МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ
ФГБОУ ВПО «НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ
УНИВЕРСИТЕТ»
СТЕНОГРАММА
заседания диссертационного совета Д 212.172.03
в ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический
университет»
Протокол № 64 от 21 декабря 2012 г.
Защита диссертации
Кантуровой Марии Александровны
«Деривационные процессы в системе
речевых жанров (на примере речевого жанра кулинарного рецепта)»
представленной на соискание
ученой степени кандидата
филологических наук
10.02.01 – русский язык
(филологические науки)
Стенограмма расшифрована
с аудиовидеозаписи
НОВОСИБИРСК 2012
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. : Указывается председательствующий, который вел заседание
Уважаемые коллеги! Мы открываем заседание диссертационного совета Д 212.172.03 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора филологических наук по специальностям 10.01.01 – русская литература, 10.02.01 – русский язык, 10.01.08 – теория литературы, текстология при ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет».
На заседании из 26 членов совета присутствует 19 человек, из них по профилю рассматриваемой диссертации – 6. Итак, необходимый кворум имеется, мы можем приступать к работе: список присутствующих уточняется по явочному листу
1. , доктор филологических наук, 10.01.01, зам. председателя диссертационного совета.
2. , доктор филологических наук, 10.01.01, зам. председателя диссертационного совета.
3. , кандидат филологических наук, 10.02.01, ученый секретарь.
4. , доктор филологических наук, 10.01.01.
5. , доктор исторических наук, 10.01.01
6. , доктор филологических наук, 10.02.01.
7. , доктор философских наук, 10.01.01
8. , доктор филологических наук, 10.01.08.
9. , доктор филологических наук, 10.02.01.
10. , доктор филологических наук, 10.02.01.
11. , доктор филологических наук, 10.02.01.
12. , доктор исторических наук, 10.01.01.
13. , доктор филологических наук, 10.01.08.
14. , доктор филологических наук, 10.02.01.
15. , доктор филологических наук, 10.01.01.
16. , доктор филологических наук, 10.02.01.
17. , доктор филологических наук, 10.01.08.
18. , доктор филологических наук, 10.01.08.
19. , доктор филологических наук, 10.01.08.
Сейчас состоится защита кандидатской диссертации Кантуровой Марии Александровны «Деривационные процессы в системе речевых жанров (на примере речевого жанра кулинарного рецепта)» по специальности 10.02.01 – русский язык (филологические науки). Научный руководитель – доктор филологических наук, профессор, профессор кафедры современного русского языка ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет» Татьяна Ивановна Стексова. Работа выполнена на кафедре современного русского языка ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет».
Ведущая организация – федеральное государственное бюджетное учреждение высшего профессионального образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет».
Оппоненты: доктор филологических наук, профессор, профессор ФГБОУ ВПО «Омский государственный университет им. » и кандидат филологических наук, доцент ФГБОУ ВПО «Сибирский государственный университет путей сообщения» .
Слово предоставляется Ученому секретарю диссертационного совета для сообщения основных данных о соискателе и документах аттестационного дела.
Ученый секретарь совета к. ф.н., доц. :
родилась??.??.19??? в г. ??? В 2009 году она окончила Новосибирский государственный педагогический университет. С 1 октября 2009 по 1 октября 2012 она являлась аспиранткой очной формы обучения на кафедре современного русского языка Института филологии, массовой информации и психологии Новосибирского государственного педагогического университета. Является преподавателем кафедры журналистики ИФМИП НГПУ.
В деле имеются все необходимые документы:
заявление, копия диплома о высшем образовании, удостоверение о сдаче кандидатских экзаменов, список научных трудов, отзыв научного руководителя, диссертация, автореферат, заключение кафедры современного русского языка ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет».
Объявление о защите и автореферат диссертации размещены на сайте НГПУ 20.11.2012 (www. ). Объявление и автореферат диссертации также опубликованы на сайте ВАК РФ 19.11.2012.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо, Елена Юрьевна. Есть ли вопросы к ученому секретарю по поступившей в адрес совета документации? Нет. Слово для ознакомления с результатами исследования предоставляется соискателю Марии Александровне Кантуровой.
:
Уважаемый председатель, уважаемые члены диссертационного совета, оппоненты и присутствующие!
Наше диссертационное исследование «Деривационные процессы в системе речевых жанров (на примере речевого жанра кулинарного рецепта)» выполнено на стыке теории речевых жанров и дериватологии. Объектом исследования является жанр кулинарного рецепта. Этот жанр привлекает нас тем, что при его исследовании можно продемонстрировать все виды деривационных процессов. Проанализированы также жанры, базовые для жанра кулинарного рецепта, родственные ему жанры и жанры, производные от него.
Цель работы – исследовать деривационные процессы в системе речевых жанров на примере речевого жанра кулинарного рецепта.
Деривационные отношения между типами высказываний (т. е. между жанрами) исследуются впервые.
В ходе работы мы выявили, что речевые жанры вступают в системные отношения друг с другом, в том числе в отношения производности, то есть деривационные. При этом деривация речевых жанров отличается от деривации языковых единиц, что связано с надъязыковой природой жанров. Деривационные процессы в системе речевых жанров делятся на модификационные и мутационные. К модификациям жанра относятся изменения жанра внутри себя, когда при изменении отдельных признаков жанр все же остается тем же самым и опознается как соответствующий жанр. Мутацией является такое изменение жанра, которое приводит к его превращению в другой, качественно отличающийся жанр. Деривационные процессы в системе речевых жанров реализуются в результате действия различных деривационных механизмов (в частности, контаминации, компрессии и конверсии).
Прежде чем описать особенности деривационных процессов на примере жанра кулинарного рецепта, необходимо было обрисовать «портрет» жанра. Первичной сферой для жанра кулинарного рецепта, то есть той, в которой он образован, является бытовая. К ней относятся кулинарные рецепты, предназначенные непрофессионалам, воспользоваться этим рецептом может любой, и готовят по ним чаще всего в домашних условиях.
Для описания жанрообразующих признаков была использована модель речевого жанра Т. В. Шмелевой. Кулинарный рецепт – это полиинтенциональный жанр с компетентным обобщённым автором и заинтересованным обобщённым адресатом-исполнителем; для него характерна лексика тематических и лексико-семантических групп, связанных с процессом приготовления пищи, и достаточно гибкая структура.
В дальнейшем исследовании мы проследили деривационную цепочку жанра рецепта и на основе её выделили типы деривационных процессов в системе речевых жанров. Деривационная цепочка речевых жанров – это совокупность жанров, связанных друг с другом отношениями последовательной производности. Кулинарный рецепт первичной сферы функционирования (бытовой) образуется в результате межжанрового процесса мутации из первичных жанров совета и рассказа. Далее он подвергается модификации (внутрижанровому процессу деривации), связанной с изменением сфер функционирования: в профессиональной сфере – кристаллизующей модификации (то есть признаки жанра становятся наиболее чётко выражены), в «гастрономической» и затем художественной сфере «размывающей» модификации (признаки жанра становятся выражены менее чётко). В художественной сфере жанр может подвергнуться вторичной мутации – либо трансформации, в результате которой возникает «квазирецепт», либо, при контаминации с каким-то иным жанром, – преобразованию, в результате чего может появиться замаскированный жанр, имеющий форму рецепта, либо жанр, «поглотивший» жанр рецепта.
Поскольку в рамках данного выступления продемонстрировать всю работу не представляется возможным, сосредоточим своё внимание на одном фрагменте исследования, а именно на образовании жанра кулинарного рецепта из первичных жанров совета и рассказа, то есть на процессе преобразования.
Процесс преобразования является одной из разновидностей процесса мутации и предполагает объединение двух или более жанров устной бытовой сферы, в результате чего новообразованный жанр наследует от базовых выполняемые ими функции (от каждого базового жанра наследуется как минимум одна функция), а также некоторые черты (для каждого жанра – разные).
Поскольку кулинарный рецепт является вторичным речевым жанром, естественно предположить существование первичных жанров, ставших для него базовыми. В первую очередь, таким жанром представляется жанр совета.
Обратимся к материалу словарей. В малом академическом словаре русского языка слово «совет» определяется следующим образом:
Совет (1) – наставление, указание, предложение, как поступить [Словарь русского языка, т. 4, c. 175].
В том же словаре дается определение рецепта:
Рецепт
1. письменное предписание врача в аптеку о составе и изготовлении лекарства с указанием для больного способа его применения
2. указания о способе изготовления, приготовления чего-л.
перен. разг. Руководство, совет, как действовать, поступать в том или ином случае [Словарь русского языка, т. 3, c. 713].
Мы видим, что для всех определений общей является сема «указание», что позволяет объединить их по общности коммуникативной цели. Следовательно, для рецепта жанр совета является прототипичным, базовым, ведь по сути рецепт – это указание, как поступить, чтобы изготовить, приготовить что-л. На связь рецепта с советом указывает и третье, переносное значение слова «рецепт» (совет…как поступать…).
