Либерально-демократическая партия России (стр. 3 )

Мы половину всех доходов омертвляем

(при обсуждении в первом чтении законопроекта "О внесении изменений в Федеральный закон "О федеральном бюджете на 2008 год и на плановый период 2009 и 2010 годов"). У нас дополнительные доходы – почти 6 триллионов: 4 – в Резервный фонд, 2 – в Фонд народного благосостояния. И расходы – 7. Представляете, мы половину всех доходов омертвляем.

А ведь можно было построить десятки нефтеперерабатывающих заводов, цементных, деревообрабатывающих. Это куда лучшее вложение. Ведь цементные заводы дают 20 процентов прибыли после введения в эксплуатацию. А нахождение в фондах – 2 процента инфляции. Я понимаю, здесь ещё выше инфляция, но вложить-то можно было в реальную экономику, в те же дороги, в то же жильё.

Я согласен, какая-то подушка безопасности, заначка всегда нужна, даже в любой семье. Любой пенсионер держит какие-то деньги. Но почему омертвляем такие большие деньги?

Г (зам. министра финансов). Общая концепция бюджета основана на тех положениях Бюджетного кодекса, которые были поддержаны Государственной Думой. Поэтому в Фонд национального благосостояния и в Резервный фонд уходят только те доходы, которые поступают от конъюнктурной цены на нефть, значит, соответственно НДПИ и экспортная пошлина на нефть и на газ.

Что касается нефтеперерабатывающих заводов, вообще бизнеса. Ну конечно, бюджет это не инструмент поддержки бизнеса.

Я хотел бы выразить несогласие, во-первых, по существу с тем, что у нас в расходную часть мы направляем денег меньше, чем наши доходы позволяют.

Я уже сказал, что расходы 7 триллионов, а доходы дополнительные ещё 6 триллионов, и мы их замораживаем. И то, что ушёл министр, это не первый раз, это неуважение к нам. Если бы это было один раз, можно было бы не заметить, но это уже системно. Он приходит, сказал и ушёл. А мы потом друг другу доказываем, что-то не так у нас с финансами.

Никогда нельзя поверить, чтобы в стране, у которой столько проблем, создавался Фонд национального благосостояния. Это как коммунисты: построим коммунизм! Ничего же не построили. Когда мы будем заниматься этим вот фондом? Мы даже не можем точно определить, как он называется. Стабилизационный мы критиковали, они схитрили, теперь нет Стабилизационного. А что есть? То же самое есть, только два фонда с другими названиями. Когда нужно уволить ненужного сотрудника, изменили штатное расписание, убрали должность, он ушёл, потом восстановили штатное расписание. Всё, увольнение произошло.

Поэтому когда вы говорите, что бизнес должен заниматься строительством новых фабрик и заводов, но он не хочет, и что, теперь мы должны не строить их? Ведь кризис развивается, он будет постоянно. Это нормальное состояние экономики. Обязательно всегда цены поднимаются и опускаются. Какая-то отрасль лучше развивается, какая-то хуже. Мы не можем людей заставить прекратить идти в магазины или бежать в магазины, покупать эти товары или не покупать. Это нормальное состояние. Но частный сектор наш не готов. Так вы постройте и продайте им, частному сектору.

Вы получите прибыль. Но заводы будут у нас, и будет идти переработка нефти у нас, переработка леса у нас. И мы будем поставлять, если в этом есть потребность, готовую продукцию. Вы говорите: нет, бюджет для других целей. Как для других целей? Тогда для других целей берите из других источников.

Ведь работает вся страна. Доходная часть у вас – вся страна. А расходная, говорите вы, нет, расходовать будем так, как мы решим.

Мы вам такого права не давали. Такого права мы вам не давали, замораживать огромные деньги. Мы должны уже вообще всю страну обновить. Транспорт должен быть новенький, новенькие поезда, новенькие аэропорты, новенькие самолеты, чтобы ни один не падал и не было никакой аварии, десятки, сотни новых заводов. Нет, говорят, деньги есть, но делать не будем. Это неправильная политика, это ущербно.

