На правах рукописи
ВАСИЛЬЕВ Максим Борисович
ДИНАМИКА СОЦИАЛЬНОГО КАПИТАЛА
В ПОВСЕДНЕВНЫХ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ
ПРАКТИКАХ СЕЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ
Специальность 22.00.04. – Социальная структура,
социальные институты и процессы
Автореферат диссертации на соискание
ученой степени кандидата социологических наук
Саратов 2008
Диссертация выполнена в ГОУ ВПО
"Саратовский государственный технический университет"
Научный руководитель | –– доктор философских наук, профессор |
Официальные оппоненты: | –– доктор социологических наук, профессор |
–– доктор экономических наук, профессор | |
Ведущая организация | –– Институт аграрных проблем Российской Академии наук |
Защита диссертации состоится " 25 " сентября 2008 года в " 14 " часов на заседании диссертационного совета Д 212.242.03 при ГОУ ВПО "Саратовский государственный технический университет" г. Саратов, , корпус 1, ауд. 319.
С диссертацией можно ознакомиться в научно-технической библиотеке ГОУ ВПО "Саратовский государственный технический университет".
Автореферат разослан " 25" августа 2008 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность исследования определяется тем, что научный анализ субъектно-деятельностных параметров трансформации повседневных социальных практик только ещё начинает разворачиваться в рамках отечественного обществоведения. История трансформирующейся России представляет собой богатое и ещё недостаточно исследованное пространство многообразных усилий и инициатив социальных субъектов. Поставленные перед фронтом тяжелых жизненных проблем, социальные акторы различных уровней и локализаций вынуждены вырабатывать и осуществлять различные формы социально-экономических практик, реализация которых помогает сохранить определенную степень стабильности, надежности и "привычности" существования. К числу подобных относятся и те, которые воплощены в разнообразные формы и динамику социального капитала. Последний является средоточием различного рода социальных сетей, реализуется в системах взаимоотношений и локализуется зонах взаимного доверия социальных субъектов.
Актуальность диссертационного исследования диктуется потребностью в точном диагнозе состояния различных сфер и проекций российского общества, – состояния, от которого зависят пути дальнейшей эволюции социальных институтов, связей, общностей, структур, сетевых образований и всего иного, что и образует структуру и "органику" социального целого. Аргументом в пользу актуальности является и выбор центрального объекта социологического анализа – прежде всего, современных крестьянских домохозяйств. Данный выбор продиктован двумя соображениями. Во-первых, сельские социальные практики гораздо рельефней воплощают основные противоречия и проблемы нынешнего этапа развития общества. Данные практики не отягощены "привходящими", находящимися на периферии базового набора социальных акций, проявлениями, которые в изобилии наблюдаются в крупногородской социальной среде. В этом смысле село – более "чистый" и более информативный объект социологического наблюдения. Во-вторых, именно от негородской подсистемы общества, от её социально-экономического состояния в немалой степени зависят благоприятные перспективы развития всего российского социума. Не случайно недавно принятые национальные проекты нацелены и на демографическую, и на аграрную сферы – на те социальные подсистемы, от которых напрямую зависит судьба государства. Поэтому данное исследование посвящено анализу форм и темпов эволюции социального капитала в повседневных хозяйственных практиках российского села. Одновременно нас не может не интересовать и ближайшая к селу социально-пространственная среда, население малых городов. Хозяйственные практики низовой, провинциальной России богаты разного рода и напряжения социальными связями, образующими содержание и строение социального капитала.
Степень научной разработанности проблемы. "Социальный капитал" как аналитическая проекция ведет своё происхождение как от концепций, сформулированных в классической политэкономии, так и от современных социологических разработок, посвященных новым аспектам понимания социальных отношений. Важную роль в изучении социального капитала сыграла продуктивная традиция анализа сетей социального взаимодействия. Сама терминологическая конструкция "социальный капитал" выступает как результат понятийного заимствования из экономической теории и следствие переопределения терминологического аппарата экономики для целей социально-гуманитарного знания. Традиция рассмотрения капитала как ресурса деятельности обоснована классиками экономической мысли – А. Смитом, Д. Рикардо, К. Марксом, Л. Фон Мизесом и др.
Возникновение концепции социального капитала восходит к идеям Г. Беккера, Х. Дж. Джонсона, , применившим в работах 1960-х годов понятийную связку "человеческий капитал". "Социальный капитал" как аналитическая проекция включает в широкую общественную панораму свойства индивида как социального субъекта. Обоснование "социального капитала" в качестве необходимой научной концепции было предпринято в западной социологии в 1980-х годах. Начало применения в анализе концепции "социального капитала" было заложено Пьером Бурдье. В его текстах аналитическая конструкция "социальный капитал" обрела выраженное социологическое содержание, превратившись в инструмент познания процессов переструктурирования, воспроизведения и эволюции различных социумов. Аналитическую параллель работам П. Бурдье составили исследования Дж. Коулмена, который ввел концепцию социального капитала в поле экономического рассмотрения социального действия. Среди специалистов, внесших вклад в исследование, следует отметить А. Бейвласа, Г. Беккера, М. Грановеттера, М. Кастельса, Дж. Коулмена, П. Лазарсфельда, Х. Левитта, Дж. Морено, Р. Патнэма, А. Портеса, А. Радклифф-Брауна, Р. Сведберга. Они сосредоточились на теоретико-методологических проблемах "сетевых проекций" социума и использовали выработанный инструментарий для нужд анализа тех сфер общества, которые относятся как к производству (экономическая подсистема), так и к пространству рутинных социальных практик индивидов и групп.
