Экономии времени закон (стр. 3 )

Литература: Социальная статистика (под ред. ). Изд. 3-е. Глава 9. - М.: “Финансы и статистика”. 2002; Российский статистический ежегодник. 2006. Стат. сборник. Методические пояснения к разделу “Труд”. Стр. 166-1М.: Росстат. 2006.

ЭКСПЛУАТАЦИЯ – тип общественных, в том числе социально-трудовых отношений, основанный на узурпации власти в обществе и в хозяйстве и систематическом принуждении одних (подчинённых) социальных групп быть средством для обеспечения привилегированного социального положения других (господствующих) социальных групп (См. Положение социальное; Классы; Касты; Интересы социально-групповые (классовые).

Эксплуатация типична для антагонистических обществ, то есть для обществ с противоположностью систем интересов составляющих его основных социальных групп. Общества, основанные на эксплуатации, называются эксплуататорскими, а стороны отношений эксплуатации - эксплуататорами и эксплуатируемыми.

Эксплуатация – отношение между классами (или кастами) как основными субъектами общественного производства и всей общественной жизни, то есть отношение прежде всего макросоциальное, а не существующее лишь в масштабе отдельных предприятий или других общественных подсистем микросоциального или микроэкономического уровней (См. Макросоциальные процессы; Микросоциальные процессы).

В антагонистических обществах эксплуатация является социально-экономической основой общественного устройства и неотъемлемым элементом социального механизма, обеспечивающего воспроизводство специфической (классовой или кастовой) социальной структуры общества.

Эксплуатация относится к отношениям типа “господство-подчинение”. Способом осуществления отношений господства-подчинения и причиной эксплуатации является монополизация власти и управления обществом и хозяйством в руках одних (господствующих) социальных групп и, соответственно, отстранение от власти в обществе и в хозяйстве остальных (подчиненных) социальных групп. Господствующие и подчиненные социальные группы являются стержнем социальной структуры эксплуататорских обществ (См. Структура социальная).

Суть эксплуатации как исторически устойчивой системы социально-групповых (то есть политических) отношений состоит в следующем: господствующие социальные группы, монополизируя власть и управление в обществе и хозяйстве, обеспечивают устойчивое доминирование своих интересов, в том числе воспроизведение своего привилегированного общественного положения, при помощи распоряжения движением всего результата (эффекта) общественного производства, созданного как трудом господствующих групп, так и по преимуществу трудом подчинённых социальных групп.

Господствующий класс (или каста), распоряжаясь движением всего результата общественного производства, выделяет из всего общественного продукта фонд жизненных средств трудящихся (так называемый необходимый продукт в терминологии, идущей от К. Маркса). Социально-экономическое предназначение другой части результата общественного производства (прибавочного продукта в терминологии, идущей от Маркса) – доход эксплуататоров. Доход эксплуататоров является источником жизненных средств господствующих социальных групп и ресурсом для такого развития общественных процессов, которое сохраняет и укрепляет характер общественного устройства, в том числе привилегированное положение в обществе господствующих групп. Конкретное соотношение совокупного дохода эксплуататоров (прибавочного продукта) и дохода эксплуатируемых (фонда жизненных средств трудящихся) – это фактическая степень (мера) эксплуатации труда.

Выделяя из общественного продукта фонд жизненных средств трудящихся, господствующий класс (или каста) действует в рамках ряда объективных ограничений.

Одно из главных ограничений – необходимость обеспечить трудящихся средствами, достаточными для воспроизводства нужных господствующей группе работников, в том числе заместителей (детей) смертных работников.

Другое главное ограничение – сила трудящихся в отстаивании своих интересов. Пропорция распределения общественного продукта на фонд жизненных средств трудящихся и прибавочный продукт, следовательно, и степень эксплуатации труда зависят от соотношения социальных сил (См. Силы социальные). Соотношение социальных сил - это социальная (социоэкономическая) макропропорция.