Признаки, выделяемые исследователями жанра совета (необлигаторность, бенефактивность в пользу адресата) характерны и для кулинарного рецепта. Так же, как и автор совета, автор рецепта не заинтересован лично в выполнении адресатом рекомендуемого действия. Также кулинарный рецепт обладает не очень высокой степенью облигаторности – адресат не обязан следовать рецепту в точности. Однако здесь следует заметить, что рецепт все же более облигаторен, чем жанр совета.
Связь жанра рецепта с жанром совета проявляется и в том, что многие книги рецептов, помимо текстов собственно рецептов, содержат еще и полезные советы по приготовлению пищи: фасоль будет вкуснее и питательнее, если воду, в которой она варилась, слить сразу же, как только она закипит (если ставили варить фасоль в холодной воде), затем залить еще раз холодной водой, добавив немного растительного масла (Мастервкуса, URL: http://mastervkusa. /sovet. html). Иногда эти советы включаются прямо в текст рецепта: Обжаривайте до коричневого цвета с одной стороны, затем переверните и обжарьте с другой стороны. Обсушите на бумажном полотенце и подавайте сразу же. Чтобы латки были вкусные и хрустящие, не складывайте их стопкой и не накрывайте сверху (Кукинг. нет, URL: http:///10_317.htm).
Вышеперечисленные факты достаточно ясно указывают на то, что жанр совета является базовым для жанра рецепта. Однако если бы черты этих жанров полностью совпадали, мы не могли бы говорить о рецепте как о самостоятельном жанре. Наиболее существенное различие жанра совета и жанра кулинарного рецепта, которое позволяет говорить о нетождественности этих жанров, – это набор выполняемых ими функций. Если по классификации совет относится к императивным жанрам, то жанр кулинарного рецепта находится на стыке императивных и информативных жанров. Для текста кулинарного рецепта характерно не только указание на то, что делать, но и подробное описание того, как надо делать.
Наличие у жанра новой функции позволяет предположить существование у него еще одного «родителя» – первичного жанра, от которого он унаследовал эту функцию. Очевидно, что этим вторым «родителем» должен быть первичный информативный жанр. Таким жанром нам представляется бытовой рассказ.
Исследователи определяют рассказ как жанр разговорной речи, в котором преобладает монологическая форма речи; темой рассказа могут быть любые событие или факт, которые произошли с рассказчиком или кем-либо другим, характерные черты – целостность передаваемой информации, «включение в свой состав не одного, а нескольких сообщений» [Федосюк, 1997, с. 116].
Указанные черты характерны и для кулинарного рецепта, который, в сущности, можно представить как рассказ о приготовлении того или иного блюда. Как непосредственный прототип рецепта в таком случае выступает рассказ о каком-либо кулинарном событии из жизни автора; такой рассказ может содержать элементы технологии приготовления блюда, особенно, если с ними связаны какие-то происшествия, оказавшие влияние на автора. Часто авторы также рассказывают о своих кулинарных пристрастиях или об опыте столкновения с необходимостью готовить.
Приведем в качестве примера запись пользователя ЖЖ под псевдонимом gingerelka:
Так как я сижу дома с болеющим ребенком и вечно ною, один очень при очень добрый человек решил сам лично приехать и приготовить мне борщ… а борщ, как известно, это самое вкусное блюдо на свете… За борщ я на все готова).
Сама я его варить не умею при этом, вернее умею, но выходит не борщ, а жалкое подобие свекольного цвета.
<…>
Сегодня свершилось чудо………
В 16.15 ко мне как вихрь ворвался с пакетами с едой, доской и ножом. Не знай я его лет 5, то при виде такого ножа, сразу же бы предложила кошелек, 2.55 и себя. …)
А потом началось создание чуда. Я почти все пропустила, потому что моя миссия была – впихнуть в ребенка еду…)
Я только успевала глотать слюну, ощущая дурманящие запахи борща вокруг себя….
Пока варился суп, Саша сделал мне салат – свекла, грецкий орех, песто, сыр шевре…
Все бы было не так необычно, если бы я не видела насколько каллиграфически были нарезаны кусочки свеклы и насколько красиво все это было выложено на тарелке….
Саша, как настоящий волшебник, все приготовил и исчез. Он мне напомнил сказочных героев Гарри Поттера, уж больно забавно он смотрелся с ножом и доской)…
Мне было сказано не трогать борщ час, чтобы он настоялся………. Я честно выдержала 15 минут…….. А потом… потом у меня был оргазм за оргазмом….
Спасибо, дорогой друг.
Как мы видим, целью автора не является рассказ о технологии приготовления блюда – это еще не рецепт. Однако некоторые элементы рецепта возникают в рассказе, например, перечень входящих в салат компонентов, а также упоминание о необходимости настаивания борща в течение часа.
Элементы жанра рассказа могут эксплицироваться и в самих текстах кулинарных рецептов. Для того чтобы создать у адресата ощущение интимизированного общения, автор обращается к родственному для рецепта жанру рассказа, используя такие языковые маркеры, как расскажу или формулу решила я приготовить.
Объединение двух первичных жанров и преобразование их во вторичный жанр рецепта происходит с помощью деривационного механизма контаминации. Вторичный жанр наследует от каждого из своих «родителей» по одной выполняемой функции: от жанра совета – императивную, от жанра бытового рассказа – информативную. Также наследуются некоторые другие признаки. При этом «результирующий» жанр является качественно новым образованием, не сводящимся к сумме двух исходных жанров.
Подобным образом были проанализированы процессы образования родственных кулинарному рецепту жанров – инструкции и медицинского рецепта; при этом инструкция также образуется в результате преобразования бытового совета и бытового рассказа, а медицинский рецепт появляется в результате процесса трансформации. Изучен процесс вторичной мутации, т. е. мутации уже вторичного жанра – она подразделяется на вторичную трансформацию, в результате которой возникает «квазирецепт», и на вторичное преобразование при контаминации с каким-то иным жанром, в результате чего может появиться замаскированный жанр, имеющий форму рецепта, либо жанр, «поглотивший» жанр рецепта.
Затем были проанализированы внутрижанровые деривационные процессы, происходящие с речевым жанром рецепта, то есть модификации жанра. «Кристаллизующей» модификации жанр рецепта подвергается в профессиональной сфере. «Умеренная размывающая» происходит с жанром рецепта в «гастрономической» сфере, а «размывающая сверхмодификация» – в художественной сфере.
Таким образом, в процессе исследования было показано, что процессы образования и изменения речевых жанров являются деривационными процессами. Это расширяет область действия дериватологии и способствует дальнейшему становлению теории речевых жанров. Данный тип исследования является перспективным в свете дальнейшего изучения процессов деривации речевых жанров. Представленная методика описания может применяться и по отношению к другим жанрам речи. Спасибо!
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо. Есть ли вопросы у официальных оппонентов?
Д. ф.н., проф. :
У меня вопрос, он есть и в тексте отзыва. У меня создалось впечатление, что жанр кулинарного рецепта сохраняет, с Вашей точки зрения, свою жанровую идентичность до тех пор, пока по нему можно готовить. Так ли это? Как сказать об этом же на лингвистическом метаязыке? До каких пор жанр сохраняет свою идентичность?
:
Спасибо за вопрос. Наиболее существенным параметром при определении жанровой идентичности рецепта мы считаем выполняемые им функции – императивную и информативную. При сверхмодификации рецепта в художественной сфере на первый план выходит эстетическая функция. Казалось бы, при изменении функции должна происходить уже мутация жанра. Первоначально мы так и предполагали, но дальнейшее исследование показало, что это не так, поскольку даже при изменении функции на эстетическую информативная и императивная могут оставаться свойственны кулинарному рецепту в качестве дополнительных – либо действительно (когда в художественном тексте используется полный текст кулинарного рецепта), либо потенциально (когда рецепт подвергся компрессии). «Потенциальный» рецепт действительно находится на самой дальней периферии жанра рецепта, но всё же, по нашему мнению, ещё остаётся рецептом. При вторичной мутации жанра рецепта выполнение этих функций невозможно даже потенциально. То есть жанровая идентичность определяется через функции.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Есть ли еще вопросы? Уважаемые члены диссертационного совета, есть ли у вас вопросы? Пожалуйста, Юрий Викторович.
