Обзор ситуации с подготовкой кадров для издательской отрасли, потребности отрасли в кадрах

Раиса Яковлевна Неяглова-Колосова, вице-президент ГИПП по вопросам отраслевого образования

Добрый день. Как сказала Юлия, я являюсь вице-президентом ГИПП по вопросам образования, с другой стороны я уже в течение очень долгого периода времени генеральный директор действующего, вполне успешного, коммерческого издательского дома, который выпускает более чем 23 наименования ежемесячных журналов. В своем выступлении мне бы хотелось затронуть проблемы образования. С одной стороны, потому что я, как работодатель и руководитель крупного предприятия, постоянно с этими проблемами сталкиваюсь в своей повседневной жизни, с другой стороны, потому что как член Гильдии издателей не могу не ощущать всей социальной важности тех проблем, которые на сегодняшний день назрели. Сейчас проект образования является приоритетным для Гильдии, издатели, входящие в Гильдию, являются активными участниками всех общественных и социальных инициатив, так как чувствуют, что они несут определенную ответственность за те процессы, которые происходят на рынке, и тем не менее, я бы хотела начать свое выступление с того, что силами только Гильдии издателей решить накопившиеся вопросы просто не возможно. Мы сегодня как Гильдия издателей пытаемся просто обозначить и поставить перед сообществом, перед индустрией, перед властными структурами, перед образовательными учреждениями, те вопросы, которые нас беспокоят, но решить эти все вопросы только силами индустрии, только силами отрасли, мы, конечно же, не в состоянии. Поэтому после каждой проблемы, о которой я хочу сказать, я хотела бы коротко сказать о том, как мы предполагаем это решать и попытаться вас вовлечь в диалог на эти темы и затем в практическую работу.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Первая проблема, которую мы все очень остро ощущаем, это отсутствие ясного и понятного описания перечня профессий. Как вы помните, в советские времена существовал строго определенный классификатор профессий. Люди выпускались из института с этими профессиями, затем они приходили в издательства, где в трудовые книжки записывали те же самые профессии, и не было, собственно говоря, никакой неясности, кто такой редактор, кто такой технический редактор, кто такой художественный редактор, корректор и т. д. Сегодня вы можете встретить совершенно невероятные, абсолютно экзотические названия, типа houseman – в простонародье завхоз, и заканчивая очень важными издательскими профессиями, по которым действительно пока, на сегодняшний день, не достаточно ясности. Кто такой редакционный директор, кто такой издательский директор, кто такой коммерческий директор. Но я, например, могу сказать, что в нашем издательском доме коммерческий директор – это начальник рекламной службы. В других издательских домах коммерческий директор – это практически финансовый директор, т. е. ясности по каждой профессии, кто этот человек, этой ясности нет, но самое главное, что нет ясности, какие функции должен выполнять этот человек. В практической жизни я вам могу привести такие примеры: когда ты подбираешь хорошего человека, ты хочешь пригласить его в свой издательский дом на должность начальника отдела кадров. Но тот издательский дом, из которого он приходит, называл его hr-директор, и променять такое красивое иностранное слово как hr-директор на такую прозу жизни, как начальник отдела кадров, человек просто не готов. И вы сталкиваетесь с тем, что вы быстренько под него меняете штатное расписание, для того, чтобы заполучить нужного специалиста. Понимаете, во-первых, это ненормально, во-вторых, это просто приводит к тому, что начинается какая-то путаница в функциях. Люди подчас не понимают, на какую работу они приходят. А предоставить им ясное описание этой работы мы не можем. Вернее мы можем, но каждый это делает в рамках своего издательского дома. Безусловно, в рамках каждого издательского дома существует так называемое описание рабочих мест, должностные инструкции, все это существует, но рынок труда – это рынок труда, на котором есть разные работодатели и разные работники. И привести этот рынок к некоему единообразному показателю, как нам кажется, это абсолютно необходимо. В первую очередь, как я уже говорила, не из-за названия, а из-за понятных и стандартных наборов знаний и умения. Эта работа сложная, эта работа такого уровня, которую с одной стороны может сделать индустрия, но с другой стороны, без поддержки властных структур, без того, чтобы эти описания профессий, знаний, умений, были утверждены на государственном уровне и стали обязательным списком как для учебных заведений, так и для работодателей, без этой поддержки провести такую работу практически невозможно. Поэтому мы думаем, что Гильдия - как общественная организация - могла бы возглавить некую рабочую группу, инициативную группу. Мы посовещаемся и решим, как это в резолюции записать, если будет добрая воля - это записать. Но обязательным условием является участие государственных структур, которые могли бы потом проведенную работу воплотить в реальные документы, в классификаторы, в реестры, в документы, которыми будут пользоваться как учебные заведения, так и предприятия. Я знаю, что есть уже такая инициатива. Гильдия уже обратилась в федеральное агентство, но вот сейчас этот процесс должен как-то интенсифицироваться и возможно какой-то толчок мы дадим этой работе.

