Литература предвозрождения (стр. 2 )

В 1337—1341 гг. Петрарка поселяется в местечке Воклюз под Авиньоном, где занимается литературным трудом, пишет стихи о Лауре на итальянском языке, поэму «Африка» на латинском язы­ке, которую он особенно ценил и предназначал для вечности, прозаическое сочинение «О преславных мужах», поэму «Триумф Любви» и другие произведения. Считается, что это первый в евро­пейской культуре пример «литературного уединения».

Достигнув 35 лет (возраста «середины жизни» по Данте), Пет­рарка начинает хлопотать о том, чтобы его, по обычаям древних римлян, увенчали лавровым венком как лучшего поэта. Характер­но, что Данте отказался от такого увенчания, предложенного ему в 1319 г. Болонским университетом. Петрарка, напротив, использует все свои знакомства для реализации этого намерения, и 1 сентября 1340 г. получает сразу два сообщения о готовности увенчать его лаврами — из парижской Сорбонны и из Рима. Он выбирает Рим, самонадеянно считая, что этот торжественный акт будет способ­ствовать объединению Италии, заранее пишет «Капитолийскую речь», ради большего эффекта сдает в Неаполе экзамен и получа­ет докторскую степень. 8 апреля 1341 г. Петрарка был торжествен­но увенчан лавровым венком на Капитолии в Риме, прочел свою речь перед сенатом, был объявлен почетным гражданином Рима.

В 1350 г. Петрарка по приглашению Боккаччо впервые посетил Флоренцию. Тогда они в первый раз увидели друг друга и стали друзьями. Но несмотря на уговоры властей Флоренции, Петрар­ка, сын изгнанного из города соратника Данте, отказался посе­литься в этом городе. Он жил в Милане, Падуе, Венеции, Риме, Павии, даже в Праге, но только не во Флоренции, оскорбившей его отца. Если Данте даже перед смертью не мог вернуться на родину, то представитель следующего поколения, первый чело­век Возрождения Петрарка сам выбирает, где ему жить, он об­ласкан папой, императором, властителями многих стран, он был вправе в одном из писем к Боккаччо гордо заявить: «Это лишь казалось, что я жил при князьях, на деле же князья жили при мне». Нескромность Петрарки сейчас нередко вызывает улыбку, но это были ранние, еще незрелые проявления ренессансного культа человека, ставшего «мерой всех вещей».

Среди своих произведений Петрарка особенно ценил поэму «Африка» (незаконч., 1339—1342) о римском полководце Сци­пионе Африканском, победившем Ганнибала. Эту поэму, пред­назначенную для вечности, Петрарка писал на латинском языке и отказался публиковать ее при жизни. Другое произведение, ко­торым дорожил поэт, — цикл поэм «Триумфы» (1354—1374). За «Триумфом Любви» следует «Триумф Смерти», так как Смерть побеждает Любовь, затем «Триумф Славы», побеждающей Смерть, «Триумф Времени», побеждающего Славу, «Триумф Вечности» — итоговое произведение, написанное в последний год жизни. Пет­рарка умер в ночь с 18 на 19 июля 1374 г. в Арква недалеко от Падуи, в своем доме, где провел последние пять лет жизни. В од­ном из писем к Боккаччо он высказал пожелание: «Пусть смерть застанет меня читающим или пишущим». По преданию, он умер, сочиняя жизнеописание Юлия Цезаря для книги биографий в духе Плутарха «Преславные мужья». Петрарка был с величайшими по­честями похоронен в Падуе.

«Книга песен» («Канцоньере»). Мировая слава Петрарки в веках связана не с поэмой «Африка», а с его «Книгой песен», посвя­щенной любви к Лауре. Стихи, вошедшие в книгу, он начал пи­сать в 1327 г.; первую редакцию закончил в 1342 г., последнюю — в 1374 г. То, что стихи писались не на латинском, а на итальян­ском языке (в просторечии «вольгаре»), означает, что Петрарка писал их не для вечности, не для потомков, а для себя. Итальян­ский язык не обладал литературной формой, и именно благодаря «Божественной комедии» Данте и «Книге песен» Петрарки он обрел эту форму в поэзии.

