Ирискины загадки (стр. 1 )

Пьеса для сцены.

Маленькая девочка участвует в пьесе наравне со взрослыми.

Автор:

г. Омск

июнь-октябрь 2011 года

omsk. *****@***ru

Ирискины загадки.

Действующие лица:

Семья девочки:

Ириска - маленькая девочка 7-9 лет, учится в школе

Татьяна - мама девочки

Владимир - папа девочки

Бабушка девочки

Семья мальчика:

Серёжа - маленький мальчик, учится в школе, одноклассник Ириски (не участвует в пьесе)

Ольга - мама мальчика

Андрей - папа мальчика

Другие лица:

Министр здравоохранения

Главный врач в больнице

Футбольный Фанат - печальный и остроумный субъект

Футбольный Фанат - весёлый и медлительный субъект

- ветеран Второй Мировой войны, находится в Доме Престарелых

Волонтёр - помогает людям в Доме Престарелых

Театрал Сократ Платонович - иногородний режиссёр

Даша - студентка с факультета журналистики

Максим - повар с пакетом продуктов

Тёмная Сила

А, также:

футбольный шарф с ошибочным изображением российского флага: красная, синяя, белая полосы: с надписью РОССИЯ.

На сцену выходит папа мальчика. Подходит к краю авансцены, садится.

Направляет свой монолог к зрителям.

ПАПА мальчика (с волнением и тревогой). Несколько лет назад…, тогда я учился на первом курсе в университете…, я сдавал свою первую сессию. Успешно её сдал и заработал право на стипендию. Чтобы отметить столь значимое событие…, тогда оно действительно казалось значимым, потому что, после первой сессии чаще всего и отчисляют студентов проявивших расхлябанность во время учёбы и не сдавших первые экзамены…, так вот! Я и мой одногруппник, мы вместе собрались на его съёмной квартире. Он тоже успешно сдал сессию, получил право на стипендию. Для нас, это был большой праздник, мы поймали "птицу счастья" и посадили её в клетку. Тогда, я впервые в жизни отметил свою радость без родителей. Я почувствовал, что становлюсь взрослым человеком. Денег у нас почти не было: о первой стипендии нам предстояло мечтать все те дни, что выпали на долю зимних каникул. Предъявляя студенческий билет, нам разрешали заходить в "студенческий дом", то есть в университет, где мы усаживались за лекционные скамьи в больших аудиториях, получали полезные и редкие знания важных наук…, а стипендия, должна была принести нам ещё и немного личных удовольствий. Из всех денег лежавших в кармане с утра, к ночи, осталось только десять рублей. Собрался ехать домой и приготовил деньги на проезд в автобусе. Я знал, что получу нравоучительный урок от родителей, если не появлюсь дома. Но, услышал слова: "Тебя эти десять рублей не спасут. Уже первый час ночи. Автобусы не ходят, а на такси тебе всё равно не хватит".

Пауза.

Не спасут! Услышал я.

Пауза.

Я не поехал домой…, у меня не было возможности позвонить…, а на следующий день мне пришлось объясняться с родителями по поводу моего поступка. Это был неприятный разговор для меня. Мне пришлось услышать в свой адрес много слов, от которых мне стало обидно и горько. С тех пор, мои разговоры с родителями перестали быть откровенными. С каждым годом я отдалялся от них. Всё меньше с ними разговаривал, не рассказывал о своей жизни. После окончания университета ушёл из семьи. Навсегда! Уехал по распределению в другой город.

Пауза.

Я уже давно не видел своих родителей. Не знаю, как живёт мой отец. Не знаю, как живёт моя мама.

Пауза.

Завтра, у моего сына день рождения. Я не знаю, что ему подарить. Хотел бы подарить ему лекарство, которое исцелит его.

Пауза.

Дело в том, что врачи обнаружили у него редкую форму наследственной патологии. Произошла мутация генов, из-за чего, недостаточно развивается костный мозг. Чтобы сделать операцию по пересадке, нужно ехать в зарубежную клинику. Стоимость операции - десять миллионов рублей.

Вытаскивает из кармана рубашки 10-ти рублёвую купюру. Смотрит на неё, вертит в руках. Опускает руку.

В жизни…, случается так, что ребёнок оказывается на одной дорожке…, как бы сказать…, с Тёмной Силой, которая ведёт перед собой болезнь, насылая её на того, кого изберёт Сила. Болезнь, повинуясь своему инстинкту, бьёт без предупреждения. Наступает момент, и ребёнок начинает терять детство.

Пауза.

Каждый день, мой сын спрашивает меня: "Папа! Ты сможешь меня спасти?". А я, каждый день, спрашиваю самого себя: "Могут ли, люди, живущие в моём городе, помочь мне?".

