Сборник научных статей

«Булгаковские чтения»

Сборник научных статей

II Международная научная конференция

(памяти )

ПРЕДЕЛЫ СУБЪЕКТИВНОСТИ В СТРУКТУРАХ

СОЦИАЛЬНОГО ПОРЯДКА

Камашева А. Н.,

аспирант каф. философии Удмуртского госуниверситета

За последние три десятилетия в западной теоретической социологии создан ряд оригинальных концепций, касающихся того, что, собственно, представляет собой реальность, изучаемая социологией, и возможно ли вообще ее теоретическое описание. Одним из ведущих теоретиков является английский социолог Э. Гидденс, развивший оригинальную концепцию, названную им «теорией структурации».

Центральное понятие теории структурации - практическое сознание. Это осознание социальных правил, стержень той «сознательности», которая специфически характеризует агентов.

Как социальные акторы все люди хорошо «обучены» тому знанию, которым они располагают и применяют в производстве и воспроизводстве ежедневных социальных ситуаций: в основном такое знание является не теоретическим, а практическим по своему характеру.

86

Здесь подразумеваются формулы, которые постоянно возникают в ходе повседневной деятельности и обусловливают структурирование большей части происходящего в повседневной жизни. «Большинство правил производства и воспроизводства социальных практик схватываются акторами только внутренне: они знают, как «продолжать»1. Более того, они вынуждены продолжать и не могут не продолжать, т. к. практическое сознание, вплетенное в рутины повседневности, в когнитивном и эмоциональном планах является основным генератором чувства онтологической безопасности, обеспечивающим «ответами» на основные экзистенциальные вопросы, неизбежно встающие перед каждым человеческим существом: о конечности человеческой жизни, о сосуществовании с другими, об обеспечении непрерывности личностной идентичности.

Практическое сознание есть, по сути, тот отпечаток в памяти, ориентирующий поведение агентов, который делает возможным существование общества, социальной системы. «Производство общества суть умелое осуществление, обеспечиваемое и реализуемое человеческими существами. Оно становится возможным лишь потому, что каждый член общества как бы является практикующим социальным теоретиком. Осуществляя любого рода взаимодействия, он обычно обращается к своим знаниям и теориям, и именно использование этих практических ресурсов есть условие осуществления взаимодействия вообще»2.

Социальная система есть результат социальных практик, которые реализуются исходя из правил, внутренне присущих агентам, однако правила есть результат этих практик. Так реализуется принцип дуальности структуры, которая понимается Гидденсом как нечто виртуальное. Под виртуальностью структуры подразумевается, что «социальные системы, будучи воспроизводящимися социальными практиками, не имеют структур, а скорее демонстрируют структурные качества, и что структура как пространственно-временная сущность существует только в своих проявлениях в таких практиках, а также в виде отпечатков в памяти, ориентирующих поведение агентов»3. Она содержит своего рода субъектно-объектные отношения, т. к. это, одновременно, и объективированный продукт социальных практик, и сознательная (knowledgeable) деятельность акторов, при помощи которой производятся и воспроизводятся системы. Структура находится вне времени и пространства, но в ходе сложного сплетения повседневных практик, размещенных в пространстве и времени образуется социальная материя, обладающая структурными свойствами.

1 Устроение общества. М., 2003. С. 66

2 Там же С. 71

3 Там же. С. 59

87

Э. Гидденс подчеркивает, что структуру не следует понимать как принуждение. Не даром он начинает с критики функционализма и структурализма - структура не есть что-то объективное, существующее вне человека и для него недосягаемое. Наоборот, структура «не является внешней по отношению к индивидам. Как «отпечатки» памяти и то, что проявляется в социальных практиках, она, в определенном смысле, скорее, внутренняя, чем внешняя по отношению к деятельности индивидов (в терминах Дюркгейма)» 1.

