"Круглый стол" фракции "Справедливая Россия" (стр. 4 )

Каждый бизнесмен, который отвечает за своё дело, весьма неплохо читает условия присоединения в ВТО на английском, китайском или любом другом языке, потому что ему нужно знать, с чём он столкнётся. Я не могу сказать того же о наших государственных мужах. Единственный человек, с кем можно на эту тему общаться на сегодняшний день, это Максим Юрьевич Медведков, который знает вопрос, понимает, разбирается в тонкостях.

У остальных в основном понимание по подготовленной справке. Отсюда и результат. То есть, мы уже много лет поём песню "Валенки", а у людей совершенно другие ноты, другое понимание и полное отсутствие музыкального слуха. Поэтому это первая и основная проблема. Мы не готовы к вступлению в ВТО, прежде всего потому, что наш государственный аппарат к этому абсолютно не готов, начиная с таможни и заканчивая всеми остальными структурами, например, судебными, которые должны обслуживать эту систему. Мы не готовы ни в одной части, не говоря о конкурентоспособности нашей продукции. Она в определённых местах конкурентна, но у нас не будет возможности это предъявить и заявить, потому что у нас абсолютно не готова государственная структура.

Точно так же, как у нас абсолютно на сегодняшний день не готова таможня. Потому что система пошлин предполагает изменение определённых положений и системы работы таможни. А на сегодняшний день, например, мы столкнулись с очень простой вещью, я даже не буду говорить о других вещах. У нас в лёгкой текстильной отрасли статистика внутренняя, коды ОКПО, не соответствует внешним. То есть, каким образом мы можем высказывать какие-либо претензии на международном уровне и выигрывать какие-то суды. Есть ли смысл платить какие-либо деньги. Я уже не говорю о том, что если переходить на работу по контрактам с подтверждённым сертификатом соответствия таможенными службами стран, входящих в систему ВТО, и так далее, об этой работе ещё в таможне даже не слышали, они не знают, как с этим работать. Поэтому мы не готовы к ВТО.

Лёгкая текстильная промышленность всё это время работала практически в условиях ВТО. Уровень контрабанды на территории Российской Федерации несколько лет тому назад составлял 60% от объёма, сейчас 40%. Для любого нормального рынка это запредельный объём контрабанды, при котором вообще удивительным образом остались предприятия лёгкой текстильной отрасли и выпускают весьма конкурентную продукцию.

Поэтому совершенно глупая мысль, высказана представителем госструктуры, что снижение таможенных пошлин приведёт к тому, что будут платить те, кто сейчас делает это «вчёрную». При той системе, которая существует в стране, я вам скажу абсолютно честно, будучи абсолютно ответственным бизнесменом перед своей страной, если бы у меня был выбор, я бы не платил при той структуре, которая сегодня существует.

Что касается легкой промышленности, во-первых, нужно усилить и продолжить и развернуть борьбу с контрабандой. Это один из важнейших моментов.

Если мы говорим об условиях присоединения, то я присоединяюсь к коллегам, что нужно культурно, но жёстко и разумно подойти к вопросу изменения некоторых условий нашего присоединения. Потому что, я не буду приводить примеры, потому что они точно такие же, как привели мои коллеги.

И третье, конечно, в компенсационных мерах, опять же не буду говорить про тарифы, но вопрос инфраструктурных инвестиций, да, и именно вот инвестиций государства в инфраструктуру, это один из способов, который в ВТО на сегодняшний день в чистом виде не запрещён. В России при субсидировании ставок, при покупке новой инновационной техники на переоборудование и модернизацию мы не можем распространять это на капитальное строительство и модернизацию непосредственно инфраструктуры, наших площадей, и так далее.

А сегодняшняя ситуация требует того, чтобы это делалось на очень серьёзном уровне, с точки зрения правильного построения производства, логистики, энергосбережения.

Дубровин Константину Эдуардовичу, президент РАО "Бумпром". Я также являюсь сенатором от Архангельской области, то есть лесник.

Вы знаете, когда шёл на выступление, честно говоря, думал, что когда мы говорили о ВТО, мы забыли только о лесе. Оказалось, что забыли вообще обо всём. Поэтому не хочется быть пессимистом, и скажу так, что в эту бочку дёгтя я ложку мёда всё-таки положу. Лесная промышленность у нас выживет. Однако надо понимать, что активного роста, активного развития, скорее всего, ждать не придётся. Причины две.

