Фонд социального страхования (стр. 7 )

Главный энергетик

(«Ведомости» 06.08.2009)

АННА ПЕРЕТОЛЧИНА, ЮЛИЯ ФЕДОРИНОВА

Олег Дерипаска решил создать в России крупнейшую частную энергокомпанию. Мощность его «Евросибэнерго» будет на 40% больше, чем у «КЭС-холдинга» Виктора Вексельберга.

Дерипаска — один из первых инвесторов в российскую энергетику, но до сих пор его энергоактивы были разрозненными. Теперь бизнесмен решил создать энергохолдинг: подконтрольная ему уже консолидировала большую часть активов, сообщила En+ Group.

Компании переданы 50,19% «Иркутскэнерго», ТЭЦ», -инжиниринг», по 100% акций двух сбытовых компаний — «Волгаэнергосбыт» и «Марэм+», перечислил представитель En+ Group. Получила «Евросибэнерго» и несколько угольных активов, в том числе 100% , материнской компании «Востсибугля», годовая добыча угля которого — почти 12 млн т, уточняет он. В вошло и одноименное ООО, которое с 2001 г. управляло энергоактивами Дерипаски. В течение 1,5-2 месяцев компания получит 68,26% акций Красноярской ГЭС — второй по величине в России, рассказывает представитель компании.

В результате установленная мощность «Евросибэнерго» составит 19,5 ГВт электричества иГкал/ч тепла. И компания Дерипаски станет третьей по энергомощности компанией страны после государственных концерна «Энергоатом» и «Русгидро» (см. врез). Сейчас крупнейшая частная энергокомпания России — «КЭС-холдинг», мощность ее станций — 13,77 ГВт. Но по тепловой мощности компания Дерипаски будет сильно уступать КЭС, станции которой могут вырабатывать 67,8 Гкал/ч.

«Евросибэнерго» была создана в 2008 г., пока она принадлежит нескольким структурам En+ Group, говорит представитель последней. Но вскоре головной компанией «Евросибэнерго» будет En+ Power, зарегистрированная на о. Джерси в мае 2008 г. (ее единственный акционер — En+ Group), следует из документов регистрационной палаты Джерси. En+ Power еще год назад получила одобрение антимонопольной службы на консолидацию энергетических и угольных активов, говорит представитель ФАС.

Консолидируя активы, «мы создаем прозрачную и понятную структуру компании и повышаем уровень корпоративного управления», объясняет представитель En+ Group. Похоже, Дерипаска консолидирует активы, чтобы найти инвестора, полагает аналитик «ВТБ капитала» Михаил Расстригин. Вряд ли это будет IPO, скорее частное размещение
En+ Power — до блокирующего пакета акций, считает эксперт. Такой вариант возможен, подтверждает источник, близкий к En+ Group. Компании нужны деньги, в частности, на финансирование масштабной инвестпрограммы «Иркутскэнерго» до 2020 г., объем которой руководство компании недавно оценило в 100 млрд руб., отмечает Расстригин.

«Решений [о размещении] не принималось, хотя IPO — один из потенциально интересных нам инструментов привлечения средств, необходимых для развития “Евросибэнерго” и реализации ее инвестпрограммы», — передал гендиректор En+ Group Владислав Соловьев через представителя.

Выбил ставку

(«Ведомости» 06.08.2009)

ЕЛЕНА МАЗНЕВА, АННА БАРАУЛИНА

Банки продолжают снижать ставки по кредитам. На сей раз добиться уступок смогла «Транснефть». Ей Сбербанк снизил ставку с 18% до 13% в рублях.

Об этом вчера сообщил «Интерфакс» со ссылкой на заявление представителя «Транснефти». «Мы вернули [Сбербанку] все кредиты по 18% годовых, и ставка по большинству кредитов не превышает сейчас 13% годовых», — цитирует агентство пресс-секретаря «Транснефти» Игоря Демина. Недавний кредит на 11,9 млрд руб. (о нем было объявлено в понедельник) монополия взяла в «Сбере» уже по новой ставке, добавил он.

Сбербанк — основной кредитор «Транснефти»: ее долг перед госбанком на 1 апреля — 105,2 млрд руб. (32% общей кредиторской задолженности). «Транснефть» выбирает новые займы в рамках кредитной линии, открытой еще в 2007 г., напомнил вчера Демин (см. врез). В рамках соглашения «Транснефть» и «Сбер» заключали договоры об однолетних кредитных линиях, ставка по которым до середины 2008 г. варьировалась в пределах 7-10%. Но с прошлого июля «Сбер» вслед за остальными банками стал поднимать ставки. Для той же «Транснефти» по части договоров она выросла до 12% годовых: Сбербанк мог увеличить цену займа, если ставка ЦБ повышалась больше чем на 10% к той, что действовала на момент подписания кредитных соглашений (а с октября 2007 г. по июль 2008 г. ЦБ в четыре шага поднял ее с 10% до 11%).

До 18% «Сбер» поднял ставки для «Транснефти» этой весной, говорит чиновник Федеральной службы по тарифам, куда «Транснефть» обращалась с просьбой покрыть ее дополнительные расходы новой индексацией тарифов. Как раз тогда была максимальной ставка рефинансирования ЦБ — 13% (с 1 декабря по 23 апреля). «Транснефть» в июне заявила, что готова рефинансировать все займы в «Сбере» за счет более дешевого китайского кредита на $10 млрд.

Но с апреля ЦБ постепенно снижал ставки: в мае — июне было 12%, с 13 июля — 11%. А договор «Транснефти» и «Сбера», возможно, работает и в обратную сторону: стоимость займа «пересматривается» при соответствующем изменении ставок ЦБ, указывала «Транснефть» в прошлогоднем меморандуме к еврооблигациям.