Д. ф.н., проф. :
Мария Александровна, в заключении своего доклада Вы сказали «это расширяет сферу традиционной дериватологии». Можно ли утверждать, что отношения между жанрами подобны отношениям между словами в деривационной цепочке? Было бы интересно, если бы Вы коротко охарактеризовали отношения между двумя словами и отношения между двумя жанрами. Как проявляются отношения между двумя жанрами, чем следующий в деривационной цепочке отличается от предыдущего? Также у меня есть еще два небольших вопроса. Во втором положении на защиту Вы употребляете два термина – «преобразование» и «трансформация». Не являются ли эти слова полными синонимами? Насколько в таком случае уместно их употреблять? В четвёртом положении на защиту Вы утверждаете, что основными признаками, определяющими преобразование РЖ совета и рассказа в жанр рецепта, являются сфера общения, фактор адресата и степень облигаторности. Признаками чего они являются?
:
Отвечу по порядку. Сначала о соотношении деривации речевых жанров и деривации языковых единиц. Разумеется, мы не можем утверждать, что они полностью подобны друг другу, поскольку речевые жанры не являются языковыми единицами – это типы высказываний. Но при этом, по нашему мнению, они обладают определенным сходством. Область действия дериватологии последовательно расширялась: если первоначально деривация рассматривалась только в словообразовании, то потом стала изучаться деривация на уровне семантики, лексики, синтаксиса, текста. Изучение деривации речевых жанров является следующим логическим шагом. Приведем в пример процесс модификации. Сам по себе процесс модификации описан в традиционной дериватологии. Мы можем видеть модификацию и в системе речевых жанров, например, модификацию рецепта. В традиционной дериватологии процесс модификации означает, что при изменении определенных признаков сама языковая единица не меняется, остается той же. То же происходит и с речевым жанром. Скажем, рецепт бытовой сферы обладает определенными признаками, в частности, для него характерно безразличное авторство. При переходе жанра в «гастрономическую» сферу образ автора изменяется, становится более конкретным, начинает проявляться в тексте: «решила я приготовить…», «сейчас я поделюсь с вами…» и так далее. При изменении одного признака – образа автора – изменяется языковое воплощение жанра, причем достаточно сильно: появляется экспрессивная и оценочная лексика, структура становится свободной. При этом жанр остается тем же самым.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Юрий Викторович, Вы удовлетворены ответом на первый вопрос?
Д. ф.н., проф. :
Да.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Тогда переходим к следующему.
:
Следующий вопрос был посвящен синонимичности преобразования и трансформации. С нашей точки зрения, эти понятия не синонимичны. В нашей схеме они обозначают разные процессы: преобразование – образование жанра из нескольких единиц (так, например, совет и рассказ посредством контаминации образуют жанр рецепта), а трансформация – образование жанра в результате качественного изменения одной единицы.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Юрий Викторович, ответ достаточен?
Д. ф.н., проф. :
Еще один вопрос. Скажите, пожалуйста, есть ли в Вашей работе описание языковых особенностей каждого жанра, которое позволяет Вам говорить о том, что в данном случае имеет место быть модификация, а в данном случае – уже мутация?
:
Попробуем рассказать об отличиях мутации и модификации. При мутации происходит качественное изменение жанра – один превращается в другой. Это межжанровый деривационный процесс. Признаки этого процесса зависят от подвида мутации – преобразование это или трансформация, а также от того, первичная или вторичная это мутация. Остановимся на первичной мутации. Она происходит с жанрами устной бытовой речи – либо с несколькими (при преобразовании), либо с одним (при трансформации). При этом при преобразовании у новообразованного жанра появляется несколько коммуникативных функций – по одной от каждого базового. При трансформации функция наследуется от исходного жанра. Другие содержательные признаки в случае преобразования частично наследуются от исходных жанров, а в случае трансформации существенно изменяются. Основным механизмом реализации для преобразования является контаминация, а для трансформации – замена. Модификация же – это процесс, происходящий внутри жанра, при котором отдельные признаки изменяются, а жанр в целом остается тем же. На примере кулинарного рецепта это можно хорошо продемонстрировать. Первичной сферой для жанра является бытовая сфера. При изменении какого-либо одного признака происходит модификация. Допустим, при изменении образа автора в «гастрономической» сфере рецепт становится более экспрессивным, свободным (если смотреть на языковое воплощение), но при этом он остается кулинарным рецептом. При модификации жанр не меняется. Он образует варианты.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Юрий Викторович, Вы удовлетворены ответом?
Д. ф.н., проф. :
Да.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Уважаемые коллеги, у кого еще есть вопросы? Пожалуйста, Олег Николаевич.
Д. и.н., проф. :
Мария Александровна! В каком месте на Вашей схеме «Деривационная цепочка речевого жанра кулинарного рецепта» будут находиться рецепты кулинаров-профессионалов, демонстрирующих свое мастерство?
:
Можно уточнить? Имеются в виду рецепты, созданные, например, шеф-поварами?
Д. ист. н., проф. :
Да. Например, рассказ шеф-повара на каком-либо конкурсе об изобретенном им блюде.
:
Устные рецепты не входили в сферу нашего исследования, поэтому если речь идет об устном рассказе, однозначно определить его место на схеме мы не можем. Если же речь идет о письменном тексте, например, о написанной шеф-поваром книге рецептов, то характеристика его будет зависеть от характеристик самого текста. Обычно подобного рода издания относятся к «гастрономической» сфере, поскольку у таких рецептов есть конкретный автор, продуктом творчества которого и является рецепт. Конечно, это утверждение будет справедливо только в том случае, если личность автора непосредственно проявляется в сфере рецепта.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Олег Николаевич, есть ли еще вопросы? Переходим к следующему. Пожалуйста, Борис Олегович.
Д. филос. н., проф. :
У меня три вопроса. Первый – самый простой, наверное, у всех присутствующих Есть такой невысказанный вопрос. Почему Вы иллюстрируете свою теорию жанром именно кулинарного рецепта, а не жанрами, скажем, художественной литературы?
:
Мы выбрали жанр кулинарного рецепта, поскольку на его примере можно проследить все типы деривационных процессов. Он функционирует в четырех сферах, в каждой сфере подвергается каким-то изменениям, так что в его деривационной истории представлены практически все типы деривации речевых жанров, кроме процесса трансформации.
Д. филос. н., проф. :
Второй вопрос связан с понятиями модификации и мутации. Мутация – это термин, который возник в биологии, и перенос его в другие сферы, в частности, в сферу лингвистики – это, конечно, в некотором смысле метафора. Поэтому нужно определять, что такое модификация и мутация. Вы определили мутацию как возникновение качественных различий. Говоря о качественных различиях, нужно определять критерии, по которым это качество различается. Мне кажется, здесь Ваше рассуждение чуть-чуть «подвисло». Вопрос такой – по каким критериям Вы будете определять качество? Скажем, я и мои коллеги можем определить качество совершенно по-разному, и для меня по моему критерию будет отличие жанров, а для других коллег, например, не будет.
:
В случае кулинарного рецепта такими признаками являются сфера общения, фактор адресата и степень облигаторности. Основные отличия связаны с признаками жанра. Возьмем для примера жанр совета и жанр рецепта. Они отличаются друг от друга как минимум набором функций – у рецепта есть еще информативная функция, которую он «унаследовал» от другого жанра (бытового рассказа). При таком подвиде мутации, как трансформация, говорить об изменении набора функций мы не можем. В этом случае мутация определяется по изменениям других жанрообразующих признаков и во многом сферы общения.
Д. филос. н., проф. :
То есть Вы качество определяете через набор функций?
:
В основном да.
Д. филос. н., проф. :
Последний вопрос. Как бы Вы сформулировали научную проблему, на решение которой направлено Ваше диссертационное исследование?
:
Преимущественно это проблема соотношения первичных и вторичных речевых жанров. Сами понятия первичного и вторичного жанров введены еще основоположником теории речевых жанров, Михаилом Михайловичем Бахтиным, но их соотношение, да и само определение этих понятий до сих пор является проблемным, спорным. Например, одни исследователи называют первичными жанры устной бытовой сферы, другие же – устные жанры любой сферы общения, в том числе и не бытовой. Вопрос о том, как взаимосвязаны первичные и вторичные жанры, каким именно образом из первичных образуются вторичные, также служит предметом лингвистических дискуссий.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Борис Олегович, Вы удовлетворены ответом?
Д. филос. н., проф. :
Да.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Уважаемые коллеги, еще вопросы? Пожалуйста, Ирина Петровна.
Д. ф.н., проф. :
Мария Александровна, уточните, пожалуйста, каково соотношение деривационных процессов и механизмов? Можно ли говорить, что деривационным процессам в словообразовании не свойственны такие механизмы?
:
Деривационные процессы осуществляются с помощью деривационных механизмов. Обычно каждому деривационному процессу свойственен один основной механизм реализации, допустим, преобразование происходит обычно с помощью контаминации. Тем не менее, в процессе может быть задействовано и несколько механизмов. Скажем, при вторичной мутации, например, в случае трансформации, как дополнительный механизм будет задействована компрессия.
Эти деривационные механизмы мы заимствовали из других областей дериватологии, по большей части это механизмы текстовой деривации, а не словообразовательной.
