Обзор судебной практики по гражданским делам за 2 полугодие 2007 года

Утвержден

постановлением президиума

Курганского областного суда

от 01.01.01 года

О Б З О Р

судебной практики по гражданским

делам за 2 полугодие 2007 года

В соответствии с п.1 ст.325 ГК РФ исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения обязательств перед кредитором.

Б. обратилась в суд с иском к ответчикам А., Ш. о взыскании компенсации морального вреда в сумме 80 000руб. В дальнейшем от иска к Ш. отказалась, определением суда производство по делу в этой части прекращено.

Судом постановлено решение, которым с А. в пользу Б. было взыскано в счет компенсации морального вреда 8 000рублей., с каждого из ответчиков взысканы в пользу истца расходы на оплату услуг представителя и госпошлина.

Судебная коллегия отменила решение суда в части удовлетворения исковых требований Б. к А. о взыскании компенсации морального вреда в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, неправильным применением судом норм материального права (п. п.3, 4 ч.1 ст.362 ГПК РФ).

Установлено, что 02.01.2007г. произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ВАЗ-21043 под управлением водителя Ш. и автомобиля ГАЗ - 332132 под управлением водителя И.

В результате ДТП истица, находившаяся в качестве пассажира в автомобиле ВАЗ, получила телесные повреждения.

В соответствии с ч.1 ст.1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, лежит на лице, которое владеет им на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления…).

Из дела следует, что ответчик Ш. управлял автомобилем ВАЗ на основании выданной собственником доверенности, И. управлял автомобилем ГАЗ в силу трудовых отношений с индивидуальным предпринимателем А. (собственником автомобиля).

Суд при рассмотрении дела пришел к обоснованному выводу о том, что вред, причиненный истице, подлежит возмещению Ш. и А. (ч.3 ст.1079 ГК РФ).

Поскольку в результате ДТП причинен вред здоровью истицы, суд нашел доказанным факт причинения ей морального вреда – физических страданий (ст.151 ГК РФ). Размер подлежащего взысканию с ответчика морального вреда определен судом в соответствии с правилами ст.1101 ГК РФ. Судебная коллегия сочла разумной и справедливой определенную судом компенсацию морального вреда в сумме 8 000руб.

При этом, взыскивая с А. указанную сумму, суд первой инстанции указал в решении, что поскольку Ш. добровольно выплатил истице 30 000руб., обязанность возмещения причиненного истице морального вреда лежит на А., так как степень его вины в ДТП меньше, чем степень вины Ш.

Судебная коллегия не согласилась с данным выводом суда, поскольку он противоречит закону и имеющимся в деле доказательствам.

В данном случае правоотношения сторон регулируются ч.3 ст.1079 ГК РФ, в соответствии с которой владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т. п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Из дела следует, что в период рассмотрения спора судом Ш. добровольно выплатил истице в счет компенсации морального вреда 30 000руб., то есть фактически выплатил компенсацию морального вреда в размере, превышающем определенную судом сумму морального вреда - 8 000руб.

В соответствии с п.1 ст.325 ГК РФ исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору.

Поскольку один из солидарных должников Ш. исполнил в полном объеме обязательство перед истицей о компенсации морального вреда, у суда не имелось оснований для взыскания с А. дополнительно 8 000руб. Решение суда в этой части кассационной инстанцией отменено с вынесением нового решения об отказе Б. в иске к А. о взыскании компенсации морального вреда.

Судебная коллегия также уточнила решение суда в части распределения судебных расходов. Так как в иске к А. отказано полностью, а производство по делу в части исковых требований к Ш. прекращено в связи с добровольным им исполнением обязательства после обращения Б. в суд с иском, государственная пошлина в доход государства и расходы на участие в деле представителя в размере, определенном судом - 4 000 руб., взысканы с ответчика Ш. (ч.1 ст.101 ГПК РФ). Вывод суда о взыскании судебных расходов с А. исключен из резолютивной части решения суда.

Лицо, приобретающее недвижимое имущество по договору купли-продажи, до регистрации права собственности не вправе требовать освобождения данного имущества от ареста, осуществленного по обязательствам прежнего собственника.

К. обратился в суд с иском к И., Р. об освобождении от ареста помещения магазина.

Решением суда иск удовлетворен.

Судебная колле­гия решение суда отменила в связи с неправильным применением норм материального права (п.4 ч.1 ст.362 ГПК РФ).

Как усматривается из дела, определением судьи Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 01.01.2001 в обеспечение иска Р. к И. о взыскании денежных средств в сумме 6 руб. наложен арест на нежилое помещение магазина промышленных товаров, расположенное по адресу: Курганская область, 9, принадлежащее И.

К. настаивал на освобождении данного помещения от ареста, указывая в обоснование требований, что является его законным владельцем, поскольку приобрел данное помещение у И. по договору купли-продажи от 01.01.2001г. Ссылался на то обстоятельство, что договор сторонами исполнен: помещение передано истцу по передаточному акту от 01.01.2001г., расчет по договору истцом произведен.

Из материалов дела следует, что 04.08.2007 К. и И. обратились в УФРС по Курганской области для государственной регистрации перехода права собственности на спорное нежилое помещение по договору купли-продажи от 01.01.2001г. Регистрация была приостановлена в связи с наложением судом ареста на имущество.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования К., пришел к выводу, что заключенный между К. и И. договор купли-продажи спорного имущества отвечает требованиям, предъявляемым к договору купли-продажи недвижимости (ст. ст.549, 550 ГК РФ). Суд счел, что после передачи К. помещения по договору купли-продажи и до регистрации перехода права собственности, он является законным владельцем имущества, в связи с чем, требование об освобождении имущества от ареста подлежит удовлетворению.

Судебная коллегия не согласилась с решением суда, постановленным с нарушением норм материального права. Кроме того, суд первой инстанции, являясь судом общей юрисдикции, в нарушение положений ГПК РФ сослался в решении на постановление Пленума ВАС РФ (п.4 Постановления Пленума ВС РФ №23 от 01.01.2001г.).

Из дела следует, что истец собственником спорного имущества не является, поскольку в соответствии со статьей 131 и пунктом 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на недвижимое имущество возникает с момента его государственной регистрации, и согласно п.1 ст. 551 ГК право собственности на объект недвижимости по договору купли-продажи переходит к покупателю с момента государственной регистрации перехода права собственности от продавца к покупателю.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 21.07.97 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" единственным доказательством существования права собственности на объекты недвижимого имущества является государственная регистрация права в Едином государственном реестре.

В данном случае, регистрация права собственности истца на указанное помещение не произведена. Следовательно, истец не является собственником спорного имущества и не вправе требовать освобождения его от ареста.

По мнению кассационной инстанции, не могло служить основанием для удовлетворения исковых требований К. и исполнение сторонами договора купли-продажи объекта недвижимости, на что сослался суд первой инстанции. Согласно пункту 2 статьи 551 ГК РФ исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности от продавца к покупателю не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами. В данном случае наложение ареста на имущество не является результатом действий продавца магазина, поэтому ссылка представителя истца на положения ст.305 ГК РФ (защита прав владельца, не являющегося собственником) несостоятельна. До момента государственной регистрации перехода права собственности к покупателю, для третьих лиц собственником имущества остается продавец. Соответственно кредиторы продавца вправе в установленном порядке требовать обращения взыскания на принадлежащее должнику имущество.

Поскольку на момент наложения судом ареста на спорное здание И. сохраняла статус собственника указанного нежилого помещения, К. собственником имущества не являлся, оснований для удовлетворения его требований об освобождении имущества от ареста не имелось.

Решение суда об удовлетворении иска отменно судебной коллегией с вынесением нового решения об отказе в иске.

Выводы суда об отсутствии оснований для взыскания расходов на санаторно-курортное лечение, как фактически не понесенных истцом, признаны противоречащими нормам ГК РФ о полном возмещении вреда, причиненного здоровью гражданина, что привело к отмене решения суда.

П., действующий в своих интересах и в интересах своей несовершеннолетней дочери П. В., обратился в суд с иском: просил взыскать с Ж. В. и собственника автомобиля Ж. Н. компенсацию морального вреда в сумме руб., а с -Урал» расходы, связанные с приобретением путевки на санаторно-курортное лечение в сумме 39000 руб. и оплату услуг представителя.

Судом постановлено решение, которым взыскано с Ж. В. в пользу П. 20000 руб. в счет компенсации морального вреда, 2000 руб. в счет возмещения расходов на оплату представителя, в удовлетворении остальной части требований отказано.

Судебная коллегия решение суда отменила в части, в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела (пп.1 п.1 ст.362 ГПК РФ).

