Поэтический спектакль о поэтах-москвичах, погибших в годы
Великой Отечественной войны
«И пусть не думают, что мертвые не слышат,
когда о них живые говорят…»
Действующие лица: Составитель:
учитель русского языка и литературы
Чтецы, поэты, ГОУ СОШ 753
участники диспута,
следователь,
танцующая пара,
исполнители песен,
зенитчица,
провожающие,
историк.
Сцена разделена на 2 временных пласта:
слева от зрителей - перспектива удаляющейся темной улицы, окна домов заклеены крест-накрест, противотанковые ежи, справа от зрителей – салют, Кремль, набережная, часы на башне показывают 6 часов.
На сцену выходит ИСТОРИК. Задумавшись, смотрит в зал, потом говорит:
Они погибли слишком рано… Трагическая судьба этого поколения и сегодня волнует нас. Это целая глава в книге русской поэзии, пронзительная, страстная в своем стремлении быть услышанной потомками. И мы должны их услышать. Так писали они, так пели, так любили…
Картина 1
Вступление: находка времён войны
Марш, постепенно утихающий. На затемненной сцене стол, стул, лампа. На сцену выходит одетый по-военному человек, садится, листает документы, пишет и читает что-то.
Слева на заднем плане появляются 9 одетых в черное человек, выстраиваются вдоль задней стены спиной к зрителям. На авансцену справа выходят 8 чтецов.
1 чтец:
Из сообщения инструктора Управления пропаганды ЦК ВКП(б) на заседании комиссии Союза писателей СССР.
2 чтец:
21 сентября 1941 года в трех километрах восточнее села Богодуховка Чернобаевского района Полтавской области после тяжелых боев в поле были найдены трупы погибших красноармейцев.
Звучит и постепенно стихает музыка («В атаку стальными рядами…»)
Голос чтеца звучит неофициально, повествует.
3 чтец:
Красноармейцев обнаружил двенадцатилетний сын местного жителя. Мальчик рассказал о находке отцу. Поужинали, легли спать, но отец долго не мог заснуть: его мучила мысль, что старшие его сыновья, бойцы Красной Армии, вот так же лежат где-нибудь в поле, и некому их проводить в последний путь.
Музыка («Эх, дороги…)
4 чтец
Рано утром с лопатой и чистым бельем отец и сын пошли по кукурузному полю к месту, где лежали бойцы. В указанном мальчиком месте лежал труп, прикрытый соломой. Шинель была залита кровью.
Музыка звучит приглушённо, потом смолкает.
5 чтец (официально)
В области лба расположена глубокая рана, в левую половину груди нанесены пять штыковых ран, 2 раны в правый и левый бок. В карманах гимнастерки найдены воинский билет, орденская книжка, неоконченное письмо на нескольких страницах, в несколько раз сложенное. Обнаружен орден, орденская книжка и военный билет на имя Крымова Юрия, писателя, автора романа «Танкер «Дербент», призванного на военную службу из города Москвы.
6 чтец
Убитого решили захоронить рядом с его однополчанами, оставив при нем орденскую книжку и орден. Решено было сообщить о геройской гибели родителям воина.
Чтецы покидают сцену.
Музыка звучит громко, потом стихает.
Сидящий за столом человек закрывает тетрадь, встает и выходи на авансцену.
Говорит официально.
7 чтец
Из отчета главного архивного управления о работе по восстановлению текста предсмертного письма писателя Юрия Крымова: доставленное в лабораторию письмо свернуто в 3 раза. Оно представляет собой форматный лист сильно пожелтевшей писчей бумаги 41 на 29 сантиметров. Мелко исписано черным карандашом. На четвертинке сложенного письма 2 отверстия округлой формы 3 на 3 сантиметра с сильно рваными краями, залитыми кровью, образующей темно-бурые пятна 4 на 6 сантиметров. Судя по идентичности форм расположенных на листе 12 отверстий можно заключить, что эти отверстия произведены выстрелом из автомата тремя пулями.
Автоматная очередь. Чтецы покидают сцену, остаются только стоящие спиной 8 человек и чтец в военной одежде, сидевший до этого за столом.
Картина 2
«Письмо Юрия Крымова»
На сцену выходит чтец в современном костюме - историк.
Историк
Когда речь идет о людских судьбах, цифры не лучший способ характеристики. И все же эти цифры стоит привести. Из тысячи с лишним писателей, ушедших на фронт, 21 стали Героями Советского Союза, свыше 400 погибли на фронтах Великой Отечественной войны. Из них 81 - москвичи. Памяти павших на той войне посвящена наша композиция.
