Партнерка на США и Канаду по недвижимости, выплаты в крипто
- 30% recurring commission
- Выплаты в USDT
- Вывод каждую неделю
- Комиссия до 5 лет за каждого referral
Только для тех, кто в курсе событий
Поступая на факультет журналистики, я надеялся стать профессиональным репортёром. Моей заветной мечтой была должность репортёра в какой-нибудь известной газете или на радиостанции. А уж работа на телевидении и вовсе казалась чем-то абсолютно недостижимым. Как позже выяснилось, совершенно напрасно.
В мурманскую телекомпанию «Блиц» я попал совершенно случайно. Один мой знакомый как-то спросил меня, на кого я учусь, а затем, узнав, что я – будущий журналист, предложил мне попробовать свои силы в сборе и подготовке теленовостей, где он, с его слов, принимал самое непосредственное участие. Не помня себя от счастья, уже на следующее утро я стоял у входа в небольшое шестиэтажное здание с небольшой табличкой на дверях, где красовался логотип телекомпании «Блиц». Я был заранее проинформирован о том, что на входе сидит охранник, и что мне в любом случае необходимо дожидаться прибытия Александра (так звали моего знакомого), для того, чтобы попасть внутрь.
Когда мой приятель наконец-то приехал, мы вошли в парадное помещение, затем поднялись на третий этаж и уже через пару минут мы находились в небольшой комнате, плотно заставленной письменными столами, на которых громоздились пухлые корпусы компьютерных мониторов. За некоторыми из них сидели люди и с сосредоточенным видом что-то искали в Интернете.
«Здравствуйте», - громко произнёс я, а затем, услышав ответное приветствие, добавил, - «я хочу работать в телекомпании «Блиц»». В тот момент мне начинало казаться, что я оказался в числе тех немногих счастливчиков, кому улыбнулась удача работать на телевидении, и от одной этой мысли буквально захватывало дух. Александр представил меня каждому из сотрудников «ньюс-рума» (так они между собой называли этот кабинет, который являлся своеобразным «отделом новостей»), и добавил, что как раз сейчас он отправляется на съёмки очередного репортажа, и что, если я хочу, то могу также поехать с ним. Я с радостью согласился, и вот уже через полчаса наша съёмочная группа взбиралась вверх по ступенькам высокого здания, где располагались офисы всевозможных коммерческих организаций.
Наконец, добравшись до нужного места, мы постучали в дверь. На пороге нас встретил средних лет мужчина в белоснежной рубашке и чёрных брюках. Как позже выяснилось, он являлся директором одного из крупнейших мурманских предприятий. Телеоператор быстро наметил точку съёмки и уже через несколько мгновений я стал свидетелем самого настоящего интервью. Стараясь внимательно наблюдать за ходом беседы Александра с его интервьюируемым, я пытался запомнить вопросы, уловить какие-то малозаметные моменты. Мне казалось, что кроме знания этих тонкостей, журналисту, вобщем-то, больше ничего и не нужно. Но спустя какое-то время, я понял, что это, мягко говоря, не совсем так. А точнее совсем не так.
Последующие дни я приходил в отдел новостей, стараясь делать то, что и все остальные. Как мне пояснила одна миловидная девушка, большую часть времени все, кто здесь работает, занимаются поиском новостей в сети Интернет. Так как с компьютерами я был, как говорится, на короткой ноге, мне казалось, что и эта работа не составит для меня какого-то особого труда. В «ньюс-рум» то и дело заходили какие-то люди. Одни из них просто расхаживали из стороны в сторону, другие – садились за компьютеры и тоже начинали что-то искать во Всемирной паутине. По-началу мне это казалось весьма увлекательным занятием. Однако, мало-помалу оно мне стало довольно быстро надоедать. Причиной этого, скорее всего, послужило то обстоятельство, что региональных новостей в Сети было до обидного мало, да и сайты, где их можно было бы прочитать едва можно пересчитать по пальцам.
Так, работая тележурналистом (опять же, это лишь по моим собственным ощущениям, т. к. в штат меня никто не зачислял и, похоже, в ближайшем будущем этого делать не собирался), я испытал своё первое разочарование. Кроме того, заместитель начальника службы новостей Елена Смирнова однажды сказала, что сбор новостей посредством сети Интернет – далеко не идеальный способ. Как она затем пояснила, в Интернете публикуются сообщения, которые уже успели получить широкую огласку в других СМИ, а это значит, что получить оттуда что-либо эксклюзивное практически невозможно. С её слов лучшим «оружием» в этом деле является блокнот журналиста, буквально исписанный номерами телефонов «особо информированных источников», и вообще, журналистика – это только для тех, кто в курсе событий. После этих слов весь, имевшийся у меня на тот момент, боевой задор быстро устремился к нулевой отметке, так как мой блокнот был девственно чист, да и за «курсом событий» в последнее время я особо не следил.
Положение усугублялось ещё и тем, что Александр исчез куда-то и несколько дней на работе не появлялся. Таким образом, для того чтобы вновь попасть в «заветный» «ньюс-рум», мне изо дня в день приходилось фактически навязываться едва знакомым мне людям, по нескольку часов ожидая их прибытия на крыльце.
Кстати, об этих людях. Я, конечно, особо ни от кого не ожидал сколько-нибудь тёплого приёма, - как-никак, студент-третьекурсник. Но я до сих пор не пойму, как можно вот так просто взять и забыть «новобранца», даже путём не разъяснив ему, что от него требуется. Временами мне начинало казаться, что я этакое привидение, которое ходит от одного компьютера к другому, то и дело расспрашивая, кто чем занимается. Чаще всего мне всё-таки отвечали. В основном это были какие-то общие фразы, которые развёрнутыми ну никак не назовёшь.
Так продолжалось три дня. На четвёртый мне наконец-то предложили взяться за выполнение по-настоящему ответственного задания. Необходимо было зачитать перед микрофоном текстовый комментарий, заранее подготовленный на обычном листе бумаги. Вот оно, - подумал я, это как раз тот самый случай, где я действительно смогу проявить себя.
Перед этой процедурой мной должна была заняться штатный логопед Лидия Викторовна Скоробогатова – диктор мурманского радио с более чем сорокалетним стажем. Встреча с этим человеком в её кабинете оставила у меня поистине неизгладимое впечатление. Предложив прочесть мне текст с того самого листка, она тут же указала мне на то, что я читаю безо всякого выражения. Вторая попытка мне далась с большим трудом: я никогда не думал, что произносить текст в полный голос, сохраняя при этом ровное дыхание, настолько сложная и мучительная процедура. Слушая моё чтение, Лидия Викторовна ещё не раз перебивала меня, грозно вопрошая перечитать те или иные фрагменты снова. Ещё десять минут назад я был полностью уверен, что у меня всё получится. Сейчас я уже ни в чём не был уверен. Сказать, что в тот момент я чувствовал себя неуютно – значит ничего не сказать. Мои чувства в тот момент колебались между смятением и отчаянием. Похоже, этот эпизод стал решающим для моей «звёздной» карьеры. Я дождался окончания «пытки», и тут же направился к выходу, так ни с кем и не попрощавшись. Да и с кем?
Так бесславно закончилась моя первая и последняя попытка войти в этот удивительный мир под названием «тележурналистика».
