Ведущий: Добрый день, уважаемые коллеги. Рад вас приветствовать в пресс-центре информационного агентства «Интерфакс». Сегодня у нас – уважаемые гости, эксперты, руководители предприятий, руководители компаний, занимающиеся энергосбережением. Тема нашей сегодняшней встречи: новые инструменты реализации энергоэффективности. Позвольте, представлю наших докладчиков: Дмитрий Горевой – заместитель директора Департамента государственного регулирования тарифов, инфраструктурных реформ и энергоэффективности Министерства экономического развития Российской Федерации. Дмитрий пока не совсем официально вступил в должность, но в ближайшее время, надеемся, что это случится. Анастасия Прозор – юрист «CMS Russia», Дмитрий Григорьев – коммерческий директор «Фениче Рус», Максим Гришин – советник президента «АвтоВАЗа». После докладов вы сможете задать вопросы, также в зале у нас присутствуют эксперты, которые также примут участие в нашей дискуссии.
Итак, я перед тем, как передать слово первому докладчику, я попрошу вас выключить звуки мобильных устройств, дабы не мешали нам в работе. Параллельно будет идти показ слайдов. Дмитрий, пожалуйста.
Дмитрий Горевой: Спасибо большое. Еще раз добрый день, уважаемые журналисты, коллеги. Тема моего доклада звучит так, я хотел бы сказать по поводу формирования нормативно-правовой базы в области энергосбережения и повышения энергетической эффективности, что нам, по сути, удалось достичь в этом направлении за 3 года. Все мы знаем, что 261 УФЗ был принят в конце 2009 года, на тот момент в Российской Федерации был, скажем так, правовой провал, то есть не было правового поля, где можно было решать задачи энергосбережения и повышения энергетической эффективности. Вместе с тем мы понимали, что повышение энергетической эффективности – это для нашего министерства, по сути, является одной из наиболее, скажем так, важной задачей. Например, сегодня, как видно на слайде, потенциал энергосбережения в целом оценивается порядка 45% от текущего потребления всех энергоресурсов, я имею в виду – здесь очень многие путают, что энергоресурсы – это только электроэнергия, на самом деле это и вода, тепло и т. д. и т. п. В этом смысле, если рассматривать потенциал по отраслям экономики, то, как показано опять же на слайде, в жилищном секторе, то есть в сфере ЖКХ, это примерно 27%, это 253 млн. тонн условного топлива. В электроэнергетике и в промышленности это 28%, что примерно составляет 269 и 270 млн. тонн условного топлива, соответственно. В этом смысле понятно, что потенциал огромен, необходимо заниматься этим направлением, и соответственно, высвобождать экономику от такой в целом неэффективности использования электрических ресурсов.
Также на слайде показано, что динамика энергоемкости ВВП после финансового кризиса прошлых лет сейчас имеет тенденцию к снижению. За 3 года мы достигли, скажем так, определенных результатов, успехов, можно так сказать, по сути, за 2 года была разработана необходимая нормативно-правовая база в этой сфере, но, как на слайде показано, это порядка 47 новых нормативно-правовых актов на федеральном уровне. Аналогичная работа, например, в западных странах, по данным международного аналитического агентства, занимала где-то в среднем от 6 до 10 лет. У нас, я еще раз подчеркну, мы смогли это сделать в течение 2-3 лет, по сути. Конечно, какие-то нормативно-правовые акты мы будем корректировать в этой связи, потому что не весь успешный опыт смогли, скажем так, перенять более детально, но тем не менее. Появилась та база, на которой, в принципе, начали создаваться новые рабочие места, появился новый спрос. Порядка 4 тыс. появились организаций в области энергоаудита, по сути, появилось требование по разработке программ повышения энергетической эффективности, как у субъектов, так и у крупных субъектов естественных монополей, или потребители энергетических ресурсов тоже должны были, обязаны были разрабатывать программу повышения энергетической эффективности. Начали реализовываться проекты в области энергоэффективности в промышленности, в том числе, как мы видим сегодня, с участием западных партнеров, и надо сказать, что этот, скажем так, новый сектор экономики, я бы его так назвал, на сегодняшний день все больше и больше привлекает частных инвесторов, поскольку та нормативно-правовая база и те условия, которые мы пытаемся создать, и более комфортные условия для привлечения частных инвесторов, потому что мы понимаем, что за счет бюджетных средств такой объем энергетических ресурсов, скажем так, потенциала энергосбережения, не хватит никаких бюджетных средств. Поэтому частные инвесторы для нас являются ключевыми для решения этой задачи.
Поскольку спрос в новых высокотехнологических решениях в области энергосбережения и повышения порождает как раз ту потребность, которая возникает у промышленных предприятий, создаются высокотехнологические производства. Примером может служить тот же самый завод светодиодов «Светлана Оптоган», а также завод по созданию новых высокоемких литий-ионных аккумуляторов в Новосибирске, которые впоследствии, как планируется, будут использоваться на общественном транспорте. То есть там тоже очень большой потенциал снижения энергоемкости.
Помимо всего прочего, мы отдельно хотели бы выделить, для нас важной темой является энергосбережение в бюджетном секторе, поскольку там тоже огромный потенциал, и мы видим, что бюджетный сектор на сегодняшний день, скажем так, наиболее сложный сектор, поскольку там мы завязаны на бюджетный цикл оборачиваемости бюджетных средств. То есть на сегодняшний год бюджетный цикл составляет 3 года, многие проекты 3-5 лет энергоэффективности окупаемые. В рамках запущенной государственной программы, которая параллельно была разработана и утверждена в 2010 году, осуществляется обучение 18 тыс. ежегодно специалистов в области энергосбережения и повышения энергетической эффективности. Около 5 млрд. ежегодно выделяется на субсидирование региональных программ, то есть по сути это что означает: что субъекты, формируя свои программы энергосбережения, выделяют какие-то определенные направления, для себя наиболее важные, и привлекают внебюджетное финансирование туда, по сути, подготавливают эти проекты для участия частных партнерств – иностранных организаций, российских. И какие-то на начальном этапе затратные вещи они несут за счет как раз этих выделяемых из федерального бюджета субсидий. То есть это предпроектные какие-то моменты, потому что чтобы оценить потенциал энергосбережения, соответственно, и оценить возвратность вложенных средств, зачастую необходимо провести эту предпроектную работу, и соответственно, показать инвестору: вот, посмотрите, какой, в принципе, большой потенциал, и сюда можно вкладывать. И в этом смысле эти деньги бюджетные – они на самом деле как раз и рассчитаны на то, чтобы запустить этот механизм на субъектах. То есть, есть уже успешный опыт различных субъектов. Я бы на сегодняшний день отметил, например, Татарстан – там очень много проектов в области энергосбережения, там и правительство поддерживает, и там можно многому научиться. И многие другие субъекты, которые я, может быть, не назвал сейчас сразу, но тем не менее, как бы этот маховик запущен и есть положительные результаты.