Вторая проблема – это существенный разрыв, который сегодня есть между образовательными учреждениями и отраслью. Раньше существовал, в советские времена, госзаказ. Примерно было понятно, каких специалистов можно трудоустроить и в каком количестве. Сегодня результатом отсутствия этой связи является абсолютное понимание дефицитности некоторых профессий на рынке. Опять же, в практической жизни это абсолютно ненормальный, перегретый рынок заработных плат по некоторым категориям специалистов. Понимаете, это ведь ситуация ненормальная и абсурдная, когда люди, которые за свой непрофессионализм отвечают головой (я имею в виду главных бухгалтеров и финансовых директоров, которые подчас могут просто в тюрьму сесть, если они непрофессионально выполняют свою работу), получают зарплату в два раза ниже, чем люди, которые называются, там, специалист по брендингу. Жизнь специалиста по брендингу – она конечно сложна, но ни в какое сравнение с жизнью главного бухгалтера, на сегодняшний день не идет. И уровень ответственности тоже совершенно разный. Тем не мене специалистов по брендингу нет, их перекупают из одного издательского дома в другой издательский дом, и каждый следующий работодатель готов заплатить большую зарплату. Это связано с тем, что конечно рынок развивается. Потребности рынка и самое главное, краткосрочные и долгосрочный заказ, на сегодняшний день реально может сформулировать отрасль. Понимаю всю сложность этой работы, предполагаю, что здесь надо не просто сформировать этот заказ, а еще и предать этому заказу какие-то механизмы, которые позволили бы его гибко пересматривать. Сегодня рынок такой, через два года, когда мы уже все это понимаем, что началась, предположим, стагнация тиражей, мы понимаем, что через два года может быть не нужны будут специалисты в таком количестве по дистрибуции, может быть нужны будут специалисты по маркетингу, которые будут в состоянии те же самые тиражи эффективно продвигать. Может быть, нужны будут региональные менеджеры, и т. д. и т. д. Но это все базируется на реальном развитии отрасли. Поэтому мне кажется, что сегодня нужно подумать о том, чтобы провести определенные исследования, это исследования не быстрые, не дешевые, но на базе этих исследований, на базе аналитики, можно реально сделать заказ от отрасли учебным заведениям на количество и качество подготавливаемых специалистов. И еще раз подчеркиваю, что необходимо создать механизм того, как этот заказ будет регулироваться в зависимости от ситуации на рынке, в зависимости от долгосрочных и краткосрочных перспектив развития рынка. Могу сказать, что Гильдия готова активно принимать участие в этой работе и опять же подчеркну, что силами одной Гильдии проделать такую работу будет достаточно сложно, все равно нужна консолидация усилий и общественных организаций, которые представляют достаточно репрезентативно нашу отрасль, и учебных заведений, и наверное госструктур тоже.

