На правах рукописи

РОДИНА Эмма Николаевна

ТЕОРЕТИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ Д. С. ЛИХАЧЕВА
В КОНТЕКСТЕ ПОНИМАНИЯ

СУЩНОСТИ И ЦЕННОСТИ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ КУЛЬТУРЫ

09.00.13 – религиоведение, философская антропология
и философия культуры

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени
кандидата философских наук

Ростов-на-Дону – 2007

Диссертация выполнена в отделе социальных и гуманитарных наук

Северо-Кавказского научного центра высшей школы

Южного федерального университета

Научный руководитель: доктор философских наук, профессор

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

кандидат философских наук, доцент

Ведущая организация: Краснодарский государственный

аграрный университет

Защита диссертации состоится 12 сентября 2007 года в 15 час. на заседании диссертационного совета Д. 212.208.13 по философским наукам в Южном федеральном университете по адресу: г. Ростов-на-Дону, , конференц-зал.

С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке Южного федерального университета по адресу: г. Ростов-на-Дону, .

Автореферат разослан 12 августа 2007 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования творческого наследия Дмитрия Сергеевича Лихачева обусловлена возросшей потребностью в духовно-нравственных идеях в настоящее время, ознаменованное продолжением и обострением культурного кризиса. Его идеи могут способствовать возрождению нации и спасению человечества от надвигающихся на него проблем. Рассмотрение его деятельности как культурфилософской позволит по-новому расставить акценты на уже известных науке понятиях, расширит сумму знаний по философии культуры и внесет новые ориентиры в духовную жизнь своего народа. Обострившийся в последние годы интерес к его идейному наследию, связан с ознаменованием 2006 года как «Года образования, культуры и гуманитарной науки – годом академика Лихачева».

После этого многообразные мировоззренческие представления ученого стали рассматривать под разными углами зрения – это и культурология, и педагогика, и экономика, и политика, и управление. Но ни на одном из лихачевских чтений не исследовали творчество академика в рамках философии культуры, поэтому представляется целесообразным восполнить этот пробел. Тем более что глубокий разбор идей ученого путем аксиологического, сравнительного методов анализа различных философских учений в рамках специальной компаративистики позволит нам показать «перекличку» идей в пределах отечественной философской культуры.

Обширные научные интересы Лихачева по филологии, философии, культурологии, ставшие всемирной классикой, до сих пор не вписаны в определенные рамки культурфилософской мысли. Многообразные и содержательно емкие идеи ученого, разрозненные и разбросанные по книгам, статьям содержат множество наблюдений, категорий, специальная экспликация которых, будет способствовать развитию и обогащению знания по философии культуры. Через обращение к этапам развития прошлых культур, их искусству мы сможем лучше понять себя, свой культурный процесс, реально повлиять на изменение современной ситуации, ведь сегодня философия культуры не замкнута на своих узкоспециальных вопросах.

Обращение к отечественной культуре и искусству в сегодняшних условиях, когда видимое поле культуры занято, в большей степени, бытовой и массовой культурой, необходимо именно потому, чтобы показать наше культурное богатство. Понять все богатство художественной культуры, нравственных идеалов, ценностных установок прошлого поможет нам постижение научного потенциала мыслей и идей Лихачева.

Таким образом, актуальность определяется необходимостью рассмотреть творчество Лихачева в контексте философии культуры. Задача современной науки заключается в изучении его творчества, в выработке рекомендаций по использованию научных идей академика в духовной и материальной сфере.

Степень научной разработанности темы. В наш век гуманизма и антропоцентризма особенно необходимы исследования творчества людей, «отмеченных Провидением», к которым мы относим и Дмитрия Сергеевича Лихачева, идеи которого становятся важными для всего человечества. Большинство людей знает как литературоведа, филолога, текстолога, общественного деятеля, об этом говорят небольшие статьи в журналах, книгах, но мало что известно о нем как о философе культуры, искусствоведе, внесшего новые понятия и раскрывшего по-иному уже известные термины культурфилософии. Практически не анализировались его глубокие убеждения о тесной взаимосвязи культуры, нравственности, экологии, которые сегодня являются актуальными исследовательскими новациями, не уделялось внимания его представлениям о русской художественной культуре. Именно поэтому, мы решили посвятить свое исследование анализу, обобщению его наследия в контексте понимания сущности и ценности отечественной культуры.

