс кодификации и прогрессивного разви­тия международного права как систематизацию и совершенствование принципов и норм общего международного права, осуществляемых путем: установ­ления точного содержания и четкого формулирования уже издав­на действующих (обычных или договорно-правовых) принципов и норм международного права в той или иной сфере отношений между государствами; изменения или пересмотра устаревших норм; разработки новых принципов и норм с учетом науч­но-технического прогресса и актуальных потребностей междуна­родных отношений; закрепления в согласованном виде всех этих принципов и норм в едином международно-правовом акте (конвенции, договоре, соглашении)[7]. Прогрессив­ное развитие международного права, по его мнению, включает в себя идею пересмотра и обновления международно-правовых норм[8].

А. П. Мовчан также отмечал, что в современной теории и практике международного права уже сложилось широкое понима­ние кодификации международного права, отражающее ее сущность и назначение. Согласно этому пониманию кодификация международного права представляет собой систематизацию и усовершенствование норм общего меж­дународного права, осуществляемые путем установле­ния и точного формулирования содержания действующих норм, пересмотра устаревших норм и разработки новых норм с учетом потребностей развития международных отношений и закрепления в едином внутренне согласо­ванном порядке этих норм в международно-правовом ак­те, который призван с возможно большей полнотой регу­лировать определенную область международных отноше­ний в интересах обеспечения миролюбивых отношений и сотрудничества между государствами независимо от раз­личий в их общественном строе[9].

Г. В. Игнатенко оценивает кодификацию – как официальную систематизацию действую­щих международно-правовых норм и разработку новых норм в соответствии с предметом регулирования с целью создания внутренне согласованных крупных правовых актов или их ком­плексов. Задачи кодификации: приведение действующего между­народного права в соответствие с потребностями данного пе­риода развития общественных отношений; дополнение его новыми правовыми нормами, потребность в которых назрела; исключение устаревших норм и устранение противоречий между отдельными нормами; объединение норм данной сфе­ры (отрасли, института) в системный нормативный комплекс. Кодификация неизбежно сопровождается нормотворчест­вом, т. е. прогрессивным развитием международного права[10].

К. А. Бекяшев утверждает, что кодификация международного права – это усовершен­ствование и прогрессивное развитие действующих принципов и норм международного права путем приведения их в определенный порядок. В результате кодификации уточняются и изменяют­ся действующие нормы международного права, а также разрабаты­ваются новые нормы.

Есть и такая точка зрения авторов учебника международного права, согласно которой под кодификацией международного права понимается систе­матизация международно-правовых норм, осуществляемая субъек­тами международного права. Кодификация предполагает не только приведение в единую систему действующих международно-правовых норм, но и более точную их формулировку, отражение в договорной форме международных обычаев[11].

В Курсе международного права говорится о том, что «главное назначение прогрессивного развития международного права заклю­чаемся в пересмотре существующих норм и в формули­ровании новых, соответствующих уровню правосознания народов данной исторической эпохи, правил поведения участников международного общения». По мнению авторов этой работы, сущность кодификации международного права сос­тоит в усовершенствовании действующих норм, которое означает приведение их в определенную систему на ос­нове единых принципов[12]. Данную точку зрения поддерживают многие ученые. Под кодификацией они понимают такую систематизацию право­вых норм, которая направлена к обеспечению их единства на основе общих принципов.

Неизбежность связи кодификации и прогрессивного развития издавна подчеркивается авторитетными зарубежными специалистами. Так, в Словаре международно-правовой терминологии Ж. Бадеван дал следующее определение: "Кодификация понимается как включающая не только декларирование существующего права, но и его развитие, совершенст­вование, реформирование, модификацию и расширение в соответствии с потребностями международных отношений"[13].

Английский юрист Брирли считает, что термин «кодификация» имеет по меньшей мере два различных значения: 1) процесс преобразования обычного права и норм, вытекающих из судебных ре­шений, в законы или конвенции, с незначительным изменением или без всякого изменения права; 2) процесс обеспечения, путем общих конвенций, возможности соглашений между государствами по определенным вопросам международного права, причем эти конвенции базируются на существующем – обычном и конвенционном между­народном праве, но измененном таким образом, чтобы примирить противоречивые точки зрения и сделать соглашение возможным[14].

В подготовленном Секретариатом ООН Обзоре международного права говорится, что процесс кодификации, означающий в самом широком смысле средство, при помощи которого существующее право приспосабливается к изменяющимся потребностям[15]..

Таким образом, кодификация и прогрессивное развитие в науке международного права представляют двуединый процесс, который призван содействовать адаптации международного права к новым условиям. Поэтому можно дать общее определение кодификации международного права, отражающее его суть.

Кодификация международного права – это систематизация существующих норм международного права, призванных регулировать современные межгосударственные отношения. Этот процесс сопровождается прогрессивным развитием международного права, разработкой для указанных целей новых норм международного права.

Вопрос оформления результатов деятельности в области кодификации и прогрессивного развития международного права приобрел большую актуальность. Потребность поисков новых форм кодификации и прогрессивного развития международного права активно обсуждается на международном и внутригосударственном уровнях.

В то время как законодательство отдельных государств собрано и систематизировано в различных кодексах (гражданских, уголовных и др.), общего, одобренного всеми государствами кодекса международного права не существует. Однако большинство ученых высказывается за полезность и возможность кодификации в той или иной степени норм международного права. По их мнению, с точки зрения объема кодификация в области международ­ного права возможна в двух вариантах: кодификация в широком смысле – издание общего кодекса, которым были бы охвачены все основные вопросы между­народного права и которым могли бы руководствоваться все государства; кодификация в узком смысле, то есть отдельных вопросов международного права[16].

Большинство ученых сходятся к общему пониманию кодификации международного права, считая, что – это сведение норм в единые международные договоры, как правило, универсального характера. При этом, учитывая практику международного правотворчества, они выделяют и другие формы кодификации.

По мнению профессора Г. В. Игнатенко, результатом кодификации является один или комплекс ко­дификационных актов, наиболее подходящей формой которых является договор как явно выраженное соглашение (Женевские конвенции о защите жертв войны, Конвенция ООН по морскому праву и др.). При этом, кодификационный акт не является автоматически обяза­тельным, так как в нем содержатся уже действующие и, следо­вательно, обязательные нормы права. Необходимо согласие го­сударств на его обязательность посредством ратификации или в иной форме. Это объясняется рядом причин: 1) круг участни­ков прежде действовавших норм вследствие их закрепления последних в кодификационном акте может измениться (для государств, не участвующих в кодификационном акте, они эти нормы остаются обычны­ми, для других становятся обычно-договорными, для треть­их – только договорными, поскольку в качестве обычных они такие государства их не признавали); 2) кодификационный акт неизбежно вклю­чает новые нормы; некоторые ранее действовавшие могут быть существенно изменены; 3) четко выраженное согласие необхо­димо во избежание неопределенности и возникновения споров в процессе реализации[17].

К сожалению, не все междугородные договоры, даже универсального характера, становятся юридически обязательными для государств. Одни просто не вступают в силу, не набрав необходимое количество ратификаций. К числу таких международных договоров относится, например, Венская конвенция о правопреемстве государств в отношении государственной собственности, государственных архивов и государственных долгов 1983 года, не набравшая необходимого количества ратификаций. Во многих универсальных международных договорах государства, просто, не участвуют. Причины здесь могут быть самого различного характера – политические, организационные и др.

Нередко государства подписывают тот или иной международный договор, преследуя политические цели, чтобы показать свою прогрессивную внутреннюю и внешнюю политику, что они «идут в ногу со временем». Однако, когда встает вопрос о ратификации, то государства, начинают более детально осмысливать подписанные ими договоры, просчитывать политические и материальные последствия признания таких договоров юридически обязательными для себя.

Следует заметить, что в отношении отдельных договоров, принятых на соответствующих международных конференциях, многие государства голосуют нередко и против. Таким образом, они хотят показать свое несогласие с отдельными положениями международного договора или с договором, в целом. Как известно, результаты такого голосования не влекут юридических последствий.