Подготовка кадров – тема большая, сложная (не буду на ней останавливаться подробно) и я бы хотела сразу из своего выступления исключить сразу тему подготовки творческих кадров. Во-первых, у меня есть прекрасный содокладчик на эту тему, который эту тему знает гораздо лучше, чем я. И, вы знаете, почему-то у меня такое ощущение, что все-таки с творческими кадрами дело обстоит не так плохо, как с менеджерскими кадрами. На заседании, которые происходило в Роспечати, по-моему, господин Козлов приводил цифры, что в редакциях сегодня около восьмидесяти процентов сотрудников не имеют профессионального образования. Так вот если мы говорим о менеджерских кадрах, я, конечно, боюсь оказаться правой, но, по-моему, девяносто девять процентов сотрудников отделов маркетинга, дистрибуции, рекламных служб, не имеют специального образования. Мы видим перед собой активных, молодых девушек и парней, которые хотят работать, которые готовы продвигаться, но если вы откроете анкеты, то вы там увидите – МАИ, Энергетический институт, хорошо, если Плехановская академия. Поэтому сегодня вопрос заключается в том, что мы действительно не обеспечены профессиональными менеджерскими кадрами и эта тема, мы ее в рамках Гильдии разбили на три категории, три категории профобразования. Это высшее образование в профильных ВУЗах, это повышение квалификации или введение в специальность, когда человек хочет приобрести какую-то новую специальность, и профильные программы MBA. Я бы хотела как раз поговорить о повышении квалификации. Мне кажется, что все-таки мы должны говорить о повышении квалификации в двух плоскостях, последнее время постоянно в отрасли звучит замечательная идея о том, что топ-менеджеры ведущих издательских домов и вообще топ-менеджеры занимались обучением студентов, я имею в виду, слушателей, которые повышают свою квалификацию или приобретают новую профессию. Знаете, я, честно говоря, эту идею не поддерживаю по нескольким причинам. Во-первых, я считаю, что не каждый топ-менеджер может быть преподавателем, это понятно. Второе, я считаю, что в условиях реального рынка, когда большинство топ-менеджеров связаны соглашениями о конфиденциальности и коммерческой тайне, никто из топ-менеджеров никогда не придет никому рассказывать никакие ноу-хау или последние разработки своего издательского дома, для того, чтобы обучить людей из других издательских домов тому, что они сделали за последнее время. И третья причина: я считаю, что каждый должен выполнять свою работу. Преподавать должны преподаватели, это их профессия, их этому профессионально учили, они это могут и умеют делать. Вопрос в том, что, конечно же, топ-менеджеры могут быть звездами, которые приходят вести какие-то отдельные практические семинары, которые могут читать отдельные лекции или просто приходить для выступления на большую аудиторию, проведения какого-нибудь круглого стола, мастер-класса, или чего-то в этом роде. То, что мы сейчас видим – это большая проблема. Повышение квалификации кадров – это большая проблема, потому что сегодня преподавательский состав не соответствует уровню слушателей. Люди приходит из практической работы, им нужно повысить свои теоретические знания. Я, честно говоря, даже не хотела приводить примеры на этой аудитории, как мои сотрудники повышают свою квалификацию. Ну вот просто не могу молчать. Человек, работающий в отделе маркетинга аналитиком, которого мы послали учиться, повышает в одном из наших уважаемых ВУЗов свою квалификацию в течение одиннадцати месяцев. Я не говорю о том, что человек очень хочет учиться, он стремиться, я не говорю о том, что издательство за него заплатило не маленькие деньги для того, чтобы помочь этому человеку получить некую теоретическую подготовку, потому что человек работает маркетологом, но конечно никакого маркетингового образования не имеет. Рассматривается пример, я просто сейчас, когда стала вице-президентом Гильдии по вопросам образования, я теперь у всех все спрашиваю, чему вас учат, расскажите мне. Значит, рассматривается пример. В группе сидит девять слушателей из журнальных издательств и один слушатель из книжного издательства. Приводится пример: «Вот такая панель измерений проводилась, и исследовали вопрос о том, как связан алкоголизм и семейная жизнь. Вот алкоголик пьет, потому что у него неудачная семейная жизнь, или у него неудачная семейная жизнь, потому что он алкоголик». Слушатели журнальных издательств спрашивают: «Скажите, а нельзя что-нибудь поближе к журналам, какую-нибудь панель измерения поближе к журналам». На что преподаватель отвечает: «А у меня нет других примеров». Слушатели говорят: «А давайте мы Вам принесем эти примеры. Мы работаем в издательствах, мы проводим по двадцать пять панелей в год, у нас есть