Если есть какие-то договоренности наверху, намекните нам, что пока так надо. Может быть, все вместе мы хотим, чтобы обвалилось евро, обвалилась экономика Китая, Индии. Но от развития нашей российской экономики им лучше не станет. Нам станет лучше. Тенденция к этому идёт, всеобщий мировой кризис. Американцы всё делают в своих интересах, они закачивают в свои резервуары нефть. Это всё равно двухмесячный запас, на 20 лет они не накачают. Это только временное какое-то улучшение.

Конечно, будет обострение на Ближнем Востоке, удар по Ирану. Потом вы что будете делать? Деньги все тратить на лагеря для переселенцев, вынужденно миллионы хлынут сюда. С Афганистана уйдут, миллионы хлынут к Уралу и Сибири. Тогда МЧС выделяйте заранее больше денег, пускай строят соответствующие площадки для приёма и климатических беженцев, и беженцев с Юга.

Поэтому это неправильно. И сокращение на здоровье, на спорт, непонятно почему, сокращаете. Надо увеличивать, здоровье-то самое главное. Чего здесь жалеть? Здесь какая инфляция? Что, слишком дольше будут жить наши граждане? Это вас пугает, Минфин? Пусть скорее умрут пенсионеры, и тогда вам не надо будет решать их социальные вопросы. Так думаете?

Поэтому никогда нельзя сокращать, у нас есть деньги, мы должны увеличивать. А Вы сейчас в корректировке бюджета вводите сокращение на эти цели. Абсолютно не понятно. И вы объяснения не даёте.

Малый бизнес продолжают душить, продолжается недобор налогов

Первое. Выпускать нужно и продавать только то, что покупается. И если нам с вами повезло, что у нас есть то, что, в общем-то, не требует больших затрат – это природные ресурсы. Этим нужно гордиться и радоваться, что вот тысячу лет существует Россия, наконец, масть пошла в нашу пользу – у нас козыри.

Поэтому максимальное внимание энергетической отрасли. И, если им нужны налоговые послабления, чтобы готовить персонал, чтобы производить геологоразведочные работы, строить жилье, улучшать социальное положение своих работников, конечно, здесь нужно максимально снижать налоги, стимулировать, чтобы это происходило. И именно эта отрасль – локомотив для всей экономики.

Второе. У нас постоянно повышаются цены на энергоносители внутри страны. И гражданам это тяжело. Не проще было бы сделать – сразу поднять их до мировых, чтобы нельзя уже было выше, и одновременно поднять зарплату, пенсии, пособия, стипендии. И тогда кончится проблема с тем, что граждане страдают или страдает наша промышленность, сельское хозяйство.

Это же можно сделать, это инструмент экономический. Будем ждать нового премьер-министра, нового Президента, лет через десять это сделаем, а так будем всё время говорить: вот, цены растут, давайте добавим, давайте добавим. И цены будут расти постоянно. Если здесь найдётся специалист, который скажет, что с какого-то года прекратится рост цен, то это будет фантаст. Цены будут расти, потому что нехватка продовольствия, лекарств, энергоносителей, всего. Всё человечество страдает оттого, что дефицит всего того, что нужно для нормальной жизни. А раз дефицит, значит, цены будут расти.

Значит, наша задача – повышать вовремя все необходимые социальные выплаты. Вот здесь опозданий не должно быть. Но чтобы внутренние цены всё-таки не росли, у нас должно быть изобилие товаров. И вот здесь малый бизнес до сих пор в тяжелейших условиях, до сих пор он не может дать нам изобилия товаров.