В целом в рамках программы осуществляется разработка государственной информационной системы, которая как раз и позволит нам сегодня по всей России, с муниципальных образований, с субъектов Российской Федерации собирать эти данные в части по потреблению, по снижению этого потребления, какие мероприятия реализованы, какие эффекты даны, для того, чтобы в дальнейшем принимать управленческие решения – что нам нужно сделать еще. Но вместе с тем, опять же, поскольку тема нашей сегодняшней встречи – это энергосервисные контракты, я бы хотел еще раз остановиться на том, что в любом случае, какие бы меры поддержки со стороны государства не были, нам нужно запустить реально действующий механизм энергосервисного контракта. Это когда, по сути, частный инвестор за свои деньги проводит мероприятия, достигает определенного эффекта, и в части экономии получает возврат. С одной стороны, здесь выигрыш как у заказчика, который получает новые технологии и новые, лучшие, комфортные условия жизни, с другой стороны, и экономит на этом какой-то период. Дальше, соответственно, ему остаются все эти улучшения, которые были сделаны исполнителем.
Но мы понимаем, что, с одной стороны, есть стимулы для того, чтобы повышать энергетическую эффективность в частном секторе, в промышленных предприятиях – это все отражается на стоимости конечной продукции, и тут можно посчитать, какой эффект, и частный сектор – он сам выбирает и принимает решение, стоит ему это делать или нет. Здесь мы понимаем, что этот механизм давно уже запущен, и он очень успешно реализуется. Но что говорить про бюджетный сектор – тут, конечно, должно пройти какое-то определенное время, потому что зачастую решение о заключении энергосервисного контракта, заключают, скажем так, бюджетные работники, то есть директора школ, институтов, больниц и т. д. и т. п., им нужно это еще осознать и понять, как действует этот механизм, и каких-то быстрых результатов здесь, скорее всего, ожидать не стоит. Но тем не менее, мы постоянно следим по сайту «zakupki. gov», как происходит эта тенденция, на сегодняшний день могу сказать, что относительно начала этого года там в разы увеличились контракты на энергосервис, просто в разы – в два, в три раза. И по всей видимости, нарабатывается та практика в бюджетном секторе, когда они уже начинают передавать друг другу эту информацию, обмениваться, и соответственно, есть эффект для бюджетного учреждения. Почему – потому что, с одной стороны, мы бюджетное учреждение заставили проводить мероприятие иначе, если он не будет проводить мероприятие, у него все равно 3% ежегодно будет снижаться затрат на энергоресурсы, с другой стороны, мы дали ему инструмент: ты можешь больше снизить, но при этом ты можешь заплатить и инвестору частному, и оставить себе на зарплату тех работников, которые, в принципе, знают, какие мероприятия надо проводить и как это снизить.
И сегодня перед нами стоит задача – как дальше развивать этот механизм, и совместно с банками сегодня мы работаем над тем, как бы решить задачу стандартизированного кредитного продукта для таких проектов. И в этом смысле как раз та перспектива перед нами, которую мы видим в ближайшие год-полтора, чтобы все-таки выйти на это и дальше через эти стандартизированные продукты кредитные с одной стороны, а дальше стандартные мероприятия в конкретных проектах. С другой стороны – это совместить и начать тиражирование успешного опыта по всей России. Вкратце это все по поводу того, как формировалось это нормативно-правовое поле, как формировался этот сектор. Поэтому слово я хотел бы передать коллегам.
Ведущий: Спасибо, Дмитрий, спасибо. С докладом «Правовые аспекты энергосервисных услуг» выступит юрист компании «CMS Russia» Анастасия Прозор.
Анастасия Прозор: Добрый день, уважаемые коллеги. В своей презентации я бы хотела остановиться на таких основных юридических моментах регулирования энергосервисных услуг, в частности, на том, что такое энергосервисный договор, как необходимо его структурировать, как можно его финансировать, и какие могут быть меры стимулирования, применимые к инвесторам в энергосервисных проектах. Следующий слайд, спасибо. Я бы хотела начать с того, что такое вообще энергосервисный договор. В принципе, самое понятие энергосервисного договора было впервые в России введено в том самом законе об энергосбережении и повышении энергетической эффективности, который был принят в конце 2009 года. Соответственно, это новый вид договоров, который у нас появился и который сейчас только развивается. Предмет энергосервисного договора в законе сформулирован достаточно широко, он определен как осуществление исполнителем действий, направленных на повышение энергетической эффективности использования ресурсов заказчиком. То есть, вы понимаете, что проекты, которые основаны на энергосервисных договорах, могут быть совершенно разнообразны, это может быть, скажем, реконструкция зданий, это может быть капитальный ремонт, это может быть установление оборудования, которое позволяет оптимизировать процессы. Это могут быть совершенно банальные вещи, вплоть до установления лампочек, установления приборов учета, которые также приводят к экономии энергоресурсов заказчика.
В законе установлены как существенные, обязательные условия энергосервисного договора, без согласования которых такой договор признается ничтожным, то есть незаключенным, так и факультативные условия, которые могут быть включены в такой договор по усмотрению сторон. Если мы говорим о существенных условиях, то в первую очередь пункт, который должен быть обязательно определен, это размер экономии, который должен быть обеспечен исполнителем, и при этом последнее изменение в закон, которое буквально две недели назад вступило в силу, предполагает, что такой размер экономии должен определяться не только в натуральном выражении, но и в стоимостном выражении, то есть не только в натуральном, но и с указанием конкретной денежной суммы. При этом срок энергосервисного договора не может быть менее срока, который объективно необходим для достижения соответствующего размера экономии. И это самое условие о сроке – оно является вторым существенным условием энергосервисного договора.
Если мы говорим о факультативных условиях, то тут могут быть разные совершенно пункты, это может быть, например, обязательство исполнителя обеспечивать соответствующий температурный режим, уровень освещенности, это может быть условие об определении цены договора, исходя из стоимости сэкономленных энергетических ресурсов, и т. д. В принципе, как вы видите, в энергосервисный договор может быть включено достаточно большое количество мероприятий. Поэтому с юридической точки зрения энергосервисный договор чаще всего является смешанным договором, который включает в себя и элементы договора оказания услуг, и элементы договора подряда, предполагающего выполнение каких-либо видов работ.