Организационные проблемы могут быть самыми разноплановыми. Иногда и специалистам в области права, привлекаемыми государствами для экспертизы подлежащих дальнейшей ратификации договоров, довольно трудно разобраться с большим комплексом предлагаемых норм. Так, профессор Афинского университета К. Еустатиадес пишет, что "причины нератификации могут также быть техничес­кими и административными: отсутствие специалистов, ... недостаточные знания представителей на кодификационных конференциях, недостаток квалифицированных переводчиков и, в некоторых случаях, отсутствие четкого представления о цели ожидающих ратификации договоров"[18].

Какова же роль не вступивших в силу международных договоров для кодификации и прогрессивного развития права? Да не все положения таких договоров могут быть приемлемы для государств или их части. В то же время текст договоров готовят наиболее квалифицированные специалисты по международному праву. Они анализируют при этом как международную, так и национальную практику государств, их законодательство. Поэтому в таких, даже не вступивших в силу международных договорах могут содержаться правила, которые государства признают приемлемыми для применения на внутригосударственном и международном уровнях. Во многих из нератифицированных международных договоров содержатся обычные нормы международного права. Этому свидетельствуют многочисленные примеры.

Так, Арбитражная комиссия Международной конференции по бывшей Югославии широко использовала содержание Венских конвенций о правопреемстве, квалифицируя многие их положения как выражение обычного права. В решении Международного Суда ООН по делам о континентальном шельфе Северного моря 1969 г. говорится: "То обстоятельство, что нератификация может иногда объясняться факторами, иными, чем активное неодобрение соответст­вующей конвенции, едва ли может служить основанием для предполо­жения о позитивном принятии ее принципов...". Тем не менее, Суд не раз использовал не вступившие в силу конвенции как доказательство существования обычных норм международного права. В Консультативном заключении о Намибии 1971 г. Данный Суд сослался на Венскую конвенцию о праве международных договоров 1969 г., которая в то время еще не вступила в силу. По мнению Суда содержа­щаяся в Конвенции норма, "касающаяся прекращения договорных отношений в результате нарушения (принятая без голосов против) может во многих отношениях рассматриваться как кодификация существую­щего обычного права по этому вопросу". В других случаях Суд рассматривал проект конвенции как инстру­мент формирования норм общего обычного права. В решении по спору между Тунисом и Ливией о континентальном шельфе говорится, что Суд не может игнорировать любое положение проекта Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., "если он пришел к заключению, что содержание этого положения обязательно для всех членов международного сооб­щества, поскольку оно воплощает или кристаллизует уже существую­щую или формирующуюся норму обычного права". Суд подчеркивает значение процесса превращения конвенционных норм в обычные нормы общего международного прав в современном механизме развития этого права. В решении о континентальном шельфе Северного моря Суд заявил, что этот процесс является "одним из признанных методов, при помощи которых новые нормы обычного международного права могут создаваться". Они становятся обязатель­ными "даже для стран, которые никогда не были и не стали сторонами" в результате отсутствия протеста с их стороны (opinio juris)[19].

Г. В. Игнатенко считает, что кодификационным актом может быть также акт между­народной организации[20]. И с его мнением можно согласиться.

В настоящее время, наряду с универсальными международными договорами, возрастает роль других международных документов, нередко носящих рекомендательный характер, в которых содержатся кодифицированные обычные и договорные нормы международного права. К их числу можно отнести многочисленные документы (кодексы поведения, руководящие начала, типовые соглашения, модельные законы, декларации принципов и т. п.), содержащиеся в резолюциях ООН и других международных организаций. Нередко положения таких документов называют международными стандартами – образцами поведения в той или иной сфере. Они охватывают такие области международного права, как: международное воздушное, морское, правоохранительное право, право прав человека и т. п.

Довольно часто данные стандарты еще не нашли закрепления в универсальных международных договорах и международных обычаях и отражают лишь практику, которая сложилась на внутригосударственном уровне или в рамках международного сотрудничества. В большинстве случаев такая практика еще не является всеобщей и общепризнанной, однако международные организации рекомендуют ее правительствам государств для применения. Не исключено, что такая практика в дальнейшем может стать всеобщей и признаваться в качестве правовой нормы.

Так, например, все государства сотрудничают в установлении единообразных правил, стандартов, процедур и организации, касающихся воздушный судов, персонала, воздушных трасс и вспомогательных служб. Это касается всех вопросов, в которых такое единообразие будет содействовать повышению эффективности аэронавигации. В связи с этим, большую роль в международном воздушном праве играют принимаемые или одобряемые Советом Международной организации гражданской авиации (ИКАО) стандарты, реко­мендуемая практика и процедуры, известные как "международные авиационные регламенты". В частности, документы их содержащие касаются: систем связи и аэронавигационных средств, включая наземную маркировку; характеристик аэропортов и посадочных площадок; правил полетов и практики управления воздушным движением; присвоения квалификации летному и техническому персоналу; годности воздушных судов к полетам; регистрации и идентификации воздушных судов; сбора метеорологической информации и обмена ею; бортовых журналов; аэронавигационных карт и схем; таможенных и иммиграционных процедур и т. д. Стандарты, реко­мендуемая практика и процедуры ИКАО закреплены в 18 приложе­ниях к Чикагской конвенции 1944 года и ряде других документах ИКАО. Они содержат правила, как правило, имеющие рекомендательный характер.

В формировании международных стандартов в области защиты прав человека большое значение сыграла Всеобщая декларация прав человека 1948 г. Несмотря на то, что эта декларация носит рекомендательный характер, многие ее положения стали общепризнанными и нашли отражение как в международном праве, так и законодательстве большинства государств, легли в основу их конституций, в том числе и Конституции Российской Федерации. В частности, Международный пакт о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.) в договорном порядке подтвердил основные положения, предусмотренные данной Декларацией.

С развитием стандартов в области защиты прав человека тесно связаны международные стандарты в интересах осуществления правосудия. Они представляют собой правила поведения, используемые в деятельности национальных и международных судебных органов, в том числе затрагивают организацию деятельности этих органов. Вместе с тем, в правовой доктрине сложилась точка зрения, согласно которой правосудие в области борьбы с преступностью это понятие более широкое, нежели правосудие в качестве специфического вида государственной или международной деятельности, осуществляемой только судом при рассмотрении уголовных дел. В широком смысле под органами правосудия понимается деятельность не только судебных органов, но и органов, непосредственной задачей которых служит обеспечение осуществления правосудия. К ним относятся органы, осуществляющие дознание, предварительное следствие, прокурорский надзор, исполнение приговоров и решений. Поэтому наряду с международными стандартами, используемыми при осуществлении уголовного судопроизводства, в международном праве кодифицированы нормы-стандарты, которые направлены на обеспечение осуществления непосредственно правосудия, сопутствуют ему (вопросы выдачи и передачи лиц, совершивших или подозреваемых в осуществлении преступлений, обращения с заключенными и др.).

Международные стандарты в интересах осуществления правосудия можно подразделить на стандарты, которые являются таковыми для национальных правовых систем и которые складываются в рамках международного сотрудничества. Хотя следует отметить, что стандарты этих двух уровней имеют много общего. Так, вторые нередко базируются на первых, содержат общие принципы национального права в данной области. В то же время международные стандарты оказывают воздействие на законодательство тех стран, которое им не соответствует. Здесь следует обратить внимание, что в связи с влиянием законодательства государств на формирование международных стандартов следует обратить внимание на обозначение данной тенденции в кодификации на международном уровне. В указанных и других международных документах кодифицируются не только имеющие место договорные и обычные нормы международного права, но и систематизируются нормы законодательства государства, которые в результате всеобщей практики могут стать обычными нормами и являться обязательными для всех государств и тем самым оказать обратное воздействие на развитие их законодательства, его кодификацию в определенных областях.