Сетевой подход к исследованию проблем динамики социального капитала является продуктивным и лежит в основе настоящего исследования. Он разрабатывался М. Грановеттером, Ч. Тилли, И. Лайтом, С. Караджорждисом, Дж. Монтгомери, К. Кэмпбеллом, М. Долтоном, Дж. Розенбаумом, Х. Ибарра, Д. Мэсси, Ш. Шрадером. Анализ сетей власти и влияния осуществился усилиями Д. Ноука, К. Кука, Р. Эмерсона, Д. Пфеффера, Р. Бёрта, П. Марсдена, Дж. Галаскевича, Э. Лауманна, Дж. Скотта. Много внимания было уделено работам по исследованию сетей соглашений. Здесь заметны труды У. Диксона, М. Буравого, А. Стинчкомба, Р. Холла, И. Долтона, Г. Минцберга. Весьма поучительны опыты анализа роли сетей в хозяйственно-экономической жизни. Их осуществили Р. Пауэлл, С. Брентли, Б. Когат, М. Аоки, Б. Харрисон, С. Макколи, Ч. Сейбел. Существенный вклад в изучение социального капитала внесли отечественные специалисты, анализирующие проблематику сетевых структур и собственно социальный капитал. Упомянем труды Ю. Быченко, И. Мониной, В. Радаева, М. Добряковой, П. Великого, И. Штейнберга, П. Романова. Немало работ посвящено методам сбора и анализа сетевых проекций социального целого. Этим занимаются С. Барсукова, В. Виноградский, Г. Градосельская, А. Дёмин, А. Маилян, А. Никулин, Г. Родионова, П. Романов, С. Стивенсон, О. Фадеева, И. Штейнберг. Сетевые связи интерпретируются в русле аналитических инициатив, к которым относится теория социального, человеческого и иных форм капиталов. Отметим работы В. Автономова, Г. Беккера, К. Бруннера, Ю. Быченко, П. Вайзе, Ю. Веселова, А. Гордона, Г. Олсона, К. Поланьи, В. Радаева, Р. Швери, Ю. Эльстера, В. Якубовича.
Проблемам определения сущности социальных сетей посвящены труды Дж. Вайтмайера, С. Виссермана, К. Кука, Дж. Куклинского, Г. Семенова, Ю. Тёрнера. Уже свершился факт обоснования теоретического потенциала сетевых методов в социологии и стал заметен поворот в осмыслении проблематики социального капитала и социальных сетей: она связывается с неформальной экономикой как ареной развертывания практик, где дислоцируются элементы эволюции социального капитала. Этой проблематике посвятили свои научные усилия Н. Бокун, М. Грановеттер, И. Кулибаба, О. Кузина, Т. Кузнецова, Л. Никифоров, А. Никулин, М. Николаева, Т. Шанин, А. Шевяков и другие авторы.
Весьма важен исторический аспект исследования социального капитала. История и теория образуют единое поле, в котором может быть прослежена эволюция социального капитала в повседневных социально-экономических практиках. Подобного рода работ мало (для их осуществления нужно владеть разветвленной эмпирией), но они весьма значимы. Исторические эволюции социального капитала прослеживали А. Ахиезер, В. Данилов, В. Шелохаев, А. Гордон, В. Виноградский, Т. Шанин, В. Кондрашин, Н. Козина, О. Яницкий. Для целей диссертационного исследования полезными были работы, в которых излагается опыт получения информации о проявлениях социального капитала в реальности. Методология качественных исследований, без которых невозможно получить информацию, касающуюся социального капитала и его эволюции, создана специалистами, к числу которых принадлежат Г. Батыгин, И. Девятко, Т. Шанин, И. Штейнберг, П. Романов, Е. Ярская-Смирнова, Г. Карпова, Д. Петров, А. Готлиб.
Теоретико-методологическую основу диссертации составляют основополагающие положения М. Вебера (концепция социального действия), Т. Парсонса (структура социального действия), Э. Гидденса (преднамеренные и непреднамеренные последствия человеческих действий). Сюда же относится теория габитуса и социальных полей (П. Бурдье), понимающая социологию (М. Вебер), положения о социальной укорененности экономических действий (М. Грановеттер), теория социального конструирования реальности (П. Бергер, Т. Лукман), феноменологический подход (А. Шютц). Анализ природы социального капитала опирается на теорию социальных сетей в русле традиции, обозначенной Дж. Коулменом, Х. Уайтом. При анализе "социального капитала" использована традиция П. Бурдье. Методологический фундамент диссертации выстроен с опорой на базовые разработки таких социальных мыслителей как Г. Батыгин, В. Ярская, Т. Шанин. Анализ текстов нарративов опирался на социологические опыты В. Виноградского, Е. Мещеркиной, Н. Козловой, В. Семеновой, И. Штейнберга, Е. Ярской-Смирновой.
Цель диссертационного исследования заключается в выявлении закономерностей функционирования и изменения социального капитала в повседневных социальных практиках сельского социума.
