Ответственность в международном атомном и международном космическом праве

Санкт-Петербургский государственный университет

На правах рукописи

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

В МЕЖДУНАРОДНОМ АТОМНОМ И

МЕЖДУНАРОДНОМ КОСМИЧЕСКОМ ПРАВЕ

Специальность 12.00.10 – международное право; европейское право

А В Т О Р Е Ф Е Р А Т

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Санкт-Петербург

2004

Работа выполнена на кафедре международного права юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета.

Научный руководитель: заслуженный деятель науки

доктор юридических наук, профессор,

Сергей Александрович Малинин

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, доцент,

Елена Степановна Молодцова

кандидат юридических наук,

Виктория Валерьевна Харченко

Ведущая организация: Санкт-Петербургский государственный морской технический университет

Защита состоится «____» _________ 2004 года в ___ час. ___ мин. на заседании диссертационного совета Д 212.232.31 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук при Санкт-Петербургском государственном университете Санкт-Петербург, Васильевский остров, 22 линия, д. 7, зал заседаний Ученого Совета.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке им. Санкт-Петербургского государственного университета (Санкт-Петербург, Университетская набережная, д. 7/9).

Автореферат разослан: «___» ________ 2004 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета

Общая характеристика работы

Международное атомное и международное космическое право можно назвать относительно новыми отраслями международного права. Появившись в ХХ веке, они не только строились на уже сложившихся принципах и общепризнанных нормах международного права, но и сами оказали заметное влияние на международное право, в целом.

Не в последнюю очередь это касается вопросов международной ответственности. Возникают новые направления национальной деятельности, опасность которых для окружающих такова, что даже принятие всех необходимых и возможных мер безопасности не исключает причинение ущерба, причем ущерба значительного по своему размеру. Потребность защиты интересов как государств, так и других субъектов (в том числе, физических и юридических лиц), привела к разработке и принятию универсальных международных договоров в этой сфере. Появились даже специальные термины: «абсолютная ответственность», «объективная ответственность», которыми многие исследователи ошибочно называют любую ответственность в атомном и космическом праве.

Вместе с тем развитие международных отношений и сотрудничество приводит к появлению новых проблем, которые требуют разрешения. Не только в российской, но и в иностранной научно литературе в совершенствовании института ответственности видят одно из направлений развития международного права.[1] Но на наш взгляд работа по совершенствованию международно-правового регулирования вопросов международной ответственности должна вестись без разделения на ответственность за противоправное поведение и правомерную деятельность. Иначе неизбежно доминирование того или иного направления, что мы и можем наблюдать в настоящее время в работе Комиссии международного права ООН[2].

Понимая международное право как систему, т. е. совокупность норм, взаимосвязанных между собой и регулирующих отношения, можно предположить, что несение ответственности в отраслях международного права должно строиться на общих принципах или нормах ответственности в международном праве. Однако когда ведут речь об ответственности в международном атомном и международном космическом праве, то имеют ввиду ответственность за правомерную деятельность. Такая ответственность не просто вменяется без вины, но и может носить ограниченный с точки зрения ущерба, подлежащего возмещению, характер. Это, в свою очередь, позволяет некоторым исследователям либо делать вывод о том, что подобная ответственность является перспективной[3], либо, что она вообще не имеет с институтом ответственности ничего общего. Кроме того, все осложняется еще и тем, что круг субъектов несения ответственности в международном атомном и международном космическом праве не совпадает с кругом субъектов международного права. Дело в том, что помимо традиционных для международных отношений субъектов – государств и межгосударственных организаций – в отношения, регулируемые рассматриваемыми отраслями, могут вступать неправительственные организации, физические и юридические лица различных государств. Для них так же может возникнуть эксцесс деятельности, влекущий ущерб, и в этом случае необходимо решать вопрос о возложении на них обязанностей по его возмещению, т. е. ответственности.

Такое положение ответственности в указанных отраслях усугубляется еще и тем, что в международном праве отсутствуют универсальные договорные нормы, которые бы определяли общие начала ответственности и были бы применимы к любым международным отношениям. Следует надеяться, что ситуация здесь может измениться в лучшую сторону в связи с принятием Комиссией Проекта статей об ответственности государства за международно-противоправные деяния, одобренного во втором чтении Комиссией международного права ООН на 53-ей сессии 31 мая 2001 г. Отметим, что и сами отношения в области международного атомного и космического права меняются. В двусторонних отношениях некоторые универсальные принципы получают новую интерпретацию, отмечается «коммерциализация» данных отраслей.