Вот вы говорите о том, какие налоговые послабления сделать. А вы собрать можете налоги все? У вас алкогольный рынок стоит 500 миллиардов рублей, а недобор – 100 миллиардов. Вот здесь соберите 100 миллиардов. До каких пор с Северного Кавказа будет идти фальшивая алкогольная продукция? Зайдите в московские магазины: бутылка водки стоит 53 рубля, а акциз, который вы установили – 43-49. Какова же ее себестоимость, что они зарабатывают-то? Всё это левая продукция.

Недобор у вас огромный. Вот здесь у нас непаханая целинная площадка. И всё это – связь с правоохранительными органами. Там они получают марочки фальшивые, наклеивают и стоят товары, идёт недобор.

И та же Украина стремится в НАТО, в чем-то нас ущемляет, по Севастополю, по русскому языку, так прекратите закупку там алкоголя. Когда с Молдавией экономические отношения перестроили, сразу там изменилась политическая ситуация. Сразу стали ездить часто в Москву и говорить уже по-другому. То же самое с Грузией было. То же самое с Украиной нужно сделать. У нас перенасыщен алкогольный рынок. А мы всё время нефтью занимаемся. И это правильно, что нефтью, и газом нужно заниматься, и атомной энергетикой. А в 50-м году будем продавать электричество, выработанное на атомных станциях. И тоже будут говорить – сырьевая экономика. Это не сырьевая экономика. Это энергетическая экономика. Это самая важная экономика. Это огромное достояние, что у нас есть то, чего не имеет вся планета Земля. Этим надо гордиться. Надо чтобы мальчишки бегали в бейсболках, где написано «Роснефть», «Лукойл», «Газпром». Вот это нужно. Гордиться этим нужно. Все натовские армии содержатся только для этого, чтобы обеспечить себя энергоснабжением. Они что, занимаются Украиной и Грузией? Нефтепроводы там идут, газопроводы. Уберите с территории Грузии нефте - и газопроводы и с Украины, все забудут, что такое Грузия и Украина. Вы должны видеть за этой политической подоплекой опять же то самое существо, в отношении которого мы принимаем законы.

А у нас малый бизнес продолжают душить, продолжается недобор налогов, продолжает гибнуть население от фальшивых товаров, которые продают внутри страны, потому что не просто недобор налогов, но это еще и продается отрава. Вот этим должны бы заниматься.

И здесь нужно бороться с коррупционными схемами, правоохранительные органы должны их пресекать, они знают, сколько левой продукции на наших прилавках. И санитарный врач должен этим заниматься, и Министерство экономики, и Минфин.

Вот вы и должны здесь добиться большего успеха. И обязательно снижать налоги. Обязательно. Потому что чем выше налоги, тем труднее развиваться любому бизнесу.

И утром я уже говорил представителю Минфина, что надо строить предприятия новые, новейшие, современное оборудование. Они говорят, что они этим не будут заниматься. Тогда никто другой не будет заниматься. Частник не будет с нуля начинать строить завод, у него нет этого резерва денег и нет уверенности, что он оправдает вложенные средства. На первом этапе должно государство помочь. А мы уходим. Государство должно уходить из экономики, когда она развита, а там, где не развита, там должно быть государство обязательно.

Как и больницы. Государство пускай уйдёт из хорошего медицинского центра, и передаст в частные руки. Но частник не будет строить хороший медицинский центр.

Как и казино не хотят строить те, кто этим занимается, игровая мафия. Через год должно быть выполнено наше решение. Но они же ничего не строят. Ни в одной игровой зоне ничего нет. Они на наших глазах над нами издеваются. Мы им сказали – 1 июля 2009 года. Они ничего не делают. Почему? Никто не будет вкладывать деньги в целину. В целину вкладывает деньги государство, потому что оно не рискует в данном случае.

Вот в чём смысл проблем в нашей экономике.

И здесь виноват Минфин. Поэтому министр и сбежал с утра, чтобы не слышать критику в свой адрес.

Министерство экономики виновато. Налоговая служба виновата, и мы депутаты, которые поправки вносим, когда нас просят об этом, а не потому, что специалисты.