Представитель Сбербанка от комментариев отказался, его коллеги из «Транснефти» на запросы «Ведомостей» не ответили.

«Никакой кампании по снижению ставок [по уже выданным кредитам] нет», — говорит сотрудник Сбербанка. Но в последние месяцы заемщики разделились на плохих и хороших. Поскольку хороших немного, конкуренция за них среди банков обостряется. Это и позволяет им требовать меньшей ставки, отмечает собеседник «Ведомостей». Что касается новых кредитов, то сейчас Сбербанк выдает их в среднем под 15%, добавляет он.

Будут ли другие банки следовать примеру «Сбера», неизвестно. Представитель ВТБ отказался от комментариев. На это могут пойти только госбанки, которым правительство велело это сделать, считает топ-менеджер российской «дочки» иностранного банка. Для частного банка, по его мнению, это «сумасшествие».

Других примеров снижения ставок по кредитам «Ведомостям» найти не удалось. Впрочем, «Вимм-билль-данн» (ВБД) еще в мае разместил облигации на 3 млрд руб. под 15,5% с погашением в 2013 г. Эти деньги пошли на погашение более дорогих кредитов российских банков, напоминает член правления компании Марина Каган. Никаких переговоров о снижении ставок перед размещением бумаг ВБД не вел, признает она. Теперь задолженности перед банками у компании нет.

В Ростокино нет лада

АвтоВАЗ продолжает терять дилеров

(«Коммерсант» 06.08.2009)

ИРИНА ПАРФЕНТЬЕВА, ДМИТРИЙ БЕЛИКОВ

Как стало известно "Ъ", сеть "Ростокино-Lada" (четыре автоцентра в Москве) инициировала процедуру своего банкротства, не сумев погасить кредит Сбербанку. С учетом "Ростокино-Lada" с начала года АвтоВАЗ лишился уже четырех независимых дилеров, на которых приходилось порядка 45% всех продаж холдинга на московском рынке (около 3 тыс. машин в месяц).

О том, что АвтоВАЗ прекратил отгрузку машин в центры "Ростокино-Lada", "Ъ" рассказал представитель федерального дилерского холдинга. В пресс-службе АвтоВАЗа это подтвердили: сотрудничество с "Ростокино-Lada" завершилось еще месяц назад, поскольку было получено "письменное уведомление от дилера о том, что он начал процедуру своего банкротства", уточнил представитель концерна.

Четыре московских автоцентра "Ростокино-Lada" с 1 марта 2006 года входят в мультибрендовый холдинг "Ростокино-Авто", контролируемый Павлом Марковым. По данным сайта "Ростокино-Авто", холдинг реализует автомобили Lada, Fiat, Brilliance, Daewoo, "Иж", "ВИС". Впрочем, представитель концерна Sollers, производителя Fiat, заявил, что "Ростокино" не является дилером этой марки. Финансовые показатели не раскрываются.

В базе арбитражного суда Москвы "Ъ" удалось обнаружить только одно заявление о банкротстве компаний "Ростокино-Авто": оно подано от инспекции Федеральной налоговой службы N 15 к ООО "Ростокино-Лада-Инвест", зарегистрировано 3 апреля, а 25 июня в введено наблюдение.

В письме, адресованном начальнику управления поставок автомобилей на внутренний рынок АвтоВАЗа Вячеславу Кочеткову (есть в распоряжении "Ъ"), господин Марков (также является гендиректором "Ростокино-Лада-Инвест") указывает: "В связи с невозможностью погашения кредита Сбербанку, отказом в его пролонгации и, как следствие, угрозой начала арбитражной практики со стороны банка... просим оказать содействие по перемещению автомобилей... на склады ответственного хранения".

В пресс-службе Сбербанка вчера не смогли прокомментировать ситуацию с "Ростокино-Lada". Связаться с представителями "Ростокино" также не удалось — офисный телефон компании не отвечал.

Согласно отчету "Инком-Лады" (SPV-компания холдинга "Инком-Авто") за третий квартал 2008 года, крупнейшими независимыми дилерами автомобилей Lada в Москве являлись "Инком-Авто" (контролировал 21% рынка), "Автоград" (13%), "Гермес-Лада" (12%), "Автомир" (11%), "Элекс-Полюс" (11%), "АвтоКей" (9%), "Ростокино-Lada" (7%) и "Фаворит Моторс" (6%). Таким образом, с учетом "Ростокино-Lada" АвтоВАЗ с начала года потерял дилеров, на которых приходилось 45% московских продаж: прекратили свое существование "Инком-Авто" и "Элекс-Полюс", а "Фаворит Моторс" просто отказался продавать Lada.

На АвтоВАЗе "выразили сожаление фактом прекращения сотрудничества" и сказали, "что были вынуждены найти замену "Ростокино-Lada"": его квота была распределена между "Гермес-Ладой" (в мае объединилась с "АвтоКей") и "двумя-тремя дилерскими компаниями помельче". На продажах это в общем-то не сказалось, подчеркнули в АвтоВАЗе: в июле продажи концерна даже выросли на 26% по отношению к июню (до 32,4 тыс. машин), однако к июлю 2008-го все-таки снизились на 42,3%. По словам источника "Ъ" в АвтоВАЗе, на продажи в Москве приходится около 3 тыс. машин в месяц, "треть из которых теперь реализует "Гермес"". "Производителю будет проще договариваться об объеме поставок с одним игроком, чем с десятком мелких",— уверен аналитик ИФК "Метрополь" Михаил Пак.

