, . Гнутово – вишневое село (стр. 2 )

Надо отметить, что повстанцы быстро собрались с силами и пошли в наступление. А 29 апреля второй раз был взят Мариуполь, освобождены села Талаковка и Гнутово, станица Ново-Николаевская. Наступление шло широким фронтом. Взяв Мариуполь, повстанцы взяли курс на Запорожье – землю казацкую.

В ожесточенном бою под селом Чумаки погиб боевой командир партизан Матвей Иванович Морозов. Командование на себя принял Емельян Рытиков.

В районе станции Волноваха они совершили прорыв и вышли из вражеского кольца. Произошла встреча с регулярными войсками Красной Армии. Отряд имени Морозова, сохранив название, вошел в состав шестого кавалерийского полка Первой Заднепровской дивизии 14-й Крымской армии, которой командовал Павел Ефимович Дыбенко.

Еще целый год шла Гражданская война, но в селах после 29 апреля власть уже не менялась. Крестьянам, поднявшимся на защиту своей семьи, своей земли, довелось воевать с белогвардейскими отрядами Деникина, Врангеля, французскими и немецкими войсками. Они освобождали Мариуполь от деникинцев и французов, а затем в рядах Красной Армии 4 октября 1920 года освободили Мариуполь и близлежащие села от врангелевской армии, которая оккупировала город 28 сентября 1920 года.

Закончилась война. Не все бойцы возвратились домой. Дети остались сиротами. Осталась сиротой и Коробко (Маринченко) Лидия Марковна. Ее отец Марк Андреевич Маринченко был казнен деникинцами. Под Кузнецово-Михайловкой завязался бой. Силы были далеко неравными. Упорно сдерживая натиск карателей, повстанцы начали отступать. Оставили и волосной центр Греково – Александровку. При отступлении несколько партизан попали в плен и были расстреляны.

Марк Андреевич Маринченко в разгар боя забыл в селе шинель, решил вернуться, чтобы забрать. Друзья уговаривали не делать этого, но он не послушался.

Благополучно добрался до дома, где осталась шинель, взял ее и уже уходил, когда его опознал урядник Детистов. Марка Андреевича арестовали и увели в здание волости, затем повесили. Не будь злополучной шинели, возможно, Марк Андреевич остался бы жив. В Греково-Александровке поставлен памятник казненным партизанам.

Установлен памятник воинам Гражданской войны 1918 – 1920 годов и в поселке Талаковка. В могиле похоронено 28 человек, 10 односельчан, остальные из других сел, фамилии их неизвестны. Среди похороненных командир отряда талаковцев и гнутовцев и первый помощник и друг Чайка. В борьбе за Советскую власть он был самоотверженным подпольщиком, поддерживал связь с Григорием Ивановичем Петровским.

Много воды утекло с тех пор. И лет немало прожито, но не забываются героические подвиги дедов и прадедов.

1.  Слева

командир повстанческого отряда крестьян сел Талаковка, Гнутово, Черненки

2. 

Командир роты в Мариупольском отряде .

3. 

Казнен деникинцами в 1919 году

4.  Памятник воинам Гражданской войны, погибшим при освобождении сел Талаковка и Гнутово от белоказаков 29 апреля 1919 года, пос. Талаковка

5.  Памятник воинам Гражданской войны в селе Греково-Александровка, где похоронен Марк Андреевич Маринченко

Коллективизация.

Закончилась Гражданская война, изгнаны с родной земли интервенты. Революция победила. Жизнь постепенно налаживалась. На территории Талаковской волости был избран Талаковский сельский Совет депутатов трудящихся. Председателем сельского совета был избран , в состав депутатского совета входили и гнутовцы: , .

При Талаковском сельском совете была создана земельная комиссия. Земельной комиссией была взята на учет помещичья земля, часть отошла в госфонд, часть земли была разделена между крестьянами (наделяли 2 десятины на душу). Пришел мир, люди начали хозяйствовать на земле. Но многие, получив землю, сами не в состоянии были ее обрабатывать, не было сельскохозяйственных орудий труда, техники, тягловой силы. И люди находили выход, объединяясь в товарищества по обработке земли (ТОЗ). У одних были лошади, у других плуги, сеялки, веялки. Люди объединялись и сообща обрабатывали свои участки.

