Вымысел и истина – часть 42

Кабардино-Балкарская Республика      Постоянная ссылка | Все категории

Важным фактором, предопределившим расширение границ землепользования балкарских обществ, также были внутренние социально-политические процессы, сущностью которых являлся захват общинных земель таубиями. Так, например, в Балкарском обществе Анзор Айдебулов захватил 4900 дес. общинных угодий. В Баксанском ущелье Урусбиевы захватили всю общинную лесную дачу. Таких примеров много. Тем самым был продолжен процесс выдавливания крестьян из ущелий. Кавказская администрация решала их проблему предоставлением «на временное пользование» участков (полян) на территории Кабардинского лесничества.

Тогда же имели место и самовольные захваты.

17 августа 1912 г. начальник Нальчикского округа Султанбек Клишбиев докладывал начальнику Терской области генералу Флейшеру, что горцы из Хуламо-Безенгиевского общества «без всякого разрешения со стороны кабардинского народа и администрации захватили участки общественной земли разных размеров, построили на них дома и поселились там, причем, вопреки постановлений народных представителей, завели на занятых участках хозяйство, земли распахали, засеяли…

В начале захваты такого рода производились отдельными лицами, а с течением времени, видя, что самоуправство остается безнаказанным, горцы в громадном большинстве заселяют поляны, образуя поселки» (ЦГА КБР. Ф. И-6, оп.1, д.862, л.25 об.). Вот каким образом появились селения Хасанья, Яникой и др.

В 1913 году балкарским обществам снова «было передано 42588 десятин кабардинских земель предгорной полосы взамен Зольских и Нагорных пастбищ» (ЦГА КБР Ф. Р-2. Оп. 1. Д. 70. Л. 7.).

Политико-правовое значение тех изменений в расселении и землепользовании балкарцев, которые произошли в период с 1863 до 1917 г. можно определить только с учетом следующих обстоятельств.

Первое. Указанные изменения нельзя относить к естественно-историческому процессу этносоциальной эволюции кабардинского и балкарского народов. Они стали возможны в столь значительных масштабах и в столь короткое время лишь в результате узурпации царской администрацией права распоряжения землями, составлявшими национальное достояние кабардинского народа.

Второе. Ни одно конкретное решение по отводу тех или иных земельных участков для поселения и/или хозяйственного использования балкарскими обществами не подразумевает, что эти участки передаются из Кабарды в Балкарию. Документы того времени говорят о них как находящихся на «кабардинской территории», «в границах кабардинских аульных дач» или «пастбищных земель», «оставленных в нераздельном владении кабардинцев», на территории «кабардинского лесничества», они говорят также о самовольных захватах участков «без всякого разрешения со стороны кабардинского народа и администрации».

Третье. Выделяемые отдельным балкарским обществам земли не составляли единого массива, а состояли из отдельных участков (полян) в разных местах внутри территории Кабарды. Чаще всего эти участки располагались на южных и северных окраинах, а иногда и в середине Кабардинского лесного массива. Передача их балкарским обществам (общинам) или отдельным владельцам (таубиям), как правило, сопровождается оговоркой «временно» или «во временное пользование» Поэтому применительно к создавшимся условиям речь может идти только о границах землепользования.

Четвертое. Все указанные изменения происходили внутри единого административно-территориального образования, в котором до сих пор совместно живут кабардинцы и балкарцы. Кабардинцы со своей стороны относились к нуждам балкарцев с пониманием. Они не считали, что выделение им участков земли на своей этнической территории ведет к их безвозвратному отчуждению от Кабарды. Если бы балкарцы в течение указанного времени не были бы в едином экономическом и административно-правовом поле с кабардинцами, то вряд ли они согласились бы на такие значительные уступки своей территории.

Качественно иной характер приобрели изменения в земельных отношениях в Нальчикском округе в период революции и установления советской власти, а затем формирования советской автономии народов Кабардино-Балкарии. Иной была и реакция на них кабардинского народа.

В 1918 г., когда горские народы признали советскую власть, начинается период формирования новой политико-административной и этнотерриториальной системы на Северном Кавказе. Составной частью этого процесса становится устойчивая тенденция изменения территории Кабарды и Балкарии.

Второй съезд народов Терека положил в основу решения земельного вопроса установки Октябрьской революции, согласно которым «каждый крестьянин независимо от национальности должен иметь землю». Органы власти Терской Республики, куда входили Кабарда и Балкария, учитывая наличие в регионе земельно-территориальных групп, т. е. народов, различавшихся по степени обеспеченности землей, поставили вопрос о перераспределении земельного фонда. Более того, Чрезвычайной земельной комиссией, образованной в мае 1918 г. для разрешения этнотерриториальных проблем, была принята резолюция о необходимости «уравнивания национальных границ применительно к Закону о социализации». Претворение в жизнь указанной резолюции потребовало бы переселения, отрезания территорий, изменения этнических границ и повлекло бы к появлению конфликтных ситуаций.

