Сельское хозяйство России в системе мирохозяйственных связей

СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО РОССИИ

В СИСТЕМЕ МИРОХОЗЯЙСТВЕННЫХ СВЯЗЕЙ

Эта проблема может рассматриваться в двух аспектах – во-первых, с точки зрения относительно постоянно действующих факторов, а во-вторых, исходя из современного состояния российского сельского хозяйства и вероятных тенденций его развития.

Сельское хозяйство России исторически, за время существования социалистической экономики и монополии внешней торговли, сформировалось, исходя из имеющихся экономических, социальных и природных факторов, которые с большим трудом могут быть изменены, причем на это потребуется длительный период времени, а некоторые, такие как природные, вообще не подлежат воздействию.

Аграрная и внешнеэкономическая политика должна определяться не абстрактными теориями, а именно этими реальностями. основными из них являются следующие:

1. Естественная продуктивность пашни в Советском Союзе была в 2,7 раза ниже, чем в США, и в 2-2,2 раза ниже, чем в Западной Европе. В России сейчас этот показатель еще ниже.

2. Энергоемкость производства в стране в 4 раза выше, чем в США, а металлоемкость – в 5 раз.

3. Существенно ниже уровень исторически сложившейся интенсивности и производительности труда, урожайности культур и продуктивности скота. Разрыв по этим показателям все время расширяется.

Эти различия в эффективности и продуктивности производства нарастают уже в течение ряда десятилетий, что видно из сравнения показателей с США и Западной Европы.

Продуктивность сельского хозяйства СССР (России)

по сравнению с развитыми западными странами

(урожайность, ц/га)

	1966-	1971-	1976-	1981-	1986-	1991	1995	1996	1997	2000
	1970	1975	1980	1985	1990
	Зерновые
СССР (Россия)	13,7	13,7	16,0	14,9	18,7	14,1	11,6	12,9	16,5	18,5
США	31,6	35,0	38,7	42,5	44,4	44,8	46,5	51,9	52,7	47,1
ЕС	31,2	31,7	39,9	40,4	44,4	48,7	48,8	55,9	53,8	45,5
Превышено: США по сравнению с СССР (Россией)	17,9	20,3	22,7	27,6	25,7	30,4	34,9	39,0	36,2	28,6
ЕС по сравнению с СССР (Россией)	17,3	17,0	18,4	25,5	25,2	34,3	37,2	43,0	37,3	27,0
	Картофель
СССР (Россия)	116	113	113	116	118	108	117	114	111	99
США	242	266	295	313	322	341	364	392	394	329
ЕС	233	228	228	257	284	269	295	315	303	274
Превышено: США по сравнению с СССР (Россией)	127	153	178	198	204	233	247	278	283	230
ЕС по сравнению с СССР (Россией)	118	115	111	142	166	161	178	201	192	175
	Сахарная свекла
СССР (Россия)	228	217	232	218	260	174	176	153	148	221
США	398	445	451	464	458	456	453	452	459	448
ЕС	431	400	429	491	494	517	482	539	563	538
Превышено: США по сравнению с СССР (Россией)	170	228	214	426	198	282	277	299	311	227
ЕС по сравнению с СССР (Россией)	203	183	192	273	233	343	306	386	415	317
	Удой молока на корову (кг)
СССР (Россия)	2004	2164	2217	2222	2573	2567	2067	1950	2061	2731
США	4145	4631	5146	5687	6358	6744	7400	7483	¼	7642
ЕС	3032	3217	3465	3846	4055	4661	5880	7000	7200	7300
Превышено: США по сравнению с СССР (Россией)	2141	2467	2329	3465	3785	4177	5333	5333	¼	4908
ЕС по сравнению с СССР (Россией)	1028	1053	1248	1624	1402	2094	2783	5050	¼	4565

Можно отметить, что за последние годы этот разрыв несколько сократился, но это чисто статистическое явление, объяснимое тем, что в России перешли к учету урожайности с посевной площади на уборочную, а также массовым забоем скота, в первую очередь низкопродуктивного, что создает статистический эффект повышения удоев. Однако, если рассматривать эту длительную тенденцию в целом, то можно констатировать, что вряд ли положение улучшится в обозримом будущем с учетом реального положения дел в России и форсированием научно-технического прогресса на Западе.