Чтец в плащ-палатке ПОЭТЫ: Поворот каждого из одетых а чёрное - и ответ:
1 Аверьянов Вячеслав - Я
2 Аврущенко Владимир - Я
3 Алтаузен Джек - Я
4 Багрицкий Всеволод - Я
5 Кунин Константин - Я
6 Коган Павел - Я
7 Кульчицкий Михаил - Я
8 Майоров Николай - Я
9 Крымов Юрий - Я (Поэт 9)
Со сцены уходят все, остается только тот, кто отозвался на имя Юрия Крымова (ПОЭТ 9). Музыка
Чтец 1
Из письма Юрия Крымова…
Поэт 9 (Юрий Крымов):
Дорогая Анка, давно не писал тебе. Сейчас глубокая ночь, Сижу в большой хате. Вокруг Меня в полной выкладке, в шинелях, затянутые в ремни, обнимая винтовку или пулемет, спят мои товарищи. Как случилось, что мы попали в окружение? Куда ни ткнись, всюду немецкие танки, огневые точки. Четвертый день ведем круговую оборону.
Рядом с ним становится ЧТЕЦ 9, оба чуть выходят вперёд, на авансцену.
Чтец 1.
Бледнеют звезды. Под утро уходим из села. Пылит дорога.
Поэт 9 (Юрий Крымов)
Не печальтесь, мы еще придем.
Чтец 1
А как убьют вас?
Поэт 9 (Юрий Крымов)
Ну, не мы так другие придут. А немец сгинет. Мы прорвемся.
Музыка(«Вставай, страна огромная…») , потом стихает.
Поэт 9
На душе у меня удивительно спокойно и хорошо. Меня переполняет гордость за то, что прожил свою жизнь недаром и если придется умирать, то недаром умру. И на тебя я надеюсь. Если ты останешься одна, это тебя не сломит.
Все уходят.
Картина 3
«Диспут»
Звучит довоенная музыка (танго «Ах, эти чёрные глаза» Оскара Строка). На сцене много народу, выносят еще стол, стулья. Одежда - того времени. Выносят большую афишу:
Диспут участников литературных кружков,
студентов Московского Университета
и работников Гослитиздата.
Павел Коган (6), Александр Яшин, Николай Майоров (8),
Михаил Кульчицкий (7),
Борис Слуцкий, Сергей Наровчатов.
Москва, 1939 год
Шумят участники диспута, спорят:
1 участник:
- Жить только так, никаких компромиссов!
2 участник:
- Никакой жалости к себе!
3 участник:
- Долой равнодушных, они отвратительные жабы!
4 участник:
- Самое страшное в мире - быть успокоенным!- Есть два рода стихов. Одни написаны «сплавом», другие «свинчиваются».
5 участник:
- Если есть хорошие строчки - ты поэт!
2 участник диспута (девушка):
- Гладкие стихи могут писать все, а хорошие - настоящие поэты.
5 участник:
- Но в стихах должен быть воздух.
3 участник:
- Иногда плюс на плюс в стихах дают минус. Нужен воздух.
4 участник:
- Павка, Коган! Да рубани ты им.
На авансцену выходит ПОЭТ (вначале спектакля 6 в строю - Павел Коган).
Спорщики замолкают.
ПОЭТ 6 (Павел Коган):
Я с детства не люби овал – я с детства угол рисовал…
1 участник диспута:
-А я предлагаю другую тему для диспута: «Что - значит - любить?»
4 участник диспута:
- Да что это за тема… Это несовременно!
Поэт 6 (Павел Коган):
- Вы послушайте:
Идти сквозь вьюгу
Напролом.
Ползти ползком.
Бежать вслепую.
Идти и падать.
Бить челом.
И все ж любить ее -
Такую!
2 участник диспута:
- А ведь хорошо!
5 участник диспута:
- Настоящий поэт!
Девушка, участница диспута:
- Здорово! Немножко риторично, но здорово, искренне. Накал - высок.
Да что вы все о любви? Пижоны. Колька, Майоров, прочти ты им, вот это, о нас, о наших ребятах.
Поэт 8 (Николай Майоров)
Нам не дано спокойно сгнить в могиле –
Лежим навытяжку и приоткрыв гробы, -
Мы слышим гром предутренней пальбы,
Призыв охрипшей полковой трубы
С больших дорог, которыми ходили.
Музыка («Если завтра в поход…»), все уходят со сцены.
Чтец (выходит на авансцену):
Друзья его юности… Они и впрямь были бесстрашны и высоки своей беззаветной любовью к Родине, своими помыслами и стремлениями, поступками и подвигами. Это о них писал Николай Майоров.
