Великий Новгород Театральный. Начало

На правах рукописи

Сергей Козлов

Великий Новгород Театральный. Начало…

Их ожидали не позднее 1-го октября 1853 года. Главное, и на то время единственное периодическое издание «Новгородские губернские ведомости» отмечало однообразие общественной жизни города. И они должны были нарушить его «кое-какими удовольствиями». Ведь последнее упоминание в прессе о «театральных увеселениях» было еще в 1840 году. Около пятнадцати лет новгородцы, имея собственную богатую театрально-зрелищную культуру, утраченную вместе с вольностью, пользовались услугами труппы некоего Лотоцкого. Актеры в труппе большей частью были белорусы и поляки, дурно говорившие по-русски. Да и игра их не могла удовлетворить не только образованному, но и никакому, как кажется, сословию, - замечал едкий корреспондент. Терпение новгородских зрителей кончилось, а потому бродячим артистам пришлось в последний раз откланяться задолго до начала пасхальных праздников.

Но вот на страницах новгородского еженедельника появляется интригующая, волнующая, будоражащая заметка о том, что к нам едет… антрепренер! В середине XIX столетия эти люди были так же почитаемы и их занятие было таким же рискованным, как у нынешних продюсеров. Многое зависело не только, а зачастую и не столько от талантов артистов, сколько от таланта самого содержателя труппы. Николай Иванович Иванов был видной фигурой в мире тогдашнего «шоу-бизнеса». Большая труппа, состоящая из будущих звезд Императорских сцен, колоссальные для такого предприятия сборы, почет и уважение в Костроме, Твери, городах Сибири для него были не пределом. В 1849 году он содержит сразу два (!) театра – в Костроме и Ярославле. Только невероятной мощи энергия, любовь к искусству, совмещенная с острым деловым умом могли позволить совершать такой своеобразный подвиг.

В начале 50-х годов Николай Иванович уже работает в Твери. Разные неприятные обстоятельства побуждают его искать себе нового зрителя. Попутно он устраивает временный театр в Вязьме. Но, пожалуй, одна из самых блистательных идей, приходивших в его талантливую голову, - отправиться искать благосклонности у новгородцев.

И ему удалось не только завоевать любовь истосковавшихся по искусству горожан, но и стать основателем новгородского театра.

За Федоровским ручьем, на Московской улице в доме купчихи Мещовской 16 сентября 1853 года собирался свет и цвет новгородского общества. Дом был самый обыкновенный, но в тот день в нем должно было зародиться волшебство театра. Не было здесь ни блистающих лож, ни бенуаров, но своеобразный партер заполнен. Перед сценой два ряда кресел, рядом с которыми поставлено по дивану для четырех персон; за ними девять рядов стульев; потом так называемые места за креслами и, конечно же, непременный раек, который новгородцы называли галереей. «Словом всё устроено очень хорошо, чисто, опрятно, прилично», - умилялся автор «Ведомостей». Да и цена на билеты была совсем не высока: кресла первых двух рядов по 1 р. 50 к., прочих по 1 р., диваны по 4 р., места за креслами 50 к., галерея 25 к.

Чтобы произвести на публику благоприятное впечатление, Николай Иванов, сообразуясь с условиями еще не до конца оборудованного театра, в первые вечера показывал водевили. Этот театральный жанр, взращенный на французской ниве, хорошо прижился и у нас, доставляя публике исключительное удовольствие остроумием драматургов, откликавшихся на самые злободневные темы.

Программа вечера 16 сентября составилась их трех пьес, уже с успехом опробованных столичными сценами и крупными провинциальными театрами. И никто не мог обвинить Николая Ивановича в том, что он предложил какие-нибудь пошленькие пустышки. Вкус и художественное чутье антрепренера остановились на произведениях, не сходящих с российской сцены вот уже более чем полторы сотни лет и ставших классикой водевиля!