А почему этого не делаем? Потому что здесь сидят чиновники, которые сами ничего не построили, сами ничего не продали, и не знают, как это построить, продать, добыть, что такое прибыль, куда её вложить. В этом же проблема. Это нам всем с вами мешает.

Поэтому эти проекты законов не поддерживать нельзя, поскольку это улучшение, послабление, но с опозданием и не комплексно. И Минфин не может нам дать полную картину того, что происходит в нашей экономике.

Про алмазы когда нам всю правду скажите? Очень доходная отрасль. У нас столько камушков драгоценных. И куда они уходят? И где прибыль? А наши фабрики простаивают, а в других странах мира работают. Вот огромные деньги уходят. А мы молчим!

У ЛДПР воруют проекты!

У нас аппарат Госдумы работает как-то заторможено. Я постоянно требую, чтобы при доработке постановлений, инициированных ЛДПР, честно указывали бы, что данная инициатива была проявлена депутатами фракции ЛДПР. Но почему-то палата постоянно замалчивает наше участие в законотворчестве.

Наши проекты отклоняются без объяснений. А потом возникают снова, но уже под чужими именами, как это, например, было с инициативой объявить 2009 год Годом молодежи. У ЛДПР воруют проекты!

Поэтому нам нужно обязательно указывать, какая фракция и когда внесла первой ту или иную инициативу на рассмотрение Думы. Давайте сделаем, чтобы не было таких случаев, как сейчас: вот депутат Белоконев докладывает, мол, вчера родилась у него эта мысль, а сегодня – уже постановление.

Это работает весь депутатский корпус, в том числе и представители других фракций. Поэтому обязательно заложите в проект постановления, что данная инициатива была уже давно проявлена нашей фракцией, в частности – заместителем председателя Комитета по образованию Чернышовым.

Прекратите волокиту!

Я прошу включить в повестку дня поправки в Федеральный закон "О статусе депутата Государственной Думы". Авторы – депутаты фракции ЛДПР. Я думаю, фракция КПРФ поддержит, "Справедливая Россия" тоже.

Суть нашей поправки состоит в том, что мы хотим вернуться к старой схеме, когда фракция решает вопрос о закреплении депутатов за регионами независимо от исходов выборов. Считаем также необходимым соблюдать этот принцип и при назначении помощников депутатов.

Прошу все это включить в повестку дня на сегодня и принять в трёх чтениях. Потому что из руководства страны не возражает никто: и Президент страны согласен, и председатель Правительства, и даже лидер "Единой России". Поэтому мне непонятно, кто пытается помешать принять закон. Он давно разработан, есть положительное заключение комитета. Прекратите волокиту! Она стала у нас, в Думе, уже традицией.

Надо чаще встречаться

Мы раз в два года, наверное, заслушиваем Министра культуры, я считаю, это мало. Вот как вы думаете, может быть, в рамках внутри министерства периодически устраивать встречи депутатов с деятелями культуры, чтобы они слышали наше мнение? Они очень глухие.

Вот телеканал "Культура". Там великолепные передачи Феликс Разумовский ведёт, на других каналах нет такой передачи. Но там же, на "Культуре", междусобойчик в рамках передачи "Культурная революция", то есть они варятся в собственном соку. Или передача "Школа злословия", ночью две девушки издеваются над гостем передачи. Или "Эхо Москвы" – по субботам сплетничают две девушки на тему, какая передача им понравилась. Это слишком узкое восприятие сегодняшней сложной и многогранной действительности.

Поэтому у меня есть вопрос-просьба к вам: как вы относитесь к тому, чтобы всё-таки внутри министерства мы могли бы встречаться с теми, кто отвечает за российскую культуру? Это и музейные работники, и ведущие передач, связанных с культурой и в целом с образованием в стране? Очень редко мы встречаемся, всего раз в два года.