Поэт 8. (Николай Майоров):
Есть в голосе моем звучание металла.
Я в жизнь вошел тяжелым и прямым.
Не все умрет, не все войдет в каталог,
Но только пусть под именем моим
Потомок различит в архивном хламе
Кусок горячей, верной нам земли,
Где мы прошли с обугленными ртами
И мужество, как знамя, пронесли.
Чтец (встает рядом):
Мы жгли костры и вспять пускали реки,
Нам не хватало неба и воды.
Упрямой жизни в каждом человеке
Железом обозначены следы, -
А как любили мы…
Музыка…
Выходит участник диспута, стоят плечом к плечу:
Мы были высоки, русоволосы,
Вы в книгах прочитаете, как миф,
О людях, что ушли, не долюбив,
Не докурив последней папиросы.
Поэт 8 (Николай Майоров):
Мы брали пламя голыми руками.
Грудь раскрывали ветру. Из ковша
Тянули воду полными глотками
И в женщину влюблялись не спеша.
Чтец :
Они погибли слишком рано… Трагическая судьба героического поколения, поколения поэтов и воинов, и сегодня волнует нас. Это целая глава в книге русской поэзии, пронзительная, страстная в своем стремлении быть услышанной потомками. И мы должны их услышать. Так писали они, так пели, так любили…Когда-то молодой поэт Павел Коган сочинил стихи, потом родилась песня, знаменитая «Бригантина», песня наших дедушек и бабушек, их далекой юности…
Надоело говорить и спорить,
И любить усталые глаза…
В флибустьерском дальнем синем море
Бригантина подымает паруса (2)
Капитан, обветренный, как скалы,
Вышел в море, не дождавшись нас.
На прощанье подымай бокалы
Золотого терпкого вина(2).
Пьем за яростных, за непохожих,
За презревших грошевой уют.
Вьется по ветру веселый Роджер,
Люди Флинта песенку поют (2)
И в беде, и в радости, и в горе
Только чуточку прищурь глаза:
В флибустьерском дальнем синем море
Бригантина подымает паруса (2).
Картина 4
«Проводы»
Музыка – «Вставай, страна…»
Человек в военной форме:
- По вагонам!
По сцене идет строй солдат, от него отрываются и спускаются вниз на ступеньки провожающие.
Чтец 1
На войну уходил я из дома.
Плыл над городом день голубой.
Переулком, где все мне знакомо,
Шли мы рядом, родная, с тобой.
И старушка, что даже не знала,
Чей я, кто я и как меня звать,
Вместе с вами пошла до вокзала,
Словно сына, меня провожать.
И когда на ступеньках вагона
Мы безмолвно с тобой обнялись,
Посмотрела она умиленно
И сказала: «Сынок, оглянись!»
Чтец 2
Оглянулся я молча - и замер:
На перроне, средь ясного дня,
Сотни женщин махали платками,
На войну провожая меня.
И успел я прочесть в каждом взоре:
«Милый, будь беспощаден в борьбе,
Пусть великое русское горе
Гневом сердце наполнит тебе…»
Чтец 3
И рука у меня не дрожала,
Потому что в тот день голубой
Вся отчизна меня провожала,
Весь народ провожал меня в бой.
Чтец 1
Из письма поэта Джека Алтаузена жене с фронта.
Поэт 3 (Джек Алтаузен):
Раньше слово Родина многие из нас произносили механически. Теперь все поняли, что Родина и жизнь - это вещи неразделимые. Не робей, не жалей о потерянных удобствах, жить можно и в землянке. Никогда, как бы ни было трудно, не теряй веры в правое дело. Мы победим, в этом не должно быть сомнения…
Поэт 2
Я в дом вошел, темнело за окном,
Скрипели ставни, ветром дверь раскрыло, -
Дом был оставлен, пусто было в нем,
Но все о тех, кто жил здесь, говорило.
Валялся разный мусор на полу,
Мурлыкал кот на вспоротой подушке,
И разноцветной грудою в углу
Валялись разноцветные игрушки.
А рядом, в белой рамке, на столе,
Стояла фотография ребенка.
Ребенок был с кудряшками, как лен,
В мое лицо смотрел пытливо он.
Стоял я долго, каску наклоняя,
А за окном скрипели ставни тонко.
И Родина смотрела на меня
Глазами белокурого ребенка.
Со сцены все уходят. Тихая музыка… («Горит свечи огарочек…») Автоматная очередь. Тишина.