Категория “необходимый продукт” отражает точку зрения господствующей группы на социально-экономи-ческое предназначение фонда жизненных средств трудящихся: с точки зрения господствующей группы всё, что не является необходимым для воспроизводства работников (совокупной “рабочей силы”), – роскошь, неэффективные затраты.

Фонд жизненных средств трудящихся действительно устанавливается и удерживается не выше уровня издержек, признаваемых господствующей группой необходимыми для воспроизводства трудящихся как работников (“рабочей силы”), если трудящиеся не ведут эффективную борьбу за повышение своей доли в общественном продукте. Трудящиеся, не организованные как класс и не действующие как класс (то есть сплочённо, настойчиво и солидарно), превращаются в разрозненных субъектов, субъектность которых достаточна лишь для индивидуальных сделок по купле-продаже рабочей силы как штучного товара. Все либеральные теории рассматривают трудящихся только в этом их предельно невыгодном социальном качестве – как классово неорганизованных работников.

Соцально-экономическим содержанием, или принципиальным социальным механизмом эксплуатации является принудительное социальное донорство подчиненных социальных групп в пользу господствующих социальных групп в ходе и в результате распределения эффекта (не только экономического) от общественного производства.

Господствующие социальные группы имеют возможность организовать и, как правило, организуют распределение эффекта (не только экономического) от общественного производства таким образом, чтобы доля трудящихся в его распределении была существенно меньше, чем доля их фактического трудового вклада в этот эффект. При этом господствующие группы имеют возможность получать доходы, даже не выполняя никаких полезных для общества и хозяйства (трудовых) функций. Доходы от собственности (по праву собственников), а не от собственного труда являются, как правило, основным доходом господствующих социальных групп. Для эксплуатируемых трудящихся основным источником средств существования и фактором, определяющим их социально-экономическое положение и положение членов их семей, являются не доходы от собственности, а собственный труд в общественно организованном воспроизводстве.

Социальное донорство эксплуатируемых трудящихся реально выступает в двух формах: а) как более медленное улучшение их социального положения по сравнению с улучшением положения господствующих социальных групп (относительное обнищание эксплуатируемых); б) как прямое ухудшение их социального положения (абсолютное обнищание эксплуатируемых).

Хорошо известны и изучены наукой такие типы эксплуататорских обществ, как рабовладельческий строй, феодализм, капитализм, империализм, колониализм, неоколониализм, тоталитаризм (фашизм), социальное рыночное хозяйство (буржуазно-демократическое социальное государство). В меньшей мере изучены азиатский способ производства, “постиндустриальное общество” как современная разновидность капитализма.

Однотипность капиталистических классовых отношений и социально-групповых отношений других общественных систем эксплуататорского типа состоит в общности:

а) причины эксплуатации (властно-управленческие функции сосредоточены в руках части общества),

б) сути эксплуатации (господствующая социальная группа распоряжается всеми результатами общественного производства и труда для обеспечения своего привилегированного положения в обществе) и

в) содержания эксплуатации (подчиненные группы выступают социальными донорами).

Конкретные способы осуществления эксплуатации разнообразны. Разнообразны и факторы, в решающей мере обеспечивающие эксплуатацию. Наукой различаются в первую очередь экономическое принуждение и внеэкономическое принуждение, но это далеко не исчерпывает классификацию методов принуждения подчинённых групп к социальному донорству. Зачаток глубокой теории принуждения – учение К. Маркса о реальном подчинении труда капиталу (См. Подчинение труда капиталу реальное).

В капиталистическом обществе основной подчиненной социальной группой является класс наёмных трудящихся (рядовых наемных работников). В нормально функционирующем капиталистическом производстве – при всех колебаниях уровней оплаты конкретных видов труда и других доходов трудящихся – в целом классу наёмных трудящихся достаётся та сумма жизненных средств, которая признаётся господствующим классом необходимой для нормального воспроизводства трудящихся как работников, для удовлетворения исторически сложившегося круга их потребностей. Величину прибавочного продукта составляет то, что превышает исторически сложившуюся величину “необходимого” продукта.