Сложившаяся ситуация подвигла нас на исследование юридической природы и особенностей международной ответственности в названных двух отраслях международного права. При этом исследуются как общие нормы об ответственности, сложившиеся в практике международных отношений, хотя и не нашедшие договорного закрепления, так и опыт отраслевого международного сотрудничества в указанных областях. Следовательно, актуальность выбранной темы обусловлена необходимостью определить место ответственности за деятельность в исследуемых отраслях в международном праве, ее юридическую природу.

Объектом исследования являются международные отношения по возмещению ущерба, причиненного в результате осуществления правомерной деятельности по мирному использованию ядерной энергии и исследованию и использованию космического пространства.

Предметом исследования является определение понятия ответственности в международном атомном и международном космическом праве, оснований такой ответственности, ее субъектного состава, форм и видов, а также порядка ее несения.

Основными целями исследования являются установление в международном атомном и международном космическом праве:

а) юридической природы ответственности в международном атомном и космическом праве;

б) признаков ответственности в случае причинения вреда правомерной деятельностью;

в) сходства и различия между несением ответственности за причинение ядерного ущерба и ущерба при исследовании и использовании космического пространства.

Для достижения указанных целей решаются следующие задачи:

1)  рассмотреть понятие, юридическую природу и признаки международной ответственности, выработанные наукой международного права, отраженные в международных документах, деятельности международных органов[4] и организаций;

2)  установить содержание ответственности в международном атомном и международном космическом праве;

3)  выявить круг международных правовых норм, регулирующих ответственность в названных двух отраслях международного права;

4)  определить основания ответственности;

5)  установить круг субъектов, несущих ответственность;

6)  выявить виды международной ответственности в международном атомном и международном космическом праве;

7)  сравнить формы международной ответственности в международном атомном и международном космическом праве;

8)  осуществить исследование порядка несения международной ответственности в этой области.

Для решения поставленных задач используются следующие методы научного познания: исторический, сравнительный, дедуктивный методы, анализ и синтез.

Разработанность темы. Общими вопросами международной ответственности занимались такие известные международники как , , . В работах указанных авторов проводилось исследование института международной ответственности, чаще всего безотносительно к какой-либо отрасли международного сотрудничества. Вопросами ответственности в международном космическом и атомном праве занимались , , . Однако они исследовали ответственность только в какой-то определенной отрасли международного права (атомное право, космическое право, экологическое право), не пытаясь сравнить нормы об ответственности в указанных отраслях между собой, установить связи между ними и институтом ответственности общего международного права. В их работах не были учтены такие новые тенденции в развитии международных отношений в атомном и космическом праве, как активизация деятельности межгосударственных организаций и проблемы их ответственности, участие в отношениях физических и юридических лиц различных государств и возможность возложения ответственности на них, причинение трансграничного ущерба и ущерба окружающей среде и т. д.

Кроме того, в ходе исследования использованы работы следующих ученых: Д. Анцилотти, , Я. Броунли, , , Л. Оппенгейма, , и др.

Основной интерес к исследованию вопросов ответственности приходится на 50–70 гг. XX века. Однако отдельные аспекты затрагиваются и в современных исследованиях, например, выполненных , Инь Юй Хай, , .

Научная новизна исследования заключается в том, что ответственность в международном атомном и международном космическом праве здесь рассматривается как явление частное (специфическое), по отношению к международной ответственности вообще, т. е. имеющее одинаковые с ней природу и признаки, но обладающие рядом черт, которые мало изучены в литературе. В работе устанавливается это сходство и различие; исследуются различные основания ответственности, включая правомерное поведение субъекта, причинившее вред.

В частности, рассматриваются вопросы, не получившие серьезного изучения в науке международного права: последствия причинения трансграничного ущерба и его возмещение, несение ответственности в указанных отраслях межгосударственными организациями и их членами, имплементация ответственности, включая ее гарантирование с помощью страхования.

Кроме того, следует отметить, что новые тенденции в развитии отношений, регулируемых международным атомным и космическим правом, заставляют поставить вопрос о новом исследовании и пересмотре существующих норм международного права. В космическом праве основной такой тенденцией выступает коммерциализация исследования и использования космического пространства. В этом смысле положения Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами, 1972 года уже не вполне адекватны складывающимся отношениям.