Установлено, что 09.06.2007. Ж. В., управляя автомобилем ВАЗ-21124, на 1 года рождения, переходящей проезжую часть дороги по пешеходному переходу. В результате ДТП ребенку были причинены телесные повреждения.

Согласно ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Собственником источника повышенной опасности является автомобилем на основании доверенности управлял Ж. В., в связи с чем суд пришел к правильному выводу о том, что надлежащим ответчиком по требованиям о взыскании компенсации морального вреда является Ж. В.

Судебная коллегия сочла, что решение суда в части взыскания компенсации морального вреда, причиненного несовершеннолетнему ребенку П. В., является законным и обоснованным.

В части отказа во взыскании расходов на санаторно-курортное лечение и оплату услуг представителя решение суда отменено, в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела (пп.1 п.1 ст.362 ГПК РФ).

Гражданская ответственность собственника автомобиля Ж. Н., а также лица, допущенного к управлению транспортным средством – Ж. В., застрахована -Урал» с 25.12.2006. по 24.12.2007.

В соответствии со ст.1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат расходы на санаторно-курортное лечение, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В связи с чем выводы суда об отсутствии оснований для взыскания расходов на санаторно-курортное лечение, как фактически не понесенных истцом, судебной коллегией признаны противоречащими указанным выше нормам ГК РФ о полном возмещении вреда, причиненного здоровью гражданина, пострадавшего в ДТП. В материалах дела имеется ксерокопия справки клинико-экспертной комиссии Катайской ЦРБ, из которой следует, что П. В. с диагнозом «невроз, связанный с аффектом» нуждается в санаторно-курортном лечении по профилю: заболевание нервной системы. Аналогичные рекомендации имеются и в выписке из истории болезни ребенка. В связи с чем суду необходимо было исследовать вопрос о наличии причинно-следственной связи между причиненными в результате ДТП повреждениями и необходимостью в санаторно-курортном лечении, а также о невозможности предоставления данного лечения бесплатно.

Поскольку без выяснения указанных обстоятельств решение суда не может быть признано законным, оно в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании расходов на санаторно-курортное лечение и в части взыскания расходов на представителя отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду рекомендовано предложить сторонам представить дополнительные доказательства, в том числе о размере расходов на санаторно-курортное лечение, при необходимости обсудить вопрос о назначении судебно-медицинской экспертизы на предмет установления нуждаемости П. В. в санаторно-курортном лечении и его причинно-следственной связи с ДТП и постановить решение с учетом всех собранных по делу доказательств, определив размер понесенных истцом расходов по оплате услуг представителя.

Согласно п.4.7 Правил страхования автомобиля, водителя, пассажира и багажа не признается страховым случаем повреждение автомобиля вследствие управления автомобилем страхователем или другим лицом в состоянии алкогольного опьянения.

Б. обратился в суд с иском к общество «Авиационный Фонд Единый Страховой (АФЕС)» (далее «АФЕС») о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда.

Судом было постановлено решение о взыскании с «АФЕС» в пользу Б. страховой выплаты, денежной компенсации морального вреда, расходов по оплате оценки транспортного средства, расходов на оплату услуг представителей.

Проверив материалы дела по кассационной жалобе ответчика, судебная коллегия отменила решение суда, в связи с неправильным применением норм материального права (п. 4 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела следует, что Б. является собственником автомобиля ВАЗ 210июля 2006 года между Б. и «АФЕС» заключен договор добровольного имущественного страхования транспортного средства, по которому объектом страхования являются интересы страхователя, связанные с владением, пользованием и распоряжением автомобилем при его повреждении.

В результате ДТП автомобилю, принадлежащему истцу, были причинены механические повреждения.

«АФЕС» в выплате страхового возмещения истцу отказано.

Суд при рассмотрении спора пришел к выводу о взыскании в пользу истца страхового возмещения и компенсации морального вреда в связи с тем, что страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения только в случае, предусмотренном законом. Указываемое ответчиком основание для освобождения от выплаты страхового возмещения - состояние алкогольного опьянения водителя автомобиля, по мнению суда, законом не предусмотрено. Такой вывод суда основан на неправильном толковании норм материального права.

Перечень оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения и страховой суммы содержится в ст. 964 ГК РФ. Данной нормой закона предусмотрено, что основания для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения могут быть также предусмотрены правилами страхования или специальными условиями договора страхования.

В соответствии с договором страхования от 01.01.01 года, заключенного между сторонами, его неотъемлемой частью являются Правила страхования автомобиля, водителя, пассажира и багажа. При рассмотрении дела в суде кассационной инстанции представитель истца подтвердил, что данные Правила были переданы истцу при заключении договора страхования и являются его неотъемлемой частью.

Согласно п.4.7 Правил страхования автомобиля, водителя, пассажира и багажа не признается страховым случаем повреждение автомобиля вследствие управления автомобилем страхователем или другим лицом в состоянии алкогольного опьянения.

Судом не учтено, что повреждение автомобиля истца произошло по вине Т., находящегося в состоянии алкогольного опьянения, не дана оценка тому, что указанное обстоятельство подтверждается протоколом об административном правонарушении, пояснениями свидетеля П., работника ГИБДД, составившего данный протокол.

Таким образом, повреждение автомобиля истца вследствие управления им Т. в состоянии алкогольного опьянения не может быть признано страховым случаем и на страховщика не может быть возложена обязанность по выплате истцу страхового возмещения.

Судебная коллегия, отменив решение суда, приняла по делу новое решение, отказав Б. в иске к «АФЕС» в выплате страхового возмещения, судебных расходов, компенсации морального вреда.

Вред, причиненный в результате незаконных действий сотрудника службы общественной безопасности, содержащейся за счет средств областного бюджета, подлежал возмещению за счет средств казны субъекта РФ - Курганской области (ст.1069, ст.1070 ГК РФ).

М. обратился в суд с иском к Кетовскому Р области, Финансовому управлению Курганской области, Управлению Федерального казначейства по Курганской области о возмещении материального ущерба и взыскании компенсации морального вреда.

Суд постановил решение, которым исковые требования М. удовлетворил частично, взыскал с Министерства финансов РФ за счет средств Казны Российской Федерации в возмещение вреда 6 792 руб. В удовлетворении остальной части требований отказал.

Судебная коллегия решение суда отменила в части в связи с неправильным применением судом норм материального и процессуального права (п.4 ст.362 ГПК РФ).

Из материалов дела видно, что постановлением инспектора ГИБДД Кетовского Р области от 01.01.2001 М. был привлечен к административной ответственности.

Решением суда данное постановление было отменено, дело об административном правонарушении в отношении М. было возвращено на новое рассмотрение в ГИБДД, где производство по делу прекращено в связи с недоказанностью совершения административного правонарушения.

был незаконно привлечен к административной ответственности, он имеет право на возмещение причиненного ему вреда в результате этих незаконных действий.

В связи с рассмотрением дела об административном правонарушении М. понес расходы на проезд и оплату услуг представителя, которые просил взыскать. Эти расходы на основании ст.15, ст.1069, ст.1070 ГК РФ подлежат взысканию за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта РФ).

При рассмотрении дела суд первой инстанции пришел к правильному выводу о взыскании причиненного истцу вреда в объеме, подтвержденном доказательствами, при этом необоснованно произвел взыскание причиненного истцу вреда с Министерства Финансов РФ. Суд в этой части не применил нормы Указа Президента РФ «О милиции общественной безопасности в РФ» , в котором определены источники финансирования подразделений и служб общественной безопасности. В соответствии с данным Указом Президента РФ должность инспектора ГИБДД Кетовского Р, постановлением которого был привлечен к административной ответственности истец, содержится за счет средств областного бюджета, поэтому причиненный истцу вред подлежал возмещению за счет средств казны субъекта РФ - Курганской области, от имени которой выступает соответствующий финансовый орган - Финансовое управление Курганской области.

Суд неправильно произвел взыскание причиненного истцу вреда с Министерства Финансов РФ.

Судебная коллегия отменила решение суда в части взыскания с Министерства Финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу М. причиненного ему вреда в сумме 6 792 руб., вынесла в данной части новое решение, которым взыскала сумму причиненного вреда с Финансового управления Курганской области за счет средств казны Курганской области.

В соответствии со ст. ст. 196, 197 ТК РФ работодатель проводит профессиональную подготовку, переподготовку, повышение квалификации работников, обучение их вторым профессиям. Отказывая истцу, уволенному по п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ, в восстановлении на работе, понуждении перевода на другую должность в соответствии с медицинским заключением, суд не выяснил всех обстоятельств, имеющих значение для дела, что повлекло отмену решения суда.

Б. обратился в суд с иском к -Сибирские нефтепроводы им. » о восстановлении на работе в должности водителя, понуждении перевода на должность автозаправщика и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 7 марта 2007г. по день восстановления на работе.

Суд в иске отказал.

