331-я Брянско-Смоленская Пролетарская дважды Краснознаменная ордена Суворова стрелковая дивизия (стр. 3 )

Карты обстановки 39-го танкового корпуса, которые изучали собравшиеся офицеры, свидетельствовали о странных изменениях в концентрации советских войск на участках корпуса вдоль Вазузы и в остальных секторах Ржевского выступа. Начальник разведотдела корпуса пристально следил за этими изменениями. 1 ноября он доложил, что советские 88-я, 251-я и 331-я стрелковые дивизии дислоцированы в секторах 102-й пехотной и 5-й танковой немецких дивизий вдоль рек Осуга и Вазуза; советских стрелков поддерживает с тыла резервная Л26-Я стрелковая дивизия. К 13 ноября 326-ю дивизию перевели в другое место, и концентрация войск стала максимальной и секторе южнее Зубцова, далеко к северу от позиций 39-го танкового корпуса, напротив правого фланга немецкой 78-й пехотной дивизии, держащей оборону в секторе реки Гжать. Эта концентрация отнюдь не предвещала немедленного наступления на участке Вазузы. Наблюдения в других ключевых секторах выявили ту же картину. Концентрации сил, свидетельствующей о немедленном наступлении, нигде не обнаружилось, хотя танковый корпус, предположительно 1-й, располагался западнее Белого, а в тылу у советской 22-й армии в долине Лу-чесы находился 3-й танковый корпус (50). В качестве меры предосторожности несколько дней назад командование 9-й немецкой армии приказало 1-й танковой дивизии начать перемещение из района Сычевки в сторону Владимирского, к юго-западу от Белого, в резерв 41-го танкового корпуса.

Далее на юг 247-я стрелковая дивизия генерал-майора и 331-я стрелковая дивизия полковника при поддержке трех танковых бригад должны были наступать через почти полностью замерзшую Вазузу между Тростино и Печорой, чтобы захватить немецкие опорные пункты в Зеваловке и Прудах. В ходе стремительной атаки им предстояло прорвать передний край немецкой обороны с таким расчетом, чтобы поддержать натиск соседей с правого фланга на вторую линию обороны противника на второй день наступления. После падения второй линии обороны четырем стрелковым дивизиям было приказано к концу дня быстро пересечь железную дорогу Ржев-Сычевка, 326-й стрелковой дивизии - захватить "угловую позицию" в Васильках, а 331 - и - ослабить сопротивление немецкого опорного пункта Хлепень. Затем 326-я, 42-я гвардейская и 251-я стрелковая дивизии должны были двинуться на северо-запад, расширяя участок прорыва обороны противника, а 247-я - повернуть на юго-запад, чтобы создать 15-18-километровую брешь в немецкой обороне и поддержать боевые действия конно-механизированной группы в оперативном тылу противника. Согласование этой первоначальной атаки по времени играло решающую роль, и Кирюхин понял, что соблюдение жесткого графика в значительной степени зависит от способности артиллерии прикрытия подавить немецкие огневые точки. Вот почему Кирюхин лично проверил расположение артиллерии и точность ее наведения. Однако ничего поделать с туманом он не мог.

Между тем Конев и Кирюхин обратили внимание на сектор напротив КП армии, где шум боя свидетельствовал о том, что советские войска продвигаются все глубже в тыл противника. Последующие донесения показали, что лишь в этом секторе советские части добились хоть какого-то успеха. 247-я стрелковая дивизия генерал-майора вместе с танками 80-й бригады достигла противоположного берега реки еще и начале наступления, а к полудню отбила у противника деревни Зеваловка и Кузнечиха. Одновременно пехота 331-й стрелковой дивизии полковника на левом фланге Мухина форсировала Вазузу и захватила деревню Пруды, но была остановлена шквальным немецким огнем у северной окраины расположенного у реки населенного пункта Хлепень. Соединения первого эшелона под командованием Мухина продолжали наступать и днем, когда снегопад начал утихать. К ночи они выбили немцев из маленьких населенных пунктов Крюково и Бобровка, на расстоянии менее двух километров от реки и неподалеку от позиций, по достижении которых Кирюхин планировал ввести в бой конно-механизированную группу. О том, чтобы предпринять это введение 25 ноября, теперь не могло быть и речи. На маленьком предмостном плацдарме не хватило бы места для бронетехники и кавалерии, и, кроме того, пути продвижения вперед по-прежнему подвергались обстрелу противника (7). Правофланговые дивизии Кирюхина, возобновившие наступление в разгар дневной метели, добились немногим больше, чем утром. Солдаты 42-й гвардейской стрелковой дивизии прорвались ближе к окраине Гредякино, но яростное сопротивление немцев вновь заставило их остановиться. Кик и прежде, 326-я и 251-я стрелковые дивизии тщетно штурмовали немецкие укрепления.