Поставленная цель предполагает решение следующих теоретических и эмпирических задач:
· провести анализ исходных, основополагающих характеристик социального капитала;
· на материалах эмпирического исследования систематизировать различные типы социального посредничества в функционировании социального капитала;
· раскрыть и показать взаимосвязанность научных представлений о социальном капитале и сетях социальной поддержки;
· исследовать исторические закономерности изменений повседневных взаимоотношений крестьянских дворов и интерпретировать данный процесс как важный элемент динамики социального капитала;
· проследить взаимообусловленность сетей социально-экономической поддержки и неформальных экономических практик как специфического свойства повседневных хозяйственных практик села;
· осуществить анализ содержания и направлений эволюции социального капитала, используя качественные методы.
Объект исследования – повседневные социальные и хозяйственные практики, наблюдающиеся в негородской подсистеме общества как в советской истории, так и на протяжении трансформационного периода новейшей российской истории.
Предмет исследования – система фактологических проявлений функционирования и эволюции социального капитала в практиках жизнедеятельности домохозяйств (сельских и, отчасти, городских).
Основная гипотеза исследования включает в себя следующие тезисы. Динамика социального капитала как системы многообразных социальных связей и отношений развивается в целом в направлении крепнущей солидарности субъектов. Вместе с тем базовые характеристики данных отношений заметно эволюционируют, приобретая в повседневных хозяйственных практиках выраженный рационально-прагматический характер. На этой основе всё большую роль в современном социуме (как сельском, так и городском) начинают играть неформальные экономические отношения. Данные неформальные связи эволюционируют в сторону их формализации и тяготеют к возникновению новых институциальных структур.
Эмпирическую базу исследования составили три информационных блока, в формировании, преданалитической и научной обработке которых автор диссертации принимал непосредственное участие. Это данные, полученные путем анализа архивов социологических крестьяноведческих экспедиций гг., проведенных коллективом исследователей под руководством Т. Шанина. Автор принял участие в транскрибировании и в преданалитическом реструктурировании текстов интервью, собранных в различных регионах сельской России. (, N=490). Это послужило основным источниковедческим фундаментом настоящего исследования. Кроме этого, автор принял участие в сборе и обработке текстов интервью "Сети взаимопомощи в повседневной жизни" (, N=20),записанных в различных регионах (Москва, Саратов, Пенза, Аткарск). Автором записаны "дубль-рефлексивные" интервью с ключевыми респондентами, контакты с которыми были установлены в ходе базового исследования гг.
Достоверность и обоснованность результатов исследования определяется непротиворечивым теоретическим обоснованием концепции работы, комплексным использованием теоретических и эмпирических методов социологии, системным подходом к изучению динамики социального капитала, соответствием методологии исследования современным достижениям в области интерпретации качественных и количественных социологических данных. Результаты систематизирования данных, полученных автором в социологическом "поле", сопоставлялись с выводами отечественных и зарубежных исследований.
Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:
· по-новому проанализированы и обобщены подходы к определению базовых характеристик социального капитала, предложено авторское определение подобного рода проекции социального организма;
· с современных теоретических позиций качественной социологии проведена интерпретация историко-социологических материалов, касающихся эволюции взаимоотношений российских крестьянских домохозяйств, – взаимоотношений, образующих основной корпус социального капитала;
· впервые осуществлён социологический анализ практик социального брокерства (посредничества) в различных формах функционирования социального капитала, выделены основные типы такого посредничества;
· впервые предпринят систематический анализ соотношения неформальных экономических практик и сетей межсемейной поддержки, роли материально-финансовых моментов в формировании социального капитала;
· получены новые результаты в анализе стратегий выживания в хозяйственных практиках крестьянских домохозяйств, – стратегий, базирующихся на принципах моральной экономики и отражающих исторические линии эволюции социального капитала;
· впервые предпринят анализ динамики социального капитала на примере бюджетного исследования двух типов сельских семей и исследование трансформации системы отношений на материалах глубинных интервью.
Теоретическая и практическая значимость исследования. Результаты исследования имеют теоретическое и практическое значение для развития социологии повседневности, экономической социологии, этносоциологии, социальной антропологии, общего и сравнительного крестьяноведения. Материалы диссертации окажутся полезными при создании образовательных программ для студентов, магистрантов, аспирантов социологических, экономико-социологических, социально-антропологических факультетов. Полученные результаты могут быть привлечены для разработки спецкурсов по проблемам социального взаимодействия, социального капитала и социальных сетей. Значительный эмпирический материал, освоенный в диссертации, может найти применение в процессе иллюстрирования теоретических выкладок, касающихся эволюции социальных общностей. Выводы диссертации могут быть использованы при разработке мероприятий органами, ответственными за формирование и осуществление социальной политики.
Результаты диссертационного исследования автор формулирует как положения, выносимые на защиту.
