Крест (стр. 3 )

В Евангелии от Иоанна (19, 34), где говорится о про­бодении ребра умершего на кресте Спасителя, не указывается, какой именно бок был пронзен. Но в древней церковной традиции правая сторона всегда имела положительный характер. А так как рана Христа от копия имеет важное символическое значение: кровь и вода, истекшие из раны, по святому Августину (430), являются символами Святых Таинств — Евхаристии и Крещения, которые знаменуют и саму Церковь, родившуюся из ребра Христа — Нового Адама, то она и располагается справа — на стороне вечной жизни. Значение Церкви и ее Святых Таинств часто подчеркивается на иконах Распятия наличием потира, куда стекает кровь Спасителя. Пронзание копием правого бока Христа изображается практически на всех древних памятниках (визан­тийских и русских) (рис.4) и отражено в проскомидии, «где воспоминание об этом событии соединяется с прободением десной страны евхаристического агнца».2

Трости с губкой не придавалось такого важного симво­лического значения, как копию, поэтому она изображается слева

' Пример — крест №55 из каталога собрания древностей графа , отд. XI рис. 149.

2 . Евангелие в памятниках иконографии. Стр.361

44

от Спасителя и напоминает нам крестные муки Христа и древнее пророчество: «И дали мне в пищу желчь, и в жажде моей напоили меня уксусом»1. На некоторых крестах трость изображается как бы процветшей, с отростками по бокам (рис.43). Это отражает слова Евангелия от Иоанна (19, 29), где говорится, что губка с уксусом была наложена не на обычную трость, а на иссоп — растение, употребляемое у евреев как кропило в обрядовых

Рис. 43

очищениях. В Библии, в книге Исход (12, 22), пучком иссопа, смоченном кровью пасхального агнца, евреи мазали пере­кладины и косяки дверей своих жилищ.

К началу XVII века символика раны Христа стала забы­ваться, и на крестах с этого периода иногда встречаются изобра­жения орудий страстей, когда копие расположено слева от Спасителя, а трость — справа (рис.56).

Иерусалимская стена. За крестом с распятым Спаси­телем часто встречаются изображения стен Иерусалима. Уже в V —VI веке Распятие на дверях церкви святой Сабины в Риме

Псалом 68, 22.

45

показано на фоне стены (рис.3). На русских крестах такие изображения получают широкое распространение с XV века (рис.42,47). Их главная задача — помочь шире раскрыть сюжет Распятия как искупительную Жертву Христа. Видя в них стену исторического Иерусалима, мы вспоминаем, что согласно Евангелию, Распятие свершилось вне стен города. Святые отцы Церкви придавали этому особое значение. По словам Иоанна Златоуста: «потому Она [Жертва] принесена вне города, за его стенами, дабы ты знал, что эта Жертва вселенская, дабы ты знал, что это приношение за всю землю, и что это — общее очищение всего естества нашего»1.

Кроме образной передачи значения указанной подроб­ности Распятия, иконография Иерусалимской стены возводит нас к образу Горнего Иерусалима — Царствия Небесного, откры­того для человека искупительной Жертвой Христа. Сам распя­тый Господь на фоне стены являет евангельский образ врат нашего спасения: «Я есмь дверь: кто войдет мною, тот спасется»2. Часто в стене по сторонам Спасителя изображаются еще двое врат, что соответствует модели стены Небесного Иерусалима, данной Иоанном Богословом в Откровении (21, 12-13). Такое же значение прослеживается и в храмовой алтарной преграде с тремя вратами, где центральные Царские врата представляют образ Христа и вход в Небесный Иерусалим.3 Тем самым, изо­бражение стены за распятым Спасителем вносит в сюжет Рас­пятия и символику литургии.

Как мы увидим в дальнейшем, в стремлении показать на русских крестах Распятие как литургию, могут использоваться и другие образы и художественные приемы.

Образы на горизонтальной балке креста. Рассмо­трев на нагрудном кресте центральное изображение распятого

' Иоанн Златоуст. Беседа вторая о кресте, сказанная в Святой Великий Пяток.

2 Ев. от Иоанна 10, 9.

3 Эта же символика входа в Царство Небесное могла быть заложена
и в изображении Распятия на дверях церкви святой Сабины (рис. 3).
(прим. автора).

