«Песнь о павшем короле»
«Слава тебе, бездыханная боль,
Умер вчера сероглазый король.»
А. Ахматова.
Ветер, ветер правит королевством Эйсдейла. Вороньё летает над меловыми скалами у моря, гниют корабли в доках, горят средь бела дня дома, рушатся потолки церквей. Пшеница родится мёртвой, а на Юге, в Хаммлинге, появилась на полях вместо злаков трава сатанинская. Хлеб от неё получался горький, а одумались поздно – изгнивали руки до локтей, кидались люди в падучую, сыпи невиданные и рвоты кровяные были повсюду. Зажгли амбары, и чёрно-красным дымом горели они, и виделись в них лики насмешливые. На западе, в морском краю, запорол огромный вепрь сына светлого князя Дойля. Три дня охотился он со свитой на лесную тварь, и везли они её на пропитание деревням, а на четвёртый день погнали антихристова зверя и на поляне сшибся он с ними в бою, и много народу с князем полегло. Мяса же в звере не было, одна земля чёрная с червями да шкура с ворсом железным. Чёрный ветер правит королевством.
И вот, на Августов день, не стало светлого короля Эйсдейла, Корриата Благолепного. И хоронить его было некому, ибо разъехались из полного болезнями и нечистотами города все ремесленники и купцы, и знать поспешила к себе в замки, а оставшиеся при короле его болезнь переняли, и умерли в страшных муках. И сына королевского позвать не успели, ибо возводил он порядок в земле Миргеллл к востоку от Хаммлинга. И хоронили его сестра, да князь соседней области Имкар, да его стража, да немногие из городского ополчения. И гроб царский был закрыт, те же, кто клал помазанное тело в его пристанище, и те, кто крышку заколачивали, и те кто гроб несли, болезнь переняли, и перестала их Земля носить. Чёрный ветер правит королевством!
И прослышав про то, лорд Эммаут собрал рать великую из нищих и разбойников, ибо подданные его пали от мора, и двинул войско свое на город брата своего короля, и взяв его, три дни грабил купцов и ремесленников, и пытал стражей его и убил князя Имкара, и насиловал женщин, и был там смрад и боль великая. На четвёртый же день собрал он оставшихся и силой привёл их к присяге. И воззвал он к другим князьям с призывом присоединиться, и они, видя, что законный наследник далече, прискакали к нему со свитами и присягнули на верность. Чёрный ветер правит королевством!
И лишь старый князь Дойль послов Эммаутских пленил, отрубил им головы и послал своих гонцов на совет лордов, и те ночью подбросили головы во дворец Гефикена Эммаутского. И в гневе затребовал он от князей войска на расправу с князем Дойлем. И двое светлых лордов – барон Астор из Киниии и князь Реймал оказались восставать на брата своего по власти, и покинули совет, и повели воинства свои на помощь князю Дойлю. И встало их воинство на реке Реймал и приняло там первый бой с войсками Обманного Короля, и барон Астор сразил в той битве сына Гефикена Пирота, но разорван был в клочья его стражами. Князь же Реймал потерял в той битве глаз и был перевезён в замок князя Дойля. И держал Гефикен над тем замком осаду год, и когда пал последний бастион, князь Дойль, и князь Реймал, и немногочисленные их слуги бежали через тайный проход в лесистые горы Тамии и там стали собирать недовольных, и грабить караваны Эммаутского Самозванца, и не было его слугам там житья. Из холодных скальных расселин нападали они на врага, и в часто его же мясом питались. Чёрный ветер правит королевством!
Меж тем Гефикен повелел не пускать на землю Эйсдейла ни корабля, ни лодки, и перегородил он в гавани цепями, и выставил по берегам дозоры и закрыта стала чёрная голодная земля его для всех и вся. И травил он псами недовольных, и жёг селенья, дани недоплатившие, и страх и ужас были при имени его, и выл чёрный ветер над королевством денно и нощно.
Создавал себе Гефикен армию могучую, и покорял немногочисленных соседей, но не решался выйти на морской простор, памятуя о сыне короля и его невернувшемя флоте.....
... сыро. Василий Андреевич идёт по лесу, с ветвей капает. Старый, древний тракт петляет меж лесистых скал. Он идёт ещё час, дымка дождя всё так же висит в воздухе. И вдруг – по изогнутым ветвям деревьев, по своеобразным аллейкам, по расчетливо расставленным валунам он понимает – здесь. Где же тропинка? Вот, вот, камни выстраиваются здесь в серо-зелёную линию. Северо-восток. Только б не сбиться, прямо, прямо. За синие горы, за белый туман, в пещеры и норы уйдёт караван.....