Д. ф.н., проф. :
Еще один уточняющий вопрос. Как Вы понимаете деривационный инвариант?
:
Деривационный инвариант – это жанр исконной, первичной сферы функционирования жанра, той, в которой он был образован. Это исходная точка, с которой потом начинают происходить различного рода модификации. Например, кулинарный рецепт первоначально образовался в бытовой сфере, и из этой сферы начали модификации рецепта: в сторону «ужесточения» признаков и в сторону «размывания» признаков.
Д. ф.н., проф. :
Вообще, инвариант предполагает некоторое абстрагирование. Правильно ли я понимаю, что деривационный инвариант – это первичный жанр?
:
Не в терминологии Бахтина первичный, но, скажем так, первообразованный.
Д. ф.н., проф. :
И последний вопрос. Насколько тесно связаны функции, императивная и информативная, с грамматическими средствами выражения?
:
Отчасти связаны. В языковом воплощении жанра кулинарного рецепта императивность выражается разными средствами, в том числе и грамматическими. Для жанра характерна как прямая императивность, так и косвенная. При этом, что интересно, при «кристаллизующей» модификации в профессиональной сфере, которой свойственна большая степень облигаторности, императивность чаще всего выражается косвенно, с помощью глаголов третьего лица: берут, делают. А вот в «гастрономической» сфере достаточно часто используется прямая императивность, то есть повелительное наклонение: возьмите, сделайте.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Ирина Петровна, Вы удовлетворены ответом?
Д. ф.н., проф. :
Да.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Есть ли еще вопросы у присутствующих? Нет. Спасибо, Мария Александровна, присаживайтесь. В деле имеется отзыв научного руководителя – Татьяны Ивановны Стексовой. Татьяна Ивановна, пожалуйста, несколько слов о соискателе и ее работе.
Д. ф.н., проф. зачитывает отзыв (отзыв прилагается).
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Слово имеет Учёный секретарь совета Елена Юрьевна Булыгина для ознакомления с заключением организации, где выполнена работа – кафедры современного русского языка ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет».
Ученый секретарь совета к. ф.н., доц. : зачитывает заключение кафедры современного русского языка ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет», где выполнена работа (заключение прилагается).
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Слово имеет Ученый секретарь совета Елена Юрьевна Булыгина для ознакомления с отзывом ведущей организации.
Ученый секретарь совета к. ф.н., доц. :
Уважаемые члены коллеги, в диссертационный совет поступил отзыв ведущей организации – федерального государственного бюджетного учреждения высшего профессионального образования «Национальный исследовательский Томский государственный университет», составленный кандидатом филологических наук, доцентом Людмилой Георгиевной Гынгазовой и подписанный зав. кафедрой русского языка, доктором филологических наук, профессором Татьяной Алексеевной Демешкиной. Отзыв обсуждён и утверждён на заседании кафедры русского языка Национального исследовательского Томского государственного университета (протокол от 6 декабря 2012 г.) Зачитывается отзыв (отзыв прилагается).
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Пожалуйста, Мария Александровна, Вам предоставляется слово для ответов на замечания ведущей организации.
:
Я благодарю уважаемую ведущую организацию, в частности, Людмилу Георгиевну Гынгазову за внимание к моей работе. Постараемся ответить на вопросы и замечания.
Вопрос, связанный с выделением «гастрономической» сферы, присутствует практически во всех отзывах уважаемых оппонентов. Термин «гастрономическая сфера функционирования» и нам представляется не вполне удачным. В данном случае действительно происходит смешение оснований для дифференциации (бытовая, профессиональная, художественная – по типам общественного сознания; «гастрономическая» – по признакам). Мы пытались избежать этого, введя понятие «сферы функционирования» вместо «сферы общения», но, видимо, нам это не удалось.
Первоначально мы планировали обозначить данную сферу как масс-медийную (тем более что «гастрономический дискурс», как отмечает Андрей Владимирович Олянич, является частью масс-медийного дискурса), однако наше исследование показало, что «гастрономический дискурс» вышел за пределы масс-медийного дискурса (хотя по большей части рецепты этой сферы встречаются в периодических изданиях – газетах, журналах, интернет-сайтах, существует достаточно большое количество книжных изданий, характеристики которых соответствуют характеристикам этой сферы – к примеру, «Кулинарная книга лентяйки» Д. Донцовой). Поэтому обозначение данной сферы функционирования как «масс-медийной» представляется нам неправомерным.
Существуют также сложности разграничения рецептов бытовой и «гастрономической» сферы по месту функционирования – хотя первые встречаются преимущественно в книгах рецептов, а вторые – в периодических изданиях, это не строгое разделение, так что возможно функционирование бытовых рецептов в периодике, а «гастрономических», как мы указали выше, – в книжных изданиях. Происходит это потому, что эти сферы функционировая относятся к одной сфере общения – бытовой в широком смысле этого слова (в отличие от профессиональной и художественной сфер, где границы сферы общения и сферы функционирования совпадают). Внутри бытовой сферы общения две эти «подсферы», или сферы функционирования, выделяются по ведущим признакам – в случае «гастрономической» сферы это субъективность и оценочность, в случае «собственно бытовой» – безоценочность и безразличие к параметру адресата. Мы признаём, что в нашем исследовании это разделение прописано недостаточно чётко, что и вызвало многочисленные вопросы. Эта часть нашего исследования, несомненно, нуждается в доработке.
Мы согласны с уважаемой Людмилой Георгиевной, что тексты , Ники Ледовской, Жанны Магини и др., приведенные в качестве иллюстративного материала, по большей части относятся не к собственно первичному жанру бытового рассказа, а к стилизации под него. В исследовании есть указание на то, что опираться на эти тексты мы можем с определёнными оговорками. Единственное, что нам хотелось бы исключить из этого списка тексты ЖЖ-пользователей, посвящённые их кулинарным экспериментам – несмотря на письменную форму этих текстов и обращённость к неопределённому кругу лиц, их характеристики во многом близки характеристикам устной речи (недаром многие исследователи в связи с изучением интернет-текстов вводят такое понятие, как «устно-письменная форма речи). Такого рода посты, как нам кажется, можно рассматривать как первичный жанр – жанр бытового рассказа, пусть и существующий в письменной форме.
Мы принимаем замечание о недостаточности иллюстративного материала при описании размывающей модификации жанра в «гастрономической» сфере. Возможно, представленный в главе иллюстративный материал недостаточно разнообразен. Помимо книги Д. Донцовой, мы использовали в этой главе примеры с сайта *****, кулинарной рубрики «Рецептор» газеты «Новая Сибирь», форума сайта *****, сайта «Рецепта от Анастасии Скрипкиной», «Книги для девочек», сайта «Как Я».
Вызывающий вопросы термин «речевые жанры малых форм» нам предложили коллеги на одном из обсуждений работы. Понятие «малого жанра» ввёл , выделяя малые жанры разговорной речи – «микродиалоги и реплики, которые входят в более крупные фрагменты обиходно-бытовой речи, такие как семейный диалог, семейный полилог, домашний рассказ и др.» (Капанадзе, 1988: 232–233). По и , сферой малых жанров является повседневное семейное общение, а отличительными особенностями – маленький объем и стереотипность [Китайгородская, Розанова, 1999]. называет в числе малых жанров такие, как совет, просьба, утешение, уговоры, и указывает, что эти жанры могут быть как элементарными, так и комплексными (по классификации ). Как видим, ни единого определения, ни четкого понятия, какие же жанры относить к «малым», не существует. Поэтому заметим, что мы использовали выражение «жанры малых форм» нетерминологически.
Спасибо!
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо, Мария Александровна. На автореферат диссертации Марии Александровны Кантуровой также поступили отзывы. Слово предоставляется для ознакомления с отзывами об автореферате.
Ученый секретарь совета к. ф.н., доц. :
На автореферат диссертации Марии Александровны Кантуровой поступило три отзыва:
доктора филологических наук, профессора кафедры общего языкознания и русского языка Уральского государственного педагогического университета Надежды Ильиничны Коноваловой;
кандидата филологических наук, доцента кафедры русского языка и литературы Института международного образования и языковой коммуникации Томского политехнического университета Ольги Анатольевны Казаковой;
кандидата филологических наук, доцента кафедры современного русского языка департамента «Филологический факультет» Уральского федерального университета имени первого Президента Н. Ельцина Ирины Константиновны Мухиной.
Все отзывы положительные. Во всех отзывах отмечается актуальность работы, несомненность ее новизны и практической значимости. Актуальность исследования обусловлена общей антропоцентрической направленностью современной лингвистики, в частности тенденцией усиления внимания к прагматическому аспекту языка (), обусловлена ее включенностью в русло жанроведческих исследований речи в различных аспектах (). Теоретическая значимость исследования связана с его вкладом в современную теорию речевых жанров: в работе представлен новый подход к исследованию речевого жанра – внутриязыковое межжанровое и межстилевое сопоставление; уточнены понятия «первичный речевой жанр» и «вторичный речевой жанр» (). Определение и классификация типов деривационных процессов, характерных для речевых жанров малых форм, а также выявление условий преобразования речевого жанра – наиболее ценный вклад автора диссертации ().