В международном атомном праве действует целый комплекс международных договоров, устанавливающих ответственность: Брюссельская конвенция об ответственности операторов ядерных судов от 01.01.01 года; Венская конвенция о гражданской ответственности за ядерный ущерб от 01.01.01 года (в редакции Протокола от 01.01.01 года); Конвенция об ответственности в отношении третьих лиц в области ядерной энергии от 01.01.01 г. (с изменениями, внесенными Дополнительным Протоколом от 01.01.01 г. и Протоколом от 01.01.01 г.); Конвенция о гражданской ответственности в области морских перевозок ядерных материалов 1971 года. Основным аргументом в пользу пересмотра является недостаточность и неоперативность возмещения. Как отмечают М. Эльбарадей, Э. Ногугу, Дж. Рэймс, Чернобыльская авария показала, что существующий конвенционный механизм не гарантирует быструю и скорую компенсацию из-за ограниченной сферы применения конвенции, узкого понимания ущерба и низкого уровня возмещения.[5] Произошедшие после этого и происходящие в настоящее время изменения этой системы регулирования не нашли еще своего отражения в научных исследованиях.

На защиту выносятся следующие положения:

1.  Ответственность в международном атомном и космическом праве имеет свою специфику, в значительной степени отличающую ее от ответственности в других отраслях международного права. В первую очередь, это то, что ответственность носит абсолютный характер, т. е. означает безусловное обязательство оператора возместить причиненный вред. В международном атомном праве такая ответственность наступает, в том числе, при отсутствии вины. В международном космическом праве абсолютная ответственность запускающего государства предусмотрена за вред, причиненный на поверхности Земли и воздушному судну в полете, а виновная ответственность – за вред, причиненный одним космическим объектом другому космическому объекту. Ответственность за ущерб третьим лицам в атомном праве возмещается в любом случае, а в космическом, только если причинен вне космического пространства, т. е. на поверхности Земли или в воздушном пространстве.

2.  В указанных отраслях международного права ответственность носит ограниченный характер. В атомном праве она была ограничена конвенционно и на протяжении последних десятилетий наблюдается тенденция к постепенному увеличению пределов ответственности (в настоящее время максимальный предел 300 СПЗ). В космическом праве ответственность изначально не была ограничена, но использование такого средства, как страхование, привело к тому, что гарантировано не полное возмещение ущерба, а в установленном в договоре страхования размере (в РФ – от 10 до 40 млн. долларов США для каждого запуска).

3.  В исследуемых отраслях ответственность несут специфические субъекты. Нормативные акты закрепляют, что в международном атомном праве ответственность несет оператор, в международном космическом праве – запускающее государство или межгосударственная организация. В космическом праве; однако, коммерциализация космической деятельности требует пересмотра этого положения и установление ответственности для определенного субъекта, например, по аналогии с атомным правом, запускающей организации, что позволит переложить груз ответственности на тех субъектов, которые собственно и занимаются космической деятельностью, а государству оставить роль гаранта несения ответственности указанными субъектами;

4.  В международном атомном и космическом праве деятельность, в результате которой может быть причинен ущерб, ведут различные субъекты. Особое место среди них занимают межгосударственные организации. Такое положение связано с бытующим до сегодняшнего дня мнением, что сами межгосударственные организации не могут нести ответственность, а она возлагается солидарно на государства-члены. С этим нельзя согласиться. В первую очередь ответственность должна нести сама межгосударственная организация, а ответственность государств-членов может быть солидарной и субсидиарной.

5.  Размещение ядерного оружия и его испытание в космическом пространстве запрещено международным правом. Однако нет прямого запрета на использование ядерных источников энергии в космосе. В случае причинения ущерба космическим объектом с ядерным источником энергии возникает вопрос, какие нормы будут регулировать эти отношения. По мнению диссертанта, если причиняется ядерный ущерб, то в любом случае ответственность наступает в соответствии с нормами атомного права.

6.  В международном атомном праве в настоящее время действует комплекс международных договоров, устанавливающих ответственность в данной сфере. Российская Федерация не связана международными обязательствами ни по одному из этих договоров. Анализ двусторонних договоров показывает, что вопросам ответственности там не уделяется внимания. Если учесть еще и отсутствие внутреннего российского законодательства об ответственности за ядерный ущерб, то налицо правой вакуум в данной сфере. Представляется, что присоединение и скорейшая ратификация универсальных договоров Российской Федерацией позволили бы исключить проблему ответственности за ядерный ущерб в случае его причинения. Учитывая, что нормы перечисленных универсальных договоров могут непосредственно применяться и к внутренним отношениям, одновременно можно было бы решить и проблему пробелов российского законодательства.

