Смысл как общесемиотическое явление

ЧГПУ, г. Челябинск

Смысл как общесемиотическое явление.

Проблема смысла имеет универсальный характер. Понимание и использование смысла важно для эмпирического и логического анализа естественного языка, для построения и использования искусственных языков, в частности формализованных. Эта тематика тесно связана с проблемой значения и синонимии, а также с понятиями необходимости и аналитичности. Исследование обозначенных проблем в конечном счете касается соотношения языка, мысли и мира, а также уточнении роли языка в познании и общении. Однако проблема смысла до сих пор еще не решена. Более того, содержание понятия «смысл» в философии, семиотике, логике и лингвистике истолковывается различно. Приведем несколько примеров.

Так, по мнению лингвиста , смысл – это «содержание (значение), которое слово (выражение, оборот речи и т. п.) получает в данном контексте употребления, в данной речевой ситуации (ситуация общения)» [1, с. 434]. Фердинанд Соссюр определял смысл как операцию для знака, которая связывает означающее (акустический образ, план выражения) и означаемое (логический образ, план содержания) [7, с. 455, 460].

В книге «Всемирная энциклопедия: Философия» даются такие толкования смысла. В логической семантике это «мысленное содержание, которое выражается и усваивается при понимании языкового выражения» [2, с. 954]. В классической формальной логике смысл соответствует содержанию понятия [2, с. 954]. В лингвистике смысл – это «субъективный образ, возникающий при понимании текста (речевое употребление)» [2, с. 954].

В «Словаре философских терминов» под редакцией дается следующее определение: «Смысл знака (интенсионал) – это та информация о репрезентируемом предмете, которую содержит сам знак или которая связывается с этим знаком в процессе познания и коммуникации» [6, с. 171].

Логик пишет: «Смысл есть ментальная сущность, которая конституирует каждое конкретное отношение обозначения между выражением языка и внелингвистическим объектом…» [4, с. 3].

Видный представитель постмодернизма Жиль Делез характеризует смысл так: «Смысл – это и выражаемое, то есть выраженное предложением, и атрибут положения вещей… Он является именно границей между предложениями и вещами… Событие и есть смысл как таковой. Событие по самой сути принадлежит языку. Оно имеет существенное отношение к языку» [3, с. 42].

Многообразие истолкований смысла в объективном плане определяется сложностью и многогранностью самого феномена смысла, а в субъективном плане определяется различием методологических позиций, на которых базируется анализ данной проблемы, и, соответственно, пониманием природы мышления и языка, их связи между собой и с экстралингвистической реальностью. Мы в данном случае опираемся на диалектико-материалистическую методологию [5, с. 84 – 100].

Дадим краткую гносеологическую характеристику некоторым приведенным выше определениям смысла. Ф. Соссюр определяет смысл очень узко, только как часть знаковой ситуации, только как отношение выражения (как отношении материи знака к его логическому содержанию), не затрагивая экстралингвистического объекта. Это отношение выражения он называет отношением обозначения, в то время как отношение обозначения есть отношение материи знака к обозначаемому экстралингвистическому объекту. По нашему мнению, отношение выражения есть исторически сложившаяся в естественном языке ассоциативно-функциональная связь материи знака с его смысловым содержанием. В искусственном языке эта связь устанавливается конвенционально субъектом, конструирующим этот язык.

Понимание смысла весьма аналогично позиции позднего Л. Витгенштейна, трактовавшего значение (смысл, осмысленность) выражения как способ его употребления в контекстах различных систем коммуникации («языковых играх»). Такое понимание смысла абстрагируется от когнитивного (познавательного) аспекта смысла, не раскрывает коммуникативной сущности языка как средства обмена мыслями. В таком случае смысловая семантика как бы поглощается прагматикой как общим употреблением языка, языковой практикой. Кроме того, такое понимание смысла не объясняет характер конкретной связи языка с мышлением и их связи с экстралингвистической реальностью.

Для представителей постмодернизма характерно нетрадиционное философствование и нетрадиционное понимание смысла. Оно выражается в отказе от парадигмального способа мышления и обращении к проблеме своеобразного осмысления текста как основной проблеме философствования. При этом считается, что текст изначально не обладает определенным смыслом. И становление текстовой семантики является «вкладыванием» смысла в текст. Основой смыслопорождения выступает аструктурная, децентрированная хаотичная текстовая среда.

Данный подход к проблеме смысла расширяет наше представление о смысле, однако в целом он гипостазирует субъективный, вариативный, процессуальный, континуальный и подвижный характер смысла. В результате последний теряет свою определенность и становится исключительно релятивным.

На наш взгляд, наиболее адекватным смыслу как явлению представляется определение его . Но характеристика смысла как ментальной сущности и субъективного образа не раскрывает еще его статус собственно в языке как таковом, т. е. то, чем он является по отношению к материи знака. А последнее отношение (точнее, связь) важно в гносеологическом плане, так как оно недостаточно исследовано наукой. В рассматриваемой связи смысл есть когнитивная (познавательная) функция материи знака. Данная функция реализуется (при знании правил языка) в процессе коммуникации как порождения в сознании определенной мысли, информации об обозначаемом объекте.

Иначе говоря, смысл есть информация, как знание об экстралингвистической реальности, зафиксированная, закодированная в языковых выражениях (знаках). Знание правил и норм конкретного языка позволяет в процессе коммуникации понимать их осмысленность и воспроизводить закодированный в них определенный, конкретный смысл, т. е. раскодировать их. И этот процесс происходит в сознании субъектов речи.

Учитывая все сказанное выше, можно дать такое определение смысла как гносеологического понятия. Смысл – это вербализованная (закодированная) в какой-либо языковой системе мысль (информация), ассоциированная с определенной единицей этой системы и устанавливающая отношение соответствия между этой единицей и внелингвистическим объектом.

С диалектико-материалистической точки зрения смысловая структура естественного языка в конечном счете есть отражение экстралингвистической реальности, опосредованное и преобразованное языком. Обладая относительной самостоятельностью по отношению к мышлению, язык специфическим образом закрепляет в своих формах содержание мыслительных образов. В результате язык предстает как вместилище спрессованной в его смыслах историко-культурной информации.

Литература

1. Ахманова лингвистических терминов. – М., 1966.

2. Всемирная энциклопедия: Философия. – М., Мн., 2001.

3. Логика смысла. – Theatrum philosophicum. – М. Фуко. – М., Екатеринбург, 1998.

4. Микиртумов смысла и интенсиональная логика. – СПб, 2006.

5. О философии: Современные дискуссионные проблемы. – Челябинск, 2002.

6. Словарь философских терминов / науч. ред. . – М., 2004.

7. Структурализм: «за» и «против» [Текст]. – М., 1975.