Можно следующий слайд. Вообще, как реализуется вот эта самая юридическая модель энергосервисного договора, что необходимо для заключения такого договора? В принципе, обычно, как вы видите на слайде, здесь такая очень упрощенная схема, которая предполагает, что до начала реализации энергосервисных мероприятий исполнитель энергосервисной компании определяет базовый уровень потребления энергии, то есть текущий уровень потребления ресурсов, который есть у заказчика. Затем проводятся мероприятия, направленные на снижение этого базового уровня и экономия, которая достигается таким образом, по общему правилу подлежит разделению между заказчиком и исполнителем. То есть получается, что исполнитель самостоятельно, из собственных средств, либо с привлечением заемных средств финансирует мероприятие по энергоффективности, затем заказчик получает какой-то готовый продукт, это может быть отремонтированное здание, новое оборудование и так далее, и при этом исполнитель получает вознаграждении, опять же по общему правилу, исходя из получившейся экономии энергетических ресурсов, которая достигнута в результате энергоэффективных мероприятий.
Что необходимо принимать во внимание, когда заключается энергосервисный договор: здесь большое количество пунктов обычно на согласовании у сторон, потому что, как я уже говорила, энергосервисный договор – это новый вид договора, еще, естественно, опыта мало, и поэтому на согласование договоров уходит довольно большое количество времени, и многие пункты – они являются такими вопросными. Например, самый, естественно, волнительный вопрос для многих организаций – это порядок определения цены. Цена может определяться по-разному, в принципе, энергосервисный договор предполагает, как я уже говорила, разделение экономии. Соответственно, обычно цена определяется исходя из каких-то показателей, достигнутых в ходе реализации энергосервисного договора. Также может быть, в принципе, фиксированная стоимость, этому ничего не мешает с юридической точки зрения, может быть какая-то комбинация из этих двух факторов. Также обязательно необходимо принимать во внимание сторонам, когда они заключают такой договор и темпы инфляции, потому что, конечно, если договор заключается на длительный срок, то и уровень инфляции необходимо принимать во внимание, необходимо учитывать формирование цены.
Также серьезный вопрос – это учет развития и регулирования тарифов при установлении цены, потому что если цена устанавливается в зависимости от стоимости сэкономленных ресурсов, понимаете, что опять же через 5, через 10 лет непонятно, какие тарифы будут установлены, и это также необходимо принимать во внимание при заключении договора.
Также очень важные вопросы – это и меры ответственности применимые, и меры обеспечения исполнения обязательств, но я немножко позже об этом скажу поподробнее. И отдельно хотела сказать об особенностях заключения договора с органами государственной власти и местного самоуправления, в таких случаях энергосервисные контракты заключаются на основании тендеров. Но здесь очень важный момент – это бюджетирование средств, то есть когда договор заключается в публичном секторе, если можно так выразиться, возникает проблема, поскольку бюджетный цикл у нас трехлетний, соответственно, во-первых, если договор долгосрочный, может возникнуть проблема с так называемыми непредвиденными платежами. То есть, если, например, возникают какие-то штрафы, они не забюджетированы, может возникнуть проблема в их взыскании.
Также пример: может возникнуть проблема, связанная с тем, что долгосрочный договор на 10 лет есть уверенность только на ближайшие 3 года, на ближайшие 3 года средства забюджетированы, дальше, вы знаете, что могут быть различные политические моменты, которые могут повлиять на реализацию такого проекта в будущем.
Можно следующий слайд. Я бы хотела коротко остановиться на таких элементарных моделях структурирования энергосервисного договора, на этом сайте вы видите структурирование В2В, когда договор заключается в частном секторе. Здесь все просто: заключается договор между заказчиком и исполнителем энергосервисной компании, энергосервисная компания финансирует либо из собственных средств, либо с привлечением средств заемных, поэтому здесь изображена кредитная организация, которая может либо финансировать проект, либо предоставить банковскую гарантию. И заказчик со своей стороны, в общем-то у него остается договор на поставку энергетических ресурсов, потому что энергосервисная компания по общему правилу не должна покупать энергетические ресурсы и затем продавать заказчику. То есть, энергосервисная компания – она именно осуществляет мероприятия энергоэффективные, она оказывает услуги и выполняет определенные работы.
Если же у нас договор заключается в публичном секторе, на следующем слайде у нас схема, видите: здесь немножко сложнее из-за различных ограничений, о которых я говорила. Например: здесь какой-то объект у нас – больница, школа, которая находится в оперативном управлении, в хозяйственном ведении муниципального
унитарного предприятия. В таком случае у такого МУПа различная может быть финансовая ситуация, и необязательно она очень хорошая. В этом случае привлекается также непосредственно орган местного самоуправления, который может предоставлять, например, муниципальную гарантию банку, который финансирует этот проект, или который предоставляет банковскую гарантию исполнителю энергосервисной компании.
Ну, и последнее, о чем я хотела бы сказать – это о мерах стимулирования, которые у нас сейчас предусмотрены для инвесторов. Вообще, сразу оговорюсь, что этих мер стимулирования мало, и пока они не очень работают. Они, в принципе, все изображены на слайде, это три меры налогового характера: налоговые льготы, освобождение от налога на имущество в течение 3 лет для энергоэффективного оборудования, это ускоренная амортизация основных средств, которые относятся к энергоэффективным объектам, и также это инвестиционный налоговый кредит в сумме до 30%. Еще есть одна экономическая мера, которая реализуется на региональном уровне – это возмещение процентов по кредитам российским банкам, если такие банки предоставляют кредит для реализации энергоэффективных мероприятий для энергосервисных проектов.
Почему эти меры пока не очень работают на практике – потому что закон предполагает, в частности, налоговый кодекс предполагает принятие соответствующих списков оборудования, которые будут подходить под критерии, установленные кодексом, и именно для этого оборудования можно будет применять такие налоговые льготы. Еще не все такие списки приняты, и поэтому это, естественно, возникает затруднение в использовании этих механизмов на практике. Плюс, например, инвестиционный налоговый кредит – этот механизм существует уже давно во многих сферах, но практически не используется, потому что очень сложный и трудоемкий механизм, требует очень много документов и формальностей, компании обычно не готовы к нему обращаться. Соответственно, меры стимулирования – это, наверное, такая сфера, которая требует дополнительного развития, и в общем-то есть надежда, что такое развитие будет происходить в дальнейшем. Но при этом, конечно, чтобы не останавливаться, не заканчивать на плохой ноте, разумеется, меры стимулирования – это, не самое, наверное, важное в таких энергосервисных проектах, потому что в принципе, сами такие проекты предполагают окупаемость, и они сами должны обеспечивать достаточное вознаграждение для исполнителей и достаточные выгоды для заказчика, который получает какой-то продукт, какое-то оборудование для зданий, и получает также свою долю экономии и на текущий период, и на будущее время.
