Воплощение говорящего закона

ЮЖНО-КАЗАХСТАНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

ВОПЛОЩЕНИЕ ГОВОРЯЩЕГО ЗАКОНА

Мадияр БАЛКЕН,

судья специализированного межрайонного экономического суда Южно-Казахстанской области

Начальный практический опыт
работы судьей и знакомство с
казахстанской системой правосудия изнутри позволяют мне сделать первые выводы о проблемах и перспективах развития судебной власти в Казахстане.

На мой взгляд, судебно-правовая реформа, начатая у нас более десяти лет назад, дала ощутимые положительные результаты во многих направлениях регулирования правовых отношений. Институт судебной власти в республике был сформирован в соответствии с требованиями общественных и экономических реформ. Однако, как любая система, направленная на упорядочение и регулирование определенной сферы общественных отношений, система правосудия нуждается в дальнейшем усовершенствовании и развитии.

Задачи, поставленные Президентом Назарбаевым в Послании народу, несомненно, должны послужить четким ориентиром в процессе поэтапного реформирования судебной власти, повышения эффективности правосудия, усиления гарантий защиты прав и интересов граждан и других субъектов правоотношений. Острая необходимость разрешения поставленных задач была также подчеркнута и на ІV съезде судей страны.

Несмотря на замечания, а иногда и обвинения, высказываемые в средствах массовой информации в адрес служителей Фемиды, можно отметить, что опыт работы судов Южно-Казахстанской области позволяет констатировать определенные достижения в развитии и улучшении института правосудия в нашем регионе. Высокие требования руководства областного суда к судьям направлены на повышение качества отправления правосудия, обеспечение оперативности рассмотрения дел, неукоснительное соблюдение закона, норм судейской этики, искоренение элементов коррупции среди судей.

Анализируя происходящие изменения и существующие проблемы в судебной системе, хочу обратить внимание на то, что обсуждаемые вопросы обоснованы, прежде всего, историческим развитием права, ярким примером чего служит опыт дореволюционной российской цивилистики, многочисленные юридические технологии которой легли в основу развития современного гражданского права на постсоветском пространстве.

По высказыванию немецкого философа Иеринга, “судья должен быть воплощенным, говорящим законом”. Известный российский ученый-цивилист Е. Васьковский еще в 1917 году в одной из своих работ отметил, что “суд является опорой правового порядка; он проводит законы в жизнь; он восстанавливает нарушенные права и карает правонарушителей; благодаря ему граждане могут спокойно пользоваться своим имуществом и плодами своих трудов. Без преувелечения можно сказать, что хороший суд – основа государственного строя (justіtіa fundamentum regnorum)”.1 

В соответствии с распространенной в указанный период российской доктриной и практикой судопроизводства, гарантиями беспристрастного и правильного отправления правосудия признавали следующие условия:

1) рациональность системы комплектования судейского персонала;

2) самостоятельность и независимость судебной власти;

3) обеспеченность судейской карьеры посредством:

а) несменяемости судей,

б) рациональной системы повышений и наград членов судейского корпуса,

в) несовместимости работы судьи с иными видами профессиональной деятельности,

г) рациональной системы надзора и ответственности судей,

д) материальной обеспеченности;

4) коллегиального устройства судов;

5) инстанционной системы судоустройства.

Указанные положения и принципы не являются для нас новыми и в целом, наверное, не нуждаются в дословном комментарии, за исключением некоторых.

Касательно системы надзора и ответственности судей в дореволюционной России особое внимание обращали на недопустимость ущемления самостоятельности деятельности судей, предотвращения какой-либо их зависимости от органов надзора и дисциплинарной власти. По мнению цивилистов конца XІX - начала XX в. в., дисциплинарная власть над судьями должна была принадлежать органам судебного ведомства. Дисциплинарная ответственность не подлежала распространению на внутреннюю сторону судейской деятельности и не должна была нарушать свободы судейского убеждения. Также была недопустима возможность личного усмотрения и произвола при наложении взысканий на судей. Уголовная же ответственность судей за неправосудные постановления должна была ограничиваться исключительно случаями умышленного неправосудия и никак не могла наступать за неправильное разрешение дел, обусловленное невольными погрешностями и ошибками.