Существуют, таким образом, весьма жесткие реалии функционирования российского сельского хозяйства по сравнению с США и Западной Европой, которые занимают лидирующее положение на рынке продовольствия в мире.

Все это требует осознанного подхода к общей макроэкономической политике в отношении сельского хозяйства и к внешней торговле продовольствием, исходя из базовых условий функционирования российского сельского хозяйства.

Этот разрыв по затратам и выходу продукции в течение длительного времени дореформенного периода покрывался за счет системы монополии внешней торговли и поддержания паритета цен, отвечающему реальному положению дел в сельском хозяйстве. В 1990 г. соотношение цен на средства производства и сельскохозяйственную продукцию было в среднем в 4,5-5 раз более благоприятно для сельского хозяйства в Советском Союзе, чем в США и странах Западной Европы (не учитывая, конечно, качество техники). Произошедший после либерализации взрыв цен на средства производства привел к тому, что сейчас это соотношение находится, примерно, на уровне США (опять-таки нужно учесть разницу в качестве продукции). Можно привести расчет такого соотношения между нашей страной и США.

	СССР (Россия)	США
	1990	2000	1990	2000
Количество тонн пшеницы, которую нужно продать для приобретения:
1 тонны дизельного топлива	0,5	3,4	2,6	1,7
1 тонны азотных удобрений	0,5	1.2	1,8	1,5
зерноуборочного комбайна (средней мощности)	85	367	838	728
трактора (средней мощности)	27	245	473	407
Количество тонн молока, которое необходимо продать для приобретения:
1 тонны дизельного топлива	0,3	1,6	1,2	1,2
1 тонны азотных удобрений	0,3	0,9	1,9	1,4
зерноуборочного комбайна (средней мощности)	57	177	262	318
трактора (средней мощности)	18	118	148	178

Сейчас соотношение по топливу еще более ухудшилось, но с учетом общего мирового повышения цен на него можно сказать, что это соотношение между Россией и США отражает и нынешнюю ситуацию. Эта революция в ценах, проводимая с фактической ликвидацией мер государственной поддержки сельского хозяйства, поставила его в крайне невыгодное положение по сравнению с мировым рынком. На этом рынке цены на сельскохозяйственную продукцию, как правило, формируются по лучшим условиям производства (природным и экономическим).

Вследствие лучших природных, экономических и производственных условий цены на большинство сельскохозяйственных товаров умеренных широт определяются в США. остальные же государства должны либо подстраиваться к этим ценам, либо создавать защитные системы, для сохранения собственного сельского хозяйства.

Сельское хозяйство России оказалось после резкой либерализации внешней торговли совершенно не готовой к этому положению на мировом рынке, поскольку был ликвидирован весь экономический механизм (ценовой и внешнеторговый) по созданию равных условий функционирования отечественного сельского хозяйства с мировым рынком. Тарифная защита российского сельского хозяйства не в состоянии покрыть разницу в этой эффективности производства и природных условиях, и составляет сейчас в среднем 14% от цены ввозимой импортной продукции. В этих условиях относительно высокозатратное и низкопродуктивное сельское хозяйство, работающее в худших природных и все более ухудшающихся экономических условиях, не может эффективно конкурировать с мировым рынком. Выходом из такого положения является политика аграрного протекционизма, что наглядно демонстрируется на примере Европейского Союза и Японии. Без такого защитного механизма сельскохозяйственное производство ни в Западной Европе, ни в Японии не могло бы сколько-нибудь успешно функционировать. В России же был ликвидирован как защитный механизм, так и внутренняя система поддержки производства. Утверждение же что сельское хозяйство за счет действия рыночного механизма в условиях шоковой терапии может приспособиться к новой крайне неблагоприятной экономической среде совершенно необоснованно.

По международным стандартам даже в нормальных условиях повышение эффективности на 2-3% в год является хорошим показателем, а при нынешнем состоянии материально-технической базы, финансового положения хозяйств это является трудновыполнимым, если вообще возможным.