В июне стало известно о создании собственной дилерской компании АвтоВАЗа — "НоваМоторс", названной "антикризисным решением "Лады-Сервис"", дочерней компании концерна. Новый дилер занимает площади закрывающихся центров, продававших автомобили Lada: например, он уже арендовал 12 автосалонов холдинга "Элекс-Полюс" (см. "Ъ" от 18 июня).

ПРИЛОЖЕНИЕ

Десять лет при Путине

(«Власть» № 30/09) 

ДМИТРИЙ КАМЫШЕВ

Назначение Владимира Путина председателем правительства и официальным преемником президента стало в августе 1999 года для всей страны полной неожиданностью. Однако "Власть" в свое время фактически предсказала не только эту кадровую загогулину Бориса Ельцина, но и некоторые последствия прихода к власти "нового Штирлица".

Весной 1999 года, когда россияне, если верить опросам, не имели никакого представления о том, каким должен быть идеальный президент, "Власть" заказала ВЦИОМу и "Ромиру" социологическое исследование. Респондентам был задан вопрос "За кого из киногероев вы проголосовали бы на президентских выборах?". Наш замысел был прост: раз уж граждане не способны вычленить некие абстрактные президентские качества, то им надо предложить выбрать между героями популярных фильмов, каждый из которых представляет собой цельный художественный образ.

Итоги опроса показались нам тогда несколько неожиданными*. Лидерами голосования стали персонажи, весьма далекие от современных демократических ценностей: три сотрудника силовых органов — Глеб Жеглов, Штирлиц и маршал Жуков, а также Петр Первый, тоже предпочитавший в решении государственных проблем чисто силовой подход. Комментируя полученные данные, аналитики РОМИР пришли к выводу, что на посту президента россияне хотят видеть агрессивного, а не заботливого руководителя, надеясь, что именно он способен установить порядок в России.

На следующий день после этой публикации Борис Ельцин отправил в отставку премьера Евгения Примакова, а широко обсуждавшийся в СМИ список возможных преемников ужался до двух человек — нового главы правительства Сергея Степашина и его первого заместителя Николая Аксененко. Правда, на роль агрессивного руководителя оба вряд ли подходили. До назначения премьером бывшего офицера КГБ в Германии Владимира Путина оставалось три месяца.

За две недели до уверенной победы Путина на досрочных президентских выборах "Власть" вернулась к результатам опроса 1999 года** и отметила, что преемник, который первоначально вполне мог ассоциироваться у россиян со Штирлицем, начал приобретать черты других лидеров наших киновыборов. К Жукову он приблизился благодаря победоносной войне в Чечне, на сходство с Жегловым указывала легендарная фраза "замочим в сортире", созвучная жегловскому "вор должен сидеть в тюрьме", а о петровском прорубании окна на Запад напомнили заявления о необходимости сближения России с НАТО. Завершалась же публикация попыткой политического прогноза, основанного на исторических фактах: "А еще самый почитаемый русский царь заставлял народ любить все немецкое (в том числе лефортовское), строил флот и Санкт-Петербург, рубил бороды боярам и головы стрельцам, вел удачные (со Швецией) и не слишком удачные (Персидский поход) войны и коллекционировал редких уродцев".

Спустя десять лет после начала путинской эпохи приходится констатировать, что ничего неожиданного за это время не произошло***. Любовь второго президента ко всему лефортовскому испытали на себе многие известные и не очень россияне. Поддержка флота, как и армии в целом, стала одним из основных приоритетов государственной политики, а Петербург — любимым городом властей и источником пополнения руководящих кадров. Почти все бояре (губернаторы и олигархи) лишились бород, а отдельные стрельцы (критики режима) — еще и голов. Война с Грузией получилась одновременно и удачной (по заверениям Кремля), и неудачной (по мнению независимых экспертов). Не срослось у Путина разве что с "редкими уродцами", хотя некоторые эксперты, хорошо знакомые с работой правительства и парламента, с этим выводом, возможно, и не согласятся.

Более того, подтвердилась и наша давняя версия о том, что, выбирая преемника, Кремль в августе 1999-го учитывал если и не итоги опроса "Власти", то, по крайней мере, результаты похожих исследований. , работавший в 1999 году советником главы администрации президента РФ, сообщил в марте 2009 года журналу "Профиль", что "весной 1999-го в Кремле обсуждалось одно социологическое исследование, где граждан опрашивали, на кого из киногероев должен быть похож кандидат в президенты", и победителем стал Штирлиц — "верный стране человек, который скромно трудится ради ее безопасности и однажды выходит в большую политику".

Правда, в череде аналогий с Максимом Исаевым есть и один пугающий для Путина момент. В романе Юлиана Семенова "Отчаяние" — предпоследнем из серии о Штирлице — вернувшегося в конце 1940-х годов в СССР разведчика арестовывают и пытаются сделать главным фигурантом дела о "союзе евреев и американцев с гестапо". Впрочем, в конце концов справедливость все-таки торжествует: Максим Максимыч, "полуослепший, беззубый, с перебитыми ногами", выходит на свободу и даже получает из рук Ворошилова давно заслуженную звезду Героя Советского Союза.

«Вы флаг России уберите»

Патриарх Кирилл готов принять

украинское гражданство

(«Новые Известия» 06.08.2009)

МИХАИЛ ПОЗДНЯЕВ

Завершая свой 10-дневный визит на Украину (последним пунктом поездки стала Почаевская лавра), патриарх Кирилл сделал несколько сенсационных заявлений. По его словам, церковный раскол в этой стране был «реакцией на неправильную политику Москвы». Глава РПЦ сообщил, что распорядился заменить в своем тронном зале флаг Российской Федерации на «флаги всех государств, где есть юрисдикция Московского патриархата, включая Китай». Наконец, патриарх вполне серьезно признался, что готов рассмотреть вопрос о принятии украинского гражданства, чтобы в будущем проводить время между Москвой и Киевом.