1. Социальный капитал – это совокупность разного рода ресурсов, заключающихся во владении и обладании устойчивой сетью отношений взаимного знакомства и признания. Данные отношения воплощены в практике обменов, которая является инструментом поддержания сетей в их эффективном, налаженном состоянии. Объем социального капитала, которым располагает индивид, обусловлен размером сети связей, которые он может мобилизовать. Для воспроизводства социального капитала необходима непрерывная деятельность по установлению социальных связей, потребны возобновляющиеся серии обменов, в ходе которых взаимопризнание акторов пребывает в состоянии готовности и результативности;
2. Посредничество, своеобразное социальное брокерство в функционировании социального капитала выражается в виде сложной системы процессов и процедур. Именно развитые практики социального посредничества в ходе работы социального капитала создают многообразное, динамично развивающееся поле отношений, хранящее в себе образцы и опыт повседневных практик, образующих мультикомпонентное пространство социального капитала;
3. Материально-финансовая компонента социального капитала систематически циркулирует в толще отношений, образующих его основной объем. В повседневных практиках наблюдается постоянный и целенаправленный переток финансовых и материальных ресурсов между различными субъектами и группами. Налицо укоренившаяся в системе отношений социальная логика, базирующаяся на понятиях долга, справедливости, сочувствия, вежливости, учтивости и интеллигентности в отношениях людей. В такого рода отношениях редуцированы соображения расчета, калькуляции, планирования трат. Обстоятельства и качества функционирования социального капитала, как правило, не нуждаются в формальных обоснованиях и точном просчитывании;
4. Составляющими элементами социального капитала являются сети поддержки, центральным компонентом которых являются неформальные связи и отношения. Последние выражены во всевозможных движениях ресурсов, сиюминутной или отложенной пользе, в осознанном (или ситуативном) выборе конкурирующих вариантов. Сеть поддержки – не только движение, но и обращение ресурсов, не просто связи, а взаимные отношения, носящие непосредственно личный или квазиличный (воплощаемый с помощью знакомств, посредством брокерства) характер;
5. Динамика социального капитала обнаруживается в эволюции сетей, когда на место утрачиваемых связей выдвигаются вновь образованные. Подобного рода сетевые структуры являются результатом возникшего дефицита социальных организаций и институтов, обнаружившегося на стыке советской и постсоветской эпох. Налицо два параллельно развивающиеся процесса эволюции – 1) негативные тренды в динамике социального капитала, что выражается в феноменах произвольного разрыва социальных связей и нарушения былой синкретичности сетевых структур и 2) сохранение некой сердцевины, основы, образующей корпус социального капитала в повседневных хозяйственных практиках сельского населения России. Такого рода картина наблюдалась вплоть до года, в течение самого драматичного и наполненного социально-экономическими испытаниями отрезка истории России. Но уже в конце этого периода начинают появляться эволюционные сдвиги, которые сигнализируют о формировании новой картины социального капитала, в частности, о модернизированной схеме сетей межсемейной поддержки и новом рисунке межсубъектных связей. Появились свидетельства "формализации неформального", или "институциализации спонтанного и несистемного", которые могут явиться базой новой архитектоники социального капитала.
Апробация работы. Основные положения и выводы, практические результаты и рекомендации обсуждались на методологических семинарах и заседаниях кафедры социологии Саратовского государственного технического университета, Саратовского института Российского государственного торгово-экономического университета, Института аграрных проблем Российской академии наук. Докладывались на международных и российских конференциях: Конференция "Закономерности трансформации аграрных отношений и проблемы реформирования агропромышленного комплекса": Научные чтения, посвященные первому директору ИАгП РАН , Саратов, 18-19 октября 2006 г.; Международная научно-практическая конференция "Современные проблемы и тенденции развития внутренней и внешней торговли" (Саратов, 2006); Международная научно-практическая конференция на базе Саратовского института (филиала) РГТЭУ "Современные проблемы и тенденции развития внутренней и внешней торговли" (Саратов, 2007); Конференция "Закономерности развития региональных агропродовольственных систем". (Саратов, 2007 г.) Всероссийская школа молодых ученых на базе ИАгП РАН. 24-25 октября 2007 г.; Международный симпозиум "Пути России: культура-общество-человек" (Москва, 25-26 января 2008 г.)
Публикации. По теме диссертации опубликовано 9 научных работ, из них 2 статьи в изданиях, рекомендованных ВАК РФ.
Структура диссертации включает введение, пять параграфов, объединенных в две главы, заключение, библиографический список, приложения.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность темы, показывается степень ее разработанности, определяются объект и предмет, цель и задачи исследования, характеризуются его методологические основы и эмпирическая база, раскрывается научная новизна работы, ее теоретическая и практическая значимость, формулируются положения, выносимые на защиту.
В первой главе "Социальный капитал" как аналитическая проекция и инструмент социологического анализа" автор обобщает существующие в отечественной и зарубежной социологии подходы к изучению социального капитала, формулирует авторское представление о "социальном капитале", иллюстрирует возможности указанного подхода на примере анализа форм социального посредничества (брокерства) в функционировании и динамике социального капитала, а также осуществляет анализ социального капитала в свете представлений о неформальной экономике как важном элементе повседневных хозяйственных практик сельского и городского населения.