«Книга песен» — лирическая исповедь поэта. Ее стержень — образ Лауры. 6 апреля 1348 г., в год «черной смерти» — чумы, охватившей Европу, и в день 21-й годовщины первой встречи с Петраркой Лаура умерла. Отсюда разделение книги на две час­ти: «На жизнь Мадонны Лауры» и «На смерть Мадонны Лауры». В первой части основой поэтической образности становится срав­нение Лауры с нимфой Дафной (обратившейся в лавр, священ­ное дерево Аполлона, покровителя поэзии). Во второй части Лау­ра, подобно Беатриче в «Божественной комедии» Данте, высту­пает небесным ангелом-защитником Петрарки. Портрет Лауры в стихах Петрарки не отличается богатством деталей и красок: поэт говорит о ее «золотых волосах», «высоком лбе», «тонких пальцах». Иногда в описании внешности Лауры встречаются противоречия. Так, например, ее манера ходить называется то легкой походкой, то тяжелой поступью. Это дало основание исследователям выска­зать сомнение в существовании Лауры: созвучие имени с италь­янским названием лавра (lauro) позволило предположить, что Петрарка воспевает не любовь к женщине, а любовь к славе.

Если образ Лауры в «Книге песен» не индивидуализирован, то впервые в европейской поэзии здесь предпринята попытка инди­видуализировать любовное чувство поэта. В сонете LXI, одном из самых известных, поэт говорит лишь о «прекрасных глазах» Лауры, зато подробно анализирует оттенки своих переживаний. Он благо­словляет «день, месяц, лето, час и миг», когда встретил Лауру, боль любовного чувства, которую испытал впервые, и, наконец, свои «певучие канцоны» — результат «дум золотых о ней».

Можно говорить и об индивидуализации поэтического стиля. Сравнение разных редакций одних и тех же стихотворений убеди­тельно показало, что многолетняя работа поэта над ними шла в двух основных направлениях: удаление того, что затемняет смысл (непонятности, двусмысленности), и придание тексту большей музыкальности. Исследователь итальянской литературы Н. Тома-шевский, опираясь на длительную традицию анализа текстов Пет­рарки, писал: «Единицей петрарковской поэзии является не сло­во, но стих или, вернее, ритмико-синтаксический отрезок, в ко­тором отдельное слово растворяется, делается незаметным. Еди­нице этой Петрарка уделял преимущественное внимание, тща­тельно ее обрабатывал. Чаще всего у него ритмико-синтаксиче-ская единица заключает в себе какое-нибудь законченное сужде­ние, целостный образ. (...) Показательно и то, что Петрарка от­носится к малому числу тех итальянских поэтов, чьи отдельные стихи стали пословичными. Как общая закономерность слово у Петрарки не является поэтическим узлом»1.

' Предисловие // Лирика; Автобиогра­фическая проза. — М., 1989. — С. 10.

Петрарка включил в «Книгу песен» стихи различных жанров — канцоны (в том числе и на политические темы, например, знаме­нитая канцона «Италия моя...»), баллады, секстины, послания, мадригалы. Но основу книги составляют 317 сонетов. Петрарка по праву считается непревзойденным мастером этого жанра. Обычно он пишет сонеты на 5 рифм с последовательностью abba abba cde cde. Первоначально Петрарка стремился к максимальной виртуоз­ности стиха, позже его стих становится все более прозрачным, лишенным «поэтизмов», о нем можно сказать словами выдающе­гося деятеля итальянской культуры рубежа XVI — XVII вв. К. Джезу-альдо: «В нем нет ничего такого, что было бы невозможно в прозе». В качестве примера возьмем начало сонета СХП: «Сеннуччо, хочешь, я тебе открою, // Как я живу? Узнай же, старина: // Стра­даю, как в былые времена, // И остаюсь во всем самим собою» (перевод Е. Солоновича). Прозаизация поэзии, отмеченная исследо­вателями, позволяет воспринимать сонеты Петрарки без коммен­тариев, какими снабжал Данте свои стихи в «Новой жизни».

По пути, намеченному Петраркой, впоследствии пошло раз­витие всей европейской поэзии.