7.  Реализация ответственности в международном атомном и космическом праве строится на системе ее гарантирования. Чаще всего им выступает страхование. В основном страхование осуществляется юридическими лицами и предполагает возмещения ущерба в определенной договором страхования сумме. Поскольку ущерб, причиняемый в результате атомной или космической деятельности, может иметь катастрофические последствия, то, на наш взгляд, лучшим выходом было бы создание государственных фондов, в которых аккумулируются средства, идущие на погашение ущерба, возникшего в результате космической деятельности. В том случае, если речь идет о сотрудничестве государств и совместной эксплуатации космических объектов, то фонд может стать межгосударственным.

Практическая значимость. Выводы и предложения, сформулированные в процессе исследования, могут быть использованы: при подготовке международных универсальных и двусторонних договоров; в процессе реализации существующих норм международного права; в научных исследованиях; в учебном процессе по курсу «Международное право».

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре международного права юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета и на кафедре международного права Юридического института Красноярского государственного университета, где проведены ее обсуждение и рецензирование.

Положения диссертации применяются при чтении курса лекций по международному праву, при разработке практических заданий для семинарских занятий по международному праву для студентов Юридического института Красноярского государственного университета. Кроме того, положения диссертации используются при подготовке спецкурса «Ответственность в международном публичном и частном праве».

Структура и содержание работы

Работа состоит из трех глав, разделенных на параграфы, введения, заключения и списка литературы.

Во введении излагается сущность исследования, обосновывается его актуальность, определяются цели и задачи, методы исследования, приводятся положения, выносимые на защиту, а также приводятся аргументы в пользу практической значимости, научной новизны исследования.

В первой главе «Понятие и основания ответственности в международном атомном и международном космическом праве» на основе исследования международных норм, практики их применения и научных теорий анализируется понятие, основания и правовое регулирование ответственности в международном атомном и космическом праве. Глава состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Понятие и юридическая природа международной ответственности» основное внимание уделено исследованию различных подходов к пониманию ответственности в первую очередь в теории международного права. Автор полагает, что международная ответственность – это одно из последствий определенного поведения субъектов международного права, причем разделяет точку зрения о том, что на существо ответственности правомерность или противоправность такого поведения влияние не оказывает. Кроме того, отмечаются противоречия в употреблении различных терминов, обозначающих ответственность за правомерную и противоправную деятельность, которая наблюдается и в отечественной, и в иностранной литературе.[6] В связи с этим автор не считает необходимым разделять ответственность на перспективную и ретроспективную, полагая, что в юридическом смысле ответственность может быть только ретроспективная как неблагоприятное последствие для субъектов. Это последствие стоит в ряду таких, как применение мирных средств урегулирования споров, применение мер принуждения со стороны потерпевшего или мирового сообщества. По мнению автора, основное содержание любой ответственности состоит в возложении на ответственного субъекта определенной обязанности, которая его обременяет. Международная ответственность представляет собой «вторичное» международное отношение. Основной целью ответственности является восстановление международного правопорядка. Отношения по несению ответственности являются двусторонними в том смысле, что и у потерпевшего и у ответственного субъекта есть как права, так и обязанности. По мнению автора, формулирование условий ответственности в отраслях международного права должно строиться на общих универсальных нормах международного права, поскольку существенных различий в юридической природе общей и отраслевой международной ответственности не усматривается.

Во втором параграфе «Правовое регулирование ответственности в международном атомном и международном космическом праве» рассматривается современное регулирование отношений по несению международной ответственности как в общем международном праве, так и в исследуемых отраслях (атомном и космическом). Анализируя универсальные договоры в области ответственности в международном атомном праве (Брюссельскую конвенцию об ответственности операторов ядерных судов 1962 г., Венскую конвенцию о гражданской ответственности за ядерный ущерб 1963 г. (в редакции Протокола от 01.01.2001 г.), Конвенцию об ответственности в отношении третьих лиц в области ядерной энергии 1960 г. (с изменениями, внесенными Дополнительным Протоколом от 01.01.2001 г. и Протоколом 16.11.1982 г.), автор приходит к выводу, что они предусматривают международную ответственность, поскольку устанавливают ответственность, реализуемую в том числе через обязательство государств. Указание на частно-правовой характер этих конвенций нельзя назвать обоснованным исключительно потому, что в названии содержится термин «гражданская ответственность», а по своему содержанию основной формой такой ответственности выступает возмещение ущерба. Ответственность устанавливаемую этими конвенциями, еще называют имущественной, что также не противоречит природе международной ответственности. Это подтверждается регулированием ответственности в отрасли комического права, поскольку в Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами 1972 г., речь идет хотя и о международной ответственности, но реализуемой также в форме возмещения ущерба.