Поскольку 20-й армии не удалось прорвать оборону противника на правом фланге, конно-механизированная группа генерала Крюкова лишилась одного из путей подхода и передового района сбора между реками Осуга и Вазуза. Теперь Кирюхину предстояло скорректировать планы и бросить массированные бронетанковые и артиллерийские формирования в бой непосредственно с противоположного берега Вазузы в самую гущу немецких укреплений. Поскольку предмостный плацдарм не мог вместить два подвижных корпуса, а подходные пути еще предстояло выверить, ввод в бой ожидался не раньше следующего дня. Конев молча слушал, как Кирюхин совещается со штабом. Лично он сделал бы все возможное, что-бы ввести подвижную группу в действия не позднее 27 числа.

День принес немецкому командованию тревожные новости: оборона в секторе Вазузы под напором противника сильно ослабла. Генерал Кирюхин бросил большую часть 331-й стрелковой дивизии полковника через реку, на подмогу успешно ведущей наступление 247-й стрелковой дивизии, и приказал двум командирам дивизий ввести в бой все их танковые бригады поддержки пехоты, чтобы расширить предмостный плацдарм, добавив, что эту задачу надо выполнить любой ценой. Наступая под возобновившимся артиллерийским и ракетным огнем, без малого сотня русских танков действовала небольшими ударными группами при поддержке пехоты и оказывала невыносимое давление на противника. К ночи 2-й батальон 14-го полка и 3-й батальон 13-го танкового гренадерского полка, усиленный 1-м батальоном последнего, сумели остановить части 147-й русской стрелковой дивизии восточное возвышенности у деревни Арестово. При этом 3-й батальон 13-го танкового гренадерского полка сдал Пруды и отступил на более удобные оборонительные позиции севернее Хлепень, где к обороне подключился 1 - й батальон 13-го гренадерского полка. Многочисленные немецкие роты, взводы и батареи уцелели в тылу у русских, заняв позиции среди десятков взорванных и выведенных из строя русских танков, усеявших заснеженный ландшафт. Выжившие части затаились и приготовились переждать ночь, надеясь, что утро принесет спасение (9).

Но если рассмотреть все эти приказы в совокупности, ясно, что ни один из них выполнить невозможно. Ночь с 25 на 26 ноября стала кошмаром для штабных офицеров (14). Несмотря на все старания офицеров штаба армии и штабов наступающих формирований, войска и техника на марше неизбежно перепутались и задержались в пути. В результате ни одно формирование не сумело завершить сосредоточение к назначенному времени. 6-й танковый корпус закончил выдвижение в район сбора к середине утра, в то же время, когда 8-й гвардейский стрелковый корпус завершил развертывание в боевой порядок у реки. В тылу кавалерийский корпус потратил почти целый день на то, чтобы занять позиции, оставленные 6-м танковым корпусом, а 1-я гвардейская мотострелковая дивизия вообще не сдвинулась с места. В итоге к рассвету 26 ноября 247-я и 331-я стрелковые дивизии возобновили продвижение к плацдарму, но без дополнительной поддержки бронетехники. В довершение всего, немецкие войска уже начали предпринимать местные контратаки с целью отвоевать потерянные вчера территории.

По другую сторону линии фронта Конев и Кирюхин, к которым присоединился на КП 20-й армии Жуков, также подводили итоги дня. Увиденное отнюдь не радовало их, Жуков то критиковал своих подчиненных, то подгонял их. На вечерних совещаниях выяснилось, что 326-я, 251-я и 331-я стрелковые дивизии продолжают бои по указанным направлениям без сколько-нибудь заметных результатов. Транспортный затор у реки помешал им перегруппироваться и двинуться на помощь 247-й стрелковой дивизии на предмостном плацдарме. Ценой больших потерь в живой силе и технике 42-я гвардейская стрелковая дивизия прорвалась к окраине Гредякино, продвинула батальон в немецкий тыл к западу от деревни и захватила несколько строений на ее окраине. Но наступательная мощь была растрачена, поддерживающая бронетехника большей частью повреждена или уничтожена. Это означало, что лишь 247-я стрелковая дивизия могла взаимодействовать с 6-м танковым корпусом по мере его продвижения в глубь немецкого тыла со стороны предмостного плацдарма.

7.7.1916-08.02.1944
Майор
Награды: орден Отечественной войны 1-й степени (1944г. посмертно), орден Красной Звезды (1943 г.), медаль «За отвагу» (1942 г.)