Финальный аккорд украинского тура Патриарха Московского и всея Руси получился, как и следовало ожидать, бравурным. В Свято-Успенской Почаевской лавре, где вчера отмечалось 450-летие принесения в эти края чудотворной иконы Божией Матери, собрались более 40 тыс. паломников. Некоторые занимали места на площади, отведенной под совершение патриархом литургии, еще с вечера. Каждый получил на память иконку святого князя Владимира с факсимиле Кирилла (всего он привез таких иконок полмиллиона). Ни внутри, ни возле монастыря не было акций протеста националистов. Лишь рано утром удалось заметить группу из 40 человек с красно-черными знаменами, маршировавших в противоположном от лавры направлении в плотном кольце милиции. Накануне, по сообщениям украинских СМИ, активисты объединения «Свобода» пытались подойти к монастырю, но были встречены стоявшими в оцеплении в двух километрах от него казаками и бойцами «Беркута».

Правда, погоду напоследок пытался подпортить глава «Свободы» Олег Тягныбок, направив в Генпрокуратуру страны письмо с требованием возбудить против «спецкомиссара Кремля гражданина РФ Гундяева (патриарха Кирилла) уголовное дело по ст. 161 УК (разжигание межнациональной вражды и ненависти и оскорбление чувств граждан в связи с их религиозными убеждениями)». Г-н Тягныбок требовал также в 24 часа депортировать патриарха. Но никакой реакции на этот демарш не последовало. Равно как и на обращение к премьер-министру Украины Юлии Тимошенко депутата Тернопольского облсовета Владимира Болещука об отмене правительственного распоряжения № 000 от 01.01.01 года о передаче Почаевской лавры Московскому патриархату.

Патриарх же приготовил радушным хозяевам напоследок сюрприз. Когда в ходе его встречи в Почаеве с духовенством один из священников не без лести в голосе предложил ему «жить полгода в Москве, а полгода в Киеве – для большего укрепления духовных связей», Кирилл ответил: «Это очень хорошее предложение. Только бы еще немного здоровья и сил патриарху побольше». Батюшки рассмеялись, а Святейший невозмутимо продолжал: «Я готов был бы принять украинское гражданство, пожалуйста. Для меня не существует никаких вопросов». И развил свою мысль неожиданным признанием: «В последние годы всегда в тронном зале патриарха справа от трона стоит его штандарт, а слева флаг Российской Федерации. И первое, что я сказал при вступлении в должность: «Вы, пожалуйста, флаг Российской Федерации уберите, а на место этого флага поставьте флаги всех государств, где юрисдикция Московского патриархата, включая Китай». Сейчас это несметное количество флагов готовится».

Некоторые наблюдатели еще до окончания визита называли его пиаровским, не имеющим никакой практической пользы. Все же, думается, это не так. Само собой, патриарх использовал все средства, чтобы укрепить свой авторитет не только на Украине, но и в России. Но главной его целью было показать: он Патриарх не всея Российской Федерации вкупе с Украиной, а именно «всея Руси». Не случайно он почти в каждой проповеди повторял: «наш благочестивый народ» (это «наш» особенно злило националистов – дескать, патриарх ведет себя как хозяин). Он, собственно, так себя и вел, давая понять: его государство границ не имеет. А прибыв в Почаев, произнес большевистскую по своей чеканности формулу: «Русская православная церковь – мать всех народов и народностей, живущих на просторах Святой Руси».

Август 2008 – август 2009:

Итоги пятидневной войны

(«Ведомости» 06.08.2009)

СЕРГЕЙ МАРКЕДОНОВ,

зав. отделом проблем межнациональных отношений

Института политического и военного анализа, кандидат исторических наук

В августе 2008 г. многолетний грузино-осетинский конфликт вылился в пятидневную войну. Это вооруженное противостояние между Грузией и Южной Осетией стало третьим за 17 лет. Однако по своим последствиям оно кардинальным образом отличалось от двух предыдущих.

До 2008 г. этнополитические конфликты в Евразии оставались вне фокуса глобальной повестки дня. В США и Европе их называли не только замороженными, но и забытыми. Пятидневная война впервые после распада Советского Союза сделала территорию бывшего СССР предметом особого внимания. Достаточно сказать, что только в первые сутки конфликта ситуация в Южной Осетии обсуждалась в Совете Безопасности ООН трижды. Такой интерес к кавказской проблематике легко объясним. Именно в этом регионе началось формирование нового статус-кво на постсоветском пространстве. Два из четырех евразийских конфликтов оказались окончательно разморожены. Старые миротворческие операции и правовые соглашения, фиксировавшие итоги военных противоборств в Абхазии и Южной Осетии в начале 1990-х гг., более не существуют.

Во-первых, на Южном Кавказе впервые начиная с 1991 г. были нарушены принципы так называемого беловежского национализма, которые предполагали, что межреспубликанские границы, сформированные во времена СССР, будут границами между новыми независимыми государствами Евразии. С признанием независимости Абхазии и Южной Осетии был создан прецедент пересмотра межгосударственных рубежей внутри СНГ. Сегодня Москва, так же как Вашингтон и Брюссель применительно к Косову, может сколь угодно говорить об уникальности положения в двух бывших грузинских автономиях, но прецедент успешного этнического самоопределения с опорой на силу, а не на компромисс будет серьезно осмысляться заинтересованными игроками. Сегодня бесполезно спорить о том, прав или не прав был российский президент, стремительно реагируя на обращения двух палат Федерального собрания. Единожды приняв жесткое и непопулярное внешнеполитическое решение (а оно является таковым, поскольку не нашло отклика даже у союзников России в СНГ), государство не может отменить его без риска понести большие издержки, чем при его принятии.