Такая “нормальная” эксплуатация возможна и реализуется только при осуществлении “нормальной” классовой борьбы, то есть если эксплуатируемый наёмный класс активно сопротивляется понижению своей доли в общественном продукте, в том числе сужению круга потребностей трудящихся, признаваемых капиталом необходимыми (в терминах, идущих от К. Маркса, – сопротивляется понижению национальной стоимости “товара рабочая сила” и цен на этот “товар”).

Нормальную (закономерную) систему эксплуатации необходимо рассматривать с учётом реальной структуры мирового капиталистического хозяйства, в которой с самого начала была и до сих пор есть более развитая часть и так называемая “периферия” (См. Периферийный капитализм; Глобализация капитализма). Система капиталистической эксплуатации обладала и обладает возможностью выносить часть своих противоречий на “периферию” – в колонии, полуколонии, в страны так называемого третьего мира. На периферии оказывается допустимым то, что недопустимо в первом и втором мирах.

Современная Россия оказалась в результате шоковых глобализационных реформ 1990-х годов на периферии мирового капиталистического хозяйства, в реальности периферийно-зависимого капитализма. Трудящиеся России не воспрепятствовали понижению оплаты труда и других своих доходов, повышению тем самым степени эксплуатации. В результате установилась базовая для новой России весьма низкая величина фонда жизненных средств трудящихся. Эта существенно пониженная (по сравнению с дореформенной) величина будет восприниматься и уже воспринимается новыми поколениями как объективный, нормальный для России размер “необходимого” продукта (как новая национальная стоимость и цена “товара рабочая сила”, если использовать категории К..Маркса).

Теории эксплуатации присущи науке, которая базируется на идеологиях, отражающих интересы трудящихся классов. Эти идеологии исходят из представлений, что эксплуататорская система общественных отношений возникла как следствие противоположности интересов разных частей общества и удерживается в исторических пределах определенного типа соотношения социальных сил. Социалистическая (коммунистическая) идеология выдвигает идеал общества, в котором нет отношений господства-подчинения и эксплуатации, и обосновывает возможность перехода к такому обществу.

Идеологии эксплуататорских классов, напротив, утверждают либо естественность и вечность (неустра-нимость из жизни общества) отношений эксплуатации, либо её отсутствие (невозможность) или историческую преодолённость в современных лидирующих капиталистических странах. Они это могут делать и весьма прямолинейно, и в завуалированной форме: например, вообще отрицая само социальное донорство; или отрицая его принудительный характер и прославляя социальное партнёрство; или отрицая даже существование классов, а тем более, антагонистическую противоречивость систем классовых интересов.

Социал-реформистские идеологии пытаются “соединить” социалистическую идеологию и идеологию эксплуататоров. Они признают эксплуатацию и её несправедливость, признают необходимость борьбы с нею, но считают эту борьбу бесконечно долгой и постепенной. Идею революционного преобразования общества для уничтожения эксплуатации и классов-антагонистов социал-реформизм трансформирует в идею постепенного, шаг за шагом ослабления эксплуатации на основе социального диалога и социального партнёрства эксплуататорских и эксплуатируемых классов.

Приоритет научного раскрытия механизма капиталистической эксплуатации на уровне предприятия (индивидуального капитала) принадлежит К. Марксу ( гг.). Согласно теории К. Маркса (теории прибавочной стоимости), заработная плата, которую получает наемный рабочий, лишь по форме является оплатой всего его труда, а по сути, собственник предприятия покупает и оплачивает товар “рабочая сила”. Оплачивает по цене, колеблющейся вокруг издержек воспроизводства (сто-имости) этого товара, и присваивает (не оплачивает) созданную трудом рабочего прибавочную стоимость. Присвоение собственником предприятия результата неоплаченного труда наемного рабочего, по Марксу, и есть капиталистическая эксплуатация.