Нужно при этом иметь в виду, что в основных контрагентах России – США и Западной Европе, рост эффективности производства идет в основном за счет реализации научно-технического прогресса, что делает также по объективным причинам состояния АПК, конкуренцию с ними, трудно выполнимой.

Сельское хозяйство в экономике развитых странах все в большей степени превращается в наукоемкую отрасль производства, где основной фактор (порядка 2/3) всего прироста производства определяется не таким традиционными показателями, как землеобеспеченность, наличие трудовых ресурсов и использование традиционных технологий, а быстрой реализацией научно-технического прогресса. На первое место в качестве определяющих факторов входит наука в сочетании с информатикой. Эту историческую тенденцию можно видеть на примере США.

В этих условиях наука играет ключевую роль, и, выражаясь словами К. Маркса, материальное производство становится овеществленной наукой.

Затраты на науку, ее активное использование в производстве становится стратегическим фактором в определении эффективности сельскохозяйственного производства. К сожалению, в этом плане Россия занимает более чем скромное место, что может иметь долговременные серьезные последствия.

Кроме того, нужно учесть весьма крупные затраты частных фирм на Западе на научные исследования, связанные с сельским хозяйством, в особенности в базовых отраслях знаний – в генетике, тонкой химии, механике и т. д. В целом, например, такие совокупные затраты в США составляют порядка 4 млрд дол., что абсолютно несравнимо с объемом финансирования в России, причем это особенно важно в наиболее прогрессивных отраслях науки, таких как генетики сельскохозяйственных растений и животных, создание генетически видоизменения сортов сельскохозяйственных культур и пород скота, разработка нового поколения гербицидов, производимых уже на чрезвычайно сложной научной базе. Происходит по существу научно-техническая революция в сельском хозяйстве и все, кто в ней не участвуют, обречены на положение аутсайдеров на мировом рынке. Это в значительной мере и предопределило тот факт, что наиболее развитые в промышленном отношении страны – США и Западная Европа дают 70% мирового экспорта сельскохозяйственной продукции.

Важную роль в конкурентоспособности российского сельского хозяйства играет и резкое ослабление традиционной материально-технической базы. Так, парк сельскохозяйственных машин за последнее десятилетие сократился вдвое, производство тракторов и комбайнов уменьшилось в 13-14%. Новая техника только на 20% заменяет выбывающую. В целом же парк машин серьезно изношен и можно ожидать его дальнейшего сокращения. Идет прогрессирующий процесс снижения почвенного плодородия, в условиях, когда внесение удобрений уменьшено в 7-8 раз, а 85% производимых в стране удобрений экспортируются.

К числу негативных факторов следует также отнести и тяжелое финансовое положение большинства хозяйств.

Это и предопределяет долговременные тенденции сельскохозяйственного производства, несмотря на изменение конъюнктуры прежде всего под воздействием погодных условий.

Поэтому при оценке конкурентоспособности российского сельского хозяйства следует подходить с реалистических позиций, учитывая все вышеизложенные факторы.

Нужно сказать, что такое в целом неблагоприятное развитие событий и нынешнее состояния внутреннего и внешнего рынка и перспективы вписывания России в мировое продовольственное хозяйство по-разному сказываются и отражаются на разных отраслях сельскохозяйственного производства.

Условно все сельское хозяйство можно подразделить на интенсивные и экстенсивные отрасли. Наименее конкурентоспособными оказались именно интенсивные отрасли, в особенности животноводство
, как вследствие своей в большинстве случаев относительно отсталой технологии, высокой затратности, так и (это главное) низкой продуктивности. Затраты кормов на единицу продукции в России существенно превышают уровень развитых стран.

Расход кормов на единицу продукции (кг кормовых единиц)

	На 1 кг	На 1 кг	На 1 кг	На 1 кг	На 10 яиц
	молока	прироста скота	прироста свиней	бройлеров
Россия	1,71	18,4	12,6	3,6	1,8
ФРГ	1,07	10,3	4,1	2,4	1,7
Франция	1,12	7,2	4,1	2,85	1,6
Англия	1,09	7,9	3,6	2,61	1,7
США	1,07	8,1	3,5	2,2	1,6

Из всех отраслей животноводства конкурентоспособным является лишь яичное птицеводство, где была создана относительно современная сеть птицефабрик, и где яйценоскость находится примерно на одном уровне с США и Западной Европой. Все остальные отрасли, в особенности скотоводство и свиноводство (если не считать отдельных эффективно работающих хозяйств) в целом не могут серьезно конкурировать с импортной продукцией.