После выхода из окружения, в ноябре-декабре 1941 года, проходил службу в должности политрука роты 123-го запасного стрелкового полка в городе Щелково. 20 декабря 1941 года его перевели в 1106-й полк 331-й Брянской Пролетарской стрелковой дивизии. Части дивизии, освободив город Волоколамск, продолжали наступление. Возглавив комсомольскую организацию полка, Владимир Моисеевич Губенков большое внимание уделял росту рядов комсомольцев, воспитанию молодежи в духе ненависти к врагу и любви к Родине. Постоянно находясь среди бойцов, он собственным примером показывал, как необходимо сражаться, лично участвуя в штурмах укрепленных рубежей. В боевой характеристике на политрука Губенкова сказано: «В боях с немецкими оккупантами тов. Губенков воодушевлял бойцов своим примером храбрости и мужества. Пользуется заслуженным авторитетом среди бойцов и командиров».
В августе 1942 года 331-я стрелковая дивизия принимала участие в Погорело-Городищенской наступательной операции. Ей была поставлена задача: из района деревни Ботино форсировать р. Держу и наступать в общем направлении на город Сычевку. После мощной артиллерийской подготовки, в 7 часов 45 минут 4 августа 1942 года, штурмовые батальоны и подразделения 331-й стрелковой дивизии в сопровождении 17-й танковой бригады форсировали р. Держу. В результате стремительной атаки советские части ворвались на передний край обороны противника, обратили его в бегство, захватили деревню Александровка и, не задерживаясь, устремились к деревне Губинки. В первом эшелоне дивизии наступали 1104-й и 1106-й полки. К 14 часам они сломили сопротивление врага на его второй линии обороны и овладели деревнями Губинка и Михалкино. В Губинке были захвачены документы 336-го пехотного полка 161-й пехотной дивизии противника, а также полковые склады вооружения, имущества и продовольствия.
В последующие дни августа 1942 года 331-й стрелковой дивизии совместно с 17-й танковой бригадой удалось захватить плацдарм на западном берегу рек Вазуза и Гжать на рубеже Хлепень-Климово-Полсуево-Бугрово. Несмотря на многочисленные атаки частей 1-й танковой и 6-й пехотной дивизий противника советские воины стояли насмерть и удержали захваченные позиции. За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими оккупантами 25 августа 1942 года политрук был награжден медалью «За отвагу».
26 августа 1942 года политрука Губенкова перевели на должность помощника начальника политотдела 331-й стрелковой дивизии по комсомолу. На новой должности Владимир Моисеевич с удвоенной энергией взялся за порученное ему дело. С сентября 1942 года по март 1943 года дивизия вела оборонительные бои на правом фланге Западного фронта, на Ржевско-Сычевском направлении. Это были упорные бои местного значения, в которых воины соединения показали образцы мужества и героизма. Немалая заслуга в этом была и политрука , уделявшего много времени воспитанию бойцов. В мае 1943 года 331-я Брянская Пролетарская стрелковая дивизия за успешные боевые действия в битве под Москвой и в Погорело-Городищенской наступательной операции была награждена орденом Красного Знамени.

29 июня 1943 года капитана Губенкова перевели на должность помощника начальника политотдела 36-го стрелкового корпуса по работе среди комсомольцев.

В начале февраля 1944 года перед частями 36-го стрелкового корпуса вновь была поставлена задача по прорыву вражеской обороны. Начались тяжелые кровопролитные бои. Враг оказывал упорное сопротивление. Для поднятия боевого духа в наступающих частях многие политработники политотдела 36-го стрелкового корпуса были отправлены на передовую. 8 февраля 1944 года в одном из боев помощник начальника политотдела 36-го стрелкового корпуса майор был убит...
За мужество и героизм, проявленные на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками, 29 марта 1944 года майор был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени (посмертно).

«Сквер памяти Героев», «Маджента», Смоленск, 2005 г.

Родился 15 февраля 1922 года в городе Агдам Азербайджанской республики. В 1942 году окончил военное пехотное училище. Во время войны был командиром батальона 1106-го полка 331-й стрелковой дивизии. В 1956 году окончил Высшую партийную школу при ЦК КПСС. Находился на партийной работе в должностях первого секретаря Белоканского, Кусарского, Кубатлинского райкомов партии, парторга Бардинского производственного управления. До 1964 года работал управляющим делами Верховного Совета республики. Затем был начальником политчасти Бакинской школы милиции МВД СССР, директором музея "Азербайджан в Великой Отечественной войне". С 1986 года - председатель совета ветеранов войны, труда, вооруженных сил и правоохранительных органов. Член пленума координационного центра стран СНГ. Награжден орденами Красного Знамени, Отечественной войны I и II степени, Красной Звезды, Трудового Красного Знамени, многими медалями.

01.08.1904-05.03.1944
Гвардии подполковник
Награды: орден Красного Знамени (1943 г.), орден Отечественной войны 1-й степени (1943г.), орден Отечественной войны 2-й степени (1944г., посмертно).