Перенеся военную разруху, голод, люди работали на земле, отстраивали свои хаты, разрушенные войной хозяйства, приводили в порядок свое подворье. Однако народ был безграмотным. Нужно было открывать школы, строить учреждения культуры. Но чтобы вывести десятки миллионов бедняцких хозяйств из вековой нужды, нужны были кардинальные изменения в хозяйстве и экономике страны.

Создавались комитеты незаможних селян. Члены КНС проводили агитационную работу по вопросам создания ТОЗов, СОЗов, сельпо, то есть простых форм кооперации.

В ТОЗ объединялись только лишь труд и земельные участки. ТОЗы были простейшей формой коллективного хозяйствования вплоть до 1928 года. В 1929 году в стране начинают возникать рыболовецкие артели, коммуны. На территории Талаковского сельского совета коллективизация проходила с 1927 по 1930 год включительно.

Председателем совета в то время был .

В 1929 году была создана комсомольская организация, до этого была группа пролетарской молодежи.

В 1930 году на территории сельского совета было создано три колхоза. В Талаковке – колхоз «Победа», председателем был избран .

В Федосеевке – колхоз «Вільний степ»

В Гнутово – колхоз «Беднота». Первыми колхозниками колхоза «Беднота» стали: , Якина Мария, , Якин Федор, , Якина Полина, , Ланина Анна.

Кто не хотел идти в колхоз, тех раскулачивали и выселяли из села. Если хозяйство было небольшое, то просто выселяли со своего подворья и в Сибирь не вывозили.

Так были раскулачены Касьяновы Григорий и Ульяна, их дом был внизу, возле нынешнего моста. Хозяева обосновались в Волонтеровке, а в их доме и сарае устроили колхозную конюшню.

В том же году на территории села Талаковка, на бывших землях хутора Ханжонкова, рядом с землями колхоза «Победа», образовался совхоз «ЖРКК», подсобное хозяйство рыбоконсервного комбината.

Но в 1931 году колхозы «Вільний степ» села Федосеевка и «Беднота» села Гнутово объединяются с колхозом «Победа», находящимся на территории села Талаковка. Председателем объединенного колхоза был избран .

На берегу реки, где сейчас улица Речная (пос. Талаковка), была колхозная животноводческая ферма, свинарник, конюшня, кузня, столярные мастерские. В столярной мастерской работали и , и были заправскими кузнецами, ведь нужно было смастерить для колхоза весь инвентарь: бороны, вилы, грабли, лопаты, тяпки и многое другое.

был бригадиром на бригаде в селе Гнутово. Женщины работали наряду с мужчинами на разных работах. Это был, подчас, очень тяжелый, непосильный труд, но они выполняли его наряду с мужчинами.

Так, на самом берегу реки разместились огороды колхоза, на которых выращивались овощи. Для того, чтобы эти земли были поливными, женщины нагребали высокие вады и полувадки, по которым шла вода с реки, подаваемая мотором, и поливальщицы, босые, делая зарубки в бороздах, поливали овощи.

Женщины скирдовали солому, накладывали арбы соломы и в стужу и мороз возили в село колхозному скоту. За свой труд колхозники ничего не получали. За единицу расчета был введен трудодень. Но это не значит, что за день тяжелой работы ты зарабатываешь один трудодень, писали 0,5, 0,3, 0,45 трудодня. А в конце года с колхозниками рассчитывались натуроплатой.

В урожайные годы пшеницы получали по 1–5 кг за трудодень, если заработал 300 трудодней, то и получишь 300 кг или 1500 соответственно.

Но урожаи были редко и получали колхозники по 20–300 граммов за трудодень.

А налоги были на все: на мясо, на молоко, на яйца, на деревья. Допустим, ты брал подводу привезти свое сено или вспахал колхоз домашний огород, то при расчете все это учитывалось, и колхозник оставался еще и должен колхозу.

Паспорта колхозникам не выдавали специально, чтобы он не мог поменять место работы или уехать. Из воспоминаний Анны Степановны Степаненко: «Я дружила с Тоней Якиной. Вместе ходили в школу, хорошо учились и мечтали стать учителями. Школа находилась в 4–5 километрах от села Гнутово, в селе Федосеевка. В любую погоду мы пешком шли в школу, боясь пропустить хоть один урок. Окончив 7 классов, мы направились в г. Мариуполь, поступать в педагогическое училище. В приемной комиссии, посмотрев наши документы, нам сказали, что вы из села, в колхозе нужны доярки, езжайте домой и работайте. Мы были обречены вернуться в свой колхоз и работать на разных работах. Наша мечта не осуществилась. Не имея паспорта, мы не могли поехать в другой город поступить учиться. Дети колхозников, как и их родители, были заложниками колхозной системы».