Первая, проблема в ЦВП возникнет из-за того, что экспортные пошлины на лес будут снижены. Это сразу же повлечёт за собой увеличение экспорта, как следствие рост цен на внутреннем рынке для всех производителей. Но это такая как бы небольшая проблема, с ней, условно говоря, бизнесмены справятся.

Теперь второй аспект, наиболее важный, это пошлины на продукты глубокой переработки. Они будут снижены для иностранцев. В настоящий момент новая лесная стратегия России говорит о том, что мы должны создавать продукты с высокой добавленной стоимостью. Мы начали их создавать. Светлогорский ЦБК производит мелованный картон, единственный в России. Камский ЦБК начал производить лёгкую мелованную бумагу. Через год Котловский ЦБК запускает производство мелованной бумаги, и это будет порядка 30% всего российского спроса.

Могу вам сказать, что с такими пошлинами больше никто сюда не сунется, никто не будет инвестировать. То есть, хорошо, если эти 30% останутся за российскими производителями. То есть фактически все инвестиции в отрасль будут остановлены. Если говорить о цифрах, то это может выглядеть так. Вот сейчас порядка 13 больших проектов по модернизации ЦБП есть, с инвестициями на 8 миллиардов долларов. Скорее всего, реальных инвестиций будет около миллиарда. То есть минус 7 миллиардов частных инвестиций.

Понятно, что бизнес решит свои проблемы. Что он сделает? Он просто свернёт эти направления деятельности и будет производить что-то другое. Но государство не достигнет заявленной цели. Если мы говорим, что мы лесная держава - это не значит, что мы должны продавать лес, мы должны за рубеж продавать бумагу, картон, всё остальное… Просто этого не будет.

Поэтому надо очень чётко сейчас, пока ещё время есть, посмотреть, пересмотреть эту номенклатуру на ввозные пошлины. Я считаю, что это в наших руках, и этим надо заняться, хотя времени не так много.

, представитель станкостроительной отрасли, генеральный директор Московского инструментального завода.

Всё больше и больше мы сходимся к тому, что вступление в ВТО - это неминуемый акт. И все наши выступления или предложения сходятся к тому, чтобы успеть внести какие-то поправки, или отсрочить вступление. Наверное, лучший вариант - отсрочить ещё лет на 18, и тогда, наверное, мы всё это дело успеем сделать. Это моё пожелание и пожелание той отрасли, которую я представляю на этом совещании. Хотелось бы сказать немного слов о том, что ждёт станкоинструментальную отрасль России в результате вступления в ВТО.

Пока шла подготовка к вступлению в ВТО, наши министерства принимали ряд законодательных актов, разрешений, приказов, указов, которые сегодня до нуля снизили все таможенные преграды на нашу продукцию. И сегодня импортная станкоинструментальная продукция доминирует на нашем рынке, с чем мы с вами сталкиваемся практически каждый день, когда мы берём в руки китайские отвёртки и пытаемся закрутить китайские болты-саморезы, когда берём свёрла и пытаемся продолбить что-нибудь в стене бетонной. Это говорит о том, что те технические регламенты, которые сегодня не действуют, они обязательно необходимы. И ассоциация неоднократно направляла соответствующие предложения, разработанные отраслевыми институтами. И мы надеемся всё-таки, что до вступления в ВТО, когда это произойдёт, чем позднее, я ещё раз повторяю, тем, наверное, лучше для нас, мы получше успеем, по крайней мере, законодательно подготовиться. Это поможет нам оградить наш рынок от некачественной продукции наших китайских и других соседей.

Я бы хотел обратить внимание на беспрецедентное постановление Правительства Российской Федерации номер 372 "Об утверждении перечня технологического оборудования, в том числе комплектующих и запасных частей, аналоги которых не производятся в России, при ввозе которых снимается налог на добавленную стоимость" от 01.01.01 года. Нас не только опустили на один уровень с западными и другими мировыми производителями, а ещё им создали более льготные условия на ставку НДС. При этом никто не спросил нас, что производится сегодня в Российской Федерации, что не производится. Эту часть забыли, как обычно. Вот издали такой указ с благими намерениями для того, чтобы помочь модернизации предприятий, но совершенно забыли всё это доработать до конца.

