Человеческие потребности как фактор формирования института международной безопасности – Часть 11

Политика      Постоянная ссылка | Все категории

Попытки акторов реализовать национальные и – реже – международные потребности и интересы лежат в основе международного взаимодействия, в процессе которого формируется культура международных отношений. В ней оказываются закреплены паттерны поведения и восприятия, она «подсказывает» субъекту как ему действовать в тех или иных ситуациях, какого поведения следует ожидать от контрагентов; какие методы и средства допустимы, общеприняты, желательны и позволяют эффективно проводить внешнюю политику, а какие табуированы или могут вызвать нежелательную для субъекта реакцию международного сообщества и привести, в конечном итоге, к негативным последствиям. Культура, будучи «зашифрованной в институтах и практиках»[50] выступает регулятором международной деятельности, наряду с такими факторами как существующая силовая структура отношений и международное право.

Институты, упорядочивающие взаимодействие в конкретных сферах международных отношений, становятся, в результате, своеобразным, опосредованным международной культурой и спецификой международных реалий, «слепком с человека» со всеми его психическими и психологическими противоречиями.

Исследованию конкретных проявлений влияния человеческих потребностей на формирование и функционирование современного института международной безопасности посвящена третья глава работы – «Институт международной безопасности: человеческое измерение».

При работе над этой главой, автор исходил из убеждения, что человеческие потребности, проникая в сферу международных отношений, находят воплощение в нормах и правилах поведения акторов на международной арене, закрепленных в международных документах – договорах, соглашениях, конвенциях и т. д., – в которых получают отражение представления акторов о том, каким образом и на основе каких принципов должно быть организовано их взаимодействие; а также те конкретные формы отношений, которые образуют в своей совокупности международные процессы. Именно поэтому основное внимание уделялось анализу политических документов – начиная от выступлений политических лидеров (в основном США и СССР/России), как носящих внешнеполитический характер, так и ориентированных на внутреннюю аудиторию, и заканчивая документами международных организаций и конференций, как региональных, так и глобальных.

Первый параграф рассматриваемой главы включает в себя исследование процесса формирования современного института международной безопасности с точки зрения теории мотивации.

Поскольку некоторые элементы этого института наследуются им от системы международной безопасности, существовавшей в период холодной войны, значительное внимание уделено процессу и специфике становления этой системы. В частности, выявлено содержание и процесс формирования потребностей (как международных, так и национальных), стимулировавших и определявших ее трансформацию.

В ходе Второй мировой войны, нанесший беспрецедентный ущерб человечеству, национальные потребности в безопасности, предполагающие ориентацию на самостоятельное (и часто одностороннее) обеспечение узконациональных интересов, были оттеснены на второй план. Постепенно сформировалось новое понимание безопасности как «неделимого» состояния (т. е. состояния, которое не может быть достигнуто за счет уменьшения степени защищенности других игроков международной арены), что нашло свое выражение в основополагающих международных документах, отражающих развитие института международной безопасности. Эти процессы стали следствием взаимодействия формирующихся в ходе войны метапотребности в обеспечении собственной безопасности через обеспечение безопасности всех или большинства акторов международных отношений и потребности в целенаправленном и рациональном регулировании международных процессов, позволяющем избежать повторения мировых войн.

В результате рационализации этих потребностей сформировался международный интерес в создании системы международной безопасности – единого цельного образования, акторы которого подчиняются заранее определенным правилам поведения и признают верховную власть наднациональной организации, на которую и возлагается задача обеспечения всеобщей безопасности.

Впоследствии, когда сформировалась двухполюсная международная система, ее структура и международная ситуация в целом по-прежнему способствовали существованию описанных международных потребностей, в то время как формирующийся на их основе интерес не только потерял статус международного (хотя и остался общим, как минимум, для двух сверхдержав), но и изменил свое содержание. Теперь он заключался в том, чтобы США и СССР, управляя международной системой,[51] могли, не приходя в прямое столкновение, реализовывать свои интересы, носящие глобальный характер.

В целом специфика миропорядка, практически совпавшего по времени своего существования с периодом холодной войны, позволяла метапотребности в безопасности занять одно из приоритетных положений в комплексах международных и национальных потребностей. Эгоистические устремления государств по-прежнему оставались фактором формирования института международной безопасности, однако проявления их были значительно меньшими по масштабам и частоте, нежели прежде. Потребности наций оказывались в значительной мере подчиненными общей установке на сотрудничество как единственно возможный способ выживания.

Ситуация, сложившаяся к концу холодной войны, была совершенно иной. Изменившаяся с распадом двухполюсного мира, структура института международной безопасности не создавала ситуации, в которой отказ от равноправного сотрудничества между основными игроками с легкостью мог бы привести к всеобщей гибели. Большинство государств рассматривало кооперацию как достаточно эффективный и, в целом, желательный, но не как единственный возможный и необходимый способ взаимодействия.

В результате, в пост-холодно-военном мире, в котором США получили практически полную «свободу рук», именно их потребности и методы, используемые американским государством для их реализации, стали оказывать наибольшее влияние на формирование института международной безопасности.

Трансформация уже существовавших потребностей американской нации, превращение их в изменившейся ситуации в национальные интересы, появление и реализация новых потребностей и интересов стали предпосылкой для формирования новых стереотипов международного поведения.

Осознав преимущества своего положения, американцы были готовы им воспользоваться в соответствии с классическим пониманием безопасности в международных отношениях – безопасности как защиты своего народа, своей территории и своего образа жизни, воплощавшего специфику американской нации.

Она (американская нация) с самого начала своего существования была носителем сложного комплекса потребностей и представлений о методах их реализации. Заявляя о своем превосходстве и богоизбранности, американцы закрепляли в комплексе своих национальных потребностей потребность изменять другие народы по своему единственно верному, как они убеждены, образу и подобию, «указать человечеству в каждом уголке мира путь к справедливости, независимости и свободе».[52]

Политика      Постоянная ссылка | Все категории
Мы в соцсетях:




Архивы pandia.ru
Алфавит: АБВГДЕЗИКЛМНОПРСТУФЦЧШЭ Я

Новости и разделы


Авто
История · Термины
Бытовая техника
Климатическая · Кухонная
Бизнес и финансы
Инвестиции · Недвижимость
Все для дома и дачи
Дача, сад, огород · Интерьер · Кулинария
Дети
Беременность · Прочие материалы
Животные и растения
Компьютеры
Интернет · IP-телефония · Webmasters
Красота и здоровье
Народные рецепты
Новости и события
Общество · Политика · Финансы
Образование и науки
Право · Математика · Экономика
Техника и технологии
Авиация · Военное дело · Металлургия
Производство и промышленность
Cвязь · Машиностроение · Транспорт
Страны мира
Азия · Америка · Африка · Европа
Религия и духовные практики
Секты · Сонники
Словари и справочники
Бизнес · БСЕ · Этимологические · Языковые
Строительство и ремонт
Материалы · Ремонт · Сантехника