Швеция против евро

Наталья ЗАХАРОВА

Швеция против евро

Беспрецендентным событием в истории Европы, кульминацией многолетнего процесса европейской интеграции стало введение в 2002 году в наличное обращение единой европейской валюты – евро. Появление единой денежной системы, в которую вошли основные страны-лидеры европейской интеграции, весьма знаменательно. Оно свидетельствует о несомненном успехе политической и экономической консолидации на континенте. Связанная с этим событием эйфория в странах ЕС продолжается чуть ли не до сегодняшнего дня. Однако, праздничную обстановку несколько подпортила “маленькая” Швеция.

В этой стране 14 сентября 2003 года состоялся референдум, на котором большинство населения отвергло евро и высказалось в пользу национальной валюты. На фоне широкого стремления (особенно небольших европейских государств) в ЕС и далее в зону евро, её решение, с одной стороны, выглядит в некотором роде экстравагантно, а с другой, – заставляет задуматься над вопросом о том, действительно ли судьба западной и центральной части Европы предопределена и она “обречена” быть единым политико-экономическим образованием. В этой связи интересно проанализировать причины столь неожиданных итогов шведского референдума.

* * *

После вступления Швеции в ЕС в 1995 году политика её правительства неизменно была направлена на сближение с европейскими странами и активную интеграцию в ЕС. Однако это не означало, что всё проходило гладко. Общественная жизнь страны развивалась под влиянием борьбы двух противостоящих друг другу общественно-политических течений, предлагающих разные направления развития. Одно из них, доминировавшее в государственной политике до 1994 года, – и отнюдь не исчерпавшее себя в настоящее время, – отстаивает независимость внешней и внутренней политики страны. В его основе лежит пред-

________________________________________________________

© – аспирант Института Европы РАН.

ставление о том, что членство в ЕС, участие в европейских институтах подвергает риску способность Швеции поддерживать уникальное по своей природе государство общественного благосостояния, активную политику на рынке труда, чистоту окружающей среды, гибкий курс шведской кроны, а также ставит под угрозу военный нейтралитет страны.

Другое, противоположное течение, активно проявившее себя во второй половине 90-х годов и приведшее страну в Европейский союз, исходит из того, что Швеция, являющаяся небольшой страной, не сможет длительное время поддерживать свою конкурентоспособность на мировом рынке и сохранять полноценные отношения со своими торговыми партнерами и европейскими инвесторами без активного участия в европейских интеграционных процессах. В безоговорочном присоединении страны к ЕС оно видит решение основных экономических проблем.

К первому течению относится Левая партия и часть Социал-демократической партии (так называемые традиционалисты), ко второму – Умеренная коалиционная партия, поддерживающая всестороннее участие в ЕС. Столкновение обоих направлений, как это часто бывает, породило некий компромисс, который был предложен Партией центра и реформаторским крылом Социал-демократической партии. Оба формирования выступают за то, чтобы Швеция входила в ЕС, участвовала в Европейской валютной системе (ЕВС), но сохраняла все атрибуты государства общественного благосостояния, несмотря на требования ЕС ликвидировать некоторых из них. Швеция, по мнению этих промежуточных политических сил должна олицетворять совесть Европы, побуждая другие страны – члены ЕС защищать своих неимущих граждан, рабочих, бедные слои населения развивающихся стран, а также уделять больше внимания окружающей среде.

Компромиссная позиция была в основе той политики, которую проводило шведское государство во второй половине 90-х годов и в последнее время. И не случайно, что в период председательства Швеции в ЕС, в первом полугодии 2001 года, она настаивала на реализации трех основополагающих целей: расширение Евросоюза, экономический рост и полная занятость, защита окружающей среды и природы.

Однако наличие компромисса не означало, что борьба закончилась. Она просто переместилась в сферу обсуждения вопроса о присоединении Швеции к зоне единой валюты. Надо отметить, что с момента образования Европейской валютной системы и введения евро в обращение в Швеции не наблюдалось достаточно активной поддержки предложений об участии в данной организации. По этой причине в законопроекте, представленном на рассмотрение в Риксдаг[1] шведское правительство не настаивало на вступлении в ЕВС. Более того, ни предложение правительства, ни решение Риксдага в 1997 году не выражали определённой позиции по поводу участия в ЕВС. Вместо этого было принято решение, что Швеция должна быть готова к вступлению в ЕВС, но время вступления будет определено на общенародном референдуме населением страны. Риксдаг объявил, что Швеция должна отстаивать свои твердые экономические позиции, в то же время продолжая практические приготовления к введению евро на национальном уровне, с тем чтобы успешно осуществить ввод в обращение новой валюты в случае поддержки евро на референдуме.