Поднимает руку с купюрой. Смотрит на купюру.

Десять рублей! Меня они не спасли…, тогда…, на первом курсе. Могут ли они спасти моего ребёнка?

Встаёт.

Я рассказал вам о своей беде в пространстве сцены, на которой ещё нет актёров. (Показывает на сцену.) Это то время, когда врачи уже поставили диагноз моему сыну, а благотворительный центр помогает собрать требуемую сумму денег на операцию. Сейчас, на сцену выйдут все актёры и актрисы, которые будут участвовать в спектакле. Мы все…, вместе с вами, дорогие зрители и жители городка, перенесёмся в другое пространство, в то время, когда я ещё не просил о помощи. Мы переносимся в прошлое.

Звучит музыка. Выходят все актёры и актрисы участвующие в спектакле. Выстраиваются вдоль края авансцены. Музыка заканчивается. Все уходят. Музыка ещё играет несколько секунд и затихает.

На сцену выходит главный врач. Он в белом халате. После, выходят мама и папа мальчика. У главного врача: в одной руке толстая тетрадь, в другой, карандаш. За ухом лежит ещё один карандаш. Он расстёгивает белый халат, садится в кресло. Кладёт ногу на ногу. Родители мальчика садятся на диван. Главный врач, что-то быстро пишет, положив тетрадь на коленку. Отрывает взгляд от тетради, думает. Снова, что-то пишет. У родителей мальчика, в руках, медицинские анализы сына. Они рассматривают анализы. Сцена, одновременно выполняет двоякую роль: это, Кабинет главного врача, и Квартира родителей мальчика. Выходит министр. На нём: белая рубашка с красным галстуком, белые брюки с испачканной в грязи левой штаниной, чёрные туфли, и чёрный ремень. На его одежде, два цвета символизируют медицину: красный и белый. Стоит между креслом и диваном. Смотрит, то на главного врача, то на родителей мальчика. Поправляет галстук. Подходит к главному врачу со спины, подглядывает в его тетрадь. Делает запись в своём блокноте.

МИНИСТР (выходит из-за спины). Добрый день! Добрый день! (Утвердительно) Вы, главврач! (Протягивает руку, чтобы поздороваться.)

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (встаёт, протягивает руку; происходит рукопожатие с министром). Да! Это я. (Министр не позволяет разорвать рукопожатие.) Кажется, я увлёкся работой, что не заметил, как вы вошли. Со мной такое часто бывает. Один раз, я не заметил, как три часа проработал в чужом кабинете. Как такое возможно?! (Смеётся.)

МИНИСТР (кивает головой). Да, да! Очевидно, вы увлеклись. К тому же, я тихо вошёл, чтобы не мешать вам, делать ваши пометки.

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (демонстрирует тетрадь). Это мой личный дневник. В нём, все наши медицинские будни, так сказать. Важные операции, диагнозы. Сотни зарегистрированных болезней и пациентов. Записываю для себя, потихонечку. Если не сделаю пометку о больном, обязательно потом его забуду.

МИНИСТР (кивает головой). Читал! Читал!

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (взволнованно). И давно вы, в моём кабинете находитесь?

МИНИСТР (не ответив на вопрос, монотонно). Что с мальчиком?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (становится предельно сосредоточенным). Простите?!

МИНИСТР (снова, монотонно). Я спрашиваю: "Что с мальчиком?"

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. О каком мальчике вы говорите? (Спрашивает осторожно, как будто, не понимает, о ком идёт речь.)

МИНИСТР (громко и властно). О том мальчике…, которому вы уже две недели не можете поставить диагноз. О том мальчике…, услышав имя которого, я вздрагиваю у себя в кабинете, потому что, мне каждый день звонят из мэрии и интересуются ситуацией. Мне назвать имя мальчика?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (пытается разорвать рукопожатие, но не получается). Нет, не нужно. Я понимаю, о каком мальчике вы говорите. Серёжа находится в тяжёлом состоянии. Понимаете, у него какое-то очень редкое, скорее всего, генетическое заболевание. Мы привлекли лучших специалистов в городе. Но, они не могут поставить диагноз. (Машет свободной рукой) Мы не можем распознать эту коварную болезнь. В нашей больнице мы сделали мальчику все необходимые анализы. Я уверяю вас, что они проведены тщательнейшим образом, под моим личным контролем, и абсолютно бесплатно. Сейчас…, я покажу их вам. (Министру) Отпустите мою руку, мне нужно взять анализы. (Министр разрывает рукопожатие.)

Папа мальчика кладёт анализы на диван, ходит по квартире. Он ищет сумку. Главный врач ходит по кабинету. Он ищет анализы. Папа и мама мальчика бережно укладывает вещи сына в сумку. Во время этих событий и передвижений, министр и главный врач продолжают разговаривать.

