Наша маленькая жизнь

Наша маленькая жизнь.

Аааапппчхиии! .. ой, мама.. аапчхи-хи! Веселый лучик щекочет проталины и заливисто хохочет. Весеннее солнце всегда такое игриво-колючее, смешливое, задорно покалывает и заставляет проснуться. И никуда-то от него не денешься. Ох-хохо, сладкие потягушеньки… Волной прокатывается истома и отчего-то нежностью и теплом наполняется все вокруг. Брызги упрямого снега сверкают бриллиантами, да так, что с непривычки приходится зажмуриться...и замурлыкать от захлестнувшего плотного и вязкого присутствия счастья. Берег сливается с горизонтом и теряется в искристой дали. Распахнув глаза, ласкаешь просыпающийся мир и снова веришь в чудо. С каждым днем начинаешь прислушиваться и ждать. Вот.. вот! Это точно они, мои! Скрип ворот, ах, каждую весну замирает сердце.. Пес привычно выпрыгивает из машины и первым бежит здороваться. Старина.. Уж сколько лет вместе, хромает, а все такой же егоза. И все-то ведь должно быть по порядку, им для всех придуманного! Бежит, тыкается носом в куст сентябринок и требует незамедлительно открывать дом и баню для самой-пресамой проверочной проверки. Промерзшая печь недовольно гудит и требует оставить ее досмотреть последний зимний сон, но просыпается от настойчивого тепла и остро-терпкого манящего запаха специй. Как же хорошо-то, мамочки!

Солнце все больше и больше дарит тепла, птицы радуют веселым деловитым гомоном, выбирая место для семейного гнездышка, и затаив сердце невольно начинаешь мечтать... Первые прикосновения рук, несущих новую жизнь, теплая вода и ласковые слова.. что-то будет.. что-то уютно-знакомое, но новое и яростно завораживающее…

Ох!.. Каждый раз вздрагиваешь от рева и этих ритмичных вгрызаний. До чего же я не люблю этих громких рокочущих звуков и местечкового землетрясения! И пусть знаешь все наперед, каждый раз невольно сжимается сердце, хочется зажмуриться и спрятаться под крыльцом от этого разухабистого металлического увальня. От пульсирующих встряхов ящерки высовывают свои острые мордочки, опасливо озираются и устраиваются на камушке греть свои хвостики. Черные бусинки их глаз, кажется, щурятся от удовольствия и любопытства. Уфф..ф… закончилось! Перетерпишь, и понимаешь - все-таки даже такие процедуры полезны. Распахиваешься, разворачиваешься, и теперь уже окончательно начинаешь дышать полной грудью…какое же наслаждение получаешь от первого глубокого полноценного вдоха новорожденного весеннего воздуха!

Ну вот.. оглядываешь себя с довольством и любуешься.. Как же все ладненько и пригоже получилось! Красивые дуги обласканных грядок, новопосаженные кусточки еще незнакомых цветов и трав, обновленный газон и новые гладкие камушки с берегов такой далекой и такой родной Катуни. И нечего поглядывать на соседей! Да, пусть, может быть у них и глаже и ровнее и морковка, посаженная по леске, стоит как в строю. Но ведь зато как скууучно! Не выглядывает нигде задорным глазом беспечный одуванчик, прилизан и очищен от скверны клевера газон и даже мята и мелисса добросовестно стоят на раз и навсегда отведенных им местах. Да что там мята! Кошка Маруська с соседней улицы никогда не снизойдет понежить шерстку на их камушках, а пугливые трясогузки не доверят им выпестовать свое потомство.

Прохлада заползает под одеяло и настаивает на немедленном пробуждении. Всплеск - и еще сонная утренняя вода обволакивает колющей свежестью, а солнце, хитро подмигивая из-за деревьев, поглаживает и улыбается. Туман сворачивает свою пряжу в клубки и устраивается в овражках до следующей ночи. Ох, сколько сегодня дел! Тепличная роса обдает терпким запахом помидор, гордо демонстрирующих первый румянец. Радость от торжественно разломанного хруста первого снежно-пахнущего огурца собирает всех около грядки, и даже пес, не смотря на хромоту и совершенно не понятный ему восторг, радостно кружится в своем собачьем вальсе. Он вообще безумно счастлив, деловито обходит владенья, со знанием дела тыкается в грядки и кусты, узнавая о самочувствии и процессе созревания, раздавая советы баклажанам и снимая пробу с малины. А это что-то новенькое! Такого еще не было, как, вы говорите, это называется? Ру.. чего? РУкола? Или рукОла? Кто ж тебя так назвал, сердешную? И запашок такой.. неместный. Ну проходи, не бойся, не обидим. С помидорами, думаю, славненько сговоритесь. Красота, тра-ля-ля! Наконец-то за баней уберут завал, и будет новый газон, а еще зацвела не только розовая, но и желтая аквилегия и розы, розырозырозы! И ирга в этом году подарила первые ягодки! И краска для дорожек снова не совпала по цвету! Зато обещают сделать новую кровать и настелить пол в башенке на первом этаже. Вот! А еще, а еще…