На этом, наверное, все, спасибо вам за внимание.
Ведущий: Спасибо, Анастасия. Подробнее о механизмах реализации энергосервисных контрактов расскажет коммерческий директор компании «ФЕНЧЕ Рус» Дмитрий Григорьев. Пожалуйста.
Дмитрий Григорьев: Добрый день, господа. Я хочу начать с оптимистической ноты, что энергосервисный контракт – это инструмент действующего положительного бизнеса, который для России новый, в Европе это уже десятилетиями существующая вещь. Но поскольку новый – поэтому и требует урегулирования с законодательной базой и серьезного общения с потребителем. Компания «Фениче Рус» занимается энергосервисом, то есть модернизацией энергетического комплекса промышленных предприятий, и использует энергосервисный контракт как инструмент сотрудничества с предприятиями, как инструмент, с помощью которого проводится модернизация и достигается эффект экономии. Характерным отличием энергосервисного контракта является то, что в нем прописаны не только те действия по модернизации, то есть технологический аспект промышленного комплекса предприятия, но и та эффективность и в натуральном, и в денежном выражении, которая будет достигнута, то есть это ответственность исполнителей энергосервисной компании. И здесь хочу в двух словах вернуться к нашей коллеге, к предыдущему оратору. Где-то на сегодняшний день энергосервисный контракт иногда бежит впереди существующего российского законодательства, иногда отстает, потому что европейское и российское законодательства во многих моментах отличаются, в частности, было сказано, что не так давно была принята поправка к закону, где написано, что обязательно прописывать гарантируемый эффект в договоре. Наша компания, которая с 2009 года существует в России, эти цифры прописывала с самого начала, это норма, в частности, европейского законодательства.
Характерными отличительными чертами договора являются, как я сказал, это достигаемый результат, это финансирование в стопроцентном объеме, это услуга «под ключ», то есть все услуги по закупке, пуску, эксплуатации лежат на энергосервисной компании, и то, что это договора долгосрочные – в среднем 5-7-10 лет.
Пожалуйста, следующий слайд. Если говорить об особенностях энергосервисного контракта, то имеет смысл отметить две части, это технологическая часть, которая касается оборудования, здесь мы говорим о том, что энергосервисная компания в процессе финансирования проекта занимается закупкой оборудования, доставкой, монтажными работами, пуско-наладочными работами и обслуживанием в течение всего действия контракта. В процессе всего действия контракта оборудование находится на балансе энергосервисной компании, и энергосервисная компания является оператором этого оборудования, заказчик является, по условиям договора, использует это оборудование. Есть определенные тонкости договора, который мы сейчас не будем обсуждать, но это требует российское законодательство на сегодняшний день для того, чтобы полностью соответствовать энергосервисным нормам и не быть, не покупать сырье, энергоресурсы в каком-то виде, и не продавать затем предприятию.
Пожалуйста, следующий слайд. И есть принципиальная расчетная часть, здесь изображена достаточно простая схема: верхний прямоугольник показывает затраты заказчика до энергосервисных мероприятий, затем затраты заказчика после проведения модернизации, и, соответственно, схема разделения той экономии, которая начинает появляться с момента запуска оборудования в действие. Те соотношения, в которых делится эта экономия между предприятием-заказчиком и исполнителем, каждый раз индивидуальны, это зависит от объемов инвестиций, это зависит от срока договора, это зависит во многом от той модели, которую разрабатывает и ведет менеджмент предприятия-заказчика.
Несколько слов о компании «Фениче Рус». Компания «Фениче Рус» была зарегистрирована в России в 2009 году, является стопроцентной дочкой компании «Фениче Спа», итальянской компании, которая была создана в 1990 году как энергосервисная компания концерна «Фиат». За 10 лет, до 2000 года работы, эта энергосервисная компания развила бизнес до работы по всей Италии на различных предприятиях, в 2000 году компания «Фениче» была куплена группой ИДФ, это французский лидер и один из европейских лидеров по генерации и передаче и сервису энергии, и энергетических предприятий. В 2009 году за месяц до выхода федерального закона об энергетическом сервисе была зарегистрирована в России, на сегодняшний день мы уже работаем в России более 3 лет.
Пожалуйста, следующий слайд. Несколько слов о бизнес-модели энергосервисной компании. Бизнес-модель включает в себя все услуги от энергетического аудита до передачи оборудования на баланс предприятия. То есть если коротко говорить о схеме взаимодействия с заказчиком, то после первого знакомства проводится аудит, целью аудита является выявление узких мест и тех объектов энергетического комплекса промышленных предприятий, которые подлежат модернизации. Суть модернизации – это полностью замена старого оборудования на новое, то есть модернизация не предусматривает каких-то частичных улучшений, а предусматривает стопроцентную замену. Затем – предоставление бизнес-плана и договора, в процессе его согласования обсуждаются те цифры предварительные экономии, которые будут достигнуты, после подписания договора проводится более плотный аудит, где уже достигаются точные цифры, которые будут записаны в договор экономии, как я уже сказал, и в натуральном, и в денежном выражении. Затем, после подписания договора, энергосервисная компания «Фениче Рус» проводит финансирование, подбор оборудования, закупка, доставка, строительно-монтажные работы, различные работы по адаптации тех помещений, которые находятся на промышленных предприятиях, для установки этого оборудования, пуско-наладка, обслуживание этого оборудования в течение всего действия контракта. Как я уже говорил, оборудование находится на балансе предприятия энергосервисной компании, персонал, который обслуживает это оборудование, также работает в энергосервисной компании «Фениче Рус», и по окончании договора передача этого оборудования на баланс предприятия-заказчика либо по какой-то остаточной стоимости – зависит от договора, либо за совершенно символические цифры, допустим, 1 доллар или 1 евро. После этого предприятие-заказчик может самостоятельно начать обслуживать это оборудование или же продолжить договор, уже с другими условиями с энергосервисной компанией, уже просто на обслуживание этого оборудования.
Пожалуйста, следующий. Здесь, на данном слайде, показаны наши результаты на сегодняшний день, это активное сотрудничество с концерном «АвтоВАЗ». На сегодняшний день реализовано три проекта, которые охватывают производство сжатого воздуха, отопление и компенсацию реактивной энергии. Суммарные инвестиции за это время в эти проекты составили порядка 25 млн. евро, экономия, как вы видите, от 10 до 40% по предприятию, в зависимости от вида энергии, которая охватывает проект.
