Восприятие иностранного (русского) акцента аудиторами с разной фонологической базой
Якобсону, «люди обычно проявляют более узкую языковую компетенцию в качестве отправителей речевых сообщений и более широкую компетенцию в качестве их получателей» (Якобсон 1985: 313). В теории коммуникации изучаются все компоненты и участники общения: говорящий — речь — слушающий — образ говорящего, при этом учитываются не только особенности порождения высказывания говорящим, но и сложный, субъективный характер восприятия речи слушающим. Следует отметить, что вышеназванные компоненты взаимодействуют как в естественном языковом окружении, так и при искусственном билингвизме.
Интерференция локализована в говорящем, а акцент существует для слушающего. Следовательно, успешное преодоление иностранного акцента невозможно без учета особенностей восприятия этого явления носителями изучаемого языка; не менее важно иметь представление об оценке степени фонетического акцента самими билингвами, усвоившими произношение неродного языка в условиях аудиторного обучения. подчеркивал, что «мы всегда должны обращаться к сознанию говорящего на данном языке индивида, раз мы желаем узнать, какие различия он употребляет для целей языкового общения, и другого источника, кроме его сознания, у нас вовсе не имеется, — поэтому-то для лингвиста так драгоценны все хотя бы самые наивные заявления и наблюдения туземцев — они в большинстве случаев, при надлежащей их интерпретации, имеют гораздо больше цены, чем наблюдения ученых исследователей, принадлежащих к другой языковой группе» (цит. по: Гордина 2006: 471—472).
Ниже представлены результаты аудиторского эксперимента, проведенного в рамках экспериментально-фонетического исследования на кафедре иностранных языков гуманитарных факультетов ПетрГУ. Для получения объективных данных было организовано несколько серий аудиторского эксперимента по оценке иностранного акцента тремя группами аудиторов: носителями двух разных типов произношения британского варианта английского языка, а именно носителями орфоэпической нормы (г. Лондон), носителями территориального типа произношения (г. Бирмингем) и русскими аудиторами.
В качестве объекта исследования были выбраны тридцать пять русских студентов из пяти групп гуманитарных специальностей. Для удобства экспериментальные группы обозначены латинскими буквами A, B, C, D, E. Уровень владения орфоэпической нормой английского языка в выбранных группах различен и в большой степени является результатом использованной методики преподавания фонетики. В общеобразовательных группах А, В и С при обучении английской фонетике применялся метод аппроксимации. Студенты специализированных групп D и E, обучающихся по программе дополнительной квалификации «переводчик в сфере профессиональной коммуникации», изучали фонетику с помощью методики, разработанной на кафедре фонетики и методики преподавания иностранных языков С.-Петербургского государственного университета.
Аудиторам было предложено прослушать записи чтения русскими студентами отрывка из сказки О. Уальда. Материал предъявлялся в свободном порядке, т. е. без учета принадлежности дикторов-студентов к определенной академической группе. Данные о дикторах были зашифрованы под номерами. От аудиторов требовалось охарактеризовать иностранный акцент дикторов в зависимости от степени его проявления: «очень слабый акцент», «слабый акцент», «акцент средней степени», «сильный акцент», «очень сильный акцент» и заполнить отпечатанные протоколы.
В описываемом эксперименте в качестве аудиторов первой группы выступили двадцать пять носителей британского варианта английского языка, владеющие орфоэпической нормой (mainstream RP). Это преподаватели английского языка и менеджеры языковых школ г. Лондона.
Акцент дикторов из групп А и В чаще всего оценивается носителями mainstream RP как «средней степени» (61,1 % и 53,7 % от общего числа ответов соответственно). Акцент учащихся группы С большинством аудиторов характеризуется как «сильный» (52, 6 % ответов). При оценке степени акцента дикторов группы D впервые появляются характеристики «слабый» (38, 3 % ответов) и «очень слабый акцент» (14, 3 % ответов), хотя дано много оценок «акцент средней степени» (44, 6 % ответов). Акцент студентов группы Е был охарактеризован как « слабый» (47, 4 % ответов) и «очень слабый» (26, 9 % ответов).
Вторая группа аудиторов состояла из двадцати пяти преподавателей, менеджеров и студентов Бирмингемского университета. Тип произношения, распространенный в г. Бирмингеме, характеризуется заметными региональными особенностями и по признанию носителей британского варианта английского языка, он не относится к престижным типам произношения (Thorn 2003). Все аудиторы являются образованными представителями среднего класса, носителями modified RP (RP/Birmingham).
Акцент студентов из групп А и В оценивался как «средней степени» чаще, чем в первой серии эксперимента (65, 1 % и 72 % от общего числа ответов соответственно). Больший процент носителей modified RP восприняли как «слабый» акцент дикторов из группы А (18, 9 % ответов). Акценту учащихся группы В дали характеристику «сильный» только 19, 4 % аудиторов второй группы, в то время как такую же формулировку выбрали 40, 6 % аудиторов первой группы. В группе С оценки аудиторов распределились достаточно равномерно между «акцент средней степени» (45, 7 % ответов) и «сильный акцент» (46, 9 % ответов). Носители modified RP характеризовали акцент студентов групп D и Е как «очень слабый» и «слабый акцент» (в группе D 24, 6 % и 34, 9 % ответов соответственно, а в группе Е – 35, 4 % и 43, 4 %). Очевидно, что тип произношения, характерный для образованных представителей г. Бирмингема, определил их восприятие степеней иноязычного (русского) акцента. В целом носители modified RP оценили произношение русских дикторов более положительно, чем аудиторы-носители mainstream RP.