Матвей Михайлович Королевский родился 1 августа 1904 года в селе Покровка Ленинского района Сталинградской области в крестьянской семье. С раннего детства помогал родителям вести хозяйство, а когда подрос — работал батраком у зажиточных селян.
В 1927 году Матвей Королевский был призван в Красную Армию и попал служить в 45-й Херсонский стрелковый полк 15-й Сивашской стрелковой дивизии Украинского военного округа. В 1928 году, окончив полковую школу младшего начальствующего состава, стал командиром отделения, а затем и старшиной роты. В 1930 году Матвей Михайлович вступил в ряды ВКП(б). Командование полка увидело в незаурядные военные способности и послало его на учебу в Киевское военное объединенное училище. После его окончания в 1931 году он командовал взводом. Затем вновь учился военному делу в школе командиров в г. Сталинграде. В 1932 году был командирован в г. Балашов Саратовской области, в 181-й стрелковый полк 61-й стрелковой дивизии. Здесь с 1932 по 1938 год он командовал взводом, стрелковой ротой, был начальником снайперской команды батальона.
С октября 1938 по июль 1939 года Матвей Михайлович учился в Москве на ускоренных курсах командиров. В связи с японской агрессией в районе реки Халхин-Гол и озера Хасан он был направлен в Монгольскую Народную Республику. Здесь капитан служил инструктором Монгольской народно-революционной армии в городе Югодзырь.
Известие о нападении фашистской Германии на Советский Союз застало Матвея Михайловича в должности заместителя начальника оперативного пункта при разведотделе штаба армии в городе Дзамынь МНР. По настойчивым просьбам, в декабре 1941 года его отозвали в СССР и направили на ускоренные курсы командиров полков при военной академии в г. Ташкенте.
В мае 1942 года майор принял вновь сформированный 521-й стрелковый полк 133-й стрелковой дивизии. Боевое крещение полк принял в июле 1942 года в кровопролитных боях в районе г. Зубцова и около г. Ржева. 133-я стрелковая дивизия форсировала реки Осугу и Вазузу, притоки Волги и вела бои с немцами. 521-й стрелковый полк под командованием майора Королевского наступал на населенные пункты Пульково, Сковорухино, Бондарево. Передовые части дивизии вырвались вперед, а техника задержалась. Противник воспользовался этим и занял оборону. Развить дальнейший успех наступления не удалось, и бои приняли затяжной оборонительный характер.
В начале января 1943 года майор Королевский был назначен начальником разведотдела 118-й стрелковой дивизий, где провел ряд успешных разведывательных операций. 4 марта 1943 года командование поручило Королевскому провести разведку боем и захватить «языка». Возглавив батальон 463-го стрелкового полка 118-й стрелковой дивизии, он приступил к выполнению поставленной задачи. Вот как описывает этот бой один из его участников: «Ровно в три часа ночи десятки орудий и минометов обрушили шквал огня на передний край обороны немцев. В небо взвилась красная ракета, солдаты и офицеры открыли ураганный огонь из различных видов оружия. Не дав фашистам опомниться, наш батальон ворвался в переднюю траншею противника. Задача была выполнена успешно. Было доставлено четыре «языка».
Приказом №20 от 01.01.01 года по войскам 31-й армии за образцовое выполнение задания командования 118-й дивизии майор был награжден орденом Красного Знамени.
В мае 1943 года Матвею Михайловичу Королевскому было присвоено воинское звание «подполковник», и он был назначен на должность заместителя командира 1108-го стрелкового полка 331-й стрелковой дивизии. 7 августа 1943 года войска Западного фронта перешли в наступление на Смоленском направлении. Несмотря на яростное сопротивление немцев полки дивизии в упорных боях отвоевывали у врага каждый рубеж, каждый населенный пункт. Гвардии подполковник Королевский, уже в должности командира 1108-го стрелкового полка, участвовал в ожесточенных боях на подступах к Смоленску.
День ото дня росли уважение и любовь солдат и офицеров к своему новому командиру. Это был справедливый, смелый, отважный и решительный человек. Вот что вспоминает об этом , бывший начальник штаба 1108-го стрелкового полка: «...сразу обращали на себя внимание его командирская твердость, постоянная подтянутость, немногословный и невозмутимый характер, умение в одних условиях быть суровым, а в других - веселым и жизнерадостным... Я почти постоянно находился рядом с ним, а поэтому хорошо узнал и полюбил этого замечательного человека и боевого командира. Наблюдая Королевского в различной - иногда весьма сложной - обстановке, я не раз поражался его храбрости, мужеству и хладнокровию... Он никогда не кричал на подчиненных, но требовал от них неукоснительного выполнения своих приказов и беспощадно взыскивал за малейшее проявление нерадивости или неисполнительности. Не терпел Матвей Михайлович людей трусливых и малодушных. Он буквально «уничтожал» их своим презрением, всегда был с ними строг и официален.
Выдержка у Королевского была просто поразительной. Однажды мы с ним отправились проверить, как наше подразделение, выведенное во второй эшелон в 2-3 км от переднего края, занимается боевой подготовкой, готовясь к предстоящему наступлению. Когда мы беседовали с группой солдат и офицеров, со стороны противника внезапно послышался нарастающий свист снаряда. Звук был настолько резкий, что все мы, исключая Королевского, попадали в грязь (дело было в осеннюю распутицу), снаряд действительно упал в нескольких шагах от нас, но, попав в мягкую почву, не разорвался. Мы поднялись грязные и сконфуженные, а Королевский шутливо заметил, что командир всегда должен чувствовать - разорвется снаряд или нет.
Часто вспоминаю и другой случай. Наши разведчики поймали «языка» и притащили его в землянку командира полка. Мы в то время готовились к наступлению и, естественно, решение перенести свой наблюдательный пункт в только что захваченную немецкую траншею. Появление Королевского в самой гуще схватки придало новые силы нашим воинам. С автоматом в руке командир полка участвовал в отражении очередной контратаки противника. Отразив ее, наши передовые подразделения вновь продвинулись вперед и ворвались во вторую вражескую траншею. Я сам видел, как Королевский огнем из автомата уничтожил несколько гитлеровцев. Во время этого кровопролитного и упорного боя Матвей Михайлович Королевский был убит вражеской пулей, которая попала ему в голову. Он погиб по-геройски, как и воевал. Успешные наступательные действия наших подразделений в этом бою во многом объяснялись героическим примером командира полка ».
8 марта 1944 года командир 1108-го стрелкового полка 331-й стрелковой дивизии гвардии подполковник Матвей Михайлович Королевский был похоронен у Смоленской крепостной стены со всеми воинскими почестями. 3 апреля 1944 года за мужество и героизм, проявленные в последнем бою, был награжден орденом Отечественной войны 2-й степени (посмертно). Т. В.
«Сквер памяти Героев», «Маджента», Смоленск, 2005 г.