В 1933 году председателем колхоза «Победа» избрали . Это было страшное время. Голод охватил всю Украину. 1931 год оказался неблагоприятным для зерновых культур. В Украине удалось собрать около 18 миллионов тонн зерна. Украина, и в частности Донеччина, не справились с заданными по хоззаготовкам планами, поэтому изымались все наличные зерновые фонды, заставляли сдавать по два – три плана хлебозаготовок. В 1932 году сельское хозяйство Украины оказалось в еще более критическом положении. Особенно тяжело было зимой 1932 – 1933 года. Люди пухлые выходили на работу. Чтобы хоть как-то поддержать колхозников, в колхозе организовали столовую в доме . Его мать варила обеды для колхозников. Борщи варили из травы. Добавляя немного крупы. Хлеб пекли пополам с травой и отрубями. Делили по 150 грамм на обед. Тяжело работая, нагребая вады, женщины в середине дня шли получить бесплатный обед. Усадьба эта была на том месте, где сейчас дом . Истощенные люди в пищу употребляли различные суррогаты, жмых, траву, ели дохлую конину, собак.

Чуть полегче стало в начале лета 1933, когда в садах и огородах появились фрукты и овощи. Кроме того, люди получили первый аванс хлеба за трудодни.

В 1934 году председателем колхоза избрали Константина Филипповича Иваненко, он возглавлял колхоз до 1941 года.

В 1933 году на землях «Вільного степу» (с. Федосеевка) организовали совхоз имени Ворошилова, но в 1934 году его разделили на два хозяйства: с. Федосеевка и с. Заиченки отнесли к заводу «Азовсталь» и назвали подсобным хозяйством «Молокосовхоз имени Ворошилова». На землях села Гнутово организовали подсобное хозяйство Мариупольского коксохимического завода и назвали «Оранжерея».

Директором совхоза «Оранжерея» был назначен . Хозяйство было небольшим, но рентабельным. Специализировалось на зерновых культурах, но занимались и выращиванием овощей, было развито животноводство (содержали крупный рогатый скот), овцеводство, свиноводство. Было также налажено птицеводство и пчеловодство. Разводили сады и виноградники. Садоводом был , житель хутора Черненки, бывший председатель ревкома в поселке Талаковка. В 1937 году оклеветан и арестован, как враг народа, дальнейшая его судьба неизвестна. Реабилитирован в пятидесятые годы, но в живых его уже не было. Остался лишь сад за селом Гнутово, как памятник этому кристально чистому человеку. За этим садом ухаживал агроном – садовод .

В настоящее время сада нет, на его месте разместился дачный поселок, а на месте виноградника – молочно-товарная ферма. Сад был продуктивным, росли в нем элитные сорта яблонь, груш, черешни, вишни, сливы. Виноградник тоже приносил прибыль.

Совхоз «Оранжерея» выращивал для себя рассаду овощей. Бригадиром парникового хозяйства был .

Работа по выращиванию рассады была очень тяжелой, хотя работали там молодые женщины и девушки. Сначала готовили парники: носили носилками перегной и засыпали в короба. Вязали из камыша маты для укрытия парников. Сеяли семена овощей: капусты, перца, помидор, баклажанов. Затем следили за всхожестью и ростом рассады. На ночь парники укрывали застекленными рамами, а поверх рам матами. Днем, когда пригревало солнышко, рассаду нужно было раскрыть, чтобы она не вытянулась. Несмотря на трудоемкий процесс, рабочие выращивали отличную рассаду. С наступлением тепла, рассаду высаживали в открытый грунт, пололи, поливали вручную по бороздам. Полив был также очень трудоемким. Нужно было на поле насыпать центральные вады, от которых шли полувадки, с полувадков вода шла в борозды, которые зарубывались лабиринтом. Поливать правильно не каждый мог – это тоже искусство. Ведь нужно было уметь сделать зарубку так, чтобы вода самотеком дошла до каждого кустика. Поля были чистыми, ухоженными, добивались высоких урожаев.

