ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ (1910–1917 гг.)
Столыпинская аграрная реформа. Экономический подъем
Столыпинская аграрная реформа была важнейшим послереволюционным событием, последней попыткой перестроить дворянскую монархию в буржуазную. Долгими десятилетиями правительство охраняло крестьянскую общину, теперь взяло курс на ее разрушение. Столыпин провозгласил, что будет поддерживать «не пьяных и слабых», а «крепких и сильных». Это вызвало ожесточенную критику. С точки зрения исторического прогресса премьер-министр был, безусловно, прав. Но ведь его правительство было не партийным, выражающим волю определенной политической силы, оно было царским. А царь не имел права заявлять, что опирается только на часть населения, а не на весь народ.
Крестьяне были уравнены в гражданских правах с другими сословиями и могли теперь свободно уходить в город на заработки, учебу и т. п. Еще раньше были отменены выкупные платежи на землю. Используя этот формальный повод, Столыпин объявил, что теперь (согласно реформе 1861 г.) крестьяне становятся собственниками земли и имеют право выходить из общины. Земельная реформа начата была осенью 1906 г., т. е. в обстановке революции. (Дума поддержала ее только через 2 года.) Страх перед народной стихией заставил самодержавие решиться на нее. Но по мере стабилизации положения желание перемен уменьшалось.
Община представляла пережиток феодально-крепостнического (а в чем-то и первобытнообщинного) строя. Ее роль была усилена удобством управления крестьянами для помещиков и государства. То, что эта организация сдерживала имущественное расслоение и обезземеливание, могла легче тягаться с помещиками и богатеями, нравилось крестьянам. Но она полностью изжила себя в хозяйственном смысле: препятствовала внедрению более совершенных методов ведения хозяйства, росту товарности, переселению крестьян в города и другие места. Поскольку земля была общей и делилась на мужские души или едоков, то такая система сильно способствовала и росту рождаемости населения (чем больше детей, тем больше земли). А это усиливало малоземелье, бедность и отсталость.
Большинство крестьян при активной деятельности революционных агитаторов стояло за запрет купли-продажи земли и раздел помещичьих земель. Сам по себе раздел (при некоторой пользе в виде уменьшения арендных платежей и пр.) в условиях общины лишь ненадолго бы уменьшил малоземелье. Добавка быстро была бы «съедена» ростом населения. Отчуждение помещичьей земли (или ее части) имело смысл только в совокупности с разрушением общины и утверждением частной собственности на наделы. Это позволило бы развиваться по фермерскому (американскому) пути. Однако следует учитывать, что было немало помещичьих хозяйств высококультурных, которые нельзя было трогать. К тому же дворяне давали много товарного хлеба.
Согласно земельной реформе, каждому домохозяину разрешалось без согласия общины выделять свою землю, надел (раньше он лежал чересполосно в виде нескольких участков) в единый массив (отруб) или даже выселяться из деревни (на хутор), поскольку пахотная земля обычно лежала в некотором отдалении от села. Укрепив таким образом землю в частную собственность, крестьянин мог ее продать. Это было выгодно тем, кто уже твердо решил порвать с сельским хозяйством (прежде всего самым бедным или активным) и наиболее богатым, кто мог теперь не арендовать, а прикупить землю. Для проведения такого огромного передела правительство выделяло деньги на обучение землемеров и проведение землеустроительных работ. Другим направлением реформы стало поощрение крестьян к переселению на окраины (Сибирь и т. п.). Конечно, не все смогли поднять целину и закрепиться, но за десять лет переселилось около 3 млн крестьян. Цифра огромная, однако это не могло решить проблемы малоземелья коренным образом. Важной была и деятельность Крестьянского банка, скупившего и перепродавшего крестьянам 4 млн десятин помещичьей земли.
С учетом тех сел, где давно не было переделов, вышли из общины и закрепили за собой земли около 2,5 млн домохозяев, т. е. более четверти всех дворов. Еще 700 тыс., хотя и подали заявления об укреплении земли, не решились это сделать фактически, чтобы не портить отношения с соседями. Хотя реформа зашла далеко, но главной своей задачи – предотвратить революцию – она не выполнила.
Причинами ее неудачи, в конечном счете, можно считать: 1) сопротивление крестьян, которые упорно полагали, что лучше жить по-старому. К тому же реформа проводилась грубо, часто насильственно, что вызывало протесты и недовольство; 2) в русском образованном обществе по-прежнему многие считали, что община – такое учреждение, которое является основой «русскости», и критиковали правительство за ее разрушение. Само собой, противились развитию капитализма и революционеры, особенно эсеры; 3) к несчастью, реформу не поддержали и помещики, которые не желали усиления самостоятельности крестьян. Им были выгоднее малоземельные и зависимые земледельцы. Дворяне также не хотели перестраиваться; 4) очень сильное сопротивление было и в верхах. Помещичье-чиновничье государство по-прежнему боялось сильного и независимого крестьянства. Определенную роль сыграла и смерть Столыпина.