К первому периоду, отразившему интерес к его творчеству, мы относим написание рецензий на научные и научно-популярные издания Лихачева, выходившие при его жизни. В частности, на книгу «Культура Руси эпохи образования Русского национального государства» (Л., 1946) вышли рецензии двух авторов – и . «История культуры Древней Руси» (Т. 1–2. Л., 1951) вызвала интерес у
-Перетц, , А. Монгайта, , Г. Федорова, . На книгу «Культура Руси времени Андрея Рублева и Епифания Премудрого» написал рецензию Ю. Кашкаров. «Письма о добром и прекрасном» рецензировал ; «Земля родная» – Б. Казанков, ; «Заметки о русском» – Г. Карпушин, А. Пистунова, «Прошлое – будущему» – В. Акимов, Н. Тюльпинов. Книги, так или иначе связанные с культурой, вызывали меньший резонанс, чем издания литературного плана. Особо следует выделить имя Д. Молдавского, написавшего очерк о творчестве Лихачева и ряд отзывов на его книги по развитию русской литературы. К этому же периоду мы отнесли и журнальные публикации, посвященные юбилеям Дмитрия Сергеевича. В них отмечалось профессиональное мастерство ученого, талант организатора такими авторами как , ,
К. Канева, , . Краткое освещение трудов Лихачева без анализа его представлений было предпринято Е. Дорошом в 70-е годы.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Ко второму периоду мы относим воспоминания о Лихачеве как о человеке высокой души, «совести нации», чья фигура способствовала национально-культурному самоопределению страны. Ученики Лихачева – , ,
написали воспоминания о личных качествах их учителя, его воспитанности, интеллигентности и об открытиях, сделанных в филологии, текстологии, средневековой литературе. Такие авторы, как
, Д. Гранин, А. Рубашкин, ,
, Р. Милнер-Гулланд, опубликовали свои воспоминания в журналах о личных качествах Лихачева-интеллигента, ученого с большой буквы. В 2002 году вышла книга «Дмитрий Лихачев и его эпоха»: Воспоминания. Эссе. Документы. Фотографии (сост. Е. Водолазкин. – СПб., 2002. – 420 с., ил.). В ней представлены воспоминания М. Горбачева,
Д. Гранина, А. Кушнера, М. Шемякина об академике, собрано много фотографий и материалов из семейного архива.

Третий этап освоения культурного наследия Лихачева был направлен на постижение его идей во время Лихачевских чтений. Первые Лихачевские чтения «Христианство и древнерусская литература» (название было в свое время предложено Лихачевым) прошли с 29 сентября по 3 октября 2000 г. В них были представлены различные аспекты анализа древнерусской литературы: сравнение древнерусских образов, смеховая культура, развитие текстологической школы Лихачева. С докладами выступили , , Ацуо Накадзави (восприятие японцами книг Лихачева), ,
и другие, продолжавшие развивать идеи Лихачева. Вторые Лихачевские чтения состоялись 23–24 мая 2002 года. На них был озвучен Указ президента РФ «Об увековечении памяти », было представлено пять секций, названных по проблемам, которыми занимался Лихачев – правовые основы сохранения культуры, судьба книг, российский интеллигент, древнерусская литература, искусство и современность. На этих чтениях впервые была предпринята попытка не только развития идей ученого, но и установления основных научных положений его теории. К таким авторам относятся , ,
, ,
, , . Кратким обзором творчество Лихачева упоминалось в статьях , относившей представления ученого об образовании культуры к социокультурному типу. , проводя обзор категории духовности в социальной философии, включил имя Лихачева.

Таким образом, представленная литература во многом фрагментарна и не завершена. На сегодняшний день не раскрыты полностью ценностные идеи, взгляды в рамках философии культуры. Актуальность, сложность и недостаточная научная разработанность творческого наследия определили выбор темы, объекта, предмета, цели и задачи исследования.

Объект диссертационного исследования – научно-публицистиче­ское наследие в культурфилософском осмыслении.

Предмет исследования – сущностные и ценностные представления об отечественной культуре.

Целью настоящего диссертационного исследования является анализ и оценка взглядов на отечественную культуру в контексте понимания ее сущности и ценности. Цель исследования реализуется посредством постановки и решения следующих основных задач:

1.  Эксплицировать понимание Лихачевым содержания понятий «культура», «память», «история», «традиция» и показать их взаимосвязь.

2.  Рассмотреть в контексте культурно-исторических представлений идею Лихачева о становлении русской культуры.

3.  Выделить и сравнить взгляды философов и Лихачева на сущностные составляющие русского национального характера.

4.  Показать особенности понимания Лихачевым древнерусской «смеховой культуры», способствующие постижению национального характера.

5.  Проанализировать положение и значение языка в русской культуре.

6.  Исследовать взгляды Лихачева о художественно-духовном наследии Руси-России через искусство и его виды.

7.  Вычленить характерные особенности стилей монументального историзма, Предвозрождения, барокко из литературоведческих работ Лихачева.

Теоретическая и методологическая основа исследования. По своему характеру, по способу анализа определенных текстов, по привлекаемым дополнительно материалам данная работа является культурологической и историко-философской одновременно. Используемые нами общенаучные методы сравнения, аналогии, системного подхода позволили нам объяснить представления Лихачева о культуре, искусстве. Оперирование такими методами историко-культурологического исследования, как анализ первоисточников, их теоретическое осмысление и обобщение, сравнительная характеристика историко-культурных взглядов ученых и Лихачева, дополнила ранее существовавшие взгляды о судьбе и культуре России. В диссертации также применялись диалектические принципы исследования для уяснения особенностей русской художественной культуры.