Люди жили одной большой дружной семьей. Высокая трудовая активность, добросовестное отношение к выполняемой работе приносили положительные результаты. Шефство завода «Коксохим» благоприятно сказывалось на развитии хозяйства. Молочно-товарная ферма, свиноферма, прицеферма были рентабельными.

В складских помещениях, погребах размещались большие нержавеющие чаны с разными солениями всевозможных овощей стояли кадки с медом. Все это доставлялось зимой в столовые «Коксохима».

С каждым годом жизнь улучшалась, рабочие строили себе дома из самана, но обложенные кирпичом. Открылась на частной квартире школа. В то же время начали строительство здания школы. И в 1940 году новая 4-х классная школа открыла свои двери детям гнутовцев. Возле школы был посажен большой молодой сад.

Гнутово в те годы делилось на две части. Там, где размещались земли колхоза «Победа» и жили колхозники, эта часть села при въезде до моста – называлась Гнутово. А земли, принадлежащие совхозу «Оранжерея» и часть поселка, это улицы Виноградная, в народе называли Кокса.

Колхозники Гнутово жили беднее, так как они денег не получали, работали за трудодни. А на трудодень выплачивали в конце года товарной продукцией, в разные годы по-разному. Были годы, когда получали от 1 до 5 кг за трудодень, а в неурожайные годы – по 200 – 300 граммов.

Если в году вырабатывалось 350-400 трудодней, то соответственно получали 1 – 2 тонны зерна, но это было редкостью. Чаще выходило по 150 – 200 килограмм зерна в год. А еще надо было не только кушать и одеваться, но и покупать топливо, учить детей. Людей того поколения отличала самоотверженность, высокая ответственность за порученное дело. Нашими земляками нельзя не гордиться, ведь это люди – труженики, осознавшие ответственность перед трудовым коллективом, перед всем селом.

Люди жили, трудились, любили и не думали о наступающем горе, однако массовые репрессии, проходившие в стране в 1937 году, не минули и село Гнутово. В 1938 году, как враги народа, были арестованы колхозники и . Их судили показательным судом в селе, для устрашения остальных жителей.

А было все не так уж и ясно.

Работали эти мужчины на уборке хлеба. На обеденный перерыв кое-кто ушел домой обедать, их же дома обед не ждал, так как жены тоже работали в поле. Остались они в поле отдохнуть. Как загорелся хлеб, сами не знали. Может, кто-то бросил окурок на дороге и загорелась солома. Трава, а затем и пшеница. А возможно от их окурка, ведь есть-то хотелось, может и курили. Окурок затушили, а он растлелся. Доказательств прямой вины не было, но им инкриминировали поджег. Пусть виноваты, могли судить за халатность. Но приклеить ярлык «враг народа», это жестоко и несправедливо. Это трагедия не только для этих людей, но и для их детей, внуков, целого поколения. В 50-е годы их реабилитировали.

Но людей лишили жизни, детей, которые росли сиротами – уважения, жен лишили мужей. Страшное, страшное было время.

Дарье Степановне Якиной пришлось одной поднимать сыновей. В колхозе выполняла любую работу, самую тяжелую, но не могла сказать за себя и слова, ведь она была женой «врага народа». Сколько раз плакала в подушку, а сыновьям говорила: «Никому не верьте, сыновья, ваш отец не враг народа, он любил и нас, и свою землю. Пусть это будет на совести тех, кто его оклеветал».

А сколько их, послевоенных, горемычных вдов, которые, надрываясь на работе, поднимали своих детей, дали хорошее образование. Маленькая, худенькая женщина, , никогда не роптала, волоча ноги после тяжелого трудового дня. Где находила силы эта хрупкая женщина, чтобы вырастить достойными людьми своих дочерей. И таких немало.

1.  Первый председатель колхоза «Победа» .

2.  , председатель колхоза «Победа» с 1934 по 1941 годы

3.  – председатель колхоза «Победа» с 1943 по 1945 года с женой

4.  Пропуск на завод «Коксохим» директора подсобного хозяйства завода «Коксохим» совхоза «Оранжерея» , 1934 год

5.  , 1915 г. р. До войны с 1934 по 1941 год директор совхоза «Оранжерея». В 1941 году призван на фронт.

Бригада плотников.

Якин.

Великая Отечественная война (1941 – 1945 года)

22 июня 1941 года мирную жизнь односельчан прервала война. Германия без объявления войны напала на Советский Союз. На руку фашистской армии сыграла неожиданность нападения и могучая боевая техника. В первые дни войны нашим войскам довелось отступать.