В параграфе первом "Исходные характеристики социального капитала как социологического понятия" утверждается, что социальный капитал – одно из бесспорно актуальных и широко используемых сегодня понятий теоретической социологии. Оно постоянно фигурирует в профессиональных социологических текстах и дискуссиях, – как необходимое операциональное понятие, служащее инструментом анализа эмпирических данных. Опираясь на труды, посвященные обоснованию данного понятия в философско-социологической и экономико-социологической литературе, автор приходит к выводу, что социальный капитал есть не что иное как некий запас, сумма существующих в реальности или потенции ресурсов, базирующихся на том, что они дислоцированы, размещены в прочной и существующей длительное время системе (сети) отношений, в которых доминируют знание о партнере, уважение и признание. Эта система отношений существует в повседневных социальных практиках, в формах материально-экономического или же духовно-символического обмена. Именно последние способствуют их систематическому поддержанию указанных отношений в их сетевой форме. Исходя из этого, совокупное пространство социального капитала, запас социального капитала, которым располагает социальный актор, зависит от размера сети связей, которые он может мобилизовать, а также от объема капитала (экономического, культурного), которым обладает каждый из тех, кто с ним связан.
Немаловажное значение для понимания социального капитала даёт сравнение последнего с другими разновидностями капитала, обсуждающимися в современных текстах. Если, например, физический капитал облегчает возможность обмена продукцией, то человеческий капитал создается при обмене индивидов умениями, навыками и способностями, что расширяет их возможности. Социальный же капитал возникает тогда, когда отношения между людьми направлены на облегчение совместных действий. При этом физический капитал более осязаем, будучи воплощен в материальные формы. Соответственно, человеческий капитал менее осязаем, будучи воплощен в навыки, умения и знания, присущие индивиду. А социальный капитал еще менее осязаем, потому что воплощен в отношения между людьми. Физический и человеческий капиталы облегчают производственно-экономическую и социально-культурную деятельность, а социальный капитал помогает им это сделать. Исследователи подчеркивают, что социальный и человеческий капитал могут взаимно влиять друг на друга. (Г. Беккер). Социальный и человеческий капиталы взаимодополнительны, причем социальный капитал дислоцируется, прежде всего, в связях, в сетевых отношениях.
Сети связей необходимы для построения и воспроизведения длительных, полезных отношений, позволяющих сохранять материальную или символическую прибыль. Иными словами, сеть отношений является продуктом инвестиционных стратегий – индивидуальных или коллективных, сознательно или бессознательно нацеленных на установление или воспроизводство социальных отношений. Воспроизводство социального капитала предполагает непрекращающуюся работу по установлению социальных связей, непрерывные серии обменов, в ходе которых признание постоянно утверждается и подтверждается. (П. Бурдье). Таким образом, социальный капитал связан с установлением и поддержанием связей с другими субъектами (в качестве которых может подразумеваться широкий круг людей, наделенных различными ролевыми параметрами). Социальный капитал – это совокупность отношений, порождающих взаимополезные, взаимонацеленные социальные акты и действия. Подобного рода отношения основываются на ненапрасных, а, напротив, регулярно сбывающихся ожиданиях того, что и иные акторы, включенные в сеть отношений, непременно выполнят свои обещания или обязательства без того, чтобы прибегать к любого рода санкциям, давлению, принуждению или надоедливым просьбам. Подобного рода синхронная, концентрированная система ожиданий и обязательств может быть обобщена с помощью категории "доверия". Чем больше взаимных и регулярно выполняющихся обязательств сосредоточено в в том или ином социальном сообществе, тем сильнее и продуктивней вера в обоюдную "реципрокность", взаимность. Следовательно, тем внушительней запас социального капитала. (Р. Патнэм).
Социальный капитал – это совокупность разного рода ресурсов, заключающихся во владении и обладании устойчивой сети отношений взаимного знакомства и признания. Данные отношения существуют реально, в практическом плане. Они воплощены в практике обменов, которая является инструментом поддержания сетей в их эффективном, налаженном состоянии. Объем социального капитала, которым располагает индивид, обусловлен размером сети связей, которые он может при необходимости мобилизовать. Что касается воспроизводства социального капитала, то в данном случае необходима непрерывная деятельность по установлению социальных связей, потребны возобновляющиеся серии обменов, в ходе которых взаимопризнание акторов пребывает в состоянии готовности и результативности.
В параграфе втором "Формы социального брокерства в функционировании социального капитала" проводится тщательный анализ различных по функциям и содержанию форм посредничества в функционировании социального капитала. Запасы социального капитала позволяют социальным субъектам опираться на сложившиеся сети и конструировать позитивные жизненные перспективы, используя при этом различные стратегии и тактики. Что заставляет работать всю эту сложнейшую и тонко организованную систему? Там, где обращается капитал (будь то экономический или, как в нашем случае, социальный), непременно имеет место институт посредничества. Для равновесия и известной гармоничности терминологии мы предлагаем использовать понятие социального брокерства. Социальный брокер – это субъект, плотно включенный в процесс обращения социального капитала и выполняющий функцию налаживания, обновления, пуска и поддержания в исправном состоянии системы социальных связей. Брокер – своего рода посредник; но это не сторонний профессионал, работающий по найму и договору (как это можно видеть на финансовых, брачных, квартирных, трудовых и иных рынках). Социальный брокер – это субъект, поддерживающий само существование социального капитала. И в этом смысле социальный брокер является универсалом, поскольку его задача – быть исправным проводником в пространстве социального капитала. Социальное брокерство, посредничество – это олицетворенная функция, постоянно циркулирующая, блуждающая, двигающаяся по социальным сетям. Причем один и тот же индивид может в качестве социального субъекта выступать и в роли брокера, и в качестве донора, оказывающего помощь, и в качестве реципиента, эту помощь получающего.