Нам нужны бойцы, а не лекторы

Я не удовлетворён объяснением председателя Комитета по международным делам по поводу ситуации на совещании ОБСЕ. Депутаты выразили неудовольствие, что наша делегация не сумела оказать психологическое воздействие на депутатов, членов Парламентской Ассамблеи, а нам объясняют суть вопроса.

Мы и так знаем всю эту историю. Вопрос о нашей делегации. Предлагаю на будущий год её заменить полностью. Я готов поехать. Они должны видеть тех депутатов, которых они боятся и которых знают, а если там будет тихим голосом кто-то рассказывать какие-то факты из истории, как нам сейчас это делал депутат Косачев, конечно, Парламентская Ассамблея проголосует против нас.

Я уже этот приём использовал там, когда они Рыбкина не хотели избирать заместителем Председателя Ассамблеи, я так выступил, что они избрали. Использовал такой ход, что они 100 процентами избрали нашего представителя заместителем Председателя ОБСЕ. Считаю, что не решен вопрос тактики работы нашей делегации. Она слабая. Предлагаю на будущий год сформировать совершенно иную делегацию. Нам нужны бойцы, а лекторы.

Это самая интересная работа

В первый раз весь состав Государственной думы был избран по партийным спискам. Т. е. можно было подобрать людей более образованных, более профессиональных. И эта практика везде во всем мире. Мы добились того, что, наконец, мы стали формировать депутатский корпус по профессиональным признакам.

Поэтому сейчас более плодотворно работают депутаты. Они создают и перерабатывают огромный массив законодательства.

Многие просто не представляют, что такое Госдума. Это законы, охватывают все стороны жизни человека. От его рождения (регулирование всего, что связано с беременностью, с семьей) до погребения.

И, конечно, кроме того, что нужно регулировать законами все действия в обществе, государстве, мы еще это были вынуждены делать с нуля. Мы закрыли всё советское законодательство – другая система, другой режим. Поэтому с нуля нужно было начать. И то, что мы избрали Думу по партийным спискам – это хорошо, но у нас это все еще новые партии. Это не те партии, которым 100-150 лет, это не те депутаты, которые 30 лет в парламенте. Мы встречались с одним депутатом японского парламента – он не может вспомнить, когда его избрали в молодости. С 1940-го года сидит. Т. е. это требует большого мастерства. Как водитель. 30 лет за баранкой – конечно, он уже все знает. Или врач, который сделал тысячи операций.

В этом плане, конечно, еще не хватает опыта у тех, кто первый раз пришел. Постоянно обновляется состав на половину, как минимум. Или вопросы собственности – самые главные. Ведь во всех странах мира собственность всегда была. У нас ее не было. Можно забрать все у государства и отдать гражданам, но они не умеют управлять ею. Т. е. мы даем законы и деньги – а как ими управлять? Мы даем машины, бензин, права, а водителей нет. Надо учить. Ведь то, что автошкола три месяца – это ерунда, после нее выпускники сколько аварий сделают. Так и депутат. В этом смысле еще проблема России.

Но депутаты работают очень напряженно. Если честно работать, нужно в день читать сто страниц текста документа. И не просто читать. Это не сказки и не стихи. За каждой фразой история региона, промышленности, закона, регулирующего эти отношения. Это все нужно знать. Как депутат будет знать, если он, допустим, занимался спортом. Или был просто обычным учителем. Поэтому нужны знания по всем направлениям. И юристом нужно быть, и экономистом. Ведь налоги – налоги регулируют экономику. А человек никогда не был собственником, он вообще сам никогда не платил налоги. Никогда в жизни.

Вот, скажем, изучаем один вопрос: Титановая долина, инновации в самых наукоемких сферах мирового бизнеса. По этому одному вопросу нужно прочитать все схемы, все цифры, все столбики.

Поэтому работа в Думе – тяжелейший труд. Это постоянная работа в стрессовом режиме. И постоянно меняется тема.