8 октября 1941 года немцы заняли Мариуполь и окружающие села, в том числе и село Гнутово. Захватив населенные пункты, воинские части проходили, не останавливаясь. «Новый» порядок в захваченных селениях устанавливали эйнзаугруппы СС, затем областные, городские и сельские управы. В Мариуполе установилась власть военных. Мариуполь вошел в военную зону, так как был стратегическим металлургическим и промышленным центром, портом.

Гнутово относилось к Талаковской сельской управе. Управа относилась к Буденовскому району Юзовского генерального округа. Комендантом был немец. Весной село разбили на десятидворки. Десятник отвечал за выход всех рабочих на работу. Труд крестьян не оплачивался, даже был назначен налог: доводился план молока и мяса на корову, план яиц на птицу.

Собранный урожай отправляли в Германию. Чтобы люди, как рабочая сила, могли существовать, на каждый двор выделялась земля.

Крестьяне сажали, в основном, кукурузу, картофель и тыкву, лук, овощи. Овощи солили на зиму, из кукурузной крупы и тыквы варили кашу, пекли малай, тем и питались. Муку, крупу изготавливали вручную на крупорушках. В Гнутово за порядком надсматривали полицаи из местных жителей. Бывшие колхозы называли общинами, затем – марками. В буденовском районе было 10 марок. Здесь была определена зона для заселения «останседлерами» (восточными поселенцами) – примерно 60 квадратных километров, начиная от железной дороги Мариуполь – Волноваха и кончая границей Ростовской области, куда включили и Хомутовскую степь. В первую очередь намечалось выселить села Павлополь, Гнутово, Талаковку, Голодуны, Приморское, Гусельщиково, Решетилово, Клинкино, Ковское. Начало переселения было намечено на весну 1943 года, а окончание – на осень 1943 года. На их месте должны были поселиться 4 тысячи семей «восточных переселенцев». Сорвет планы оккупантов зимнее 1943 года наступление советских войск (, Чтобы жизнь продолжалась). Готовя земли для своих переселенцев, немцы уничтожали местное население разными способами. За малейшее неповиновение – расстрел. Уличая в саботаже, отправляли в тюрьмы, концентрационные лагеря, где людей убивали, сжигали в топках.

Молодежь, как рабочую силу, угоняли в Германию. В Гнутово насильственно были угнаны в Германию юные девушки:

Богдан (Костюк) Мария Степановна

Гриппа Ирина

Гладкая Евдокия

Якина Вера

Девушек с Гнутово брали больше, но почему-то со станции Мариуполь некоторых возвратили домой для работы в животноводстве.

Увозили молодежь в закрытых, забитых вагонах, как скот. Каждый вагон охраняли немцы – надсмотрщики. По прибытии на место некоторые девушки были отданы в батраки немецким хозяевам. Им было сравнительно легче, чем тем, кто попал работать на военные заводы и фабрики. У хозяев девочки ухаживали за скотом за еду и одежду.

Те, кто попал на завод, жили в лагерях, в бараках. Под конвоем ходили на работу, вместо обуви - колодки. Делали снаряды, которые шли на русский фронт, против своих. Не хотели их делать, но их заставляли. Норма выработки была настолько высока, что девочки, утомленные падали на нары. За саботаж грозил расстрел или сжигание в топках. Кормили супом – баландой или сырой брюквой.

Из воспоминаний «остарбайтеров»:

, родилась в селе Гнутово в 1923 году, окончила 7 классов в Федосеевской НСШ. В 1941 году закончила Мариупольское педучилище. Успела поработать всего лишь один месяц в селе Первомайское. Началась война. Приазовье было оккупировано, школы закрыты. Немцы отправляли молодежь рыть окопы. А в 1942 году Лидию угнали в Германию. Попала девушка в поселок Люденшайт, фабрика «Маркс и компания», улица Визенштрассе, 61. На территории фабрики был построен лагерь, три деревянных барака. Изготавливали банки для лент автоматов. Работали с 7 до 19 часов. Кормили: суп – баланда, заправленный мукой, брюква, шпинат. Обуты были в колодяжки (подошва деревянная, а сверху – матерчатая лента). В лагере была вместе с односельчанами: , и . Без нашивки «ost» не имени права выйти за барак.