Решение от 26 августа прошлого года было принято во вполне определенных политических условиях, которые раньше отсутствовали или были ничтожно малыми величинами, которые можно было игнорировать.

Как бы то ни было, пятидневная война показала, что в истории процесса под названием «распад СССР» рано ставить точку. Формально-юридическое исчезновение государства в одну шестую часть суши стало не «концом истории», а началом процесса формирования наций-государств, мучительным поиском политических идентичностей, которые привели к конфликтам, а затем попыткам их заморозки и, напротив, реваншистского пересмотра их итогов. И до тех пор, пока этот сложный процесс не завершится, советская империя останется мертвецом, хватающим живых.

Во-вторых, события в Южной Осетии в августе прошлого года продемонстрировали очевидную невозможность эффективного и, главное, легитимного международного арбитража. Ведущие мировые игроки вместо медиации между конфликтующими сторонами разделились в своих симпатиях. США и их союзники поддержали «территориальную целостность Грузии», закрыв глаза на брутальные методы решения данной проблемы, а Россия в одностороннем порядке изменила свой статус миротворца на роль военно-политического патрона двух бывших грузинских автономий. При этом «большие игроки» полагались не на систему правовых подходов, а на пресловутый юнилатерализм — действия в одностороннем порядке.

Теперь отдельные центры силы могут вне общих легитимных критериев признавать или не признавать международную правосубъектность кого бы то ни было. В феврале 2008 г. часть государств, входящих в ООН, среди которых были и три постоянных члена Совета Безопасности, признала независимость бывшей сербской автономии. А в августе 2008 г. Россия — еще один постоянный член Совета Безопасности ООН, а также член «ядерного клуба» — признала суверенитет двух бывших автономий Грузии. При этом Россия демонстративно отказывается признавать Косово, а США и страны Европейского союза даже после «горячего августа» не желают отказываться от принципа «территориальной целостности Грузии». Таким образом, общие правила, стандарты и критерии не работают. Политическая целесообразность становится главным мерилом мировой политики. Естественно, все это не вчера началось. Прошлогодние события стали лишь еще одним подтверждением (на этот раз на постсоветском пространстве) того, что ялтинско-потсдамская версия международного права не работает, а новая, постъялтинская модель до сих пор не оформлена.

В августе 2008 г. Россия, как за полгода до того США и ЕС, заявила о себе как о новом центре силы в мире, который может по собственному почину признавать независимость тех государств, которые сочтет достойными того. Пятидневная война подвела еще одну черту под процессом разрушения модели мироустройства, возникшей по итогам Второй мировой войны. Организация Объединенных Наций сегодня формально функционирует, а на международное право ссылаются и США, и Российская Федерация. Однако в реальности оно превратилось в некий аналог марксистско-ленинского обществознания. В советское время с помощью цитат из «классиков» можно было доказать все что угодно, порой даже взаимоисключающие тезисы.

Таким образом, перед главными игроками мировой политики встает задача выработки новой модели мирового порядка. Альтернативой этому будут «международные джунгли» и ставка на силу. То, что не одна Россия делает такие ставки, является слабым утешением.

Плоды принуждения

Российские политики об итогах войны

в Южной Осетии

(«Время новостей» 06.08.2009)

Ксения ВЕРЕТЕННИКОВА

Корреспондент "Времени новостей" Ксения ВЕРЕТЕННИКОВА попросила российских политиков подвести итоги первой годовщины войны.

"Вмешательство России было необходимо"

Андрей ВОРОБЬЕВ, председатель исполкома партии «Единая Россия», заместитель руководителя фракции «Единая Россия» в Госдуме:

- Я думаю, самое большое достижение на сегодняшний день - это мир в двух республиках - Южной Осетии и Абхазии. Это значит, что жители, семьи могут совершенно спокойно строить свое будущее, не боясь за свою жизнь и жизнь своих близких. Раньше этого нельзя было сказать, потому что постоянные провокации со стороны грузинского руководства держали всех в напряжении. Я считаю, что вмешательство России было необходимо, поскольку мы не могли оставаться безучастными к судьбам людей, которые живут на территории этих двух братских республик.

Я не могу судить о том, что мы проиграли информационную войну. Самое главное, на мой взгляд, это то, что мы все время говорили правду, предоставляли достоверные факты. Это и была наша информация.

"Россия укрепила свой авторитет среди стран,

не ориентированных на США"

Иван МЕЛЬНИКОВ, первый заместитель председателя ЦК КПРФ, вице-спикер Госдумы:

- На мой взгляд, год, прошедший после агрессии Грузии в отношении Южной Осетии, с точки зрения ведения политики на Кавказе прошел достаточно успешно. И здесь следует выделить несколько ключевых, узловых событий.

Первое: волевым путем Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии, что сразу же охладило военный пыл в регионе. А мирная в целом атмосфера - это невыгодная среда для более серьезных западных агрессоров, которые питали и питают режим Михаила Саакашвили.

Второе: России удалось «вырулить» из информационной осады, в которую ее взяли западные СМИ. По большому счету сейчас уже проамериканская часть «мирового сообщества» не давит на эту тему так, как раньше. Если иностранные государства и не признают независимость республик, то, по крайней мере, смирились с фактом признания их Россией. И это тоже было важно: показать, что мы поставили точку в этом вопросе так, как считали нужным. Тем самым Россия только укрепила свой авторитет среди государств, не ориентированных жестко на Соединенные Штаты, ищущих альтернативу. В течение этого года прошла серия важных консультаций со странами Латинской и Южной Америки, Азии и даже Африки. События на Кавказе стимулировали и более конкретные действия, касающиеся вопросов безопасности внутри СНГ.