. (21.II.1919, с. Клепачи Хорольского района Полтавской области),
Герой Советского Союза (1945 г.). Участник Великой Отечественной войны с июня 1941 по 1945 гг. Находился в действующей армии на Карельском, Западном, 2-м и 3-м Белорусском фронтах. Командир батальона 1106 стрелкового полка 331 стрелковой дивизии 31 армии. Отличился в боях за освобождение Смоленска в сентябре 1943 г. После демобилизации из армии в 1946 г. окончил Полтавский пединститут. Работал директором промкомбината, инженером фабрики хозизделий. Живет в г. Хорол Полтавской обл. Почетный гражданин г. Смоленска (1965 г.). Лит.: Беляев навечно. – Ч. 1. – М., 1985.

Вспоминает полковник , тогда командир 896-го артиллерийского полка 331-й стрелковой дивизий

«В городе Химки в штабе Западного фронта я получил задачу: маршем в ночь с 30 ноября на 1 декабря выйти на рубеж железнодорожного полотна Киово-северная окраина Лобни - Шереметьевская и не допустить дальнейшего наступления немцев и прорыва их через железную дорогу. Сразу же эта задача была доведена до подчиненных. На Дмитровском шоссе, по пути к фронту, не доходя полутора километров до моста через канал, полку было поставлено теплое обмундирование. Так, на ходу личный состав был переодет в зимнюю одежду и обувь».

1 дек. германская группа «Центр» ввела в бой новые резервы, овладела Белым Растом, Красной Поляной и Озерецким, вышла к железнодорожному полотну у ст. Лобни и севернее. С 1 дек. против частей 2-й танковой дивизии противника ожесточенные бои вели подразделения 2-й Московской стрелковой дивизии, 1106-й стрелковый полк 331-й дивизии, 35-я отдельная стрелковая бригада, 864 зенитный арт. полк 1 корпус ПВО, два бронепоезда у переезда, соединяющего Рогачевское и Дмитровское шоссе.

В критический момент командование Западного фронта принимает решение о нанесении 2 дек. контрударов силами двух свежих армий — 1-й Ударной и 20-й и о наступлении в направлении на Холмы (17 км северо-западнее Киово). В ночь на 2-е дек. командующий 20-й армии с начальниками родов войск и офицерами штаба выехали в войска для организации контрудара. Возле командного пункта 331-й стрелковой дивизии генерала-майора (у ст. Лобни) развернули армейский наблюдательный пункт. Штаб 20-й Армии должен быть переведен из Химок в Хлебниково. Организация контрудара проходила в условиях еще несосредоченной армии, в крайне ограниченные сроки. Личный состав не имел боевого опыта, солдаты прямо после выгрузки из железнодорожных эшелонов вступали в бой. Контрудары следовали с обеих сторон 2 дек., 3 дек. и 4 дек. 1941 г. Резкий перелом в ситуации на Западном фронте произошел 5 декабря на участке 20-й армии в районе Лобни. В ночь на 5 дек. к тому же ударили морозы до 35 град. Дело в том, что не только обмундирование германской армии, но и ее военная техника не соответствовали зимнему времени. Немцы самоуверенно спешили разделаться с Москвой до зимы. И если ноябрьские двадцатиградусные морозы сковывали в определенной степени силы неприятеля, то тридцати пятиградусные морозы оказались для техники катастрофическими. Ценой огромных жертв Красная Армия, захватив инициативу, перешла в наступление, сначала в районе Лобни 5—6 дек. В середине декабря перешли в наступление 5-я, 33-я, 43-я армии центра Западного фронта.