Процедура референдума в Швеции регулируется Конституцией. Решение о проведении референдума принимается Риксдагом. Дата его проведения, а также постановка вопроса, выносимого на голосование определяется законом, принимаемым перед каждым очередным референдумом.

Партии, представленные в Риксдаге, пришли к единому мнению, что участие в валютной системе невозможно без выяснения отношения к этому вопросу со стороны народа. Таким образом, после переговоров партийных лидеров было решено, что население страны на референдуме 14 сентября 2003 года выскажется по вопросу: следует ли Швеции вступать в ЕВС и вводить евро в обращение? Это был шестой по счёту референдум в Швеции. До этого референдум проводился по вопросам запрещения алкогольных напитков, правостороннего вождения, дополнительной национальной пенсии, ядерной энергетики и разрешения торговли оружием.

Согласно шведской конституции референдум носит консультативный характер, т. е. Риксдаг не обязан следовать решению, принятому на референдуме. Тем не менее парламентские партии, до проведения референдума имеют право заявить о своем намерении придерживаться волеизъявления народа, придав, таким образом, решающее значение его результату. Парламент ранее принял подобное решение при голосовании по вопросу о ядерной энергетике. Так же он поступил и накануне референдума, касающегося введения евро.

Для проведения референдума Риксдаг ассигновал на информационную кампанию 140 млн шведских крон[2], из которых 90 млн крон были распределены между различными организациями, принимающими участие в кампании, 30 млн крон - между политическими партиями, представленными в Риксдаге, 15 млн крон на образовательные программы для взрослого населения страны и 5 млн крон было выделено Информационному Центру ЕС в Риксдаге. Общественные организации по поддержке того или иного исхода референдума объединились в ассоциации, целью которых было распределение выделенных средств между участниками кампании.

Ассоциация в поддержку евро была учреждена такими организациями как “Швеция в Европе”, “Социал-демократы за Европу” и “Федерация шведских фермеров”. В результате средства кампании были распределены следующим образом: “Швеция в Европе” и “Социал-демократы за Европу” получили по 20 млн крон, а “Федерация шведских фермеров” 2 млн крон.

Распределение 48 млн крон, предназначенных для общественных организаций, выступающих против евро, осуществлялось следующим образом. Два лота по 21 млн крон были направлены основным участникам кампании: один предназначался организации “Нет ЕВС”, созданной Партией зелёных и Левой партией. Другой лот был предоставлен “Партнёрству против ЕВС”, наиболее известные участники которого еврозону представляли Социал-демократическую партию, христианских демократов и Партию центра.

Опросы общественного мнения, проводимые в Швеции явно свидетельствовали о весомом преимуществе противников евро. Однако за несколько дней до референдума в стране произошло трагическое событие, которое могло повлиять на исходное решение – была убита министр иностранных дел .

Убийство министра вызвало резкий резонанс в обществе. Премьер-министр Швеции Йоран Перссон распорядился усилить охрану всех членов правительства и созвал совещание лидеров ведущих партий. После обсуждения ситуации в стране, осложненной гибелью Анны Линд, было решено не отменять референдум. Тем не менее, были приостановлены все мероприятия, проводимые как противниками, так и сторонниками евро, деятельность участников обеих кампаний сводилась только к ответам на вопросы населения относительно новой валюты.

По мнению многих аналитиков, убийство министра могло вызвать повышенный интерес к евро. Дело в том, что Анна Линд была одним из наиболее активных политических деятелей, выступающих в поддержку введения в Швеции единой европейской валюты. После её гибели соотношение противников и сторонников единой валюты несколько изменилось в пользу евро, что позволило последним делать некие оптимистические прогнозы. Однако они не оправдались, на референдуме страна сказала решительное “нет”.

* * *

В референдуме приняло участие 81,2% граждан, имеющих право голоса, притом среди проголосовавших 56,1% избирателей высказалось против введения единой валюты и 41,8% – за.

Голосовать можно было очно и заочно, по почте и по Интернету. Более того, при голосовании по почте, что можно было сделать за месяц до референдума, в день голосования можно было прийти на избирательный пункт и изменить свое решение. Но ни один голосовавший по почте избиратель не воспользовался этим правом, несмотря на произошедшее трагическое событие.

Результаты референдума в Швеции вызвали громкий резонанс в мире, особенно в Великобритании, которая, как и Швеция, будучи членом ЕС, пока не вступает в евроленд. Комментируя исход шведского референдума, британские консерваторы, являющиеся противниками евро, выразили свое удовлетворение тем, что шведы осознали значительные экономические последствия вхождения в зону евро.