Спасибо, я постарался уложиться в регламент.
Ведущий: Спасибо, Дмитрий. Собственно, переходим уже к проанонсированному проекту «АвтоВАЗа». О стратегии энергоэффективности предприятия расскажет советник президента компании Максим Гришин. Пожалуйста.
Максим Гришин: Добрый день, коллеги. Спасибо за предоставленную возможность в очередной раз подчеркнуть важность реализации энергосервисных контрактов на «АвтоВАЗе» и описать вкратце, какую роль занимают энергосервисные контракты в реализации стратегии энергоэффективности, повышения энергоэффективности завода. Что могу сказать: сегодня наряду с изменениями, которые вы видите с выходом новых моделей, мы также проводим сегодня становления, реализуем процесс становления системы энергоменеджмента, и одним из основополагающих элементов, конечно же, системы является по международным стандартам, является стратегия повышения энергоэффективности, вы можете, в принципе, зачитать. Она произрастает от стратегической цели «АвтоВАЗа», которая сформулирована как эффективное управление ресурсами и затратами, соответственно, эффективно управляя ресурсами и затратами, нам необходимо повышать энергоэффективность. То есть выстраивать систему, настроенную на улучшение целевых показателей, и поступательно двигаться, как мы это сейчас формулируем себе, поступательно двигаться от системообразующих решений в области повышения энергоэффективности, по объектной оптимизации с использованием оптимальных схем финансирования, которые, как вы, наверное, догадались, являются энергосервисные контракты.
Итак, какие возможности у нас сегодня есть для того, чтобы нашу систему развивать и выстраивать. Внутренние системы, внутренние возможности, то есть мы можем сейчас, мы реализуем это – устанавливаем целевые показатели, используем бенчмаркинг, увеличиваем прозрачность внутреннего потребления тем, что мы проводим оприборивание основных потребителей, имеется в виду – технологий процессов корпусов цехов, тоже это поэтапный процесс. Мы применяем административные меры, это то, что возможно внутренними возможностями реализовывать, и конечно же, привлекаем, и очень успешно, опыт внешних экспертов, натурально проводится сейчас на «АвтоВАЗе» энергетическое обследование в соответствии с требованиями законодательства, и работают, как сегодня уже говорили, подтверждаю – да, три энергосервисных контракта, и мы готовим «Фениче», «АвтоВАЗ» готовится к реализации четвертого проекта, сегодня после этой пресс-конференции будем обсуждать очередной этап.
Итак, еще раз подведя черту некую к тому, что делается, это «АвтоВАЗ» сегодня проводит модернизацию энергетики без собственных вложений, не направляя собственные ресурсы на инвестиции, и реализует в рамках программы энергосбережения и энергоэффективности, повышения энергоэффективности реализует с помощью опыта энергосервисных компаний перфоманс-контракт. Основным партнером, как я сказал, является «Фениче Рус». Еще раз о системе энергоменеджмента: основные элементы здесь приведены в таблице, не буду на всех останавливаться. Существует разработанная, действует и введена энергетическая политика, стратегия сформулирована, как я в начале своего доклада говорил, существует управление операциями в такой категории международных систем энергоменеджмента, мы имеем на сегодня и реализуем программу энергосбережения и модернизации энергетического хозяйства в 2010-12 г., и в настоящий момент идет подготовка формулирования мероприятий, и в общем-то формализация самой программы на 2013-15 год. В этой программе, так же, как в программе уже реализованной, сейчас заканчивающейся календарно, существенную роль занимает мероприятие, которое реализуется с помощью энергосервисных контрактов с компанией «Фениче».
Еще раз немного конкретики по мероприятиям – чем мы занимались, чем занимаемся, от общего к частному, от систем к объектам. То есть мы идем от оптимизации и реструктуризации, программа реструктуризации «АвтоВАЗа» предусматривала реализацию непрофильных активов, сюда вошли и энергетические дочерние общества, которые были реализованы в 2010 году. Также были проведены еще ряд мероприятий по, наоборот, покупке некоторых объектов для оптимизации условий покупки энергоресурсов, и в 2013 теперь уже году мы планируем вывести наши объемы на объемы потребления электроэнергии на оптовый рынок электроэнергии и мощности. То есть эти мероприятия порядка 5% от общего счета за электроэнергию, за энергоресурсы позволят сэкономить. В 2010-13 годах действуют перфоманс-контракты, это энергосервисные контракты по схеме перфоманс-контракта, как уже сейчас рассказывалось, мы делимся экономией, точнее, «Фениче» с нами делится, мы с «Фениче», в общем-то, мы делимся экономией в рамках существующих энергосервисных контрактов. И эти контракты, каждый из них дает, естественно, в своей системе свой процент экономии определенного ресурса, например, как сегодня уже упоминалось, один из контрактов – это оптимизация системы производства сжатого воздуха, тут мы расходимся в показателях, то есть минимальный показатель – 20% электроэнергии по этой системе. Максимальный, который «Фениче» может достигать – это 40%, будем так говорить, от 20 до 40 по системе, и где-то порядка 5% от общего объема в данном случае электроэнергии.
В 2013-15 году, как я говорил, мы сужаем периметр, так как мы уже оптимизировали по большому периметру, извне, потом внутри, и программа 2013-15 года будет предусматривать уже оптимизацию сетей, то есть, например, сетей подачи сжатого воздуха в корпуса. То есть это тоже будет давать уже меньшую экономию, но тоже мы ожидаем, что эффективность будет. И также движемся, уплотняемся и разрабатываем мероприятия, которые уже касаются технологических процессов. Например, модернизация индукционных печей в металлургическом производстве, и конечно же, оприборивание немаловажное энергосберегающее все-таки мероприятие, его назову, но, к сожалению, экономика его нулевая или отрицательная. Поэтому мы в том числе в рамках энергосервисных контрактов эту задачу решаем, то есть в услугу «под ключ» входит, помимо замены оборудования и потом, соответственно, обслуживания его также оприборивание, что необходимо для подсчета экономии, оприборивание тех сетей или тех объектов, которые модернизируются в рамках энергосервиса с нашей любимой «Фениче».
Дальше. Конкретика по проектам, которую мы себе консервативно видим, то есть производство сжатого воздуха и замена компрессоров, энергоресурс, который мы экономим, это электроэнергия. 20, будем говорить о минимальных по системе и 5% от годового потребления, это в цифрах 2010-11 года. Отопление – оптимизируем тепло с помощью «Фениче», также 17% у нас контрактно закрепленный коэффициент, и порядка 5% от общего объема энергии. Освещение у нас еще плановый проект, еще пока не реализован, компенсация активно-реактивной мощности небольшой, но тоже приятный показатель – меньше 1%, но тем не менее.