Новизна исследования заключается также в разработке конкретной авторской методики выявления и описания типов деривационных процессов в системе речевых жанров, а также в проведенном автором многоаспектном анализе особенностей модификации жанра кулинарного рецепта в сферах его функционирования (, ). Впервые и последовательно выполнено описание признаков видов и степеней модификации как деривационного процесса в системе речевых жанров (, ).
К существенным результатам исследования рецензенты относят следующие выводы: а) об онтологическом статусе речевого жанра кулинарного рецепта; б) о признаках, определяющих преобразования жанра совета и рассказа в жанр рецепта; в) о типах деривационных процессов, происходящих с речевым жанром кулинарного рецепта. Большим эвристическим потенциалом обладают наблюдения исследователя над факторами, обусловливающими различные деривационные процессы (), в частности, описание вторичной мутации РЖ кулинарного рецепта в художественной сфере, ценность которого детерминируется тем фактом, что в литературно-художественном стиле рецепты отражают культуру, традиции народов, являясь фрагментом картины мира, и функционируют в роли знаков-идеологем, культурных доминант, отражающих отношение к процессу приготовления пищи (). В качестве несомненных достоинств работы следует отметить последовательность и доказательность представленного анализа; логичность и структурированность исследования; широту охвата разностилевого языкового материала (, ).
высказывает следующие замечания:
1. Не совсем понятно, почему выделение деривационных процессов в системе речевых жанров обосновывается в пятом параграфе первой главы, а понятие деривационной цепочки речевых жанров вводится в первом параграфе.
2. На стр. 5 при описании научной новизны работы утверждается тезис о том, что «впервые в лингвистике описан кулинарный рецепт как речевой жанр, своеобразие его образования, языкового выражения в зависимости от сферы функционирования». Необходимо отметить, что все же существуют научные работы, посвященные изучению непосредственно кулинарных рецептов, например, работа «Кулинарный рецепт как особый тип текста (на материале русского и немецкого языков)» (Автореф. … канд. филол. наук. – Ставрополь, 2004. – 22 с.), в которой автор рассматривает фрейм текста кулинарного рецепта, состоящий из облигаторных (названия, списка ингредиентов, способа приготовления) и необлигаторных (оценки вкусовых качеств, времени и места приготовления) слотов, и другие особенности данного текста.
Работа вызвала следующие вопросы:
1. Насколько возможно говорить о кулинарном рецепте как о речевом жанре, каковы основания для причисления его именно к речевым жанрам, ведь это письменный текст, а основоположник теории речевых жанров под речевым жанром понимал устойчивые типы конкретных высказываний (единиц речевого общения, границы которых определяются сменой речевых субъектов), связанных тематическим содержанием, стилем и композиционным построением?
2. Правомерно ли выделять в качестве отдельной сферы функционирования жанра кулинарного рецепта «гастрономическую» сферу? Разве профессиональная сфера не относится также к гастрономическому дискурсу в целом? ().
Высказанные вопросы и замечания не затрагивают значимости работы и, возможно, получили истолкование в рамках самого диссертационного исследования (). Рецензенты отмечают, что исследование является законченным, самостоятельным сочинением (), зрелым исследованием ().
Таким образом, можно сделать вывод о том, что автореферат представляет диссертационное исследование как соответствующее всем требованиям, предъявляемым к кандидатским диссертациям, а автор, , заслуживает присуждения ей ученой степени кандидата филологических наук по специальности 10.02.01 – русский язык (Н. И. Коновалова, , ).
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Слово по поводу поступивших замечаний предоставляется соискателю.
:
Благодарим рецензентов за присланные отзывы, за возможность посмотреть на исследование со стороны, за возможность в будущем уточнить позиции. Ответим на замечания и вопросы рецензентов.
Первое замечание Ирины Константиновны Мухиной касалось неудачного расположения определения деривационной цепочки речевых жанров в первом параграфе первой главы. К сожалению, при создании структуры исследования у нас возникли определённые трудности. В работе имеются две линии «повествования» – одна, касающаяся портрета РЖ кулинарного рецепта, и другая, посвящённая деривационным процессам. При последовательном выстраивании структуры в соответствии с одной из этих линий другая линия неизбежно получается «рваной». В связи с этим некоторые блоки информации кажутся расположенными непоследовательно.
Поскольку в первом параграфе говорится о производности в системе РЖ (не углубляясь в понятие деривации), мы сочли возможным дать понятие деривационной цепочки РЖ в этом параграфе – там он логически завершает мысль о структурированности системы речевых жанров.
Прокомментируем замечание Ирины Константиновны о существовании других научных работ, посвященных жанру рецепта, в частности, работы . П. Бурковой нам известна, и в своём исследовании мы во многом опираемся на её данные. не анализировала кулинарный рецепт именно как речевой жанр. Рассматривая кулинарный рецепт как тип текста, через призму теории фреймов, П. П. Буркова не осветила в своем исследовании содержательные признаки жанра, такие, как концепция автора, коммуникативная цель и пр. Ее работа посвящена преимущественно выявлению языковых особенностей текста кулинарного рецепта и реализации рецепта в различных дискурсах. Хотя языковое воплощение является важным параметром анализа речевого жанра, всё же говорить о том, что оно позволяет полностью охарактеризовать жанр, мы не можем. Поэтому мы подошли к кулинарному рецепту, как к речевому жанру, описав как и формальные, так и содержательные его признаки.
Ирина Константиновна также задает вопрос, можно ли говорить о кулинарном рецепте именно как о речевом жанре. Разумеется, кулинарный рецепт является вторичным жанром, т. е. жанром письменного общения. Однако сама отнесённость его к речевым жанрам бесспорна – это определённая модель, по которой строится конкретное высказывание, обладающая композиционным, стилистическим и тематическим единством. Заметим, что и сам Михаил Михайлович Бахтин называл в качестве речевых жанров такие несомненно письменные тексты как, например, роман.
На вопрос о правомерности выделения «гастрономической» сферы мы уже отвечали.
У меня всё. Спасибо!
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо, Мария Александровна. Объявляется технический перерыв.
(после технического перерыва)
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Слово предоставляется официальному оппоненту доктору филологических наук, профессору ФГБОУ ВПО «Омского государственного университета им. » Наталье Васильевне Орловой.
Д. ф.н., проф. зачитывает отзыв. (Отзыв прилагается).
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо, Наталья Васильевна! Слово предоставляется Марии Александровне Кантуровой для ответов на вопросы и замечания оппонента.
:
Я благодарю уважаемого оппонента Наталью Васильевну Орлову за внимание к моей работе, за проявленный интерес, сделанные замечания и предложения. Постараемся ответить на вопросы и замечания.
Замечание Натальи Васильевны о том, что деривационные отношения в системе речевых жанров были упомянуты и в других исследованиях, в частности, в работах Натальи Борисовны Рогачёвой и Ольги Валерьевны Кощеевой, представляется нам справедливым. Желая указать, что до сей поры деривационные процессы в системе речевых жанров не становились предметом специального исследования, мы употребили чрезмерно вольную формулировку, в результате исказив истину. С другой стороны, к сожалению, мы не знакомы с кандидатскими диссертациями указанных лиц. С работой ёвой мы знакомы только по автореферату, о диссертации О. В. Кощеевой нам не было известно (в списке литературы упомянута одна из её статей в сборнике «Жанры речи»; поскольку работа совсем «свежая» (2012) год, мы ещё не имели случая обратить на неё внимания). Мы с благодарностью принимаем замечание Натальи Васильевны и постараемся учесть указанные публикации в нашей дальнейшей работе.
О термине «гастрономическая сфера» уже говорилось выше.
Мы разделяем мнение Натальи Васильевны о том, что бытовая сфера функционирования кулинарного рецепта – это сфера, преследующая сугубо утилитарные цели. Черты официально-делового стиля, как нам представляется, связаны как раз с письменной формой бытования рецепта (отметим также наличие общих черт с жанром инструкции, ядром которого, по мнению , является официально-деловая сфера). Конечно, бытовая сфера функционирования кулинарного рецепта не совпадает в границах с устной бытовой сферой, в которой, по Бахтину, зарождаются и функционируют первичные речевые жанры – это лишь фрагмент «бытовой сферы» в широком смысле.
Замечание о преждевременности вывода о том, что если оба жанра-«родителя» принадлежат к одной сфере общения, первичная сфера не меняется, мы принимаем. Такой вывод базируется на изученном нами материале, а в применении к другим жанрам действительно несколько преждевремен, так что тема нуждается в дополнительном изучении.