Одним из важных элементов сотрудничества государств в борьбе с преступностью является выдача лиц, совершивших или подозреваемых в совершении преступлений в иностранном государстве. Эта выдача осуществляется в целях судебного преследования за преступление, которое ее может повлечь, либо для вынесения или исполнения приговора суда в связи с таким преступлением. Договорная практика государств в данном вопросе довольно обширная. Наряду с этим действуют обычные нормы международного права, регламентирующие отдельные вопросы выдачи. Можно утверждать, что в этой области сформировались определенные стандарты, которым государства следуют в рамках международного сотрудничества. Положения о выдаче лиц содержатся практически во всех договорах по борьбе с преступностью. Нормы, кодифицированные в данной области, в частности, нашли отражение в "Типовом договор о выдаче", содержащемся в Резолюции 45/116 Генеральной Ассамблеи ООН от 01.01.01 года. Данный документ носит рекомендательный характер и предназначен для оказания помощи государствам, заинтересованным в проведении переговоров и заключении двусторонних соглашений в вопросах выдачи лиц.

Мировое сообщество также пытается разработать ориентиры в области обращения с заключенными. Такие правила не имеют целью подробное описание образцовой системы пенитенциарных заведений. Они предназначены лишь для того, чтобы предложить государствам стандарты, которые обычно считаются правильными с принципиальной и практической точек зрения в области обращения с заключенными и управления пенитенциарными заведениями. На первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 30 августа 1955 г. были приняты Минимальные стандартные правила обращения с заключенными. Эти Правила касаются управления пенитенциарными заведениями и положения заключенных. В этом документе в кодифицированном виде нашли отражение как формирующиеся, так и сложившиеся обычные нормы международного права, основанные на всеобщей практике государств. В свою очередь они оказали существенно влияние на кодификацию на национальном уровне. Однако, тем не менее, на пути осуществления этих правил на практике все еще существуют препятствия различного рода, что находит отражение в периодических докладах ООН об их реализации. В связи с этим Экономическим и Социальным Советом ООН была принята резолюция 1984/47 "Процедуры эффективного выполнения минимальных стандартных правил, касающихся обращения с заключенными"[21].

На международной арене предприняты большие усилия по формированию стандартов поведения лиц, ответственных за поддержание правопорядка. Международные договоры по данному вопросу еще отсутствуют и такие правила пока можно найти в документах международных межправительственных организаций, которые отражают законодательство государств, в том числе и их кодифицированные нормативные правовые акты. Такие международные документы содержат рекомендательные положения рекомендательного характера, иногда даже нравственного плана. В частности, резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 34/169 от 01.01.01 года был принят Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка[22], который содержит свод основных правил, которые должны выполнять данные лица.

С предыдущим вопросом тесно связан порядок применения силы и оружия с правоохранительными целями, который обычно регулируется национальным законодательством. Однако на международном уровне в данной области предпринимаются шаги по разработке общих стандартов и правил, которые государствам рекомендуется учитывать при совершенствовании своего законодательства. Такие стандарты нашли отражение в Основных принципах применения силы и огнестрельного оружия должностными лицами по поддержанию правопорядка, принятых на Восьмом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушениями, который состоялся в Гаване (27 августа7 сентября 1990 года). Основные принципы носят рекомендательный характер и разработаны с целью оказания помощи государствам-членам ООН в вопросах поддержания правопорядка. Они должны приниматься во внимание правительствами при развитии национального законодательства и учитываться в их практике.

К сожалению, следует отметить, что в законодательстве Российской Федерации, в вопросе применения огнестрельного оружия в интересах поддержания правопорядка, отсутствует стройная и целостная система норм. Они, как правило, разбросаны по разным законам и иным нормативным правовым актам. Так, например, в настоящее время положения о применении огнестрельного оружия находят более или менее широкое отражение в 23 законах, 27 постановлениях Правительства Российской Федерации и ряде других нормативных правовых актах. Отсутствует базовый закон, в котором были бы кодифицированы нормы законодательства по данному вопросу, а также нашли отражение соответствующие международные стандарты.

В практике деятельности СНГ получили распространение, так называемые модельные законы, например в области борьбы с терроризмом. Свод правил, содержащихся в этих документах, являются стандартами, образцами для развития законодательств государств.

На практике выделяют и другой способ систематизации норм международного права – инкорпорацию, т. е. собирание в определенном порядке (предметном, хроноло­гическом) действующих нормативно-правовых актов и их изда­ние в виде сборников[23]. Однако к кодификации норм международного права она не имеет прямого отношения, но в то же время такая систематизация способствует ей.

Таким образом, кодификационный кодифицируемый акт представляет собой единый офици­альный международных документ либо комплекс взаимосвязанных и согласованных доку­ментов, определенным образом признанных государствами или другими субъектами международного права.

Как известно, выделяют два вида кодификации международного права – официальную и неофициальную. Неофициальную кодификацию можно считать одним из этапов официальной кодификации. Тем более неофициальная кодификация лежала у истоков кодификации международного права, составляет ее научную основу, а поэтому ее следует рассмотреть в первую очередь.

Неофициальной кодификацией занимаются, как правило, видные ученые – наиболее квалифицированные специалисты по международному праву, общественные организации, представленные как международными, так и национальными неправительственными организациями. Данная работа выражается, чаще всего, в форме разработки проектов международных договоров, судьбу которых должны решить уже субъекты международного права.

Первые предложения о неофициальной кодификации всего международного права, обычно приписывают Иеремию Бентаму (Англия), предложившему ее в конце 18 века. Однако он затронул вопрос кодификации не существующего позитивного международного права, а выдви­нул мысль о некоем утопическом международном праве, кото­рое могло бы явиться основой вечного мира между цивилизо­ванными государствами[24].

Однако попытки кодификации международно-правовых норм производились в то же время и другими лицами. Так, например, в 1792 г. французский конвент постановил издать Декларацию прав народов. Эту работу выполнял аббат Грегуар. Декларация должна была включать 21 статью и содержала лишь принципы данного вопроса. Однако проект данного документа не был принят указанным органом.

В 1861 г. усилия по кодификации были предприняты австрийским юристом Домин-Петрущевичем. Им был опубликован Краткий кодекс международного права.

В 1863 г. профессор Колумбийского колледжа в Нью-Йорке составил про­ект «Законов войны». Данный документ в виде сборника норм, опубликованных Соединенными Шта­тами во время гражданской войны, предназначался как руководство для вооруженных сил.

Известный швейцар­ский ученый международник Блюнчли в 1868 г. издал работу «Современное международное право цивилизованных государств», переведенную на ряд языков, в том числе и русский. Работа была представлена в виде кодекса.

Вопрос о необходимости кодификации международного права поднимался в работе «О призвании нашего века к реформе и кодификации международного права», опубликованной известным итальянским политиком и юристом Манчини в 1872 г. В этом же году в Нью-Йорке вышли в свет научный труд Дедлея Фильда "Основы проекта международного кодекса». В 1887 г. Леоне Леви опубликовал работу «Международное право с материалами для Кодекса международного права». В 1890 г. итальянский юрист Фиоре – «Кодифи­цированное международное право и его юридическая санкция». В 1906 г. Е. Дгоплесси представил свой «Проект установления власти национальной, законодательной, админи­стративной, судебной: проект кодекса публичного международного права».

Общественные организации также активно подключились к процессу неофициальной кодификации. Так в 1873 г. в Генте (Бельгия) был образован Институт международного права, представляющий объединение юристов различных государств. Они разработали ряд проектов международных договоров, охватывающих различные области международного права. В 1880 г. Институт международ­ного права издал свой Сборник законов сухо­путной войны. В 1913 г. этот институт опубликовал Справочник по морской войне.

В 1873 г. была создана учреждена Ассо­циация для реформы и кодификации международного права. Эта организация действует и в настоящее время под новым наименованием – Ассоциацией международного права (штаб-квартира находится в Лондоне).

В 1880 г. в Санкт-Петербурге было создано Общество меж­дународного права. Его деятельность была направлена на создание благоприятных условий кодификации принципов международного права.

В Вашингтоне в 1912 г. был создан Американский институт международного права.

В целях оказания помощи в изучении междуна­родного права и его кодификации в 1957 г. в СССР была образована Советская ассоциация международного права, ныне Ассоциация международного права Российской Федерации.

В неофициальной кодификации большую работу проводят Международный институт космического права, Международ­ный морской комитет. Междуна­родный комитет Красного Креста – подготовил проекты кодифика­ции норм гуманитарного права. В дальнейшем на их основе были приняты четыре женевские конвен­ции 1949 г. о защите жертв войны и два Дополнительных протокола к ним 1977 г.