Итак, в целом объем годовой экономии энергоресурсов составляет в натуральном выражении порядка 7% от реализации этих мероприятий, от реализации по сути всей программы, где основные мероприятия – это энергосервис.
Итак, подведя черту под мой доклад, хотел бы сказать, что сегодня «АвтоВАЗ» реализует свою стратегию повышения энергоэффективности чем, каким мероприятием – тем, что проводит энергетическое обследование, результатом будет энергетический паспорт, определен будет дополнительный от уже определенного, установленного и используемого дополнительного потенциала энергосбережения, конкретные мероприятия, и дополнительные аргументы в пользу дальнейшего повышения энергоэффективности. Сегодня мы реализуем программу энергосбережения и модернизации энергетического хозяйства, я уже говорил, проводим модернизацию энергетики без вливания собственных ресурсов, работаем, соответственно, с энергосервисной компанией в рамках перфоманс-контрактов. У нас установлены удельные показатели потребления, и мы занимаемся тем, что агрегируем все эти элементы в систему энергоменеджмента, которую следует приводить к международным стандартам, в частности, СО-50001 или ЕМ-16001.
Спасибо большое за внимание, это, в общем-то то, что сегодня я хотел вам рассказать.
Ведущий: Спасибо, Максим, спасибо, докладчики. Переходим к вопросам-ответам. Также хочу представить экспертов, которые находятся в зале. Это Винсент де Рюль, генеральный директор компании «Фениче Рус», тоже сегодня много раз упоминавшийся, Винсент Дуйнхауэр, менеджер по проекту отдела энергоэффективности и изменения климата Европейского банка реконструкции и развития, и Доминик Тиссо, партнер компании «CMS».
Итак, учитывая наш многочисленный президиум, когда будете задавать вопросы, пожалуйста, обращайтесь адресно, и называться и представлять свое издание. Пожалуйста, кто?
- Я хотел бы задать вопрос Дмитрию Григорьеву, журнал «Энергополис», главный редактор . Вопрос такой: является ли для «Фениче Рус» это основным бизнесом – энергосервисные контракты, энергосервисное обслуживание?
Дмитрий Григорьев: Да, это один из краевых бизнесов, энергосервис – один из бизнесов, и второй бизнес – это строительство генераций новых на промышленных предприятиях.
- В продолжение. Скажите, пожалуйста, программа, о которой вы рассказали, очень недешевая. Финансы – где вы их берете, это ваши собственные финансы, вы имеете возможность финансировать за счет заемных средств, и так далее, этот момент хотелось бы прояснить, он один из основных моментов вообще в энергосервисных контрактах не только ваших, а вообще в России.
Дмитрий Григорьев: Мы используем и свои собственные финансы, свои активы, мы используем, сотрудничаем с европейскими и отечественными банками. Так что здесь я бы говорил о смешанном финансировании. Но это никаким образом не отражается на отношениях с заказчиком, я имею в виду, что единственным интерфейсом для заказчика является энергосервисная компания. Никакие обременения, связанные с финансированием проекта, то есть я имею в виду процентные ставки, сроки кредитов, или сроки финансирования со стороны сервисной компании не являются условием для заказчика. То есть заказчик рассматривает проект в целом. Я здесь немножко даже, наверное, дополню, то есть если брать отдельно услуги по финансированию, отдельно услуги по подбору оборудования, его доставке и монтажу, отдельно услуги по обслуживанию этого оборудования – есть организации и в России, и в мире, которые могут это все осуществить, наверное, не хуже, так скажем, чем энергосервисная компания «Фениче Рус». Но если брать все в комплексе, здесь и возможности финансирования, я говорю и об объемах, я говорю и о стоимости денег, и возможности по сотрудничеству с производителями оборудования. Мы не являемся производителем оборудования, мы не являемся дистрибуторами какой-то отдельной компании, это каждый раз комплектация идет под отдельный проект. Если брать логистические возможности, если брать возможности по обучению персонала и по обслуживанию этого оборудования, если брать возможности оформлению этих сделок – юридическая сторона; если брать наш опыт по общению с заказчиками, то все это в целом и является тем преимуществом, в данном случае компании «Фениче Рус», которым мы обладаем.
- «Интерфакс», вопрос к Максиму Гришину. Хотела спросить, за счет реализации этой программы в этом году какой вы ожидаете объем экономии в деньгах?
Максим Гришин: В деньгах на 2012 год экономия должна составить порядка 300 млн. рублей. Это в деньгах, которые останутся у «АвтоВАЗа».
- А в 2013-м?
Максим Гришин: В 2013-м я еще пока не готов ответить.
- Извините, а эти 300 миллионов – это только для «АвтоВАЗа», или вы будете с «Фениче Рус» делить?
Максим Гришин: Я говорю о деньгах, которые останутся.
- Меня зовут Кристофер Кеннеди, я представляю интересы «Медиа Маркет». Я понял структуры финансирования и выгоды. Допустим, сервисная компания все эти затраты берет на себя, а потом еще оборудование передает по остаточной стоимости. Допустим, если за 7 лет все это финансирует, за счет собственный, тогда выгода какая, на что вы выходите, я имею в виду?
- Я могу отвечать? Суть расчета и самой схемы в том, что за период действия контракта – 7 лет, 5 лет, 10 лет, зависит от того вида энергии, от того объекта энергетического промышленного предприятия, которое модернизируется, за этот период компания энергосервисная возвращает те деньги, которые она вложила в финансирование, и зарабатывает в соответствии с нормами компании деньги.
- Господин Гришин сказал, приблизительно 32 млрд. в этом году. Это все за счет работы? О’кей, приблизительно за это время сколько вы заработали, если это не коммерческий секрет? Приблизительно какой предел?
- Давайте говорить, вернемся, кто помнит, к тому слайду на моей презентации, где была описана схема разделения экономии. Разделение экономии зависит – это может быть пополам, это может быть 28, 37, 60, 40 – зависит от, в частности, объемов финансирования, зависит от той позиции, которую занимает менеджмент предприятия. То есть можно исходить из того, что как можно быстрее получить новое оборудование к себе на баланс, и тогда доля заказчика будет минимальной, но зато срок окупаемости и срок контракта сократится, а можно придерживаться позиции, что менеджменту предприятия интересно как можно более долгий период времени получать гарантированную экономию, не заниматься энергетическим комплексом предприятия своего, и работать там, скажем так, на аутсорсинг. То есть зависит от многих факторов, зависит от объема финансирования, от позиции менеджмента, зависит от того объекта, зависит от объемов энергии, которую потребляет предприятие, зависит от тарифов в регионе, которые существуют, они разнятся очень сильно. То есть каждый отдельный проект – он рассчитывается и создается под отдельного потребителя. Общая модель, о которой я рассказывал – да, она общая для всех. А вот уже нюансы – сроки, пропорции – это все зависит.