Свечи тогда не гасили, но это совсем не мешало зрителям следить за приключениями забавного чиновника Разгильдяева, ушедшего из гостей в чужом мундире. Блестящий комик Браво 1-й (старший из династии знаменитых провинциальных актеров), исполнил главную роль в водевиле «Вицмундир» Петра Каратыгина не хуже, чем сам автор на сцене Александринского театра. Во всяком случае, лучшего выполнения роли (как тогда говорили) нельзя было требовать. Несколько позднее актер расширил рамки своего комического амплуа, сыграв Городничего в первом представлении гоголевской пьесы на новгородской сцене.

Второй звездой новгородской труппы была г-жа Степанова, актриса на роли комических старух, нянь и сварливых барынь. В тот знаменательный вечер она показала свой талант во всей полноте, сыграв сразу четырех персонажей в пьесе Самойлова «Дайте мне старуху!». Классическая история с переодеваниями и узнаваниями помещена автором в живую и ироничную обстановку провинциального театра. Главному герою срочно требуется актриса на роль старухи, и эта напасть представляется замечательным шансом для обманутой девушки отомстить. Являясь антрепренеру в образах собственной няни, экономки и подруги, Прасковья Петровна заодно и проверяет свой артистический талант.

Да и сам антрепренер был не чужд актерского мастерства. В детстве он прошел школу крепостного театра. А теперь играл, что называется, с чувством, - любовников, волокит и других глуповатых, но очаровательных молодых людей, будучи уже в солидном возрасте. О, как бы хотелось увидеть его в бенефисной роли Подколесина! Представление «Женитьбы», данное несколько месяцев после открытия театра, повторило успех «Ревизора» и еще раз доказало любовь новгородской публики к высокохудожественному репертуару. Этот термин появился, когда российскую сцену заполонили пьесы легкого, зачастую фривольного и, как правило, бессмысленного содержания. В то время, как пьесы вели борьбу с развлекательным репертуаром в Императорских театрах, для труппы Иванова не было вопросов, что ставить. Помимо «Ревизора» и «Женитьбы» шла пьеса Островского «Не в свои сани не садись», например.

Всего труппа Николая Иванова насчитывала почти 15 актеров и оркестр из 12 человек! Своими силами артисты устраивали и концерты, на которых можно было услышать популярные оперные арии, романсы и русские народные песни. Театр всегда был полон, несмотря на то, что представления давались довольно часто – не менее трех раз в неделю. И это достойно замечания, во-первых, потому, что Новгород был тогда не из числа многолюдных городов, во-вторых, новгородская публика, благодаря близости и удобству сообщения с Санкт-Петербургом, в течение года и тогда не раз могла побывать в столичных театрах, в третьих, наконец, у нас были (и есть!) другие развлечения: клуб, балетные представления других гастролеров, кочующие мастера с техническими диковинками. «Если театр усердно посещается – значит, что он нравится; ergo он достоин чтобы его посещать», - писал критик.

В таких городах российской провинции, как Тифлис, Харьков или Киев для театров отводились казенные помещения, актеры пользовались поддержкой правительства, а в все устроил и поддерживал своими руками и предприимчивостью. Посчитаем же его доходы. Положим, что все расходы Николая Иванова в месяц простирались до 830 руб. серебром. Если он в месяц давал 12 представлений, и каждое представление, круглым счетом, приносило ему 85 р., итого в месяц 1,020 руб., - вот уже 200 р. дохода в месяц!

Но как бы там ни было, Николай Иванович Иванов был вынужден уехать и из горячо любимого Новгорода… И почти до конца столетия театральная жизнь шла с перебоями, то замирая, то вспыхивая новыми звездами. Но никогда новгородское театральное искусство не предавало, но развивало традиции, заложенные труппой под руководством одного из лучших антрепренеров XIX века.

Сентябрь. 2008 год.

Редакция март, 2012 год

При цитировании обязательна ссылка на источник: Музей театрального искусства Новгородской земли (www. *****)