И было лет по правлении Гефикеновом десять, когда разразилась на Августов день, в пору спокойную, буря великая и тридцать дней и один день ревел океан, и громили буруны деревни на берегах, и слышался в вое ветра голос ледяной. А когда вышло из-за туч Солнце, жуткую картину узрел Гефикен из окон дворца брата своего, ибо было море черно от кораблей, и развивались на них принцевы штандарты. И страшны были те корабли, ни парусов, ни весёл на них не было, ни людей на палубах, и из чёрного тусклого металла были тела их, и подползали они, подобно змиям морским, к берегу, и порвали на ходу цепи в гавани, и причалили беззвучно в давно забытый порт. И вышли из них воины с закрытыми забралами лицами числом до тьмы и рубили слуг Гефикеновых. И изничтожили они всех. и раненых добили, и в полон не брали врага. И храбро сражался Гефикен в покоях своих, но оглушили его и доставили принцу на корабль. И выглядел старее лорда Эммаута на годы и годы, и потучнел, и кожа его стала черна, и глаза запали, и руки стали тяжелы, но проворны, и голос его был как удары молота по наковальне. И три дня и три ночи говорил он, запершись с Гефикеном в недрах своего корабля, и разносился от голоса его гул по всей гавани и по городу. А на третий день вышел Самозванец крыльцо дворца брата своего, и поносил сам себя ещё три дни, а после отрубил себе сам руку и вырезал язык, и кричала в ужасе толпа, и слышался над ней принцев смех.
В те дни странные вещи творились в городе – одна старая солдатка, жена капитана Парса, ушедшего с принцем за море, узнала мужа своего и призвала его к себе, и бросилась в ноги, но оттолкнул он её железной рукавицей и, выхватив палицу, размозжил ей череп. И всяк, кто признавал в вернувшихся родных своих, бывал ими же и убит. И прошло ликованье у освобожденной толпы, и стали все гадать – что за сила повернула разум воинов принца Верглета.
На седьмой день велел принц собрать народ на вече, и радовались люди, думая, что коронуется законный правитель. Но вышел жуткий старец на балкон дворца, тучный и сгорбленный, огромного притом роста, и с лицом как у покойника. И только по цветам мантии его дознались, что то был Верглет. И понёсся срежет зубовный по площади, и лязг канатный, ибо вознёс он свой голос. И так говорил он к своим людям
- Мои ли вы слуги?!
- Да!!! Славься!!! – неслось из толпы.
- И дадите ль вы присягу мне, как законному правителю?! –
- Истинно, государь!!!
- А не присягали ли вы дяде моему, Самозванцу из Эммаута?!
- По принуждению то было!!!
- Так дважды вы клятвопреступники – предали вы моего отца, предали моего дядю, и меня предадите, и всё на свете будет вам правдой верой в обмен на жизнь никчемную и ничтожную. И как псы нечестивые плодите вы себе подобных и как порченые овцы истреблены будите огнём гнева моего, и не останется о вас памяти в сердцах людских и стёрты вы будете, как позорное пятно, с нашей земли.
И окружили солдаты площадь, и хватали мужчин и женщин, и старцев и детей, и тащили их на холм, и стояли на том холме колья и сажали они на них всех, и наполнилось небо стонами, и боль пропитала воздух. Чёрный ветер правит королевством!!!
... дорога!!! У Василия Андреевича перехватило дыхания – он только что перелез серез огромный валун и увидел огромную широкую дорогу, от этого валуна начинавшуюся. Разрушенный придорожные башни. И вдруг он похолодел – над воротами одной из башен огромной железной стрелой был пригвождён скелет в железном шлеме. Стрела пробила стену, в сквозь трещину было видно заходящее солнце. Ещё несколько истлевших костей лежали у входа. Бойня, страшная бойня творилась здесь многие годы назад.....
И повёл Верглет рати свои на север и юг, и сокрушал приспешников Гефикена, и сажал их на кол, и псами травил, и гнул на дыбе, и калёным железом выжигал правду свою на телах их.
И в горах Тамии прослышали воины князей Дойля и Реймала про то, и напали на бывший замок князя Дойля, и тьму народу перебили, и вешали их на стенах замковых, аки изменникам за руки их нечестивые.
И прослышав про то, двинулось принц войска на помощь своим вассалам. Проезжая в местности Лилей задумал он покарать воеводу той земли. И подъехал он к его дому, и так говорил ему:
- Нечестивы были лорды твои, паче и ты себя кровью, что на их руках запятнал. И казнь тебе определена четвертованием, ако клятвопреступнику и слуге врагов моих. И хитёр был Марр из Лилея, и так ответствовал он принцу:
- Не в силе, принц сокровище, и не в уме, и нету в преданности той силы, что была в стародавние времена. Но в детях наша мощь и сила, ако ты сын короля и король, так и дочь моя, Леин, прекраснейшая во всём Эйсдейле, будет тебе доброй королевой. Ибо сватался за неё враг твой злейший, князь Асмаис, но не дал я руки ея, хоть красив он, и богат, и любил её пуще жизни.