- Конечно, я прошу прощения, но это вопрос энергосервисной компании. То есть она занимается и страхованием инвестиций, и так далее.
- Я хотел бы внести ясность: не все 300 млн. «АвтоВАЗ» экономит благодаря «Фениче». По количеству существенная доля мероприятий – это «Фениче», есть еще ряд мероприятий и административного характера, ряд мероприятий, которые реализованы, экономию от которых мы будем получать долго, реализовав определенные оптимизационные мероприятия в рамках программы реструктуризации. Всю расшифровку я вам тут не готов давать, но цифры, порядок такой.
Дмитрий Кожевников, «Промышленный еженедельник». Если экономия настолько существенна, она огромная, тем более не приходится использовать свои средства, то вопрос: почему так мало предприятий использует эту программу? Или известность маленькая, в чем причина? А второй вопрос Дмитрию: скажите, пожалуйста, понятно, что российские предприятия изношены и потенциал развития программы энергосбережения огромен. Соответственно, и могут быть огромные прибыли у западных компаний, которые занимаются в этом секторе. Хотел бы узнать, каковы плюсы и каковы минусы нахождения работы в российском рынке?
- Первый вопрос, наверное, к Дмитрию Горевому? К Максиму? Понятно, хорошо, Максим, отвечай.
- Я тогда за себя скажу, почему «АвтоВАЗ» в свое время посчитал это выгодной схемой работы. Как раз эти контракты, как вы обратили внимание, наверное, первый по сжатому воздуху был реализован в кризисный год, был заключен в кризисный год, и в кризисный год 2010-й еще продолжался, начал реализовываться. Почему другие предприятия не реализуют, я за другие предприятия сказать не могу. Просто так, видимо, складываются у них обстоятельства. Может быть, мы не знаем обо всех.
- Да, действительно, за другие предприятия нам неизвестно, но просто нужно учитывать некоторые факторы. Первое: поскольку период в России реализации такого контракта на самом деле еще короткий, то есть практика не сформировалась, на мой взгляд, сегодня я услышал совершенно удивительные вещи, что на «АвтоВАЗе» 7% от всего объема потребления энергетических ресурсов, это огромные, поверьте, деньги, если 300 млн. только получает «АвтоВАЗ», а приблизительно я могу прикинуть, что это какая-то часть от всей экономии – ну, 20%, вы можете сопоставить это и приблизительно понять, какая это экономия, ну, так, посчитать, если кто-то хочет, с одной стороны. С другой стороны, у нас в Российской Федерации появляются крупные игроки, то есть это игроки – энергосервисные компании, которые приносят а) компетентность, то есть, по сути они приходят на эти предприятия и говорит: смотрите, вот здесь, вот здесь, вот здесь, соответственно, такая-то и такая-то экономия, я готов это все делать за свои деньги, а ты получаешь эффект. Есть такие игроки, предприятий наших российских очень много, которые убеждаются в этом, многие еще, может быть, как-то морально не готовы к этому, что ли, воспринять эту проблему, то есть, может быть, некоторые предприятия находятся на таком уровне, что эффект от энергосбережения они покрывают за счет не как раз таки, скажем так, повышения энергетической эффективности за счет замены каких-то узлов, а полной модернизации. Тогда это уже эффект накладывается сюда замена всего оборудования, то есть по сути, новое предприятие, может быть, из-за этого они не заключают энергосервисные, а заключают договоры полной реконструкции. Здесь просто надо дать определенный период нарабатывания этой практики, я думаю, что те предприятия, которым это выгодно, они поймут экономику до конца, получат этот опыт, с одной стороны; с другой стороны, банки к этому начнут относиться по-другому, то есть у них будет практика и меньше будет рисков относительно того, выдадут ли они кредит. Сегодня, если придете в банк, такого кредитного продукта, как на энергосервис, вы нигде не увидите, это большая проблема, потому что банкирам достаточно, проще давать кредиты на понятные вещи: вот мы вам дали кредит на автомобиль, если вы нам не будете платить, мы у вас заберем автомобиль. А если мы дали кредит на энергосервисные мероприятия, то с чего он возьмет, и как он посчитает экономику, как вы будете платить. Это очень сложные вещи, и здесь компетентность – она растет всех участников рынка. С одной стороны, слава Богу, есть компании-лидеры, которые могут этот все, с одной стороны, и банки привлечь, и с предприятием договориться, и все сделать за всех, и по сути «под ключ» всем сдать – всем хорошо, все улыбаются. С одной стороны, с другой стороны, тем самым повышая уровень компетентности. Просто надо дать время, и тогда многие предприятия в Российской Федерации и банкиры – они будут уже друг с другом драться за нового потребителя, по новым условиям по лучшим, по кредитным историям, по новым компаниям, по новым технологиям, и т. д. и т. п. То есть ситуация ровно такая.
- Я тоже. Я буквально два слова тоже добавлю к комментариям моих коллег. Сама сфера деятельности, как я уже говорил, для России новая, и те 2-3 года, которые прошли с издания закона, первый год вообще можно не рассматривать, пока на различных носителях дошло до предприятий, это очень небольшой срок. Что касается, к примеру, финансирования – действительно, не много банков, я знаю один, очень продвинутый и опытный банк в России, это «Европейский банк реконструкции и развития», с которым мы плотно очень сотрудничаем, который знает этот бизнес, знает эту модель. Таких банков, наверное, даже одной руки пальцев будет много, чтобы пересчитать. Но суть не в этом. Если говорить о том, что происходит знакомство заказчика с исполнителем – одна из, так скажем, моделей развития отношений – выслушивают, модель, говорит: да, очень интересно, и один из вариантов раздумий по этому поводу: а почему мы это не можем сделать сами? И предприятие начинает пытаться делать это самостоятельно. У кого-то в той или иной степени получается, но я не знаю пока примеров, чтобы это было больше 10-20% от общего объема тех мероприятий, которые необходимо на предприятии произвести. По различным причинам: по вопросам организации финансирования, по вопросам обслуживания, и так далее. Второй вариант развития событий: модель интересная, и следующий вопрос, который предприятие себе задает, говорит – что не может быть все так хорошо, ведь наша обычная практика, что сейчас мы договариваемся, а потом исполнитель приходит и говорит: есть нюанс. И тут начинаются размышления: что нужно еще вот это сделать, вот это, дополнительные обременения. Это может быть ответственность какая-то, это могут быть какие-то немыслимые гарантии, причем не гарантии на инвестиции, а вообще гарантии на весь проект, но это уже детали. И на сегодняшний день то, чем мы сейчас занимаемся – мы занимаемся пропагандой и объяснением этого вида деятельности и этого вида бизнеса этой бизнес-модели. Компания «Фениче Рус» занимается, опять-таки в сотрудничестве с банковскими структурами и с Европейским банком, и «АвтоВАЗ» помогает нам, с тем, чтобы объяснить, что это есть на самом деле. На сегодняшний день мы практически уверены, что по философскому закону известному количество тех сил, вложенных не только нами, но и другими структурами, которые этим занимаются, перейдет в качество. Качество – это начнут подписываться договора. То есть у нас сейчас наработок достаточное количество, на высоте буквально уже принятия решения, но это требует времени. А российский рынок – он очень большой. Не так давно на какой-то конференции было обозначено, что, я боюсь ошибиться, но возьму среднее между 12-м и 15-м – 13,5 млн. промышленных предприятий в России.