Судебная коллегия решение суда отменила в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела (п.1 ст.362 ГПК РФ).

В соответствии с п.8 ч.1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является, в том числе отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо отсутствие у работодателя соответствующей работы.

Из материалов дела видно, что Б. с 10 ноября 1996г. работал у ответчика в Курганском нефтепроводном управлении машинистом бульдозера. С 14 ноября 1997г. работал водителем.

По заключению ФГУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Курганской области» от 2 февраля 2007г. истец признан инвалидом 3 группы. Согласно индивидуальной программе реабилитации он может работать бригадиром, завхозом, вахтером, мотористом, автозаправщиком.

Приказом за № 03-294 от 01.01.2001 истец уволен с работы в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику согласно медицинскому заключению в соответствии с п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ.

В судебном заседании суд установил, что в Курганском нефтепроводном управлении имеется вакансия оператора автозаправочной станции и эта работа тождественна работе автозаправщика, указанного в индивидуальной программе реабилитации инвалида, выданном ФГУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Курганской области». Б. выразил желание работать оператором автозаправочной станции.

Суд, отказывая в иске, пришел к выводу, что истец не мог на момент увольнения исполнять обязанности оператора АЗС, поскольку не имел профессионального образования по данной специальности, а работодатель не обязан обучать истца новой специальности.

Судебная коллегия сочла указанный вывод суда основанным на непроверенных обстоятельствах дела.

Из требований ст.65 ТК РФ следует, что при приеме на работу, к выполнению которой в соответствии с законодательством могут быть допущены только лица, имеющие специальное образование или специальную подготовку, работодатель обязан потребовать предъявления дополнительных документов, подтверждающих получение соответствующего образования или специальной подготовки.

Кассационная инстанция указала, что суду следовало предложить ответчику представить обоснование своих доводов о необходимости документа о профессиональном образовании по специальности оператора автозаправочной станции у Б. Также дать правовую оценку тому обстоятельству, что спор между сторонами возник не по поводу отказа в приеме на работу.

Одним из оснований отказа Б. в предоставлении работы в соответствии с медицинским заключением послужила ссылка ответчика на отсутствие профессиональной подготовки истца по профессии оператора АЗС.

В соответствии со ст. ст. 196,197 ТК РФ работодатель проводит профессиональную подготовку, переподготовку, повышение квалификации работников, обучение их вторым профессиям в организации, а при необходимости - в образовательных учреждениях начального, среднего, высшего профессионального и дополнительного образования на условиях и в порядке, которые определяются коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Работники имеют право на профессиональную подготовку, переподготовку и повышение квалификации, включая обучение новым профессиям и специальностям.

Указанное право реализуется путем заключения дополнительного договора между работником и работодателем.

Согласно ст. ст.11 и 24 ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» индивидуальная программа реабилитации инвалида - разработанный на основе решения уполномоченного органа, осуществляющего руководство федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных или утраченных функций организма, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности.

Индивидуальная программа реабилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

Работодатели в соответствии с установленной квотой для приема на работу инвалидов обязаны создавать или выделять рабочие места для их трудоустройства, создавать им условия труда в соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида.

Суд не проверил, предусматривала ли индивидуальная программа реабилитации Б. возможность профессионального обучения (переобучения), каким образом ответчиком организовано профессиональное обучение и переобучение работников рабочих профессий, не дал оценку доводам истца о том, что он имел намерение пройти переподготовку по профессии оператора АЗС.

Поскольку устранение указанных недостатков невозможно без дополнительного судебного разбирательства, решение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В стаж работы, дающий право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения (в городе и в сельской местности), периоды нахождения в отпусках по беременности и родам и по уходу за ребенком подлежали включению в льготном исчислении 1 год за 1 год и 3 месяца.

Ж. обратилась в суд с иском к ГУ УПФ РФ в Кетовском районе о включении в специальный стаж, дающий право на назначение досрочной трудовой пенсии в связи с осуществлением лечебной деятельности периодов нахождения в командировках, в отпуске по беременности и родам, по уходу за ребенком, в льготном исчислении – 1 год за 1 год и 3 месяца.

Судом постановлено решение о частичном удовлетворении исковых требований.

Из материалов дела усматривается, что решением комиссии ГУ УПФ РФ в назначении пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения истице было отказано из-за недостаточной продолжительности специального стажа, периоды нахождения истицы в командировках исключены из специального стажа работы, периоды нахождения истицы в отпусках по беременности и родам, по уходу за ребенком до достижения им возраста одного года зачтены в специальный стаж в календарном исчислении.

В соответствии с пп.11 п. 1 ст. 28 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» трудовая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст. 7 настоящего Федерального закона, лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в сельской местности и поселках городского типа не менее 25 лет и не менее 30 лет в городах, сельской местности и в поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, и Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст. 28 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», утверждены Постановлением Правительства РФ № 000 от 01.01.2001.

Согласно п. 5 Правил лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в городе, в сельской местности и в поселке городского типа, год работы в сельской местности или в поселке городского типа засчитывается в указанный стаж работы как 1 год и 3 месяца.

Если работа осуществлялась только в сельской местности и в поселке городского типа, то вышеназванные Правила не предусматривают права льготного порядка исчисления таких периодов работы.

Между тем по волеизъявлению и в интересах застрахованного лица, периоды работы до 1 января 2002 года могут быть исчислены на основании ранее действовавших нормативных правовых актов.

По состоянию на 31 декабря 2001 года пенсионное обеспечение медицинских работников регулировалось, в частности, Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.01 года N 1066 "Об утверждении Списка должностей,… и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения" (далее - Постановление N 1066).

В соответствии с пунктом 3 Постановления N 1066 в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет, периоды работы до 1 ноября 1999 года засчитывались в соответствии со Списком, утвержденным Постановлением Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 года N 464.

Учитывая, что пунктом 2 Постановления Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 года N 464 1 год работы в сельской местности или поселке городского типа засчитывался в стаж работы в льготном порядке (за 1 год и 3 месяца) независимо от того, проходила ли работа только в сельской местности или также и в городе, стаж работы в сельской местности до 1 ноября 1999 года может быть исчислен в указанном льготном порядке (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.2001г № 25).

Поскольку, истица направлялась в командировки по приказу руководителя, трудовой договор с ней не расторгался, заработная плата выплачивалась в установленном порядке, необходимые удержания из заработной платы производились, повышение квалификации являлось необходимым условием для осуществления лечебной деятельности, вывод суда о том, что данные периоды должны быть включены в специальный стаж в льготном порядке (1год за 1 год и 3 месяца) признан кассационной инстанцией правильным.

С выводом суда об отказе в удовлетворении исковых требований истицы в части включения в специальный стаж в льготном порядке периодов нахождения в отпусках по беременности и родам, по уходу за ребенком судебная коллегия не согласилась по следующим основаниям.

Как видно из записей в трудовой книжке истица работала как в городе, так и в сельской местности. В периоды предоставления отпусков по беременности и родам и по уходу за ребенком с 02.07.1987г по 21.10.1987г, с 14.08.1985г по 21.05.1986г, с 21.10.1987г по 26.02.1989г истица работала в сельской местности.

Пункты 1 и 3 Постановления Правительства РФ от 01.01.2001г № 000, пункт 2 Постановления Совета Министров РСФСР от 01.01.2001г № 000 позволяют зачесть периоды нахождения истицы в отпусках по беременности и родам и по уходу за ребенком в льготном порядке 1 год за 1 год и 3 месяца.

Данный вывод не противоречит п. 6 Разъяснения Государственного комитета СССР по труду и социальным вопросам, секретариата Всесоюзного центрального совета профессиональных союзов от 01.01.2001г № 7/10-30, действовавшего в период предоставления отпусков по беременности и родам и уходу за ребенком, в соответствии с которым во всех случаях исчисления общего, непрерывного стажа работы и стажа работы по специальности время частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста одного года и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет учитывается в том же порядке, как работа или соответственно учеба, в период которой предоставлены указанные отпуска.

В дальнейшем данное положение было сохранено в п. 7 Постановления Государственного комитета СССР по труду и социальным вопросам от 29.11.89г № 000/24-11 (во всех случаях исчисления общего, непрерывного стажа работы и стажа работы по специальности время частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет учитывается в том же порядке, как работа или соответственно учеба, в период которой предоставлены указанные отпуска).

Исходя из изложенного, судебная коллегия пришла к выводу об отмене решения суда в части отказа в удовлетворении исковых требований Ж. с вынесением нового решения о зачете в стаж работы, дающий право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения, периодов нахождения в отпусках по беременности и родам с 02.07.1987 по 21.10.1987, по уходу за ребенком с 14.08.1985 по 21.05.1986, с 21.10.1987 по 26.02.1989 в льготном исчислении: 1 год за 1 год и 3 месяца.