Боккаччо

Джованни Боккаччо (1313—1375) — великий итальянский гу­манист, основоположник психологизма в европейской литерату­ре. Этот писатель определил основные черты жанра новеллы, был одним из создателей итальянского литературного языка. Его сбор­ник новелл «Декамерон» и повесть «Фьяметта» определили мощ­ное влияние персональной модели Боккаччо на мировой литера­турный процесс.

Биография. Боккаччо родился в семье богатого флорентийско­го купца. Традиционное мнение о том, что он родился в Париже, сейчас оспаривается. Вероятно, он родился во Флоренции или где-то неподалеку. Сначала он готовился продолжить дело отца, потом учился на юриста в Неаполе, но обе профессии ему не дались. В Неаполе он вошел в кружок образованной молодежи, увлекся литературой, начал писать. В его первых поэмах ощущает­ся знакомство с античной литературой (Боккаччо блестяще знал не только латинский, но и древнегреческий язык), с поэзией «нового сладостного стиля». Немалую роль в его жизни сыграла неразделенная любовь к незаконной дочери неаполитанского ко­роля Роберто II Марии д'Аквино, которую Боккаччо, в соответ­ствии с куртуазной традицией, называл ласковым псевдонимом Фьяметта (огонек). Поэмы «Филострато», «Фьезоланские нимфы» подготовили его к большим литературным свершениям. Вернув­шись во Флоренцию, Боккаччо, представитель правящей партии черных гвельфов, выполнял ряд ответственных поручений. Здесь же он пережил страшную чуму 1348 г., а в 1350 г. познакомился с Петраркой. В конце жизни Боккаччо стал рассматривать свое жиз­нелюбие как грех, был готов отказаться от «Декамерона» и сжечь свою ценнейшую библиотеку, от чего его отговорил Петрарка. Однако возвращение к средневековому мировоззрению уже не могло отменить того, что сделал Боккаччо для утверждения ре-нессансного взгляда на мир и человека. Боккаччо был первым ис­следователем творчества Данте.

«Фьяметта». Около 1345 г. Боккаччо написал небольшую проза­ическую повесть «Фьяметта». Сюжет ее предельно прост.

Юноша Памфило полюбил замужнюю женщину Фьяметту, и та от­ветила на его любовь. Влюбленные вынуждены скрывать свои чувства от посторонних, и это им удается. Отец Памфило отправляет сына в другой город, что печалит влюбленных. Фьяметта узнает, что Памфило там же­нился. Известие повергает ее в глубокую скорбь, но есть надежда, что женитьба — лишь исполнение воли отца. Однако позже оказывается, что Памфило не женился, но полюбил другую женщину. Теперь отчаяние Фьяметты безмерно. Ее причитаниями заканчивается повесть.

Это произведение интересно тем, что в нем впервые в евро­пейской литературе последовательно проведен принцип психоло­гизма. Под психологизмом понимается система художественных средств для раскрытия внутреннего мира человека. Боккаччо со­здает такую систему: он предельно упрощает событийную сторо­ну и вводит монолог героини, через который раскрывается гамма ее чувств от радостных в начале повести до печальных в конце. Существенно, что внешний мир героев — их поведение, видимое другим людям, самим сюжетом противопоставлено их внутренне­му миру; они живут двойной жизнью, не смея обнаружить перед посторонними свои подлинные чувства. «Фьяметта» стоит у исто­ков группы психологических жанров в европейской литературе.

«Декамерон». «Декамерон» (1348 — 1353) — один из величай­ших памятников Возрождения. В этом произведении Боккаччо вы­ступает как создатель жанра новеллы, определивший ее темати­ку, систему образов, композицию (прием «фалькон» — неожи­данный поворот действия), язык. Жанр новеллы возник из быто­вых устных рассказов (новелла в переводе — «новость»). В «Дека­мероне» 100 новелл, организованных в цикл с помощью рамоч­ной новеллы о чуме во Флоренции 1348 г.

Десять человек (семь девушек и трое юношей), собравшихся в церкви , осуждают разгул низменных страстей, порож­денный чумой, они хотят сохранить душевное здоровье и достоинство, решив удалиться в загородную виллу и там переждать, пока чума не отступит. Чтобы скоротать время, они договариваются ежедневно рас­сказывать по одной новелле каждый (отсюда название книги: «Декаме­рон» — по-гречески «десятидневник»).