Наконец, третье: довольно успешно шло восстановление разрушенного в ходе войны хозяйства Южной Осетии. Проведены работы на более чем 70 объектах. Отмечу также, что недавно по инициативе КПРФ было подписано совместное заявление всех фракций Государственной думы, посвященное годовщине событий. Там есть несколько важных мыслей. Мы продолжаем настаивать на том, чтобы иностранные государства дали оценку варварским действиям Грузии, так как не видеть преступление против человечности - это почти соучастие. И так это оставлять нельзя. Иначе это соучастие, уходя в историю, станет крайне негативной вехой в развитии человечества. Также мы еще раз подчеркиваем приверженность принципам ООН и твердо заверяем, что Россия и впредь будет готова встать на защиту своих исторических позиций, своих соотечественников, независимо от страны проживания.

"Россию не удалось загнать в дипломатическую блокаду"

Николай ЛЕВИЧЕВ, руководитель фракции «Справедливая Россия» в Госдуме:

- Нападение Грузии на Южную Осетию было чудовищным по своему цинизму и жестокости актом, демонстрацией непомерных амбиций не совсем адекватного человека, который поставил на грань уничтожения целый народ. Сегодня, как и год назад, абсолютно очевидно, что не вмешаться в этот конфликт Россия не могла, просто не имела права. Ценой своей жизни наши ребята защищали мирных жителей. Правильным шагом кажется мне и признание независимости Южной Осетии и Абхазии. Это решение создает все условия для того, чтобы эти новые государства наконец перестали быть территориями боли и страданий, а общество могло прогрессивно развиваться.

Важным мне кажется также то, что Россию не удалось загнать в дипломатическую блокаду, как этого хотели некоторые наши партнеры. Сегодня сотрудничество России с западными странами, в том числе с США, а также блоком НАТО продолжает развиваться, несмотря на различия в оценках ситуации на Кавказе.

"Не нужно было признавать суверенитет Абхазии и Южной Осетии"

Сергей МИТРОХИН, председатель партии «Яблоко», депутат Мосгордумы:

- Я считаю, что вмешиваться нужно было обязательно. Другое дело - масштаб вмешательства, как мне кажется, должен был быть меньшим. С моей точки зрения, не нужно было признавать суверенитет Абхазии и Южной Осетии, потому что это противоречит позиции нашей страны по другим международным проблемам и идет вразрез с международными интересами самой России. В то же время подтвердилось и признано международными экспертами то, что провокацию организовал именно Саакашвили. Это стало понятно и в самой Грузии. В частности, грузинская оппозиция считает эту историю одним из поводов к отставке президента. Но в целом Россия действовала с большими издержками. Можно было бы, пресекая провокацию и наказывая агрессора, все-таки понести меньшие издержки на международной арене, если бы наша дипломатия и политическое руководство действовали более искусно.

"Война ничего не изменила"

Владимир МИЛОВ, сопредседатель движения «Солидарность»:

- Прежде всего, совершенно очевидно, что не стоило превращать этот регион в очаг милитаризации и нагнетания напряженности. Это относится как к российской, так и к грузинской стороне. Война ничего не изменила - милитаризация продолжается до сих пор, и мы видим, что и сейчас там достаточно напряженная обстановка. Вмешательство России не предотвратило угрозы нового конфликта. Милитаризация и применение силы с обеих сторон, в том числе с российской, - это плохо и не решает никаких проблем. Проблемы можно решить только через демилитаризацию региона, вывод войск, нормальный дипломатический переговорный процесс по статусу этих территорий, через участие международных посредников и, возможно, миротворцев. То, как стороны пытались урегулировать этот вопрос - Грузия через силовой захват Южной Осетии, а Россия через военный ответ, - не решило проблем. Цена дипломатического признания Россией Абхазии и Южной Осетии нулевая. Это признание никакого реального международного статуса двум республикам не дало. Все равно ясно - чтобы они получили какое-то окно в мир, нужно более широкое дипломатическое признание, которого нет, и мы своими односторонними действиями перерезали к этому дорогу. Вместо того чтобы искать многосторонние способы урегулирования конфликта, мы решили попытаться его урегулировать в одностороннем порядке, заведя туда войска и накачивая эти непризнанные территории помощью - финансовой, военной, кадровой и так далее. Но напряженности это не снимает. Поэтому эффективность от действий России для защиты этих регионов от угрозы военного конфликта низкая, если вообще есть.

"Лишняя победа армии никогда не вредила"

Виталий ИВАНОВ, вице-президент Центра политической конъюнктуры:

- Итоги, конечно, не однозначны. Я начну с минусов. Нам пришлось взять на содержание Южную Осетию и Абхазию, тратить на них гораздо больше денег, чем раньше. Были определенные потери там и людей, и дорогостоящей техники, это тоже надо учитывать. Ну и главное, возникло довольно много международно-правовых и международно-политических напрягов, которые до сих пор не удается разрешить и в обозримом будущем, конечно, не удастся. Но, на мой взгляд, эти минусы на раз перекрываются плюсами. Потому что само решение начать войну и победа в этой войне были абсолютно в резонансе с общественными настроениями, с общественным запросом. Страна хотела воевать, страна хотела, чтобы Саакашвили "дали по голове". Соответственно произошла патриотическая консолидация общества вокруг власти. Война и признание Абхазии и Южной Осетии воспринимаются подавляющим большинством граждан как позитивное достижение действующей власти и правящего тандема. Далее, Россия продемонстрировала кавказскому и закавказскому политическому сообществу - будем прямо говорить, весьма специфическому, - что мы продолжаем активно отстаивать свои интересы в этом регионе, что рассматриваем его как зону наших государственных интересов и готовы, если надо, там воевать. Был послан сигнал кавказским и закавказским элитам, и я уверен, этот сигнал был ими правильно воспринят. Да и лишняя победа армии никогда не вредила. Конечно, здесь противник мелкий, не заслуживающий лишнего слова, но тем не менее какой есть.