По свидетельствам немецких солдат:

«...5 дек. Несколько тяжелых танков приближались к деревне. Мы с нашими средствами оказались бессильными против этих чудовищ. Наше обмундирование ни в какой степени не идет в сравнение с русскими». «Наше так успешно развивавшееся наступление 5 — 6 дек. сорвалось. Мы надо думать слишком много на себя взяли. Все пошло вверх дном. Мы были уже у канала, но здесь встретили страшное сопротивление русских. Много машин вынуждены были бросить и топали пешком без пищи и сна. Народ здесь сражается фанатически лишь бы уничтожить нас». «...Шли по стране подобно бандитам-поджигателям...» ( По приказу Гитлера при отступлении немцы сжигали дома, уничтожали продовольствие, скот, лошадей, фураж, портили колодцы, минировали дороги, чтобы Красная Армия пришла на пустое место). «...6 янв. Идет снег, мороз 42 град.... Сверхчеловеческая самоотверженность у русских. Мы недооценивали русскую армию. Особенно это ясно теперь, когда против нас брошена сибирская дивизия, прекрасно снаряженная для войны в зимних условиях». «...Наши пулеметы и автомашины на морозе часто не действуют. Тогда и начинается страшная «русская рукопашная»». «...Днем и ночью заседают полевые суды».

«Все дороги забиты сплошным потоком отступающих немецких войск. 25 янв. мороз 45 град, и несмотря на это, я все время слышу с соседнего участка пулеметную стрельбу: русские беспрестанно атакуют».

Продумывая и сопоставляя факты и воспоминания о ближайшей к столице позиции немецкой армии на Лобненском рубеже, невольно приходишь к мысли, что отчаянному положению русских зимой 1941 г. помогли сама земля, природа, даже морозы, ударившие в начале декабре. 4 декабря во всех церквах столицы прошли службы в честь Введения во Храм Пресвятой Богородицы. И вспоминается, что центр Селецкой десятины бывшей Митрополичьей вотчины, или как когда-то называли «Дом Пречистыя Богородицы» был именно здесь, около Лобни, в той самой Качалке, что стала рубежом, с которого Красная армия в течение нескольких месяцев гнала неприятеля на запад. По инициативе Луговского поселкового Совета депутатов установлены мемориальные доски: «Здесь проходила линия обороны Москвы в декабре 1941 года» (камень), «Улица названа в честь 35-й отдельной стрелковой бригады, которая с этого рубежа в декабре 1941 года перешла в контрнаступление против фашистских захватчиков». Любопытен памятник зенитное орудие, на развилке Дмитровского и Рогачевского шоссе. Именно с этим орудием, стоящим на постаменте, и вообще говоря предназначенным для обстрела самолетов, связана такая история.
Солдаты, опустив дуло вниз, использовали зенитку против танков противника. В жестокой схватке погиб расчет, и чтобы орудие не смолкло, на помощь вышла местная жительница Тимофеенкова, мать четверых детей, а помогал ей подтаскивать снаряды 12-летний сын. Самоотверженность русских не поддается сравнению.

[23.02.1907-26.08.1981]

  Родился 23.02.1907г. в дер. Столипино Зубцовского р-на ныне Тверской обл. в семье крестьянина. Русский. Окончил 4 класса. Работал в райпромкомбинате. В Красной Армии в 1939-40гг. и с августа 1942г. Участник советско-финляндской войны 1939-40гг.
  В боях Великой Отечественной войны с сентября 1942г.
  Пулеметчик 1104-го стрелкового полка (331-я стрелковая дивизия, 31-я армия, 3-й Белорусский фронт) рядовой Горюнов 19.10.1944г. у населенного пункта Дагутшен (28 км. северо-западнее г. Сувалки, Польша) истребил до 15 гитлеровцев и подавил огневую точку.
  3.11.1944г. награжден орденом Славы 3 степени.
  26.01.1945г. Горюнов в бою за город и железнодорожную ст. Летцен (Восточная Пруссия, ныне г. Гижицко, Польша) уничтожил более 10 немецких солдат. Будучи раненным, продолжал оставаться в строю.
  18.02.1945г. награжден орденом Славы 3 степени, 31.3.1956г. награжден орденом Славы 2 степени.
  16.3.1945г. у населенного пункта Дейч-Тирау (Восточная Пруссия, ныне пос. Иванцево, Багратионовского р-на, Калининградской обл.) огнем пулемета поразил две огневые точки, сразил до 10 гитлеровцев.
  6.4.1945г. награжден орденом Славы 3 степени, 31.3.1956г. перенагражден орденом Славы 1 степени.
  В 1945г. демобилизован. Жил в дер. Столипино. Работал в райпромкомбинате.
  Награжден медалями.
  Умер 26.8.1981г. Похоронен в г. Зубцов.
  Литература.: Кавалеры ордена Славы трех степеней. М.,1984. с.44-47;
  Слава, слава, слава! М.,1979. с.40-45.