Так в рамочной новелле возникает главная идея книги: ценно­сти жизни (естественные чувства, земные, плотские желания, жиз­нерадостность, веселье) могут победить все, что жизни противо­стоит, — болезнь, мертвящие оковы средневекового мира (цер­ковного фанатизма, феодальной зависимости), саму смерть. В каж­дой из 100 новелл эта общая мысль представлена какой-то конк­ретной гранью: есть новеллы антиклерикальные (например, 1-я и 2-я новеллы первого дня), новеллы в защиту женщин, изменя­ющих своим мужьям (против брака не по любви, а в соответствии с феодальными традициями, лишающими женщину права сво­бодного выбора), новеллы веселые и грустные и т. д. Композиция книги выстроена, как мозаика: каждая новелла обладает закон­ченностью, отражая какой-то фрагмент жизни, но только все новеллы в целом позволяют раскрыть гуманистическую концеп­цию мира и человека, для которой характерны реабилитация земного, плотского начала, защита естественного чувства, оп­тимизм. При этом образы рассказчиков занимают особое место в системе образов «Декамерона»: им не присущи индивидуальные черты, они в совокупности воплощают идеал человека эпохи Возрождения. Боккаччо, написавший книгу на тосканском диа­лекте народного языка, понятного и образованному, и негра­мотному итальянцу, стал основоположником итальянского про­заического литературного языка. Его «Декамерон» — самая по­пулярная книга европейского Возрождения.

Высокое и Позднее Возрождение в Италии

Высокое Возрождение (Кватроченто, XV в.). К этому времени относится расцвет гуманизма: деятельность Платоновской акаде­мии во Флоренции, утвердившей особую роль философии Плато­на и неоплатонизма в развитии гуманизма; труды Джованни Пико делла Мирандолы (1463—1494), в речи «О достоинстве человека» (1486) воспевавшего величие человека — «венца мироздания»; расцвет живописи, скульптуры, архитектуры (Брунеллески, Аль-берти, Донателло, Верроккьо, Мантенья, Боттичелли, Леонардо да Винчи, Рафаэль, Микеланджело, Джорджоне, ранний Тици­ан). В образах Мадонны, святого Себастьяна обнаруживается стрем­ление соединить идею святости с изображением прекрасного, иде­ального человеческого тела.

Среди достижений итальянской литературы XV в. — развитие жанра новеллы в сборнике «Новеллино» (опубл. 1476) Мазуччо (под этим псевдонимом писал Томмазо Гуардати, ок. 1420 — ок. 1475). Возникает рыцарская поэма итальянского Возрождения. В поэмах «Большой Моргайте» (1482) Луиджи Пульчи (1432 — 1484), «Влюбленный Роланд» (незаконч., полн. изд. 1506) Маттео

Боярдо (1441— ок. 1494) происходит ренессансное переосмысле­ние мотивов «Песни о Роланде».

Позднее Возрождение (Чинквеченто, XVI в.). В этот период про­должают развиваться ренессансные представления об «универсаль­ном человеке», о чем свидетельствует получивший большую из­вестность трактат «Придворный» (1513—1518, опубл. 1528) Баль-дассарре Кастильоне (1478 — 1529). Однако уже в конце XV в. появ­ляются кризисные тенденции в ренессансной культуре, что так ярко ознаменовано сожжением произведений искусства религи­озным фанатиком Савонаролой во Флоренции. Усиление этих тен­денций в XVI в. можно отметить в «Государе» Н. Макиавелли, позд­нем творчестве художников Микеланджело, Корреджо, Тициана, Тинторетто, Караваджо.

