Завещание Никомеда IV Филопатора: проблема достоверности источников и причины составления

(Челябинский госуниверситет)

Завещание Никомеда IV Филопатора: проблема достоверности источников и причины составления

Как правило, Рим воспринимается как держава, созданная силой оружия. Однако в римской истории имеются сюжеты, которые свидетельствуют о мирном подчинении государств – это завещания эллинистических монархов своих государств в пользу Рима. До сих пор остаются невыясненными причины, по которым Птолемей Эвергет в 155 г. до н. э., Аттал III в 133 г. до н. э., Птолемей Апион в 96 г. до н. э., Птолемей Х Александр I в 88 г. до н. э., наконец, Никомед IV Филопатор в 74 г. до н. э. оставили собственные царства Римской республике. Осложняет разрешение проблемы состояние наших источников. В частности, о факте наличия завещания Никомеда IV лишь косвенно сообщается в античной литературе (App. Mithr. 7; Vel. Pat. IV. XXXIX; Liv. Per. 93; Fest. XI. 1 etc.); каких-либо эпиграфических свидетельств на этот счет не имеется. Некоторые авторы вообще отрицают факт наличия завещания – это Гая Саллюстий Крисп («Письмо Митридата»), а также средневековый схолиаст Цицерона. Попытаемся разобраться в достоверности информации, которую они сообщают в своих сочинениях.

Гай Саллюстий Крисп (86–34 г. до н. э.) являлся современником анализируемых нами событий, что сказалось на высокой информативности его трудов. Казалась бы, доверие к работам Саллюстия должно быть высоким. Но «Письмо Митридата» не вписывается в общую картину. Сомнение вызывает, прежде всего, принадлежность письма Митридату VI. Однако мнение о том, что Никомед IV не писал завещания в пользу Рима, в то время бытовало. И это было выгодно, в частности, Митридату VI. Чтобы понять его интерес здесь, необходимо учесть внешнеполитическую ситуацию для Понта. Письмо якобы было написано парфянскому царю Аршаку, которого понтийский царь пытался привлечь на свою сторону в борьбе с Римом. Для этого Митридат VI стремился доказать, что квириты ни перед чем не остановятся в достижении своих целей, и подчеркивал насильственное приобретение Римом Вифинии (Sallust. Hist. IV.

Далее наше внимание привлек комментарий схолиаста Цицерона: «Он [Никомед IV – А. Н.] умер, не оставив завещания. Таким образом, царство его досталось римскому народу» (Schol. Gron. P. 316 Ed. Stangl.). В самой фразе средневекового комментатора содержится противоречие. С одной стороны, он утверждает, что Никомед IV не завещал свое государство Риму, но с другой – по его же словам именно после смерти Никомеда Вифиния была присоединена к Риму. Возникает закономерный вопрос: каким тогда образом малоазийское государство досталось квиритам? Причем, сам схолиаст не дает никаких объяснений на этот счет. Исходя их этого, мы склонны считать, что завещание Никомеда IV все же имело место быть. Обратимся к предпосылкам составления этого завещания.

В годы правления Прусия II (182–149 г. до н. э.) дипломатические контакты Рима и Вифинии приобретают регулярный характер. Инициатором этого выступил Рим. Причина, по которой Сенат обратил пристальное внимание на малоазийское государство, крылась в союзнических отношениях Вифинского царства с Македонским. Прусий II вследствие «излишней» самостоятельности не устраивал Сенат. В итоге при содействии квиритов произошел переворот в Вифинии. Никомед II сменил своего отца Прусия II насильственным путем (App. Mithr. 7). И уже с Никомеда II внешняя политика Вифинии согласовывалась с интересами «вечного города».

После Никомеда II престол занял его сын Никомед III Эвергет (128–94 г. до н. э.). Большинство исследователей [2, с. 330; 3, с. 28; 4, p. 318] единодушны в своих суждениях: правление нового царя проходило под контролем Рима. Эвергет при удобном случае старался проводить независимую политику, доказательством чего являлась его военная экспедиция 108–107 гг. до н. э. в союзе Митридатом VI, которая привела к изгнанию царя Пафлагонии Пилемена (Just. ХXXVII.Но такое поведение было, скорее, исключением.