В среднем продуктивность и в скотоводстве, и в свиноводстве несравнима с западной.

Так, среднесуточный прирост крупного рогатого скота у нас 283 г., свиней – 182 г, тогда как в США соответственно 1,1 кг и 640 г.

По удоям молока на корову в соотношении составляет 1:3. Здесь необходимы весьма серьезные меры по защите отечественного производителя и стимулирование производства.

В значительно лучшем положении находятся экстенсивные отрасли растениеводства
– зерновое хозяйство, в частности производство пшеницы и выращивание подсолнечника. Сейчас они почти целиком существуют за счет такого неоплачиваемого фактора как природное плодородие черноземов юга России.

Неплохие возможности имеет и производство яровой пшеницы в Западной Сибири, однако его конкурентоспособность целиком зависит от транспортных тарифов железных дорог.

В целом же есть еще один пока еще неопределенный фактор, который может повлиять на конкурентоспособность этих отраслей – это введение частной собственности на землю и появление такой статьи себестоимости, как земельная рента. Сейчас трудно гадать, каковы будут реальные значения этой земельной ренты и как это скажется на себестоимости зерна и подсолнечника, но учитывать этот факт необходимо при оценке перспективной конкурентоспособности этих отраслей сельского хозяйства.

Особой статьей является сахар. Свекловичный сахар, по самому биологическому характеру сахарной свеклы, выращиваемой в широтах с гораздо меньшей теплообеспеченностью, чем сахарный тростник, делает свекловичный сахар принципиально неконкурентоспособным по сравнению с тростниковым. Поэтому производство свекловичного сахара всегда и везде поддерживается искусственно за счет импортных тарифов и других мер, в противном случае производство свекловичного сахара будет прекращено. Можно видеть на примере России, когда при ослаблении защитных мер 2/3 всего производимого сахара это не отечественный свекловичный сахар, а рафинированный импортный сахар-сырец.

Сложившаяся структура производства с отраслями с разной степенью конкурентоспособности определяет и характер и объемы российского импорта продовольствия.

Импорт основных видов продовольствия в Россию, тыс. тонн

	1992	1995	1997	1998	1999	2000	2001
Масло подсолнечное	174	284	326	249	305	150	181
Сахар	2137	2033	3709	4233	6123	5014	5649
Мясо без птицы	290	721	968	733	993	517	861
Птица	46	827	1149	843	242	649	1342
Масло животное	25	256	190	101	54	71	136

Импорт переместился с зерна, где он занимал доминирующее место в советское время, на продукцию животноводства, в особенности на мясо, а также жиры и в особенности сахар, где, как уже говорилось, сахарная свекла не выдерживает конкуренцию импортного сахара-сырца.

При оценке тенденций в импорте следует принять во внимание также тот факт, что конкурентоспособность ввозимой продукции в значительной мере повышается за счет экспортных дотаций и компенсационных платежей. Эти последние имеют особое значение для Европейского Союза, на что тратится при экспорте во все страны, в том числе и в Россию, 10-11 млрд. евро в год. Естественно, что при отсутствии в России соответствующих инструментов защиты это очень мощный фактор завоевания российского рынка. Только при введении каких-либо защитных мер соответствующие отрасли начинают восстанавливаться. Типично в этом плане положение с бройлерами. Это одна из наиболее сложных отраслей сельского хозяйства, и в России построена совершенно на иных принципах, чем в США, и без импортной защиты будет неконкурентоспособным. Тарифы в 20% не давали этой отрасли функционировать, и только доведение этого уровня до 30% началось возрождение этой отрасли. Однако события последних лет показывают, что нужны и здесь дополнительные меры. В целом требуются весьма серьезные меры экономического порядка, а не отдельные ветеринарные акции, чтобы развить отечественное производство бройлеров, обеспечивающее страну относительно дешевым мясом.