Спасителя и Его Креста, обратимся к образам, размещаемым на горизонтальной балке. В случае, если концы креста особо вы­делены, образуя медальоны различной формы, то в них, как правило, изображаются образы предстоящих: Божией Матери — справа от Христа, и Иоанна Богослова — слева. Когда горизонтальная балка прямоугольной формы — предстоящих может быть больше: к Иоанну Богослову добавляется сотник Лонгин, а к Богородице — кто-то из святых Жен Мироносиц. Обычно они показаны погрудно, в скорбных позах, обращен­ными к кресту.

Иногда вместо Иоанна Богослова изображается Иоанн Предтеча (рис.43).Такая композиция несет значение не только Распятия, но и Деисуса как дела Христова.

В расположении образов святых на нагрудных крестах можно увидеть значение, которое имеет положение на дискосе частиц, изъятых из просфор при совершении проскомидии, где центральное место занимает Жертва Христова, по правую сторону — частица в честь Божией Матери (потому что она на небесах одесную Бога), а по левую — девять частиц в честь девяти ликов всех святых, и множество частиц внизу за живых и мертвых, всех верующих во Христа.

На горизонтальных оконечностях некоторых крестов иногда встречаются поясные изображения первоверховных апостолов Петра и Павла или вселенских святителей и творцов литургии — Василия Великого и Иоанна Златоуста. Эти допол­нения указывают на понимание креста с распятым Спасителем как престола, на котором происходит таинство литургической жертвы.

Самое важнейшее в алтаре место — святой престол, отцы Церкви трактуют как истинный жертвенник и трон Господень, как гробницу и символ Воскресения.1 Естественно, что в на­грудных крестах, выражавших аналогичную символику, мог использоваться образ святого престола. Он угадывается, когда над Распятием на иконах и крестах (чаще поклонных) изобра-

1 Подробнее о святом престоле см. «Новая Скрижаль» ч.1, гл. III.

47

жается киворий, подобный надпрестольной сени1 (рис.44). Вы­деление в средокрестии нагрудных крестов квадрата с изобра­жением распятого Христа или Спаса Вседержителя также помогает увидеть в нем образ четверочастного и четвероуголь-ного престола, возвышающегося среди алтаря. Наиболее заметно это в квадрифолийных крестах-мощевиках XIV века, где цен­тральный квадрат является еще и вместилищем для мощей (рис.34), так как под престолом по церковному обычаю «устро-

Рис. 44

Рис. 45

яется как бы гроб, ковчежец, в котором полагаются и погреба­ются мощи мучеников или других святых»2.

Рассмотрим иконографические композиции, встречаю­щиеся на вертикальной балке нагрудного креста. Они литур­гически развивают центральный сюжет Распятия Спасителя и

' «Святые отцы, как бы небо, устрояют покров над святою трапезою, и под сим покровом, называемым киворием (сень), среди четырех столпов, возвышается как земля, священный престол. В устройстве-то этой сени и исполняется слово пророческое: Бог содела спасения посреде земли» Новая Скрижаль ч1, гл.4.

2 «Новая Скрижаль» ч.1, гл. III §5.

48

показывают результат Крестной Жертвы — победу над адом и открытие дверей рая, Воскресение и Вознесение Господа.

Иконография нижней части креста. Нижняя часть креста обычно посвящена Воскресению и победе над адом. Здесь раскрывается смысл слов воскресного канона: «Смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав». Сокрушение ада показывается на древних иконах и лицевых Псалтирях как попирание Крестом Христовым змия, дракона или бородатого мужчины, являющихся олицетворением ада и сатаны. На резной константинопольской иконе XI века это сделано с такой убеди­тельностью, что крест буквально пронзает чрево сатаны, о чем свидетельствует и греческая надпись (рис.44). Возможны и лаконичные варианты в виде пасти дракона или устрашающей головы сатаны.

Но в мелкой пластике антропоморфные изображения ада крайне редки, так как без соответствующих надписей их легко спутать с образом восставшего Адама, который также присут­ствовал внизу древних Распятий, иногда совместно с драконом (рис.45).