И последнее: война нанесла очень серьезный удар по тому политическому сообществу, которое рассчитывало на «оттепель». Это некая демократическая, либеральная публика, которая однозначно маркируется общественным сознанием как антипатриотическая. Когда началась война, моментально актуализировался весь антилиберальный негатив и большой тяжелой могильной плитой эту публику придавил. Что бы они ни делали, как бы ни выпрыгивали из штанов, их все равно считают подлецами, врагами России и пораженцами. Они еще какое-то время после этого поддакивали, но все это было уже бессмысленно, поезд ушел.

"Мы сняли эту гирю с шеи Саакашвили и повесили на свою"

Дмитрий ОРЕШКИН, независимый политолог:

- Итоги скорее отрицательные, если исходить из долгосрочных интересов России. Но ведь кроме них есть краткосрочные интересы определенных элитных групп. Вот для сторонников жесткой линии, «ястребов», выигрыш и состоит в символическом возвеличивании России. Россия "поднялась с колен", дала отпор мировому империализму, проамериканской Грузии, расширила территориальный контроль. Это все символические завоевания. Они существенны, потому что на них базируется очень высокий рейтинг Путина и Медведева. Но в реальном пространстве Россия, конечно, очень много проиграла. Но это все долгосрочные проигрыши, за которые расплачиваться будут не те люди, которые получили краткосрочный выигрыш от символической победы.

Я имею в виду очевидные имиджевые потери. Россия опять уходит на позицию если не страны-изгоя, то страны периферической. Кроме России только Никарагуа признала независимость Южной Осетии и Абхазии - это, конечно, пощечина России, свидетельство ее недостаточной политической влиятельности даже на территории СНГ.

Далее, Россия получила очень серьезные трудности со стратегией трубопроводов. С "Южным потоком" очень серьезная проблема после этого конфликта - вплоть до того, что менеджера этого "Южного потока" «Газпром» отправил в отставку. Все это снижает доверие к России как к долгосрочному партнеру, и Европа лихорадочно ищет альтернативные пути обеспечения собственного снабжения энергоносителями, чтобы не попасть в политическую зависимость от Москвы.

Так что Россия дала очень много серьезных козырей в руки своим соперникам, недоброжелателям, конкурентам. А что она получила взамен? Эти территории в нынешних условиях - "черная дыра", куда надо очень много ресурсов вкладывать. Мне кажется, мы эту территорию просто сняли с шеи Саакашвили. Теперь он будет занят развитием собственной территории маленькой Грузии, а эта гиря будет висеть у нас на шее.

"Это издержки процесса формирования государств

на обломках советской империи"

Сергей МАРКЕДОНОВ, заведующий отделом проблем межнациональных отношений Института политического и военного анализа:

- Сейчас, спустя год, надо понимать тот тренд, в рамках которого эта пятидневная война стала возможной. Проблема же не в том, кто первым выстрелил, а в том, что в 1991 году произошел распад Советского Союза. Но этот распад означал не только конец какой-то истории: одновременно он стал началом процесса формирования наций и государств на обломках советской империи. И вот оказалось, что сохранить государства в точности в тех границах, которые были нарисованы в советские времена, - задача крайне сложная. Одно дело называться формально Грузией, Азербайджаном, Россией или Украиной, а другое дело построить реальное государство. Поскольку с этим возникли проблемы, в начале 90-х прошла первая волна этнических конфликтов: грузино-абхазских, грузино-осетинских. Они были заморожены, но желание пересмотреть, переиграть результаты повлекло за собой их разморозку. Путч в Южной Осетии начался с 2004 года, и то, что мы видели в прошлом году, - это закономерный процесс переигрывания итогов первых конфликтов 90-х годов. То есть это издержки процесса формирования наций и государств на обломках советской империи.

Выиграла Россия или проиграла? Я не сказал бы, что это была полная победа. По формальным военным основаниям мы выиграли у Грузии, но любой конфликт не сводится только к военному противоборству. Раньше главная задача была держать конфликты по возможности в замороженном состоянии, поддерживать статус-кво, а теперь мы получили качественно другой набор проблем. Роль гаранта самоопределения Южной Осетии и Абхазии не такая простая, как кажется. Чем дальше фактор Грузии будет от Абхазии и Южной Осетии во времени, тем больше вопросов появится собственно к России.

К тому же это прецедент этнического самоопределения. Я не сторонник той версии, что неизбежно за этим последует какое-нибудь самоопределение Чечни и Татарстана. Но все-таки это прецедент, который может и не выстрелить, но может и выстрелить.

Тоже дзюдоист

Южная Осетия получила

нового главу правительства

(«Время новостей» 06.08.2009)

Иван СУХОВ

Избранный в конце мая этого года парламент Южной Осетии вчера днем подавляющим большинством голосов утвердил кандидатуру нового премьер-министра республики. Им стал сорокалетний выходец с Урала, предприниматель Вадим Бровцев. Кандидатуру г-на Бровцева внес президент Эдуард Кокойты, а 24 из 27 депутатов одобрили выбор президента.