Столкновение на этом рынке не является случайным. рынок бройлеров является наиболее быстрорастущим. По оценке ФАО к 2010 г. доля мяса птицы в общем потреблении мяса увеличилась с 27% в настоящее время на 40%, и естественно стремление занять этот рынок.

В общем рост импорта мяса и молочной продукции привел к тому, что доля импорта мяса и мясопродуктов в общем потреблении (без птицы) возросла за последнее десятилетие с 11 до 39%, мяса птицы с 4 до 58%, молока и молочных продуктов с 6 до 14:, животного масла с 4 до 47%. В особенности важным является господство импортной продукции на важнейших рынках – в Москве, Петербурге, Екатеринбурге и ряде других крупных городов. Отвоевать старые позиции будет очень сложно не только по экономическим причинам, но и вследствие массового забоя скота и свертыванию животноводства. Одними внешнеэкономическими акциями конкурентоспособность и контроль над рынком восстановить невозможно. Нужны серьезные меры по возрождению отечественного сельского хозяйства, в особенности животноводства.

Проблемы внешней торговли связаны и с задачей по обеспечению продовольственной безопасности. По оценке ФАО порогом продовольственной безопасности является 20% импорта по сравнению с общим объемом потребления продовольствия. Эта величина имеет и свои экономические обоснования, так при таком объеме импорта развиваются серьезные негативные последствия по всему АПК за счет действия мультипликационного механизма. Для оценки объема импорта на российское сельского хозяйство и рынок важен не только общий объем импорта – от 9 до 12 млрд дол. по сравнению с объемом внутреннего товарного производства в пересчете на дол. (30 млрд), но и тот факт, что этот импорт в основном сосредоточен на животноводческих продуктах и ввозе в крупнейшие города, что имеет серьезное воздействие на всю структуру и производство и потребление, в особенности на группы населения с высоким и среднем уровнем доходов.

В любом случае можно сделать выводы о чрезмерном объеме импорта и его негативном влиянии на продовольственную безопасность страны и на воспроизводственные способности ряда отраслей, в первую очередь животноводства.

При этом надо иметь ввиду, что основными контрагентами стали страны дальнего зарубежья, прежде всего Европейский Союз. Одновременно идет распад бывшего единого рынка на постсоветском пространстве и ориентация большинства стран СНГ также на импорт продовольствия из стран дальнего зарубежья. Это определяется рядом причин. Прежде всего нужно указать почти на повсеместное сокращение сельскохозяйственного производства, что, естественно, ведет к уменьшению потенциальных экспортных ресурсов. Сейчас в СНГ производство зерна составляет лишь 45% от их средних сборов в Советском Союзе. Эти республики также находятся под модным воздействием импорта из стран дальнего зарубежья. В Россию из стран СНГ поступает лишь 25% импорта продовольствия, а основная часть из стран этого дальнего зарубежья. Аналогичная картина и в других странах СНГ. Там доля стран дальнего зарубежья также очень велика в импорте: Азербайджан – 62%, Армения – 74%, Грузия – 64%, Казахстан – 53%, Молдова – 57%, Кыргызстан – 48%, Украина – 46%. Единственная страна, у которой низка доля этого импорта, Беларусь – 35%.

Во-вторых, это отсутствие каких-либо экспортных субсидий, а также распад прежней торговой инфраструктуры.

Общий объем торговли внутри СНГ сокращается. Имеющийся административный и экономический аппарат СНГ далеко не в адекватной мере обеспечивает возможности для такой взаимной торговли. В этом плане требуются серьезные и конструктивные меры по созданию условий для такой межгосударственной торговли, в частности по созданию единого аграрного рынка СНГ.

Каковы же будут перспективы внешней торговли продовольствия России. Несомненно, одним из важных факторов будут условия присоединения к ВТО.

Сложившийся вокруг этой проблемы ажиотаж также заслоняет реальные и серьезные проблемы для российского сельского хозяйства.

К сожалению Россия не участвовала ни в Токийском, ни в уругвайском раунде, и не смогла соответствующим образом отразить свои позиции в заключительных документах и Уставе ВТО.