И в настоящее время растет значение неофициальной и особенно доктринальной кодифи­кации. Велика роль международных неправительственных организаций в кодификации права окружающей среды и других отраслей международного права. Их представители довольно часто участвуют в работе международных конференций, где нередко разрабатываются и принимаются документы, содержащие кодифицированные нормы.

Официальная кодификация – осуществляется субъектами международного права – действующими лицами на международной арене и способными создавать нормы международного права. Кроме того, их правосубъектность определяется также такими признаками как: возникновение только в соответствии с международным правом; наличие международных прав и обязанностей; способность нести ответственность в случае нарушения обязательных для них норм международного права; способность действовать на международной арене от собственного имени и рядом других признаков, которые в различной мере находят отражение в доктрине международного права.

К числу субъектов международного права, наиболее активно участвующих в его кодификации, можно отнести государства и международные межправительственные организации. Более редко в ней принимают участие государствоподобные образования (Ватикан) и народы, борющиеся за самоопределение (палестинский народ и др.). Как, правило, их представительство в международных организациях, под эгидой которых нередко осуществляется кодификация, выражается в качестве участия наблюдателей.

Первые попытки осуществления официальной кодификации были предприняты при подписании Парижского договора на Венском конгрессе ( гг.). Кроме того, на конгрессе были утверждены положения, регламентирующие режим международных рек, ранги дипломатических агентов, а также нормы, запрещающие работорговлю и касающиеся нейтралитета.

Парижский мирный конгресс (1856 г.) продолжил процесс кодификации норм, касающихся гуманизации правил ведения морской войны, в частности по запрете каперства, о нейтрализации Черного моря.

Реальные шаги по официальной кодификации были предприняты российским правительством. Так, в 1874 г. по инициативе русского императора Александра II в Брюсселе была созвана ме­ждународная конференция. На ней обсуждался проект кодекса международного права о ведении сухопутной войны. Юристы, дипломаты и военные, в качестве делегатов приглашенных государств, одобрили Положение из 60 статей, известное под названием Брюссельской декларации, но эти статьи так и никогда не были ратифицированы государствами[25].

Необходимость упорядочения правового регулирования ведения сухопутной и морской войн привели к необходимости созыва крупномасштабных международных мероприятий. Так в 1899 году в Гааге была созвана Первая конференция мира. Считается, что инициатором ее созыва стал российский император Николай II. На данной конференции были приняты конвенции, по-настоящему являющиеся международными кодексами, например такие как Конвенция о мирном раз­решении международных споров и Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны.

Положения Конвенции о мирном раз­решении международных споров и поныне имеют большое значение для международных отношений, разрешения споров в международных судах. Они фигурирует, а частности в ряде решений Постоянной палаты третейского суда.

Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны была дополнена и несколько изменена на Второй Конференции мира, которая состоялась в 1907 году также в Гааге. На этой конференции также была предпринята дальнейшая крупномасштабная кодификация норм международного права в области права вооруженных конфликтов и были приняты 13 конвенций. Отдельные конвенции стали кодификацией отдельных институтов международного морского права.

Кодификация ряда областей международного права, осуществленная на конференциях мира, показала необходимость и возможность ее осуществления в широких масштабах и явилась знаменательным событием в развитии международного права.

После первой мировой войны кодификация международного права продолжилась. Был заключен широкий спектр конвенций в области права вооруженных конфликтов, регламентирующих обращение с раненными и военнопленными, запрещения отравляющих и удушающих газов, мирного разрешения споров, воздухоплавания и морского судоходства, а также в экономической сфере.

Важную роль в выяснении взглядов правительств на международное право и в согласовании их позиций играют универсальные международные организации и международные конференции. С их помощью вырабатывается общий подход. Все это сказывается как на кодификации и развитии международного права, так и на применении его норм. Эти организации позволяют всем государствам участвовать в формировании и развитии международно-правового сознания и соответствующих норм. Правда, реальное влияние государств на этот процесс различно[26].

Примечательным событием стала кодификация, осуществляемая Международной организацией труда (МОТ). По-сути этой организацией началась крупномасштабная кодификация норм в области защиты трудовых прав граждан, которая продолжается и поныне. Эти нормы положены в основу трудового законодательства государств, в том числе и Трудового кодекса Российской Федерации от 01.01.01 г.

Большой вклад в данной области внесен Лигой наций, являющейся универсальной международной организацией. Именно она приступила к систематической деятельности по кодификации международного права.

В процессе официальной кодификации важное место занимают органы, специально созданные для содействия этой деятельности. Правотворческий процесс во многом зависят от наличия таких органов, готовящих проекты международных договоров. В рамках Лиги наций активную роль в этом вопросе сыграли рекомендации Комитета экспертов для прогрессивной ко­дификации международного права, состоявшего из 17 членов. В качестве первоочередных направлений кодификации этим органом были выбраны: гражданство, тер­риториальные воды, ответственность государств за ущерб, причиненный на их территории личности или собственности иностранцев, дипломатические привилегии и иммунитеты, процедура международных конференций, порядок заключения и составления проектов международных договоров, пиратство, эксплуатация морских богатств. Первые три вопроса Ассамблея Лиги наций предложила обсудить на специально созванной международной конференции.

Конференция по прогрессивной кодификации международного права проходила в Гааге с 13 марта по 12 апреля 1930 г. В ходе ее работы были приняты: конвенция по не­которым вопросам коллизии законов о гражданстве; протокол о воинских обязанностях в некоторых случаях двойного граж­данства; протокол, относящийся к определенному случаю безгражданства; особый протокол, касающийся безгражданства. По другим вопросам, касающихся, например, территориальных вод, общего консенсуса не было достигнуто.

Л. Оппенгейм, оценивая результаты Гаагской конференции 1930 года, подчеркивал, что, во всяком случае, ее опыт и результаты дают возможность установить желательность коди­фикации и виды на будущее кодификационных работ. Во-первых, конференция отчетливо вскрыла различие между кодификацией в смысле систематизации и унификации уже согласованных принципов и кодификацией в смысле согласования мнений и практики, по которым еще существуют расхождения. Работа и результаты конференции показали, что, по-видимому, нужны различные методы для выполнения каждого из двух видов кодификационных работ и что, в частности, соглашения по имеющимся расхождениям являются, прежде всего, делом поли­тики и они не могут быть полностью достигнуты на конфе­ренциях юристов-экспертов. Во-вторых, ввиду того, что между­народные конференции руководствуются правилом единогласия, существует опасность, что попытки достигнуть соглашения в форме кодифицированных норм могут иметь своим результатом умаление значения норм, по которым эвентуально будет достигнуто соглашение, по той причине, что наиболее настойчивыми или наименее прогрессивными государствами будет дано ненад­лежащее направление. Таким образом, результат кодификации может задержать развитие международного права, а не способ­ствовать ему. В-третьих, существует опасность, что ввиду осторожного подхода правительств попытки провести коди­фикацию могут во многих случаях вскрыть и подчеркнуть рас­хождения в вопросах, по которым до того предполагалось нали­чие согласия. В-четвертых, выясняется, что, поскольку коди­фикация предполагает принятие единообразных правил, сфера ее по необходимости должна быть ограниченной, так как во многих случаях различие интересов и условий делают едино­образие затруднительным и нежелательным. В-пятых, конфе­ренция показала, что даже в отношении вопросов, вообще говоря не спорных, работа по кодификации требует длительной подго­товки и обсуждения, что не всегда возможно в суетливой атмо­сфере международной конференции.

Таким образом, программа Гаагской конференции 1930 г., предполагавшей в течение одного месяца кодифицировать три крупных раздела международного права, представлялась, по мнению Л. Оппенгейма, чрезмерно самонадеянной. С другой стороны, он отмечает, было бы ошибочно рассматривать эти пре­пятствия как достаточное основание для того, чтобы отказаться от задачи внести посредством заключения общих конвенций единообразие и определенность в те отрасли международного права, которые достаточно созрели для этого[27].