Научная новизна диссертационного исследования:

– представлен системный и структурный анализ понятий культура, память, история, традиция в творчестве Лихачева;

– проанализированы взгляды Лихачева о происхождении русской культуры в культурно-историческом контексте развития;

– выявлены в работах Лихачева сущностные свойства русского национального характера, необходимые для возрождения национальной самобытности;

– раскрыты основные формы смехового поведения на основе представлений Лихачева о смеховой культуре;

– исследованы суждения Лихачева о развитии языка как многоуровневого образования;

– обобщено содержательно-смысловое значение русской художественной культуры в творчестве Лихачева;

– систематизированы структурные характеристики стилей монументального историзма, Предвозрождения, барокко в трудах Лихачева.

Положения, выносимые на защиту.

1. Многогранное понятие «культура» осмысливается Лихачевым как целостное явление, в котором взаимосвязаны культура, природа, человек. Рассматривая в единстве природно-культурный комплекс, Лихачев ввел в научный тезаурус понятие «экология культуры» и новую дисциплину – культурная экология. Сущностное и ценностное понимание Лихачевым природного и культурного комплекса заключено в идее Дома как микро - и макрокосмоса нашего существования. Культура и человек взаимопроникают друг в друга, образуя духовно-душевную целостность. Лихачев признавал материальную и духовную стороны культуры, но приоритет отдавал духовности, которая должна строиться на добре, отзывчивости, взаимопомощи. Соотношение культуры, природы, человека ученый обозначил как гомосферу, связанную с гуманистической сущностью человека. Философски осмысленное понятие «культура» стремится к безграничности и универсальности.

У понятия памяти, истории, традиции выступают как самостоятельные дефиниции философии культуры. Ученый определял память как культурное наследие человечества, способное творить, действовать и противостоять времени. Исследование соотношения памяти и культуры позволяет выделить новые понятия: память культуры – культурно-историче­ское наследие и культура памяти – механизмы сохранения культуры. Рефлексия над лихачевским пониманием памяти позволяет показать связь памяти с важнейшими вопросами философии – единство личности, ее сознание и самосознание, ее природа и бытие. Совместное развитие памяти с историей сохраняют для нас культуры прошлых времен, способствуют пониманию современности. Сущностные представления истории раскрыты через временные императивы. Основой познания прошлого должна стать традиция, требующая своего сохранения, предопределенного наследования, обогащения научного знания.

2. Культурно-историческое становление и развитие русской культуры, по представлениям Лихачева, происходило под влиянием Юга (Византии) и Севера (Скандинавии). Введенное ученым определение «трансплантация», или «культурный перенос», показало, что Русь функционально перерабатывала византийский опыт и восприняла скандинавское военное мастерство. Анализ норманнской, евразийской теорий, славянофильских и западнических представлений о становлении русской культуры и сравнение их с взглядами Лихачева показало принадлежность России к европейским корням развития с собственной богатой внутренней силой. Ученый придерживался идеи примирения традиций славянофильства и западничества. По духовным основаниям Лихачев относил Россию к европейскому цивилизационному типу с присущими ему качествами универсализма, восприимчивости культур, терпимости, свободой. Сущностное и ценностное представление ученого относительно дальнейшего развития русской культуры заключается в объединении культур различных народов при сохранении их своеобразия.

3. В национальном характере русских Лихачев отмечал сосуществование милосердия, любви, терпимости и одновременно агрессивности, легковерия, стремления к крайностям, которые он предлагал направлять в русло добрых начинаний. Лихачев обосновал представление о том, что сложный и противоречивый национальный характер русских отразился в языке (на уровне лексики, грамматики, синтаксиса). Академик Лихачев предлагал создавать национальный идеал из лучших черт народного характера для возрождения нравственности, а значит, для улучшения культурно-исторической обстановки. Ценностное представление ученого заключается в отрицании национализма и в желании восстановить свой нравственный авторитет среди других народов за счет развития культуры и науки.

4. , анализируя смеховой мир древнерусской культуры, пришел к выводу, что средневековый смех не был противопоставлен миру официальной культуры и был направлен на личность самого смеющегося. Лихачев, опираясь на литературные источники, показал, что особенность смеха в Древней Руси заключалась в его разделении на «мир» и «антимир», где «кромешный мир» становился созданной реальностью. Выделение и обрисовка сущностных составляющих форм смеха из работ Лихачева способствует пониманию проблем русской ментальности.

5. Лихачев считал язык составной частью культуры, с помощью которого мы перенимаем ее, формируем культурные коды для сохранения памятников искусства. Исследование языка как многоуровневого образования в работах Лихачева способствует решению социальных конфликтов, ведущих к коммуникативному недопониманию; устраняет недоверие, содействует участникам вербально-коммуникативного общения. Взаимосвязь культуры и языка отражается в концептах, включающих в себя слова со всеми его значениями и функциями, а концептосфера русского языка образует некий концентрат культуры, а значит, способна возродить духовную преемственность. Научно-публицистическое осмысление концепта и концептосферы Лихачевым послужило основой для создания новых дисциплин – лингвокультурология и этнолингвистика.