…И воздух напоен ароматами покоя, тепла и уюта. Устроившись с ногами на лавочке и укрыв плечи легким шарфом, довольно мурлыкают сумерки. Сладкий запах белоголовника кружится и уплывает вместе с мечтами далеко над водой. Обжигающий напиток, свежесть ягодного мусса, терпкость базилика и укропа, нагретых щедрым солнцем, и многоголосый стрекот и жужжание делают мир невыразимой сказкой. Роскошные густые летние вечера… Пламенеющее солнце осторожно пробует лучами воду, последние облачка укладываются спать за горизонт, уступая место сияющим звездам. Тут и там чернеют точки рыбацких лодок, а мальчишки оккупируют берег, постигая азы таинства вечерней зорьки. Навстречу луне поднимает свои колокольчики табак, неразлучные подруги морковка и свекла заботливо прополоты и политы, капуста кутается в хрумкие листья, а ясельные огруречики укладываются подрастать на колкий бархат ботвы; светлячки уюта зажигаются во дворах и тихий говор плывет над землей. Ежик Леша – или Гриша, никак не получается у него выяснить наверняка – выходит за блюдечком молока, привычно позирует, позволяет собой налюбоваться, сверкая агатами глаз, и заступает на ночное дежурство. Всюду поспев и все разузнав, немного сумасшедшие чайки наконец-то успокаиваются, затихающим клекотом желая всем спокойной ночи. Как там? «Если чайка села в воду…» Завтра обещает еще один замечательный день..

Утра все свежее и короче, а вечера все более стремительны и настойчивы. Буйство зелени и щедрость красок не перестает впечатлять и через годы, терпко-сладкие ароматы кружат голову и уносят в зачарованную даль, оседая в душе легкой грустью. Накаты волн смурнеют, и пусть солнце еще алмазно искрит на воде, золото листвы и хруст морозного воздуха поют песню осени. Время домашнего тепла, глинтвейна и сбора урожая. Помидорные плети облегченно вздыхают, освобождаясь от тяжести разномастного великолепия, подруги высвобождены из подземного заточения и сохнут под лучами отдающего последнее тепло солнца, кабачки и баклажаны соревнуются в скорости роста, а ароматные травы приготовили себя для зимних трапез. И цветы, наконец, готовы показать себя во всем великолепии! Апельсиновая календула, солнечные шафраны и терпкие бархатцы словно сохранили собой летнее солнце и теперь с завидной щедростью разлились по траве; разноцветная и разномастная веселая мелочь резвится на газоне, благородные в своем великолепии розы и милые добродушные астры... Пряный дым осеннего костра пьянит и отчего-то именно сейчас так ароматны специи и тлеющие угли мангала особенно уютны, и почему-то именно сейчас близки и дороги родные люди. Придвигая поближе разносолое великолепие урожая и кутаясь в пушистый плед, забираются с ногами на лавочку мурлычащие сумерки. Манящие специи смешиваются с сочным мясным ароматом, сплетаются с терпким глинтвейном и разливается сытое довольное спокойствие.

Во влажнеющем взгляде растворяются дали, все реже и реже тлеют уютные огни по вечерам, и с прощальным курлыканьем уплывает птичье облако. Любопытные ящерки уже давно не показывают черные бусинки своих глаз, а ежик Леша – или Гриша – давно допил свое молоко и сопит в теплой зимней спаленке. Осеннее дыханье баюкает и укутывает терпким покрывалом уставшую землю. Шелест нежного танго разливается в пламенеющем закате…

«Осень, прозрачное утро, небо как будто в тумане, даль из тонов перламутра…»

На плечи мягко ложится пушистая снежная шаль…