МИНИСТР (надменно). Надеюсь, вам не было больно? Кстати, я не представился. (Садится во второе кресло) Министр!

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Да-да! Я вас узнал. Я видел вас на фотографии в министерстве, когда меня вызывали по важному вопросу. (Останавливается; достаёт таблетки из кармана халата, глотает таблетки) Вы наш новый министр здравоохранения!

МИНИСТР (произносит гордо, с повышением тона). Точно! (Кладёт ногу на ногу) Приятно, что подчинённые, которых ты видишь в первый раз, знают тебя в лицо. Чертовски, приятно!

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (уверенно). Простите, я хочу заметить вам, что я всегда готов честно и добросовестно работать, а не находиться в чьём либо рабском подчинении.

МИНИСТР (вскакивает с кресла; снова садится, уже спокойно). Я чувствую в ваших словах гордость за свою работу и ощущение своей полезности обществу. Мне нравится ваша самоуверенность. Поведение жёсткое, но справедливое. Только не забывайте, что в одном из пунктов, среди задач моего министерства, написано: контроль качества оказания медицинской помощи в организациях осуществляющих медицинскую деятельность.

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (смотрит на министра). Другими же пунктами, являются: разработка целевых программ для развития здравоохранения, а ещё: подготовка и повышение квалификации медицинских работников.

МИНИСТР (мягко, с улыбкой). Ну, что же…, пошумели, и хватит. (Встаёт, принимает властную позу) Чего вам не хватает для исследований? Почему вы не можете поставить диагноз? В чём проблема?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Нужны генетические лабораторные исследования, специалисты по генетике. Проблема, в таких специалистах. У нас нет квалифицированных специалистов в этой области.

МИНИСТР. Без генетики вам не обойтись?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Да! Не обойтись!

МИНИСТР (поправляет галстук). Плохое дело!

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Позвольте, вас спросить. Почему, такое пристальное внимание к мальчику со стороны мэрии?

МИНИСТР (думая о чём-то). А-а?! Всё очень просто. Вы знаете о благотворительном центре в нашем городе?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Да! Я осведомлён об их деятельности.

МИНИСТР. Так, вот! Волонтёры центра обращаются в мэрию с просьбой: выделить деньги на обследование мальчика за границей.

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Что же, это хорошее дело.

МИНИСТР (подходит к главврачу, впивается в него взглядом; говорит быстро и вызывающе). Было бы лучше, если бы диагноз смогли поставить в вашей больнице. Вам построили современное здание, закупили новейшее оборудование. Но, как я понимаю, ещё нужно поменять профессиональные кадры. Видимо, уровень ваших специалистов не приближается к границам тех специальностей, что прописаны в корочках их дипломов. Вместо того чтобы, как вы правильно заметили, составлять целевые программы и изыскивать на них средства, я вынужден реагировать на журналистов, которые с большим удовольствием пишут статьи, вроде той, что была напечатана во вчерашней газете: "Министр здравоохранения не обращает внимания на больного мальчика".

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Я бы попросил проявить вас снисхождение к нам. Мы не проявляем своего безразличия к мальчику. Наоборот, весь персонал нашей больницы, уделяет ему пристальное внимание. Но, наши возможности ограничены. Ещё раз, повторяю: "У нас нет квалифицированных специалистов по генетике". Между прочим, это входит в вашу профессиональную деятельность, является сутью вашего министерства, повышать уровень медицинских услуг, внедрять и развивать новые направления в медицине. Не так ли?

МИНИСТР (садится в кресло). Хорошо! Хватит причитать. Про генетику, мы поговорим потом. Что вы предлагаете делать сейчас?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Везти мальчика в зарубежную клинику пока не нужно. Сначала, нужно отправить его в другой город, к генетикам, для тщательного диагностирования. Они проведут анализы генов и поставят точный диагноз. Я уверен, что удастся обнаружить редкую форму наследственной патологии. Только после этого, станет ясно, как его лечить.

МИНИСТР. Поделитесь вашим предположением. Мальчик серьёзно болен?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Его анализы крови ухудшаются с каждым днём. (Разводит руками) Видимо, он умирает. Сейчас…, я покажу их вам. Вы всё увидите сами. (Ходит, ищет анализы.) Куда же, я их положил? (Проходя мимо дивана, видит анализы) Ах! Вот они. (Берёт анализы, несёт их министру; садится в кресло, рядом с министром.) Вот! Посмотрите. (Показывает анализы.)

Анализы Серёжи: это несколько обычных бумаг формата А4, окрашенных в малиновые цвета (три, или четыре), которые в разной степени испещрены множеством кривых линий, и отличаются друг от друга прозрачностью фона. Ухудшение анализов, на каждой бумаге, характеризуется увеличением количества кривых линий и потемнением фона.