Главное требование в области сельского хозяйства сводится к снижению импортных тарифов, ликвидация импортных квот и последовательное уменьшение объемов субсидирования сельскохозяйственного производства.

Безоговорочное принятие этих условий будет иметь крайне тяжелые последствия для российского сельского хозяйства, где пошлины и так очень низки. а производственные субсидии не идут ни в какое сравнение с западными странами. Поэтому необходим очень серьезный подход к ведущимся переговорам и просчет всех возможных последствий.

Задача заключается в том, чтобы минимизировать отрицательное влияние либерализации внешней торговли на российское сельское хозяйство. Защита отечественного потребителя требует, наоборот, разработки и реализации концепции аграрного протекционизма и активной государственной поддержки сельскому хозяйству. Поэтому обе эти концепции находятся в явном противоречии и необходимо найти удовлетворительное для России решение.

Глобализация мировой экономики, в том числе и с учетом правил ВТО, является в общем-то неизбежным процессом в XXI в. Однако принятие всех условий ВТО не позволит перейти к протекционистской аграрной политике. Поэтому желательно пойти по пути уже имеющихся прецедентов Европейского Союза и Японии, с получением соответствующих льготных условий в ВТО. С учетом этого и нынешней российской действительности целесообразно, как нам представляется, принять следующую стратегию в подготовительный период к вступлению в ВТО:

а) базироваться на праве России использовать систему компенсационных сборов и платежей ЕС, поскольку такой прецедент уже есть;

б) вывести из действия правил ВТО ряд отраслей сельского хозяйства, как сделала Япония по рису и молоку, объявив их стратегически важными для японского сельского хозяйства;

в) проводить снижение внутренней поддержки сельскому хозяйству не от нынешнего, по существу кризисного, уровня, а от дореформенного периода, когда на сельское хозяйство шло 17% всех бюджетных ассигнований, а не менее 2%, как в настоящее время;

г) внешнеэкономическое регулирование должно сочетаться в внутренней поддержкой отечественного производителя, поскольку это по существу должна быть единая аграрная политика.

В общем, восстановление продовольственной безопасности, включая сюда и внешнеторговое регулирование потребует длительного периода и последовательной стабильной политики.

Осуществление такой политики потребует довольно долгого подготовительного периода для присоединения к ВТО и обеспечение для России тех же прав и преимуществ, которыми пользуются другие государства. Однако даже и при относительно благоприятном развитии событий и если не будет серьезных срывов (в виде засух) конкурентоспособность российского сельского хозяйства будет носить все же ограниченный характер, причем, как уже указывалось, с различными тенденциями по разным отраслям сельскохозяйственного производства.

По оценкам экспертов ЕС и прогнозам ФАО и международного продовольственного института, Россия будет удерживать уровень самоснабжения продовольственным зерном и даже возможно появления небольшого экспортного излишка, будет продолжаться импорт кукурузы, а по ячменю и ржи будет достигнут баланс в самообеспечении.

Единственной культурой, по которой продолжится значительный экспорт – это подсолнечник, с уровнем экспорта 800-900 тыс. тонн в год. Однако будет продолжаться импорт растительного масла – порядка 150-160 тыс. тонн, в том числе и из российского подсолнечника.

Крупнейшей импортной статьей будет продолжать оставаться сахар. Внутреннее производство реально не возрастет и будет на уровне 5,3-5,7 млн тонн. а импорт будет около 5 млн тонн.

По животноводству же хоть и предполагается некоторая стабилизация, а затем рост, но в целом по мясу и по молочным продуктам будет сохранен большой импорт.