Вот, к примеру, МЧС или милиция. Вроде бы тоже стрессы (ЧП произошло, найден труп, сгорел склад, обвалился дом), но там легче, ибо всегда одно и тоже. Или врач – у него также одно и тоже: аппендицит, язва и прочее.

Здесь же, в Думе, каждый раз все новое. И мы, все человечество, сегодня вступили в новую формацию – общество интеллекта. Уже нет постиндустриального общества, информационного. Уже вопрос связан именно с владением интеллектуальным продуктом. И это, конечно, очень осложняет работу и требует больших затрат.

Но это самая интересная работа. Здесь скучно не бывает. Потому что постоянно сталкиваешься с препятствиями, которые надо преодолевать каждый день, каждый час.

Депутатами должны быть профессионалы

Хорошо, чтобы в парламенте были разные люди – представители разных профессий, разных возрастов, и в смысле полов разные. Т. е. они должны коллективно работать над вопросами. Но если будет очень много фальшивых женщин-депутатов, это будет расхолаживать. Потому, что здесь же серьезная, сухая работа. И, конечно, если женщины, девушки в красивых нарядах, прическах – я думаю, что это красиво, как картинка. А для работы это может быть определенным минусом. Когда люди известные – чемпионы мира, Европы – тоже это может как-то не очень состыковываться. Потому что им тяжело стать полнокровными депутатами. Ведь депутат, который сидит и пишет проекты законов, он вроде незаметный, его никто не знает, а он делает огромную черновую работу.

Поэтому, конечно, на первом этапе должна быть притирка. Через год два все это окончательно придет к нужному знаменателю. Они узнают лучше свою область работы, поездят, с избирателями пообщаются.

В принципе, конечно, главное, депутат Госдумы должен быть профессионалом – юристом, экономистом и пр. 80% юристов, 20% экономистов – идеальный вариант, чтобы они знали ту сферу деятельности, которая будет заниматься правовым регулированием. Если у них не было участка земли, если они скот не разводили, если наукой не занимались, если не были на производстве, если не занимались коммунальными службами, хозяйством, то откуда им брать жизненный и научный опыт?

Вот я, например, был председателем ЖСК. Дедушка был фабрикантом. Я всегда держал животных, мне знакомо сельское хозяйство. Я имею образование – окончил два факультета университета. Я 20 лет руковожу партией, поэтому знаю все: и что такое трудовой коллектив, и как в оппозиции быть, и как пропаганду вести – у меня опыт уже большой.

Им тяжелее. Но ничего. Тоже пусть стараются. Но я все-таки сторонник того, чтобы депутатами были профессионалы.

У крестьян должна быть земля!

Вопрос о земле для России главный и мне не хотелось бы, чтобы его затерли всякой ерундой.

Вот тут с утра опять раздавались вопли насчет инфляции. А ведь вся инфляция, то есть рост цен, по-русски надо научиться говорить, происходит как раз от нерешённого земельного вопроса. Пока не дадим землю всем, кто хочет её, будет дефицит продуктов и будут расти цены на них.

И мне непонятна позиция КПРФ, вы обещаете с 1917 года землю тем, кто её готов обрабатывать. И до сих пор не даёте. Правильно, где-то идёт перехват собственности на земельные участки. Но её у нас такое огромное количество, что мы ещё 100 лет будем раздавать и всё ещё не раздадим её. В этом вся проблема.

И мы доиграемся, что весь мир потребует запустить сюда крестьян из других стран, чтобы они здесь выращивали хлеб и другую сельхозпродукцию.

Мы всё ещё мешаем жить селу. А потом здесь, в Думе, с пафосом говорим, мол, у нас деревни обезлюдили. Они обезлюдили, потому что безземельные все. Хозяин бы не ушел, хозяина силой вышвырнули в сибирскую тайгу в годы коллективизации. Теперь большевиков нет, но сельскому населению легче жить не становится.