МИНИСТР (просмотрев анализы). Плохое дело! Сколько у него времени?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Я уже вам говорил, мы не знаем диагноза. А без него, сложно утверждать, что-то определённое.

МИНИСТР. Значит! Мне придётся уделить этому случаю личное внимание и взять его под свой контроль. Так?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Вероятно, так! Мы не можем поставить диагноз. Я как главврач, всю ответственность беру на себя.

МИНИСТР (встаёт вместе с главврачом; протягивает руку, чтобы попрощаться; сжимает кисть главврача, не отпускает её). Да не переживайте вы так, из-за мальчишки. Выделим средства. Подыщем город, куда его направить. Пусть, родители спокойно везут его на обследование, а мы подождём. Главное, контролировать ситуацию. Вы меня понимаете?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Что я должен делать?

МИНИСТР (разжимает кисть). Держать меня в курсе этого дела.

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Конечно, я понимаю. Будем использовать один зонтик на двоих.

МИНИСТР. Это вы о чём?

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Когда пойдёт дождь, лучше спрятаться под ним вдвоём, чем одному. А в моём возрасте, так вообще важно быть сухим.

МИНИСТР (удивлённо). Сухим?!

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ. Климат у нас, знаете ли, неустойчивый…, переменчивый! Это большая неприятность…, попасть под дождь и промокнуть.

МИНИСТР (улыбается). Забавно! Очень интересная аллегория. Но, кажется, я вас понял.

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (смотрит на брюки министра; улыбается). Необычные брюки. Что у вас со штаниной?

МИНИСТР (играючи). Улица полна неожиданностей. Неудачно вышел из машины. Обрызгал потенциальный больной. В будущем…, ваш пациент. (Уходит, но останавливается) Кстати! (Подходит к дивану, на котором сидят родители мальчика) Если ваш диагноз подтвердится, это будет удар по родителям мальчика.

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (удивлённо). Какой диагноз? Я ничего не говорил.

МИНИСТР. Безусловно! Я лишь хочу сказать про диагноз, запись о котором, вы…, признаться, я удивлён вашим смелым предположением…, оставили в вашем личном дневнике. Желаю, здравствовать! (Уходит.)

ГЛАВНЫЙ ВРАЧ (проверяет кабинет, убеждаясь в том, что министр ушёл). Хитёр, как лис, и опасен, как волк! Разговаривая с ним, нужно взвешивать каждое своё слово…, и прятать тетрадь от его глаз. (Забирает анализы; уходит.)

На сцене: мама и папа мальчика. Сидят на диване. У папы мальчика в руках игрушка - трансформер.

МАМА мальчика (закрывает сумку). Кажется, все вещи уложили.

ПАПА мальчика. Да. Всё самое необходимое положили. Его любимый трансформер. (Показывает жене игрушку.)

МАМА мальчика (берёт игрушку). Возьму с собой. Вдруг, он вспомнит о нём. Играть захочет, просить начнёт.

ПАПА мальчика. Куда ты его положишь? Места в сумке не осталось.

МАМА мальчика. У меня где-то, маленькая сумочка была. Я её сбоку пришью, к этой сумке. (Показывает на большую сумку, и место, где будет пришивать.) В неё, и положу.

ПАПА мальчика. Если что-то забыли положить, то завтра утром вспомним. А сейчас, тебе нужно лечь спать.

МАМА мальчика. Рано, ещё. (Смотрит на часы) Восемь часов.

ПАПА мальчика. Тебе нужно выспаться и набраться сил.

МАМА мальчика. Хорошо! Сейчас, пойду. Давай, ещё чуть-чуть посидим. Вставать не хочется. (Кладёт игрушку на диван.)

ПАПА мальчика. Ты как себя чувствуешь?

МАМА мальчика. Плохо, Андрюш! На нервах сижу. Что нас там ждёт? Что нам скажут? Какой диагноз поставят? Сколько денег на лечение нужно будет? Сколько мы там промыкаемся? Одни вопросы.

ПАПА мальчика (обнимает жену). С какими бы трудностями мы не столкнулись, будем бороться за нашего сына.

МАМА мальчика. Ты веришь в то, что мы сможем ему помочь?

ПАПА мальчика. Вероятно, нам придётся очень трудно, но нам нужно верить. А я верю, что у нас всё получится.

МАМА мальчика. Ты смотрел, Серёжа спит?

ПАПА мальчика. Спит.

МАМА мальчика. Подушка чистая? Кровь из носа не идёт?

ПАПА мальчика. Всё в порядке. Не волнуйся. Этой ночью, я за ним пригляжу.