Освободили американцы в мае 1945 года, в октябре Лида вернулась домой. Преподавала в сельской школе.

В 1949 году стала работать в Федоровской НСШ учителем 1 – 4 классов.

В 1947 году поступила в Мелитопольский пединститут на физико-математический факультет. 31 год проработала учителем физики и математики в СШ № 58 поселка Талаковка.

, родилась 7 сентября 1922 года в селе Кинашовка Борзенкского района Черниговской области.

Родители в 1934 году завербовались в село Старосадки Тельмановского района. В Гнутово переехали в 1937, работала в подсобном хозяйстве ОРСа завода «Коксохим».

8 июля 1942 года насильственно угнана в Германию, попала на ту же фабрику, что и . Мария Степановна вспоминала: «Мы, все девочки с Гнутово, попали в одно место. Прошли десятилетия, ничего не забылось, но вспоминать об этом не хочется.

Жили в бараке при фабрике. Завелись вши и другие насекомые. Пока мы работали, в бараке обработали какой-то вонючей отравой и закрыли наглухо. По возвращении с работы, мы не смогли там спать, нечем было дышать и мы ушли на фабрику, чтобы поспать там. Но нас выругали, заставили вернуться назад в барак. Мы плакали, не хотели заходить в барак, но нас силком затолкали туда и наглухо закрыли. Мы переболели, рвали. Но выжили. Так на нас испытывали отраву.

Хотя мы жили в неволе, но молодость брала свое. Некоторые девочки познакомились с ребятами и вечером бегали на свидание. Один из ребят по прозвищу «Щегол» донес на них. Когда девчат нашли, то избили по ногам, а нас наказали в назидание. Поставили в круг и заставили всю ночь из рук в руки передавать тяжелый камень. Кормили нас очень плохо, хлеба не давали, готовили пойло в виде супа и к супу давали сырую брюкву. Ложек у нас не было, мы просто из мисок выпивали эту жидкость. Если бы нас тогда не освободили, то мы протянули бы ноги». Освободили американцы в мае 1945 года. Домой вернулась в октябре. Снова поступила работать в подсобное хозяйство завода «Коксохим».

Работала в овощеводческой и полеводческой бригадах, но, в основном, на животноводстве - дояркой. Ветеран труда совхоза «Огородный», так как позже подсобное хозяйство перешло в совхоз, оттуда ушла на заслуженный отдых.

, родилась в 1925 году в селе Гнутово. 8 июня 1942 года насильственно угнана в Германию. Трудилась на той же фабрике, вместе с другими девушками из села, была освобождена американцами в мае 1945 года. В октябре вернулась домой.

Работала в колхозе «Победа». Но, в последующие годы сменила еще несколько мест работы.

Угнанные в Германию:

1.  Лидия Кирсановна Якина

2.  Мария Степановна Костюк

.

Мужчины призывного возраста были призваны на фронт. В селе остались женщины, старики и дети. Оккупация села Гнутово продолжалась до 7 сентября 1943 года. Особенно тяжело жилось гнутовцам в зимний период.

Приходилось по полям собирать сухой буръян, стебли кукурузы, корешки капусты, чтобы хоть как-то протопить жилье.

Но шел уже 1943 год. Советские войска наступали по всей линии фронта, гнали врага со своей земли. Враг злился, оказывал жесточайшее сопротивление, молодежь насильственно угоняли в Германию, поджигали дома при отступлении. В первых числах сентября был сильный бой в районе хуторов Заиченки, Кирпоты, Пикузы. Хутор Кирпоты три раза переходил из рук в руки. У немцев были большие потери, они отступили.

Из доклада на слете ветеранов 30-й Кавалерийской Новобугской ордена Ленина Краснознаменной, орденов Суворова и Кутузова дивизии о боях за Донбасс:

«В село Гнутово первыми ворвалось отделение разведки 127-го кавалерийского полка, которым командовал ставрополец сержант в составе , , . Смелые и мужественные разведчики внезапно, используя ночное время, ворвались в село, разогнали спящих там немцев, двоих захватили в плен и удерживали село до прихода 3-го эскадрона 127 кавалерийского полка. После взятия Гнутово, 3-й эскадрон капитана первым с ходу форсирует силами одного взвода младшего лейтенанта реку Кальмиус. Взвод захватил три пулемета и уничтожил двенадцать солдат и одного офицера, а также взял в плен еще четверых фашистов. Особую отвагу и храбрость проявил командир отделения старший сержант . Под ураганным огнем противника он бросился вперед и уничтожил четырех немцев, обеспечив продвижение всего взвода. В этом бою погиб ставрополец, лейтенант Иван Хорольский, но его взвод обеспечил развертывание полка для атаки вражеских позиций. Отважный офицер был награжден посмертно орденом отечественной войны I-й степени.