Связывая капиталистическую эксплуатацию с продажей товара “рабочая сила”, то есть с наёмностью труда, К. Маркс считал, а многие из последователей его учения о прибавочной стоимости до сих пор считают, что для устранения эксплуатации из жизни общества следует ликвидировать наёмность труда и вообще отказаться от использования в организации хозяйства товарно-денежных отношений и рынка. История тоталитаризма в СССР отчётливо показала, как опасна антитоварная идеология. Хозяйствование “без услуг прославленной стоимости” (выражение Ф. Энгельса) оказалось в практике ХХ века адекватным сталинистской (и не только сталинистской) разновидности тоталитаризма.

Современная теория эксплуатации, не отрицая теорию прибавочной стоимости, в то же время трактует эксплуатацию как одно из базовых социально-структурных отношений. Поэтому и природа капиталистической эксплуатации не может быть сведена к отношениям распределения и не может быть понята лишь на основе анализа взаимоотношений между индивидуальным капиталом и нанимаемыми им работниками как купли-продажи рабочей силы. Система капиталистической эксплуатации возникает не из наёмного характера труда и не из особенностей товара “рабочая сила”, а из определенного соотношения классовых сил по поводу власти в обществе (в том числе и в хозяйстве). Система капиталистической эксплуатации поддерживается монополией капиталистического класса на власть и управление общественными процессами, перевесом сил капитала в межклассовых отношениях.

В современной теории эксплуатации подчёркивается, что трактовка категории “стоимость рабочей силы” как величины необходимых и достаточных издержек воспроизводства трудящихся как работников (рабочей силы) – это точка зрения капитала и науки, обслуживающей его интересы.

В науке, последовательно стоящей на позициях эксплуатируемых, трудящиеся рассматриваются не как “рабочая сила”, а как члены общества, труд которых должен им доставлять средства для их (и их семей) достойного существования и развития, а не средства, возмещающие затраты на воспроизводство трудящихся лишь как рабочей силы для капиталиста. Категорию “стоимость рабочей силы” при таком подходе можно и не отбрасывать, но при условии перехода от воспроизводственной к социальной версии этой стоимости. Суть социальной версии:

величина доходов эксплуатируемых трудящихся (их доля в общественном продукте) объективно складывается не в экономике, а на уровне общественного устройства, в итоге взаимодействия (столкновения) и соотношения социальных сил;

капиталистический класс может оплачивать труд наёмных работников на уровне необходимых и достаточных издержек воспроизводства нужной ему “рабочей силы” в условиях отсутствия организованной классовой борьбы эксплуатируемых трудящихся;

борьба трудящихся за улучшение своего социального положения (если она реально изменяет сложившееся соотношение социальных сил) увеличивает совокупные доходы трудящихся, поступающие к ним в разных формах (заработная плата, другие доходы), изменяет пропорцию распределения общественного продукта на фонд жизненных средств трудящихся и доход эксплуататоров (при-бавочный продукт).

Отвоеванная трудящимися их доля в общественном продукте – в этом суть социальной версии стоимости и цены рабочей силы, если использовать термины “рабочая сила”, “стоимость и цена рабочей силы”, отражающие взгляд капиталистического предпринимателя на природу взаимоотношений капитала и труда.

На современном этапе развития мировой капиталистической системы, получившем название “глоба-лизация”, происходит существенное видоизменение взаимоотношений между господствующими и подчиненными социальными группами.

Осмысление обозначившихся тенденций развития подводит к следующему выводу: исторической тенденцией развития капиталистической системы эксплуатации является глобализация тоталитаризма в форме организованной во всемирном масштабе системы разделения (сегрегации) человечества на господствующую (властвующую) касту созидателей и все более многочисленную касту оттеснённых от участия в созидательной общественной практике – оттеснённых в социальную резервацию с принудительно-нетрудовым характером жизнедеятельности (См. подробнее Глобализация капитализма; Социальной резервации теория).