Социальное брокерство есть объективное "самодвижение" социального капитала, инициировать которое способны буквально все участники социальных сетей – этих устойчивых, долговременных, унаследованных и всей социальной биографией приобретенных порций, элементов, объемов социального капитала. В работе показано, что в такого рода хозяйственных (социально-экономических, нравственно-психологических и иных житейских) практиках будут имеет место и циничный расчёт, являющийся выразительным индикатором возрастающего утилитаризма в сегодняшней России, и становящаяся уже несколько архаичной сноровистость в использования блата как отзвука постсоветского общества, и невиданная прежде находчивость в создании неких новейших социально-экономических схем, позволяющих обрести желаемое. Картина взаимоотношений в переходный период по определению переполнена контрастами и противоречиями. Но только всматриваясь в неё, можно достичь понимания неких типичных проявлений социального брокерства и динамики социального капитала.
В параграфе третьем "Материально-финансовая компонента социального капитала: неформальная экономика и сети поддержки" диссертант обращается к собственно "капиталистической", или, говоря иначе, экономической составляющей социального капитала. Не случайно "социальный капитал" как исследовательский инструмент позволил навести прочные междисциплинарные мосты между социологией и экономической наукой. Поэтому основная аналитическая фокусировка данного параграфа диссертации заключается в том, что на первый план выдвигается материально-финансовую сторона социального капитала. Автор показывает масштабы "социального капитала", его видимую фактуру, а затем пытается проанализировать внутренние механизмы его функционирования, связанные с работой неформальной экономики в сетях поддержки. Исходный момент заключается в том, что межсемейные, соседские, дружеские связи, теснота и наполненность которых выражается в систематическом оказании "своим людям" помощи деньгами, продуктами, услугами, трудом, участием в сложных житейских ситуациях – явление традиционное и заметное для российского социума. Входя в состав социального капитала, система подобного рода связей и отношений образует своего рода каркас повседневности, позволяющий удержать, сохранить, сберечь более или менее стабильный уровень социально-экономического существования. Каковы же контуры материально-финансовой составляющей социального капитала, её масштабы, параметры и роль для различных социально-демографических групп населения провинциальной России?
Как показывают результаты обследований, материально-финансовая составляющая социального капитала систематически и разнообразно циркулирует в толще отношений, образующих основной объем и "тело" социального капитала. Наблюдается постоянный и целенаправленный переток ресурсов между различными субъектами и группами. Имеет место укоренившаяся в системе отношений социальная логика, базирующаяся на понятиях долга, справедливости, сочувствия, вежливости, учтивости и интеллигентности в отношениях людей. Однако в такого рода отношениях меньше всего расчета, точной калькуляции, обоснования и планирования трат и расходов, что можно наблюдать в государственных системах субсидирования и защиты. Здесь требуется буквально ворох справок и подтверждений. Но обстоятельства и качества функционирования социального капитала, описанные выше, не нуждаются в формальных обоснованиях и расчетах. Исходя из понимания этого обстоятельства, диссертант закономерно переходит к исследованию так называемой неформальной экономики, к оценке ее роли в сетях поддержки. В данном случае его интересуют внутренние причины функционирования и динамики социального капитала.
В ходе анализа установлено, что неформальная экономика – это нечто иное, чем система рационально организованных и анонимно действующих инструментов производства и получения прямой полезности. Неформальная экономика непосредственно замкнута на субъекта. Специфика неформальной экономики заключается в её родовой субъектности и субъективности. Неформальная экономика обусловлена данным социальным контекстом и действует не сплошь, а лишь внутри обозреваемой и социальной среды. Поэтому можно говорить о конкретных социально-пространственных характеристиках неформальной экономики: её ”режиссура” прихотлива и адаптирована к условиям и традициям локальной социальной группы. Местообитание неформальных экономических акций – это рутинное каждодневное существование, предполагающее локализованность (социальную, территориальную, культурную, кланово-этническую) и требующее предельной взаимоосмотрительности и взаимораскрытости субъектов. Неформальная экономика есть общее достояние людей, специфически (без помощи формальных деклараций и писаных обязательств) договорившихся друг с другом совершать некие взаимополезные действия, сохраняющие привычный порядок дел и помогающие ощущать историческую преемственность и жизненную перспективу. Родовым признаком неформальной экономики является наличие некой жизненной технологии, стержнем которой выступает непрерывный процесс "сканирования" социального и природного мира, в который вмонтирован субъект, с целью налаживания некоего дополнительного, "вторичного контура" производства. В рамках последнего происходит сознательная, но не вполне преднамеренная и заранее не просчитанная утилизация "отходов", "вторичного сырья", различных "остатков", "запасов" и "резервов". Такого рода акты неформальной экономики в их конкретной форме необязательны, потому что они не предзаданны и как бы невзначай обретены. Но они одновременно совершенно необходимы и даже неотвратимы.
В итоге формулируется вывод, что неформальная экономика – это система дополнительных усилий семьи (усилий трудовых, социальных, культурных, психологических), целью которых является поддержание "полноты органического существования" данного микросообщества. Неформальная экономика – это разветвленная и многообразная система попыток противостояния обстоятельствам (экономическим, политическим, социально-культурным), которые могут поколебать или существенно нарушить качество или стиль повседневного существования семейного хозяйства.