Вывод суда о включении в стаж работы истца, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, ряда периодов работы, не подтвержденных материалами дела, признан необоснованным.

Ф. обратился в суд с иском к ГУ ОПФ РФ в Частоозерском районе.

Судом постановлено решение, которым исковые требования Ф. к ГУ ОПФ РФ в Частоозерском районе о признании решения № 18 от 01.01.2001г незаконным, о включении в стаж периодов работы и признании права на досрочную пенсию удовлетворены частично, засчитан в стаж ряд периодов работы Ф. в качестве мастера и прораба в ДСПМК «Курганская – 1» , Курганское ДМРСП. в зачислении в стаж периодов работы с 24.08.1981 по 21.03.1986 в качестве прораба ЛМУ Частоозерской райсельхозтехники и в назначении досрочной трудовой пенсии по старости.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы ответчика, судебная коллегия пришла к следующему.

Из материалов дела усматривается, что ответчиком было отказано истцу в назначении досрочной трудовой пенсии в связи с недостаточной продолжительностью специального трудового стажа. Из специального стажа истца были исключены следующие периоды его работы: с 24.08.1981 по 21.03.1986 в качестве прораба ЛМУ Частоозерской Райсельхозтехники, различные периоды работы с 1995года по 2004год в должности мастера, прораба в ДСПМК «Курганская – 1», Курганском ДМРСП.

В соответствии со ст. 27 п.1 и п.2 ФЗ от 01.01.2001 «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» трудовая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 7 настоящего закона, следующим лицам: мужчинам по достижении возраста 55 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда соответственно не менее 12 лет 6 месяцев и имеют страховой стаж не менее 25 лет.

В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, трудовая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 7 настоящего Федерального закона, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам.

Назначение досрочной трудовой пенсии по старости по пп.2 п.1 ст.27 указанного закона производится согласно Списку № 2 производств, работ, профессий, должностей …, утвержденному Постановлением Кабинета Министров СССР , за периоды работы до 01.01.1992 может применяться Список производств, цехов, профессий и должностей, утвержденный Постановлением Совета Министров СССР .

Согласно разделу XXVII Списка № 2 предусмотрены должности «мастер строительных и монтажных работ», «производитель работ».

До 01.01.1992 право на государственную пенсию на льготных условиях и в льготных размерах давала работа в качестве мастера, прораба при строительстве зданий и сооружений: промышленных, энергетических, гидротехнических дорожно-мостовых, транспорта и связи, жилых и культурно-бытовых, а также надземных зданий и сооружений шахт, рудников и коммуникаций.

Поскольку в период с 24.08.1981 по 21.03.1986 истец работал в качестве прораба ЛМУ (линейного монтажного участка) Частоозерской Райсельхозтехники и по показаниям свидетелей занимался установкой водонапорных башен, доильных аппаратов, заготовкой материалов, то есть руководил работами по строительству сооружений сельскохозяйственного назначения, учитывая заключение экспертизы условий труда № 000 от 13.09.07, судебная коллегия сочла законным решение суда в части отказа во включении в специальный стаж истца периода его работы в ЛМУ Частоозерской Райсельхозтехники.

Вместе с тем, судебная коллегия не согласилась с выводом суда о включении в стаж работы истца, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периодов его работы в ДСПМК «Курганская-1», Мосторемстройуправлении «Курганавтодор», поскольку судом неверно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не подтверждаются материалами дела.

Согласно записям в трудовой книжке истца, имеющим исправления, истец работал в качестве мастера и прораба в ТОО ДСПМК «Курганская-1» с 08.06.95 по 29.07.99, с 30.07.99 по 16.04.2004 в Мосторемстройуправлении «Курганавтодор» (которое с 08.11.2001 реорганизовано в ОГУП «Курганское ДМРСП»).

В ходе судебного разбирательства судом назначалась экспертиза условий труда истца, проведение которой поручалось Главному управлению труда и занятости Курганской области.

Согласно заключению экспертизы условий труда от 01.01.2001 профессиональная деятельность истца в период работы в ДСПМК «Курганская-1» с 08.06.95 по 29.07.99 относится к строительно-монтажным работам и по своим функциональным обязанностям соответствует должности мастера строительных и монтажных работ, а также производителя работ. Данные должности предусмотрены Списком № 2, в разделе ХХУ11 «Строительство, реконструкция, техническое перевооружение, реставрация и ремонт зданий, сооружений и других объектов, однако в материалах дела отсутствуют документальные подтверждения, дающие основания судить о занятости на строительстве и ремонте автомобильных дорог постоянно в течение полного рабочего дня, с учетом сезонности работ.

Период работы истца с 30.07.99г., по другим данным с 05.04. по 16.04.2004г., в должности мастера, старшего мастера в мосторемстройуправлении «Курганавтодор» может быть отнесен к строительно-монтажным работам, однако, в материалах дела отсутствуют сведения о профессиональной деятельности истца: должностные обязанности (инструкция) мастера, старшего мастера, производителя работ, штатное расписание ААУП, лицевые счета по заработной плате. Имеют место исправления записей в трудовых документах, разночтения в периодах работы. Отсутствует информация о производственной деятельности предприятия в рассматриваемый период, а, следовательно, нет оснований судить о постоянной и полной занятости Ф. на ремонтно-строительных работах в должностях, предусмотренных Списком № 2.

Суд, учитывая указанное заключение, показания свидетелей, пришел к выводу о том, что истец фактически исполнял обязанности в должности, включенной в Список № 2, а постоянная занятость в течение рабочего дня и отсутствие сезонного характера работы подтверждены показаниями свидетелей, справками работодателей, уточняющими характер работы истца.

С данными выводами судебная коллегия не согласилась по следующим основаниям.

Работодатели истца не привлечены судом к участию в деле в качестве третьих лиц, пояснения от них не получены, первичные документы, на основании которых вносились сведения в справки работодателей, не исследовались судом, данных о том, что допрошенные судом свидетели работали совместно с истцом, в материалах дела отсутствуют (выписки из трудовых книжек).

Таким образом, довод представителя ответчика об отсутствии достаточных доказательств полной занятости истца в течение дня и отсутствия сезонного характера выполняемой им работы, заслуживает внимания и дополнительной проверки.

Кроме того, из дела усматривается, что заключение эксперта по вопросам сезонности и полной занятости истца в течение рабочего дня не дано, в связи с отсутствием в материалах дела документов: отчетов установленной формы, сведений о профессиональной деятельности истца - должностных обязанностей (инструкции) мастера, старшего мастера, производителя работ, штатного расписания ААУП, лицевых счетов по заработной плате, информации о производственной деятельности предприятия.

При таких обстоятельствах решение суда в части удовлетворения иска отменено, с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд.

При новом рассмотрении суду предложено учесть изложенное, привлечь к участию в деле в качестве третьих лиц работодателей истца, предложить сторонам представить дополнительные доказательства, в том числе приведенные выше документы, обсудить вопрос о назначении повторной экспертизы условий труда истца с учетом вновь представленных лицами, участвующими в деле, доказательств, актов документальных проверок работодателей, проведенных работниками Пенсионного фонда, дать всем доказательствам надлежащую правовую оценку.

Лицо, проживающее на законных основаниях по договору найма жилого помещения маневренного фонда, вправе зарегистрироваться по месту жительства (п.3 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета…).

В. обратился в суд с иском к Администрации г. Кургана, Управлению федеральной миграционной службы (УФМС) по Курганской области о признании права пользования жилым помещением на основании договора социального найма, регистрации по месту жительства.

Администрация г. Кургана предъявила встречный иск к В. о признании договора найма квартиры №58 в доме №82 по ул. Пролетарской в г. Кургане расторгнутым, о выселении без предоставления другого жилого помещения.

Судом было постановлено решение об отказе в исках.

Судебная коллегия пришла к выводу об отмене решения суда в части отказа В. в иске о регистрации по месту жительства, в связи с неправильным применением норм материального права (п.4 ч.1 ст.362 ГПК РФ).

Из материалов дела усматривается, что истец с сыном проживает в однокомнатной квартире, расположенной по адресу: 2-58. Указанная квартира является объектом муниципальной собственности, постановлением Администрации г. Кургана от 01.01.2001г. № 000 отнесена к маневренному жилому фонду.

Спорное жилое помещение было предоставлено истцу в 1998 году на состав семьи три человека на период решения вопроса по предоставлению ему жилья предприятием ПАТ-2.

В силу ст.99 Жилищного Кодекса РФ специализированные жилые помещения предоставляются на основании решений собственников таких помещений или уполномоченных ими лиц по договорам найма специализированных жилых помещений, за исключением жилых помещений для социальной защиты отдельных категорий граждан, которые предоставляются по договорам безвозмездного пользования.