Основные достижения итальянской литературы XVI в. во мно­гом связаны с судьбой поэтической традиции Петрарки. Петрар-кизм не только повлиял на поэтическое творчество итальянцев, но и получил теоретическое обоснование (П. Бемпо). Крупней­ший литературный памятник эпохи — героическая поэма в окта­вах[3] Лудовико Ариосто (1474—1533) «Неистовый Роланд» (1-е изд., 40 песен — 1516; 3-е изд., 46 песен — 1532). Существует непосредственная сюжетная связь этого произведения с «Влюб­ленным Роландом» Боярдо, хотя определенное значение имеют также античные и средневековые источники. Ариосто демонст­рирует выдающееся мастерство в создании образов. Немалую роль играет в поэме фантастика. , высоко ценивший «Не­истового Роланда», перевел фрагмент поэмы (песнь XXIII, окта­вы 100-112).

Получает развитие драматургия и театр. Именно в этот период зарождается комедия масок. Появляется первая итальянская клас­сическая трагедия — «Софонисба» (1515, опубл. 1524) Джанджор-джо Триссино (1478—1550), который опирался на правила Арис­тотеля, традиции Софокла и Еврипида. Эта линия была продол­жена в итальянской драматургии, в частности в «Горациях» (1546) Пьетро Аретино (1492— 1556), трагедии, предваряющей сюжет тра­гедии П. Корнеля «Гораций». «Аминта» (1573, опубл. 1580) Торк-вато Тассо (1544—1595) — наиболее совершенный образец еще одного драматургического жанра — пасторальной драмы.

Пасторальность как стремление уйти от трудных жизненных проблем в мир идиллии обнаруживается и в прозе, например, в пасторальном романе Джакопо Саннадзаро «Аркадия», оказав­шем огромное влияние на последующее развитие пасторального жанра в европейской литературе. Среди прозаических жанров по-прежнему видное место занимает жанр новеллы. Особо следует выделить новеллы «Венецианский мавр» Джанбатисты Джираль­ди Чинтио и «Ромео и Джульетта» Маттео Банделло как источни­ки сюжетов трагедий У. Шекспира «Отелло» и «Ромео и Джульет­та».

Одно из высших достижений Позднего Ренессанса — «Осво­божденный Иерусалим»[4] Торквато Тассо, эпическая поэма в ок­тавах, в которой поэт, с одной стороны, вступает в спор с Арио­сто, а с другой — продолжает его традиции. В основе поэмы, по­вествующей о рыцарских крестовых походах, — столкновение За­пада и Востока, реального и фантастического, любви и веры. По­эмой Тассо как бы подводится итог Ренессанса в Италии.

СЕВЕРНОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ

В конце XV — начале XVI в., когда Возрождение в Италии достигло своей вершины, в Германии и Нидерландах начинает складываться так называемое Северное Возрождение. Культура этих стран отмечена такими явлениями, как живопись нидерландских художников Яна ван Эйка — основоположника искусства Воз­рождения в Северной Европе, Хиеронимуса Босха, Питера Брей­геля Старшего, живопись и графика немецких художников Аль­брехта Дюрера, Лукаса Кранаха Старшего, Альбрехта Альтдорфе-ра, Ханса Хольбейна Младшего.

1 Первоначально поэма называлась «Гоффредо» (1574—1575, опубл. 1579). Издание в 1580 г. поэмы под названием «Освобожденный Иерусалим» подверг­лось ожесточенной критике со стороны инквизиции. Переделав поэму в католи­ческом духе (1587—1592), Тассо опубликовал ее в 1593 г. под названием «Завое­ванный Иерусалим».

Крупнейшие памятники литературы Северного Возрождения — в литературе Нидерландов — «Похвала Глупости» (1509) Эразма Роттердамского; в литературе Германии — «Корабль дураков» (1494) Себастиана Бранта (источник последующей традиции «ли­тературы о дураках», поэма, в которой в смешном виде представ­лены свыше 100 видов глупостей), «Письма темных людей» (1515— 1517) Ульриха фон Гуттена, Крота Рубеана и Германа Буша (из­даны анонимно как переписка на латинском языке темных и фа­натичных клириков, разоблачающих самих себя, ярчайший обра­зец ренессансного памфлета), фастнахтшпили[5] Ганса Сакса («Шко­ляр в раю» и др.). Эти произведения связаны с традициями народ­ной смеховой культуры. Форма «литературы о дураках» использу­ется авторами для создания гуманистической сатиры на совре­менную действительность, церковников, схоластов. Народные книги о Тиле Эйленшпигеле (или Уленшпигеле) (1515) и докто­ре Фаусте (1587), появившиеся в эту эпоху, не только отразили ее гуманистический дух, но и дали последующим этапам развития мировой литературы «вечные образы» Фауста («Трагическая ис­тория доктора Фауста» К. Марло, «Фауст» , «Сцена из Фауста» , «Доктор Фаустус» Т. Манна и др.) и Улен­шпигеля («Легенда об Уленшпигеле» Ш. Де Костера). Публици­стика немецких реформаторов церкви Мартина Лютера и Томаса Мюнцера также должна рассматриваться как утверждение идей Северного Возрождения.