Во второй главе "Динамика социального капитала в ходе трансформации повседневных хозяйственных практик" автор аналитически демонстрирует динамику и направление взаимосвязей крестьянских домохозяйств в их повседневных хозяйственных практиках.
В параграфе первом "Эволюция взаимоотношений крестьянских домохозяйств в аналитической проекции социального капитала (методика и результаты полевого исследования)" автор излагает результаты информационных массивов, записанных в ходе крестьяноведческого проекта Т. Шанина. Всего было опрошено 490 человек в семи регионах, социально-географически репрезентирующих сельскую Россию. В фокусе аналитического внимания находятся практики взаимоотношений домохозяйств – именно в толще этих практик обнаруживаются как проявления социального капитала, так и его динамика. Аналитический итог данного раздела работы заключается в том, что была зафиксирована системная картина постепенной, растянутой на десятилетия, трансформации междворовых отношений в направлении их частичного или полного распада. Иначе говоря, наблюдается не что иное, как трансформация "Gemeinschaft’ных" социальных связей преимущественно в "Gesellschaft’ные". Но именно – преимущественно, поскольку в пределах данного социально-территориального сообщества остаются некие связи, неуничтожимые и функционально специализированные. Подобного рода связи и образуют тот каркас социального капитала, который никогда не может быть растрачен до нулевых показателей. Социальный капитал обитает в сетях межсемейной поддержки. Сети всегда наличествуют в социальных практиках.
Динамика социального капитала обнаруживается в эволюции сетей, когда на место утрачиваемых связей выдвигаются вновь образованные. Подобного рода сетевые структуры являются результатом возникшего дефицита социальных организаций и институтов, – дефицита, явственно обнаружившегося на стыке советской и постсоветской эпох. И именно такого рода социальные трансформации позволяют ставить и исследовать проблему функционирования социального капитала и сетей поддержки как его центрального элемента. Таким образом, проведенный анализ свидетельствует о двух параллельно развивающихся процессах. Последние воплощаются как в негативных трендах в динамике социального капитала, что выражается в феноменах произвольного разрыва социальных связей и нарушения былой синкретичности сетевых структур, так и в сохранении некой сердцевины, основы, образующей корпус социального капитала в повседневных хозяйственных практиках сельского населения России. Таким образом, общая картина нисходящих трендов в динамике социального капитала в целом объективна и неизбежна, однако в этой схеме имеют место и моменты сохранения, стабилизации структур и практик отношений, свидетельствующих о сохранении некоего стандартного объема доверия и страховых запасов социального капитала.
В параграфе втором "Современные тенденции динамики социального капитала в повседневных практиках сельского населения: бюджетное исследование и анализ сетей". Определяя тот специфический угол зрения, под которым осуществлено подробное описание, комментирование и формулирование итоговых выводов, касающихся определения существа и направлений динамики изменений социального капитала крестьянских домохозяйств, автор подчеркивает, что трансформация характеристик социального капитала как системы связей детерминирована спецификой повседневных хозяйственных практик современного крестьянства. Эти практики в гораздо большей степени, чем обычно в новейшей российской истории, нацелены на обеспечение приемлемых условий социально-экономического существования. Иначе говоря, результирующая этих практик – элементарное выживание, перестраивание семейной экономики в целях сохранения приемлемой стабильности существования. "Быть бы живу" – вот как кратко выражается стратегия и тактика социально-экономического поведения членов крестьянских домохозяйств.
Представляется, что наиболее наглядно характеристики и динамика социального капитала как своего рода сетевого поведения субъектов может быть зафиксирована в так называемых качественных бюджетах. Что представляет собой данный инструмент познания социальной реальности? Если в рамках традиционных (применяемых, прежде всего, статистическими органами) исследований семейных бюджетов на первом месте стоят натуральные и денежные показатели домохозяйств, то качественный бюджет стремится зафиксировать целый ряд показателей, объясняющих мотивацию (социальную, культурно-психологическую, нравственно-этическую и т. п.) акторов повседневных хозяйственных практик.
Такого рода мотивация фиксировалась в результате развернутых интервью, записываемых параллельно с записью показателей семейного бюджета. Таким образом, в ходе полевых исследований были составлены подробные описания качественных бюджетов. Для реализации целей настоящего диссертационного исследования автор, во-первых, реконструирует исходные структуры описания, фиксирования качественных бюджетов домохозяйств, – как они были записаны в социологическом поле и, во-вторых, дает анализ двух бюджетов ("бедной" и "богатой" семьи) с точки зрения состояния, строения и динамики социального капитала.
Диссертант приходит к выводу, что основные параметры социального капитала зависят от интенсивности его использования в социальных интеракциях. Более того, сам социальный капитал есть продукт воспроизводства, возобновления социальных интеракций. Представляя собой пространство особым образом упорядоченных социальных отношений, базирующихся на общих, взаимно разделяемых и поддерживаемых социальных нормах, на устойчивом доверии, на неписаных обязательствах и на правилах, опора на которые позволяет достичь желаемых результатов, социальный капитал существует, во-первых, в виде практической работы этих связей, и, во-вторых, в форме паттернов, образцов, схем этих связей, постоянно сохраняющихся в социальной памяти группы. В работе показано, что бедная семья обладает вполне развитыми и многообразными объемами социального капитала. Это обусловлено, прежде всего, экономическими потребностями данной семьи. Житейское правило "хочешь жить – умей вертеться" действует в данном случае последовательно и феноменологически разнообразно. Рост и снижение интенсивности использование форм социального капитала напрямую детерминируется потребностями сохранения приемлемого уровня выживания. И в этом смысле бедная семья заметно сильнее, чем богатая, "социально капитализирована". И эта капитализированность во многом опирается на акты неформальной экономики, систематически реализуемые в рамках бедной семьи.