Согласны мы и с замечанием о том, что автор институционального совета не обязательно конкретен. Наиболее важным различием жанров совета и рецепта, как мы указываем в нашей работе, является набор выполняемых ими функций, разница в которых обусловлена наличием у кулинарного рецепта ещё одного жанра-«родителя». Мысль о различиях в образе адресата совета и рецепта осталась в исследовании от тех времён, когда мы ещё не рассматривали институциональный совет, сравнивая жанр рецепта с устным бытовым советом. Возможно, в нашем исследовании недостаточно чётко указано, что это частное различие, возникающее только в некоторых случаях, поскольку в основном образ адресата у кулинарного рецепта и институционального совета совпадают – это, несомненно, обобщённый адресат.
Ответим на вопрос о том, каковы временные рамки исследуемого материала. Мы опирались на книги рецептов, журналы и рецепты, опубликованные на сайтах после 1990 года (то есть «российские», а не «советские» издания). Исключение составляют художественные тексты.
Следующий вопрос Натальи Васильевны касался универсальности утверждений и том, что при изменении сферы функционирования образуются варианты жанра, и о том, что для трансформации жанра необходимо изменение как минимум нескольких параметров. В полной мере говорить о том, что эти утверждения универсальны, мы не можем, поскольку полноценно нами изучен лишь жанр кулинарного рецепта и некоторые связанные с ним жанры. Однако мы предполагаем, что полученные выводы справедливы для нефатических жанров малых форм. Так, жанр совета, описанный Анной Александровной Соловьёвой, может быть исследован по полученной методике. Анна Александровна выделяет разновидности речевого жанра совета в зависимости от «типа дискурса» – она рассматривает совет в обиходном, медицинском и педагогическом дискурсе. Нам представляется, что эта классификация соотносится с модификациями жанра в зависимости от сферы функционирования.
О том, что изменение сферы функционирования связано с изменением характеристик жанра, свидетельствует также исследование «К проблеме варьирования жанров (на материале текстов директивного жанра)». Исследовательница рассматривает изменения в структуре жанров и выборе языковых средств директивного жанра с включением запрета в двух сферах употребления – сфере образования и сфере спорта [Руссинова, 2005].
Теперь о процессе трансформации жанра. Наталья Борисовна Рогачёва в своей кандидатской диссертации сопоставляет жанры интернет-коммуникации (блог, чат) и первичные по отношению к ним жанры традиционной коммуникации (дневник, частное письмо, жанры разговорной речи)). Хотя, на наш взгляд, она описывает не жанры, а гипержанры (дневник – гипержанр; запись в дневнике – жанр; соответственно блог – гипержанр, пост в блоге – жанр), в целом её сопоставление соответствует нашему термину «трансформация», при этом происходит изменение нескольких параметров: происходит изменение сферы функционирования; коммуникативная функция наследуется от первичного РЖ, при этом к ней добавляются дополнительные интенции; изменяются другие жанрообразующие признаки – образ адресата, соответственно, структурные изменения и изменения языкового воплощения. Также можно привести в пример исследование Татьяной Ивановной Стексовой речевого жанра просьбы и его «функционально-стилевых вариантов». Приведём в пример сопоставление жанров просьбы и личного заявления:
Просьба (первичный жанр)
Сфера общения – бытовая (устная разговорная речь)
Коммуникативная функция – императивная
Автор – частное лицо; равен адресату или «ниже» его, заинтересован в выполнении действия.
Адресат – частное лицо; способен выполнить просьбу, имеет такую возможность.
Жанр инициальный, возможно как коммуникативное, так и событийное будущее.
Жанр элементарный (монособытийный)
Языковое воплощение: прямая просьба (прошу), косвенная просьба; возможна вербализация мотивации (почему просьбу необходимо выполнить)
Личное заявление – это документ, с которым частное лицо обращается в какую-либо организацию для реализации или защиты своих интересов.
Сфера общения – официально-деловая (письменная)
Коммуникативная функция – императивная
Автор – частное лицо; равен адресату или «ниже» его, заинтересован в выполнении действия.
Адресат – официальное лицо; способен выполнить действие, имеет такую возможность.
Жанр инициальный, обязательно коммуникативное будущее (ответ)
Жанр комплексный
Языковое воплощение: только прямая просьба (прошу); обязательна вербализация мотивации (почему просьбу необходимо выполнить); возможно включение «фрагмента, соответствующего речевому жанру жалобы».
Изменяются сфера общения, способ выражения (с устного на письменный), образ адресата (организация; частное лицо не может выступать адресатом), событийное воплощение (с элементарного на комплексный), языковое воплощение. Жанр образован путём трансформации из первичного жанра просьбы.
Следующий вопрос касается разграничения деловой и профессиональной сферы. К деловой сфере общения относятся законодательная, юрисдикционная, административная области деятельности. Под профессиональной сферой мы имеем в виду ту, которую М. Н. Кожина, , называют производственной, то есть относящейся к профессиональной деятельности человека (указанные авторы не выделяют производственную сферу как самостоятельную, а помещают её на периферии научной, вернее, научно-технической сферы). Эти же авторы располагают жанр инструкции на пересечении деловой и научной речи. Мы при анализе жанра инструкции опирались в основном на исследование Льва Викторовича Рехтина; в частности, мнение о том, что ядром РЖ инструкции является инструкция деловой сферы (должностная инструкция) принадлежит именно ему. К сожалению, Лев Викторович не выделил конкретных сфер, в которых функционирует инструкция, дав указание только на типы текстов: должностные инструкции; публичные инструктивные тексты, предназначенные для размещения в общественных местах – памятки, инструкции, регулирующие правила общественного поведения, а также правила поведения в чрезвычайных ситуациях («Правила поведения при пожаре», «Правила поведения при угрозе террористического акта» и др.); инструкции, предназначенные для потребителей (инструкции к медикаментам, продуктам питания, инструкции по пользованию товарами промышленного производства, руководства по эксплуатации технических средств); тексты с упаковок товаров народного потребления (продуктов питания, бытовой химии, фармацевтических препаратов, технических средств и др.). Исходя из этого, мы обозначили ещё одной сферой функционирования инструкции профессиональную сферу (отнеся к ней производственные инструкции). Однако инструкции, предназначенные для потребителей (в том числе инструкции для пользователя сейфа, утюга, пылесоса и т. п.), как нам представляется сейчас, с равным успехом могут быть отнесены к бытовой сфере (по крайней мере, в том же её понимании, что и у кулинарного рецепта – то есть сферы, преследующей сугубо утилитарные цели). В таком случае перечисленный нами набор сфер для жанра инструкции является неполным. Хотим отметить, впрочем, что в любом случае жанр инструкции и жанр рецепта будут отличаться по набору сфер функционирования, поскольку кулинарный рецепт не может функционировать в деловой сфере. Спасибо!
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Наталья Васильевна, Вы удовлетворены ответом?
Д. ф.н., проф. :
Да.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Присаживайтесь, Мария Александровна. Слово предоставляется официальному оппоненту кандидату филологических наук, доценту Сибирского государственного университета путей сообщения Елизавете Владимировне Лаврентьевой.
К. ф.н., доц. зачитывает отзыв. (Отзыв прилагается).
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Слово предоставляется Марии Александровне для ответов на вопросы и замечания оппонента.
:
Благодарим Елизавету Владимировну за отзыв. Ответим на замечания и вопросы.
Первое замечание касается того, что императивная функция, на взгляд уважаемого оппонента, не является центральным компонентом. Мы благодарим за вопрос и постараемся объяснить, почему мы считаем, что императивная функция кулинарного рецепта преобладает над информативной. На наш взгляд, побуждение, заключающееся в тексте кулинарного рецепта, состоит не в том, чтобы побудить адресата приготовить данное блюдо, а в том, чтобы при возникновении такого желания побудить адресата делать это оговорённым в рецепте образом. Императивность, таким образом, непосредственно связана с облигаторностью. Степень облигаторности у РЖ кулинарного рецепта разнится от сферы к сфере; в профессиональной сфере она наиболее высока: готовить нужно только так, и никак иначе. Указанные действия обязательны к исполнению при возникновении определённой ситуации – ситуации приготовления данного блюда.
В «гастрономической» сфере может возникать побуждение и к самому процессу приготовления блюда («рекомендуем приготовить», «попробуйте сделать» и т. д.), но в данном случае происходит переакцентуация функций.
Ответ на вопрос об основаниях классификации сфер функционирования мы дали выше.