Мартин Лютер. Особенностью культуры Германии и Нидер­ландов является тесная связь между ренессансными явлениями и религиозной Реформацией. Выдающуюся роль в обретении Се­верным Возрождением своей специфики сыграл немецкий бого­слов Мартин Лютер (1483—1546). В 1517 г. он выступил в Виттен-берге с 95 тезисами против индульгенций, в которых отверг ос­новные догматы католицизма. С этого эпизода начинается дви­жение Реформации, складывается первое и крупнейшее направ­ление протестантизма — лютеранство. Лютер исходил из поло­жения: Бог не в церкви, а в душе. Реформатор церкви выступал за личную связь каждого верующего с Богом. Именно этим объяс­няется его намерение перевести Библию на языки разных наро­дов, ведь тогда для восприятия Священного Писания не потре­буется посредник — священник, знающий латынь, на которой идет богослужение в католической церкви. В 1522—1542 гг. он осуществил перевод Библии на немецкий язык. Взявшись за пе­ревод, он встретился с огромными сложностями: ведь в это вре­мя литературного немецкого языка еще не существовало. Однако Лютер не поддался искушению ввести в язык заимствования из греческого и латыни, других иностранных языков. Напротив, он решил использовать потенциальные возможности народной речи. В «Послании о переводе» (1530) он призывал учиться живому языку не у книжников-схоластов, а «у матери в доме, у детей на улице, у простолюдина на рынке». Ему вовсе не хотелось, чтобы вместо священника появился другой посредник между Богом и простым человеком — кабинетный ученый. Осуществленный Лютером перевод Библии заложил основы немецкого литера­турного языка и сыграл исключительную роль в развитии не­мецкой культуры.

Лютер написал множество произведений, в основном бого­словского содержания. Немецкое издание его сочинений, выхо­дившее в Веймаре в 1883— 1948 гг., насчитывает 58 томов. В част­ности, он перевел на немецкий язык басни Эзопа, в которых видел доступное выражение простонародной жизненной мудрости. Лютер писал и стихи, особенно известен его хорал «Господь — наш истинный оплот», ставший своего рода гимном. Интерес представляют и «Застольные беседы» Лютера, записанные его друзьями.

Эразм Роттердамский

В конце XV — начале XVI в. происходит смещение центра гума­нистического движения на Север Европы во многом благодаря деятельности нидерландского мыслителя Эразма Роттердамско­го, или, как он себя называл, Дезидерия (1469—1536) — вождя европейского гуманизма. Осуществив новый латинский перевод Библии, он заложил основы научной критики Библии, нанес чувствительный удар по авторитету католической церкви, пользо­вавшейся переводом св. Иеронима (Вульгатой). Эразм подорвал представление о его непогрешимости, указав на ряд противоре­чий и ошибок, призвал переводить Библию на народные языки, тем самым подготовив идеологическую почву для движения Ре­формации. Его дружба и обширная переписка с европейскими гуманистами (на латинском языке, 12 томов в издании 1906 — 1958 гг.) сделала его центральной фигурой в гуманистическом движении рубежа XV—XVI вв. В споре между католиками и лютера­нами он занял нейтральную позицию, за что подвергся нападкам с той и с другой стороны, омрачившим конец его деятельной жиз­ни. Среди его произведений (10 томов в издании 1703—1706 гг.) — сборник античных афоризмов с обширными комментариями «По­словицы» (1-е изд. 1500, пополнялся в течение всей жизни писа­теля), социально-политический трактат «Христианский государь» (1516), диалоги «Разговоры запросто» (1519—1535), богослов­ский трактат «Метод истинного богословия» (1519), педагогиче­ский трактат (в жанре декламации) «О достойном воспитании детей с первых лет жизни» (1529) и др. Эразм заложил основы «христиан­ского гуманизма», поставив в центр богословской проблематики человека в его отношениях с Богом, выдвигая на первый план нравственную проблематику, образец должной жизни, явленный через Христа и апостолов. Эразм был сторонником гуманистичес­кого образования — широкого, светского, не только для мужчин, но и для женщин. В основе его концепции мира и человека — так называемый всеобщий парадокс бытия («крайности сходятся»), разрешаемый в мудрости, открытой еще древними греками: «Все в меру!».

