Обман стал неотъемлемой частью нашей жизни

Отпетые мошенники

Обман стал неотъемлемой частью нашей жизни

Ваше право №6, 2006

А. Сперанский

В реформируемой России давно и безуспешно ищут национальную идею. Между тем идея родилась сама собой, стала образом жизни, ее просто боятся озвучить, обнародовать — это всепоглощающее мошенничество.

Были у нас и раньше разные проходимцы, но в основ­ном одиночки, которые чувствовали себя очень неуютно, им постоянно приходилось пря­таться от власти, от закона. По­сле начала реформ мошенничест­во приобрело широкий размах, для него отменены всякие запре­ты. Можно ли назвать хотя бы од­но предприятие в России, кото­рое перешло в частные руки без признаков мошенничества? Та­ких нет. Многие граждане как че­стные люди сопротивлялись ма­хинациям с собственностью, протестовали, писали письма, жалобы. Но в реформаторском правительстве относились к этим сигналам без внимания: что взять с необразованных совков, не по­нимают они идей демократии, рыночных отношений, до сих пор находятся под гипнозом то­талитарного режима.

Предприимчивые люди, уви­дев, что в новой стране все доз­волено, стали создавать изощ­ренные схемы отбора денег. Так возникли финансовые пирами­ды, настал звездный час Сергея Мавроди. Вместе с Леней Голубковым он взял народ в "партне­ры". Несите, мол, свои денежки, а мы приумножим их, сделаем вас богатыми.

Одним из важных элементов мошенничества стало телевиде­ние — в телерекламе появляется популярный актер и доверитель­но говорит: "Верьте мне, это вы­годно". Такое откровение стано­вится весомым аргументом, ведь агитатор любим народом, играет положительные роли. В конце концов, с помощью телевидения жулики выудили у миллионов граждан последние сбережения, а потом фирмы, обещавшие всех осчастливить, исчезли вместе с собранными деньгами.

Неизвестно, кто в этих спек­таклях больший обманщик — Сергей Мавроди или известные актеры. Но в любом случае по­собники преступлений должны нести уголовную ответствен­ность, как и основные обвиняе­мые. Однако по сей день заслу­женные и народные артисты рекламируют с экрана товары и фирмы с сомнительной репута­цией. Знаменитости не видят ничего зазорного в таком прило­жении своего таланта, посколь­ку мошенничество стало при­вычным явлением жизни, как утренний чай и кофе.

Финансовые пирамиды строи­лись не только при помощи акте­ров, но и при попустительстве правительства, депутатов и пра­воохранительных органов. Терпе­ливая у нас оказалась власть — долго наблюдала, как грабили на­род. Физического насилия-то не было, кто куда хотел, тот туда и нес свои деньги, спасибо свободе рыночных отношений. Власть вмешалась лишь тогда, когда страсти достигли апогея. Обма­нутые вкладчики стали собирать многотысячные митинги, устраивать пикеты. В результате были подготовлены поправки в зако­нодательство, финансовые пира­миды оказались вне закона. Ор­ганизациям наподобие "Рогов и Копыт" запретили работать с де­нежными средствами населения. Это право получили только бан­ки, имеющие лицензии. Решение оказалось предельно просто, но чтобы прийти к нему, понадоби­лось, чтобы обобрали полстраны.

Реформы наплодили мошен­ников, которые в страсти дурить народ и наживаться на его до­верчивости остановиться не мо­гут. Исчезли финансовые пира­миды, появились строительные. В прошлом году вышли на ули­цы уже обманутые соинвесторы — и они устраивали митинги, перекрывали дороги, проводили голодовки. Граждане пытались купить квартиры в процессе строительства домов. Деньги от­дали, заключили договора, вре­мя шло, а дома не строились. Только в Москве и Московской области насчитывается около двадцати тысяч несостоявшихся новоселов. По всей стране идут разбирательства в судах по ис­кам обманутых дольщиков, пай­щиков, соинвестеров.

С одной из первых строитель­ных пирамид разбирался Выс­ший арбитражный суд России, а сама история началась аж в 1995 году. Сотни работников извест­ного предприятия Санкт-Петер­бурга "Светлана" собирались построить жилье на свои деньги. Предприятие добилось выделе­ния земли и договорилось с фирмой "Инкост", а та, в свою очередь, нашла генерального подрядчика, УНР-86. Когда дом был почти готов, обнаружилось, что сначала квартиры продавал и распределял заказчик, а по второму разу уже проданными квартирами незаконно торговал генподрядчик. Так что на каж­дую квартиру претендовали сра­зу по два хозяина. Директор УНР-86 Ясногорский собран­ные на одном объекте деньги направлял на другие. Суд зашел в тупик, так как отношения дольщиков и строительных фирм в законах не прописаны.

Около десяти лет депутаты безмятежно наблюдали, как обогащаются крими­нальные строительные пирами­ды. Лишь народный бунт заста­вил их очнуться. Сейчас законо­датели спешно ищут выход из трудного положения, вносят по­правки в законы, задним числом спасают соинвесторов — машут кулаками после драки.

Можно ли быть уверенным, что завтра мошенники не приду­мают очередную мошенническую схему, не сумеют обойти непово­ротливое законодательство? Нельзя. Например, нет гарантии, что при реформировании ЖКХ жулики не станут вместо ДЭЗов управлять нашими домами — со­берут оплату за жилье и смоются с этими деньгами. Уже есть тре­вожные сигналы!

Отчего кругом так много мо­шенников? Да среда благопри­ятная. Все наше законодательство напичкано дырами и прохо­дами для них. Некоторые появи­лись в законах из-за непрофес­сионализма и нерадения депута­тов. А иные, рискнем предполо­жить, созданы специально, по взаимной договоренности заин­тересованных лиц, с помощью лоббирования. Похоже, идет большая совместная работа за­казчиков и исполнителей зако­нодательных актов по одурачи­ванию народа.

Сегодня много говорят о кор­рупции, но она тесно связана с идеологией мошенничества, ко­торое негласно правит нашим государством. Проявления его многогранны. Врач, который выписывает пациенту дорогое лекарство при наличии более дешевого отечественного анало­га, — мошенник. Он уже не врач, а сетевой дилер опреде­ленной фармацевтической фир­мы, приплачивающей ему за проданный товар. Военный ин­тендант, который покупает про­дукты для солдат по завышен­ной цене, получая от фирмы от­кат, тоже мошенник. Профсою­зы, которые собирают взносы с наемных работников, а в ответ­ственную минуту встают на сто­рону работодателя, из той же ка­тегории мошенников. Куда ни брось взгляд, везде укрепились люди с нечистой репутацией, и с каждым годом их становится все больше, они вытесняют чест­ных, совестливых. Оборотням в погонах, белых халатах, судеб­ных мантиях нет числа.

Вот в городах и поселках рас­плодились казино, все свободные площади заполнены игровыми автоматами. Люди проигрывают квартиры, имущество. Только в Москве, по мнению экспертов, около 300 тысяч больных игроманией. Депутаты в который раз обещают убрать заразу подальше, сократить до минимума. Но им­перия лжи упорно сопротивляет­ся, и не без успеха. Неудивитель­но: игровая отрасль дает около 1 миллиарда долларов налоговых поступлений в год. Из-за ограни­чений в игровом бизнесе бюджет потеряет эти деньги, да еще на улице может оказаться около 550 тысяч работников — крупье и официантов. Вот о чем и о ком печалятся законодатели.

Недавно во властных структу­рах возник большой шум, обсуж­далось заявление аудитора Счет­ной палаты Владимира Панско­ва, который предложил довести подоходный налог с богатых до 25 процентов. Заметим, в других странах он доходит до 60 процен­тов, а у нас плоская шкала — все­го 13 процентов. Политические деятели заволновались, что если увеличить налог с доходов наших богатых, то бизнес уйдет в тень, вообще не будет платить налоги. Тем самым было признано, что большинство подвизающихся в бизнесе — мошенники и их нель­зя трогать, как священных коров.

Кстати, для информации. Если бы с дохода Романа Абрамовича при продаже "Сибнефти" взяли налог не 13 процентов, а, как предлагает Пансков, 25, это намного бы перекрыло все поступ­ления в бюджет от игорного биз­неса. Но богатым мошенникам подобное не грозит, их охраняет прочная "крыша" в лице и пра­вительства, и Госдумы, и право­защитников.

Стоит вспомнить для приме­ра битву в защиту главного страдальца бизнеса Михаи­ла Ходорковского. Можно было подумать, что надевают кандалы на невинного человека. Но в су­дебном разбирательстве выясни­лось, что Ходорковский не такой уж агнец, он не платил налоги со своих многомиллионных доходов даже по низкой ставке в 13 про­центов. Не меньше интереса вы­зывают схемы, по которым рабо­тала возглавляемая им компания ЮКОС. Здесь как бы добывали из скважин вовсе не нефть, а ка­кую-то "жидкость", называемую пульпой, то есть смесь нефти с водой, песком. За эти канализа­ционные отходы компания пла­тила налоги примерно в 25 раз меньше, чем за нефть. Потом эту "пульпу" по бумаге передавали офшорным дочкам ЮКОСа, а те перекачивали заграничным по­требителям уже не пульпу, а на­стоящую нефть и по полной це­не. Кем. как не мошенниками, являются не только коммерсан­ты, но и их защитники?

Хитрыми комбинациями за гранью даже несовершенного российского законодательства пронизан весь российский биз­нес. Чтобы не платить социаль­ные отчисления, зарплату работ­никам выдают в конвертах, пря­чут концы финансовых потоков, для чего создают офшоры, фир­мы-однодневки. Теперь появи­лись компании, отнимающие собственность путем так называ­емых недружественных поглоще­ний. Под ними подразумеваются подделка документов, шантаж, силовой захват предприятий.

Чтобы оценить перспективы, наметить пути выхода из кризи­са, нужно прежде всего взглянуть правде в глаза, назвать вещи сво­ими именами. Но вряд ли на это способна Общественная палата, состоящая в основном из пред­ставителей шоу-бизнеса. Необ­ходим чрезвычайный аналитиче­ский комитет, который способен пролистать все законодательство, выявить лазейки, которыми пользуются мошенники. Требует­ся собрать все факты нарушений, подытожить их, затем внести по­правки в законы. И на место "черных дыр" поставить четкие механизмы исполнения закона.

Начать можно с самого про­стого. В Государственной Думе давно ходит новый законопроект по рекламе. А достаточно лишь добавить в действующий закон норму об обязательной заставке перед телевизионным показом рекламного ролика с участием очередной популярной персоны: "Сами не пробовали, за результа­ты не отвечаем".