* * *

В чём же причины сопротивления шведов? Противодействие европейской интеграции в шведском обществе обусловлдено, прежде всего, исторически и географически: Швеция – страна, находящаяся на окраине Европы, часто стояла в стороне от каких-либо значимых для Европы событий, сохраняя традиционный нейтралитет[3]. Кроме того, в этой стране сформировалась уникальная экономическая система. Очевидно, что шведы опасаются за устойчивость традиционной экономики благосостояния.

Вследствие географической изоляции население Швеции культурно и этнически гомогенно – около 85% шведов скандинавы лютеранской веры. Это во многом определяет отношения равенства и солидарности в обществе и формирует культуру эгалитаризма. Шведы более склонны к консенсусу, сотрудничеству, кооперации, чем к конфликтам и тяжбам. Культура равенства способствует развитию всеобъемлющего государства общественного благосостояния. В отличие от США и других стран, где система благосостояния ориентирована на перераспределение доходов между расовыми группами, уровень жизни которых, как правило, сильно различается, в Швеции достаточно сложно провести грань между имущими и неимущими. Таким образом, политика общественного благосостояния не способствует нагнетанию противоречий в обществе.

Особенностью шведской модели также является равенство мужчин и женщин. Даже в шведском парламенте женщины составляют 45% . По оценкам наблюдателей, они в основном высказывались против евро.

Важной составляющей шведской модели выступает значительная доля госсектора в экономике, хотя в последнее время доля частных финансовых институтов увеличивается, некоторые предприятия приватизируются. Вероятнее всего, вхождение страны в зону евро усилило бы эти тенденции. Кроме того оно, в соответствии с нормами ЕС, изменило бы ориентиры фискальной политики, что повлекло бы сокращение социального бюджета.

Надо особо отметить, что в шведской экономической системе очень велико значение социальной составляющей. По оценкам ОЕСЭР, Швеция не только имеет всеобъемлющую систему социальных льгот, но и занимает одно из ведущих мест среди стран, характеризующихся наиболее высокими расходами на социальную сферу – на эти программы в стране расходуется около одной трети ВВП. Об эффективности системы социальной поддержки в Швеции свидетельствует тот факт, что ни одна в страна в мире, кроме Японии, не характеризуется такой высокой продолжительностью жизни и низким уровнем детской смертности. Система социального обеспечения включает выплаты женщинам в период беременности, пособия на детей до 16 лет, независимо от размеров дохода семьи, бесплатное медицинское обслуживание и бесплатное общее среднее образование.

Далее, Швеция имеет, возможно, наиболее щедрую в мире систему пособий по безработице, что во многом определяется действиями Шведской конфедерацией профсоюзов. Во многом заслугой этой организации является и равновесное состояние рынка труда. Несмотря на некоторые затруднения, возникшие в этой сфере в последние годы, Швеция традиционно сохраняет низкий уровень безработицы и один из наиболее низких уровней недовольства рабочих условиями труда[4] по сравнению с другими странами Западной Европы.

В целом можно сказать, что шведская экономика благосостояния традиционно представляет собой хорошо отлаженную социальную систему, где каждый человек получает максимум гарантий. Шведам пришлось бы многим поступиться при вступлении в ЕВС, так как, являясь сравнительно небольшой страной, Швеция вряд ли способна ощутимо влиять на экономическую и социальную политику в рамках ЕС.

Экономические затруднения, переживаемые некоторыми странами - членами Евросоюза, также предостерегают Швецию от перехода к единой валюте. Очевидно, что на решение шведов повлиял тот факт, что в период проведения референдума ведущие страны ЕС – Германия и Франция – преживали экономический спад. Шведы, вероятно, не захотели поддерживать соседние страны за счет своей экономики.

Они также опасаются увеличения безработицы, что может произойти в результате дальнейшей интеграции с ЕС: еврозона предполагает свободное перемещение рабочей силы. На сегодняшний день уровень безработицы в Швеции составляет 5,3%, в то время как во многих странах ЕС этот показатель достигает 8,9%. Высокий уровень жизни и социальные гарантии способны привлечь в Швецию значительные дополнительные трудовые ресурсы из других стран Европы.