Наука изучает типы, формы эксплуатации, определяет её степень, обобщает исторический опыт укрепления отношений эксплуатации и борьбы за смягчение и уничтожение эксплуатации.

Эксплуатация как социальное отношение постоянно находится в центре идеологической борьбы. Свежий импульс этой борьбе придало распространение новых форм эксплуатации на современном этапе глобализации капитализма.

Литература: Исследование о природе и причинах богатства народов. Книга 1. Глава 8. О заработной плате. - М.: ЭКСМО 2007; Капитал. Критика политической экономии. Том первый. Глава четвертая. Превращение денег в капитал. – Соч. 2-е изд. Т. 23. М. 1960; Ракитская -трудовые отношения (общая теория и проблемы становления их демократического регулирования в современной России). Глава 3. Эксплуатация как тип социально-трудовых отношений. – М.: Институт перспектив и проблем страны. 2003; Ракитская теория эксплуатации (эксплуатация как тип социально-трудовых отношений) / В период. изд. “Общест-вознание большинства”. Выпуск 2. – М.: Интернациональный университет трудящихся и эксплуатируемых. Декабрь 2005. С. 3 – 30; , , Мандель -трудовые права и свободы: российские и международные принципы, нормы, проблемы. Учебник (по программам высшего классового образования). – М.: Институт перспектив и проблем страны. 2008;

ЭФФЕКТ СОЦИАЛЬНЫЙ – положительный (бла-гоприятный) для социального положения результат какой-либо практической деятельности (производственной, трудовой, финансовой, общественной, благотворительной, образовательной и т. п.). Социальный эффект является обычно составной частью общего (полного) практического эффекта, но может с той или иной мерой точности выделяться (аналитически или рассчётно) и оцениваться.

Понятие “социальный эффект” уже, нежели понятие “социальные результаты”, которое включает в себя не только благоприятные, но и неблагоприятные для социального положения результаты практической деятельности.

В случаях, когда социальные результаты заранее не планировались, не прогнозировались или вообще игнорировались (оставались за пределами интереса или внимания), принято говорить о социальных последствиях. Особенно часто упоминают и толкуют о социальных последствиях научно-технического прогресса.

Соотнесение социального эффекта и неблагоприятных социальных последствий деятельности с её целями составляет содержание процесса оценки социальной эффективности.

Проблематика социальных эффектов стала научно разрабатываться в СССР в 1970-е годы. Здесь отечественные разработки намного опередили зарубежные. Это опережение сохраняется до сих пор. Было разработано нескольких методик расчёта социального эффекта и методик дополнения расчёта экономического эффекта расчётом социальных эффектов. Однако принципиальное опережение (мировое лидерство) сложилось, когда была разработана теория и общая методика оценки социально-экономической эффективности общественного производства и научно-технического прогресса. Новый научный подход, обосновывающий методологические и методические принципы в этой области, получил название “ранжирование ”. (См. Эффективность экономическая и эффективность социальная”).

Литература: Новожилов измерения затрат и результатов при оптимальном планировании. – М.: “Экономика”. 1967; Ракитская социально-экономического развития и эффективность научно-технического прогресса. – М.: ВНИИСИ. 1982.

ЭФФЕКТИВНОСТЬ — результативность; интегрирующая (обобщающая) оценка результатов какого-либо сознательного действия (курса, линии поведения, стратегии, тактики) в двух существенных отношениях: во-первых, со стороны принципиального соответствия целям, для достижения которых действия предпринимались, а во-вторых, со стороны оправданности (приемлемости) усилий (и затрат ресурсов), потраченных на получение результата.