В соответствии со ст.106 Жилищного Кодекса РФ договор найма жилого помещения маневренного фонда заключается на определенный период.

Судебная коллегия согласилась с выводом суда о том, что в силу своего целевого назначения жилые помещения маневренного фонда предоставляются гражданам во временное пользование, в связи с чем для проживающих в нем лиц не могут возникать правоотношения, вытекающие из договора социального найма, поскольку одним из существенных условия договора социального найма является его бессрочность.

С учетом изложенного, кассационная инстанция оставила без изменения решение суда в части отказа В. в иске о признании за ним права пользования спорным жилым помещением на основании договора социального найма, при этом указала на ошибочность вывода суда об отказе в иске о регистрации истца по месту жительства.

Суд первой инстанции счел, что данные требования являются производными от исковых требований о признании за истцом права пользования жилым помещением на основании договора социального найма.

Данный вывод не соответствует нормам материального права.

В силу п.3 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ местом пребывания является место, где гражданин временно проживает.

Местом жительства является место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), социального найма либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец проживает в спорной квартире на законных основаниях, между ним и Администрацией г. Кургана фактически сложились правоотношения, вытекающие из договора найма жилого помещения маневренного фонда, следовательно судом необоснованно отказано В. в регистрации по данному месту жительства.

В связи с чем решение суда в этой части отменено, с вынесением по делу в этой части нового решения об удовлетворении исковых требований В. о регистрации его по месту жительства в спорной квартире.

Дав согласие на приватизацию жилого помещения, лицо исходило из того, что право пользования данным жилым помещением для него будет носить бессрочный характер, следовательно, его права должны быть учтены при переходе права собственности на жилое помещение другому лицу.

Р. обратился в суд с иском о выселении С. и его супруги И. из квартиры по -43 в г. Кургане в порядке ст. ст.301,304 ГК РФ, указав в обоснование требований, что является собственником спорной квартиры, приобретенной у С. по договору купли-продажи от 01.01.2001 Ответчики не являются собственниками квартиры, однако, продолжают в ней проживать, лишая истца доступа в квартиру.

Определением суда от 01.01.2001 исковые требования Р. к И. о выселении выделены в отдельное производство.

Суд постановил решение о выселении И. из жилого помещения по адресу: кв.43 без предоставления другого жилого помещения.

Судебная коллегия отменила решение суда по причине неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела.

Из материалов дела усматривается, что 10.03.2006 между истцом и С. заключен договор купли-продажи принадлежащей ответчику трехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 0-г. истцом получено свидетельство о государственной регистрации права собственности на указную квартиру.

В силу ст.301, ст.304 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения, а также требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Согласно п.1 ст.35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим кодексом, другими федеральными законами, договором или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им).

В соответствии с п.1 ст. 31 ЖК РФ, супруг относится к членам семьи собственника жилого помещения.

Руководствуясь указанными нормами, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований о выселении ответчицы как члена семьи лица, утратившего право пользования спорной квартирой.

Однако при этом суд не дал оценки доводам ответчицы, изложенным в суде первой инстанции о том, что она отказалась от приватизации спорной квартиры, в результате чего право собственности на квартиру приобрел её супруг – С. Также ссылалась на то обстоятельство, что заключенный между Р. и С. договор купли-продажи спорной квартиры не содержит положений о праве пользования истицей продаваемым жильем.

Между тем ст.19 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" предусматривает, что действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Из части 2 статьи 292 ГК РФ следует, что переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" граждане, занимающие жилые помещения в государственном или муниципальном жилищном фонде на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних приобрести эти жилые помещения в собственность.

Согласие лица, которое совместно проживает с собственником жилого помещения, является обязательным условием для приватизации. При этом следует учитывать, что, дав согласие на приватизацию жилого помещения, лицо исходило из того, что право пользования данным жилым помещением для него будет носить бессрочный характер, следовательно, его права должны быть учтены при переходе права собственности на жилое помещение другому лицу, поскольку иное толкование нарушало бы положения статьи 40 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой каждый имеет право на жилище, и никто не может быть произвольно лишен своего жилища.

В соответствии с частью 1 статьи 558 ГК РФ перечень лиц, сохраняющих в соответствии с законом право пользования жилым помещением после его приобретения покупателем, с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением является существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых эти лица проживают.

Суд не проверил доводы ответчицы об отказе от приватизации квартиры, не предложил сторонам представить дополнительные доказательства в подтверждение данных доводов и возражений, не установил, приобрела ли ответчица право пользования спорным жилым помещением, и сохранилось ли данное право при отчуждении квартиры истцу.

В связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, решение суда отменено кассационной инстанцией с направлением дела на новое рассмотрение.

Удовлетворяя требования о признании жильцов комнаты в общежитии утратившими право пользования данным помещением, суд не учел, что истец имеет право лишь на койко-место в спорной комнате, а также не исследовал вопрос уважительности причин непроживания ответчиков, что повлекло отмену судебного решения.

П. обратилась с иском к Администрации г. Кургана, А., Б. о признании А., Б. утратившими право пользования койко-местами в комнате 32 общежития по ул. Гоголя, 105 в г. Кургане, признании несовершеннолетней дочери Б. – О., 2006 г. р., неприобретшей права пользования указанным помещением, снятии ответчиков с регистрационного учета и возложении на Администрацию г. Кургана обязанности по передаче ей в пользование на основании договора социального найма спорной комнаты.

Б. и А. предъявили встречные исковые требования о возложении на П. обязанности не чинить препятствия в пользовании комнатой и обязать ее передать ключи от комнаты № 32 в общежитии по ул. Гоголя, 105 в г. Кургане.

Суд постановил решение, которым иск П. удовлетворил, во встречном иске отказал.

Судебная коллегия решение суда отменила по причине неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Установлено, что общежитие по ул. Гоголя, 105 в г. Кургане передано в муниципальную собственность от . Койко-место в комнате 32 вышеназванного общежития было предоставлено П. в 1991г. в связи с трудовыми отношениями с . В указанной комнате П. проживала на период рассмотрения спора. На койко-места в комнату 32 общежития по ул. Гоголя, 105 в 2003г. были вселены Б. и А., которые в спорной комнате не проживали на день рассмотрения спора.

В соответствии со ст. 83 ЖК РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Из материалов дела усматривается, что 14.07.2006 у Б. родилась дочь О., А. 06.12.2004 родила сына Д. В ходе судебного разбирательства было установлено, что Б. и А. не имеют в собственности либо по договору социального найма иного жилого помещения. В судебном заседании ответчики утверждали, что местом своего жительства считают спорное жилое помещение, временно выехали из общежития, какого-либо иного места жительства не имели. В ходе судебного разбирательства также не было установлено преимущественное место проживания ответчиков. Поскольку местом жительства гражданина является место, где он постоянно или преимущественно проживает, судебная коллегия сочла, что вывод суда о выезде Б. и А. на другое место жительства, не соответствует материалам дела. Кроме того, судом первой инстанции не дана оценка доводам ответчиков о чинимых П. препятствиях в пользовании жилым помещением в общежитии и представленным доказательствам в подтверждение данных доводов.

Учитывая изложенные обстоятельства, судебная коллегия нашла преждевременным выводы суда об обоснованности требований о расторжении договора найма.

Кроме того, удовлетворяя требования П. о передаче ей в пользование комнаты по договору социального найма, суд сослался на ст. 7 ФЗ «О введении в действие ЖК РФ». В соответствии с данной нормой, к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, применяются нормы ЖК РФ о договоре социального найма. При этом судом не учтено то обстоятельство, что комната 32 в общежитии по ул. Гоголя, 105 в г. Кургане не передавалась в пользование П. Последней было предоставлено лишь койко-место в указанной комнате. Поскольку общежитие отнесено к специализированному жилищному фонду, в котором установлен особый порядок предоставления и использования, суду следовало дать оценку доводам истицы о наличии у нее права на предоставление в пользование всей комнаты.

Так как указанные обстоятельства не были учтены при вынесении решения, оно отменено кассационной инстанцией с направлением дела на новое рассмотрение.

Иск о предоставлении жилого помещения в связи с непригодностью для проживания занимаемого жилья не может быть удовлетворен при отсутствии заключения компетентного органа о признании занимаемого истцами жилого помещения непригодным для проживания и о невозможности его ремонта или реконструкции.

С. обратилась с иском к Администрации г. Кургана о предоставлении ей благоустроенного жилого помещения в черте г. Кургана, соответствующего санитарно-техническим требованиям, размером не менее 39 кв. м., в связи с непригодностью для проживания кв. 3 в доме 12 в микрорайоне Мостостроителей в г. Кургане.