Услыхав это, усмехнулся королевич, и размозжил Мару голову перником, и силой увёл дочь его. И осадили его воинства замок Асмаиса, но были там мощные стены, и еды и питья на годы, и воинов рати неисчислимые. И полгода осаждал Верглет ту крепость, и таяли его силы. Тогда вызвал он на стену Асмаиса для переговоров, и в одиночку, без брони и щитов подъехал к стенам, везя с собой лишь Леин. И так говорил он лорду Асмаису:
- Что есть жизнь твоя, для чего мучаешь ты эти толпы людей, для гордыни своей окаянной, для того, чтоб мне, законному государю перечтить и неподчинением своим в немилость себя ввести? Что ищешь ты на земле?
- Её ищу я, мою Леин, и коль отдашь ты мне её, буду я самым верным твоим слугой и рабом и сокрушу вместе с тобой врагов твоих.
Усмехнулся Верглет своим железным смехом и одним ударом меча рассёк Леин пополам. И полетел голос его, как из труб иерихонских, и понёсся по долинам и взгорьям и слышен был за морем. И так кричал Верглет:
- Предали вы меня и отца моего, и не за что мне вас прощать, и не жалки вы мне, и не нужны. А чтоб казнь вам была по делам вашим, так сотворю я, чтоб не держало вас на моей земле, и реки слёз вашей скорби смоют вас в небытие!!!
И узрев гибель своей возлюбленной, бросился Асмаис со стены вниз, и настигла так его погибель. И в страхе сдались его воины Верглету, и ночью пили они вместе с принцевыми воинами, а на утро числом тысяч до десяти были сожжены.
И прибыл он к горам Тамии, и бежали враги его, и старый лорд Дойль и князь Реймал вышли к нему на встречу, и обнял Верглет старого воина как отца, и тот плакал у него на плече. А князю же Реймалу сказал
- Присягал ты супротив меня, и смыл позор. И смерть твоя за это будет легка и безболезненна.
И одним ударом поразил он его в сердце. И ужаснулся князь Дойль, и спросил его:
- Что творишь ты, сын мой, на что убиваешь ты людей своих, губишь землю свою, рушишь замки свои.
И ответствовал ему Верглет:
- Я есмь Бог этой земли и хозяин ей. И есьм я потоп, что очистил землю во времена Господни, и есмь я огонь, что Содом и Гоморру пожрал, и есмь я столп соляной, что поглотил жену лотову, и тьма, и свет, и суд, и правда!!!
- Откуда знаешь ты это, сын мой?!
- Из глубины земли Мергел принёс я волю свою, и свинец её я впитал, а будет страна моя по образцу той горной земли!!!
...а вот и залы!!! Сталь и холод, скелеты-статуи, черепа ещё лежат на столах, и глубже и глубже уходят под землю туннели. И вот взору Василия Андреевича предстала опочивальня царская с той самой клеткой....
И сжёг Верглет все города, и собрал пищи и работников, и тридцать лет копали они в горах Тамии подземные дворцы, и умирали в невиданных количествах.
И страшен стал к тому времени Верглет, ибо, будучи невелик ростом, и не тучен, стал весить что свинец, и падали под ним лошади, и в каменных ступенях оставались следы его ног. И лицо его стало старо, как будто была ему от рождения сотня лет. И водрузил он себе трон в своём дворце, и в опочивальне своей поставил клетку для свиней малую, и содержал в ней ещё живых предателей своих, кормя их мясом детей их, или травой сатанинской, и ухмылялся, глядя на их мучения.
И прошло ещё семь лет, и однажды морозной зимой, когда Верглет пировал и дружиной и измывался над сыном князя Каерира, раздались удары в дверь, и устрашился невиданно Верглет. Ибо пришёл по правдении его год тридцать девятый, и то были стражи земли Мергел, числом осемь да дважды дцать, и вошли те демоны в зал, и так говорили к Верглету:
- Получил ты своё, и месть, и злоба твоя велика была, и в дальних землях тобой детей пугают, и сам ты демон, и зло ты, и месть, и потоп, и столп, но не Бог ты, а лишь сон разума его, и наше правление. И растили мы тебя и воинов для мяса вашего свинцового!!!
И был бой, и пал Верглет с дружиной, и, ничем не удерживаемый, правил и выл ветер над королевством. Чёрный ветер!!!!
...стоять!!!!
Василий Андреевич медленно повернулся. Это было серое штатское никто, исполнитель чужой воли и справедливости.
- По вашей преступной халатности ваш сын пропустил сегодня детсткий сад, вы солгали жене, пропустили работу. Вместе с тем, придя в это священное место, вы искупили свою вину, и смерть вам за то будет лёгка и безболезненна.