Решения второго съезда всколыхнули малоземельные и безземельные народы. Создалась ситуация, позволявшая внешне легитимными действиями решить свои проблемы. Поэтому они начали предъявлять претензии к относительно благополучным в этом отношении народам, в частности к кабардинцам.

Весной 1918 г. создавшаяся действительность привела к обострению территориальных отношений между Кабардой и Балкарией. Для решения проблемы 25 марта 1918 г. постановлением Терского областного Совета Народных Комиссаров была создана специальная комиссия. Высшие органы Терской Республики были вынуждены пойти на такой шаг после обращения представителей Балкарии во Владикавказ с просьбой прислать комиссию «для выяснения земельных нужд Балкарии и выделения ей необходимого количества земли из горных пастбищ Кабарды».

Изучив вопрос на месте, комиссия нашла возможным выделить Балкарии на 1918 г. 93 участка из горных пастбищ в количестве 12548 десятин (Месяц С. И. Население и землепользование Кабарды. Воронеж, 1928. С. 183.).

Территориальный конфликт между Кабардой и Балкарией на этом, к сожалению, не был исчерпан, о чем свидетельствуют следующие факты. Нальчикский окружной земельный совет своим решением создал комиссию, которой было поручено практическое разрешение земельного спора между Кабардой и Балкарией. На ее заседании 22 июля 1918 г. было принято постановление о необходимости «предоставить трудовому горско-балкарскому населению… временно на этот год под пастьбу участки в районе кабардинских общественных пастбищ и лесных полян, арендовавшихся балкарцами в 1917 г.» (ЦГА КБР. Ф. Р-264. Оп. 1. Д. 117. Л. 100).

Однако и указанными действиями не удалось стабилизировать обстановку в отношениях Кабарды и Балкарии. Для решения земельных проблем в отношениях между Кабардой и Балкарией в августе 1918 г. был созван съезд народов Нальчикского округа.

Кабардинская фракция съезда признала действия комиссий о предоставлении балкарцам части земель Кабарды незаконными. 15 августа была принята следующая резолюция (балкарцы в голосовании не участвовали): «Все земли, отведенные Чрезвычайной земельной комиссией областного совета в пользу горцев (то есть балкарцев – А. К.) считать принадлежащими Кабарде» (Документы по истории борьбы за Советскую власть и образования автономии Кабардино-Балкарии (1917-1922). Нальчик, 1983. С. 212-213).

Тем не менее, руководители Терской республики распоряжались кабардинскими землями по своему усмотрению, предоставляя соседним народам части территории Кабарды. Больше всего земель было передано Карачаю – 32000 дес. Кроме того, еще весной 1918 г. было передано Дигории 6341 дес. кабардинской земли, а Ингушетии – 1010 дес. (ЦГА КБР Ф. Р-2. Оп. 1. Д. 70. Л. 7.). Пятый съезд народов Терека принял решение о предоставлении Балкарии 24384 десятин кабардинских земель (Территория и расселение кабардинцев и балкарцев… С. 235.).

Однако в 1918 г. еще ничто не предвещало изменения национальных границ на Северном Кавказе, так как кабардинские земли были предоставлены с условием «временно, на текущий год».

После восстановления советской власти в 1920 году региональные органы власти продолжили ту же политику, что осуществлялась в 1918 г. в Терской Республике. Таким образом, многие правовые акты, принятые ее органами власти, были узаконены. Поэтому исторический опыт Терской Республики лег в основу административно-территориального размежевания в регионе в первой половине 1920-х гг.

В сентябре 1920 г. органы власти Терской области издали приказ о необходимости наделения малоземельных балкарских семей 7000 дес. земли. В связи с тем, что за счет внутренних резервов столько набрать было невозможно, для восполнения недостающей площади в срочном порядке необходимо было произвести для них отвод 5054 дес. кабардинских земель. Эти земли не были обследованы на предмет их пригодности под посев. В виду того, что «возможно» некоторые частновладельческие участки, отведенные балкарцам, «окажутся непригодными под посев», в приказе предусматривалась необходимость предоставления им дополнительно наделов с. Кармово (1567 дес.) и с. Атажукино III (1875 дес) (ЦГА КБР. Ф. Р-201. Оп. 1. Д. 3. Л. 41). Характерно, что политика, которая могла повлиять на характер этнотерриториальных отношений, была основана на предположениях.