Наилучшие результаты реформа дала как раз в тех районах, где развитие капитализма было сильнее: в Нижнем Поволжье, Новороссии, др. А там, где крепостнические пережитки были заметнее всего (центральные районы), из общины вышло всего 5–10 % домохозяев. В целом экономические результаты реформы были существенны, а политические – нет. Даже напротив, напряженность в деревне усилилась. Основная масса крестьян не умела, не могла и не желала перестраиваться, и еще более уверилась, что «ключ к счастию народному» лежит в разделе господской земли и в запрете ее купли-продажи, в «черном переделе». С 1909 г. депрессия в экономике сменилась подъемом. Пятилетие до начала войны в экономическом отношении было одним из самых продуктивных в нашей истории. В промышленности важную роль играли военные заказы. Строились железные дороги, росли металлургические и машиностроительные заводы, добыча нефти, угля, руды. Активно притекал иностранный капитал. Роль монополистических объединений выросла. Россия стала аграрно-индустриальной страной, где промышленность давала 42 % от всего народного хозяйства. Нет сомнения, что в ближайшие десятилетия она превратилась бы в индустриально-аграрную с преобладанием тяжелой индустрии. И все же «в 1913 г. общий уровень промышленного производства в России оставался... в два с половиной раза меньше, чем промышленное производство во Франции, в шесть раз меньше, чем в Германии, в четырнадцать раз меньше, чем в Америке».
В отличие от подъема 90-х годов, в этот период очень большие сдвиги были в сельском хозяйстве. Сказалось прежде всего земельное преобразование. Хотя многие помещичьи хозяйства продолжали хиреть, быстро росла урожайность крестьянских (конечно, далеко не везде). Очень сильно шел рост кооперативного движения, особенно в Сибири и др. окраинах. Все больше зерна на внутренний и внешний рынок поставляли теперь крестьяне. Экспорт его значительно вырос. Рост урожайности в целом обогнал рост населения. Переселение ввело в оборот много новых земель. Росло и производство технических культур: подсолнечника, сахарной свеклы, хлопчатника, льна и др. Заметно увеличилось применение машин и механизмов (мельниц, маслобоек, просорушек и т. п.), новых агроприемов. Тем не менее, хотя потребление продуктов внутри страны поднялось, большинство крестьян (и вообще населения) жило бедно, часто недоедало. Недород и голод 1911 г. также способствовали этому.
Рост революционного и общественного движения. Iii и iv думы
Последовавший за революцией спад общественного и революционного движения, резкое уменьшение стачек и крестьянских выступлений, развал в революционных партиях и многое другое – все это убедило правящие круги, что такой порядок будет нерушимым еще много лет. Самодержавие и аристократия не поняли, что затишье – всего лишь передышка, которую нужно использовать возможно продуктивнее для мирного перехода к новому строю. Они упустили шанс эволюционного развития России.
Между тем с 1910–1911 гг. медленно начинается рост стачек. Постепенно выходили из кризиса и партии. В январе 1912 г. социал-демократы собрали в Праге после долгого перерыва конференцию. Стали выходить легальные партийные газеты, в том числе и большевистская «Правда». Неумелая политика министра просвещения вновь оживила студенческое движение, которое стало значительной силой. Большой политический резонанс получило убийство Столыпина 1 сентября 1911 г. в ложе Киевского театра.
Убил его анархист-провокатор, состоявший на службе в полиции, Богров. Акция была спланирована высшими чинами полиции, охрана организована нарочито плохо, а к виновным царь отнесся очень мягко. То, что убийца главы правительства был еврей, сильно увеличило антисемитские настроения в обществе. Сам Столыпин словно предчувствовал конец. Во всяком случае, «был уверен, что ему придется покинуть свой пост». В своих показаниях Чрезвычайной следственной комиссии Коковцев (министр финансов – Л. Г.) рассказал: «Впечатление у нас, у всех сотрудников Столыпина, было такое, что дни его сочтены, что он в Киев едет, если не пропеть свою лебединую песню, то в предвидении ухода. По крайней мере, в тот день, когда я приехал и спросил его, как он себя чувствует, он сказал: „Я чувствую себя здесь, как татарин вместо гостя. Нечего нам с Вами здесь делать“»1.