Наиболее ясно эти образы выступают в широко распро­страненной с VIII века композиции «Сошествие Христа во ад», где воскресший Спаситель сокрушает ад и выводит из него Адама и Еву. В ней выражена основная идея Крестной Жертвы - Воскресение Господа и искупление первородного греха. Поэтому «Сошествие во ад» часто изображали на нагрудных крестах (обычно под Распятием), а иногда этот сюжет становился главным и единственным на кресте, как, например, на энкол-пионе XI века (рис.46). Но сложность его изображения на небольших нагрудных крестах вызывала необходимость в ла­коничном символе, передающим идею искупления. Таким символом стало изображение под крестом главы Адама в виде черепа. Оно появляется на нагрудных крестах не позже IX века и получает в дальнейшем повсеместное распространение. Этому способствовало существование теснейшей внутренней связи между Адамом и Христом. Из церковного Священного Придания известно о захоронении черепа Адама именно на месте Распятия

49

Спасителя — горе Голгофе' , отчего она и получила свое название - лобное место2. Об этом упоминает Василий Великий и Иоанн Златоуст. Отцы Церкви называют Христа Новым Адамом, иску­пившим первородный грех и открывшим человеку путь к Жизни вечной.3 Эта связь Христа и Адама была широко отражена в христианской литературе и поэтому не требовала никаких пояс-

Рис. 46

нительных надписей на иконах. Зато на простых крестах, не имеющих ни Распятия, ни Адамовой главы, встречались надпи-

1 Предание о захоронении Адама см. приложение 7

2 Гора Голгофа (др. евр. Gilgeiles-Golal — череп, лобное место) своей
формой напоминала череп и. служила у евреев местом казни преступников.

3 «Первый человек из земли перстный, второй человек Господь с неба»
(Первое послание коринфянам апостола Павла 15, 47).

«Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут» (Первое послание коринфянам апостола Павла 15, 22).

«Как преступлением одного (Адама) всем человекам осуждения, так правдою одного (Христа) всем человекам оправдание в жизни» (Послание к римлянам апостола Павла 5, 18)

4 Надпись из ватиканской рукописи слов Григория Богослова 1063
года. (. Евангелие в памятниках иконографии, стр. 356)

50

си, древнейший пример которой приводит 4 :

или (Адам падший или первозданный восстал крестом)

Эта криптограмма, наравне с

(место лобное стало раем), становится обыч­ной на греческих крестах XVII века и оттуда, по мнению , в русском варианте попадает на русские кресты.

Если учесть символику имени Адама, где каждая буква в греческом языке означает часть света: А —(Восток),

D-(Запад), А-(Север), М -

(Юг), и они образуют крестообразную модель вселенной, то восстание Адама понимается как восстановление всего падшего мира. Аналогичная идея, как мы уже видели, выражается в древнейших крестах греческой формы. Таким образом, лако­ничное изображение черепа под крестом Спасителя, устанав­ливая связь с другими символами, раскрывает сложные догма­тические понятия. Поэтому будет большой ошибкой, вырвав его из контекста символических изображений, понимать череп как обычный символ смерти.

Иногда внизу под Распятием изображают сцену разде­ления одежд Иисуса Христа. Эта деталь входит в композицию Распятия с VI века на основании Евангелия от Иоанна1 и пока­зывает, прежде всего, сбывшееся пророчество2. Интересно, что в иконографии изображали обычно не четырех воинов, как ука­зано в Евангелии, а трех и показывали всегда не разделение одежд, а метание жребия о цельнотканном хитоне (рис.4,44). Впоследствии, нераздираемый хитон стал символизировать единство Церкви.

1 «Воины же, когда распяли Иисуса, взяли одежды Его и разделили на
четыре части, каждому воину по части, и хитон; хитон же был не сшитый, а
весь тканный сверху. Итак сказали друг другу: не станем раздирать его, а
бросим о нем жребий, чей будет, - да сбудется реченное в Писании: разделили
ризы Мои между собою и об одежде Моей бросали жребий». Ев. от Иоанна19,
23-24.

2 Псалом 21, 19.

51

На некоторых русских нагрудных крестах с XVII века эта сцена в образе трех воинов, бросающих жребий, приобретает большую значимость. Ее помещают внизу креста (рис.47), компози­ционно противопоставляя образу Святой Троицы, который, как будет видно далее, занимает верхнюю часть креста.

Это можно объяснить тем, что в 1625 году Россия обрела

Рис. 47

великую святыню — часть ризы Господней, и был установлен церковный праздник: Положение честной ризы Господа нашего Иисуса Христа. Поэтому сцена разделения одежд на кресте, помимо указанного значения, могла символизировать почи­таемую чудотворную святыню — ризу Христа, и помогать закре­плению в памяти народа нового церковного праздника.