Плохо работают чиновники на местах, нарочно затягивают решение земельных вопросов и регистрацию прав собственности на землю.

И мы, депутаты Думы, должны сломать этот саботаж в провинции путем добавления новых правовых норм, способствующих получению крестьянами земли. У крестьян должна быть земля! Пусть работают на ней, пусть строят на ней дома.

Вот объявили программу: 1 миллион домов построить. Ну и где они будут строиться, эти дома? Вся земля – у государства. А мы только языком треплем, дескать, надо бы забрать землю у государства и отдать народу. Да у государства вообще ничего не должно быть! Что такое вообще «государство»? Государство – это милиционер, тюрьма и армия. Что у него должно быть в пользовании, у этого государства? Нам милиция с вами не нужна, если мы не нарушаем закон. И в тюрьме нежелательно людям сидеть, у нас хватает работы в нормальных условиях. И армия в казармах с ума сходит, потому что ей воевать надо, иначе воины будут вешаться через день, и это происходит. Армия только для войны и существует.

Поэтому не надо делать ссылки на государство, не надо спрашивать: а стоит ли землю отбирать у государства, а не лишится ли такой большой кормушки чиновничество? Не надо спрашивать, надо решительно передать землю в руки российского крестьянства.

Надо помочь ветеранам

Продуманное отношение к льготам необходимо и в сфере получения жилья или путевок. Если уж мы говорим о ветеранах и участниках войны, то должны понимать – это люди, которым за 80 лет. Они уже не хотят никуда переезжать – даже для людей в более молодом возрасте любой переезд неприятен – у них нет на это желания. Поэтому по возможности следует найти способ выдачи сумму путевки или жилья деньгами или какими-то другими привилегиями. Потому что иначе получится худший вариант: родственники будут биться, искать варианты с жильём, с районами, а он будет сидеть, бедный старичок, и выслушивать споры его внуков или внучек о том, как им лучше воспользоваться вот этой вот льготой для участника войны.

Это нужно иметь в виду. Это люди очень преклонного возраста и с очень плохим здоровьем. И им никуда ехать не надо. Лучше всего, если они сами найдут способ реализации своего права на обеспечение жильём.

Другое дело – это семьи погибших. Там, может быть, как раз есть такое желание. Это тот случай, когда остатки советской системы соцобеспечения можно использовать. Пусть семьи погибших получат жильё или путёвку.

Поэтому надо предусмотреть разные возможности поощрения ветеранов. Главное, чтобы это поощрение не вылилось в семейные споры, когда родственники, особенно молодые, получат больше, чем сам ветеран.

Они и сейчас пытаются те автомобили перехватить, которые положены дедушке-ветерану, или же найти способ, чтобы быстрее завладеть жилплощадью. Поэтому нужно обезопасить ветеранов так, чтобы не было здесь интриг вокруг их льгот, которые должны быть реализованы в срочном порядке в ближайшие два-три года.

Не надо никуда спешить, иначе в семьях могут разгореться споры, которые принесут не пользу, а вред здоровью ветерана. Поэтому надо, чтобы с ними индивидуально местное отделение Комитета по делам ветеранов поговорило, и пусть они сами решат, что им выгоднее: новое жилье, за которое будут бороться их родственники, или для них следует по-другому реализовать эту норму нашего закона. И, может быть, им понадобится меньше денег, но эти деньги будут лежать на их личных счетах. Надо очень хорошо подумать, как помочь ветеранам реализовать их права.

МЫ ОТКРЫТО И ЧЕСТНО ВСЁ ГОВОРИМ

Из интервью В. Жириновского для радио и телевидения

Долой карликовые партии!

Это хорошо, что у нас уже 20 лет есть возможность создавать политические партии. Плохо, когда партии карликовые. Вот почему первая цифра минимальной численности партии была 5 тысяч, потом ее увеличили до 10 тысяч, потом до 50. Сейчас, если поправка пройдет, то это будет до 100 тысяч.