Председателем правительства стал Коковцев. Однако в 1914 году даже его весьма консервативный курс стал не по душе. И он был заменен старым , который был премьером после Витте (во времена I Думы). Современники говорили о нем, что это «старая шуба, вынутая из нафталина». И такой-то председатель совета министров встретил невиданную мировую войну.
Усиливается недовольство царским двором по мере увеличения влияния на царицу и царя неграмотного, но хитрого сибирского мужика Григория Распутина, которого считали святым и приобщенным к божественным тайнам. Особое влияние он приобрел еще тем, что умел останавливать кровь у больного гемофилией наследника Алексея. Близость Распутина к императрице порождала множество порочащих ее слухов. «Святой» вел крайне вызывающий и скандальный образ жизни, его пьяные похождения со смаком описывали газеты.
Перелом в настроениях общества, начало нового революционного подъема связаны с известными Ленскими событиями апреля 1912 г. На золотых приисках реки Лены забастовали рабочие, недовольные обсчетом и скверными условиями жизни. Однако их шествие было встречено залпами, и убито около 200 человек. По всей стране начались акции и забастовки протеста, а дерзкий ответ министра внутренних дел на запрос в Думе подлил масла в огонь.
После известного «бесстыжего» закона о выборах, в конце 1907 г., собралась III Дума (председатели – октябристы, до 1910 г. Н. А. Хомяков, затем А. И. Гучков). В ней теперь образовалось как бы два большинства. Решающее слово было за октябристами. Когда они блокировались с правыми, создавалось одно большинство, с кадетами – другое. В годы реакции октябристы старались находить контакт с правительством, поддерживать его. Было принято много частных полезных законов о рабочих, образовании, укреплении обороны и пр. В то же время усилился национализм в отношении Финляндии, Польши и др. Думу раздражало то, что правительство пренебрегало даже собственными законами и умаляло ее права. Поэтому в условиях роста оппозиционных настроений в обществе она становилась все более непослушной. В 1912 г. после истечения полномочий III Думы прошли выборы в IV. От октябристов отделились на этот раз более умеренные, так называемые прогрессисты. Последних вместе с кадетами было около 150 и примерно столько же составлял нередкий блок октябристов с правыми. Но в целом настроения в Думе полевели. И уже создались предпосылки для образования будущего прогрессивного блока. Председателем Думы стал октябрист .
Летом 1914 г. начались сильные волнения среди рабочих, забастовки и демонстрации которых в столице носили ярко выраженный антиправительственный характер. Этот подъем прервала мировая война.
Мировая война и кризис власти
Угроза войны нарастала. И Россия активно готовилась к ней. Вместе с Францией она приняла программу перевооружения армии к 1917 г. В Европе и мире было много конфликтных зон, но самым неспокойным местом оставались Балканы. В 1912 г. ряд славянских государств (Сербия, Болгария и др.) начали войну против Турции и разбили ее. Но победители не поделили добычу. В результате Болгария напала на Сербию, которую затем поддержали другие (включая и Турцию) страны. Балканские войны потребовали активного вмешательства великих держав. В очередной раз обострились здесь противоречия России и Австро-Венгрии. Малые балканские страны были недовольны решением международного конгресса.
Узел противоречий стал еще туже в результате сильного проникновения Германии в Турцию. Этим были недовольны и Россия (уже давно мечтавшая о приобретении турецких черноморских проливов и выходе в Средиземное море), и Англия, сама имевшая виды на азиатские владения Турции.
Помимо ближневосточных и балканских противоречий были и другие. Между Францией и Германией после франко-прусской войны сохранялись напряженные отношения. Франция боялась своего мощного соседа, который постоянно угрожал новым вторжением. Французы мечтали взять реванш. Происходили столкновения и по поводу Марокко, едва не приведшие к войне. Германия наступала на пятки и Англии. Во-первых, немцы все сильнее твердили, что им «не хватает жизненного пространства», тогда как у Великобритании его слишком много, поэтому следует «переделить мир». Во-вторых, германская промышленность развивалась быстрее, чем английская, вытесняя ее со многих рынков, лишая славы «мастерской мира». В-третьих, Германия решила стать самой мощной военно-морской державой, чем прямо угрожала безопасности островной Англии. К этому времени уже сложились военные союзы: Австро-Венгрия и Германия, с одной стороны, Россия и Франция – с другой. К последним тяготела и Англия. Разумеется, указанные противоречия совсем не означали фатальной неизбежности войны. Но агрессивность Германии и Австрии, стремление немецкого кайзера разбить противников до того, как они перевооружатся, сыграли роковую роль.