331-я Брянская Пролетарская стрелковая дивизия

05.12.2008 г

В микрорайоне Хлебниково есть братская могила, воинов погибших в декабрьские дни 1941 года в битве за Москву. Кто они? Откуда? И вот из книги Б. Ильинского «Брянская Пролетарская» мы узнали, что на Тамбовщине – в Мичуринске, формировалась по приказу № 000 Народного комиссара обороны 331–я стрелковая дивизия. Командиром дивизии был назначен генерал – майор Федор Петрович Король. Дивизия комплектовалась в основном из рабочих и крестьян Брянщины. В середине сентября 1941 года дивизия была полностью сформирована. Усиленно шли занятия по боевой подготовке. 1 октября официальный день рождения дивизии. В этот день вручались боевые Знамёна. На торжественной церемонии прибыла делегация трудящихся от имени Брянского горкома партии и горисполкома они вручили дивизии Боевое Знамя. С этого времени дивизия стала именоваться 331 - й Брянской Пролетарской стрелковой дивизией. На обратной стороне знамени есть слова: «Будьте храбры и стойки в бою!».

Генерал-майор Федор Петрович Король

331-я Брянская пролетарская стрелковая дивизия под командованием генерал-майора , начав свой боевой путь 1 декабря 1941г. из Хлебникова, освободила 142 населённых пункта: деревень, посёлков и городов Подмосковья.

Мы рассматриваем личную анкетную запись (копию) генерала присланную нам из центрального архива Министерства обороны: , украинец, родился 23 ноября 1894года, член ВКП (б) с 1920года, служащий, из крестьян… Гражданское образование городское училище 4 класса в 1913 году, военное образование в старой армии - школа прапорщиков 1916г. В Красной армии с февраля 1919 года. Участвовал в походах и боях против Врангеля, Деникина, Махно, по ликвидации бандитизма на юге с 1919 г. по сентябрь 1926г. Ранений и контузий нет. Почетно-революционные награды: награжден именным серебряным револьвером 1926г. Закончил курсы «Выстрел» г. Москвы 1923г., курсы Усовершенствования Высшего начсостава при академии им. Фрунзе 1927 г. Служил начальником полковой школы 1919 г., помощником командира полка май 1919г., командиром стрелкового полка – июнь 1920г.-1925г., а в мае 1925 года назначен командиром-комиссаром 66 стрелкового полка. После окончания курсов Усовершенствования при академии имени командует 6 отдельным полком Сибирского Военного округа, награжден личным маузером в 1928 г.  С августа 1931г. преподаватель тактики Военно-технической академии РККА (рабоче-крестьянской Красной армии), с сентября 1932г. руководитель кафедры тактики, там же старший преподаватель академии Бронетанковых войск, доцент кафедры (1гг.)

награжден медалью «20лет РККА»; нагрудным знаком «Отличник РККА». 

На этом личная запись обрывается и идет запись канцелярии штаба: «Военно-техническая академия РККА руководитель кафедры тактики бронетанковых войск с 1932 по июнь 1941 года». За этот период академия выпустила из своих стен тысячи хорошо подготовленных командиров, которые в годы войны умело командовали частями Красной Армии. Среди них такие имена как генерал , генералы армии , Епишев, главный маршал артиллерии , , Богданов и . Свой вклад в подготовку высококвалифицированных кадров для бронетанковых войск за этот 10-летний период внес и Федор Петрович Король. За время службы в академии было присвоено воинское звание комбриг (1938г.), а с установлением генеральских званий – звание генерал-майора (1940г.). «Штаб Западного направления зам. Начальника АБТв автобронетанковых(1940г.).  Командир 331-й стрелковой дивизии Западного фронта с августа 1941г.». 