Если наблюдаются результаты, качественно не соответствующие (противоречащие) поставленным целям, говорят об обратном эффекте (См. Обратный эффект). В случаях принципиального соответствия результатов целям различают высокую, низкую, достаточную или недостаточную эффективность. Предполагаемую результативность действий называют ожидаемой эффективностью (См. Эффект ожидаемый). Если результаты соответствуют целям, но достигнуты неоправданно большими усилиями или неприемлемыми способами, то деятельность либо не признаётся эффективной, либо для оценки её результативности подыскиваются специфические формулы (например, пиррова победа; саркастическое «за славу сколько ни плати — всё недорого»; слава Герострата и др.).

Понятие эффективности ограничено обычно (как на практике, так и в теории) кругом результатов, прямо отвечающих (соответствующих) поставленным целям. Другие результаты действий (как полезные кому-либо, так и вредные кому-либо; как вполне ожидаемые, так и неожиданные) охватываются понятием «последствия» (См. Последствия; Последствия социальные).

Практика охватывает множество действий, направленных на множество целей. В связи с этим распространено дифференцированное рассмотрение и дифференцированная оценка результативности действий (не то чтобы в полном и преднамеренном отрыве результативности одного действия от результативности другого, а в практически приемлемой отвлечённости рассмотрения результативности одного действия от результативности других действий). Так возникают понятия экономической эффективности, эффективности образования, эффективности методик лечения, эффективность собственности, эффективность пропаганды и т. п. (См. Эффективность экономическая; Эффективный собственник).

Одновременно с этим общественная практика не сводится к сумме разрозненных (взятых по отдельности) действий, а обладает целостностью (См. Целостность). Свойство целостности общественной практики делает оправданным постановку и решение вопроса о её (общественной практики в целом) результативности. Эффективность общественной практики в целом называется общественной (социальной) эффективностью (См. Эффективность социальная).

Сопряжение эффективности тех или иных практических действий с социальной эффективностью как с эффективностью общественной практики в целом — важная практическая задача, нелегко дающаяся теоретической и методической разработке (См. Эффективность экономическая и эффективность социальная).

ЭФФЕКТИВНОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ И ЭФФЕКТИВНОСТЬ СОЦИАЛЬНАЯ — два из многих измерений эффективности, сопоставление которых и стремление свести (соединить) которые долгое время находились и до сих пор находятся в ряду самых актуальных теоретических и прикладных разработок ряда наук (политической экономии, науки об управлении, конкретной экономики и др.).

Эффективность как родовое (общее) понятие отражает реальное общественное отношение целей и результатов практической деятельности. Однако практическая деятельность (практика) обладает структурой, а потому феномен эффективности неизбежно приобретает характер структурного отношения. Другими словами: эффективность вообще - понятие бессодержательное, неправомерно абстрактное, игнорирующее структурный (социально-групповой, классовый) характер практики и отношений (оценок) эффективности практической деятельности.

Генеральная проблема определения эффективности - адекватное реальной практике выделение и соотнесение эффективности практики как целого (системы) и эффективности составляющих это целое видов практической деятельности (частных систем, подсистем).

Практика в целом - это общественная (социальная) практика. Цели, с которыми при определении эффективности сопоставляются результаты, суть целообщественные (социальные) цели, а сама эффективность в этом смысле называется социальной. Хозяйственная практика (экономика) - часть общественной практики. Цели, с которыми при определении экономической эффективности сравниваются хозяйственные (экономические) результаты, заданы обществом, но заданы они именно как экономические цели, обычно как цели создания ресурсных возможностей для достижения общественных целей, не сводимых к экономическим. Различия в понимании характера связи целостного и частного в общественной практике порождают различия в подходах к соотнесению социальной (целообщественной) эффективности и экономической эффективности.

Традиции метафизической методологии питают представления об обществе как о сумме частей. Поскольку общество по своей природе целостно, а не суммарно, метафизический подход принципиально неспособен вывести к оценкам эффективности, адекватным общественной практике. Метафизический (суммирующий) подход к эффективности порождает различные комбинации складывания частных эффектов или складывания и вычитания (если суммируются положительные и отрицательные частные эффекты). Соотнесения результатов с целообщественными целями не происходит, задача такого типа даже не ставится.