На смену Лиги наций пришла Организация Объединенных Наций. Ее деятельность в рассматриваемой области вытекает из п. 1 ст. 13 Устава ООН, согласно которой Генеральная Ассамб­лея организует исследование и делает рекомендации в целях по­ощрения прогрессивного развития международного права и его кодификации. Поэтому в вопросе кодификации и прогрессивного развития общего международного права первостепенная роль принадлежит ООН и, прежде всего, ее Генеральной Ассамблее. Наиболее ярким свидетельством тому служит принятая ею Декларация принципов международного права 1970 г.

Через Генеральную Ассамблею проходят проекты, подготовленные другими органами ООН. В настоящее время роль Ассамблеи в кодификации и прогрессивном развитии международного права только возрастает.

В рамках ООН большую роль в процессе кодификации играет Комиссия международного права. Ранее данный вспомогательный орган ООН именовался Комитетом по прогрессивному развитию международного права и его кодификации. Данному органу вменялось рассмотрение методов, при помощи которых Генеральная Ассамблея ООН могла бы выполнять функции, связанные с кодификацией международного права и его прогрессивным развитием.

Согласно Статуту Комиссии международного права ее цель определяется как содействие прогрессивному развитию международного права и его кодификации. В этом документе указывается, что Комиссия занимается преимущественно вопросами международного публичного права, но она может рассматривать вопросы и международного частного права. Однако до сих пор Комиссия занималась лишь вопросами публичного права. Объяснение видится в особой актуальности таких вопросов, а также в том, что международным частным правом занимаются другие международные органы, в частности, Гаагская конференция и ЮНСИТРАЛ. Тем не менее, возможность рассмотрения Комиссией вопросов частного права не исключается, прежде всего, в тех случаях, когда речь идет об институтах, имеющих значение, как для публичного, так и для частного права. Подтверждением может служить разработка проекта статей о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности[28].

Итоги работы Комиссии международного права широко обсуждались в связи с 50-летием ее деятельности и в целом получили высокую оценку. Бывший Генеральный секретарь ООН К. Аннан, заявил, что за истекшие 50 лет Комиссия международного права выполняла "свою миссию с огромным успехом, формулируя основополагающие нормы в большинстве ключевых областей международного права"[29].

Разработанные Комиссией международного права проекты передаются в Правовой комитет ООН, где они обсуждаются и передаются пра­вительствам для представления замечаний. После этого Комиссия го­товит окончательный проект, который в установленном порядке представляется, например, на дипломати­ческую конференцию, где принимается та или иная конвенция.

Комиссия международного права приняла участие в кодификации норм международного права, включенных во многие конвенции, в частности в Кон­венцию о территориальном море и прилежащей зоне 1958 г., Конвенцию об открытом море 1958 г., Конвенцию о рыбо­ловстве и охране живых ресурсов открытого моря 1958 г., Конвенцию о континентальном шельфе 1958 г., Конвенцию о сокра­щении безгражданства 1961 г., Венскую конвенцию о дипломатических сношениях 1961 г., Венскую конвенцию о консульских сношениях 1963 г., Конвенцию о специальных миссиях 1969 г., Венскую конвенцию о праве международных договоров 1969 г., Конвенцию о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся междуна­родной защитой, в том числе дипломатических агентов 1973 г., Венскую конвенцию о правопреемстве государств в отноше­нии договоров 1978 г. и многие другие.

Кроме того, Комиссия международного права подготовила ряд документов, содержащих кодифицированные нормы, а именно Проект декларации прав и обязанностей государств (1949 г.), Принципы международного права, признанные Уставом Нюрн­бергского трибунала и нашедшие выражение в решении этого Трибунала (1950 г.), Проект конвенции об искоренении и сокращении безгражданства в будущем (1954 г.), Проект ста­тей о клаузулах о наиболее благоприятствуемой нации (1978 г.) и др.

На материалы Комиссии международного права ссылаются в дипломатической практике и, что особенно существенно, на них нередко опираются решения междуна­родных судебных органов.

Существенное значение для кодификации и прогрессивного развития международного права имеет взаимодействие Генеральной Ассамблеи с Комиссией международного права. Анализ этого процесса в последние годы обнаруживает расхождение между подготовленными независимыми экспертами проектами и позицией представителей государств. Так, Комиссия международного права приняла проект устава Международного уголовного суда в 1994 г. и рекомендовала созвать дипломатическую конференцию для принятия соответствующей конвенции. Данный документ кодифицировал многие обычные нормы международного права, вобрал в себя законодательную практику многих государств в области уголовного права и уголовного процесса. В то же время в Уставе были закреплены многие новые нормы, ввиду неординарности создаваемого Суда, действующего на постоянной основе. Однако многие правительства сочли, что Суд наделяется слишком широкими правами. Генеральная Ассамблея учредила специальный комитет по доработке проекта устава. И это несмотря на то, что проект разрабатывался Комиссией в течение десятилетий с учетом замечаний правительств. В дальнейшем Комитет дорабатывал проект в течение почти 4-х лет. Только в 1998 г. состоялась дипломатическая конференция в Риме, которая с большим трудом приняла Статут Международного уголовного суда. Приведенный пример далеко не единственный[30].

Одним из наиболее примечательных событий в деятельности Комиссии международного права стало окончание работы над Проектом статей об ответственности государств за международно-противоправные деяния. Статьи проекта были при­няты к сведению, включены в резолюцию Резолюцией Генеральной Ассамблеи от 01.01.01 г в качестве приложения и предложены «вниманию правительств, не затрагивая при этом вопроса об их будущем принятии или другой надлежащей мере».

В Проекте подведен некоторый итог по кодификации норм международного права в вопросах международно-правовой ответственности. Данный документ имеет большое значение и для законодательств государств, регулирующих вопросы их международной деятельности, а также деятельности должностных лиц, направленной на реализацию международных обязательств своих государств. Кроме того Проект, наряду с кодифицированными, правда уточненными, обычными нормами международного права содержит и множество новых прогрессивных положений, которые следует осмыслить государствам и в дальнейшем применять их на практике. Международный Суд ООН в своих решениях обращался еще на стадии разработки Проекта к его положениям и признавал их в качестве обычных норм международного права.

Сам факт закрепления норм об ответственности в резолюции Генеральной Ассамблеи свидетельствует о высокой оценке деятельности Комиссии международного права и расширяет возможности реализации их на внутригосударственном уровне.

Следует обратить внимание, что кодификацией норм международного права занимаются и другие органы ООН – Комитет по использованию космического пространства в мирных целях, ранее существовавшая Комиссия по правам человека, а ныне – Совет по правам человека, ЮНСИТРАЛ и др.

В кодификации норм международного права принимают активное участие такие специализированные учреждения ООН, как ИКАО, ИМО, ВОЗ, ЮНЕСКО. Большая их заслуга в кодификации международного морского, воздушного и косми­ческого права, а также таких комплексных областей, как международное трудовое право, транспортное и телекоммуникационное право.

Следует особо остановиться на официальной кодификации одной из древнейших отраслей международного права – международного морского права. В настоящее время эта отрасль является наиболее кодифицированной.

Первые попытки кодификации касались отдельных областей международного морского права. Это ранее упоминавшиеся Гаагские декларации и конвенции о законах и обычаях войны 1899 и 1907 гг., касающиеся, в том числе и морского судоходства, Международная конвенция по охране подводных телеграф­ных кабелей 1884 г.; Конвенция по охране человеческой жизни на море 1914 г., между­народные конвенции по рыболовству и др.

Полномасштабная кодификация международного морского права на универсальной основе началась после создания ООН при непосредственном участии ее органа - Комиссии международного права. В соответствии с ее рекомендации Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией 1105 (XI) от 21 фев­раля 1957 г. решила созвать международную конференцию для рассмотрения вопросов морского права и принятия конвенции или конвенций, затрагивающих интересы всех государств.

В основу работы I Конференции ООН по морскому праву, проходившей в Женеве с 24 февраля по 27 апреля 1958 г., был положен проект статей, подготовленный Комиссией международного права. Как известно, конференция приняла четыре отдельные конвенции: Конвенцию об открытом море, Конвенцию о территориальном море и прилежащей зоне, Конвенцию о континентальном шельфе и Конвен­цию о рыболовстве и охране живых ресурсов открытого моря. Кроме того, на Конференции были приняты Факультативный протокол об обязательной процедуре разрешения споров, а также пять различных резолюций, включая резолюцию о созыве II Конференции ООН по морскому праву.