МАМА мальчика (кладёт голову на плечо мужа). Позвони матери! Расскажи, что у нас происходит. Она должна знать, как живёт её сын, и что случилось с её внуком.

ПАПА мальчика (мягко отстранив жену, встаёт с дивана). Я тебя прошу, Оля! Не будем говорить об этом сейчас. Много раз я говорил тебе, что не хочу с ней встречаться, и звонить ей, и писать, я тоже не стану. Не стану прыгать через свой психологический барьер. Много лет мы не общаемся, за всё это время, я нечасто вспоминал о ней. Что же касается Серёжи, то это наш с тобой ребёнок и все трудности тоже наши.

МАМА мальчика (еле слышно, опустив голову). Ладно!

Пауза.

МАМА мальчика. А где документы, билеты, деньги?

ПАПА мальчика. Сейчас, погоди! (Подходит к шифоньеру, вытаскивает небольшую коробку) Вот твой паспорт, вот ваши билеты, вот деньги. (Отдаёт жене.)

МАМА мальчика (открывает сумку, кладёт всё сверху, закрывает сумку). Так! Осталось маленькую сумку пришить. Всё! Хватит разговаривать сегодня. Пойду, спать. (Встаёт с дивана.) Спокойной ночи, Андрюш!

ПАПА мальчика. Спокойной ночи!

Мама мальчика уходит. Папа мальчика садится на диван. Берёт в руки игрушку. Направляет свой монолог к зрителям.

ПАПА мальчика. Когда мне было семь лет, я с родителями поехал в своё первое путешествие. Мой отец, рассказывал мне, взрослому человеку, студенту, как он мечтал в день моего рождения: он представлял тот день и тот поезд, на котором он везёт меня к морю. Мой отец, так мечтал: чтобы моё первое путешествие было именно таким. (Мечтательно) Я помню, моё первое путешествие: с мамой и папой, к морю, на поезде. Признаться, после этого путешествия, я вспоминал лишь о поездах. Я не запомнил море. Оно не плескалось в моей памяти. Зато, я запомнил поезда. Я влюбился в поезда…, даже хотел стать машинистом.

Пауза.

Завтра, мой сын отправится в своё первое путешествие. Только, оно будет не таким, какое было у его отца. Когда родился сын, я стал мечтать: представлял тот день и тот поезд, на котором я везу его к морю. (Прижимает игрушку к груди) А он, через много лет, скажет: "Я помню, моё первое путешествие: с мамой и папой, к морю, на поезде". (Берёт сумку; уходит.)

Квартира Ириски. Майский вечер.

На сцену вылетает футбольный мяч. Выходят: Ириска, мама и папа девочки.

Ириска перерисовывает картинку с детской раскраски на белый листок бумаги, прислонив их к стеклу на окне. Мама девочки сидит на полу, поджав обе ноги. Мелом наносит короткие штрихи на зелёную ткань лежащую на полу. Делает небольшие разрезы ножницами. Папа девочки бегает, или можно сказать, двигается по комнате. Он набивает футбольный мяч, то на коленке левой ноги, то на коленке правой ноги, ступнями обеих ног, пытается набивать на голове.

Мама девочки берёт рулетку и бегает за мужем, наклоняясь и нагибаясь в разные стороны. Она пытается померить длину его рукава. Случайно, задев мужа, толкает его в сторону. Мяч падает на пол. Не обращая внимания на жену, папа девочки наклоняется за мячом, желая его поднять. В этот момент, проворным движением, жена успевает померить длину его рукава. Папа девочки подбирает мяч, и всё начинается заново. Он снова, набивает футбольный мяч. Мама девочки, нанеся штрихи на ткань, опять начинает бегать за мужем, наклоняясь и нагибаясь в разные стороны.

Ириска, посмотрев на бегающих родителей, кладёт раскраску, бумагу, и карандаш, на стул. Подходит к отцу, ловко забирает мяч, бьёт мяч ногой. Мяч улетает за кулису. Ириска пробегает круг вокруг отца, смотрит на него, показывает рукой на маму, грозит ему пальчиком, как бы говоря: "Не бегай! Маме неудобно".

Папа девочки замирает на месте, разводит руки в стороны, условно изображая букву Т, чтобы жена могла спокойно "снять" размеры. Но, мама девочки, вдруг кладёт рулетку в карман. Ей становится неинтересно заниматься своим делом, и она бросает его. Машет рукой на мужа и идёт смотреть, что нарисовала Ириска, точнее, какие части картинки, она успела перерисовать с раскраски. Помогает держать раскраску и листок бумаги.

ИРИСКА. Мама! Серёжа, уже две недели не ходит в школу. Всё болеет, и болеет. Почему, так долго? Я никогда, так долго не болела. Он уже много уроков пропустил. Все девочки сидят со своими мальчиками, а мне скучно сидеть одной за пустой партой. Разве, ребёнок может болеть так долго?