Я слышал неоднократно, что очень много недоработок, причём они являются принципиального характера, и по другим направлениям. Поэтому я надеюсь, что они будут с вашей помощью, с помощью ассоциации и "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" доведены до какого-то логического завершения, и это постановление должно быть отменено. Я предполагаю, что проведён анализ и других постановлений, решений, которые сегодня ставят нас в невыгодные условия при вступлении в ВТО.

В результате действия этого постановления с 2009 года до сегодняшнего дня мы на 50% потеряли российский рынок. 50% российского рынка сегодня ушло к западным производителям. Я упускаю тот момент, что гораздо интереснее съездить в Японию или в Швейцарию для согласования технических условий… Почему и за что зарубежным производителям даются такие преференции?

Что очень важно для нашей отрасли?

В прошлом году, в результате ряда усилий, мы долго совещались с разными правительственными чиновниками, в результате, в прошлом году вышел ряд законов и приказов, которые открыли перед нами небольшой свет. Такая, знаете, "спичка зажглась" на расстоянии километра впереди. И нам хочется, во-первых, чтобы эта «спичка» не погасла. А во-вторых, в результате перемен и правительственных, и на уровне всех властных структур, которые сейчас происходят, мы хотели бы, чтобы приказы и законы, постановление правительства номер 531 от июля прошлого года, где была утверждена программа развития отечественного станкостроения и инструментальной промышленности на годы. Постановление правительства от 7 февраля 2011 года номер 56 "Об установлении запретов и ограничений на допуск товаров, происходящих из иностранного государства… для государственных предприятий и предприятий ВПК".

Это постановление сегодня действует, и нам бы хотелось получить внятный ответ: Будут ли действовать эти постановления при вступлении в ВТО? Я сегодня слышал, что, даже компенсация ставки кредита будет оспариваться зарубежными коллегами. А здесь достаточно серьёзное постановление, и мы не получили пока никаких гарантий, кроме устных заверений: "Всё будет в порядке".

Поэтому я хотел бы, чтобы на два 231 и 56-е постановления правительства письменное подтверждение, что они будут действовать вне зависимости и так далее. Это та "спичка", на которую мы сегодня надеемся в нашей отрасли, и, которая сегодня работает, уже начала работать.

Мне непонятно, кто выигрывает от ВТО?

Уважаемые коллеги, я хотел бы, завершая, сказать, что совещания с отраслевыми союзами должны быть не разовыми и случайными по каким-то акциям, это должна быть постоянная работа в рамках действия или закона о СРО, он должен быть более систематизирован и более правильно прописан в реальности. Должно быть делегирование полномочий от властных структур в эти отраслевые сообщества.

Валерий Карлович Гартунг, первый заместитель председателя Комитета по промышленности Госдумы.

Уважаемые коллеги, буду очень краток. Очень с большим интересом выслушал всё, что было сказано. Не скажу, что я много нового услышал, но тем не менее было очень приятно слышать, что всё-таки у нас промышленность, промышленники всё-таки внимательно следят за тем, что делает правительство, и, что нас ожидает в будущем.

Первое. Я концептуально скажу. Что препятствует вступлению в ВТО? Прежде всего, это низкая компетенция госслужащих, которые принимают решение. Это первое.

Второе - это тотальная коррупция госаппарата. Третье - это тарифы естественных монополий, что является производной от коррупции. И последнее - и налоговая политика. Это я как бы в назывном таком порядке.

Кто выигрывает от вступления в ВТО? Безусловно, выигрывает Газпром, потому что сейчас Газпром просит правительство поднять ему тарифы, а тут наши обязательства в ВТО обяжут, ну, просто заставят правительство это сделать. И Газпром получит ту же рентабельность, ну, в общем, всё понятно дальше. И может, ещё не только "Зенит" спонсировать и не только... можно будет вообще все ведущие футбольные клубы, и "Реал", и "Барселону" можно будет купить и содержать на эти деньги. Что делать в этом случае?

Безусловно, нужна общественная дискуссия с целью давления на власть. Напоминаю, что в Государственной Думе расклад сил такой. Если 13 депутатов "ЕДИНОЙ РОССИИ" не проголосуют за вступление в ВТО, мы не ратифицируем ВТО, вступление в ВТО, чтобы вы понимали. 238 у них голосов.