Ответим на вопрос, касающийся особенностей бытования жанра кулинарного рецепта в устной форме, в частности, в телевизионных кулинарных шоу. Специально жанр кулинарного рецепта в устной форме мы не изучали, поэтому каких-то особых наблюдений выделить не можем. Можно предположить, что устный кулинарный рецепт достаточно близок жанру бытового рассказа, и в нём будут более явно проявляться его черты. Хотелось бы отметить, что в указанных кулинарных шоу представлены не только (и не столько) кулинарные рецепты, но и другие жанры, при этом жанр рецепта может существовать в «разорванном» виде, будучи смешан с другими жанрами. Поскольку в задачи нашего исследования входило изучение именно жанра кулинарного рецепта, а не кулинарного дискурса в целом, подобные передачи остались вне поля нашего внимания. В принципе бытование жанра кулинарного рецепта в устной форме, конечно, тема дальнейшего исследования.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Елизавета Владимировна, Вы удовлетворены ответом?
К. ф.н., доц. :
Да.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
На этом официальная дискуссия по диссертации Марии Александровны Кантуровой заканчивается. Переходим к неофициальной. Уважаемые коллеги! Кто хотел бы высказаться по содержанию диссертации?
Пожалуйста, Алексей Александрович Чернобров.
Д. ф.н., проф. :
Я поддерживаю эту работу. На меня чрезвычайно благоприятное впечатление произвел и сам диссертант, и защита, и погруженность в материал – видно, что Мария Александровна занимается этим со студенческой скамьи, а может быть, и раньше. Я хочу привлечь внимание к нескольким вопросам. Два из них философские и один – культурологический. Я поддерживаю философов в мысли, что вопрос о жанрах – очень сложный. У нас постоянно возникают бурные дискуссии о жанрах, в основном в связи с Бахтиным. И мне очень понравилось, как с честью вышла из этого трудного положения диссертантка. Серьезность вопроса о жанрах состоит в том, что жанр нередко сопоставляют с биологической таксономией объекта. Но биологические объекты являются естественными образованиями, а жанры – искусственными, и стоит ли экстраполировать свойства биологической таксономии на лингвистики – сложный и дискуссионный вопрос. Каждая удачная попытка на этом поприще – это очень большое достижение. Какие-то элементы естественной таксономии жанров в этой работе, по-моему, удалось применить, хотя применять их, конечно, нужно с осторожностью. Второе достижение работы – то, что действительно расширена сфера дериватологии. Юрий Викторович Фоменко уже заметил, что вопрос о том, нужно ли, можно ли и до какой степени можно экстраполировать понятийный аппарат дериватологии на сферы текста и жанра, является спорным. Я бы сказал, что Мария Александровна убедила меня в той части, в которой это рассмотрено в ее работе, и с оговорками эту трактовку принять можно. В отзыве ведущей организации правильно было сказано, что эта экстраполяция позволяет нам произвести моделирование, соответственно, прогнозировать дальнейшее и реконструировать прошлое. Из философии известно, что это три главных функции науки – модерирование, прогнозирование и реконструкция. Я считаю, что методологически правильно двигаться в этом направлении, пусть по аналогии, но расширять устоявшиеся рамки. Именно это сделано диссертантом в своей узкой области, и сделано, на мой взгляд, в принципе, удачно. То, что это вызывает вопросы, это скорее философские и методологические затруднения, нежели недостатки диссертации. Третья мысль касается культурологии. захочет дальше заниматься рецептоведением – не жанроведением, а именно рецептоведением – то можно исследовать весьма интересные с культурологической точки зрения аспекты рецептов: и во временном срезе, и влияние иностранных кулинарных рецептов на отечественные. Изымать культурный компонент из лингвистического исследования невозможно, иначе получается выхолащивание, так что это серьезная перспектива работы. В целом, защита произвела на меня очень благоприятное впечатление, я поддерживаю эту работу и считаю, что диссертант заслуживает положительной оценки.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо, Алексей Александрович. Есть еще желающие выступить? Пожалуйста, Валерий Владимирович Мароши.
Д. ф.н., проф. :
Я, как литературовед, с большим вниманием слушал эту диссертацию, смотрел тезисы, и мне представляются очень интересными несколько моментов. Во-первых, диссертантка вступила в ту сферу, о которой уже говорили Алексей Александрович и другие, – сферу культурологии, то, что на Западе называется cultural studies, которую у нас открыли исследованием поваренных книг, книг о вкусной и здоровой пище те, кто стал западными славистами – космополиты вроде Вайля и Гениса в литературоведении. И следует отметить, что Марии Александровне удалось удержаться на научных позициях, не соскальзывая в культурологическую эссеистику. В исследовании есть определенная научная модель. Второй аспект. Теория жанров в литературоведении находится в долговременном кризисе, поэтому то, что удалось сделать в этой диссертации, то есть взять деривационную схему и применить ее к работе жанра в разных сферах, мне представляется очень интересным, поскольку последнее, что писалось в литературоведении на эту тему, это теория пародии Тынянова. И третье. В исследовании использовано много безумно интересных текстов, и еще многие хочется подсказать диссертантке, чтобы увидеть продолжение этой работы. Мы живем в мире безумного потребления евроатлантического мира, который нам уже навязан, поэтому в работе упоминается и Камасутра, и другие тексты, предназначенные для массового потребления, медийные тексты, что влечет за собой много интересных перспектив. Такого рода тексты были и в советской неофициальной литературе – вспомните Митьков, которые готовили зельц пополам с маргарином, и песню «Картошка в мундире», являющуюся весьма интересным образцом постсоветского фольклора... Поэтому в работе мне представляется очень правильной позиция, когда, скажем, тексты Дарьи Донцовой анализируются не как художественные, а как тексты, близкие бытовым или сфере масс-медиа, поскольку они действительно так и писались – мы знаем, что Донцова получает отчисления за рекламу в тексте, то есть за обязательное упоминание каких-то ключевых ингредиентов, полуфабрикатов определенных фирм. А в художественной сфере, то есть в немассовой, задействована в основном мутация. И в работе упоминается множество интересных примеров, связанных, например, с метатекстом, что мне, как человеку, занимающемуся современной литературой, показалось очень перспективным. Диссертация во всех смыслах новаторская по подходу, а кроме того, затрагивающая те сферы, которых лингвисты обычно не касаются – не только речевых жанров, но и их бытования в современной художественной литературе.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо, Валерий Владимирович. Пожалуйста, Ирина Петровна Матханова.
Д. ф.н., проф. :
Я тоже хочу поддержать эту работу и отметить два аспекта. Мне кажется, что эта работа важна не только для теории речевых жанров, но и для общей дериватологии, поскольку здесь показано, как усложнение объекта ведет к усложнению связей, механизмов и эксплицированию этих механизмов. Был бы любопытным обратный ход: от тех механизмов и наблюдений, которые были сделаны на более сложном объекте, вернуться к языковым знакам и посмотреть, нет ли там этих механизмов в свернутом, неявном виде. И второй момент, который я хотела бы отметить. Удачным представляется сочетание диахронного подхода, когда речь идет о формировании и становлении жанра, и синхронного, когда речь идет о функционировании жанра в разных сферах, правда, я бы не согласилась с толкованием деривационного инварианта – мне все же кажется, что это более абстрактное понятие. В целом я тоже поддерживаю эту работу.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо, Ирина Петровна. Я тоже хотела бы сказать несколько слов по поводу этой работы. У нас на кафедре целенаправленно речевыми жанрами никто не занимается, это побочный интерес у наших преподавателей. Тем не менее, по моим подсчетам, у нас на кафедре было защищено пять работ в рамках теории речевых жанров. Они очень разные, но я хотела бы выделить то общее, что у них есть. Это относится и к работе Марии Александровны Кантуровой. Все эти работы отталкиваются от классификации речевых жанров Татьяны Викторовны Шмелевой, а потом изо всех сил пытаются эту классификацию достроить, залатать дыры, соединить ее содержательные блоки. Эта классификация породила множество работ, выполненных совершенно шаблонно, где просто по выделенным признакам характеризуется тот или иной жанр. В представленной работе была сделана попытка сделать следующий шаг, поэтому диссертация очень удачна. Ранее были сделаны попытки рассмотреть речевой жанр с точки зрения когнитивных процессов, изучить ментальные сценарии, стоящие за тем или иным речевым жанром. В этой работе затронут другой аспект – деривационные процессы. Я думаю, при работе над проектом заключения совета надо подчеркнуть, как удачно Мария Александровна встраивается в эти попытки, поскольку к ее работе относится и понятие варьирования жанров, и первичные и вторичные жанры Бахтина, то есть происходит совершенствование существующей системы описания речевых жанров и по горизонтали, и по вертикали. Если говорить о вертикали, я привела бы в пример свою попытку рассмотреть речевой жанр доноса в диахронном аспекте – от чего он образовался, как, когда, как шло его развитие. В работе Марии Александровны анализируется горизонтальная плоскость, и описана она чрезвычайно интересно, качественно. Я поддерживаю эту работу и хочу сказать, что наша кафедра, в общем-то не занимаясь теорией речевых жанров, здесь преуспела. Хочу отметить также очень хорошую защиту.