При суммирующем (метафизическом) подходе к определению эффективности широко распространён и даже доминирует фетишистский (прагматический) метод. Он касается выбора эффекта какой-либо части общественной практики на роль основного слагаемого, к которому прибавляются или из которого вычитаются эффекты иных частей общественной практики, принимаемых в расчёт. Этот метод лежит обычно в основе популярного, но тупикового “междисциплинарного подхода”. Фетишизируется (неправомерно выпячивается) какая-то часть общественной практики и объявляется критериально главной. Например, успех частного предпринимателя объявляется наивысшим мерилом эффективности, которому подчинены (субординированы) все иные её измерители и оценки (хрестоматийной стала формула Ч. Вильсона “Что хорошо для “Дженерал Моторс” то хорошо и для Соединённых Штатов”). Социальные и иные неэкономические эффекты искусственно оцениваются как экономические (получают экономические единицы измерения) и плюсуются к действительно экономическому эффекту (соответственно, эффекты, оценённые как отрицательные, - вычитаются). Общественные цели и все частные цели тем самым сводятся к сугубо экономическим. Фетишизироваться может любая часть общественной практики (наращивание военной мощи, “силовая составляющая”, защита окружающей среды, научно-технический прогресс и др.).

Принципиально несовместим с метафизическими подходами к эффективности целостно обществоведческий диалектический подход. Представление о целом как о сумме не допускается, суммирование частных эффектов признаётся ненужным в силу неадекватности суммарного результата структуре реальной общественной практики. Цели общества как целостности признаются реальными и имеющими приоритет в субординации реально структурированных целей. Отсюда качественно иной способ выстраивания единой системы целей - ранжирование целей. Оценка социальной эффективности происходит как определение соответствия результатов общественной практики в целом ранжированным целям. Сравнительная оценка эффективности вариантов развития осуществляется путём поэтапного отбора вариантов по критерию соответствия рангам целей. Варианты, не соответствующие социальным рангам целей, отбрасываются как социально недопустимые, даже если экономически (то есть по критерию, который ниже высших рангов) они более эффективны. Экономическая эффективность сравнивается только по кругу социально необходимых и социально допустимых вариантов. Социально и одновременно экономически самым эффективным (социально-экономически оптимальным) признаётся вариант, прошедший отбор по соответствию социальным критериям и оказавшийся самым эффективным экономически в ряду социально допустимых (эффективных) вариантов.

Впервые в мировой науке проблемы соотнесения (единения) социальной и экономической эффективности научно строго решены в исследовании гг. “Методологические основы определения социально-экономической эффективности научно-технического прогресса” (Москва, Институт экономики АН СССР. Опубликовано в 1982 г.). Предложенные методология и общая методика позже получили название “ранжирование ”. “Ракит-ской” позволило преодолеть “барьер ”. Лауреат Ленинской премии в своей книге “Проблемы измерения затрат и результатов при оптимальном планировании. (М.: “Экономика”. 1967) предупредил, что разработанные им методы определения и сравнения экономической эффективности вариантов применимы только при условии тождества социальных результатов вариантов. В этом “барьер ”. В реальной практике такое тождество встречается как редкое исключение, а потому “барьер ” при применении его методов игнорируется или “преодолевается” мнимо. Различия социальных результатов либо игнорируются, либо объявляются несущественными, либо проблема их учёта подменяется задачей учёта и компенсирования социальных последствий. В отличие от этого “ранжирование ” строго соблюдает “барьер ” и даёт научно обоснованный метод сопряжения его метода определения и сравнения экономической эффективности с отбором вариантов по критерию социальной допустимости, то есть научно строго отбирает круг вариантов, социальные эффекты которых могут быть признаны практически тождественными.

Литература: Новожилов измерения затрат и результатов при оптимальном планировании. – М.: “Экономика”. 1967; Ракитская социально-экономического развития и эффективность научно-технического прогресса. – М.: ВНИИСИ. 1982.