В состав третьей группы аудиторов вошли двадцать пять русскоязычных преподавателей английского языка и студентов старших курсов гуманитарных специальностей, обучающихся по дополнительной квалификации «переводчик в сфере профессиональной коммуникации». Все студенты изучили фонетику английского языка в рамках дисциплины «практическая фонетика» и имеют оценки по данному предмету не ниже «отлично». Фонетический акцент данной группы аудиторов можно охарактеризовать как near native pronunciation; он формировался в условиях неконтактного билингвизма.
Данные, полученные в ходе третьей серии эксперимента, свидетельствуют о том, что характер восприятия степени иноязычного акцента аудиторами, изучавшими иностранный язык вне языковой среды, отличается от восприятия носителей языка. Прежде всего, по сравнению с первыми двумя сериями опытов при оценке дикторов из групп A и B чаще выбирается ответ «сильный акцент» (46, 9 % и 41, 1 % от общего числа ответов соответственно). У носителей mainstream RP эти показатели составили 32, 6 % и 40, 6 % всех ответов, у носителей modified RP – 15, 4 % и 19, 4 % ответов соответственно. Значительно возросла частотность оценки «очень сильный акцент» в группах В и С: 27, 4 % и 61, 7 % аудиторов соответственно дали такой ответ. Стоит напомнить, что английские аудиторы продемонстрировали значительно более терпимое отношение к степени проявления акцента. Так носители mainstream RP выбрали формулировку «очень сильный акцент» в 4, 6 % и 9, 1 % случаев, а носители near-RP – только в 3, 4 % и 4 % случаев соответственно.
В тоже время русские аудиторы достаточно высоко оценивают произношение дикторов с небольшим иностранным акцентом. Более 46 % аудиторов оценили акцент дикторов из группы D как «слабый» и 32 % аудиторов – как «очень слабый». Результаты по группе Е еще выше: 48, 5 % составили ответы «слабый» и 50, 3 % – «очень слабый акцент». Показательно, что носители британского варианта английского языка из обеих групп аудиторов оценили речь дикторов с небольшим акцентом по более строгим меркам. Так, характеризуя произношение студентов группы D, 38, 3 % носителей mainstream RP выбрали ответ «слабый» и 14, 3 % аудиторов – «очень слабый акцент». По группе Е данные показатели составили 47, 4 % и 26, 9 % ответов соответственно. В тоже время носители modified RP оценили акцент дикторов из группы D как «слабый» в 34, 9 % случаев и как «очень слабый» – в 24, 6 % случаев. Акцент студентов группы Е характеризовался как «слабый» в 43, 4 % случаев, при этом ответ «очень слабый акцент» выбрали 35, 4 % аудиторов. Таким образом, обе группы аудиторов – англичан оценивают незначительный иностранный акцент строже, чем русские аудиторы, при этом носители региональных произносительных черт более лояльны к фонетическому акценту, чем носители орфоэпической нормы.
Полученные экспериментальные данные позволяют сделать следующие выводы: 1) то, как носители и неносители английского языка оценивают иноязычный (русский) акцент дикторов, зависит от особенностей их собственного произношения (орфоэпическая норма, один из территориальных типов произношения либо произношение «near-native», изученное в условиях искусственного билингвизма) и косвенно демонстрирует отношение аудиторов с разной фонологической базой к орфоэпической норме английского языка; 2) в целом носители орфоэпической нормы RP оценивают иностранный (русский) акцент более строго, чем образованные носители modified RР с региональными произносительными особенностями; 3) самой частотной суммарной оценкой фонетического акцента английскими аудиторами является «акцент средней степени»; в целом носители языка демонстрируют толерантное отношение к иностранному акценту, что косвенно свидетельствует об ослаблении британского произносительного стандарта; 4) разброс оценок русских аудиторов гораздо значительнее: они строже оценивают дикторов с заметным акцентом, но выбирают более высокие оценки при характеристике речи дикторов с небольшим акцентом.
Проведенный эксперимент дает возможность глубже понять как специфику формирования фонетического акцента вне языковой среды в условиях применения разной методики обучения, так и особенности восприятия иностранного акцента аудиторами с разной фонологической базой.
Литература
1. Гордина, фонетических исследований (от античности до возникновения фонологической теории) // / СПб.: СПбГУ, 20с.
2. Щерба, Л. В. Фонетика французского языка / . – М.: Учпедгиз, 19с.
3. Якобсон Р. О. Избранные работы: Пер. с англ., нем., фр. М., 19с.
4. Thorn, S. Birmingham English: A Sociolinguistic Study / S. Thorn // PhD thesis.– University of Birmingham, 2003. Режим доступа: web. bham. ac. uk/sue_blackwell/UG/DAVE/essay_refs.html - 5k