Иконография верхней части креста. Изображения в верхней части вертикальной балки нагрудного креста над Распятием раскрывают исповедание в Вознесение Господа и в Его Второе Пришествие как Судьи мира. Вознесение может быть

52

показано образами ангелов, которые руками поддерживают крест, как мандорлу с Христом на иконах Вознесения, и изображением небесной сферы и открытых дверей, характерных для иллюстрации в Псалтири слов 23-его псалма: «Поднимите, врата, верхи ваши, и поднимитесь двери вечные и войдет Царь Славы!»1 (рис.48). Значение райских врат на нагрудных крестах может передаваться образом их стража — Херувима (рис.31).

Рис. 48

Рис. 49

Часто над распятием помещается образ уготованного престола, по гречески — Этимасия () (рис.49). Для

понимания его значения приведем цитату из : «Происхождение эмблемы кроется в обычае древних церквей греческого Востока выставлять по праздникам и во время соборов, приготовленные церковью престолы с книгою Святого Евангелия на них, а в Иерусалиме — с орудиями страстей Гос­подних и Святым Крестом. Самое наименование заимствовано из послания апостола Павла к Ефесянам (6, 15), приглашающе­го к «уготованию благовествования мира», и псалмов (9,8 и 38), (64, 9) и (88, 14), которые воспевают Господа, «уготовавшего

' Эта мысль высказана в статье «Шиферное Распятие XIII в. из коллекции новгородского музея». . Символика христианского искусства. М.,1999.

53

на суд престол свой». На Ефесском соборе, по словам святого Кирилла Александрийского, Сам Спаситель являлся Главою собрания, ибо посреди собора было положено святое Евангелие на особо воздвигнутом для того троне. Таким образом эмблема «Уготованного Престола» была равно образом Самого Спасителя, Судии мира и Его Второго Пришествия, или Страшного Суда Христова и равно образом Церкви Небесной, утвержденной по

Рис. 50

Рис. 51

Вознесении Спасителем»1. Изображение Уготованного Престола на нагрудных крестах встречается не только вверху (рис.43), но и в центре креста, заменяя собой образ Спасителя (рис.50). Другим распространенным изображением в верхней части креста является образ Ветхозаветной Троицы — Предвечного Совета и Источника бытия мира (рис.47,42). Он являет нам единую Небесную Церковь, совершающую вечную евхари­стическую жертву. Поэтому, как в храме икона Святой Троицы находится вверху иконостаса, являясь примером литургического созидания Тела Христова, так и в нагрудном кресте, выполняя ту же задачу, она размещается тоже сверху. Эта роль подчер­кивается образами святителей, первоверховных апостолов и

1 «Иконография Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа». Иконографический очерк. Стр. 78.

54

других святых Православной Церкви, размещаемых в нижней части креста и олицетворяющих земную Церковь (рис.42,51). Как образ Первосвященника и Главы Небесной Церкви, наверху креста мог помещаться Нерукотворный образ Спа­сителя1 (рис.52). Кроме того, ему придавалось победное и за­щитное значение, что связано с историей самой иконы, которая была создана Господом в помощь страждущему человеку (царю

Рис. 52

Рис. 53

Эдессы — Авгарю), а в дальнейшем, находясь над вратами крепости, служила защитой от врагов. О триумфальном хара­ктере Нерукотворного Образа на нагрудных крестах говорит сходство композиции крестов (рис.52) с памятниками ранне­христианского искусства, изображающими победный Крест Спасителя с образом Христа или Его монограммой наверху (рис. 1,2,53). На некоторых русских крестах Нерукотворный Образ встречается в средокрестии (рис.51), заменяя собой фигуру Распятого между двумя предстоящими — Богородицей и

1 Об образе Христа — Великого Архиерея см. приложение 7.

55

Иоанном Богословом.1 В этом случае композиция внешне напоминает Деисис, но говорит о Распятии, как о литургической Жертве Христа. Здесь с большой силой выступает евхари­стическая символика Спаса Нерукотворного. Так A. M. Лидов тонко подмечает, что «чудо возникновения первой неруко­творной иконы сопоставлялось с чудом преложения Святых Даров в таинстве Евхаристии»2.

