Библиотека
Товарность зернового земледелия в хозяйствах монастырских вотчин центра Русского государства к исходу XVI – началу XVII в. // Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы за 1962 г. Минск, 1964. С. 133 – 134, 138.
К сожалению, очень незначительные сведения имеются в нашем распоряжении о хлебном бюджете Краснохолмского Антониева монастыря, расположенного в Бежецком уезде. Это прежде всего итоговая запись о количестве хлеба в монастырских и сельских житницах на 1 января 1564 г.[1] Монастырь имел в наличии к этому времени 449,25 четв. ржи, 1916,5 четв. овса, 625,5 четв. ячменя, 205,25 четв. Пшеницы и 71 четв. гороху. Если предположить, что это целиком или по крайней мере в основном хлеб монастырский (в чем убеждает то, что здесь учтен и хлеб «по селам»), получается, что у монастыря за расходом в обычные по урожайности годы оставались некоторые излишки хлеба. Правда, остаток этот должен был к новому урожаю 1564 г. значительно сократиться: предстоял дальнейший расход на обиход с 1 января до нового урожая и расход на семена для ярового посева. Исходя из соотношения величин оставшегося хлеба, можно предположить, что больших излишков ржи здесь обычно не было (учитывая ее значительный расход). Яровые овес, ячмень и пшеница, произрастанию которых способствовала суглинистая почва, в связи с хорошей их урожайностыо более чем обеспечивали обиход монастыря, оставляя за расходом определенные излишки. Продажу время от времени небольших количеств пшеницы, овса, а также ржи фиксируют приходо-расходные книги монастыря.[2] В то же время иногда, видимо, создавались такие условия, когда монастырь был вынужден докупать некоторые количества хлеба. Так, в декабре 1564 г. он приобрел какое-то количество жита (ячменя) и 300 четв. овса (хотя, возможно, и не для целей обихода).[3]
Вопрос о том, какой процент от валового сбора составлял оставшийся в 1563—1564 гг. хлеб, без точных сведений о величине сборов решить нельзя. Кое-что в этом отношении говорят данные о сборах с монастырского поля в 1564 г.: овса 1365, пшеницы 85 гороху 72 четв.[4] Таким образом, в остатке 1564 г. было количество овса и гороха, примерно равное всему сбору этого зерна с монастырского поля, и количество пшеницы, примерно в два раза большее, чем сбор с монастырского поля. Учитывая довольно значительные поступления зерна из сел (например, из одного Черкасова в 1564 г. поступило 210 четв. овса, 10 четв. пшеницы и 20 четв. жита), в качестве ли зерна с монастырской пашни или в качестве хлебного оброка, в данном случае неизвестно[5], можно думать, что доля хлеба, собранного с монастырского поля, не была подавляющей в общем валовом сборе зерна. Соответственно и доля оставшегося за расходом хлеба не должна была быть очень значительной по отношению ко всему собираемому хлебу. Поскольку в продажу могла идти только некоторая часть хлеба, остававшегося за расходом и пополнением традиционных запасов, товарный отпуск хлеба у этого рядового по своим размерам монастырского хозяйства мог быть в 60-х годах (годы хозяйственного подъема) лишь очень незначительным. <…>
…Характер хозяйства во всех рассмотренных монастырях (Кирилло-Белоозерском, Спасо-Прилуцком, Краснохолмском Антониевом, Иосифо-Волоколамском) оставался к концу XVI в. натуральным. Зерновое хозяйство монастырей велось с расчетом на внутреннее потребление.
В продажу поступала лишь незначительная часть излишка хлеба, остававшегося за монастырским расходом…
[1] Государственный архив Калининской области (далее - ГАКО), ф. 186, ед. хр. 1, л. 121.
[2] ГАКО, ф. 186, ед. хр. 1, лл. 23 об., 38 об., 41, 45, 46, 92.
[3] Там же, л. 128 об.
[4] ГАКО, ф. 186, ед. хр. 1, лл. 132-132 об.
[5] Там же, л. 127.