28 июня 1914 г. в Сараево (Босния и Герцеговина), принадлежащем Австро-Венгрии, были убиты сербским молодым националистом Гаврилой Принципом наследник австрийского престола и его жена. Террористическим актом Европу трудно было удивить. Однако на этот раз маленькое насилие породило громадное. Все попытки Сербии и России кончить дело приемлемыми уступками разбились об агрессивность Австро-Венгрии (и Германии), мечтавшей расправиться с Сербией. В конце концов Австрия объявила последней войну. Была еще надежда, что малая война не перерастет в большую. Однако кайзер Вильгельм твердо решил воспользоваться удобным случаем. После отказа России отменить мобилизацию Германия объявила ей войну. Затем сработала сложная система военных союзов.
По своему плану немцы предполагали разгромить своих противников поодиночке: сначала Францию, потом Россию. Но этот план (Шлиффена) предполагал вторжение в нейтральную Бельгию. Нападение на маленькую Бельгию, нейтралитет которой гарантировала Великобритания, дал последней хороший предлог для вступления в войну на стороне Франции. В конце концов к немецким государствам по ходу войны присоединились Турция и Болгария (Четвертной союз), а к их противникам (Антанте) – Италия, Румыния, ряд других, а в конце – США.
Война вызвала в России патриотический подъем. Стихли забастовки, а многие из рабочих, что кричали: «Долой самодержавие!», теперь пели: «Боже, царя храни». Почти полное единодушие проявила и Дума. Ради единения с народом и победы царь пошел на введение «сухого закона», что сильно повредило казне. Общественная поддержка режима была его последним шансом, чтобы предотвратить крах государства. Но вновь время было потрачено бездарно.
В 1914 г. война для нас шла с переменным успехом. Угроза разгрома Франции заставила русское командование, не дожидаясь полной мобилизации, вторгнуться двумя армиями в Восточную Пруссию. Немцам пришлось перебросить с Западного фронта часть войск, что позволило французам отстоять Париж. Однако наши войска попали в трудное положение. Армия генерала Самсонова (сам он застрелился) из-за его ошибок и бездействия другого командующего, Ренненкампфа, была окружена и разгромлена. В Восточной Пруссии мы потеряли около 100 тыс. человек. Успешнее развивалось наступление против австрийцев в Галиции, где был захвачен Львов, осаждена сильная крепость Перемышль, взяты сотни тысяч пленных. Потерпели германцы ущерб и во время их неудачного наступления в Польше. Однако уже к концу года русская армия имела общие потери убитыми и ранеными около миллиона. Самое же главное, у нее катастрофически не хватало снарядов, патронов, винтовок и пр. Все стратеги считали, что война продлится самое большее полгода. Запасы снарядов были на 9 месяцев. Слабая промышленность не могла быстро нарастить выпуск вооружения. Это и стало (наряду со слабостью транспорта) основой военных поражений 1915 г.
Война перешла в позиционную, линия фронта растянулась на тысячи километров. Весной 1915 г. нами был захвачен Перемышль со 135-тысяч-ным гарнизоном. Но эти бои поглотили последние резервы боеприпасов. Армия очутилась на краю гибели, во время немецкого наступления на 10 вражеских снарядов мы отвечали одним. Немецкое наступление в Польше грозило окружением русских войск, они начали отступать. Пришлось оставить летом 1915 г. Галицию, Польшу, часть Прибалтики и Украины. Общие потери были около 2,5 млн человек. Выбыли из строя почти вся кадровая армия и офицерство. В Россию хлынули сотни тысяч беженцев. В результате поражений настроения в обществе стали унылыми, усилилось недовольство властью. Все больше шли разговоры об измене царицы-немки. Позже Комиссия Временного правительства не нашла в ее действиях прямой измены, хотя, конечно, шпионы Германии не дремали. Царь решил сам возглавить армию. Катастрофы, которую многие предсказывали, не произошло, но отъезд императора из столицы и оставление государственных дел на императрицу усилили оппозиционность в Петрограде (так переименовали Петербург).
Патриотическая общественность с большой горечью наблюдала поражения и гибель россиян от нехватки снарядов, винтовок и пр. Под давлением Думы, союза земств и городов (Земгор, председатель князь Львов), общественности в 1915 г. были образованы военно-промышленные комитеты, в которые входили представители от власти, промышленников и рабочих. Благодаря общим усилиям, уже в 1916 г. удалось ликвидировать снарядный и винтовочный голод. Организовывались дополнительные санитарные поезда, собирались пожертвования, раскрывались хищения.
В целом военное снабжение в 1916 г. стало лучше. Однако страну все сильнее беспокоили экономические и социальные проблемы. Разладилось денежное хозяйство: цены росли, жизненный уровень сильно снизился. Государственный долг вырос в громадной степени. Правительство ввело твердые цены на продовольствие, но крестьяне предпочитали продавать его на черном рынке. В результате этого и слабости транспорта возникли трудности со снабжением городов продуктами и топливом. Из-за прекращения прежних внешнеторговых отношений многие отрасли промышленности хирели, при нехватке в ряде мест рабочих росла безработица. Все больше недовольна была армия: позиционная сидячая война в холоде, мокроте угнетала, усилилось дезертирство.
По договоренности с союзниками весной 1916 г. наши войска начали мощное наступление в Галиции. Эта битва, получившая название Брусиловского прорыва, продолжалась 4 месяца. Хотя вывести из войны Австро-Венгрию не удалось, однако она потерпела сильное поражение (одних пленных более 400 тыс.).
Уже в конце 1914 г. Турция объявила войну России. Турки начали наступление на Кавказе. Однако наши войска под командованием генерала Юденича под Ардаганом и Саракомышем наголову разбили их. Затем надолго наступило затишье. В 1916 г. русские войска совершили удачное наступление в турецкой Армении. Опасаясь его, турки в 1915–1916 гг. провели массовое избиение армян (более миллиона человек), а многих выселили оттуда в непригодные для жизни пустыни.
Осенью 1916 г. на стороне Антанты выступила Румыния, но была быстро разбита и оккупирована Германией. России пришлось растянуть фронт еще на 700 км, что ухудшило положение нашей армии. Балтийский флот в основном препятствовал попыткам немцев ворваться в Финский залив к Петербургу и мешал снабжению Германии из Швеции. Черноморский флот боролся с набегами сильнейших немецких крейсеров «Гебен» и «Бреслау». Наконец в середине 1916 г. командующим флотом был назначен адмирал . Это был известный исследователь северных морей, участник русско-японской войны. Он был удостоен двух премий и медали Академии наук. Колчаку удалось организовать операцию минирования выхода из Босфорского пролива и подорвать оба крейсера, а также оградить наше побережье от вражеских судов.
Из всех партий России только большевики заняли откровенно враждебную власти позицию, агитируя за поражение страны и превращение войны «из империалистической в гражданскую». За это 5 депутатов-большевиков в Думе сослали в Сибирь. Среди социал-демократов по вопросу войны не было единства: Плеханов призывал к защите Отечества, другие занимали так называемые интернационалистские позиции (Мартов), призывая к справедливому миру. Кроме левых партий, остальные стремились к победе, но их раздражали неуступчивость правительства, его бездарность, падение авторитета самодержавия, нежелание считаться с общественностью. В 1915 г. в Думе из кадетов, октябристов и прогрессистов сложился так называемый прогрессивный блок, составлявший абсолютное большинство. Он требовал создания «министерства общественного доверия», а не ставленников Распутина, провозглашения широкой амнистии, уравнения в правах евреев и др. Однако вместо принятия требований Думы ее распустили на каникулы.
Среди депутатов все более усиливалось мнение, что власть не способна привести страну к победе, но ведет прямой дорогой к катастрофе. Стал возникать и замысел государственного переворота. По некоторым воспоминаниям, он планировался в марте 1917 г. (но четкого плана не было). Заговорщики думали остановить поезд царя и заставить его отречься от престола, ввести в стране конституционную монархию. Это, вероятно, могло спасти страну, но революция опередила переворот. Менее масштабный заговор осуществился в конце 1916 г. Кн. Юсупов и лидер правых в Думе Пуришкевич убили наконец ненавистного Распутина, хотя спасти монархию этим уже не удалось.
Между тем под влиянием бесконечной войны и ухудшения жизни, перебоев с топливом и снабжением повсеместно росло недовольство. Критика правительства в Думе только подливала масла в огонь. Миллионы спасающихся от фронта на военных предприятиях и в гарнизонах были страшной взрывоопасной силой. Вновь начались крестьянские волнения, захваты земли и поджоги. Шло и национальное брожение среди казахов, кавказских народов, др. На фронте участились случаи дезертирства, неподчинения, братания с немцами, агитации. Но с завидным упорством царь продолжал не замечать надвигающейся катастрофы. Внешне еще казалось, что самодержавие стоит достаточно прочно и сможет довести войну до победы, ничего не меняя и не обещая. Однако дерево полностью подгнило. Сильный порыв ветра повалил его.