Значение I Конференции ООН по морскому праву состоит, во-первых, в том, что она была первым важнейшим этапом кодифи­кации сложившихся к тому времени обычных норм о режиме морских пространств и о различных видах использования Мирового океана. Эти обычные нормы приобрели дополнительно характер договорных норм международного права; во-вторых, в том, что на ней были разработаны в порядке прогрессивного развития международного права новые нормы морского права, многие из которых в дальнейшем получили широкое международное признание, в том числе и среди государств, не являющихся участниками Женевских конвенций[31].

В 1960 г. в Женеве состоялась II Конференция ООН по морскому праву. На повестке стояли вопросы рассмотрения и решения вопроса о ширине территориального моря и пределе рыболовной зоны. СССР выступил с инициативой установить предел ширины терри­ториального моря в 12 морских миль. Однако эта инициатива не была поддержана, а ее реализация сорвана из-за позиции США и ряда других западных стран. В результате никакого решения не было принято.

Женевские конвенции 1958 г. послужили основой и для работы III Конференции ООН по морскому праву. В Конвенции ООН по морскому праву, принятой на этой Конференции, воспроизведены основные положения Женевских конвенций, касающиеся открытого моря, территориальных вод, при­лежащей зоны, континентального шельфа и др. Однако новая конвенция пошла значительно вперед и поистине является самым обширным кодифицирующим документом.

Несмотря на позитивное значение кодификации, многие юристы высказывают опасение, что многие кодификационные нормы несколько расходятся с нормами, которые сложились как обычные. Участниками многих конвенций по-прежнему остается ограниченное число государств. Все это вызывает некоторую путаницу.

Конвенции, кодифицирую­щие нормы международного права, с трудом собирают, а порой так и не собирают то ко­личество ратификаций, которое необходимо для их вступления в силу, несмотря на участие в этом процессе большинства госу­дарств. Определенный выход из сложившейся ситуации предлагался И. И. Лукашуком и суть его заключается в том, чтобы рассматривать конвенции как декларативные в отношении существующего обычно­го права. Например, Международный Суд ООН применил положения Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г. еще до ее вступления в силу как авторитетное доказательство существования обычных норм, и это несмотря на то, что США и ряд других влиятельных дер­жав до сих пор не участвуют в этой Конвенции.

Эффективность кодификации, по мнению И. И. Лукашука, во многом зависит от того, что она не разрушает и не подменяет обычное право, а взаимодействует с ним. Одна из главных проблем права заключена в том, чтобы не от­ставать от хода жизни. Новое право в значительной мере создается за счет развития старого. Одним из средств обновления международного права и является кодификация[32].

Кодифицированные нормы тем или иным способом имплементируются на национальном уровне, трансформируются в национальное законодательство. Имеет место и обратный процесс.

В теории международного права сложилось два основных направлений в вопросе о соотношении международного и внутригосударственного права – дуалистическое и монистическое. В целом согласно дуалистической концепции международное и внутригосударствен­ное право – это две независимые, параллельно развивающиеся системы права, два разных правопорядка. Сторонники монистической концепции считают, что международное и внутриго­сударственное право являются двумя составными частями единой сис­темы права.

Рассматривая общие вопросы соотношения кодифицированных норм международного права и российского законодательства и несколько обобщая вышесказанное необходимо отметить следующее. Конституция РФ определила международное право, в части юридически обязательных для нее норм, и внутригосударственное право, как две подсистемы, входящие в российскую правовую систему. Эти подсистемы взаимодействуют друг с другом, неразрывны и составляют единое целое, несмотря на их различную природу.

Важным вопросом является взаимодействие этих систем друг с другом. Здесь необходимо отметить два уровня взаимодействия: первый – на стадии нормообразования; второй – на стадии правоприменения.

О взаимодействии указанных правовых систем на стадии нормообразования можно сказать следующее. Национальные правовые системы оказывают определяющее влияние на политику государства в области международного нормотворчества. Кодифицированные законодательные акты, как наиболее упорядоченные, оказывают существенное воздействие на прогрессивное развитие международного права, т. е. на появление в международных договорах новых норм. Кроме того, законодательство государств оказывает непосредственное воздействие на создание обычно-правовых норм, подлежащих, как правило, дальнейшей кодификации. Именно закрепление государством правила поведения, имеющего большое значение для международных отношений, в своем законодательстве является одним из основных способов признания этого правила в качестве обычной нормы международного права.

В свою очередь международное право оказывает обратное воздействие на внутригосударственное право. В случае расхождения кодифицированных норм международного права с национальным законодательством государства вынуждены его корректировать. Нередко государства присоединяются к уже действующим международным договорам, содержащим кодифицированные нормы. При этом они также довольно часто корректируют свое законодательство.

В Российской Федерации в соответствии с федеральным законом от 01.01.01 года «О международных договорах Российской Федерации» ратификации подлежат, в частности, международные договоры Российской Федерации, исполнение которых требует изменения действующих или принятия новых федеральных законов, а также устанавливающие иные правила, чем предусмотренные законом. Такая ратификация осуществляется в форме федерального закона.

Конечно ратификация конвенции, содержащей многочисленные кодифицированные нормы, не приведет к созданию, какого либо соответствующего закона, содержащего весь свод норм, регулирующих отдельную область общественных отношений. Это невозможно, ввиду того, что указанные конвенции содержат, как правило, более широкий состав норм общего характера. Однако, это может привести к разработке тех или иных кодексов. Например, ратификация Российской Федерацией Конвенции ООН по морскому праву 1982 года оказала толчок к созданию Кодекса торгового мореплавания от 01.01.01 г., в котором нашли отражение многие нормы данной конвенции. Кроме того, ее положения были систематизированы еще во многих федеральных законах «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» 1998 г., «О континентальном шельфе Российской Федерации» 1995 г., «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации» 1998 г. и ряде других.

В Российской Федерации существует практика, согласно которой в случае расхождения положений ее международного договора, в том числе содержащем кодифицированные нормы, с национальным законодательством, последнее должно быть приведено в соответствие с международными обязательствами именно на этапе ратификации.

В рамках этого процесса возникает вопрос практического характера – обязательно насколько можноли вносить изменения в законы Российской Федерации и в отношении какого круга международных договоров это следует делать?

Идеальным для правоприменителя является ситуация когда положения международного договора, в случае их отсутствия в законодательстве, сразу будут учтены в том или ином законе на стадии ратификации. Это актуально и в случае коллизии норм международного права и закона. Однако практика показывает, что полное приведение в соответствие законодательства с международным правом осуществляется в дальнейшем. При этом положения международного договора подвергаются учеными и практиками более тщательному анализу. Немедленному изменению, как правило, подлежат наиболее важные нормы законодательства. , что В целом указанное не способствует эффективности международно-правового регулирования.

Также возникает вопрос – а имеет ли смысл изменение законодательства Российской Федерации в случае ратификации двустороннего международного договора или договора с ограниченным числом участником? Приоритетным при этом является определение сферы, охватываемой договором. Затрагивает ли она межгосударственные или внутригосударственные отношения?

Если договор, касается лишь отношений лишь между отдельными государствами, их компетентными органами, то изменять их законы, наверное, не следует и здесь целесообразно исходить из содержании ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации «Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора». В то же время развитие могут получить подзаконные нормативные правовые акты, направленные на реализацию положений международных договоров.

В случае если международный договор обращен к внутригосударственной сфере, затрагивает общие вопросы внутригосударственных общественных отношений, например, касается всех граждан и их отношений с органами власти, то изменения в законодательстве должны быть произведены в кратчайший срок. Учет этого весьма актуально для защиты интересов граждан. При этом также не следует забывать, что при несоблюдении государством, его органами власти международных обязательств может наступить международно-правовая ответственность. На внутригосударственном уровне возможен, например, пересмотр судебного решения, принятого без учета международного права. Так, в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 года № 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" при осуществлении правосудия суды должны иметь в виду, что неправильное применение судом общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации может являться основанием к отмене или изменению судебного акта. Неправильное применение нормы международного права может иметь место в случаях, когда судом не была применена норма международного права, подлежащая применению, или, напротив, суд применил норму международного права, которая не подлежала применению, либо когда судом было дано неправильное толкование нормы международного права. Кроме того, согласно статье 413 УПК РФ (Основания возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств) основаниями возобновления производства по уголовному делу являются, в частности новые обстоятельства, т. е. обстоятельства, не известные суду на момент вынесения судебного решения, устраняющие преступность и наказуемость деяния. Такими обстоятельствами, например, являются: установленное Европейским Судом по правам человека нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года при рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела, связанное с: применением федерального закона, не соответствующего положениям этой Конвенции; иными нарушениями ее положений.