Частично опасения шведов возникают и в связи с денежно-кредитной политикой, которая проводится в рамках еврозоны. Европейский центральный банк осуществляет денежно-кредитное регулирование, исходя из усредненных показателей экономического развития в целом по валютному объединению. В этих условиях для Швеции имеет смысл вступать в ЕВС только при условии, что она способна гарантированно поддерживать высокие темпы экономического роста в долгосрочной перспективе. Дело в том, что только в таком случае денежно-кредитная политика не окажет негативного влияния на экономику страны: возможный низкий в целом по объединению темп роста экономики и проведение Европейским Центральным банком политики низких ставок лишь усилили бы рост в Швеции, а повышение ставок в связи с увеличением средних показателей развития не привело бы к существенному ухудшению инвестиционной ситуации.

Сыграли свою роль и другие соображения. В Евросоюз и в зону евро входят существенно разные с точки зрения структуры и экономического уровня страны. Вступление новых государств еще больше увеличивает это разнообразие. Шведы предпочитают подождать, чтобы убедиться, что такое супер объединение действительно способно обеспечить процветание для своих членов.

* * *

В то же время отказ от введения евро на территории Швеции не поддерживался предпринимателями. На протяжении всей кампании, предшествующей референдуму шведская Федерация предпринимателей (вместе с некоторыми профсоюзами) активно агитировала в поддержку евро на референдуме. Дело в том, что переход к евро позволил бы резко сократить издержки их экспортно-импортных операций. Уменьшились бы также риски и потери вследствие изменения валютного курса. Кроме того предпринимательские круги рассчитывали на то, что правительство должно было бы следовать ограничениям, действующим в рамках еврозоны, на рост налогообложения доходов от бизнеса. Заинтересованностью в евро предпринимателей страны (таких компаний как Эрикссон, Вольво, ИКЕА) можно объяснить тот факт, что они накануне референдума прибегли к своего рода шантажу, заявив о возможном сокращении своей деятельности в Швеции в случае отказа от евро. После референдума, крупный бизнес, однако, не спешит покидать шведский рынок.

* * *

Подводя итог, можно сказать, что основные причины, в соответствии с которыми большинство шведов не поддержало введение евро – это право страны вести собственную экономическую политику и независимость от Европейского Центральный банк (цб).

Премьер-министр Швеции Йоран Перссон, являясь активным сторонником единой европейской валюты еще до референдума выражал свои опасения по поводу того, что в случае неприсоединения страны к еврозоне страна превратится во второстепенного члена ЕС. Надо сказать, что в некоторой степени эти опасения уже начали проявляться после референдума: Европеейская комиссия высказала предупреждение о возможном замораживании права голоса Швеции при принятии решений, касающихся деятельности ЕС. По словам Марго Вальстрём, члена Европейской Комиссии, представляющего Швецию, страна, очевидно, заплатит как экономическую, так и политическую цену за решение шведского народа, высказанное на референдуме.

После референдума число противников евро в Швеции заметно увеличилось. По результатам опросов населения, проводимых социологической службой “Темпо” в ноябре 2003 года против евро высказывалось уже 59% населения, тогда как за присоединение к зоне евро выступало только 38%.

На сегодняшний день в шведском обществе все больше проявляются стремления к поддержке национальной самобытности, причем не только в экономической сфере, но и в политической. Более того, в Швеции создается партия противников Евросоюза, во главе которой встал Нильс Лундгрен, возглавлявший кампанию против евро в период проведения референдума. По его мнению, партия противников ЕС вполне вероятно, наберёт до 20% голосов на выборах в Европарламент.

Тем не менее, в штаб-квартире ЕС в Брюсселе считают, что рано или поздно Швеция присоединится к зоне евро и станет полноправным участником Евросоюза. Для ЕС чрезвычайно важно присоединение Швеции к ЕВС, а также двух других членов ЕС, до настоящего времени неприсоединившихся к валютному союзу – Дании и Великобритании. Принятие евро в этих странах повысит престиж новой валюты на международной арене и во многом упростит её дальнейшее распространение. Однако, несмотря на уверенность Брюсселя, некоторые шведские аналитики полагают, что страну ещё лет 10 не увидят в зоне евро.

____________________________________________

[1] Риксдаг (Riksdag) – парламент Швеции.

[2] Здесь и далее информации с сайта правительства Швеции: www. regeringens. se

[3] Сегодня, когда в мире нет жесткого противостояния крупных держав, и более того, активно идут процессы интеграции, понятие нейтралитет уже не имеет столь острого значения. Однако, как заявляют ведущие государственные деятели Швеции, страна по-прежнему остается вне военных союзов, что представляет основу её политики безопасности наряду с разоружением, нераспространением ядерного оружия и поддержанием стабильности в Европе.

[4] Этот уровень определяется количеством рабочих дней, затраченных на забастовки.