МАМА девочки (поправляет раскраску и листок бумаги). Так бывает, иногда. Понимаешь, Ириска, дети болеют по-разному. Кто-то, если заболел, очень быстро выздоравливает, потому что мама вовремя вызвала врача. Врач, обследовав ребёнка, открывает свою сумку, достаёт из неё листочек бумаги, и выписывает выздоравливающие лекарства. А кто-то другой, болеет дольше. Например, вредные и упрямые дети болеют долго. Это я по себе знаю.

ИРИСКА. Серёжа, не вредный и не упрямый. Значит, его мама поздно вызвала врача?

МАМА девочки. Может быть, она не сразу поняла, что Серёжа заболел, а может быть, болезнь спряталась в нём глубоко, и не захотела, чтобы её быстро обнаружили.

ИРИСКА. Она что же, умеет прятаться?

МАМА девочки. Умеет. Только, она прячется не честно.

ИРИСКА. Почему?

МАМА девочки. Вот, когда детишки играют в прятки, они всегда говорят друг другу: "Теперь, я прячусь", или: "Теперь, ты прячься". Например, мальчик ищет девочку, потому что мальчик знает, что девочка спряталась. Мальчик может искать девочку очень долго, но если он, осмотрит все известные места, то обязательно её найдёт. Не коварная болезнь спрячется в человеке, но говорит: "Я спряталась, ищите меня". Лоб горячий, нос сопливый, горло красное: в этих местах, врач и находит её. А коварная болезнь спрячется в человеке и молчит. Не говорит: "Я спряталась, ищите меня".

У мамы затекает рука. Она роняет листок на пол, но продолжает держать раскраску.

ИРИСКА (вздыхает). Эх, мама! Во мне, такая же вредная привычка сидит. Обязательно что-нибудь уроню на пол: то ручку уроню, то карандаш, или линейку локтем задену, она тоже падает. На первом уроке рисования, я банку с водой уронила, так Серёжа помогал мне: воду, тряпкой собирал. Всё потому, что я неуклюжая. Серёжа даже смеётся надо мною. Но, сначала он мне помогает, а потом смеётся. (Подбирает листок, держит его в руках) Как мы с тобой похожи, мамочка!

МАМА девочки. Нет, уж! Это твой папа, неуклюжий семьянин. По неуклюжести, ты на папу больше похожа. Он когда, к примеру, картошку чистит, у него кожура почему-то, не в ведро падает, а рядом с ведром. А когда он с дивана встаёт, у него всегда носовой платок из кармана выпадает.

ПАПА девочки. Так у меня карман узкий, а платок широкий и тяжёлый. Его разворачивать нужно восемь раз. А что касается картошки, то нужно пакет в ведро правильно ставить. Сначала рукой ко дну придавить, затем по краям похлопать, чтобы он в пузырь не превращался: ко дну, похлопать, опять ко дну, снова похлопать. А ты, как его ставишь?! На ведро надела, тяп-ляп, а хлопать, кто будет?! Получается, ведро без отверстия. Вот, кожура на пол и падает.

МАМА девочки. Тогда почему, когда ты варишь макароны, они по газовой плите разбросаны, да ещё на полу валяются?

ПАПА девочки. Они вываливаются!

МАМА девочки. Из рук?

ПАПА девочки. Ну…, просто так получается. Я их бросаю в горячую воду, а горячие капли в руку мне попадают, шпарят меня. Вот, моя рука и вздрагивает.

ИРИСКА (подходит к отцу, спрашивает тревожно). Пап, а Серёжа не умрёт?!

Мама вздрагивает, роняет раскраску на пол.

ПАПА девочки (резко поворачивается к дочери спиной, трясёт перед собой пальцем руки). Где-то я их видел. Танюш! Ты не видела ключи от автомобиля? Не могу найти. (В большом беспокойстве ищет ключи, ходя по комнате; несколько раз проходит мимо дочери.) Я там гранаты оставил в бардачке. (Останавливается перед дочерью, так как она преграждает ему дорогу.) О чём ты спросила? Ах, да! Конечно, нет. Так нельзя говорить, дочка. Он не может умереть.

ИРИСКА. Почему?

ПАПА девочки. Почему? (Повторяет, ещё раз) Почему?

МАМА девочки (подходит с ключами, отдаёт их мужу). Вот, твои ключи. Иди. Да, кстати, зайди в магазин, купи два пакета молока, я блинов напеку. (Вспоминает слова мужа) Постой-ка! Какие это гранаты у тебя в бардачке лежат? Ты кого взрывать собрался?