С аналогичным иском к Администрации г. Кургана о предоставлении жилого помещения обратился Н., указав, что постоянно проживает с С. в указанном помещении.

Суд постановил решение об удовлетворении требований, обязал Администрацию г. Кургана предоставить по договору социального найма С., Н. на состав семьи два человека отдельное благоустроенное жилое помещение в черте г. Кургана, отвечающее санитарно-техническим нормам, общей площадью не менее 39,8 кв. метров.

Проверив материалы дела по кассационной жалобе Администрации г. Кургана, судебная коллегия решение суда отменила по причине неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1 ст. 362 ГПК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 57 ЖК РФ вне очереди жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, жилые помещения которых признаны в установленном порядке непригодными для проживания и ремонту или реконструкции не подлежат.

Из материалов дела усматривается, что С. проживает в помещении № 3 дома 12 в микрорайоне Мостостроителей. Распоряжением мэра г. Кургана от 01.01.2001 г. в муниципальную собственность от были приняты жилые дома, включая общежитие № 2, в котором проживают истцы.

Удовлетворяя требования истцов и возлагая на Администрацию г. Кургана обязанность по предоставлению им жилого помещения, суд указал, что согласно представленному распоряжению мэра г. Кургана от 01.01.2001 дом № 12 отнесен к категории ветхого жилья и непригоден для проживания. Между тем, в соответствии с ч. 2 ст. 57 ЖК РФ одного факта признания жилья непригодным для проживания недостаточно для того, чтобы жилье предоставлялось в социальный наем вне очереди. Как указано в п. 1 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ должно быть установлено, что такое жилое помещение ремонту или реконструкции не подлежит.

В соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 14 ЖК РФ признание жилых помещений непригодными для проживания относится к компетенции органов местного самоуправления, а в силу ч. 4 ст. 15 ЖК РФ жилое помещение может быть признано непригодным для проживания по основаниям и в порядке, которые установлены Правительством РФ. На день рассмотрения спора Постановлением Правительства РФ ( в редакции Постановления Правительства ) утверждено Положение «О признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции» согласно п. 7 которого, признание помещения жилым помещением, пригодным (непригодным) для проживания граждан, а также многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции осуществляется межведомственной комиссией, создаваемой в этих целях, на основании оценки соответствия указанных помещений и дома установленным в настоящем Положении требованиям.

В материалах дела отсутствовало заключение компетентного органа о признании занимаемого истцами жилого помещения непригодным для проживания и о невозможности его ремонта или реконструкции.

Представленный в деле акт АТИ обследования технического состояния общежития № 2 пос. СМП-290 от 01.01.2001 содержит вывод о неудовлетворительном состоянии дома и необходимости проведения комплекса конкретных ремонтно-строительных работ.

Из письма директора Департамента по управлению жилищно-коммунальным хозяйством и благоустройству Администрации г. Кургана от 01.01.2001 также усматривается, что по причине дефицита бюджетных средств финансирование ремонтных работ жилых домов микрорайоне. Мостостроителей не производилось, однако, готовится сметная документация на проведение ремонта домов микрорайона в 2007году.

Как указала кассационная инстанция, вывод суда об обоснованности заявленных истцами требований является преждевременным и материалами дела не подтвержден.

Придя к выводу о том, что с истицей заключен договор социального найма, суд не дал никакой оценки представленным в деле техническому паспорту на строение и акту приема-передачи жилых домов и нежилых зданий, согласно которым указанный дом значится общежитием, и не высказал суждение о возможности применения положений ЖК РФ о договоре социального найма в части размера предоставляемого по договору социального найма жилого помещения.

Поскольку указанные обстоятельства не были учтены при вынесении решения, оно отменено кассационной инстанцией с направлением дела на новое рассмотрение.

Гарантии, установленные ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» и ст. 57 ЖК РФ, распространяются только на лиц, отнесенных к данной категории, не на членов их семей.

Н. обратилась в суд с иском к Администрации г. Кургана, Администрации (Правительству) Курганской области о предоставлении жилья.

Судом постановлено решение об удовлетворении иска. На Администрацию г. Кургана возложена обязанность по предоставлению Н. на состав семьи два человека, в том числе дочь – Н. О., 30.10.2001г. р., благоустроенного жилого помещения, расположенного в черте города Кургана, соответствующего санитарно-техническим требованиям, общей площадью не менее 30 кв. м, на Правительство Курганской области и Главное управление образования Курганской области – обязанность профинансировать предоставление жилья для семьи Н.

Судебная коллегия отменила решение суда в части.

Из дела следует, что Н. имеет статус лица, на которого распространяются гарантии, предусмотренные ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей». В 2000году истица окончила 9 классов школы-интерната № 3 города Кургана, имеет на иждивении несовершеннолетнюю дочь О., 2001года рождения.

На основании распоряжения мэра г. Кургана от 01.01.2001 истица поставлена на учет граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий в г. Кургане, как одинокая мать. Постановлением Администрации г. Кургана от 01.01.2001 она включена в список на внеочередное предоставление жилья как лицо из числа детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, помещением не обеспечена.

Часть 2 ст. 57 ЖК РФ устанавливает, что вне очереди жилые помещения по договорам социального найма предоставляются детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, по окончании их пребывания в образовательных и иных учреждениях, при прекращении опеки (попечительства).

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, кассационная инстанция согласилась с выводом суда о наличии у Н. права на внеочередное получение жилья.

Вместе с тем, возлагая на ответчиков обязанность по предоставлению жилого помещения истице на состав семьи из двух человек, суд не учел положения ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» и ст. 57 ЖК РФ, в силу которых такие гарантии распространяются только на лиц, отнесенных к данной категории, а не на членов их семей.

С учетом вышеизложенного требования о предоставлении жилого помещения с учетом членов семьи не основаны на законе.

Жилое помещение истице должно быть предоставлено исходя из установленной решением Курганской городской Думы нормы предоставления площади жилого помещения по договору социального найма в муниципальном жилищном фонде г. Кургана в размере 15 кв. м. общей площади жилого помещения на одного члена семьи.

Решение суда в части возложения обязанности на Администрацию г. Кургана по предоставлению жилья на О., 30.10.2001 года рождения, отменено кассационной инстанцией, и в удовлетворении исковых требований в этой части отказано. Кроме того, резолютивная часть решения дополнена указанием о предоставлении жилой площади истице Н. на условиях социального найма в соответствии со ст. 57 ЖК РФ.

Вывод суда о возложении обязанности по финансированию предоставления жилья истице на Правительство Курганской области также признан соответствующим закону, поскольку согласно ст. 8 ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» дополнительные гарантии прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на имущество и жилое помещение устанавливаются законодательством субъектов РФ и относятся к расходным обязательствам субъектов РФ.

Из материалов дела следует, что Правительство Курганской области финансирование предоставления жилого помещения истице не производило.

Обязанность по финансированию предоставления жилого помещения Н. обоснованно возложена на Правительство Курганской области, при этом Главное управление образования Курганской области кассационной инстанцией исключено из числа соответчиков. С учетом доводов представителя Правительства Курганской области о порядке финансирования расходов по приобретению жилья вышеназванной категории граждан, судебная коллегия дополнила решение суда указанием о финансировании расходов за счет казны субъекта – Курганской области.

Земельный участок многоквартирного дома, который сформирован до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, и в отношении которого проведен государственный кадастровый учет, переходит бесплатно в общую долевую собственность собственников помещений в доме.

А., Е. обратились в суд с иском к Администрации г. Кургана, МУП «Волна», С. о признании ничтожным договора аренды земельного участка.

Судом постановлено решение об отказе в иске.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия отменила решение суда в связи с неправильным применением норм материального права (ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела усматривалось, что истец А. на основании договора купли-продажи от 01.01.2001 являлся собственником трехкомнатной квартиры №2 д. 102 по ул. К. Мяготина в г. Кургане. на основании договора купли-продажи от 01.01.2001 являлась собственником однокомнатной квартиры № 20 в этом же доме. В 2003году квартиры были переоборудованы под магазин промышленных товаров.

Соглашением от 01.01.2001 А. и Е. установлены доли в праве собственности на нежилое помещение по адресу 02 по ½ доле за каждым, право собственности истцов зарегистрировано в Учреждении юстиции по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним 25.07.2003г.

28.03.05 между сторонами был заключен оспариваемый договор аренды земельного участка.

По мнению суда первой инстанции требования закона при заключении договора аренды земельного участка не нарушены.

С данным выводом суда судебная коллегия не согласилась по следующим основаниям.

Истцы являются собственниками нежилого помещения в жилом многоквартирном доме № 000 по ул. К. Мяготина в г. Кургане.