Внезапная атака 127 кавалерийского полка полковника Безнощенко была удачной. Эскадрон капитана Баженова и ст. лейтенанта Курицына, находившиеся в центре боевого порядка, полка смелым броском овладели первой траншеей противника, уничтожив в ближнем бою всех защищавших ее солдат. Но противник не мог смириться с такими потерями и предпринял несколько контратак пехоты с танками. Первыми по контратакующим войскам противника открыли огонь артиллеристы и минометчики 167-го артиллерийского полка и 68-го гвардейского минометного дивизиона, расстраивая его боевые порядки и нанося ощутимые потери. Особенно отличился командир взвода 2-й пушечной батареи, киевлянин и химинструктор , родом из Черкасской области.

В боевые порядки сабельных эскадронов была выдвинута истребительная противотанковая батарея полка, а с закрытых позиций полк поддерживала полковая батарея. За сабельными эскадронами развернулся пулеметный эскадрон крупнокалиберных пулеметов ст. лейтенанта . В этом бою отдали жизни командир взвода ПТР ст. лейтенант и лейтенант Пожитков. Посмертно они были награждены орденами: первый – орденом Отечественной войны ІІ степени, второй – Красной звезды.

Тяжело было отстаивать свои плацдармы в районе хутора Веселого и села Гнутово 133-му и 127-му кавалерийским полкам. И не было у комдива генерала Голосовского под рукой даже эскадрона, чтобы помочь полкам развить успех и расширить плацдармы. В это же время 138-й кавалерийский полк подполковника Минакова вошел в Талаковку, но не смог с ходу форсировать реку Кальмиус. В разведотделении этого полка воевал сержант, житель села Гнутово, . 7 сентября село Гнутово было освобождено. Но еще трое суток шел бой на правом берегу Кальмиуса у Талаковки.

Немцы всеми силами старались удержать Мариуполь. Но 9 сентября вражеская оборона была прорвана, взят поселок Сартана, а 10 сентября был освобожден и Мариуполь.

Следует сказать, что после освобождения села Гнутово, 7 сентября ночью, 30-я кавалерийская дивизия была сменена 130-й стрелковой дивизией под командованием .

А 30-я кавалерийская дивизия получила приказ сосредоточиться в районе с. Крещатинское. 130-я стрелковая дивизия под командованием награждена за свой вклад в освобождение города Мариуполя орденом Красного Знамени.

За четыре дня боев, на подступах к Мариуполю, 30-я дивизия потеряла 78 человек убитыми и 189 раненными.

Из воспоминаний санинструктора Евдокии Игнатьевны Цуцыевой:

После освобождения Таганрога, 30-я кавалерийская дивизия устремилась в голове корпуса к городу Мариуполю. 138-й полк с ходу 7 сентября 1943 года атаковал противника в районе села Талаковка и занял плацдарм за рекой Кальмиус, организовал оборону под губительным огнем противника.

Командир дивизии развернул основные силы 127-го и 133 кавалерийских полков в районе деревни Гнутово и хутора Веселого, расширил плацдарм за рекой. В течении 4-х дней проходил сильный бой, немцы атаковали танками, но кавалеристы не дрогнули и плацдарм не уступили. На помощь нам была брошена 130-я стрелковая дивизия, оборона противника была прорвана. Наша дивизия получила приказ сосредоточиться в районе с. Крещатинское (Красноармейское), а 130-я стрелковая дивизия с частями 221 стрелковой дивизии и другими соединениями штурмом овладели Мариуполем 10 сентября 1943 года.

30-я кавалерийская дивизия, в том числе 138 кавалерийский корпус, отрезал пути отступления немцам, нанося контрудары, окружила и уничтожила противника. В боях в районе деревень Талаковка, Гнутово и Веселое, наша дивизия потеряла около трехсот человек, в том числе 2 командиров взводов и 7 командиров эскадронов, ранен был и командир 138 эскадрона . После короткой передышки, дивизия развила наступление на Перекоп.