«Знание социальных конвенций, себя самого и других людей, заложенное в способности «продолжать» во всем многообразии контекстов социальной жизни, чрезвычайно и поразительно»2, как отмечает Э. Гидденс. Социальная деятельность не создается социальными акторами, а лишь постоянно воспроизводится ими, причем теми самыми средствами, которыми они реализуют себя как акторы. В своей деятельности и посредством этой деятельности агенты воспроизводят условия, которые делают ее возможной.

Заслугой теории является преодоление традиционных для классической социологии оппозиции структуры и действия, субъективного и объективного, индивидуального и социального, микро - и макроаналитических уровней. Однако не совсем ясно как происходит развитие в мире беспрестанных и глубочайших изменений, о которых говорит Э. Гидденс. В то время, когда отсутствует единственно верная точка отсчета и возникает брешь в смысловой непрерывности жизненного мира, которая становится все очевидней, появляется вопрос, о причинах социальных и исторических изменений.

Структура дуальна - она, с одной стороны, находится вне времени и пространства и реализуется в ходе ежедневных практик благодаря структуральным свойствам систем. С другой стороны, структура соответствует правилам, изначально вмонтированным в агента (хотя и осознаваемым), и ресурсам, «которые относятся к способам, посредством которых отношения трансформации входят в производство и воспроизводство социальных практик»3. Э. Гидденс пишет, что «структура поддерживается, проявляется и координируется через «отпечатки» в памяти и характеризуется «отсутствием субъекта»4, однако «структура не имеет существования, независимого от знания, которым располагают акторы, о том, что они делают в своей повседневной деятельности»5. Итогом этих высказываний является вывод, что акторы, успешно осуществляющие социальные практики, субъектами не являются. Индивиды способны рутинно и без особой суеты поддерживать

1 Там же. С. 70

2 Там же С. 70

3 Там же С. 60.

4 Там же. С. 69.

5 Там же. С 71.

88

постоянное «теоретическое понимание» оснований своей деятельности. Однако эта способность актора к сознательности (knowledqeability) основана скорее на практическом, чем на дискурсивном сознании. Э. Гидденс отмечает, что «теоретическое понимание» не должно отождествляться ни с дискурсивным приданием смысла определенным моментам поведения, ни со способностью дискурсивно обозначить эти резоны» 1. Правила, структурирующие повседневное взаимодействие, гораздо жестче закреплены, чем законы и обладают большей принуждающей силой. Их не формулируют, т. к. «дискурсивная формулировка правила уже является интерпретацией правила и может изменять форму его применения»2, чего допускать нельзя, т. к. это влечет за собой угрозу безопасности.

Пересечение множества практик образует социальную материю, обеспечивает акторов чувством онтологической безопасности, тем состоянием, когда задавать вопросы и дискурсивно их оформлять не является необходимым. При этом субъектом деятельности (актором или агентом) является «личность, соотнесенная с телом», которое как бы знает, «как продолжать». В ситуациях повышенной тревожности практическое сознание уступает место дискурсивному, где отсутствуют постоянные, т. е. рутинные координаты, и «личность теряется в бессодержательном универсуме знаков» или полностью поглощается деятельностью, без остатка растворяется в ней. Таким образом, на дискурсивном уровне, где единственно конституируется личностная идентичность, понятия структуры и социального действия оказываются несовместимыми.

Итак, центральным понятием теории структурации является практическое сознание, представляющее собой некие формулы и правила, которые акторы знают только внутренне, не артикулируя, но которые обеспечивают успешные повседневные взаимодействия. Эти правила формируются в результате рутинных практик, которые ими и обосновываются. Так реализуется принцип дуальности структуры, которая представляет собой субъектно-объектные отношения, реализуемые на уровне практического сознания со стороны субъектов и объективируемые в виде повседневных практик. Однако в состояниях саморефлексии, соответствующих уровню дискурсивного сознания, личность, соотнесенная с телом, не знает, «как продолжать», что знаменует собой конец социальной системы, существование которой теория структурации и призвана объяснить.

1 Там же. С. 44.

2 Там же. С. 66.