Развитие сотрудничества в этих отраслях показывает, что в отношения вступают не только государства между собой, но и субъекты, находящиеся под их юрисдикцией. В частности, отмечается тенденция «коммерциализации» космического права. Вместе с тем, государства не утрачивают контроль за национальной деятельностью в указанных отраслях, как следствие их нельзя исключить из процесса несения ответственности в случае причинения ущерба при эксплуатации источников ядерной энергии или космических объектов.

Рассмотрение двустороннего сотрудничества в атомном и космическом праве позволяет сделать вывод о том, что решение вопросов ответственности в двусторонних договорах либо вообще не осуществляется, либо стороны формулируют положения о взаимном отказе от претензий в случае причинения ущерба (например, соглашения о сотрудничестве в области исследования и использования космического пространства в мирных целях, заключенных РФ с Бельгией 2000 г., Болгарией 1996 г., Бразилией 1997 г., Венгрией 1999 г., Германией 2001 г., Италией 2000 г., Казахстаном 1998 г., Китаем 1996 г., Мексикой 1996 г., США 1992 г., Украиной 1996 г., Францией 1996 г., Японией 1993 г.), либо включается норма о возложении ответственности на государство, на территории которого причинен ущерб (например, соглашения по вопросам мирного использования ядерной энергии, заключенные РФ с Болгарией 1995 г., Бразилией 1994 г., Великобританией 1996 г., Вьетнамом 2002 г., Германией 1998 г., Китаем 2000 г., Сирией 1999 г., США 1993 г., Узбекистаном 1997 г., Украиной 1993 г., Швецией 1997 г.). В качестве исключения в Соглашении между РФ и Францией о гражданской ответственности за ядерный ущерб вся ответственность возложена на российскую сторону.

В связи с этим в работе делается вывод о необходимости совершенствования международного регулирования в указанной сфере не только на двустороннем, но и на многостороннем уровне. Как показывает практика международного сотрудничества, в данном случае целесообразнее создать универсальные нормы, на которые могут ссылаться государства в своих двусторонних договорах. Учитывая, что Российская Федерация участвует только в Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами 1972 г., и что в настоящее время происходит лишь пересмотр уже существующих договоров (например, подписание в феврале 2004 г. очередного Протокола к Конвенции об ответственности в отношении третьих лиц в области ядерной энергии 1960 г.[7]), можно сделать предложение о вступлении Российской Федерации во все существующие универсальные конвенции, устанавливающие ответственность за ядерный ущерб.

Поскольку нормы этих конвенций сформулированы так, что позволяют их непосредственное применение во внутригосударственных отношениях, это помогло бы решить проблему отсутствия внутригосударственного регулирования в области ответственности за ядерный ущерб.

Автор соглашается с мнением[8], что одним из направлений совершенствования международного регулирования в области ответственности является установление условий ответственности за неперсонифицированный ущерб (например, окружающую среду) и за ущерб, причиненный вне территории государств-участников. Пока эта проблема не решена, поскольку, хотя ее важность неоднократно отмечалась государствами на конференциях, регулирование ограничивается лишь несколькими принципами, сформулированными в декларация, не создающих конкретных обязательств для государств.