Из воспоминаний бойца 127-го кавалерийского полка .

Разведка нашего полка 6 сентября ворвалась в село Гнутово и, разогнав немцев под покровом ночи, удерживала село. Пока не подошел наш полк. После взятия Гнутово, форсировали реку Кальмиус в районе греческого сада, но до сада невозможно было добраться, так как сразу за рекой было поле бахчи, местность хорошо обозреваемая противником, который закрепился на правом возвышенном берегу. Падая от пуль, шли в атаку. Меня взрывом ранило и присыпало землей.

Нашли крестьяне недалеко от домика, который был в середине сада, но часть наша уже отошла. Меня посчитали погибшим, но перенеся семь операций, я остался жив и еще воевал, не знал, что числюсь в списках погибших. Благодаря поисковцам поселка Талаковка восстановил себя в списках живых и вот приехал в гости. Ваша земля полита кровью моих однополчан и моей в том числе. Никогда не забыть мне эти суровые годы.

Перед глазами до сих пор стоят трубы завода имени Ильича, к которым мы стремились любой ценой, даже ценой своей жизни.

Житель села Скляренко вспоминает:

В ночь на 6 сентября немцы стали выгонять жителей села из домов, чтобы уходили подальше, так как здесь будет большой бой.

Мне было 14 лет, и я с такими же однолетками ушли из села в сторону Пикузов, Саханки. Линия боя передвинулась ближе к Мариуполю и проходила по правому берегу реки Кальмиус. Мы бродили по полям уже освобожднным от немцев. В полях ломали кукурузу и жарили кочаны на костре, в огородах копали картошку и тоже пекли на кострах, тем и кормились. Слышен был грохот артиллерии, взрывы бомб и снарядов. Самолеты бомбили вражеские позиции.

И хотя Мариуполь был освобожден 10 сентября 1943 года, мы боялись возвращаться домой и, наверное, недели две, бродили по полям. Когда вернулись домой, глазам открылась страшная картина. В селе Гнутово почти все дома сожжены, люди ютятся по подвалам, окопам. Несмотря на это, люди радовались, что наши войска гонят врага с родной земли.

А вот что рассказывает Анатолий Иванович Скударь:

Я войну плохо помню, в сентябре 1943 года мне было 6 лет. Но я помню, когда немцы отступали, то забрали у нас и у других гнутовцев коров, а вместе с коровами погнали и нас. Мы шли, отец, мать и нас двое детей, брату Николаю было три года. Отец просил немца-конвоира, чтобы отпустил нас, показывая на детей. Тот показал, что пойдет вперед колонны, а вы убегайте.

Тут началась бомбежка, наступали наши войска. Немцы, бросив коров и нас, засуетились и стали отступать за Сартану, а люди разбежались.

Мы возвратились в Гнутово. Многие хаты были сожжены. Нашу хату немцы подожгли, но Гладкий Василий спас ее, потушил пожар. Пришли мы, а по двору ходят обгорелые куры, стекла в окнах разбиты и в подвале бочки с солениями тоже. Однако родители радовались, что цела крыша над головой, благодарили деда Гладкого.

После освобождения села начались занятия в школе в доме Якиной Феклы. В одной комнате была школа, в другой жила хозяйка с детьми.

В 1947 году я пошел в пятый класс Федосеевской НСШ. После школы закончил курсы трактористов и работал в совхозе «Огородный». Потом захотелось романтики, перешел работать в организацию «Донбассканалстрой». Десять лет строил мосты, плотины, чистил реки, поездил по всему Советскому Союзу.

Еще помню, что в Гнутово стоял дом 1889 года постройки. Родители говорили, что это дом немецких колонистов Штылей. В начале войны их выселили и куда-то увезли. Потом в доме был детский сад, квартиры, магазин.

Радостно встречали жители села своих освободителей. Были собраны и похоронены тела погибших бойцов. Жуткая картина открылась перед глазами освободителей. Многие хаты были сожжены или разрушены.

Разрушена была и новая гнутовская школа, гордость и радость селян.

После освобождения села Гнутово в избе Сидора Петровича Якина был открыт полевой военкомат. На фронт призваны молодые ребята:

Трудными фронтовыми дорогами от родного порога до самого Берлина, проявив геройство и мужество, прошло и старшее поколение гнутовцев: