Автозаводская легенда

Автозаводская легенда : [о В. Коноваленко] // Автозаводец. – 2013. – 12 марта (№ 35). – С. 3

Автозаводская легенда

В жизни каждого общества должны быть легенды. Они нуж­ны людям не меньше, чем воздух, - некие нравственные эталоны, про которых можно сказать: «Вот это - настоящий человек!»

Везет не всем - легенды рожда­ются редко. Поэтому порой их приходится выдумывать, укра­шая реальную судьбу флером ге­роизма, навязывая реальному характеру былинные черты. Личность от этого легендарной не становится - она лишь играет роль, более или менее успешно.

«С днем рождения, Виктор Сергеевич!»

Автозаводцы в этом плане могут благодарить судьбу. У нас такая ле­генда есть. Народная, стопроцентно своя, родная до боли - вратарь Вик­тор Коноваленко. Вчера ему испол­нилось бы 75 лет. И его юбилей - это праздник не только его родных и близких. Он - всеобщий. Не нужно быть хоккейным фанатом, чтобы гордиться Виктором Сергеевичем. Можно вообще не любить хоккей. Но невозможно не попасть под обаяние его личности. Поэтому его юбилей - это про нас. Про то, каким мы видим Настоящего Человека.

Целый месяц прошел на Автоза­воде под знаком приближающегося юбилея Виктора Сергеевича Коно­валенко. Воспитанники спортклуба «Торпедо» ездили на могилу леген­дарного вратаря. В школах в честь Коноваленко устраивали классные часы. На сайте хоккейного клуба «Торпедо» и администрации Автоза­водского района некоторые жители города писали свои воспоминания о знаменитом голкипере, а другие просто оставляли сообщения «С днем рождения, Виктор Сергеевич!» - так, словно он живой. Потому что очень хочется, чтобы он был с нами.

Во всех дошкольных учреждениях Автозаводского района прошел кон­курс рисунков, посвященных спорту и Виктору Коноваленко. Казалось бы, где детский сад, а где хоккейные баталии 60-х годов, но сотрудницы управления образования сказали: «Но мы же не можем не отметить его юбилей!» Говорят, многие рисунки дети делали вместе с родителями: среди взрослых не найдется, навер­ное, человека, кто бы не знал Викто­ра Сергеевича.

Почему хороших хоккейных игро­ков было много, а Коноваленко - один? Почему автозаводская земля рождала немало знаменитостей, но Коноваленко - особенный?

«Обязан свой родной клуб прославлять»

Он был свой. Знаменитый, луч­ший, но - преданный «Торпедо» бес­конечно. Для него даже не возника­ло вопроса, уезжать ли играть за московские команды. То есть во­прос такой перед ним ставили не раз, но он каждый раз отказывался. Понятие «патриотизм» отдает пафо­сом, который Виктору Сергеевичу совершенно не свойственен. Он просто играл за своих, потому что они - свои.

«Порой Виктор мне, но уже как тренеру ЦСКА, и неприятности до­ставлял, - вспоминал в своей книге «Настоящие мужчины хоккея» зна­менитый тренер . - Од­нажды в Горьком армейцы так и не смогли одолеть «Торпедо». Причина - непробиваемость Коноваленко. За несколько лет тренировок в сборной с выдающимися армейски­ми игроками Виктор хорошо изучил их повадки, особенности. И в тот вечер он играл против ЦСКА боеви­то и весело.

- Витюха, - шутили армейцы по­сле встречи, - помочь нам не мог, что ли?

- Обязан свой родной клуб про­славлять и для него трудиться, - со­вершенно серьезно ответил вратарь «Торпедо». - И не хочу быть хуже вас...»

Он оставался настолько «простым парнем», что даже спортивные зна­токи до определенного времени не осознавали масштабов его таланта. На чемпионатах мира ему упорно не давали звания лучшего игрока. В 1970 году в Стокгольме, когда жур­налисты определяли символичную сборную мира, среди своих коллег по амплуа Коноваленко оказался вне конкуренции, набрав 43 голоса. На всех остальных вратарей оста­лось лишь 19 голосов. Однако специальным призом хоккейная феде­рация отметила финна Урпо Илонена. На торжественной церемонии вручения наград он во всеуслыша­ние произнес: «Мне стыдно полу­чать этот приз, когда есть такой вра­тарь, как Виктор Коноваленко».

«Будем смотреть правде в глаза - не раз ошибки наших защитников мог исправить только Виктор, - пи­сал известный хоккеист Анатолий Фирсов. - И если мы пропустили в свои ворота шайб вдвое меньше, чем вторые призеры, то неужели возможно другое объяснение удиви­тельной крепости нашей обороны, чем безошибочная игра вратаря?»

«Русский парень от боли не стонет...»

Он был совершенно безразлич­ным к собственной боли. Как искон­ный русский богатырь, который мог сражаться с «чудищем поганым», бесконечно срубая тому головы вза­мен выросших, так и Коноваленко отражал натиск любой команды - ка­кой бы долгой ни была атака. Он сам признавался: ему проще играть в действии, чем наблюдать за тем, как штурмует чужие ворота его коман­да. При этом собственные «боляч­ки» волновали Коноваленко мало. На все том же чемпионате мира в Стокгольме при столкновении со шведским нападающим он получил серьезную травму лица. На льду по­явились носилки, но Коноваленко такое «средство передвижения» проигнорировал. Его травма была настолько сильной, что казалось, хоккейная карьера для Виктора Сер­геевича закончилась.

«Сделано 14 рентгеновских сним­ков. Они показывают: у Коноваленко серьезно повреждена переносица, кроме того, он получил тяжелые травмы головы. Один из лучших иг­роков сборной СССР прикован к по­стели», - писали шведские газеты.

В следующей игре с финнами Ко­новаленко вышел на лед. Рана еще не зажила, в середине игры откры­лось кровотечение, но он довел матч до конца. Чемпионат мира СССР выиграл.

Удаль молодецкая

Он вообще похож на былинного Илью Муромца. Неторопливый, спо­койный, уверенный в собственной силе - и в то же время обладающий настоящей молодецкой удалью.

- В 1972 году Виктор закончил с большим хоккеем и перешел на тре­нерскую работу, занимался с ребя­тами 1956 года рождения, - вспоми­нает , заместитель ди­ректора спортклуба «Торпедо», - нас пригласили на турнир в Ригу, где мы пришли посмотреть матч рижского «Динамо» - на команду, которую тре­нировал Виктор Тихонов и которая тогда рвалась в Высшую лигу СССР. Стадион был переполнен. И когда перед началом диктор объявил, что на матче присутствует Виктор Коно­валенко, зал встал и несколько ми­нут аплодировал ему. Стоя. Весь стадион. На следующий день нас пригласили на завод ВЭФ, где ра­ботники во главе с генеральным ди­ректором Героем Соцтруда Краузе сдавали нормы ГТО. Конечно, Вик­тор не уступил и сам прошел всю «полосу». Финишировали в бане (серьезно, я не шучу!) на высоком берегу озера. Из парной к озеру спускался почти отвесный желоб - что-то вроде современных горок в аквапарках, только гораздо более экстремальное. Кто первый по это­му желобу промчался? Конечно, Виктор.

«Надо смотреть в глаза»

Он был настоящим мастером. Его талант словно родился с ним, и, по­жалуй, только сам Коноваленко мог до конца понять, откуда в нем бе­рется умение предугадывать мысли соперника, предсказывать его дей­ствия еще до того, как тот сам их осознает.

- В то время, когда играл Виктор Сергеевич, как таковой не сущест­вовало вратарской школы, - вспо­минает Владимир Воробьев, став­ший вратарем «Торпедо» уже после Коноваленко. - Были отдельные лич­ности - Мкртчан, Пучков... Кто-то один изобретал прием, осваивал его - прием перенимали вратари других команд, а нападающие при­думывали, как такую защиту можно обойти. Потом появлялся следую­щий прием - так и развивался наш хоккей. Пучков первым начал са­диться на шпагат, тем самым закры­вая больше площади ворот. Напада­ющие начали отправлять шайбу в ворота «щелчком», против которого шпагат бессилен. Коноваленко, бы­стро поняв это, стал выкатываться из ворот, еще более сужая площадь попадания шайбы. Да, каучуковый диск летел в него, оставляя на теле синяки, но зато и счет на табло не менялся.

Мне довелось тренироваться у Коноваленко - наставником он был строгим, но... не хотел бы я себе другого тренера. Он рассказывал нам все, делился самыми секретны­ми тайнами своего успеха. Говорил: «Надо в глаза смотреть нападающе­му. В последний момент перед бро­ском посмотри ему в глаза - там все написано, куда он шайбу отправит». Я не сразу этому научился. Каза­лось, шутит Виктор Сергеевич. Но потом осознал - это и правда видно. Только уровень мастерства вратаря должен быть таким, чтобы он мог «прочитать» глаза соперника.

Коноваленко обожали, боготво­рили, готовы были носить на руках. Он словно воплощал собой мечту об истинной справедливости: обычный парень из народа своим трудом до­бился мирового успеха. При этом не изменился нисколько, остался все таким же парнем из народа.

- В 1983 году мы с командой при­ехали в США, - вспоминает И. Л.Ша­пиро. - Виктор тогда давно уже не играл. И вдруг ко мне подошел муж­чина: «Вы ведь из горьковского «Торпедо», да? - спросил. - А я сам из Свердловска, просто живу вот теперь тут. Вы расскажите, как там Коноваленко? Чем занимается? Как дела у него?» Меня этот вопрос не удивил. Где бы мы ни оказывались, узнав, что мы из Горького, нас обя­зательно спрашивали, как дела у Виктора Сергеевича. Я не знаю, ко­го могли бы любить так же сильно, как его...

Светлана СТОРОЖУК.