«Похвала Глупости». Если Эразм из своих трудов более всего ценил исправленное издание греческого текста Нового Завета (1517) и его новый латинский перевод, то потомки безусловное предпочтение отдали небольшому произведению «Похвала Глу­пости», с которым сегодня прежде всего связана слава Эразма. Оно было написано за несколько дней в 1509 г., когда Эразм находился в Англии по приглашению крупнейшего представите­ля раннего английского Возрождения гуманиста Томаса Мора. Эта книга, написанная по-латыни, выдержала два издания в 1511 г., три издания в 1512 г. (Париж, Страсбург, Антверпен), за несколь­ко последующих лет было продано 200 тысяч экземпляров (бес­прецедентный случай!). Ее, как ни странно, одобрил папа Лев X («Я рад, что наш Эразм тоже иногда умеет дурачиться»), но зато осудил более зоркий Лютер, назвавший Эразма «королем дву­смысленности» .

В предисловии автора сообщается, что книга посвящена Тома­су Мору. Ироничный Эразм выводит в качестве главной героини Глупость, которую он лукаво называет Мория (по-гречески — глу­пость). В издании 1765 г. редактор разделил текст книги на 68 глав (такое разделение отсутствовало у автора, но сохраняется в по­следующих изданиях). Композицию «Похвалы Глупости» можно действительно представить состоящей из 68 законченных фраг­ментов, каждый из которых развивает доказательства какого-либо тезиса — положения в защиту глупости. Но эти фрагменты можно сгруппировать в три больших раздела, объединенных не только сходным материалом, но и характером смеха: в первой части это юмор, во второй — сатира, в третьей — ирония, т. е. скрытая на­смешка.

«Похвала Глупости» и другие произведения Эразма Роттердам­ского породили такое заметное явление в истории гуманистиче­ской мысли, как эразмизм. В трудах по культуре Европы он при­знается писателем, сыгравшим выдающуюся роль в интеллектуа­лизации литературы, ренессансном преобразовании народной сме-ховой традиции Средневековья, достигшим наивысшего совер­шенства в овладении выразительными средствами латинского язы­ка, непревзойденным мастером эпистолярного жанра1.

ВОЗРОЖДЕНИЕ ВО ФРАНЦИИ

Генезис французского Возрождения. Веяния Ренессанса обнару­живаются во Франции достаточно поздно, во второй половине XV в. (например, в анонимном сборнике «Сто новых новелл»), и первоначально носят отчетливый отпечаток итальянской культуры. При короле Франциске I, правившем Францией в 1515—1547 гг., в страну из Италии переезжают Леонардо да Винчи, Бенвенуто Челлини, итальянские архитекторы строят королевские замки в Блуа, Шамборе, Шенонсо, Фонтенбло, на французский язык пе­реводятся произведения Данте, Петрарки, Боккаччо и др., итальян­ское влияние сказывается на развитии французского языка. Опре­деленное воздействие на французскую культуру имело и Северное Возрождение. Однако довольно скоро Ренессанс во Франции обре­тает свои собственные национальные черты, базирующиеся на

' Эпистолярный жанр — переписка, задуманная или позже воспринятая как художественное произведение, предполагающее широкий круг читателей.