Здесь мы немного оторвемся от анкетных данных. В августе 1941 года формируются новые части Красной Армии и генерал-майору (это звание ему присвоено 05.06.1940г.) поручается формирование вновь создаваемой 331-й стрелковой дивизии. Он выезжает в город Мичуринск и 27 августа вступает в должность командира дивизии. В Мичуринске идет усиленная учеба и подготовка к боям. К середине сентября дивизия была полностью сформирована. Ее составляли 1104-й, 1106-й, 1108 стрелковые полки, 896-й артиллерийский полк, 619-й отдельный зенитно-артиллерийский дивизион, 394-я отдельная разведывательная рота, 783-й отдельный батальон связи, 509-й саперный батальон, 410-й огнеметный взвод, 397-я автотранспортная рота, 417-й медико-санитарный батальон (в котором служила фельдшер Клавдия Ивановна Колотушкина – наша землячка), хлебопекарня, полевая почтовая станция. В дивизии было около двухсот человек, уже воевавших с врагом у западных границ и опаленных огнем сражений; более полутора тысяч участвовало в гражданской войне, воевавших на озере Хасан и на Халхин-Голе, участвовавших в боях с белофиннами. Они то и составили костяк дивизии. 1 октября 1941г. – эта дата считается днем рождения дивизии. На присягу приехали представители власти г. Брянска и от имени и по поручению Брянского горкома партии и горисполкома они вручили дивизии боевое знамя. Члены делегации сообщили воинам радостную весть о том, что по просьбе земляков дивизии впредь будет именоваться 331-й Брянской Пролетарской стрелковой дивизией. На Красном знамени читались слова: «Будьте храбры и стойки в бою!» (это знамя находится в краеведческом музее Брянска). С этим знаменем одиннадцатитысячная дивизия 28 ноября 1941 года высадилась на станции Хлебниково, где на улице Московской размещался штаб генерала . Воинов разместили по деревенским домам. В домашнем тепле даже дощатый пол казался пуховой постелью. Но коротким был остаток ночи. Утром же – радость! Всем выдали ватные брюки, телогрейки, шапки, рукавицы, валенки. Многим достались даже полушубки. Наверное поэтому местные жители прозвали их сибиряками. У каждого небольшой белый мешок с маскировочным костюмом. В ночь воины 1106-го стрелкового полка скрытно продвигаясь вдоль железнодорожного полотно выдвинулись к озеру Киово, 1104 стрелковый полк в район деревни Катюшки, а 1108-й в район деревни Нестериха. Эти деревни и Красная Поляна были уже захвачены фашистами. Дивизия с ходу вступила в бой. На помощь этим полкам из Носова двинулась 28 отдельная стрелковая бригада под командованием полковника Гриценко, который в 1966 году был гостем нашей школы и рассказывал ребятам об этих боях. Фашистам оставалось до Москвы 20 километров. Это был самый близкий участок фронта к Москве. Противник рвался к Савеловской железной дороге у станции Лобня и севернее – к ст. Луговая. Конечно, для выдвигающихся частей 331-й дивизии появление противника было неожиданно. Но и для наступающего врага встреча здесь со свежими частями тоже. Фашистам оставалось до Москвы 20 километров. Это был самый близкий участок фронта к Москве (маршал ). Всем частям дивизии, которые успели сосредоточиться, было приказано нанести контрудар в направлении Красной Поляны. Мы не раз проходили пешком из Лобни на Красную Поляну. Время пути от 1 до 1 часа 30 минут. Войны 331-й стрелковой дивизии с тяжелыми боями освобождая деревню Катюшки, Нестериху, Красную Поляну, Пучки шли 8 дней в ожесточенных сражениях. Наблюдательный пункт был в школе №1 возле озера Киово. В самый важный момент боя связь прервалась, связист рядовой красноармеец Новиков искал разрыв (в районе деревни Катюшки), найдя разрыв, он зачистил концы проводов и взял их в рот. В этот момент в его голову попал снаряд. Но связь работала и поэтому нам дороги слова, написанные в письме другим красноармейцем Ю. Нелюбиным «Милая, дорогая моя Москва!» Родная наша столица, в самые трудные минуты боя я всегда думал о тебе и всегда был готов отдать за тебя свою жизнь и кровь до последней капли. Не забывай и ты наши могилы, если мы погибнем за тебя!». Это было на нашей земле в 3-5 км от Хлебникова, 8 декабря Красная Поляна была освобождена. Путь 331-й Брянской Пролетарской стрелковой дивизии лежал на Солнечногорск, Волоколамск. Дивизия начала наступать и освобождать деревни, поселки, города.  В январе 1942 года Московская область была освобождена. Дивизия стояла у Ржева. Из 11 тысяч солдат и офицеров, прибывших в Хлебниково, от старого состава осталось всего 120 человек. Дивизия отвели во 2-ой эшелон на пополнение, а генерала перевели и назначили командиром 111 танковой бригады на Воронежский фронт. 23 сентября 1942 года при налете авиации Федор Петрович Король был убит. Тело захоронено на Введенском кладбище. Интересно, что генерал Король захоронен дважды…