реальные жизненные примеры». Преподаватель говорит: «Зачем? У меня есть». И, понимаете, мне не жалко денег, ничего не жалко, мне просто жалко людей, которые, взрослые люди, оставляют свои семьи, четыре раза в неделю, вечером, после работы идут учиться. И это не три дня, это одиннадцать месяцев. И вот я слушаю эту историю, начиная с 1 сентября, и я могу сказать, что, начиная с 1 сентября у тех моих сотрудников, кто сейчас повышает квалификацию, было три стоящих лекции. На самом деле три полезные лекции, которые им помогут в реальной работе. Вопрос ведь в том, что эти люди уже работают. Практике мы их и так научим. Практика учится в практике. Но мы просим о том, чтобы им дали подушку, им дали то самое представление теоретических знаний, те самые инструменты, которыми они смогут пользоваться в практической жизни. К сожалению этого не происходит. В рамках отрасли, меня вполне поддерживают мои коллеги в других издательских домах, мы готовы принимать у себя преподавателей, мы готовы проводить на базе конкретных издательских домов семинары для того, чтобы рассказывать преподавателям, какие у нас есть методики, как мы работаем. Мы можем передавать наши реальные примеры по каким-то конкретным темам. Если нам скажут, сформируйте нам, предположим, примеры по панелям измерения, мы сделаем прекрасные примеры, на которых потом можно будет учить студентов. И здесь я бы хотела также обратиться и к руководству, к руководителям учебных заведений. Есть очень много хороших преподавателей, которым просто надо дать возможность немножко посмотреть на международный опыт, поездить по таким мероприятиям, как конгрессы FIPP, конгрессы WAN, где за два-три дня представляются все инновации, которые происходят в мире. За два-три дня таких поездок можно получить огромный материал, на базе которого потом год, совершенно спокойно можно вести лекции и рассказывать студентам, слушателям о том, что происходит в мире. При этом, я хочу сказать, что мы точно также все учимся, потому что жизнь очень динамичная, три года назад никто не думал, что надо вникать в то, что называется цифровые технологии, что нужно понимать, что это такое. Десять лет назад никто толком не знал, как продается реклама сетевым рекламных агентствам. Двадцать лет назад никто не думал по поводу компьютеризирования издательских систем, которые работают в редакциях. Это жизнь, и эта жизнь побуждает всех нас учиться. И я хотела бы призвать учебные заведения к тому, чтобы они думали о программах повышения квалификации преподавателей, а мы всем, чем можем, поможем, предоставим разные возможности для людей, которые хотят это делать. Что касается наших слушателей, то мы предлагаем в рамках Гильдии свою помощь учебным заведениям в качестве сертификации тех программ, на базе которых они обучают студентов. Мы готовы предоставить те самые практические, так называемые кейсы, примеры, которые войдут частью программы в учебные заведения. Мы хотели бы со своей стороны сертифицировать учебные программы, мы хотели бы со своей стороны сертифицировать учебные заведения и различные институты повышения квалификации, и мы, наверное, в рамках Гильдии, хотели бы сделать некий рейтинг учебных заведений и учебных программ. Это вовсе не значит, что мы хотим кому-то разрешать, а кому-то запрещать. Просто любой работодатель должен иметь право и иметь такую возможность, взглянуть на отраслевой рейтинг и принять решение – посылать ли туда своих работников повышать квалификацию, или не посылать. И это совершенно нормально, потому что иногда работодатель платит деньги, и посылает человека учиться, и человек не ходит на работу, получает зарплату, но где он учится, и что он делает, никто толком на самом деле не знает. Здесь роль Гильдии опять-таки в том, чтобы создать некий координационный совет, комиссию, какое-то объединение людей из отраслевых ассоциаций, из учебных заведений, из Роспечати и попробовать все-таки отладить взаимодействие с учебными заведениями, для того, чтобы принимать участие в составлении программ, как образования ВУЗовского, так и повышения квалификации.

И последнее, чтобы я хотела сказать, да… и может быть еще несколько слов об MBA. Профильные программы MBA. Ну, вы знаете, что MBA дают нам возможность подготовить управленцев и руководителей. Для того, чтобы руководители в медиа-отрасли были все-таки подготовлены к медиа-отрасли, а не были бы управленцами широкого профиля, мы сейчас уже готовы включиться в подготовку специализированных издательских блоков, и так называемых кейсов MBA, благодаря которым выпускники MBA смогут не только быть руководителями широкого профиля, но и будут конкретно подготовлены к тем управленческим задачам, которые стоят в практической работе перед управленцами медиа-отрасли.