Нужно для ратификации 226. если 13, подчеркиваю, 13 депутатов из "ЕДИНОЙ РОССИИ" поменяют свою позицию, то все три оппозиционные партии проголосуют консолидировано. Поэтому не всё так потеряно. Я не считаю, что процесс неизбежный. Я давно занимаюсь политикой, я считаю, что на власть нужно и можно давить. И это как раз тот самый случай, когда это давление на власть соответствует интересам большинства жителей России. Поэтому с большим удовольствием, и, вообще, я хочу всех поблагодарить за это участие, и попросил бы все материалы, которые вы с собой принесли, нам передать, и мы в нашем Комитете по промышленности обязательно это изучим и будем формировать мотивированную позицию Государственной Думы при голосовании по этому вопросу, в том числе и с вашими аргументами.

, Директор Института международного интеграционного сотрудничества при Международном Университете (см. презинтацию )

Тема "круглого стола" достаточно интересная, потому что в рамках ВТО у нас есть определенные плюсы и минусы. Как бы ВТО заявляет, что основные преимущества, которые мы получаем, это возможность предсказуемых отношений со всеми странами, членами ВТО, включая транспарентность их внешней экономической политики, а также возможность разрешения торговых споров. При этом само ВТО, оно достаточно многогранно, неслучайно там на первом слайде был вынесен этот айсберг, потому что в действительности там у нас целое, больше количество ключевых соглашений.

У нас 14 соглашений, касающихся товаров, и каждое из этих соглашений - это ещё дополнительные "подводные" камни для отечественного бизнеса.

Следующий слайд. Это торговые соглашения. Есть четыре обязательных, которые мы приняли, и три необязательных, которые мы тоже приняли. Здесь достаточно серьезные проблемы, которые накладываются на наш инвестиционный сектор.

Перейдем, в общем-то, к проблемам обязательств России после присоединения к ВТО. Если мы посмотрим на исследования, которые мы провели, то, оказывается порядка 14 условий, которые влияют на ВТО. Вы можете с ними ознакомиться.

Теперь поговорим о том, какой бизнес получает выгоду на данный момент. На сегодняшний момент четыре отрасли получают основную выгоду. Это металлургия, производители химических удобрений, нефтяная промышленность и газовая промышленность. Бизнес, который в наибольшей степени теряет от присоединения к ВТО на данный момент - это машиностроение, пищевая промышленность, легкая промышленность и фармакология. При этом государство решило оказывать активную поддержку в рамках присоединения к ВТО. И 20 января был утвержден план действий правительства по адаптации членов к ВТО.

Кроме того, в апреле был разработан план по реализации предложений деловой общественности.

12 марта был принят приказ, который предусматривает преференции для российских товаров Минэкономразвития.

Дальше у нас планируется разработать механизм участия России в деятельности органов по разрешению споров, как ключевого органа, который нам нужен. И, в общем-то, разработан план выполнения обязательств перед ВТО, то есть то, что мы должны делать.

Я взял одну из отраслей, это машиностроение. Здесь у нас, прежде всего, возникает вопрос, это обеспечение внесения изменений в закон 94-й и новый ФЗ "О закупках госкорпораций", что принят нужно, и также принять дополнительные акты о запрете государственных и муниципальных закупок иностранной техники. В принципе возможность такая есть.

Дальше. Это вот как раз проблемы того, что часто наши, это обеспечить принятие федерального закона о поддержке после 1 июля 2018 года производителей автомобилей и автокомпонентов, заключивших Соглашение "О промсборке", поскольку это длительные соглашения.

Дальше. Необходимо всё-таки разработать нам технические регламенты, с учётом особенностей работы техники в российских погодных условиях, а не накладывать европейские стандарты, где нет ни вечной мерзлоты, ни высоких гор, и тем самым мы часто заимствуем тот опыт, который для нас не проходит, и тем самым получаем массу дополнительных проблем.

Дальше. Это осуществлять поддержку отечественного машиностроения на основе субсидий в рамках зеленой корзины, и всё-таки расширить государственную поддержку по продвижению российских товаров на рынке, включая выставочную деятельность и рекламу, что очень важно для машиностроения. Потому что во всех странах мира именно за счёт этого машиностроение может выходить на внешний рынок.