Картина 5
«Любовь»
Чтец 1
Из письма Павла Когана с фронта.
Сколько видел и пережил… Сожженные немцами села, женщины, у которых убили детей. Нам всегда казалось, что мы все понимаем. Мы и понимали - но головой. А теперь я понимаю сердцем.
Чтец 2
И вот за то, чтоб на нашей прекрасной земле не шлялась ни одна гадина, чтоб смелый и умный наш народ никто не смел назвать рабом, за нашу с тобой любовь я и умру, если надо. Но мне нужно жить…
Чтец 3
Но лучше я отправлю на тот свет любителей чужой земли. Мне нужно жить.
Музыка («Жди меня…»). Затем стихает.
Поэт 6 (Павел КОГАН) выходит на авансцену:
Мне нужно жить. Я хочу видеть тебя. После войны будет столько работы! Хотел написать о любви, а получилось вот что.
Ты существуешь рядом со мной в этой ночи, простреленной автоматами. А в трехстах метрах отсюда опоганенная вражьими сапогами земля. Край, где я родился, где в первый раз птиц слышал. Так вы и существуете рядом - любовь моя и ненависть моя.
Автоматная очередь, музыка, постепенно затихающая.
Поэт 6 (Павел Коган)
Только здесь, на фронте, я понял, какая обаятельная вещь - жизнь. И ради жизни, ради маминой седой головы я умру, если надо, потому что человек с нормальной головой и сердцем не может примириться с фашизмом, потому что люди и фашисты не могут ужиться на одной планете. Я верю в историю, верю в наши силы, я знаю, что мы победим. Я видел, и я научился ненавидеть…
Канонада. Тишина.
В центре сцены девочка, читает стихотворение Роберта Рождественоского «Баллада о зенитчицах».
ПОЭТ 6: Из письма Павла Когана.
Третьего был бой, а четвертого день моего рождения. Я шел и думал, что остаться живым в таком бою - все равно, что родиться еще раз. Трудно и муторно думать на вой не о смерти. Но я твердо верю, что еще будет все. И Родина свободная, и Солнце, и споры до хрипоты, и наши стихи…
В А Л Ь С: чтецы в военной форме и танцующие пары словно находятся в разных плоскостях.
Поэт 6 (Павел Коган):
Есть в наших днях такая точность,
Что мальчики иных веков,
Наверно плакать будут ночью
О времени большевиков.
Чтец 1:
Они нас выдумают снова -
Косая сажень, твердый шаг -
И верную найдут основу, но не сумеют так дышать,
Чтец 2:
Как мы дышали, как дружили,
Как жили мы.
Мы понимали:
Нам выпала такая участь…
И все-таки пробьемся мы…
Тишина. Гаснет свет. Все уходят со сцены.
Картина 6
«На подступах к Москве»
Чтец 1
Эти улицы, переулочки, площади… Странная, словно тайнописью написанная книга - Москва. Это из ее двориков уходили они на фронт.
Звучит песня «Я по свету немало хаживал…»
Чтец 2
На Арбате, снимая угол в подвале, жил перед войной студент Литературного института Михаил Кульчицкий. Высокого роста, с чубом густых, темно-русых волос, спадавшим на лоб, он был похож на былинного богатыря. Самое невероятное в жизни Михаила Кульчицкого - это его ранняя смерть. Казалось, этот шумливый, лихой парень, в облике которого мелькали черты то Багрицкого, то Маяковского, сможет пройти сквозь огонь, воду и медные трубы и выйти целым и невредимым, как герой сказки.
Чтец 3
Может быть, потому многие из его друзей не могли представить его смерть, поверить в нее, смириться с ней. Мы не знаем точно, где он погиб. После войны иногда казалось, что он
вот-вот вынырнет откуда-нибудь из партизанских лесов.
Чтец 4
Когда враг подступал к Москве, Кульчицкий был на 4 курсе Литинститута. Почти все студенты Литинститута вступили в истребительный батальон. Сначала Кульчицкого отправили во фронтовую газету, а затем - в пехотно-минометное училище. В середине декабря 42 года в звании младшего лейтенанта Кульчицкий ждал назначения к месту службы. 26 декабря он объявил в Литинституте, что его отправляют на фронт.
Чтец 5
Этим днем датировано последнее стихотворение Михаила Кульчицкого. Так и стоит он перед глазами – огромный, в новой шинели с сияющими погонами, похожий на богатыря, и, кажется, все пули должны миновать его.
ПОЭТ 7 (Михаил Кульчицкий):
Мечтатель, фантазер, лентяй-завистник!