Коллегиальное устройство судов, в том числе по первой инстанции, предлагалось в тот период как одно из наиболее подходящих условий повышения качества отправления правосудия. Современный опыт устройства судов в зарубежных странах содержит самые различные варианты решения данного вопроса. Так, опыт Франции, Германии, Швейцарии, Италии показывает, что единоличное рассмотрение гражданских дел практикуется в первой инстанции только в низших звеньях судебной системы - мировых, районных, участковых, окружных судах, рассматривающих несложные категории дел (семейные, жилищные споры, дела о вынесении судебных приказов, имущественные споры на сумму от 3000 до 7000 евро). Следует отметить, что в этих странах практикуется формирование состава судов в низшем звене из непрофессиональных судей (предпринимателей, работодателей, работников и т. д.). Более сложные дела, подлежащие рассмотрению по первой инстанции профессиональными судьями, как правило, рассматриваются там коллегиально. В отличие от приведенных европейских стран в США в судах первой инстанции доминирует рассмотрение дел единоличным составом суда.2 

По нашему мнению, с точки зрения обеспечения качества отправления правосудия, контроля за соблюдением законности и по целому ряду других критериев, предпочтительным является опыт стран континентальной Европы, хотя данный подход требует определенных материальных и прочих затрат.

Инстанционная система ревизии постановлений судов по мнению дореволюционных цивилистов должна быть построена исходя из соображения обустройства судов второй инстанции для перевершения дел по существу и возложения на Верховный Суд обязанности наблюдения за единообразием судебной практики. Опыт реформ европейских судов XІX века показывает, что увеличение числа инстанций, рассматривающих дела по существу, снижает эффективность правосудия, предоставляя возможность “затягивать и запутывать производства, делая процессы, по выражению юриста того периода, бессмертными”.

Изложенные в качестве иллюстрации положения законодательства конца XІX - начала XX веков подтверждают обоснованность проблем, обсуждаемых в нашем сообществе, а также свидетельствуют о необходимости дальнейшего развития судебной власти в Казахстане и углубления правовых реформ. Вместе с тем, сегодня у нас активно обсуждаются другие вопросы, которые, вполне возможно, могут послужить новеллами нашего законодательства.

В ходе проведенных в июне этого года в Алматы семинара и международной научно-практической конференции по проблемам и перспективам развития исполнительного производства был обсужден целый комплекс вопросов исполнительного производства и судопроизводства в Казахстане и по итогам обсуждений были разработаны рекомендации по усовершенствованию казахстанского законодательства. Была отмечена необходимость изучения международного опыта как в области исполнительного производства в целом, так и в части института частных судебных исполнителей в целях решения вопроса о возможности его внедрения в казахстанское законодательство. Для повышения эффективности исполнения решений судов большое внимание было уделено проблемам улучшения условий деятельности судебных исполнителей как посредством улучшения их материально-технического обеспечения, так и путем усовершенствования процедурных вопросов их деятельности. Острыми были обсуждения вопросов исполнительской санкции, проблем выдачи органами прокуратуры санкций на арест банковских счетов должников, необходимости разработки и усовершенствования норм о порядке ведения исполнительного производства, методических рекомендаций о действиях и актах судебных исполнителей, механизма продажи арестованного имущества, порядка обращения взыскания на дебиторскую задолженность, введения единой компьютеризированной системы данных по регистрации и учету движения исполнительных документов, по улучшению кадровой работы и профессиональной подготовки специалистов. Думается, в будущем казахстанское законодательство ожидает еще целый ряд интересных изменений, которые послужат целям улучшения системы правосудия и создания в Казахстане действенного и эффективного механизма гарантии и защиты интересов граждан и других участников общественных отношений.

1 Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса/ под ред. В.А. Томсинова - М.: Издательство “Зерцало”, 2003, с. 18.

2 Елисеев Н.Г. Гражданское процессуальное право зарубежных стран: Учеб. – М.: ТК Велби, изд-во Проспект, 2004.