Михаил Давыдович Абрамов, вице-президент Экспертно-аналитического центра модернизации.

То, что ВТО России абсолютно не подходит, это уже, по-моему, тут нет вопросов, и я вот, наверное, в десятом мероприятии участвую и ни разу не слышал вразумительного, зачем это нужно, ни разу. Пытаюсь, документы ищу, нет и все.

Если бы мы вступали лет 20 назад, допустим, с тем уровнем промышленности, тогда ещё, может быть, какой-то смысл был, а сейчас промышленность почти разрушена и чего мы там будем делать, и она никогда не появится, если мы туда попадем.

У нас абсолютно никуда не годный предпринимательский климат. В чем это выражается? Это выражается в том, что вот, например, по автомобилям. За 10 лет грузовиков стали делать в два раза меньше. По станкостроению. Станков с 2000 по 2009 в пять раз меньше, это статистический справочник 2011 года. Ну, короче говоря, все разрушается, разрушается и разрушается. Почему разрушается?

Потому что у нас никуда не годная налоговая система. Потому что у нас судебная система не даёт развиваться, 100 тысяч предпринимателей сидит, а кто не сел, это просто их недоработка, они, в конце концов, так сказать, зависят исключительно от налогового инспектора и от судьи. Таможенная система у нас вообще, и самое плохое, что у нас правительство абсолютно глухое.

Мы 1,5 года назад в нашем центре разработали налоговую доктрину и пути развития налоговой системы для того, чтобы разработать новый Налоговый кодекс и отправили его в правительство. Нам сказали, нет, ребята, давайте работайте в рабочих группах "Стратегии 2020", и мы все, вот у нас 5 человек из нашего центра, участвовали в работе стратегии.

Могу сказать, им это неинтересно. Высшая школа экономики, институт Гайдара и народного хозяйства - это вообще антисоветские организации, так сказать, если по-старому. У них какие-то принципы в голове стоят, они никогда с производством дела не имели и не хотят иметь, им это не интересно просто. И вот они чего-то либеральные, монетарные, не либеральные, какие-то слова говорят, а смысла нет. И в результате... Сейчас Кудрин стал оппозиционером, а это он разрушил-то вообще всё, что было.

Во-первых, нам нужна другая налоговая система. А если конкретно говорить, отчёт - на одной странице, всё, как в Швеции, как в Дании. Почему у нас на 100 страницах ничего не видно и никому не нужно?

НДС – 10%. Кстати, в решении там написано. Могу сказать, почему это не будет принято. Потому что у нас командуют сырьевики, а они конкретно потеряют, если снизить НДС до 10%, у них возмещение сократится на 400 миллиардов рублей. Что там получит промышленность - это им наплевать и забыть, а то, что они конкретно потеряют, ну, конечно, они не будут говорить, что, ребята, мы теряем живые деньги, которые воруем из бюджета. Это отработанная система, всё известно и конкретно.

И самое главное, самое главное, у нас, у наших граждан нет денег, чтобы покупать наши товары. Очень низкий покупательский спрос. Вот конкретно у меня фирма делает валики для печатных машин, для типографий. Я говорю: ребята, что вы так мало берёте? У меня, говорит, 10 машин стоит, 3 работает. Никто не покупает продукцию. А ту, что покупают, делают за рубежом.

Надо прогрессивную шкалу подоходного налога. Причём все говорят, что, вот, средний класс, средний класс. Да ничего подобного. До 250 тысяч рублей в месяц можно оставить 13 процентов и это весь средний класс наш, и он столько и не зарабатывает. У нас это один процент граждан имеют такие доходы. Но этого будет достаточно, чтобы решить, существенно решить проблему спроса.

Я надеюсь, что мы будем работать в рабочем порядке. Что мы наработали в нашем центре, кто хочет, может посмотреть на нашем сайте.

, юрист, профессионально занимается проблемами ВТО, является партнёром международной юридической фирмы Майер Браун.

Я практически 10 лет занимаюсь защитой российских предприятий, в основном, на внешних рынках, на рынках Европейского Союза и прочих стран.