И четвертое, это тема, которая также, как мне кажется, очень важна и актуальна, вне зависимости то того, идет ли речь о получении высшего образования, переподготовки специалистов или учебе MBA, мы не должны забывать, что сегодня наш рынок – это часть мировой издательской индустрии. И это связано и с тем, что на рынке присутствуют крупные иностранные издательские дома, это связано с тем, что Российский издательские дома выпускают очень много лицензионных изданий, т. е. на прямую работают с крупными международными медиа-холдингами, и это связано с тем, что даже если издательские дома не выпускают лицензионных журналов, и не являются международными, тем не менее все мы связаны с международными рекламодателями и есть определенные стандарты, на основании которых должны работать наши менеджеры, для того, чтобы качественно выполнять свои профессиональные задачи. Мы должны это все понимать и мы, как любое образование должно идти на шаг вперед, мы должны это учитывать. Сегодня, как мне кажется, с точки зрения международных стандартов, подготовки специалистов и работы многих издательских домов, мы отстаем от принятого уровня профессионализма в международных издательских домах. Мне кажется, что не нужно идти здесь каким-то своим совершенно особым путем, нужно иметь возможность смотреть на опыт других стран, на то, как там организовано образование и самое главное, на то, как там организована интеграция между образовательными учреждениями и отраслью. Мы в рамках Гильдии издателей готовы предоставлять возможность студентам стажироваться, мы готовы предоставлять возможность студентам ездить за границу, мы готовы организовать некий фонд… я беру на себя такие повышенные обязательства, и создать несколько грантов для особо талантливых менеджеров, студентов, которые станут менеджерами издательской отрасли, и отправлять их учиться. Конечно, немножко сложновато, потому что все это связано со свободными владением иностранным языком, но сейчас новое поколение, для которых это уже не такая большая проблема. К этому вплотную примыкает проблема сначала стажировки, затем трудоустройства, рынка вакансий. Здесь присутствует Наталья Селезнева, она подробно об этом расскажет, но в наших интересах, как отрасли, создать некую объединенную базу данных, в которую люди будут приходить еще являясь студентами ВУЗов, мы на них уже сможем посмотреть еще на том этапе, когда они учатся, мы готовы открыть двери наших издательских домов для стажировок, практик. Мы посмотрим на людей, люди посмотрят на то, как работать на самом деле в издательском доме, может, они вообще этого не хотят вовсе, а их родители заставили. По крайней мере, до того момента, как они начнут себе искать работу на рынке, уже можно сделать определенные шаги, для того, чтобы между учебными заведениями и работодателями были налажены более тесные связи, чем они есть сейчас. У меня, например, в издательском доме, постоянно проходят практику три-четыре студента. Ни разу я не получала официального запроса от какого-либо учебного заведения. Все эти мальчики-девочки пришли своими какими-то путями, а нельзя ли у вас – да, пожалуйста, можно. Если издательский дом будет иметь какую-то заявку от учебного заведения, на сегодняшний день я сомневаюсь, что кто-то из крупных издателей откажется принять у себя на разных позициях студентов на практику, или на стажировку, или взять молодого специалиста с каким-то испытательным сроком. Все это реально возможно, но сегодня нет этой среды, понимаете. Нам негде общаться, нам негде выбирать молодых специалистов, мы не знаем, где ходят они, они не знают, где ходим мы. И вот эта проблема связана еще и с тем, что… понимаете, это как замкнутый круг, молодых ребят никто не берет на работу, потому что мы их не видим и не знаем, они не могут себе найти работу, а нам не хватает в это время специалистов. Поэтому мне кажется, что такие связи между учебными заведениями и отраслью – вот эта часть, она не такая сложная, как все предыдущие части, она решается на уровне просто человеческого фактора, вот мы сели за круглый стол и договорились, каждое издательство принимает такое-то количество студентов. Все резюме студентов попадают в объединенную базу данных, которая создается отраслью. Все издатели обращаются к вот таким-то банкам данных, когда им необходим специалист. Это работа, которую реально можно провести уже сегодня, для этого нужна только добрая воля.

И, в заключение, я бы хотела сказать, что все мы – выпускники наших любимых, учебных заведений, и относимся к нашим учебным заведениям с большой благодарностью и большой теплотой. Я до сих пор помню записочку, которую мне написал мой преподаватель, я ее просто над стеной приклеила в первой редакции, в которой я работала: «Глаголом жечь сердца людей, а не отглагольными существительными». Но хотя бы для этого надо знать, что такое отглагольные существительные. Вы создаете базу, мы доучим, докрутим и довертим, но мы вместе с вами, рука об руку, должны понимать, что сегодня проблема кадров может быть так остро стоит, как никогда. Спасибо большое за внимание.