Указанные проблемы могли бы быть решены при подготовке Проекта статей об ответственности государств, однако Комиссия международного права ООН разделила свою работу по кодификации международной ответственности за неправомерную деятельность (результатом ее стал Проект статей об ответственности государства за международно-противоправные деяния, одобренный Комиссией международного права ООН на 53-ей сессии 31 мая 2001 г.) и кодификации ответственности за деятельность, не запрещенную международным правом (результатом ее стал Проект статей о предотвращении трансграничного вреда от опасных видов деятельности, одобренный Комиссией международного права ООН, одобренный Комиссией международного права на 53-ей сессии 11 мая 2001 г., не предусматривающий норм об ответственности как таковые). В результате, пытаясь согласовать диаметрально противоположные позиции государств и все-таки завершить сорокалетнюю работу над Проектом, Комиссия международного права не решила принципиально вопрос ни о понятии международной ответственности, ни о включении в качестве основания ответственности правомерное причинение вреда при осуществлении потенциально опасной деятельности.[9] Вместе с тем, в работе отмечаются и достоинства указанного проекта, например, включение норм о формах ответственности, условиях и пределах применения контрмер. Кроме того, следует отметить стремление разработчиков урегулировать сам процесс несения ответственности и закрепить принцип неизбежности международной ответственности за любое международно-противоправное деяние.

В параграфе третьем «Основания международной ответственности в международном атомном и международном космическом праве» анализируются различные теоретические подходы к выделению оснований международной ответственности, нормы Проекта статей об ответственности государства за международно-противоправные деяния, одобренный Комиссией международного права ООН на 53-ей сессии 31 мая 2001 г., а также практику привлечения к ответственности. Из всех оснований ответственности, по мнению автора, необходимо уделить внимание деянию ответственного субъекта. Его следует рассматривать как определенное поведение (правомерное или противоправное), вмененное субъекту международного права. При этом в работе отмечается, что этапы вменения правомерного и противоправного поведения совпадает между собой.

Еще одним важным основанием международной ответственности в атомном и космическом праве является ущерб. Придерживаясь точки зрения, что деяние может причинить как имущественный, так и неимущественный вред, автор приходит к выводу, что в международном регулировании не существует критериев разделения этих видов вреда. В частности ущерб жизни и здоровью рассматривается как разновидность имущественного вреда. Единственный вид ущерба, который не подлежит возмещению при правомерной деятельности - это ущерб в политической сфере субъектов международного права.

Рассматривая вину субъекта – выделяемое некоторыми авторами основание ответственности[10], диссертант отмечает, что в международных отношениях происходит объективизация вины, то есть понимание ее как фактического отступления субъекта от норм международного права.

В главе второй «Субъекты международной ответственности в международном атомном и международном космическом праве» исследуются особенности несения ответственности различными субъектами международного права, при этом особое внимание уделяется вопросам вменения ответственности. Глава состоит из трех параграфов.

В параграфе первом «Понятие субъекта международной ответственности в международном атомном и международном космическом праве» анализируются различные подходы к пониманию субъектов международной ответственности. Диссертант отмечает так и не решенную на универсальном уровне проблему отнесения к субъектам ответственности межгосударственных организаций. Несмотря на то, что межгосударственные организации участвуют в международных договорах наряду с государствами, в их учредительных договорах отсутствуют общие установления о том, что такие организации могут нести ответственность не только на основании обязательств, вытекающих из международных договоров, но и в силу действия обычных норм международного права.

Кроме того, в диссертации подвергается критике положение о том, что государства-участники организации несут солидарную ответственность за ущерб, который причинен этой организацией. В результате исследования, автор делает вывод о том, что нельзя подходить к пониманию субъектов международной ответственности узко, включая туда только государства. Такой вывод подтверждается в том числе и анализом международно-правового регулирования. В частности, международные конвенции в области ответственности за ядерный ущерб используют для обозначения субъекта ответственности термин «оператор», которым может быть любой публично-правовой субъект, отвечающий определенным требованиям, эксплуатирующий ядерную установку.

В параграфе два «Государства как субъекты международной ответственности в международном атомном и международном космическом праве» основное внимание уделено вменению деяния государства. В первую очередь речь идет о поведении государственных органов, независимо от того, к какой ветви власти они принадлежат. При этом автор отмечает, что сотрудничество в области космической деятельности идет по пути вменения государству ответственности за ущерб, возникший в том числе и в результате поведения частных лиц, за так называемую национальную деятельность. Похожую тенденцию можно выделить и в сотрудничестве по вопросам в использовании атомной энергии. Однако в этой сфере государства чаще всего выступает в качестве своеобразного гаранта несения ответственности находящимися под их юрисдикцией физическими и юридическими лицами.