Символика оглавия. На большинстве русских крестов Нерукотворный Образ изображался не на верху вертикальной балки, а на оглавии, имея такое же значение (рис.41,42,47,56). В этом случае само оглавие — не только функциональная деталь креста, а еще и символ Небесной Церкви. Это подтверждают и изображения Ангельских сил на обратной стороне оглавия. Ши­роко известные бочкообразные оглавия древних крестов могли иметь такое же значение. Так как изображение бочки как сосуда, содержащего вино, данное виноградной лозой, часто встречается в раннехристианском искусстве и, по мнению графа ­рова, бочонок наравне с чашей следует понимать как символ Святого Причастия и Христовой Церкви.3 Это значение происхо­дит из символики виноградной лозы, основание чему положил Сам Спаситель, сравнив Себя с лозою, а учеников — с ветвями.4

Иногда верхнюю часть креста занимает образ Господа Саваофа в виде старца, часто с изображением Святого Духа в виде голубя (рис.54). В этом случае, совместно с Распятием они являют образ Новозаветной Троицы.5

На крестах XVIII века вместо Святой Троицы можно встретить символическое изображение Триединого Господа —

1 Описание таких крестов приводит . Описание
Тверского музея. М.,1888, стр.101.

2 A. M. Лидов. Византийский антепендиум. В сборнике «Иконостас»
М., 2000.

3 гр. «Христианская символика» стр. 177-178.

4 Ев. от Иоанна 15, 1-5.

5 Подобные изображения не являются в строгом смысле каноничными,
так как были запрещены Большим Московским Собором (гл.43, «О иконо­
писцах и Саваофе»). Несмотря на это, они имели широкое распространение,
утверждаясь церковной практикой.

56

треугольник с исходящим сиянием (рис.55).

Иногда над Распятием помещают иконографический сю­жет «Вход Господень в Иерусалим». Он может быть заключен в круглый медальон, поддерживаемый Ангелами, как на кресте XVI — XVII века из собрания Ханенко (рис.56). Такое изобра­жение помогает воспринять икону «Вход Господень в Иеру­салим» не как простую иллюстрацию евангельских событий, предвещающих крестную смерть Спасителя, а понять ее проро-

Рис. 54

Рис. 55

ческий и прообразовательный смысл. «Самый вход в Иерусалим, в котором царственное достоинство Христово было проявлено с такой очевидностью и видимо всем Иерусалимом, вышедшем Ему навстречу, образно свидетельствует о Воскресении и о Втором Пришествии и Царстве Будущего Века, в котором Христос «всяческая во всем».1

Инок Григорий (Круг). Мысли об иконе. Париж, 1978.

57

Основные композиционные схемы лицевой стороны креста. Обобщая сказанное об иконографических изобра­жениях лицевой стороны нагрудного креста, попробуем выде­лить две основные композиционные схемы. Они в общих чертах будут соответствовать двум указанным направлениям развития литургической символики.

Первая схема характерна для древних крестов греческих пропорций, когда композиция развивается равномерно во все

Рис. 56

четыре стороны от единого центра — образа Христа. Такого рода кресты раскрывают вселенское значение миссии Спасителя и возводят к пониманию структуры мира и небесных иерархий.

Вторая схема характерна для крестов латинских про­порций с ярко выраженной вертикальной балкой. В ней ком­позиция развивается от центра — распятия Спасителя — преиму­щественно вниз и вверх по вертикали, а горизонталь, по сути, принадлежит центру (см. приложение 3). Такие кресты в основ-

58

ном подчиняются наиболее распространенному языку ли­тургического символизма и широко раскрывают идею искупи­тельной Жертвы Христа, говоря о Его Воскресении, Вознесении и даже о Втором Пришествии во Славе.

Существуют кресты, на которых вокруг Распятия и на оборотной стороне изображены все двунадесятые праздники, максимально полно показывающие земную жизнь Иисуса Христа и годовой круг богослужения.

Конечно, предложенное деление условно, и две схемы могут присутствовать в одном кресте. Важно уметь их различать, чтобы понять в каком направлении работает конкретный символ.

Связь символики креста и храма. Пониманию символики креста помогает и сравнение его с православным храмом. Ведь храм — это образ Христова мира, Вселенской Церкви. Поэтому храм и называют церковью.

Как мы видели, именно древние кресты своей четырех - конечностью и четырехчастностью выражают идею преоб­ражения Христом вселенной. И сама форма храма в основе своей четырехугольна и крестообразна. Дополненная круглым куполом с образом Христа в центре, она изначально несет в себе сим­волику крестов греческих пропорций.

Дальнейшее развитие архитектурных форм и росписей стен православных храмов определялось литургической сим­воликой и могло, в свою очередь, влиять на форму и содержание нагрудных крестов, которые также ей подчинялись. Здесь сложно говорить о полной аналогии, так как, в отличие от креста, символика храма гораздо богаче, и развитие иконографических сюжетов в нем происходит по всему объему, а не на плоскости. Но все же определенная связь существует.