Богатая семья, располагая достаточным финансовым капиталом, гораздо меньше и фрагментарней включена в сети социальных отношений. Социальный капитал сводится в привычному повторению отношений с родственниками. Капитал "практикуется" в довольно узком пространстве отношений. И в этом смысле социальная капитализация богатой семьи выглядит менее заметной. Она элементарна и схематична. Она не опирается на многообразие актов неформальной экономики. Таким образом, перед нами – две основные формы бытия социального капитала, детерминированные различными экономическими возможностями семьи.
Социальный капитал воплощен в работе социальных сетей межсемейной поддержки и солидарности. В недрах такого рода сетей люди взаимно выручают семейные экономики и систематически помогают друг другу. В рамках данных сетей межсемейной поддержки существует вполне ощутимый уровень солидарности, которая по природе своей предохранительная, оборонная, а не экстремистская и наступательная. Эти сети межсемейной поддержки представляют собой идеальные рамки для "выкручивания" и "неформальных" экономических практик участвующих в них социальных субъектов.
Необходимо подчеркнуть, что такого рода картина систематически наблюдалась вплоть до года, то есть в течение самого драматичного и наполненного жесткими социально-экономическими испытаниями отрезка новейшей истории России. Но уже в конце этого более чем десятилетия начинают появляться некие эволюционные сдвиги, которые сигнализируют о формировании новой картины "неформального", и, в частности, модернизированной схемы сетей межсемейной поддержки и нового рисунка межсубъектных связей.
В заключении диссертации подводятся итоги работы, обобщаются результаты теоретического и эмпирического исследования обозначенной темы, формулируются выводы и рекомендации, намечаются возможные пути дальнейшего анализа проблемы социального капитала и перспектив его эволюции на новом этапе развития общества.
В приложении содержатся образцы анкет и текстов интервью.
Основное содержание диссертационного исследования отражено в публикациях автора.
Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК РФ:
1. Васильев социального капитала в хозяйственных практиках сельского населения (методология и результаты полевого исследования) / // Вестник Поволжской академии государственной службы. 2007. № 13. С. 122-п. л.) ISSN .
2. Васильев применения бюджетных методов в изучении динамики социального капитала крестьянских домохозяйств / // Вестник Саратовского государственного технического университета. 2008. Вып. 2.(32). Вып.1. Саратов, 2008. С.239-п. л.). ISBN 1925-1.
Публикации в других изданиях:
3. Васильев капитал и его роль в повседневных хозяйственных практиках /М. Б Васильев// Актуальные тенденции социально-экономического развития России: Сборник научных статей. Тамбов, изд-во ТГТУ, 2006. С. 129-п. л.) ISBN .
4. Васильев село: тенденции и культурно-экономические контексты формирования новых хозяйственных практик /М. Б Васильев / Закономерности трансформации аграрных отношений и проблемы реформирования агропромышленного комплекса // Материалы научных чтений, посвященных первому директору ИАгП РАН . 18-19 октября 2006 г. Саратов, 2006. С. 173-п. л.) ISBN -0.
5. Васильев экономические практики: контуры понятия и возможные формы /М. Б Васильев/ Современные проблемы и тенденции развития внутренней и внешней торговли. Саратов, изд-во , 2006. С. 343-346 (0,52 п. л.) -4.
6. Васильев и деревня: способы наращивания социального капитала / / Поволжский торгово-экономический журнал. 2007, № 1. С. 42п. л.)
7. Васильев капитал и формализация неформального: принципы и процессы /М. Б Васильев/ Современные проблемы и тенденции развития внутренней и внешней торговли. Саратов, изд-во "Научная книга", 2007. С. 372-п. л.) ISBN 0473-0/
8. Васильев капитал и неформальная экономика: параметры взаимосвязанности /М. Б Васильев/ Перспективы общественного развития в эпоху столкновения цивилизаций: Сборник научных работ. Ч.2. Саратов, изд-во «Научная книга», 2007. С.39п. л.) ISBN 0435-8.
9. Васильев -финансовая компонента социального капитала: масштабы, параметры, строение // Закономерности развития региональных агропродовольственных систем: Материалы Всероссийской школы молодых ученых. 24-25 октября 2007 г. Саратов. 2007. С. 130-п. л.) ISBN 0-08-2.
ВАСИЛЬЕВ Максим Борисович
ДИНАМИКА СОЦИАЛЬНОГО КАПИТАЛА
В ПОВСЕДНЕВНЫХ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ПРАКТИКАХ
СЕЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ
Автореферат
Скворцова
Подписано в печать Формат 60х84 1/16
Бумага офсет. Усл. п.л. 1.0 Уч.-изд. л. 1.0
Тираж 100 экз. Заказ Бесплатно
Саратовский государственный технический университет
г. Саратов,
Отпечатано в РИЦ СГТУ. г. Саратов,