В соответствии с ч. 2 ст. 36 ЗК РФ в существующей застройке земельные участки, на которых находятся сооружения, входящие в состав общего имущества многоквартирного дома, жилые здания и иные строения, предоставляются в качестве общего имущества в общую долевую собственность домовладельцев в порядке и на условиях, которые установлены жилищным законодательством (в ред. Федерального закона от 01.01.2001 N 189-ФЗ).

Земельный участок площадью 3116,0 кв. м. в первой промышленной (1б жилой) зане градостроительной ценности территории г. Кургана для эксплуатации и обслуживания многоквартирного жилого дома по в г. Кургане сформирован в соответствии с Постановлением мэра г. Кургана от 01.01.2001г, в отношении земельного участка проведен кадастровый учет с присвоением номера.

В силу ст. 36 ЖК РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данном доме, земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства и иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома объекты, расположенные на указанном земельном участке.

В соответствии со ст. 16 Федерального закона от 01.01.01г. «О введении в действие Жилищного кодекса РФ» в существующей застройке поселений земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, является общей долевой собственностью собственников помещений в многоквартирном доме.

Земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, который сформирован до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, и в отношении которого проведен государственный кадастровый учет, переходит бесплатно в общую долевую собственность собственников помещений в многоквартирном доме.

Таким образом, из буквального толкования ст. 16 ФЗ «О введение в действие Жилищного кодекса РФ» усматривается, что указанным Законом предусмотрен иной момент возникновения права собственности на земельный участок для лиц, являющихся собственниками помещений в многоквартирном доме, - с даты введения Жилищного Кодекса РФ (если на эту дату земельный участок был сформирован).

Земельный участок для эксплуатации спорного жилого многоквартирного дома № 000 по ул. К. Мяготина в г. Кургане был сформирован и поставлен на государственный кадастровый учет на момент вступления в силу ЖК РФ (01.03.2005) и он в силу прямого указания закона является общей долевой собственностью собственников помещений в многоквартирном доме, в том числе и истцов А. и Е.

В соответствии с ч. 2 ст. 23 ФЗ «О государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация возникновения, перехода, ограничения (обременения) или прекращения права на жилое или нежилое помещение в многоквартирных домах одновременно является государственной регистрацией неразрывно связанного с ним права общей долевой собственности на общее имущество.

Постановлением Правительства РФ «О внесении изменений в Правила ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним» установлено, что сведения о государственной регистрации права общей долевой собственности на объекты недвижимости, являющиеся общим имуществом в многоквартирном доме, собственникам помещений в многоквартирном доме не выдаются. Они включаются в выдаваемое собственнику в многоквартирном доме свидетельство о государственной регистрации права посредством дополнительного описания в нем названных объектов недвижимости и указания размера доли в праве общей собственности на это имущество (п. 74 Правил, п. п. 2, 16 Инструкции об особенностях внесения записей в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним при государственной регистрации прав на объекты недвижимого имущества, являющиеся общим имуществом в многоквартирном доме, предоставления информации о зарегистрированных правах общей долевой собственности на такие объекты недвижимого имущества, утвержденной Приказом Министерства юстиции РФ от 01.01.01 г. N 29).

Принцип платности использования земли (на что сослался суд первой инстанции) в данном случае не нарушается, так как с истцов как с собственников земельного участка может быть взыскан земельный налог.

Следовательно, на дату заключения оспариваемого договора истцы являлись собственниками земельного участка в силу прямого указания закона.

В соответствии со ст. 608 ГК РФ право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

Доказательств тому, что Администрация г. Кургана являлась единоличным собственником спорного земельного участка либо лицом, управомоченным законом или собственником сдавать имущество в аренду, в ходе судебного разбирательства не добыто и ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах договор аренды земельного участка от 01.01.01, заключенный между истцами и Администрацией г. Кургана, МУП «Волна», С. является недействительным в силу ст. 168 ГК РФ.

Судебная коллегия решение суда отменила, с вынесением нового решения об удовлетворении исковых требований А. и Е.

Возникновение спора о праве, рассмотрение которого отнесено к подведомственности судов, исключает возможность рассмотрения в порядке особого производства заявления об установлении факта отцовства.

А. обратилась в суд с иском об установлении факта отцовства и признании права собственности. В обоснование заявления указывала, что 15.03.2007 умер Р., с которым она в период с 1999 года по 2002 год состояла в фактических брачных отношениях, и от которого 31.01.2001 у нее родился сын (Д.). Р. признавал ребенка своим сыном, участвовал в его воспитании и содержании.

Определением судьи исковые требования А. о признании за ее несовершеннолетним сыном права собственности на ½ долю квартиры выделены в отдельное производство.

Судом установлен факт признания Р. своего отцовства в отношении сына Д., родившегося 31.01.2001 у А.

Судебная коллегия отменила решение в связи с нарушением судом при рассмотрении дела норм процессуального права (п. 4 ч.1 ст.362 ГПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 264 и ст. 265 ГПК РФ суд устанавливает юридические факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

Вместе с тем как следует из ч. 3 ст. 263 ГПК РФ, если при подаче заявления или рассмотрении дела в порядке особого производства устанавливается наличие спора о праве, подведомственного суду, суд или судьявыносит определение об оставлении заявления без рассмотрения, в котором разъясняет заявителю и другим заинтересованным лицам их право разрешить спор в порядке искового производства.

Таким образом, возникновение спора о праве, рассмотрение которого отнесено к подведомственности судов, исключает возможность рассмотрения дела в порядке особого производства.

Данная позиция также изложена Верховным Судом РФ в Постановлении Пленума от 01.01.01 г. N 9 «О применении судами Семейного кодекса РФ при рассмотрении дел об установлении отцовства и о взыскании алиментов».

Из искового заявления А. следует, что установление факта признания отцовства в отношении ее несовершеннолетнего ребенка необходимо ей для признания права собственности на наследственное имущество, оставшееся после смерти Р.

В нарушение приведенных норм гражданского процессуального законодательства суд разъединил требования А. и рассмотрел заявление об установлении факта признания отцовства в порядке особого производства, что недопустимо при наличии имеющегося спора о праве.

С учетом изложенного решение суда отменено с направлением на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду рекомендовано устранить приведенные выше недостатки, обсудить вопрос о целесообразности объединения данного гражданского дела и дела по иску А. к С. о признании права собственности на ½ долю квартиры в одно производство, а при невозможности – решить вопрос об оставлении заявления без рассмотрения в соответствии с требованиями ч.3 ст.263 ГПК РФ. Кроме того, суду указано на необходимость истребовать наследственное дело после смерти Р., определить круг лиц, участвующих в деле, предложить сторонам представить дополнительные доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

Действия судебного пристава-исполнителя, определившего задолженность индивидуального предпринимателя по выплате алиментов, исходя из размера средней заработной платы по РФ, признаны законными.

М. обратился в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя. В обоснование жалобы указал, что по решению суда является плательщиком алиментов на содержание сына. В связи с тем, что заявитель является индивидуальным предпринимателем, судебный пристав-исполнитель определил ему задолженность, исходя из средней заработной платы по РФ, как неработающему и не представляющему документы, подтверждающие доходы. Считает, что его доход отражен в декларации, которую он представляет в налоговые органы для исчисления и уплаты единого налога на вмененный доход. Просил действия судебного пристава-исполнителя признать незаконными и обязать определить его задолженность по алиментам, исходя из данных декларации.

Суд жалобу удовлетворил.

Судебная коллегия по жалобе судебного пристава-исполнителя отменила решение суда в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела (п.3 ч.1 ст. 362 ГПК РФ).

В соответствии с п.4 ст.113 СК РФ, в случаях, если лицо, обязанное уплачивать алименты на несовершеннолетних детей, в этот период не работало или если не будут представлены документы, подтверждающие его заработок и (или) иной доход, задолженность по алиментам определяется исходя из размера средней заработной платы в Российской Федерации на момент взыскания задолженности.

Статьей 82 СК РФ и постановлением Правительства РФ за № 000 от 01.01.2001 предусмотрено, что удержание алиментов производится с доходов от занятий предпринимательской деятельностью без образования юридического лица.

Из материалов дела видно, что по решению мирового судьи заявитель является плательщиком алиментов в пользу Л. на содержание сына К. в размере 1\4 части всех видов заработка и других доходов. Исполнительный лист находится на исполнении в Катайском районном отделе УФССП по Курганской области.

В судебном заседании установлено, что М. является индивидуальным предпринимателем без образования юридического лица и платит единый налог на вмененный доход.

Согласно ст.346.27 НК РФ вмененный доход - потенциально возможный доход налогоплательщика единого налога, рассчитываемый с учетом совокупности условий, непосредственно влияющих на получение указанного дохода, и используемый для расчета величины единого налога по установленной ставке;

В силу ст. 346.29 НК РФ объектом налогообложения для применения единого налога признается вмененный доход налогоплательщика. Налоговой базой для исчисления суммы единого налога признается величина вмененного дохода, рассчитываемая как произведение базовой доходности по определенному виду предпринимательской деятельности, исчисленной за налоговый период, и величины физического показателя, характеризующего данный вид деятельности.

