Дистанционное обучение в развитии системы демократических ценностей России XXI века
Гарри Экстайн, разработчик теории конгруэнтности моделей власти, писал, что стабильность политической системы определяется соответствием между моделью ее управления и схемами руководства общества. Полностью быть демократичными при этом не могут институты образования. Главная же роль в формировании политики прямого участия принадлежит им. Без помощи со стороны данных социальных институтов представительная демократия в политической подготовке населения начинает находить все больше аргументов для упрочения своих позиций. По этой причине государство, обслуживая интересы разных социальных общностей, должно обеспечить функционирование механизмов прямой демократии в сфере деятельности общественных организаций и образования. Причем сделать это, прежде всего, на уровне их первичных ячеек и структурных подразделений. Непосредственная демократия в постиндустриальном обществе должна в качества прикладного инструмента решать вопросы государственного значения. Способность граждан добиваться за счет прямой демократии удовлетворения своих социальных интересов нужно развивать, чтобы принципиально соотносить ее с повышением уровня политической сознательности личностей и их культуры. Уместно привести слова К. Хессе: «Во всех случаях демократия в своем существе является делом зрелых, информированных граждан, а не незнающей, тупой, подверженной лишь аффектам и иррациональным желаниям массы, которая остается по воле добрых или дурных властителей во тьме неведения относительно своей судьбы».
Есть мнение о зависимости развития прямой демократии, осуществляемой электронными – и прежде всего сетевыми – средствами коммуникации, от создания системы непрерывного массового образования граждан. «Представление о том, что, отучившись в в ВУЗе пять или шесть лет, и, получив диплом, человек уже «свободен» и учиться далее ему больше не надо, в ситуации прямой демократии неактуально. Человек учится, приобретает и осваивает новые знания и навыки всю жизнь до тех пор, пока является деятельным гражданином, участвующим в жизни государства. Профессиональное образование должно сочетаться с собственно «обучением политике» (каковое до нашего времени практически всегда оставалось элитарным, а не массовым). И тогда ответ на вопрос о том, что такое прямая электронная демократия, мы получим формулу: прямая демократия – это полная интернетизация страны и непрерывное политическое просвещение всего народа».[1]
Следуя за предложенным тезисом, логично определить из существующих в настоящее время образовательных технологий технологию дистанционного обучения как технологию с содержанием, развивающим политическое сознание наших граждан. В своей научной методологии она на практике учебных заведений страны имеет возможность в наше время преодолеть делиберативный кризис широких слоев населения.
Дистанционное обучение (производное от англ. distance – расстояние, удаление) – это обучение на расстоянии. Как технология ДО представлено вариантами и сочетаниями кейс-технологий, компьютерных сетевых и информационно-телекоммуникационных (спутниковых) технологий.
Относительно прямой демократии преимущество применения дистанционного обучения заключается в его способности в российской образовательной практике создать непрерывную, без учета временных и пространственных барьеров, политическую среду, которая принципиально является актуальной для современной политики государства. Будучи следствием объективного процесса информатизации общества и вбирая в себя лучшие черты форм обучения, ДО в XXI веке в России видится нам как перспективная форма получения политического образования, глобальнее – формирования компетентностного гражданина страны. Для этого у ДО имеется ряд приоритетов:
- гибкость, которая предполагает осуществление занятий в любое время, в удобном месте и темпе с предоставлением нерегламентированного отрезка времени для усвоения знаний;
- параллельность, т. е. обучение без отрыва от производства;
- охват большого количества обучающихся, активное общение через Сеть, предоставление многих источников информации;
-экономичность в использовании площадей под обучение, технических, транспортных средств; меньшие, по сравнению с традиционным обучением, затраты через концентрированное и унифицированное предоставление информации для подготовки кадров;
- технологичность, предполагающая при обучении применение новаций сферы информационных и телекоммуникационных технологий;
- социальное равноправие, которое проявляется в обеспечении равных возможностей получения образования независимо от места проживания, состояния здоровья, элитарности и материальной обеспеченности граждан;
- интернациональность в виде экспорта и импорта мировых достижений.
Таким образом, дистанционное обучение за счет своих особенностей имеет явные возможности расширить понятие «демократия» до термина «полиархия». Последнее эллины воспринимали как «рассогласованность», но в контексте современности оно обозначает политический плюрализм и способность обеспечивать взаимодействие и координацию интересов индивидов и групп без утраты их самостоятельности и принципиального равенства. При этом главным провозглашается ориентация на создание определенных условий для достижения поставленных целей как на уровнях политии, группы интересов, так и каждого гражданина. Для политической просвещенности граждан на первое место начинает выходить осознанность политических процессов. Знания, полученные и усвоенные самостоятельно, в обстоятельствах ДО приобретают статус эталонных.
В процессе реализации прямой демократии дистанционное обучение в состоянии конструировать политическое участие граждан по схеме: потребности-проблема-алгоритм решения-практическая отработка- результат-контроль. При таких условиях потребности граждан, по сути заложенные в самой развивающейся природе человека, реализуются независимо от влияния территориального фактора, а сама политическая коммуникация для персоны уже определенно должна приносить положительный эффект. Помимо прочего, сконцентрироваться на решении волнующих вопросов при ДО могут представители различных слоев и групп населения, независимо от их социального положения. Приоритетными в данном контексте также являются факторы экономии времени и возможности комбинировать формы политического участия. Например, за счет таких форм ДО, как политический форум, политический чат, рефлексивные анкеты сегодня уже активно продвигаются государственные законы и исполнительные решения.
Вывод: в осуществлении прямой демократии ДО представляется источником развития способностей граждан формировать свое мнение по политическим вопросам и содействовать их решению. С одной стороны. С другой, ДО – это наиболее перспективная технология обучения прямой демократии, характеризующаяся поощрениями к политическим дискуссиям, критическому мышлению и решающая задачи конвенциональной коммуникативной стратегии.
Библиографический список
1. ***** СВОБОДНЫЙ МИР [Электронный ресурс] / Как модернизировать демократию; Центр модернизационных решений. - Электрон. текстовые дан. - М., 2010. - Режим доступа:http://www. *****/groups/parties/Kak-nam-modernizirovat-demokratiyu-vyzovy-i-perspektivy-elektronnoj-demokratii