В параграфе третьем «Международные организации как субъекты международной ответственности в международном атомном и международном космическом праве» исследуются вопросы несения международной ответственности межгосударственными организациями. Отмечая широкое участие межгосударственных организаций в сотрудничестве в указанных сферах, автор указывает на неодинаковые подходы к формулированию условий ответственности организаций в международном атомном и международном космическом праве. В частности в международном атомном праве нет специальных норм, относящихся к ответственности именно межгосударственных организаций, но используемая терминология позволяет включить их в круг субъектов. Однако не все межгосударственные организации являются участниками универсальных договоров об ответственности. В свою очередь в космическом праве ответственности межгосударственных организаций посвящена универсальная статья Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами, 1972 г. По смыслу этой статьи не ясно, можно ли автоматически распространить ее действие на организацию, не участвующую в данном договоре. Автор делает вывод о том, что для привлечения к ответственности межгосударственной организации в данном случае необходимо согласие на обязательность этих положений, выраженное самой организацией, либо государствами-участниками (например, включение отсылочной нормы в учредительные документы организации).

Рассматривая ответственность неправительственных организаций, автор приходит к выводу, что необходимы изменения Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами, 1972 г., включающие в число ответственных субъектов также и неправительственные организации. В международном атомном праве такой проблемы не существует из-за используемой терминологии. Практически все универсальные договоры возлагают ответственность на оператора, которым может быть и международная неправительственная организация.[11]

В главе третьей «Формы международной ответственности в международном атомном и международном космическом праве» рассматриваются различные виды и формы международной ответственности, а также процессы ее несения в указанных отраслях. Глава состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе «Понятие форм и видов международной ответственности» автор соглашается с уже высказанным мнением о необходимости деления ответственности на два вида – имущественную и неимущественную – в зависимости от характера причиненного ущерба. Кроме того, присутствие на ответственной стороне нескольких субъектов, позволяет вести речь о солидарной ответственности как одном из видов международной ответственности.

Понимая форму международной ответственности как действие, совершаемое ответственным субъектом для достижения целей ответственности, автор соглашается с подходом, в соответствии с которым основной формой ответственности выступает возмещение ущерба. При этом, возмещение нематериального ущерба традиционно именуется сатисфакцией. Использование термина «возмещение материального ущерба», по мнению автора, позволит избежать споров относительно соотношения с репарациями, реторсиями, реституциями и иными формами международной ответственности, выделяемыми в первую очередь в науке.

Кроме того, автор анализирует соотношение форм международной ответственности и санкции. В работе отмечаются следующие различия между этими явлениями: безвозвратный характер ответственности, невозможность замены ответственности санкциями, по субъекту, от которого ожидаются активные действия, по достигаемым целям. Вместе с тем, требует анализа и другой термин, используемый в Проекте статей об ответственности государства за международно-противоправные деяния – «контрмеры». Учитывая одинаковую природу этих явлений, следует отметить, что санкции являются частным случаем контрмер.

В параграфе два «Формы нематериальной ответственности в международном атомном и международном космическом праве» исследуется основная форма нематериальной ответственности – сатисфакция. В параграфе отмечается, что в настоящее время сатисфакция уже утратила прежнее значение и выполняет роль дополнительной меры ответственности. Кроме того, анализ международного сотрудничества позволяет сделать вывод о том, что в международном атомном и космическом праве сатисфакция возможна только за неправомерное поведение. Содержание сатисфакции автор предлагает понимать узко, для того, чтобы не происходило смешение, например, с санкциями[12].

Параграф третий «Формы материальной ответственности в международном атомном и международном космическом праве» посвящен рассмотрению как форм ответственности, выделяемых в науке международного права, так и непосредственно в международно-правовых актах. В работе изучаются различные тенденции в определении размера возмещаемого материального ущерба. Кроме того, отмечается повышение размера ответственности за ядерный ущерб. Учитывая особенности сотрудничества в указанных областях, автор не находит возможности применить для ответственности субъектов такие формы как реституция и субституция.

Параграф четвертый «Процессуальные вопросы форм ответственности в международном атомном и международной космическом праве» посвящен порядку несения ответственности. Автор выделяет несколько этапов в этом процессе: предварительное определение ответственного субъекта, в соответствии с критериями, выработанными международными нормами; определение понесенного ущерба; формулирование требования; собственно, предъявление требования; рассмотрение претензии, определение условий и размера несения ответственности, принятие окончательного решения и его исполнение. Имплементация ответственности может быть связана с использованием средств разрешения международных споров, средств гарантирования ответственности (например, страхование). Диссертант отмечает отсутствие единообразия в определении обстоятельств, исключающих международную ответственность, в частности стихийные бедствия могут исключить ответственность только при совершении правонарушения, в то время как явления социального характера исключают международную ответственность в любом случае.