Напомним, накануне стало известно об отставке кабинета, которым с осени прошлого года формально руководил бывший глава управления Федеральной налоговой службы по Северной Осетии Асламбек Булацев. Однако фактически правительство все это время работало без премьера, так как реально г-н Булацев провел в своем цхинвальском кабинете всего несколько дней. После чего навсегда покинул Южную Осетию: по одной версии, из-за проблем со здоровьем, по другой - из-за категорического нежелания президента республики сотрудничать с чиновником, которого считали кремлевским назначенцем. Часть наблюдателей полагала, что Москва надеялась использовать бывшего налоговика как своего рода «око государя», чтобы контролировать расходование денег, выделяемых на послевоенное восстановление независимой республики. Президент Кокойты, очевидно, сам хотел распределять материальные блага и контролировать этот процесс, поэтому с г-ном Булацевым не сошелся. Сам г-н Кокойты, правда, категорически отрицает какой-либо конфликт. Он, наоборот, утверждает, что Асламбек Булацев давно написал заявление об отставке, но его специально не торопились увольнять, чтобы избежать домыслов.

Эдуард Кокойты сообщил журналистам, что у жителей республики были вопросы к г-ну Булацеву, связанные с промедлением в восстановительных работах. Это, впрочем, выглядит некоторой подтасовкой - именно потому, что теперь уже бывший премьер так и не успел заняться практической работой. Кроме того, у Эдуарда Кокойты был почти год для того, чтобы найти замену чиновнику, у которого оказалось такое слабое здоровье. Вместо этого президент Южной Осетии по российскому примеру сформировал президиум кабинета министров, который, правда, возглавил не глава кабинета, как в России, а он сам, замкнув таким образом работу исполнительной власти на себя лично. Вторым лицом в структуре исполнительной власти оставался близкий друг президента Хасан Плиев, первый вице-премьер, отвечавший в правительстве за весь комплекс проблем, связанных с гуманитарными поставками и восстановлением. Таким образом, ответственность за просчеты и нарушения, благодаря которым за год после войны реставрация практически не коснулась разрушенного частного сектора Цхинвали, полностью лежит на президенте Южной Осетии.

Необходимость назначить премьера созрела, судя по всему, после блицвизита в Южную Осетию 13 июля президента России Дмитрия Медведева. Даже если президенту показывали только самые успешные стройплощадки, он физически не мог не заметить прискорбного состояния дел в области восстановления и не заинтересоваться, отчего в республике в столь сложной ситуации отсутствует глава правительства.

Еще вчера практически ничего не было известно о возможном кандидате в премьер-министры. Называлась фамилия главы Российской ассоциации строителей Николая Кошмана, который фактически возглавлял гражданскую администрацию Чечни в самый сложный момент начала второй войны до того, как его сменил Ахмат-Хаджи Кадыров. Прежде чем сам г-н Кошман опроверг слухи о вероятном назначении, наблюдатели успели предположить, что Москва решила повторить в Южной Осетии все этапы многострадального восстановления Чечни, реальный прогресс в котором начался лишь с приходом к власти нынешнего президента Рамзана Кадырова. Структура, которую в Чечне возглавлял г-н Кошман, была призвана как раз минимизировать коррупционные потери при восстановлении, а на деле добивалась, к сожалению, обратного или, лучше сказать, нулевого эффекта. Полная аналогия, однако, не состоялась - г-н Кошман твердо заявил, что слухи о его возможном переходе на работу в Цхинвали не обоснованы.

Вместо г-на Кошмана премьер-министром оказался другой строитель - Вадим Бровцев, предприниматель из небольшого наукограда Озерск под Челябинском. Г-н Бровцев имеет подходящий диплом по специальности «экономика и планирование материально-технического снабжения» - правда, злые языки на Урале поговаривают, что диплом этот не совсем настоящий. Это выяснилось благодаря одному из оппонентов Вадима Бровцева во время одной локальной избирательной кампании. Так или иначе, именно экономикой и планированием снабжения предстоит заниматься новому премьер-министру. Для начала ему, видимо, придется выяснить, как расходуются 8,5 млрд руб., уже выделенных российским правительством в текущем году. Напомним, всего на помощь независимой республике планируется выделить около 25 млрд руб. - любая из собственно российских северокавказских республик позавидовала бы такой инвестиционной программе.

Пока трудно предположить, сможет ли новый премьер стать российским «государевым оком» и противостоять местным «непрозрачным схемам». Осетинские наблюдатели полагают, что его можно считать человеком команды российского министра регионального развития Виктора Басаргина - Минрегион, по сути, головная российская организация, курирующая югоосетинское восстановление. А сам г-н Бровцев активно участвует в строительстве олимпийского Сочи, которое в значительной мере тоже подведомственно Минрегиону. В этом смысле можно сказать, что новый югоосетинский премьер не новичок на Кавказе. Впрочем, трудно предположить, что он сможет занять хотя бы частично самостоятельную позицию по отношению к г-ну Кокойты - если бы президент республики не был уверен в возможности удобного ему компромисса, едва ли полностью контролируемый им парламент так стремительно утвердил бы кандидатуру ранее абсолютно никому не известного в Южной Осетии человека.

Вадим Бровцев уже пообещал, что при формировании нового кабинета, которое займет три недели (старый по традиции был отправлен в отставку вместе с его главой), будет опираться на югоосетинские кадры. Г-н Кокойты со своей стороны гарантировал ему свое полное доверие и поддержку, даже пообещав передать часть полномочий.

Новый премьер-министр Южной Осетии женат, имеет двоих детей и увлекается спортом, в частности дзюдо. Не исключено, что хорошая физическая подготовка пригодится чиновнику: ситуация на грузино-югоосетинской границе в преддверии годовщины пятидневной войны явно обостряется.