То, что касается универсальных международных договоров, содержащих кодифицированные и новые нормы международного права, затрагивающие интересы всех государств мирового сообщества, то необходимые изменения законодательства также желательны.

В целом реализация международных обязательств на внутригосударственном уровне, как известно, называется имплементацией. Ее составная часть, а именно процесс преобразования норм международного права в нормы внутригосударственного права – "трансформацией". При этом различают следующие ее способы: генеральную (или конституционную) трансформацию, рецепцию и отсылку. Какова же их роль во взаимодействии кодифицированных норм на международном и внутригосударственном уровнях?

Генеральная трансформация предусматривает конституционное включение норм международного права, а точнее правил поведения, содержащихся в них, во внутригосударственное право. Своеобразной формой генеральной трансформации является положение ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации, о том что "Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы". Поэтому все международные договоры нашего государства, содержащие кодифицированные нормы международного права, входят в правовую систему нашего государства. То же самое можно сказать и в отношении общепризнанных принципов и норм международного права, являющихся, по общему мнению, обычными нормами международного права.

Под рецепцией обычно понимают внесение изменений в законодательство в соответствии с положением международного договора. При этом возможен вариант текстуального включения в закон или иной нормативный правовой акт положений договора, либо конкретизация и детализация этих положений. Так, Федеральный закон от 01.01.01 года "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации" текстуально воспроизводит многие кодифицированные положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 года. В то же время положение о пределе исключительной экономической зоны, предусмотренное настоящей конвенцией, уточняется данным документом. Согласно этому федеральному закону удаление внешней границы исключительной экономической зоны Российской Федерации составляет 200 морских миль.

В качестве примера трансформации норм международного права путем заимствований положений большинства кодифицированных норм также можно привести Венскую конвенцию о праве международных договоров 1969 года и вышеупомянутый Федеральный закон «О международных договорах Российской Федерации» 1995 года.

Под отсылкой понимается норма национального права, с помощью которой правоприменитель переадресовывается к норме международного права. Нередко такие нормы закрепляются законодательно в виде фраз «если иное не предусмотрено международным договором» или указывается, что то или иное правило действует «в случаях предусмотренных международным договором». Может иметь место отсылка к конкретному международному договору. Например, согласно статье 356 УК РФ (Применение запрещенных средств и методов ведения войны) применение в вооруженном конфликте средств и методов, запрещенных международным договором Российской Федерации, наказываются лишением свободы на срок до двадцати лет. Здесь имеет место отсылка к известным кодифицированным Женевским Конвенциям 1949 года, многие из положений которых являются обычными нормами международного права.

Отсылка может быть и генеральной. Так, например, в ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации закреплено общее правило, которое в последующем воспроизводилось во многих российских законодательных актах, в том числе и кодифицированных: "Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора". Однако в соответствии со ст.22 Федерального закона "О международных договорах" 1995 года, если международный договор содержит правила, требующие изменения отдельных положений Конституции Российской Федерации, решение о согласии на его обязательность для Российской Федерации возможно в форме федерального закона только после внесения соответствующих поправок в Конституцию Российской Федерации или пересмотра ее положений в установленном порядке.

Говоря о стадии правоприменения, следует отметить, что кодифицированные, как и другие нормы международного права предусматривают обязанности только для субъектов международного права. Во внутригосударственном праве субъекты, как известно, другие. Поэтому прямой перенос кодифицированной нормы международного права, прав и обязанностей, предусмотренных ею, невозможен. Во внутреннее право государства переносится лишь правило поведения в отношении другой стороны межгосударственных отношений или правило поведения, которое призвано регулировать внутригосударственные общественные отношения. При этом гипотеза нормы сохраняется или, если это допустимо, уточняется в национальном законодательстве. Хотя последнее может привести и к искажению международно-правовой нормы.

В зависимости от особенностей национальных правых систем, такое правило может действовать непосредственно. В ряде государств ратифицированные международные догово­ры автоматически становятся частью их законода­тельства. Например, в соответствии с п.3 ст.5 Федерального закона "О международных договорах Российской Федерации" 1995 года положения официально опубликованных международных договоров Российской Федерации, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в Российской Федерации непосредственно. Для осуществления иных положений международных договоров Российской Федерации принимаются соответствующие правовые акты. Как следствие, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 года «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права, международных договоров Российской Федерации» отмечено, что при рассмотрении судом гражданских, уголовных или административных дел непосредственно применяется такой международный договор Российской Федерации, который вступил в силу и стал обязательным для Российской Федерации и положения которого не требуют издания внутригосударственных актов для их применения и способны порождать права и обязанности для субъектов национального права.

В доктрине международного права указываются на критерии, которым должны удовлетворять нормы международного права, чтобы они были самоисполнимы: общее указание в международном договоре, что его нормы применимы к отношениям в сфере национального права; адресованность нормы юридическим, физическим лицам или конкретным органам; детальность (ясный и определенный характер) нормы[33].

Как мы видим процесс кодификации международного права осуществляется весьма давно, а ее значение весьма велико, в том числе и для развития законодательства государств, хотя, по нашему мнению, большее значение на современном этапе будет отводиться процессу прогрессивного развития международного права. Большая часть существующих областей международного права уже кодифицирована. Однако это не означает, что кодификация международного права уходит в прошлое. Появляются новые международно-правовые институты и отрасли, нормы которых будут испытывать потребность в кодификации. Одновременно будут формироваться новые и видоизменяться старые обычные нормы международного права, что неизбежно потребует их кодификации.

Кодификационный процесс позволяет усилить социальный ха­рактер международного права, отразить в нем социальные цели, со­ответствующие потребностям международного сообщества в целом. С помощью кодификации конкретные нормы, институты и отрасли перестраиваются в соответствии с целями и принципами системы международного права в целом, в результате чего система упрочива­ется. Кодификационный процесс открывает большие возможности для участия всех государств в пра­вотворчестве[34].

В заключение следует еще раз подчеркнуть, что, по нашему мнению, следует кодификацию и прогрессивное развитие международного права все-таки рассматривать как самостоятельные, но взаимосвязанные направления и под первым понимать – систематизацию норм, в которых существует потребность на международной арене, под вторым – разработка новых норм, для этих же целей.

[1] См.: Лукашук И. И. Кодификация и прогрессивное развитие международного права в XXI веке // Российский ежегодник международного права. Спб: Россия–Нева. 2001. С. 18.

[2] Оппенгейм Л. Международное право. Перевод с 6-го английского издания, дополненного Г. Лаутерпахтом. Под ред. и предисловием С. Б. Крылова. М.: Госуд. изд-во иностранной литературы. 1848. С. 72.

[3] См., например, материалы Конгресса ООН по публичному международному праву (International Law as a Language for International Relations. The Hague, 1996; материалы Семинара, посвященного 50-летию Комиссии международного права (The International Law Commission Fifty Years After: An Evaluation. N. Y., 2000).

[4] Керимов Д. А.. Кодификация и законодательная техника. М.: Госюриздат, 1962, С. 34.

[5] См.: Лукашук И. И. Кодификация и прогрессивное развитие международного права в XXI веке С. 16.

[6] См.: Лукашук И. И. Международное право. Общая часть : учеб. для студентов юрид. фак. и вузов / И. И. Лукашук; Рос. акад. наук, Ин-т го­сударства и права, Академ, правовой ун-т. Изд. 3-е, перераб. и доп. М.: Волтерс Клувер, 2005. С. 128.

[7] См.: Мовчан А. П. Международный правопорядок. М., 1996. С. 81-82.

[8] См.: А. П. Мовчан. Кодификация и прогрессивное развитие международного права. М.: Юрид. литература. 1972. С. 44.