6. Содержательно-смысловой анализ русской художественной культуры в работах Лихачева отразил своеобразие нашего искусства, объяснил основные его свойства. Акцент, сделанный ученым на древнерусских видах искусства с такими чертами как ансамблевость, «абстрактный психологизм», «хоровое начало», показал нам становление основ русской художественной культуры. Лихачев, исследуя древнерусскую художественную культуру, показал ее как «свою античность» с большими общекультурными возможностями.

7. Характеристика стилей монументального историзма, Предвозрождения, барокко, предложенная Лихачевым, показывает целостное художественное развитие культуры России. Отличительной особенностью стиля монументального историзма являются такие признаки стиля, как динамичность, «дистантность», вечность. В своих трудах Лихачев делал акцент на развитии древнерусской художественной культуры в общеевропейских рамках, о чем свидетельствует схожесть эстетического сознания, архитектура зданий, использование народных сюжетов. Основными свойствами Предвозрождения в России является обращение к античности через Византийское посредничество; ощущение своей генетической древности; историчность сознания. Лихачев показал, что барокко сыграло большую культурно-историческую роль в России и по своей важности и значению приравнивалось к Возрождению.

Научно-практическая значимость работы. Теоретическая значимость работы заключается в восполнении пробела в изучении места и роли творческого наследия Лихачева в философии культуры. Результаты диссертационного исследования могут послужить основой для последующего изучения работ Лихачева и философских разработок его наследия. Данная работа может способствовать осмыслению специфики российского культурного развития.

Практическое значение исследования заключается в том, что основные положения и выводы диссертации могут быть использованы для чтения лекций по курсам «Философия и культурология XX века», «История культурологических теорий», «История русской культуры». Кроме того, они могут быть использованы преподавателями школ, гимназий, лицеев, вузов для изложения общетеоретических курсов гуманитарного цикла.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации, выносимые на защиту, неоднократно докладывались на следующих научных и научно-практических конференциях: III Всероссийский философский конгресс «Рационализм и культура на пороге третьего тысячелетия» (16–20 сентября 2002 года, г. Ростов-на-Дону); X Международная конференция «Ребенок в современном мире. Культура и детство» (16–18 апреля 2003 года, г. Санкт-Петербург); III Межрегиональная научно-практическая конференция студентов, аспирантов и молодых ученых «Молодежь XXI века – будущее Российской науки» (12–13 мая 2005 года, г. Ростов-на-Дону); а также на заседаниях отдела послевузовской подготовки СКНЦ ВШ. По теме диссертации опубликовано 10 работ. Общий объем публикаций составил 2,5 п. л. По материалам исследования была написана брошюра «Проблемы формирования и функционирования русской культуры в трудах » для участия в конкурсе 2002 года на лучшую научную студенческую работу по естественным, техническим и гуманитарным наукам в вузах Российской Федерации. Работа была награждена дипломом Министерства образования РФ.

Структура диссертационного исследования определяется последовательностью решения основных задач и состоит из введения, трех глав, включающих 10 параграфов, заключения и списка использованной литературы, который включает 256 наименований. Общий объем текста составил 160 страниц.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, содержится анализ степени ее разработанности, формулируется проблема, определяются цели и задачи исследования, формулируются тезисы, выносимые на защиту, характеризуется научная новизна и раскрывается теоретико-методологическая основа исследования, его научно-практиче­ская значимость.

Первая глава диссертации «Культура – память – история – традиция: к проблеме развития и интеграции» представлена двумя параграфами, в которых предпринимается попытка эксплицировать и проанализировать понятия «культура», «память», «история», «традиция». Их детальное исследование расширяет и дополняет уже известные науке термины.

В первом параграфе «Специфика понятия «культура» в философии » показано, что содержание культуры однозначно ученым не определено, но оно эксплицировано нами из философско-публицистических работ. Его представление термина аксиологически окрашено, а значит, вносит новые знания в философию культуры.

Определив культуру как «целостное явление», «сакральное поле», Лихачев показал органическую взаимосвязь между культурой, природой и человеком. Подобная мысль опирается на философские представления , А. Мейера. Тема взаимосвязи природы и культуры разработана у Лихачева в новой дисциплине – экологическая культура, основные идеи которой сближают его с постмодернистами. Цельность и целесообразность природного и культурного компонентов заключены у ученого в образе Дома как микро - и макрокосмоса нашего существования.

Лихачев указывал на то, что культура и человек находятся в едином развитии, взаимопроникают друг в друга. С одной стороны, культура с ее нравственными императивами положительно влияет на ценностные ориентации людей, а с другой – выбранные человеком ценности определяют его отношение к культуре и жизни. Лихачев настолько сильно верил в исправляющую силу культуры, что утверждал: положительное влияние культуры способствует нравственному совершенствованию человека. Он не сводил все до материальных потребностей человека, а предлагал объединиться человечеству для нравственного совершенствования. Такие представления ученого явились органическим продолжением философских традиций религиозных метафизиков , . Было показано, что духовные возможности культуры необходимо формировать, развивать, воспитывать, тогда удастся сохранить материальную часть культуры. Показ культуры через духовную основу общенационального существования, строящуюся на добре, отзывчивости, расширил содержание понятия, заставил мыслить по-новому. Гуманистическая направленность идей Лихачева была продолжением традиций исследования культуролога русского зарубежья .

