Atelier #2 Ателье №2
Apartment exhibition Квартирная выставка
Serge Серж Golovach Головач
Rhymes Рифмы
Рифма как прибавочный элемент в новой визуальности.
«Иван Васильевич друг мой милый
в Искусстве воздух совсем гнилый…»
К. Малевич
Скрытая рифма соответствий, пульсация их ритма всегда интересовала Казимира Малевича. Анализ его композиций обнаруживает внутренние пропорции взаимоотношения геометрических фигур, склонных к «золотому сечению». Другая феноменальность его геометрии - в отзывчивости и взаимной симпатии составляющих элементов. Так, например, соотношение площадей черного и белого поля в классическом «Черном квадрате» 1915 года составляет 1:1. Эта пропорция – как взаимоотношение Инь и Ян в китайской «Книге перемен» - образует «основную рифму» в поэтике Казимира Малевича, ее драматургию и образность.
Проблема ритмической согласованности пластических единиц в творчестве великого супрематиста радикально проявляется в его теоретических работах, начиная с известного эссе «О поэзии» в журнале «Изобразительное искусство», 1919 год. Статья-манифест «Супрематическое зеркало» (Петроград, 1922 г.) открывает следующую фазу размышлений К. Малевича о единстве различий, создающих симметрию в точке «0». Нуль для художника не только начало и завершение, но и плоскость метафизического зеркала, где отражаются друг в друге наука и природа, искусство и гармония, бесчисленность и безграничность. «Супрематическое зеркало» в пластической философии К. Малевича создает акт творения, приводя различия к согласию. Оно манифестирует оптику супрематизма, где все системы погружаются в великое ничто, завершая жизнь различий миром беспредметности. Полюсность предметных состояний растворяется диалогом в новой универсальности супрематизма, образуя «рифму».
Вглядываясь в реальность, окружающую нас, мы убеждаемся в достоверности этого пластического дзэновского коана взаимоотражений, открытого Казимиром Малевичем. Контекст равновесия нашего присутствия в мире обретается именно нелинейной гармонией в постоянном диалоге взаимоотражений образов, структур и систем. Проект Сержа Головача «Рифмы», посвященный новым визуальным феноменам, их взаимоотношениям и резонансам, продолжает разговор о рифме и ее ритмических массах, начатый К. Малевичем почти сто лет тому назад. «Новые системы в искусстве», зафиксированные К. Малевичем в Витебске, сегодня живут практически в любом художественном жесте. Визуальная драматургия супрематизма естественно и органично формирует в проекте «Рифмы» целостные пары, сталкивая вопрос и ответ, вводя коэффициенты соответствий в радикальность современной оптики. Образы Сержа Головача возникают из непрерывности визуального, требуя для его различения, просветов и пауз соответствие смыслов. Они перетекают друг в друга, взаимопроникая и рефлексируя, выявляя полноту своей двойственности в категориях дигитального, в пульсациях 0 и 1.
Ритмические «согласия различий» образуют оптическую стратегию Сержа Головача в образности его «Рифм». Художник свободно выбирает свои реальности, превращая насыщенное предметностью информативное поле фотографии в поэтическую фразу. Сталкиваясь со своим «различием», предметность дематериализуется в Проекте, заставляя каждое изображение трансформироваться в прибавочный элемент. Многоуровневые заборы и мосты, человеческие жесты и лица, вариации витебских праздничных салютов, ряды обнаженных тел «забывают» в технологиях Сержа Головача о своей чувственной первичности, транслируя чистоту и экологию супрематических идей. Они переходят в конструкцию, переживая метаморфозы, теряя свои измерения, растворяясь в сверхличном, используя образность К. Малевича – «как воск в огне».
Визуальные рифмы Сержа Головача живут как дыхание, как единство вдоха и выдоха, как непреложная целостность поэтической органики К. Малевича, где «неустанно звучит голос настоящего».
Виталий Пацюков
Рифмы: проект Сержа Головача.
В чем состоит подобие вещей и людей? Кто определяет это подобие?
Как это подобие увидеть? Простой ответ - человек формирует опыт восприятия подобного, опыт отождествления вещей, людей, явлений. Традиция понимания сходства дается нам культурой, общими представлениями и мнениями. Например, мы знаем, что арбуз подобен мячу, а стол, за которым я сижу, похож на стул, на котором я сижу. Эти подобия очевидны для меня потому, что я привык воспринимать их так, а не иначе. Глаз и сознание, соединяясь, рождают традиции, нормы и условности.
Но как рождается понимание новых подобий, новых сходств и отождествлений? Как выявляется эта похожесть впервые? Как увидеть неочевидное подобие? Говоря иными словами, кто и как первый должен сказать мне, что арбуз похож на мяч?
Для ответа на этот вопрос можно написать философский трактат. А можно создать «фоторифмы», предъявив подобие вещей доселе не сопоставляемых.
По этому пути пошел Серж Головач, предъявляя подобия и сходства через поиск рифм.
Есть прелесть в переживании рифмы в поэзии. Эмоциональное переживание ритма текста, скорее всего, и рождает поэзию. Подобие слов, поставленных на одну строчку в одном тексте, рождает аромат восприятия нового.
Рассмотрим рифму текста. Например, ночь-прочь. Почему ночь? Кто едет прочь? Нам не ясно, зато интересно. Манифестация ритмического сходства провоцирует фантазию, ведя читающего по тропам языка.
Задача станет интереснее, когда от языка речи мы перейдем к языку образов. Пути визуального восприятия более извилисты и менее очевидны, поэтому задача, решаемая Сержем, не проста.
Художник ставит рядом подобия и образы, провоцируя зрительский интерес. Подобие форм, выставленных для отождествления зрителем, рождает радость и понимание рифмы как ритмической связки между образами.
Общности мира структурируются и рифмуются: ритм предъявляется раньше образа, рифма проявляется раньше поэзии, а манифестация сходства важнее того, что кажется схожим.
Рифма у Головача соединяет всё: матрешек с греческими бюстами, балет с колхозом, матросов с танцовщицами.
Это провоцирует создание языка рифмования зрительных образов, позитивного сосуществования культурных штампов и новаций.
Но где же общая буква рифмы? Где точка ритмического соединения в каждом случае?
Пусть эту загадку решает зритель. А фотографии Сержа Головача станут хорошим поводом для поиска ответов.
Владислав Тарасенко
старший научный сотрудник
Института философии РАН
Вернисаж 01 февраля 2005 в 19.00
, кв.34
тел.
c 23 декабря 2004 по 28 февраля 2005
по предварительной договоренности