Территориальные отношения между Кабардой и Балкарией значительно обострились в условиях образования и функционирования Горской республики, куда они вошли самостоятельными административно-политическими единицами. С этого времени земельно-территориальный вопрос становится важнейшим фактором, определявшим характер развития государственно-политических процессов в регионе. Учредительный съезд советов Горской республики вынес резолюцию по земельному вопросу о необходимости скорейшего проведения уравнительного землепользования и обязал ЦИК и Наркомат земледелия Горской республики «в спешном порядке урегулировать земельные отношения между округами и народностями, входящими в состав ГАССР, на уравнительных началах» (Съезды советов в документах 1917-1936 Т.1. М., 1959, С.718-719.). На заседании комиссии ВЦИК по изучению вопроса о наделении землей безземельных и малоземельных горцев 7 марта 1921 г. представитель Осетии заявил о необходимости выселения всей «так называемой Малой Кабарды» для удовлетворения земельной нужды Осетии (Русские на Северном Кавказе 20-30-е годы. Документы, факты, комментарии. М., 1996. С. 302.). Надо ли удивляться, что уже 31 марта 1921 г. Г. Орджоникидзе сообщал С. Кирову: «Кабарда ребром ставит вопрос о выделении из республики» (Бугай Н. Ф., Гонов A. M. Северный Кавказ, границы, конфликты, беженцы. Ростов-на-Дону, 1997. С. 6.).

Сложившаяся реальность в Горской Республике были охарактеризованы У. Алиевым: «Попытка Горской республики, прежде всего, разрешить земельный голод горских народов одним лишь внутренним перекраиванием наличия горских земельных фондов с самого начала была обречена на неуспех. Единственные среди горских народов, более или менее обеспеченные землей, кабардинцы… не соглашались на урезку своей национальной территории… А на кабардинские земли со всех округов Осетии, Ингушетии, с одной стороны, Карачая, Балкарии, с другой, направлялись взоры и видели только в урезке этих земель спасение положения. Благодаря всему этому из состава Горской республики первой выделилась Кабарда» (Алиев У. Карачай. Ростов-на-Дону, 1927. С. 181.).

Для политико-правовой оценки исторического опыта 1918-1921 гг. принципиально важно учитывать следующие обстоятельства.

Первое. В процессе перестройки земельных отношений Кабарды и Балкарии в 1918 г. формально речь всегда шла о земельных угодьях (пахотных, покосных, пастбищных, лесных), а не национальной территории того или другого народа, но никогда не подвергалось сомнению, что перераспределяемые земли исторически принадлежат кабардинцам и Кабарде. Необходимость земельных уступок со стороны Кабарды обосновывалась земельной стесненностью, нуждами и интересами ее соседей. В случаях земельных споров противопоставлялись друг другу право исконной принадлежности и собственности (со стороны кабардинцев) и право давности хозяйственного пользования (со стороны балкарцев). Роль инициатора и арбитра в решении земельного вопроса принадлежала областной власти. Можно говорить, что какая-то часть земель была уступлена кабардинцами добровольно. Впоследствии Б. Калмыков прямо признавал, что такая позиция была продиктована политикой центральных органов власти (ЦГА КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 4. Л. 72. об.). Но произвольные и односторонние действия по перераспределению земель, осуществляемые без участия и согласия Кабарды, вызывали протест населения и не признавались его полномочными представителями.

Кабардино-Балкарская Республика      Постоянная ссылка | Все категории
Мы в соцсетях:




Архивы pandia.ru
Алфавит: АБВГДЕЗИКЛМНОПРСТУФЦЧШЭ Я

Новости и разделы


Авто
История · Термины
Бытовая техника
Климатическая · Кухонная
Бизнес и финансы
Инвестиции · Недвижимость
Все для дома и дачи
Дача, сад, огород · Интерьер · Кулинария
Дети
Беременность · Прочие материалы
Животные и растения
Компьютеры
Интернет · IP-телефония · Webmasters
Красота и здоровье
Народные рецепты
Новости и события
Общество · Политика · Финансы
Образование и науки
Право · Математика · Экономика
Техника и технологии
Авиация · Военное дело · Металлургия
Производство и промышленность
Cвязь · Машиностроение · Транспорт
Страны мира
Азия · Америка · Африка · Европа
Религия и духовные практики
Секты · Сонники
Словари и справочники
Бизнес · БСЕ · Этимологические · Языковые
Строительство и ремонт
Материалы · Ремонт · Сантехника