Возвращаясь к выступлениям предыдущих экспертов, хотел бы отметить, что для наших производителей вступление в ВТО в плане роста экспорта немедленного и непосредственного положительного эффекта не принесёт. Основными барьерами, которые применяются к нашему экспорту, являются антидемпинговые меры и прочие меры защитного характера. В настоящий момент бьёмся по трубам в ЕС. Но антидемпинговые меры, как мы все хорошо знаем, могут применяться как в ВТО, так и без ВТО. И, как правильно заметил один из российских металлургов на одной из последних конференций, разница между «в ВТО» и «не в ВТО» заключается только в том, что «в ВТО» российского производителя на внешних рынках будут "мочить" более дорогими адвокатами.

Поэтому в плане роста экспорта ВТО, скорее всего, принесёт, и это не будет преувеличением, ноль. Почему? Потому что в основном экспортируем всё-таки сырьё. Сырьё сейчас идёт на ура. От сырья уже никто не защищается. И поэтому в последнее время на самом деле на внешних рынках ни антидемпинговых мер к нам не применяется, не дискриминирует нас особенно, за исключением сырьевых проблем, которые есть, да, показывают Газпрому, по урану есть определённые темы. Но в целом-то проблемы системной нет. Поэтому и особенно эффекта от вступления в ВТО, к сожалению, не появится.

В долгосрочном плане, да, будет кризис через 5 лет, лет через 10. Начнут закрываться рынки, будет эффект домино, будут закрывать и по сырью. В такие моменты, да, действительно, важно иметь правовые гарантии не дискриминационного доступа на внешние рынки. Но в настоящий момент ситуация совершенно противоположная. Поэтому для тех производителей, с которыми я работаю: металлургия, химия, да, удобренщики, прочий реальный сектор экономики в настоящее время ключевым является, конечно, российский рынок, и, в частности, его защита в связи с теми обязательствами, которые мы принимаем на себя в рамках присоединения к Всемирной Торговой Организации.

И здесь хотел бы прокомментировать, я думаю, в практическом плане так будет более полезно, несколько выступлений, которые имели место сегодня, как юрист.

Во-первых, с точки зрения, с правовой точки зрения, вступает Российская Федерация, обязательства возникают у Российской Федерации, как государства. И в этом плане не надо считать, что надо выполнять все эти обязательства дословно и безусловно. Это международное право, оно не внутреннее право. Это международное право, оно позволяет в различной интерпретации, тут совершенно верно коллега из ... заявлял, оно оставляет свободу манёвра для нас, для того чтобы эффективно функционировать в рамках Всемирной Торговой Организации и защищать своего производителя.

В рамках ВТО на самом деле все достаточно, все государства, которые там работают и функционируют, в той или иной степени защищают и поддерживают своего производителя. И все те перечни, которые сейчас заявляются в рамках подготовки адаптационных, компенсационных мер, они в принципе соответствуют правилами ВТО и не надо стесняться их использовать, а, наоборот, более детально и грамотно прорабатывать юридические и вводить на более широкой основе.

Субсидирование. Членство в ВТО на самом деле является очень дорогим мероприятием и, с точки зрения конкурентоспособности реального сектора экономики, все субсидируют, все крупные страны субсидируют свои ведущие отрасли.

И в этой связи и, в частности, с тем, что будет снижаться уровень защиты нашего внутреннего рынка, необходимо будет увеличить существенным образом и адресно субсидирование российского производителя. Субсидии: как их упаковать, как их предоставить, нотифицировать ли их в ВТО? Это вопрос правового характера.

На самом деле, с точки зрения тенденции, которая существует в ВТО, за всё время существования уровень субсидирования не изменился, меняется форма, субсидии пересекают из одной формы в другую, из зелёной в серую, из красной в серую и так далее. Но уровень субсидирования остаётся и примеры успешного субсидирования встречаются каждый день, взять тот же самый пример ЕС, который с нуля создал свою авиационную промышленность.

То же самое сельское хозяйство. Да, есть определённые индикаторы, есть цифры, в рамках которых мы должны будем оперировать, цифры, в рамках которых мы должны будем осуществлять нотификации. Например, Индия, по агрегированным мерам поддержки, обязательства, субсидирование находится на уровне нуля долларов. Реально в настоящий момент они субсидируют на уровне 40-80 миллиардов долларов в зависимости от того, какую эффективность нужно брать для сравнения, они осуществляют товарные интервенции.