Использование страхования как средства обеспечения ответственности привело к тому, что и в международном атомном и международном космическом праве можно выделить тенденцию не просто гарантирования ответственности субъекта, а к ограничению ее размера.

В заключении формулируются основные выводы, к которым пришел автор в результате исследования.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

1. О правовой природе международной ответственности в современном международном праве // Право: прошлое, настоящее, будущее: Сб. науч. статей аспирантов / Под общ. ред. . Красноярск: ИЦ КрасГУ; Изд-во "Григ", 2003. 0,4 п. л.

2. К вопросу о правовом регулировании ответственности за деятельность, не запрещенную международным правом // Ученые записки Юридического института Красноярского государственного университета. Вып. 2 / Отв. ред. . Красноярск: ИЦ КрасГУ, 2003. 0,4 п. л.

[1] См., например: Hanqin X. Transboundary Damage in International Law. Cambridge: Cambridge University Press, 2003. P. 1.

[2] Проект статей об ответственности государства за международно-противоправные деяния одобрен Комиссией международного права ООН на 53-ей сессии 31 мая 2001 года, а работа во втором направлении привела к созданию Проекта статей о предотвращении трансграничного вреда от опасных видов деятельности (одобрен Комиссией международного права ООН на 53-ей сессии 11 мая 2001 года), который вообще не содержит норм об ответственности.

[3] Концепция перспективной ответственности не получила широкого распространении в науке международного права. Это связано с тем, что довольно сложно усмотреть отношения по несению ответственности в случае, если субъект просто выполняет взятые на себя обязательства, а само его поведение при этом не причиняет вреда другим субъекта и, в целом, приветствуется международным правом. Концепция перспективной ответственности поддерживалась (см., например, Василенко государства за международные правонарушения. Киев: Вища школа, 1976). Из более поздних работ, где упоминается о такой ответственности см., например: Хачатуров в современном международном праве. Тольятти: ИИП «Акцент», 1996.

[4] Под международным органом понимается структура, созданная на основе норм международного права и наделенная полномочиями в определенной узкой области сотрудничества. Как правило, органы наделяются контрольными полномочиями.

[5] Elbaradei M., Nwogugu E., Rames J. International law and nuclear energy: Overview of the legal framework // http://ecolu-info. unige. ch/colloques/Chernobyl/Pages/Opelz. html

[6] См., например: Jabbary-Gharabagh M. Type of State Respomsibility for Environmental Matters in International Law // La Revue Juridique Themis. 1999. № 3; Kerrest A. Remarks on the Responsibility and Liability for Damages other than Those Caused by the Fall of a Space Object // http://fraise. univ-brest. fr/~kerrest/IDEI; Раскалей ответственность государств в международном праве / Отв. ред. ; Академия наук Украинской ССР. Институт государства и права. Киев: Наукова думка, 1985 и др.

[7] По материалам официального сайта МАГАТЭ: http://www. iaea. or. at.

[8] См., например: , , Чопорняк за ядерный ущерб. Ядерное право России. М.: ИздАТ, 1993; Молодцова окружающей среды и международное регулирование мирной ядерной деятельности. М.: Издательская фирма «», 2000.

[9] Однако эти обстоятельства не помешали дать очень высокую оценку одобренного Проекта (см.: Лукашук международной ответственности. М.: Волтерс Клувер, 2004).

[10] См., например: Международное право. Том I. Полутом 1, Мир: Пер. с 6-го англ. издания /Под ред. и с предисл. . М.: Госиздат иностранной лит., 1948; Василенко государства за международные правонарушения. Киев: Вища школа, 1976; Левин государств в современном международном праве / АН СССР. Ин-т государства и права. М.: Междунар. отношения, 1966 и др.

[11] Оператор – это лицо, назначенное или признанное отвечающим за установку государством в качестве оператора этой установки. Таким лицом может быть физическое лицо, любое коллективное образование (являющееся или не являющееся юридическим лицом), межгосударственная или неправительственная организация, государство (включая любое входящее в него государственное образование).

[12] Разработчики Проекта статей об ответственности государства за международно-противоправные деяния, одобренный Комиссией международного права ООН на 53-ей сессии 31 мая 2001 года, считают, что сатисфакцию следует отмечать еще и от других последствий правонарушения государства – предоставления заверений и гарантий неповторения деяния (ст. 30 Проекта).