Рассмотрение основных представлений ученого о культуре, раскрыло разные стороны понятия, показало аксиологическое осмысление термина.

Во втором параграфе «Развитие и интеграция понятий “память”, “история”, “традиция”» представлены взгляды ученого о взаимосвязи памяти, истории, традиции, понимание которых освещается с момента их становления в науке и раскрывается представление Лихачева о них. Каждое из понятий связано с культурой. В современной действительности только начиналось познание памяти. Академик показывал память как сущность культуры и ввел дефиниции «память культуры» (культурно-историческое наследие) и «культура памяти» (механизмы сохранения наследия). Из статей ученого о памяти, выделена система, состоящая из трех элементов: способность творить, действовать и противостоять времени. Подобно творчеству, память находит новые культурные ценности не только в настоящем срезе культуры, но и в прошлом. Лихачев находил эти ценности в древнерусском искусстве, литературе. Академик первым указал на два вида отношения к прошлому: как к документу и как свидетельству существования всех времен. Сам он считал важным сохранение в памятнике культуры свидетельств существования всех эпох. Вместе с тем, из работ Лихачева были выделены и описаны уровни качественного проявления памяти: личная память, семейная память, народная память, каждая из которых является необходимым условием существования социума, преемственности поколений.

Исследование показало, что развитие памяти возможно, если оно воплощено в истории. Лихачев пришел к выводу, что вместе они формируют нравственный климат эпохи настоящего на основе духовных ценностей прошлого. Контекстуальный анализ работ П. Нора, А. Аверюшкина, позволил понять вклад Лихачева в разработку проблем, изучаемых философией культуры (взаимосвязь культуры и истории, измерение истории, ее целостность).

Ученый наметил общую структурную организацию истории: история показывает ошибки прошлого, учит ценить современность, воспитывает ответственность перед будущим. Понятие истории было расширено Лихачевым за счет введения носителя истории, которым является земля. Движение истории осуществляется путем передачи достижений человеческой культуры, через культурную осведомленность как показателя интеллектуального и эмоционального развития личности. Главное, к чему привело исследование истории Лихачевым – пересмотр понятий, уважительное отношение к истории и формирование механизмов сохранения культуры. Все это получило дальнейшее развитие в учебниках по гуманитарным дисциплинам. Особое значение ученый придавал преемственности как важной составляющей сохранения достояний культуры и истории.

В свою очередь, традицию ученый рассматривал как способ развития человеческой культуры, как передачу социального опыта. Следовательно, традиция это не застывшее образование, а проверенное опытом знание, сохраненное нашей памятью. Такое всеобъемлющее представление схоже с взглядами на традицию , с той лишь разницей, что Лихачев изучал историю культуры и роль традиций древнерусской культуры для современности, а Лосев – античную. Анализ представлений о культуре, памяти, истории, традиции, выявил взаимосвязь дефиниций в большом мире культуры, способствовал развитию науки.

Вторая глава «Формирование и функционирование русской культуры в трудах » состоит из четырех параграфов. Первый параграф «Представление о становлении и развитии культуры России» посвящен анализу происхождения русской культуры. В начале, утверждал Лихачев, существенное воздействие оказали Византия (Юг) и Скандинавия (Север). С Юга в древнерусскую землю была привнесена христианская религия. Русь заимствовала через Болгарию культурный опыт Византии в искусстве живописи, зодчества, литературе. Традиционное понимание «влияния» Византии на Русь ученый заменил понятием «трансплантация». Это значит, что перенесенное произведение начинало жить своей жизнью и не изменяло культурную систему Руси. Из Скандинавии, утверждал ученый, было перенесено военное мастерство, экономическое ремесло. Контекстуальное исследование норманнской, евразийской теории показало, что Лихачев не придерживался их мнения и приводил свои контраргументы. Уже на стадии зарождения русской культуры было заложено состояние «расколотости». Соответственно, отмечал Лихачев, преобразования Петра I не разрушали единство русской культуры, а напротив, соединяли две составляющие – духовную и военно-государственную – в единой идеологии.

Свидетельств евразийского, или «туранского» начал в русской культуре Лихачев не обнаруживал в памятниках культуры, поэтому он не соглашался с Л. Гумилевым по ряду позиций: отсутствие культурных и художественных оснований считать Россию Евразией; существование культурной преемственности между Московской и Киевской Русью; преобладание европейского культурогенеза. Поэтому он полагал возможным развитие России по европейскому пути, поскольку нашей культуре присущи христианские ценности универсализма, восприимчивость других культур, терпимость к иным убеждениям, личностное начало, свободное общение с Европой.