То есть, если партии имеют авторитет в народе, то за 20 лет они могли вполне достичь цифры 100 тысяч.

У ЛДПР есть 170 тысяч членов. И мы их всех знаем. У нас есть адреса, мы можем их дать для проверки. Мы не боимся увеличения официальной минимальной нормы членов партии до 100 тысяч. Если потом увеличат до 200, мы тоже до конца этого года или начала следующего дойдем до цифры 200 тысяч членов партии.

Такое увеличение что преследует? Чтобы не было неизвестных партий. А то сидит дома лидер партии и говорит: я – партия. Какая партия? Ни структур, ни численности. Когда-то он зарегистрировал устав, было у них 2 тысячи человек, и он до сих пор говорит, что у них есть партия, и даже где-то числиться в списках.

Если есть политическая партия, она должна иметь этот численный состав. В данном случае это 100 тысяч. Это приблизительно по тысяче в каждом регионе. Если взять каждый район – у нас таковых 2 650 – это по 30 человек. Так что все достижимо, здесь нет никаких перекосов. Но система должна устоятся. Поэтому переход на выборы по партийным спискам, увеличение численности заставит людей вступать в действующие политические партии.

К сожалению, число тех, кто желает плодить карликовые партии, не убывает. Есть немало любителей выдумывать новые названия партий и их идеологические платформы.

Вот сейчас навскидку можно сразу вспомнить десятка полтора совершенно не пользующихся доверием народа, но создающих вокруг себя большой шум партий. Демократические партии – 4-5 штук. Левые – 4-5 партий. Патриотические – 4-5 партий.

Куда столько? Россиянам они не нужны. Они создаются под человека, который хочет засветиться в СМИ. Вот они и шумят, где-то в регионах участвуют в выборах, морочат провинциалам голову. И это все создает неправильное представление о политической системе общества. Европа показала, что оптимальное количество для полноценной политической жизни страны 3-4 или 5 партий. Они стабильны, названия у них сохраняются длительное время.

Поэтому увеличение минимального числа партийцев, нужного для регистрации партии, только лишь поможет российской политической системе. И это будет хорошо, это полезно.

Фракция ЛДПР – самая активная

Я уже пятнадцатый год в Думе. И партии нашей 20 лет. Есть возможность сравнивать работу нынешнего состава Госдумы с прошлыми.

Конечно, первый созыв Госдумы был более пестрый и оригинальный. Но это была особая эпоха. Только-только закончилась гражданская война. Страсти кипели вовсю.

А сейчас наиболее спокойный парламент, больше профессионалов. Пришли люди, которые были губернаторами, министрами, главами администраций, чиновниками высокого ранга. Т. е. постепенно мы доходим до самых высоких европейских стандартов.

Фракция ЛДПР сохраняет свою молодость – возраст до 40, остальные фракции намного старше. У нас самое большое количество ученых, образованных людей. Практически все имеют одно, два высших образования. Все люди среднего класса. Люди, имеющие свое жилье, какую-то собственность, свое дело. И постоянно высокая производительность труда.

Мы всегда производительностью превышаем наше процентное соотношение с количеством депутатов от других партий. Например, вот это первая сессия пятого созыва. Депутатов ЛДПР 9% – всего 40. А внесенных законопроектов – 12% от общего числа.

А если взять общую активность, то она в несколько раз превышает активность других фракций. Если, допустим, взять высший состав партий, то такое превосходство в активности будет особо хорошо заметно. Например, я единственный из руководителей парламентских партий постоянно работаю в зале. Единственный! Зюганов не ходит. Это его право. Я его не обвиняю. Он может находиться в других местах. Миронов – в другой палате. Председатель «Единой России» – во главе Правительства. Поэтому объективно – всего один лидер парламентской партии постоянно находится в зале Госдумы и постоянно там выступает. Посмотрите стенограммы – где выступления Зюганова?