[9] См.: А. П. Мовчан. Кодификация и прогрессивное развитие международного права. С. 60.

[10] См.: Международное право: Учебник для вузов / Отв. ред. проф. Г. В. Игнатенко и проф. О. И. Тиунов. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Норма, 2003. С. 103-104.

[11] См.: Международное право: Учебник. Изд. 2-е, доп. и пере-М43 раб. Отв. ред. Ю. М. Колосов, В. И. Кузнецов. М.: Между-нар. отношения, 1998. С.28.

[12] Курс международного права. М.: Международные отношения. 1966. С. 53.

[13] Dictionaire de la terminologie du droit international. Paris, 1960. P. 122.

[14] См.: Politis, Les nouvelles tendances du droit international. 19281927. Р. 70.

[15] См.: Док. ООН A/CN. 4/2апреля 1971 г. С. 6.

[16] См.: Международное право: Учебник. М.: Юридическая лит. 1957. С. 19-20.

[17] См.: Международное право: Учебник для вузов / Отв. ред. проф. Г. В. Игнатенко и проф. О. И. Тиунов. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Норма, 2003. С. 105.

[18] Eustathiades K. Unratified Codification Conventions// Gilberto Amdo Memorial Lectures. Brasilia, 1998. P.58.

[19] См.: Лукашук И. И. Кодификация и прогрессивное развитие международного права в XXI веке С. 30.

[20] См.: Международное право: Учебник для вузов / Отв. ред. проф. Г. В. Игнатенко и проф. О. И. Тиунов. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Норма, 2003. С. 105.

[21] Стандарты в области обращения с заключенными также можно найти в Международном пакте о гражданских и политических правах 1966 г., Своде принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме 1988 г., Минимальных стандартных правилах отправления правосудия в отношении несовершеннолетних 1985 г. (Пекинские правила), Основных принципах обращения с заключенными 1990 г., а также Правилах по защите несовершеннолетних, лишенных свободы 1990 г. Совет Европы в 1987 году принял Европейские тюремные правила.

[22] См.: Права человека: сборник международных договоров (издание Организации Объединенных Наций, в продаже под N R.88.XIV.1), раздел G.

[23] См.: Международное право: Учебник для вузов / Отв. ред. проф. Г. В. Игнатенко и проф. О. И. Тиунов. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Норма, 2003. С. 105.

[24] См.: Bentham's Works, Bowring, VIII, p. 537.

[25] См.: Оппенгейм Л. Международное право. С. 73.

[26] См.: Лукашук И. И. Кодификация и прогрессивное развитие международного права в XXI веке. С.18.

[27] См.: Оппенгейм Л. Международное право. С. 82.

[28] См.: Лукашук И. И. Кодификация и прогрессивное развитие международного права в XXI веке. С.26.

[29] Annan К. Statement to the International Bar Association// U. N. Press Release. SG/ SM/ 97/1June 1997. P.2.

[30] См.: Лукашук И. И. Кодификация и прогрессивное развитие международного права в XXI веке. С. 21.

[31] См.: Основы современного правопорядка в Мировом океане. М.: Наука. 1986. С. 40.

[32] См.: Лукашук И. И. Международное право. С.131-132.

[33] См.: Марочкин С. Ю. Действие норм международного права в правовой системе Российской Федерации. – Тюмень: Тюменский государственный университет. 1988. С. 159.

[34] Лукашук И. И. Международное право. С.131-132.

Мы в соцсетях:


Подпишитесь на рассылку:
Посмотрите по Вашей теме:

Гражданско-правовой режим инноваций в научно-технической сфере (на примере деятельности высших учебных заведений)
или автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук специальности 12.00.03 — Гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Федерации»

Законодательство в мировой практике


Государство и право

Проекты по теме:

Россия - темы, архивы, порталы
XXI век в планах:
Основные порталы, построенные редакторами

Бизнес и финансы

Бизнес: • БанкиБогатство и благосостояниеКоррупция(Преступность)МаркетингМенеджментИнвестицииЦенные бумагиНедвижимость(Аренда)ПрофессииРаботаТорговляУслугиФинансыБюджетФинансовые услугиКредитыКомпанииЭкономикаМакроэкономикаМикроэкономикаНалоги
Промышленность: • МеталлургияНефтьСельское хозяйствоЭнергетика
СтроительствоАрхитектураИнтерьерПолы и перекрытияПроцесс строительстваСтроительные материалыТеплоизоляцияЭкстерьер

Домашний очаг

ДомДачаСадоводствоДетиАктивность ребенкаИгрыКрасотаЖенщины(Беременность)СемьяХобби
Здоровье: АнатомияБолезниВредные привычкиДиагностикаНародная медицинаПервая помощьПитаниеФармацевтика

Мир

Регионы: АзияАмерикаАфрикаЕвропаПрибалтикаЕвропейская политикаОкеанияГорода мира
Россия: • МоскваКавказЭкономикаРегионы РоссииПрограммы регионов
История: СССРИстория РоссииРоссийская ИмперияВремя2016 год
Окружающий мир: Животные • (Домашние животные) • НасекомыеРастенияПриродаКатаклизмыКосмосКлиматСтихийные бедствия

Образование и наука

Наука: Контрольные работыНаучно-технический прогрессПедагогикаРабочие программыФакультетыМетодические рекомендацииШкола
Предметы: БиологияГеографияГеологияИсторияЛитератураЛитературные жанрыЛитературные героиМатематикаМедицинаМузыкаПравоЖилищное правоЗемельное правоУголовное правоКодексыПсихология (Логика) • Русский языкСоциологияФизикаФилологияФилософияХимияЮриспруденция

Общество

БезопасностьГражданские права и свободыИскусство(Музыка)Культура(Этика)Мировые именаПолитика(Геополитика)(Идеологические конфликты)ВластьЗаговоры и переворотыГражданская позицияМиграцияРелигии и верования(Конфессии)ХристианствоМифологияРазвлеченияМасс МедиаСпорт (Боевые искусства)ТранспортТуризм
Войны и конфликты: АрмияВоенная техникаЗвания и награды

Справочная информация

ДокументыЗаконыИзвещенияУтверждения документовДоговораЗапросы предложенийТехнические заданияПланы развитияДокументоведениеАналитикаМероприятияКонкурсыИтогиАдминистрации городовМуниципалитетыМуниципальные районыМуниципальные образованияМуниципальные программыБюджетные организацииОтчетыПоложенияПостановленияРегламентыТермины(Научная терминология)

Техника

АвиацияАвтоВычислительная техникаОборудование(Электрооборудование)РадиоТехнологии(Аудио-видео)(Компьютеры)

Каталог авторов (частные аккаунты)

Авто

АвтосервисАвтозапчастиТовары для автоАвтотехцентрыАвтоаксессуарыавтозапчасти для иномарокКузовной ремонтАвторемонт и техобслуживаниеРемонт ходовой части автомобиляАвтохимиямаслатехцентрыРемонт бензиновых двигателейремонт автоэлектрикиремонт АКППШиномонтаж

Бизнес

Автоматизация бизнес-процессовИнтернет-магазиныСтроительствоТелефонная связьОптовые компании

Досуг

ДосугРазвлеченияТворчествоОбщественное питаниеРестораныБарыКафеКофейниНочные клубыЛитература

Технологии

Автоматизация производственных процессовИнтернетИнтернет-провайдерыСвязьИнформационные технологииIT-компанииWEB-студииПродвижение web-сайтовПродажа программного обеспеченияКоммутационное оборудованиеIP-телефония

Инфраструктура

ГородВластьАдминистрации районовСудыКоммунальные услугиПодростковые клубыОбщественные организацииГородские информационные сайты

Наука

ПедагогикаОбразованиеШколыОбучениеУчителя

Товары

Торговые компанииТоргово-сервисные компанииМобильные телефоныАксессуары к мобильным телефонамНавигационное оборудование

Услуги

Бытовые услугиТелекоммуникационные компанииДоставка готовых блюдОрганизация и проведение праздниковРемонт мобильных устройствАтелье швейныеХимчистки одеждыСервисные центрыФотоуслугиПраздничные агентства