Кресты латинских пропорций, где основную роль играет вертикаль, можно сопоставить с вертикалью храма. Тогда центральная часть креста с изображением Распятия соответ­ствует алтарю — главной части церкви, расположенной выше собственно храма (наоса). Верх креста, говорящий о Вознесении Господа во Славе и имеющий образы главы Небесной Церкви, уподоблен куполу храма. А низ, где часто изображается земная

59

церковь в образах ее святых (рис.42, 51), может соответство­вать наосу, несущему ту же символику. Образы на горизонталь­ной балке креста могут быть связаны как с символикой алтаря, непосредственно примыкая к Распятию, так и выделенные в от­дельных клеймах, нести такое же значение, как и образы нижней части креста.

Обращение от лаконичных композиций и изображений на нагрудных крестах к их развернутым аналогам в храме, имею­щим непосредственную связь с литургией, позволяет лучше понять символический язык нагрудных крестов.

Иконографические кресты без образа Спасителя. Как исключение из приведенных выше схем, встречаются на­грудные кресты, у которых на лицевой стороне отсутствует изображение Спасителя. К ним принадлежат некоторые эн-колпионы X века восточного происхождения (сиро-палестин­ский регион). Их лицевая и оборотная стороны без образа Христа равнозначны, и каждая имеет гравированное изображение в рост Божией Матери (рис.59), архангела Михаила, либо святых воинов Георгия Победоносца, Димитрия Солунского, Феодора Стратилата, либо других местнопочитаемых святых. На Руси они появились благодаря паломникам.

Другим похожим примером служат так называемые Борисоглебовские энколпионы, представляющие образцы русской продукции XI — XII веков. Они имели ростовые, чаще рельефные, изображения святых князей-мучеников — Бориса и Глеба, которые обычно изображались на энколпионах: один на одной, а другой — на оборотной стороне, каждый с моделью вверенного ему в управление города (Ростова или Мурома). Такая иконография, с городом в руке, подчеркивает защитную функцию Борисоглебовских энколпионов.

Особо выделяются нагрудные кресты XVI — XVII веков, на лицевой стороне которых имеются изображения: в центре — архистратиг Михаил в полный рост, в доспехах, с мечом в руке; в верхней части — поясные образы святых Зосимы и Савватия Соловецких; на горизонтальной балке — поясные образы свя­тителей: Николая Чудотворца и Василия Великого (рис.57).

60

На оглавии таких крестов имеется Нерукотворный образ Спасителя. Исходя из иконографии, можно предположить, что подобные кресты были связаны с героической историей Соловецкого монастыря, основателями которого являются Зосима и Савватий. С конца XVI века монастырь являлся важ­ным стратегическим пунктом, из которого исходила защита всего северного Поморья, и его иноки не раз отражали нападение

Рис. 57

Рис. 58

врагов на северные рубежи России. Поэтому кресты с архи­стратигом Михаилом и Спасом Нерукотворным могли принад­лежать монахам-воинам, так как эти образы всегда присут­ствовали на воинских доспехах и боевых знаменах.

Обратная сторона иконографических нагрудных крестов дополняла содержание лицевой, раскрывая идею воплощения Господа и созидания Церкви Христовой. Она также выполняла защитную функцию и могла содержать образы святых защитников и покровителей Церкви и владельца креста.

Самым древним и самым распространенным до наших дней изображением на обороте креста является образ Богородицы.

61

Это связано с особым всеобщим почитанием Божией Матери, давшей земную плоть Господу. Ее образ, как «невместимого Бога вместилище», символизировал Церковь Христову, и в то же время Богородица, как сострадательная мать и ближайшая к Господу из всех людей, являлась заступницей всего рода чело­веческого и земной Церкви. Известно много произведений церковной гимнографии, посвященных Богородице, в которых

Рис. 59

Рис.60

ей усваивается различное символическое значение, часто свя­занное с ветхозаветными пророчествами. Существует множество особо чтимых чудотворных икон Божией Матери. Это церковное творчество, посвященное Богородице, находит отражение и в нагрудных крестах.

На обороте древних крестов-энколпионов образ Божией Матери обычно помещался в центре: или один, или дополнен­ный по краям креста медальонами с изображениями четырех евангелистов.

Иногда по сторонам Богоматери представлялись святые (обычно Петр и Павел), подчеркивающие значение Богоро-

62

дицы как Церкви Христовой, или два Архангела, показывающие ее как образ «одушевленного рая».