Контекстуальное сравнение спора западников и славянофилов представило Лихачева как приверженца идеи «примирения» их традиций, указало на продолжение взглядов Н. Бердяева и Ф. Достоевского. Все это позволило ученому сделать вывод о принадлежности России к европейскому типу. Сегодняшнее развитие не только культуры, но и государства, в первую очередь, зависит от соблюдения нравственных законов, свободы личности, лояльного приятия другой культуры. Сущностное и ценностное значение для отечественной культуры исследование ее генезиса заключается в определении миссии России как качественного выражения своего времени. отмечал, что суть миссии как определенного идеологического проекта состоит в объединении культур различных народов на основе нравственных сил, заключенных в русской литературе.

Во втором параграфе «Взгляды Лихачева на культурно-психо­логические черты русского характера» раскрывается представление ученого о русском национальном характере. Сущность понятия «национальный характер» выявляется через призму русской культуры. Лихачев усматривал связь между природно-географическими, историческими условиями, духовными, социальными сторонами действительности и характером русской души. Ученый предлагал развивать культуры малых наций в широком русле русской культуры для сохранения ее культурного богатства.

В национальном характере русских было переплетено много и положительных, и отрицательных черт. В отличие от Лосского, Бердяева, Федотова ученый делал акцент на национальных достоинствах: терпимости, нравственности, уважении и заботе о других. Добрые черты характера, по утверждению ученого, преодолевают изолированность, отчуждение между людьми и устанавливают взаимопонимание, согласие, что специфично для европейской культуры. Зло как некая абстрактная сила материализуется, считал Лихачев, в разрушении индивидуальных черт культуры. В истории это проявляется в религиозных противостояниях, тоталитаризме, расизме, подавлении творческого начала, уничтожении наций. В связи с этим ученый предлагал развивать лучшие свойства русской души, а, главное, сделать их преобладающими в народном характере. Как замечено, Лихачев не критиковал национальные недостатки и не был «русофобом», а старался всячески показать именно положительные свойства русской души.

В качестве ключевых характеристик, описанных Лихачевым, мы выделили основные черты характера русского человека: чувство свободы народа и его стремление к ней; склонность к крайностям; тяготение к общественному и духовному началу; трудолюбие; доверчивость русского человека, проявляющаяся в отзывчивости, гостеприимстве; веротерпимость, служащая доказательством европеизма в культуре.

Причиной, заставившей Лихачева обратиться к данному вопросу, стало его стремление возродить лучшие стороны характера народа. Для этого нужно создать новые философские системы; возродить нравственное достоинство нации; поднять авторитет страны, достойно приобретенный русским искусством, борьбой русской интеллигенции. В современном мире русская интеллигенция должна создавать национальный идеал через возрождение доброго, уважительного общения с другими народами и культурами, через восстановление духовности человека. Лихачев определил необходимость национального единства, основанного на общности культур, а не на расово-языковом сходстве, в связи с этим возник альтернативный принцип, разрушающий националистические догмы. Опираясь на эти представления, обосновал необходимость создания национального идеала.

В третьем параграфе «Отражение Лихачевым национальных черт в “смеховой” культуре Руси» анализируется существование смеха в Древней Руси. Мы показали, что понятие «смеховой мир» у Лихачева наполнено иным содержанием, чем у , о чем свидетельствуют рецензии Ю. Лотмана, Б. Успенского, Г. Фридлендера. Под «смеховым миром» Лихачев понимал поведение людей, речевое поведение, жесты, бытовой уклад, которые способствуют пониманию проблем ментальности. Лихачев выделял типичные черты древнерусского смеха, которые считал национальными – снижение своего образа, самоуничижение, «валяние дурака». Мы обратили внимание на важную функцию смеха, заключающуюся, по мнению Лихачева, в обличении реального мира, открытие правды. Контекстуальное рассмотрение работы М. Бахтина показало, что монография Лихачева явилась продолжением разработки темы смеха на древнерусском материале, что было впервые сделано в науке академиком. Конечно, работа Лихачева поднимает новые проблемы и многие с ней не согласны, но она творчески оригинальна и исследует психологию общественного поведения человека Древней Руси.

В четвертом параграфе « о взаимодействии культуры и языка» раскрывается исследование различных сторон языка академиком Лихачевым. Рассмотрение философско-публицистических работ Лихачева позволило нам сделать вывод о том, что ученый занимался языком человека; языком научной работы; языком как компонентом культуры; концептосферой русского языка. Каждый из компонентов показан в его связях с историей и культурой. Известно, что лексика выдает социальную принадлежность человека, поэтому ученый оставил рекомендации ученым-исследователям для написания научной работы.

Наблюдения ученого над языком привели его к мысли о том, что язык соединен с национальным характером. Разнообразие черт русского характера связано с богатством грамматического и лексического уровней языка. Эта мысль ученого сегодня плодотворно развивается в этнолингвистике. Исследование языка народа способно объяснить природу социальных конфликтов, ведущих к недопониманию. Утрату языковой компетентности, обеднение лексики Лихачев относил к экологическим бедствиям и призывал к исправлению ситуации. Было выяснено, что изучение феномена языка ученым, осваивавшим культурно-языковую компетентность носителей языка, «культурные смыслы» слов и их влияние на коммуникацию, участие культуры в образовании языковых концептов, реализовались сегодня в лингвокультурологии.