- Каковы риски, в отличие от европейского рынка, у вас дополнительные на российском?
- Основной риск – это то, что та бизнес-модель, которая после предложения бизнеса рассчитывается, она основывается на гипотезе, в первую очередь которую выдвигает предприятие. Не мы предприятию говорим, что ты будешь работать так-то и так-то в течение 10 лет, а предприятие говорит, что: я собираюсь работать таким-то образом, и мое развитие будет по такой-то какой-то кривой, прямой развиваться. И вот здесь риск – риск невозврата инвестиций, он везде одинаковый. Но сейчас говорить, искать стабильные экономики, наверное, сложно.
- Александр Мартынов, эколого-энергетическое рейтинговое агентство «Интерфакса», и одновременно модератор тематического сообщества «Энергосбережение и энергоэффективность». Значит, мы сейчас подробно по вопросам интересовались энергосервисом на промышленных предприятиях, но по практике проблема не здесь, точнее, не главная проблема. Главная проблема – это энергосервис в бюджетном секторе. А здесь вопрос о том, что вы сказали, что контракт заключает, скажем, директор школы, но не сказали о том, что распорядителем тех средств, которые будут достигнуты от этой экономии, является не директор школы, и даже не глава муниципального управления, а фактически это уровень администрации региона. Вот как эта проблема законодательно – она в тематическом сообществе сформулирована как для бюджета сектор центральный. Вот как это разруливать думаете?
- Спасибо за вопрос, такой тонкий вопрос специалиста. Разруливать собираемся так: напомню просто, что в 261 ФЗ написано, что экономия, которую достигло бюджетное учреждение, главный распорядитель бюджетных средств, к которым относится как раз муниципальная власть и выше, до субъектовой, не имеет права срезать более, чем на 3%. Более того. Для того, чтобы это проверять, каким-то образом контролировать, у нас есть такой приказ, разработанный Минэкономразвития, 591-й, насколько я помню номер, где написано о сопоставимых условиях, как эта экономия рассчитывается. Соответственно, бюджетное учреждение, когда подает заявку на уровень выше ГРБС, оно пишет, что: да, в прошлом году мы потребляли 100 единиц, на 3 единицы мы обязаны сократить. Мы сократили, пожалуйста, 97 нам оставьте. Все в соответствии с законом, и т. д. и т. п.
- И оставляют?
- И оставляют. Есть даже письмо Минфина Российской Федерации, которое разъясняет эту ситуацию главным распорядителям бюджетных средств.
- Вы так же не помните номер этого письма?
- Там сложные номера такие, с буквами, длинные, то есть это не как у нас – 591-й, запомнил на всю жизнь, там это все сложно. Но если есть желание, можно посмотреть, и в «Консультанте», везде это все есть, они к законам обычно прикрепляются, по связям можно найти. Который тоже говорит, как и чего должны оставлять. Но действительно, вы правы, с одной стороны вы бы не говорили об этой проблеме, если бы ее не существовало. Дело в том, что многие ГРБСы – они на сегодняшний день, скажем так, не до конца понимали всю эту историю – раз. Второй момент: статья оплаты топливно-энергетических ресурсов, как объясняет Минфин на сегодняшний день, это одна из защищенных статей. То есть по сути государственные услуги они не смогут оказывать, если, допустим, у них не будет денег или их срежут очень сильно по оплате топливно-энергетических ресурсов. Поэтому в этом смысле волноваться не стоит, действительно, просто нужно наработать эту практику и вести больше разъяснительную работу на местах, в субъектах, то есть там ответственные исполнители должны это, в принципе, делать, которые отвечают за энергосбережение. Это вкратце как сейчас разруливается, но я так понимаю, в будущем, чтобы это всем понятно стало, нужно нам совместно с Минфином выпустить некий порядок, как это все делать, и еще раз всем объяснить, и на федеральном уровне, как это нужно делать. А так Минфин это очень четко контролирует через свои ГРБСы и старается следовать соответственно принятым на себя обязательствам. Все, спасибо.
- Во-первых, предлагаю услуги распространения этого конструктивного совместного письма с Минфином по тематическому сообществу, это практически тысячи специалистов по стране, именно специалистов. А второй вопрос у меня к Максиму Гришину: когда вы говорили об оптимизации генерирующих ресурсов, я правильно понимаю, что вы имели в виду переуступку или перепродажу ТЭЦ «АвтоВАЗа» в «Волжскую генерирующую компанию»?
Максим Гришин: Нет, абсолютно не отсюда.
- То есть эти 7% экономии, достигнутой за счет того, что ТЭЦ перешла под другой управление, не фигурируют?
Максим Гришин: ТЭЦ «ВАЗа» называется только ТЭЦ «ВАЗа», «ВАЗу» никогда не принадлежала, принадлежит «Волжской ТГК» или ТГК-7. И мероприятия, о которых я поминал, они не касаются никак какой-то смены или смены владения, или что-нибудь. Как было – так и есть. И были мероприятия, связанные с оптимизацией, когда в отношениях с дочерними обществами или бывшими энергетическими дочерними обществами «АвтоВАЗа». И своих генерирующих мощностей у «АвтоВАЗа» нет.
Ведущий: Спасибо, есть ли еще вопросы? Вопросов больше нет. Давайте, поблагодарим наших докладчиков за содержательное выступление, а вам большое спасибо за вопросы. Кроме того, сейчас в программе еще предусмотрен фуршет, во время которого вы также сможете уточнить, выяснить, спросить то, что не смогли публично сделать. Большое спасибо, до свиданья!