Вифиния в материальном отношении была довольно богатым государством. Не случайно, после ее присоединения к Риму случился настоящий разгул откупщиков и публиканов, наводнивших малоазийскую страну (Memn. XXXVIII. 2; App. Mithr. 63). считает, что их проникновение началось еще в годы правления Никомеда III [2, с. 343]. Волне закономерно, что римские полководцы рассматривают малоазийские территории как источник обогащения, как одну из возможностей улучшения своего материального положения. Яркий тому пример – Сулла (App. Mithr. 63). В итоге, когда Никомед IV пришёл к власти в 94 г. до н. э., казна оказалась пуста. Особо остро материальные проблемы проявились на фоне династической борьбы. В 92 г. до н. э. Никомед был изгнан из Вифинии своим младшим братом Сократом, который был союзником Митридата VI (App. Mithr. 10; 57; Memn. F. доказал, что именно понтийский царь профинансировал кампанию Сократа по изгнанию вифинского царя [2, с. 357]. Проримская политическая направленность портила авторитет Никомеда IV в глазах вифинского народа. Бесчинства публиканов и откупщиков настроили против Рима практически всю Малую Азию. А Филопатор воспринимался именно как проводник политики Сената: как уже отмечалось, он занял престол с согласия Рима. Это привело к выстраиванию особого типа взаимоотношений между двумя государствами, который можно именовать как «политическая клиентелла» [1, с. 185 – 186]. Рим уже рассматривал Вифинию в качестве своего клиента.

После изгнания Никомед, находясь в Риме, обещает за свое возвращение щедрое денежное вознаграждение (App. Mithr. 11). Отметим, что смена власти в Вифинии протекала параллельно с аналогичной ситуацией в Каппадокии (Ibid.). Митридату VI удалось свергнуть Ариобарзана, поставив на его место своего сына Ариарата. Однако о том, что изгнанный правитель обещал за своё возвращение какое-либо вознаграждение в источниках не сообщается. Но обоих малоазийских царей вернули к управлению государствами. Данное обстоятельство наводит на мысль о нужности и важности возвращения Никомеда. Так или иначе, после вторичного прихода к власти в 90 г. до н. э., он входит в долговые обязательства перед Римом, что создаёт ещё большие условия для его зависимости от Сената.

Сразу же после возвращения Никомед готовит военный поход против Понтийского царства, что, на наш взгляд, является следствием римского давления. Аппиан косвенно сообщает, что главным инициатором этой войны являлся Маний Аквилий. Он пишет, что Маний и Кассий (соратник Мания), не дожидаясь одобрения Сената, начали войну (App. Mithr. 17). Возможно, это объясняется тем, что Маний выступал в качестве кредитора Никомеда IV и желал новым разграблением улучшить своё благосостояние. Самому Сенату было не выгодно развязывать войну в Малой Азии, так как в этот период протекала Союзническая война. Не встретив особого сопротивления, Никомед дошёл до города Амастриды в Понтийском государстве (App. Mithr. 11). После довольно прибыльного грабежа армия Никомеда сконцентрировалась у понтийско-вифинской границы [3, с. 64]. Но начавшаяся Первая Митридатова война (89–85 до н. э.), сводит лицом к лицу Архелая и Никомеда. Последний терпит поражение и уходит в итоге в Рим (App. Mithr. 19; Strabo. XII.Однако, по сообщению Аппиана, армия Архелая захватывает богатый вифинский обоз (App. Mithr. 18), из чего можно сделать вывод, что Понт частично возместил свои убытки. Соответственно, как таковой прибыли Никомед IV не получил, при этом потеряв свое царство вновь. После заключения Дарданского мира Никомед IV возвратился на престол, и политической активности после этого он не проявлял. Что касается Мания, то он недооценил противника и переоценил собственные силы. Способ, с помощью которого Митридат расправился с Манием, подчёркивает всю алчность римского полководца: ему залили расплавленное золото прямо в глотку (App. Mithr. 21).

В итоге это привело ко второму изгнанию Никомеда IV в 89 г. до н. э. За этим последовало очередное его возвращение на трон и снова – с помощью Рима. Сенат, естественно, ждал отдачи, определённых дивидендов от своей помощи. Но Никомед не оправдал надежд и не смог расплатиться с Римом. Внешнеполитическая акция предпринятая в преддверии Первой Митридатовой войны вифинским царём, как нами было показано, не принесла прибыль царю.

Умирая, Никомед IV оставил свое государство Риму. Мотивация написания завещания очевидна, если обратить внимание на характер оказанных услуг римской стороной. Вифинский царь чувствовал на себе давление, прежде всего, финансового характера. Немаловажным обстоятельством являлось и то, что Никомед IV провел свои юношеские годы в Риме, впитав римскую культуру и традиции. Кроме того, Никомед не имел и своего наследника. В итоге, завещание, обнародованное в 74 г. до н. э., явилось закономерным результатом «мирной экспансии» Республики.

Библиографический список:

1.Беликов, А. П. От полиса к империи: становление провинциальной системы древнего Рима // Античная история и классическая археология. / Отв. ред. . М., 2006. С. 178–194.

2. Габелко, этнополитическое койне и особенности эллинизма в Малой Азии (На примере Вифинии). Дисс. … докт. ист. наук. Казань, 2006.

3. Молев, Понта. Н. Новгород: Изд-во ННГУ, 1995.

4. Magie D. Roman Rule in Asia Minor. Princeton: Princeton University Press, 1951. – Vol. I.