Тесная взаимосвязь языка и культуры отражена в концептах и концептосфере русского языка. Проблема концепта была рассмотрена с момента зарождения этого термина (начиная с XIII века) и заканчивая современным его пониманием. Лихачев считал, что в концепте, воплощается вся культура народа, включающая в себя слова со всеми значениями, которые образуют национальное языковое сознание. Он всю сферу концептов со своими значениями объединил в концептосферу национального языка. Термин «концептосфера» Лихачев вводил по типу терминов (ноосфера, биосфера) и понимал его как концентрат культуры нации, разных слоев населения, отдельной личности.

Третья глава «Искусство в контексте художественной культуры» состоит из четырех параграфов. В первом параграфе «Место и роль искусства в философии культуры » проводится анализ содержательно-смыслового значения искусства в мире художественной культуры. Лихачев в своих работах по русской культуре уделял внимание исследованию генезиса и морфологии искусства, знание о которых способно положительно влиять на эмоционально-чувственную сферу человека. Лихачев, опираясь на онтологический, искусствоведческий, культурологический подход, подчеркнул образно-стилевое своеобразие и уникальность русской художественной культуры.

Была выделена гипотеза Лихачева о происхождении искусства, базирующаяся на чувстве страха как условия зарождения искусства. Искусство, подчеркивал ученый, не только внешне организовывает мир, но и упорядочивает внутренний мир. Беспокойство, волнение – это отражение хаотического состояния душевной сферы, которое упорядочивается через поэзию, музыку. Гипотеза Лихачева дополняет существующие на сегодняшний день взгляды и теории относительно происхождения искусства.

Поскольку искусство, преодолевая страх, гармонизирует душевный мир человека, постольку его важной функцией, считал ученый, является функция компенсаторности. Наряду с этой, он выделял ценностно-социализирующую, эстетическую функции, подчеркивал способность искусства транслировать социальный опыт, регулировать жизнь общества.

Морфологическая классификация помогает нам выделить те виды искусства, которые анализировал академик Лихачев. Каждый из видов искусства у академика выступал как самостоятельная и относительно замкнутая подсистема в художественной культуре. Лихачев обращал внимание на литературу, зодчество, живопись, садово-парковое искусство, помогающие понять особенности русской художественной культуры.

Во втором параграфе «Особенности стиля монументального историзма» рассматриваются представления о стиле монументального историзма.

Большое внимание Лихачев уделял средневековой эпохе Руси, поскольку в это время формировались основы русской художественной культуры. Академик давал очень высокую оценку этому времени, называя его «своей античностью». Лихачев проследил, что подобно тому, как западноевропейское искусство обращается к античности около трех раз, так и «Новая русская культура», оформившаяся во времена Петра I, обращается к древнерусской с ее вечными ценностями соборности, духовности, красоты.

Стиль монументального историзма (XIII в.) был аналогом романского стиля (VI – XII вв.), считал Лихачев. Общими моментами в семантике художественной культуры древнерусского и западноевропейского средневековья являются: а) условность и нерасчлененность эстетического сознания, породившего связь во всех сферах искусства; б) суровая архитектура монастырей, размещавшихся на высоких местах, господствуя над местностью; в) экспрессивность и рельефность форм живописи, показывавшие мощь Бога в иконах; г) полусказочность сюжетов народного творчества. Содержательная схожесть свойств, обнаруженная Лихачевым, подтверждает высокое звание «своей античности».

Стиль монументального историзма зародился еще в Византии и через болгарское посредничество проник на Русь. Он ознаменовал себя как подстраивание античного сознания к народному мышлению. Характеризуя стиль монументального историзма, Лихачев выделил составляющие характеристики стиля: динамичность, взгляд с расстояния, сохранность в веках. Эти свойства проявлялись в зодчестве, живописи, литературе. Динамичность требовала освоения больших пространств на Руси. Прекрасно и величественно сохранилась в веках архитектура Древней Руси. Памятники монументального периода (Благовещенский монастырь в Муроме, Свято-Введенский Толгский монастырь в Ярославле, церковь Покрова на Нерли в Боголюбове, Владимирская обл." href="/text/category/vladimirskaya_obl_/" rel="bookmark">Владимирская область), сохранившиеся до наших дней, красноречивее слов свидетельствуют о признаках стиля.

В третьем параграфе «Стиль Предвозрождения в культурном пространстве России XIV – XV вв.» рассматриваются такие элементы и историко-культурные тенденции, которые, по мнению Лихачева, свидетельствуют о существовании Предвозрождения на Руси. Рассмотрение общенаучного понимания Предвозрождения и сравнение с определением ученого показало его как историческую эпоху конца XIV – XV веков. Ученый, будучи убежденным в европейской принадлежности России, не делал различий в существовавших элементах Предвозрождения на Западе и в России. Вместе с тем, Лихачев разграничивал понятия итальянского Проторенессанса и русского Предвозрождения, поскольку считал Проторенессанс – «перворенессансом», близким по содержанию поздней готике.