Что? Пули в каску безопасней капель?
И всадники проносятся со свистом
Вертящихся пропеллерами сабель.
Я раньше думал: «лейтенант»
Звучит - «налейте нам».
И, зная топографию,
Он топает по гравию.
Война ж совсем не фейерверк,
А просто трудная работа,
Когда,
черна от пота,
вверх
скользит по пахоте пехота.
На бойцах и пуговицы вроде
Чешуи тяжелых орденов.
Не до ордена.
Была бы Родина
С ежедневными Бородино.
Чтец 5
Они любили жизнь, спешили жить, словно предчувствуя ранний уход. Новогодние Куранты, белоснежные яблони в весенних московских дворах, букеты сирени к ногам любимой, споры до рассвета… В октябре 41, когда враг рвался к Москве и строил планы торжественных маршей по Красной площади, поэт Михаил Кульчицкий писал:
И каждый взрыв или пожар
В любом твоем дому
Я ощущаю как удар
По сердцу моему.
И чертят небо над Москвой
Прожекторов лучи.
И от застав шагают в бой
Родные москвичи.
Картина 7
«Бессмертие»
1 - 9: Снова участники переклички в начале спектакля, одетые в чёрное, выходят на левую сторону сцены, стоят спиной к зрителям. Поворачиваются в конце сцены, по ходу переклички.
Чтец 1:
Свою страну они «долюбили» до конца, расписавшись в этом не стихами, а кровью под Москвой и Нарвой, под Сталинградом и Смоленском.
Чтец 2:
Нам не дано спокойно сгнить в могиле…
Мы все уставы знаем наизусть.
Что гибель нам?
Мы даже смерти выше.
В могилах мы построились в отряд
И ждем приказа нового. И пусть
Не думают, что мертвые не слышат,
Когда о них живые говорят.
Музыка.
Во время переклички 1 - 9 разворачиваются лицом к зрителям, покидают свои места в строю и составляют скульптурную композицию в центре сцены.
Чтец 1
Аверьянов Вячеслав
Поэт 1(поворачивается лицам к зрителям):
С первых дней войны добивался зачисления в армию. Сильная близорукость давала право на освобождение от воинской службы. Вопреки запретам врачей воевал в ополчении. Последнее письмо написано 3 октября 1941 года. Погиб под Москвой.
(Занимает своё место в композиции в середине сцены).
Чтец 2
Аврущенко Владимир
Поэт 2 (Поворачивается лицом к зрителям):
Жил в Москве, в Сокольниках. 25 июня 1941 года был уже на фронте. В дни отступления, осенью 41 года, попал к фашистам. В древности варвары привязывали пленных к хвостам коней и разрывали их. Фашистские варвары заменили коней танками.
(Занимает своё место в композиции в середине сцены).
Чтец 3
Алтаузен Джек
Поэт 3 (Поворачивается лицом к зрителям):
Весной 1943 года отказался улететь из расположения окруженной части на редакционном самолете. «Мне надлежит разделить участь однополчан».
25 мая 43 года раздавлен немецким танком.
(Занимает своё место в композиции в середине сцены).
Чтец 4
Багрицкий Всеволод.
Поэт 4 (Поворачивается лицом к зрителям):
29 августа 1940 года снят с воинского учета по близорукости. Был направлен с первых дней войны во фронтовую газету. Погиб в начале 1942 года 19 лет от роду.
(Занимает своё место в композиции в середине сцены).
Поэт 5
Кунин Константин.
Поэт 5 (Поворачивается лицом к зрителям):
В 1941 году пал смертью храбрых, защищая Москву.
(Занимает своё место в композиции в середине сцены).
Чтец 6
Коган Павел
Поэт 6 (Поворачивается лицом к зрителям):
Погиб в разведке под Новороссийском
(Занимает своё место в композиции в середине сцены).
Поэт 7
Кульчицкий Михаил
Поэт 7 (Поворачивается лицом к зрителям):
Погиб в 1943 году
(Занимает своё место в композиции в середине сцены).
Чтец 8
Майоров Николай
Поэт 8 (Поворачивается к зрителям):
Погиб в боях за Родину
(Занимает своё место в композиции в середине сцены).
Чтец 9
Крымов Юрий
Поэт 9 (Последним поворачивается лицом к зрителям, медленно присоединяется к остальным героям, которые к этому моменту уже составили подобие скульптурной композиции - памятника погибшим в боях).
Погиб 20 сентября 1941 года.
Памятник располагается в центре сцены. Венок, гвоздики ложатся к подножию.
Музыка. Гаснет свет. Минута молчания.