Животноводство

(по мясу расчеты даны по всему бывшему Советскому союзу)

	1998	1999	2000	2001	2002	2003	2004	2005	2006	2007
Поголовье крупного рогатого скота, млн гол.	74,2	63,8	61,7	60,7	60,4	60,6	61,2	62,2	63,3	64,8
Поголовье свиней, млн гол.	38,2	37,1	39,6	43,1	45,8	47,2	47,6	48,1	49,0	49,9
Производство говядины, млн т	4,8	4,7	4,6	4,6	4,6	4,6	4,7	4,8	4,9	5,0
Производство свинины, млн т	3,0	3,2	3,4	3,5	3,6	3,7	3,8	3,9	3,9	4,0
Производство мяса птицы, млн т	1,2	1,3	1,4	1,4	1,5	1,5	1,6	1,6	1,6	1,7

При этом предполагается значительный импорт мяса: говядины к концу прогнозируемого периода до 75- тыс. т, свинины – 490 и мяса птицы – 1250 тыс. т.

Молоко

	1998	1999	2000	2001	2002	2003	2004	2005	2006	2007
Поголовье молочных коров, млн гол.	15,5	15,1	15,0	15,0	15,0	15,1	15,3	15,5	15,8	16,2
Удой молока на корову, кг	2108	2159	2205	2249	2283	2316	2347	2376	2403	2428
Производство молока, млн т	32,7	32,7	33,0	33,6	34,2	35,0	35,9	36,9	38,0	39,2
Производство животного масла, тыс. т	252	250	252	257	262	270	279	290	302	314
Производство сыра	167	165	169	178	182	193	206	221	237	252

По молочным продуктам также прогнозируется постоянный импорт 300-340 тыс. т масла и около 200 тыс. т сыра, т. е. по переработанным молочным продуктам самообеспечение будет составлять примерно половину от потребностей. В общем, этот прогноз построен частично на продолжении существующих тенденций, но главным образом на основе веры в то, что сельское хозяйство сможет под действием рынка перестроиться и начать восстанавливать производство, хотя и не достигнет доперестроечных масштабов. При этом этот процесс легче пройдет в растениеводстве и слабее в животноводстве. Кое с чем в этом прогнозе можно согласиться, в особенности в различием положения в растениеводстве и в животноводстве, так как в последнем при любом варианте прогноза процесс восстановления пойдет медленнее с учетом огромных потерь в поголовье.

Нужно сказать, что такого рода в основном оптимистические прогнозы являются не только чисто академическими исследованиями, но и служат рабочими документами для Всемирного банка и Международного валютного фонда.

Однако реальность может внести весьма существенные коррективы в эти прогнозы.

Во-первых, это продолжающийся износ материально-технической базы, который может достичь критического уровня, так как оборот металла в сельском хозяйстве составляет в среднем семь лет. Во-вторых, падение естественного плодородия также может внести свои коррективы и снизить устойчивость сельскохозяйственного производства. В-третьих, нельзя не учитывать все возрастающего нажима с Запада на российский рынок, в особенности если не будет разработана и осуществлена система аграрного протекционизма. В особенности важное влияние окажет расширение Европейского Союза на Восток с созданием огромной производственной системы, которая будет работать с растущим перепроизводством и будет требовать выхода на внешние рынки. По прогнозным оценкам, экспорт ЕС будет постоянно возрастать.

Экспорт ЕС к 2020 году

Продукция	1995, млн т	2020, млн т
Пшеница	14,6	35,2
Серые хлеба	5,6	4,4
Сливочное масло	0,1	0,7
Прочие молочные продукты	7,9	26,5
Говядина	0,2	4,1

Главным и естественным рынком для этого экспорта продовольствия не может не быть Россия. У ЕС стремление к экспорту продовольствия в Россию имеет двусторонний характер: во-первых, это стремление избавиться от излишков продовольствия, во-вторых, оплатить этим продовольствием растущие поставки энергоресурсов из России. Таким образом, будет продолжать функционировать и усиливаться модель – продовольствие в обмен на энергоресурсы. Кроме общей невыгодности для России такой модели, она играет и в перспективе может сыграть еще большую роль в контроле над российским рынком и в вытеснении российского производителя со всеми вытекающими последствиями. Отсюда можно сделать один единственный вывод – сохранение и в перспективе развитие российского сельского хозяйства должно обеспечиваться не какой-то «невидимой рукой провидения» в условиях всеобщей либерализации и производства и торговли, а по образцу всех западных стран – последовательной государственной политикой по защите отечественного производителя, расширение рынка сбыта продовольствия и сохранение продовольственной безопасности страны.