Кто-нибудь еще хочет высказаться? Пожалуйста, Нина Александровна.
Д. ф.н., проф. :
Действительно, сегодня и защита была отличная – представление диссертации, ответы на замечания и вопросы, и замечательные отзывы – глубокие, серьезные, так что было интересно слушать, а так бывает не всегда. Еще я бы хотела отметить, что этот материал очень хорошо вписывается в лингвокультурологию, только в несколько другом аспекте – лингвоперсонология. Вы знаете, что есть антология лингвокультурологических портретов, изданная в Волгограде, – портреты английского джентльмена, монгольского кочевника… Почему бы не воссоздать образ русского кулинара? Например, на материале телевизионных шоу, тем более что таких шоу много. Интересен не только рецепт, но и его «окружение» – его история, происхождение, рассказ о нем. Такое исследование, как мне кажется, было бы очень интересно.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо, Нина Александровна. Еще есть желающие выступить? Марина Александровна Лаппо, пожалуйста.
К. ф.н., доц. , доцент кафедры современного русского языка ИФМИП НГПУ:
Уважаемые коллеги, члены диссертационного совета, позвольте сказать несколько слов. Тема этой диссертации была мне очень интересна, потому что мне кажется, что тема образа, инварианта, прототипа – ключевая тема для современной лингвистики и филологии. Что касается Марии Александровны, я знаю ее не первый год, читала рукопись на разных этапах ее подготовки – и для обсуждения на аспирантском семинаре, и для обсуждения на заседании кафедры. Мария Александровна кажется мне очень внимательным молодым исследователем, сумевшим учесть и реализовать многие замечания кафедры современного русского языка. Вообще, это очень интересный случай, когда курсовая работа о жанре перерастает в дипломную работу о книге рецептов и теперь – в кандидатскую диссертацию. Уверена, что это действительно очень перспективная тема, и эта работа вместе с некоторыми другими открывает новую страницу в изучении категории жанра.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо. Соискателю предоставляется заключительное слово.
:
Я хочу поблагодарить уважаемых членов диссертационного совета, председателя совета за проявленное внимание к нашему научному исследованию, интересные вопросы и благожелательное отношение.
Благодарю ведущую организацию, в частности, Людмилу Георгиевну Гынгазову, и уважаемых оппонентов Наталью Васильевну Орлову и Елизавету Владимировну Лаврентьеву за подробный и тщательный анализ диссертации, за проявленный интерес, положительную оценку труда, высказанные полезные замечания и пожелания. Ваши отзывы очень вдохновили меня и придали уверенности в своих силах.
Благодарю всех, кто прислал отзывы на автореферат: Наталью Ильиничну Коновалову, Ольгу Анатольевну Казакову, Ирину Константиновну Мухину.
Благодарю своих коллег по кафедре современного русского языка за внимание к работе, за полезные вопросы и замечания, рождавшиеся в ходе дискуссии. Благодарю Елену Викторовну Скворецкую, Марину Александровну Лаппо, Ирину Петровну Матханову за внимательное и критическое отношение к исследованию, за отзывы и оценки, которые помогли улучшить работу. Благодарю Татьяну Александровну Трипольскую за ценные идеи, благодаря которым мы смогли несколько раз посмотреть на нашу работу под неожиданным углом, что привело к качественному изменению работы. Благодарю Ольгу Александровну Маркасову за поддержку.
Благодарю своих коллег по кафедре журналистики, которые всегда поддерживали меня и не давали мне пасть духом. Спасибо Елене Вениаминовне Евдокимовой, Ирине Геннадьевне Катенёвой, Ирине Викторовне Мазуриковой за деятельную помощь, как психологическую, так и практическую. Без вас мне было бы гораздо сложнее.
Отдельно и с большим удовольствием хочу поблагодарить своего научного руководителя, Татьяну Ивановну Стексову. Татьяна Ивановна поддерживала, курировала и вдохновляла меня как в научном, так и в жизненном плане. Я очень рада, что мне довелось работать именно под началом Татьяны Ивановны, поскольку лучшего руководителя, мне кажется, нельзя пожелать. Вы наилучшим образом сочетаете в своём отношении строгость и заботу. Ваши помощь и поддержка неоценимы.
Спасибо всем!
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо. Присаживайтесь. Переходим к процедуре тайного голосования. Предлагаю избрать счетную комиссию для проведения тайного голосования в составе: д. ф.н., проф. , д. истор. н., проф. , д. ф.н., проф. . Предлагаю голосовать. Кто «за»? Кто «против»? Кто воздержался? Принято единогласно. Прошу комиссию приступить к работе.
Перерыв на голосование.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Продолжаем заседание. Слово предоставляется председателю счетной комиссии для ознакомления с итогами голосования.
Д. ф.н., проф. :
Уважаемые члены диссертационного совета!
Протокол № 1 заседания счетной комиссии, избранной диссертационным советом Д 212.172.03 при ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет» от «21» декабря 2012 г.
Состав избранной комиссии: председатель д. ф.н., проф. , члены д. истор. н., проф. , д. ф.н., проф. . Комиссия избрана для подсчета голосов при проведении тайного голосования по диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук по специальности 10.02.01 – русский язык (филологические науки).
Состав диссертационного совета утвержден в количестве 26 человек на срок действия номенклатуры специальностей научных работников (приказ Рособрнадзора от 01.01.2001 № об утверждении совета).
Присутствовали на заседании из 26 – 19 членов совета, в том числе 6 докторов наук по профилю рассматриваемой диссертации.
Роздано бюллетеней – 19.
Осталось нерозданных бюллетеней – 7.
Оказалось в урне бюллетеней – 19.
Результаты голосования по вопросу о присуждении ученой степени кандидата филологических наук :
за – 19,
против – нет,
недействительных бюллетеней – нет.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Кто за утверждение протокола счетной комиссии, прошу голосовать. Кто «за»? Единогласно. Кто «против»? Нет. Воздержавшихся тоже нет. Протокол утверждается.
Теперь нам нужно принять заключение совета. Проект Заключения роздан всем членам совета. Все ознакомились? У кого имеются замечания по предложенному проекту? Пожалуйста, Нина Александровна.
Д. ф.н., проф. :
Проект нужно основательно редактировать. Например, три раза повторяется «расширение области действия дериватологии». Некоторые формулировки вызывают сомнение – «разработана новая научная идея» и тому подобное. Я передаю свой экземпляр с внесенными поправками.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо большое. Игорь Витальевич, пожалуйста.
Д. ф.н., проф. :
У меня замечание общего характера. Мне кажется, что проект заключения написан в «заместительном» стиле. Он становится понятен, когда посидишь на защите, почитаешь автореферат или прочитаешь целиком диссертацию. Он отсылочный. «Предложены оригинальные суждения», «нетрадиционный подход», «введены трактовки понятий» – хочется спросить, каких именно, что именно. Мне кажется, что необходимо текст заключения наполнить содержанием работы.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Спасибо. Есть ли еще замечания? У меня такие предложения. Формулировку «предложены оригинальные суждения» следует убрать. Нужно писать о том, что разработано, что выявлено, что определено, что сделано. Неудачна формулировка «разработана идея». Мне кажется также, что после сегодняшних отзывов стало особенно явно, что необходимо отметить, какой вклад вносит исследование в систему описания взаимодействия речевых жанров – не только в терминах дериватологии, но и в терминах теории речевых жанров. Следует также убрать скобочные конструкции.
Пожалуйста, Ирина Петровна.
Д. ф.н., проф. :
Я хочу отметить, что слово «оригинальные» в формулировке «предложены оригинальные суждения» – не оценочное, а обозначающее то, что работа не списана. Так что эту формулировку надо оставить.
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Есть ли ещё суждения? Нет. Предлагаем принять данный текст Заключения с учетом предложенных поправок. Прошу голосовать. Кто «за»? Кто «против»? Нет. Воздержавшиеся? Нет. Принято единогласно.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ ДИССЕРТАЦИОННОГО СОВЕТА ПО ДИССЕРТАЦИИ
на соискание ученой степени кандидата филологических наук
Далее приводится полный текст заключения диссертационного совета
Зам. председателя диссертационного совета д. ф.н., проф. :
Объявляю постановление совета. На основании результатов тайного голосования членов диссертационного совета Д 212.172.03 при ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет» (за – 19, против – 0, недействительных бюллетеней – 0) считать, что диссертация Кантуровой Марии Александровны соответствует требованиям, предъявляемым к диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук (п. 7 «Положения о порядке присуждения ученых степеней»), и присудить ученую степень кандидата филологических наук Кантуровой Марии Александровне. Поздравляем, Мария Александровна! Заседание совета окончено.
Заместитель председателя
диссертационного совета,
д. ф.н., профессор
Ученый секретарь
диссертационного совета,
к. ф.н., профессор