ПАПА девочки (смеётся). Да, нет. Гранаты для Ириски.

МАМА девочки (надвигается на мужа; грозно). Чего???!!!

ПАПА девочки (пятится назад) Чего?! А что тебя смущает?

МАМА девочки. Меня смущает слово: гранаты.

ПАПА девочки (весело). Ах, вот ты о чём. Слушай, Танюш! Наши новости по телевизору, бьют по нервной системе. А дикторов, так вообще, после программы домой на машине увозят. Они на улицу боятся выходить. Некоторые, даже ночуют в Останкинской башне. Я купил Ириске: гранатик красный, один…, гранатик красный, второй…, и ещё гранатик третий…, такой же красный, как первые два. Это ягоды, Танюш!

МАМА девочки. Ага! Ягоды, значит. Ты что, филолог-любитель, не мог сказать, что оставил в бардачке ягоды. Тоже мне…, гранаты оставил. Думай, как говорить правильно.

ПАПА девочки. Я и сказал правильно. Гранат, во множественном числе, будет произноситься: гранаты. Ты ведь сама, как сказала: "Купи два пакета молока", а не: "Купи два пакета молоко".

МАМА девочки. Ой! Ну, ладно, ладно. Иди, иди за гранатами.

ПАПА девочки (жене). Ага! (Показывает миниатюру: размахивается, и бросает в даль гранату; убегает.)

МАМА девочки (убегающему мужу). Только, не взорвись. (Дочери) Смешной…, твой папка! ИРИСКА. Гранатовый папка!

МАМА девочки (подбирает раскраску с пола). Ириска! У тебя цветные карандаши, есть? Не сточила ещё? А то, мы можем пойти в магазин и купить новые.

Ириска открывает ящик стола, вытаскивает коробочку с цветными карандашами. Два карандаша сточились до размера спички.

ИРИСКА. Вот! (Показывает карандаши маме) Два карандаша уже сточились.

МАМА девочки (берёт все карандаши, рассматривает их). Почему два карандаша сточились, а остальные целые, но у них кончики поломаны?

ИРИСКА. Да, это мальчишки на уроке рисования так пошутили над нами. В моей коробочке сломали кончики у всех карандашей, кроме зелёного и красного. И у Серёжи, все карандаши поломали, кроме зелёного и красного. Поэтому, у нас с ним, рисунки красно-зелёные.

МАМА девочки (с негодованием). Вот безобразники, какие. Я бы даже грубо сказала. Закрой уши, Ириска. (Ириска закрывает уши) Ломатели - сломатели. (Открывает дочери уши) Почему, ты ничего не рассказала учительнице? Она бы их наказала, и заставила бы их, заточить ваши карандаши.

ИРИСКА. Серёжа не любит ябедничать, а я делаю как он. Он отдал наши коробочки мальчишкам, и сказал, чтобы они всё починили.

МАМА девочки. И что же они…, починили?

ИРИСКА. Пока, ещё нет!

МАМА девочки. Погоди-ка, Ириска. Ты сказала, что Серёжа, ваши коробочки отдал. Но, вот же твоя коробочка. (Показывает коробочку дочери.)

ИРИСКА. Я свою коробочку назад забрала. Не хочу, чтобы мои карандаши, дураки, в руках держали. Я сама хотела их заточить, но потеряла точилку.

МАМА девочки. Почему же, они не сломали красный и зелёный карандаши?

ИРИСКА. Они сказали: "Будете только арбуз рисовать". Мы на уроках рисования, натюрморты рисуем. Учительница приносит в класс фрукты, овощи, ягоды…, ещё арбуз есть, разрезанный. Он красно-зелёный, и ненастоящий. Я уже три урока арбуз рисую, а Серёжа, только один раз арбуз нарисовал, и заболел. Учительница говорит, чтобы я, другую картинку нарисовала, а я говорю: "Мне арбуз нравится". Она головой покачала и сказала: "На следующий урок, не принесу арбуз".

МАМА девочки (складывает все карандаши в коробку). Знаешь, что?! Пойдём, в субботу, новые карандаши покупать, а? Серёжке, тоже купим. Вот, он обрадуется, когда выздоровеет. (Вдруг, вспомнив, закрывает рот рукой.)

ИРИСКА. А когда он выздоровеет?

МАМА девочки (словно обдумывая что-то, размахивает пальцем в воздухе). Ага! (Роется в ящиках гарнитура, как будто пытается найти какую-то вещь, при этом напевает слова):

Карандаши, карандаши

Нарисуем от души

Двух слонов

И забияку,

злую тётку - Шапокляку

Но, потом, её сотрём

Пусть слоны

Будут втроём!

ИРИСКА. Мама! Нужно, чтобы через три дня, Серёжа пришёл в школу.