Из литературоведческих работ Лихачева было выделено два культурно-исторических периода Предвозрождения на Руси: экспрессивно-эмоциональ­ный стиль и стиль умиротворенной эмоциональности. Экспрессивно-эмоциональный стиль был первой ступенью развития Предвозрождения и заключал в себе элементы, предшествующие Возрождению – динамичность, отвлеченную эмоциональность. Стиль эмоциональной умиротворенности представлял собой второй этап Предвозрождения, который представлял собой дальний аналог поздней готики, заключающий в своих недрах черты, предсказывающие Ренессанс по существу.

Характерными признаками существования на Руси Предвозрождения Лихачев считал обращение к античности через Византийское посредничество, ощущение генетически своей древности, историчность сознания, индивидуальность в сфере эмоций. Проявление этих элементов он рассматривал на примере литературы, живописи, архитектуры и музыки. Важной чертой, отличающей русское Предвозрождение от такого же движения в других странах, стало обращение ко времени «национальной независимости», или же к «своей античности», или «собственной старине». Под данными определениями ученый понимал социально-полити­ческий опыт домонгольской Руси, время расцвета средневековой христианской культуры. Это свидетельствовало о зарождении нового сознания, как называл его Лихачев, «историчность сознания», выразившаяся в принципиально ином понимании истории и времени. Изменившаяся социальная обстановка не позволила Предвозрождению развиться до Возрождения.

В четвертом параграфе «Проявление стиля барокко в России» рассматриваются представления о барокко как историческом художественном стиле, взявшем на себя функции Ренессанса. Лихачев называл барокко интернациональным стилем, поскольку он существовал во многих странах и выделял основные критерии типичные для западного и русского барокко. К таким признакам он относил общность исторических преобразований, формирование человеческой личности. Лихачев подчеркивал отличительные особенности русского барокко: во-первых, русское барокко продолжало традиции средневековья, а, во-вторых, оно не породило ренессансной эпохи и служило логическим переходом из одного времени в другое. В России барокко осуществляло функции Ренессанса, но не настолько, чтобы обладать подлинным ренессансным гуманизмом.

Особое внимание академик уделял элементам барокко в литературе – это раскрепощение личности, усиление личностного начала, просветительство, а в архитектуре, живописи – орнаментальность, вычурность.
В литературе духовная ориентированность барокко была направлена на познание действительности во всей его полноте. Для архитектуры барокко был характерен напор элементов друг на друга, их поглощение и исключение. В живописи рождается портрет. Барочные элементы обнаруживаются и в садово-парковом искусстве, которое в XVII в. признается новым видом искусства. Семантика садово-паркового искусства была представлена таким образом, чтобы человек в нем отдыхал, получал эстетическое наслаждение и практическую пользу. ценил барокко в России за большую культурно-историческую роль, равную по значению эпохе Возрождения на Западе.

В заключении изложены итоги исследования и делается вывод о значимости творческого наследия Лихачева для дальнейшего развития культуры России.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

1. Понятие «культура» в трудах // Гуманитарные и социально-экономические науки. – 2002. – № 1. – С. 35–39.

2. о месте и роли языка в культуре // Наука и образование. Известия Южного отделения Российской академии образования и Ростовского государственного педагогического университета. Научно-образовательный и прикладной журнал. – 2002. – № 2. – С. 112–115.

3. Проблемы генезиса культуры в трудах // Рационализм и культура на пороге третьего тысячелетия: материалы Третьего Российского Философского конгресса (16–20 сентября 2002 г.): В 4 т. – Т. 4. – Ростов н/Д, 2002. – С. 357.

4. Искусство: происхождение и сущность // Вопросы гуманитарных наук. – 2003. – № 1(4). – С. 341–343.

5. о генезисе русской культуры // Гуманитарные и социально-экономические науки. – 2003. – № 1. – С. 33–34.

6. Лихачев о Петербурге и петербуржцах // Материалы
X Международной конференции «Ребенок в современном мире. Культура и детство». – Т. 26. – СПб., 2003. – С. 120–123.

7. о проблеме барокко в России // Гуманитарные и социально-экономические науки. – 2003. – № 1. – С. 18–21.

8. о Петербурге и петербуржцах // Наука и образование. Известия Южного отделения Российской академии образования и Ростовского государственного педагогического университета. Научно-образовательный и прикладной журнал. – 2003. – № 3. – С. 144–149.

9. о природе культурной традиции // Молодежь XXI века – будущее Российской науки: тезисы докладов III Межрегиональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых, 12–13 мая 2005 г. – Ростов н/Д, 2005. – С. 103–105.

10. Взаимосвязь истории и памяти в мире культуры
// Гуманитарные и социально-экономические науки. – 2006. – № 7. – С. 58–61.

Подписано в печать 23.05.07. Объем 1,0 п. л.