Судом установлено, что доход, указываемый в декларации для исчисления и уплаты единого налога, не отражает фактические доходы индивидуального предпринимателя, в том числе и заявителя, а представляет собой потенциально возможный доход, определяемый с учетом базовой доходности и корректирующих коэффициентов. Каких-либо других документов, подтверждающих фактические доходы, М. судебному приставу-исполнителю и суду не представил.

С учетом изложенного судебная коллегия сочла, что судебный пристав-исполнитель законно и обоснованно определил задолженность М. по алиментам, исходя из размера средней заработной платы по РФ. Решение суда судебной коллегией отменено с вынесением нового решения об отказе М. в удовлетворении жалобы.

Отказ от иска по мотиву признания заявленных требований ответчиком не может служить основанием для прекращения производства по делу.

Н. обратился в суд с иском к ГУ «Курганское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации» о предоставлении путевки на санаторно-курортное лечение.

В судебном заседании истец заявил ходатайство о прекращении производства по делу в связи с отказом от иска.

Определением суда производство по гражданскому делу было прекращено.

В кассационном порядке определение не обжаловалось.

Президиумом областного суда определение суда первой инстанции отменено как постановленное с существенным нарушением норм процессуального права (ст.387 ГПК РФ).

Согласно ст.39 ГПК РФ истец вправе отказаться от иска. Суд не принимает отказ от иска, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

До принятия отказа от иска суд, исходя из положений ч.2 ст.12, ч.2 ст. 173 ГПК РФ, должен выяснить у стороны отказавшейся от иска, добровольно ли совершает она это действие, понимает ли его содержание, значение и последствия, в том числе невозможность в дальнейшем судебной защиты по предмету спора.

Как усматривается из протокола судебного заседания, а также письменного заявления истца, Н. просил прекратить производство по делу в связи с отказом от иска, поскольку ответчик обязался предоставить ему путевку на санаторно-курортное лечение в июле, августе 2007 года.

Отказ от иска подразумевает снятие истцом своих материально-правовых притязаний к ответчику. Из материалов дела усматривается, что по существу Н. просил прекратить производство по делу в связи с фактическим признанием его требований ответчиком.

При указанных обстоятельствах определение суда о прекращении производства по делу в связи с отказом истца от иска не могло быть  признано законным и обоснованным.

Так как судом были существенно нарушены нормы процессуального права, определение суда отменено президиумом областного суда с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд.

Иски о любых правах на недвижимое имущество на основании ч. 1 ст. 30 ГПК РФ должны рассматриваться в суде по месту нахождения недвижимого имущества (исключительная подсудность), если не подлежат применению иные специальные нормы правил подсудности.

хлебоприемное предприятие» обратилось с иском к М.

Судом постановлено определение о передаче дела по подсудности в другой районный суд по месту нахождения ответчика.

Проверив материалы дела, обсудив доводы частной жалобы, судебная коллегия находит определение суда подлежащим отмене как постановленное с нарушением норм процессуального права (п. 4 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела усматривается, что ХПП» предъявило к М. исковые требования, в том числе и о признании недействительными: договора бесплатной передачи в собственность жилого дома № 1 по ул. Пролетарской в с. Мехонское Шатровского района, договора дарения этого дома, регистрации права собственности на вышеназванный жилой дом и земельный участок.

Статьей 30 ГПК РФ установлена исключительная подсудность для некоторых категорий дел. Согласно ч. 1 указанной статьи иски о правах на земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты, леса, многолетние насаждения, здания, в том числе жилые и нежилые помещения, строения, сооружения, другие объекты, прочно связанные с землей, а также об освобождении имущества от ареста предъявляются в суд по месту нахождения этих объектов или арестованного имущества.

Таким образом, иски о любых правах на недвижимое имущество на основании ч. 1 ст. 30 ГПК РФ должны рассматриваться в суде по месту нахождения недвижимого имущества, если не подлежат применению специальные нормы правил подсудности (в частности, ч.7 ст.29 ГПК РФ и Закона «О защите прав потребителей»).

В связи с чем определение суда о направлении дела для рассмотрения по подсудности в городской суд по месту нахождения ответчика кассационной инстанцией отменено с направлением дела в тот же суд для рассмотрения по существу.

Иск об обращении взыскания на имущество, залогодателем по которому выступает физическое лицо, зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, не связан с осуществлением им предпринимательской или иной экономической деятельности, подведомственен судам общей юрисдикции.

«Драгоценности Урала» обратилось в суд с иском к ИП Г., С. о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное имущество.

Судом постановлено определение о прекращении производства по делу в связи с подведомственностью спора арбитражному суду.

Определением кассационной инстанции определение суда отменено как постановленное с нарушением норм процессуального права (ст. ст. 362, 374 ГПК РФ).

Из материалов дела усматривается, что истцом заявлены требования на основании кредитного договора, заключенного с индивидуальным предпринимателем Г., однако, в обеспечение обязательств по кредитному договору заключен договор залога транспортного средства автомобиля, принадлежащего С. как физическому лицу.

В соответствии с ч. 3 ст. 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суды общей юрисдикции рассматривают и разрешают дела, предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи, за исключением экономических споров и других дел, отнесенных федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных судов.

Часть 1 ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Данную категорию дел не относит к компетенции арбитражных судов и ст. 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которая предусматривает специальную подведомственность дел арбитражным судам независимо от субъектного состава правоотношений.

Как указала судебная коллегия, договор залога, залогодателем по которому выступает С. как физическое лицо, несмотря на то обстоятельство, что он также зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, не связан с осуществлением им предпринимательской или иной экономической деятельности, поэтому требования, вытекающие из указанного договора, подведомственны судам общей юрисдикции.

Таким образом, у суда не было предусмотренных законом (ст. 220 ГПК РФ) оснований для прекращения производства по данному делу, поэтому определение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

Вопрос о взыскании процессуальных издержек по уголовному делу не подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства (ст. ст.131, 397 УПК РФ).

Ф. обратился с иском к Г. о возмещении ущерба: расходов на приобретение лекарственных препаратов, транспортных расходов по проезду к следователю, в больницу и в суд, убытков, расходов по оплате услуг представителя.

Судом постановлено решение, которым исковые требования удовлетворены частично, с Г. в пользу Ф. взысканы расходы на приобретение лекарств, в сумме 171 руб., на приобретение бензина в сумме 425 руб., на услуги представителя в сумме 3 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Судебная коллегия решение суда отменила в части, как постановленное с нарушением норм процессуального права (п. 4 ст. 362 ГПК РФ).

Из материалов дела усматривается, что в июле 2004г. в ходе ссоры, возникшей между Ф. с одной стороны и А., и Г. с другой стороны, истцу были причинены физические повреждения.

Приговором суда А. был признан виновным в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью и осужден по ч. 1 ст. 112 УК РФ, Г. признан виновным в нанесении побоев и осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ.

С учетом проведенной по делу экспертизы и представленных доказательств в подтверждение проведенного лечения истца, суд, по мнению кассационной инстанции, обоснованно в соответствии со ст. 1064, 1080 ГК РФ взыскал с ответчика половину понесенных расходов на лечение.

Вместе с тем, удовлетворяя требования Ф. о взыскании расходов на оплату услуг представителя по уголовному делу и взыскивая расходы на проезд к следователю в период следствия по уголовному делу и в суд для участия в рассмотрении уголовного дела, суд не учел положения 131 УПК РФ о том, что процессуальные издержки по уголовному делу взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета при вынесении приговора, а в случае, когда этот вопрос не был решен в приговоре, в порядке, предусмотренном ст. 397 УПК РФ.

Таким образом, суд разрешил вопрос о взыскании процессуальных издержек по уголовному делу, тогда как указанный вопрос не подлежал рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

На основании вышеизложенного решение суда в части удовлетворения исковых требований о взыскании с Г. расходов на оплату услуг представителя, на проезд к следователю и в суд отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду рекомендовано предложить истцу уточнить требования, разграничив требования о взыскании процессуальных издержек, понесенных в связи с рассмотрением уголовного дела и в связи с рассмотрением гражданского дела, после чего в части требований о взыскании процессуальных издержек по уголовному делу разрешить вопрос с учетом положений п. 1 ст. 134 и ст. 220 ГПК РФ. Требования о взыскании расходов на проезд к месту лечения и издержек, связанных с рассмотрением гражданского дела, разрешить в соответствии с положениями ГК И ГПК РФ.

Судебная коллегия

по гражданским делам

Курганского областного суда