По субсидированию также очень важно. Я возвращаюсь к теме, которая неоднократно поднималась. Какое было видение у государства в плане отраслей в процессе присоединения к ВТО, которые должны выжить и тех, которые не должны выжить? Необходима транспарентность и понимание промышленной политики. Необходимо более менее создать ту систему, которая существует в Китае - пятилетние планы, где пишется: через пять лет должен быть такой, такой-то объём производства, вот коллега говорил, мелованной бумаги. И для этого предоставляется субсидирование, через пять лет у них это получается.

Вот именно точно так же необходимо понять промышленную политику, которая стояла за теми обязательствами, которые были согласованы. Почему у нас рабочие "АвтоВАЗа", получается, лучше чем рабочие "Ростсельмаша"? Мы защищаем "АвтоВАЗ", мы не защищаем "Ростсельмаш". Какая логика в этом процессе? И отсюда точно так же определять основные положения промышленной политики.

И два момента ещё очень важных. Во-первых, по поводу юридического статуса федерального закона, который будет применяться. Очень важно обсудить, будет ли этот документ применяться напрямую в российских судах? Ни одна из стран мира это не делает и нам надо очень-очень серьёзно подойти к этому вопросу, потому что, если не успеем к середине августа согласовать, выйти на уровень обязательств, могут быть заявлены иски в судах импортёрами к Российской Федерации, могут быть убытки. Это не существует ни в одной стране, если, не выполняя обязательства, пусть идут в Женеву, пусть идут, три года судятся и через три года мы не будем ни возмещать убытки и только можем выйти на снижение пошлины. Это будет очень важный момент. Прошу обратить на него внимание.

, депутат Законодательного Собрания Новосибирской области.

Я хотел обратить внимание, что здесь у нас находятся только представители крупного бизнеса, которые свои отрасли хоть как-то отстаивают. А что касается мелких предприятий, которые хотят выйти на рынок, стараются, нет таких и по понятным причинам.

Дело в том, что чтобы работать на рынке ВТО, необходимы ещё и сертификаты, о которых будет говорить следующий выступающий. Стандарты есть, разработаны, и компании, даже здесь присутствующие, они сертифицированы по стандартам ЭССО. Дело в том, что когда компании выйдут на рынок, мы вступим в ВТО, сертификаты у них есть, но система менеджмента у них не построена, то есть они элементарно могут прогореть, не выдержать элементарной конкуренции с международными компаниями, которые зайдут на наш рынок. Компании, которые, даже по последнему кризису была такая тенденция, что удержались наплаву и скупили конкурентов только те компании, которые были сертифицированы.

Членам от правительства надо обязательно вести пропаганду среди граждан и небольших предприятий о том, что надо готовиться, надо готовить себя к вступлению в ВТО.

, Член президиума Союза производителей нефтегазового оборудования.

Я подрядился здесь выступить по поводу так называемого "технического регулирования". Заранее скажу, что никаких технических регламентов на Западе не существует. Этот термин - результат безграмотного, умышленно или неумышленно безграмотного перевода международных документов, в частности, международной электротехнической комиссии, которые переводятся на русский язык и имеют дефиницию. По-русски это означает: техническая норма, которая обязательна для применения. У нас это называлось "государственный стандарт". У них есть ещё просто "стандарт", это стандарты предприятий, который необязателен для применения.

По инициативе Министерства экономики в 2002 году был пролоббирован, в наглую, причём, вопреки многочисленным возражениям специалистов, закон о техническом регулировании, который никакого отношения по термину к правовому регулированию тоже не имеет. Потому что "техническое регулирование" - это словосочетание из теории систем технических.

В течение первых шести лет, по сути дела, не было принято ни одного технического регламента, потому что тот закон, который прописан, а он был прописан на основе концепции, за которую американская правительственная организация УСАИД проплатила 100 миллионов долларов. Это абсолютно достоверные сведения. Я читал отчёт, который был передан группе лиц, не имеющих никакого отношения к нормативно-техническому регулированию, а именно так надо называть эту сферу. И я со всей ответственностью могу сказать, мне доводилось по своей специальности, я занимался разработками информационно-измерительной и вычислительной техники, что это был перевод с английского языка людьми, не компетентными в данной области. То есть это филологи переводили.