французской культурной традиции позднего Средневековья и Пред возрождения. Это заметно, например, в произведениях пред­ставителей «Беззаботных ребят» — парижского самодеятельного кружка, игравшего сотй — придуманный ими жанр драматургии, близкий к фарсу, отличавшийся от него аллегоричностью. Самым знаменитым произведением такого рода стала поставленная в 1512 г. «Игра о Принце дураков и Дурацкой матери» Пьера Гренгора (ок. 1475 — ок. 1539), которого Виктор Гюго изобразил под именем Гренгуар в своем романе «Собор Парижской Богоматери» (1831).

Раннее Возрождение. Раннее Возрождение, охватывающее пер­вую половину XVI в., связано с формированием гуманистическо­го движения. Появляются выдающиеся гуманисты-ученые: Белон — предшественник Кювье, впервые сопоставивший скелеты чело­века и птицы; Амбруаз Паре — один из создателей научной хи­рургии, основанной на опыте; Анри Этьен — филолог, знавший не только все европейские, но и ряд восточных языков. В возник­новении новой литературы особую роль сыграл кружок сестры Франциска I Маргариты Наваррской (1492—1549), которая сама выступила как писательница — автор книги новелл «Гептамерон» (1542—1549) в духе «Декамерона» Боккаччо, поэтического сбор­ника «Перлы жемчужины принцесс» (1547) и других произведе­ний. Ее другом был крупнейший поэт этого периода Клеман Маро (1496—1544), соединивший традиции средневековых жанров рон­до, баллады, кансоны и античных жанров идиллии, эклоги, эпиг­раммы, переведший на французский язык стихи Катулла, Верги­лия, Овидия. Личным секретарем Маргариты Наваррской был Бо-навентюр Деперье (ок. 1500—1544) — вьщающийся гуманист, ав­тор прославленных сатирических диалогов «Кимвал мира» (1537) в духе античного сатирика Лукиана, а также новелл в духе «Дека­мерона» Боккаччо и «Фацеций» Поджо. Новеллы Деперье вышли посмертно (в 1558 г.) под названием «Новые забавы и веселые разговоры». Ранний период отмечен появлением такой грандиоз­ной фигуры, как Франсуа Рабле.

Высокое Возрождение. В середине века французский Ренессанс входит в стадию Высокого Возрождения, которая длится очень недолго. Из заметных явлений, свидетельствовавших о начале но­вого периода, можно назвать Лионскую школу поэтов (Морис Сэв, Луиза Лабе и др.).

«Плеяда». Высшее достижение Высокого Возрождения — твор­чество семи поэтов, вошедших в поэтическую школу «Плеяда» (т. е. «Семизвездие», по образцу кружка александрийских поэтов Ш в. во главе с Феокритом). Ее теоретик Жоашен дю Белле (1522—1560) сформулировал основы поэтики школы в трактате «Защита и восхваление французского языка» (1549).

Ронсар. Вождем «Плеяды» стал Пьер де Ронсар (1524—1585). Он внес вьщающийся вклад в разработку жанров оды (опублико­вав в 1550 г. первые 4 книги од), гимна (например, «Гимн Фран­ции»), французского сонета, ввел новую поэтическую строфу — «ронсарову строфу» с рифмовкой aabccb, выступил с защитой александрийского стиха. В трактовке любви (циклы сонетов «Лю­бовь к Кассандре», «Любовь к Марии», «Любовь к Елене») Рон-сар отходит от поэтов «нового сладостного стиля» и Петрарки, превозносивших Даму и уподоблявших ее Богородице. Поэта охва­тывает земное чувство огромной интенсивности, он пленен жен­щиной — ее глазами, роскошными волосами, но может быть иро­ничным, неучтивым (один из сонетов цикла «Любовь к Марии» начинается так: «Мари! Вставайте же! Сегодня вы ленивы!»).

Жодель. В «Плеяду» входил и Этьен Жодель (1532—1573), автор первой французской ренессансной трагедии «Пленная Клеопат­ра» (1552), за которой последовала первая французская комедия — «Евгений» (1552), а затем и вторая трагедия — «Дидона, при­носящая себя в жертву» (ок. 1558). Предвосхищая классицистов XVII в., Жодель берет для своих трагедий сюжеты из античных источников, подражает Сенеке в форме произведения, впервые во Франции применяет правило «трех единств» (времени, места и действия), использует александрийский стих.