МАМА девочки (не смотрит на дочь; тревожно). Почему?

ИРИСКА. Наша "классная" сказала, что если Серёжа не придёт через три дня, то в понедельник, она посадит со мной мальчика Игоря, с последней парты. Он сидит один и ему плохо видно. Я не хочу, чтобы на место Серёжи, садился Игорь. Он хороший мальчик…, отличник, но Серёжа мой друг. Друзья должны быть вместе.

МАМА девочки (подходит к дочери; они вместе садятся на диван; обнимает дочь, нежно). Послушай меня, моя любимая дочка.

Выходит отец девочки с пакетом, в котором лежат гранаты. Тихо подходит к дивану. Садится на пол, со стороны жены, прислонившись к дивану спиной. Подслушивает разговор.

МАМА девочки. Дочка! Можно тебя попросить сделать один поступок?

ИРИСКА. Какой, мама?

МАМА девочки. Если, Серёжа не придёт в школу в понедельник, разреши учительнице посадить рядом с тобой, мальчика с последней парты.

ИРИСКА (удивлённо). На место Серёжи?

МАМА девочки. На место Серёжи.

ИРИСКА. Нет, мама! Не проси. Я ей не разрешу! А если она посадит его, я тогда уйду на последнюю парту. Пусть, Серёжа придёт во вторник, пусть мы будем сидеть на последней парте, но мы будем вместе. (Вырывается из объятий мамы) Всё, мама! Поговорили. Мне завтра в школу рано вставать. Я буду ложиться спать. Спокойной ночи!

МАМА девочки (выглядит уставшей, после напряжённого разговора). Спокойной ночи, доченька!

Ириска берёт свой портфель. Из ящиков стола, вытаскивает вещи, складывает их в портфель. Она собирается в школу. Среди вещей: есть письмо, и есть кукла Барби.

МАМА девочки (мужу). Слышал?

ПАПА девочки. Что нам делать?

МАМА девочки. Продолжай говорить ей, слово: правда.

ПАПА девочки. Снова врать?

МАМА девочки. Пусть, врать! Ты уступаешь место лжи, не зная правды.

ПАПА девочки. Мне тягостно, отвечать каждый день: "Правда", на вопрос Ириски: "Правда, что Серёжа выздоровеет быстрее, если ему поможет взрослый волшебник?", хотя ты и я, мы оба знаем, что он заболел тяжело, ему становится только хуже, и одними лекарствами его не вылечить. Вот такая она, правда.

МАМА девочки. Я тебя прошу, соври ещё раз. Завтра! Пусть, Серёжа с мамой, уедут на обследование.

Пауза.

МАМА девочки. А что нам говорить потом? Как ты думаешь, почему Ириска задаёт свой вопрос только тебе?

ПАПА девочки. Сегодня, она задала совсем другой вопрос.

МАМА девочки. Странно, не правда ли?

ПАПА девочки. Нет, здесь ничего странного. В детстве, я часто рассказывал ей, как учился в школе волшебников. Она любила слушать мои рассказы: о волшебных заклинаниях. Наша девочка до сих пор верила в то, что я, может быть, вспомню выздоравливающее заклинание, и помогу Серёже.

МАМА девочки. Почему, она не спросила про волшебника?

ПАПА девочки (поворачивает голову в сторону жены). Она мне больше не верит!

Мама и папа девочки уходят. Ириска надевает курточку, но не застёгивает её. Надевает портфель на плечи.

Квартира Серёжи. Майское, раннее утро.

На сцене: Ириска, с портфелем, и в курточке. Выходят: мама и папа мальчика. Они в спальных халатах.

ПАПА мальчика (жене). Я на кухню, чайник кипятить. (Уходит.)

ИРИСКА (здоровается с идущей навстречу женщиной). Здравствуйте, тётя Оля!

МАМА мальчика. Здравствуй, девочка! (Проходит мимо; оборачивается и смотрит на девочку) Ой, Господи! Это ты, Ириска! (Подходит к девочке) Увидела девочку перед собой, а на кого смотрю, сразу не сообразила. Проходи в дом, только тихонько, Серёжа спит.

ИРИСКА (вскрикнув). Серёжа, дома?

МАМА мальчика. Тише, Ириска, тише. Не буди его. Мы вчера вечером его привезли. Он устал от больницы, пусть высыпается.

ИРИСКА. Значит, Серёжа выздоровел. Правда, тётя Оля?

МАМА мальчика (расстроено). Еще, нет! Но, кажется, ему лучше.

ИРИСКА. Здорово как, тётя Оля! Зашла к вам в гости, узнать, когда Серёжа вернётся домой, а он уже вернулся.

Со стороны кухни, слышится телефонный звонок. После одного вызова, телефон затихает.