Элективный курс «Наши истоки» (стр. 4 )

·  История открытия иконы

В 19 веке много и восторженно писали о Рублеве, говорили, что он гениален и что его картины «дымом писаны». Однако живописи его в то время, по существу, никто не видел. Икона была скрыта под сплошной золотой ризой. Это была золотая, украшенная самоцветами доска с выпуклыми фи­гурами, повторяющими композицию «Троицы». Прорези, сделанные в зо­лоте, позволяли видеть только головы, руки да ступни ног. Одежда этих золотых ангелов необыкновенно богата — хитоны их затканы пышными цветами, вокруг головы их венцы, унизанные жемчугом и украшенные густо посаженными драгоценными камнями. Над венцами громоздятся огромные, тоже украшенные камнями короны.

Эта риза сделана в XVIII веке. А первые ризы для высокочтимой ико­ны заказал Иван Грозный. Потом, в 1600 году,— царь Борис Годунов. Она с того времени стала даже и называться «годуновской», и не без основания, так как от Рублева здесь уже ничего не осталось. Цари, разу­меется, были глубоко убеждены, что делают доброе дело.

Словом, «Троицу» в XVIII, XIX веках тоже никто не видал.

Нетрудно себе представить, с каким нетерпением ученые и художни­ки, да и вообще все любители искусства ждали, когда же, наконец, снимут золотые ризы и можно будет увидеть великую живопись.

В 1904 году духовенство Троице-Сергиевой лавры решило промыть соборные иконы и для этой цели пригласило знаменитого иконописца и реставратора .

«Когда с этой иконы была снята золотая риза, — пишет он, — то како­во же было наше изумление! Вместо древнего и оригинального памятни­ка мы увидали икону, совершенно записанную в новом стиле палеховской манеры XIX века. На ней фон и поля были санкирные, коричневые, а надписи золотые новые. Все одежды ангелов были переписаны заново в лиловатом тоне и пробелены не краской, а золотом; стол, гора и пала­ты вновь переписаны...

Оставались только лики, по которым можно было судить, что эта икона древняя, но и они были затушеваны в тенях корич­невой масляной краской».

Таким образом, и та картина, которую указывали как достоверно руб­левскую, практически для XIX века не существовала.

Уже первая расчистка, произведенная , показала, что не только краски иконы искажены, но и линии ее сдвинуты. Так, контур левого ангела, пишет Гурьянов, был смещен более чем на два сантиметра. Гурьянову удалось произвести почти полную реставрацию картины.

Весть о том, что открыт подлинный Рублев, произвела огромное впе­чатление в мире искусства. К картине началось настоящее паломничест­во. Однако общий восторг длился недолго — духовенство потребовало, чтобы икона была вновь одета золотом. И опять вместо великой живопи­си люди видели добротную работу ювелиров.

Настоящая жизнь картины началась в двадцатых годах 20 века, когда не толь­ко был, разумеется, снят оклад, но и произведена окончательная рестав­рация. Сейчас к «Троице», висящей в Третьяковской галерее, стекаются любители искусства всего мира.

·  Рассказ учащегося о восприятии иконы «Троица»

И вот мы перед картиной, которую весь мир считает вели­кой.

«Великая»! В самом этом слове есть что-то гипнотическое, настраи­вающее на определенный ход мыслей и невольно заставляющее восхи­щаться. Но попробуем все же избежать подобного рода гипноза и по­смотреть на «Троицу» так, словно до нас ее никто не видел и никто ничего о ней не писал и не говорил.

Начнем с того, что репродукции не в силах ее воспроизвести. Они могут дать о ней только общее и отдаленное представление. Когда вы смотрите на картину, подлинную живопись, она рано или поздно рас­кроется перед вами, как раскрывается цветок, а с репродукцией этого чуда не происходит.

Сюжет «Троицы» на первый взгляд очень прост. За столом, как бы заключенные в невидимый круг, сидят три ангела — вот и все. С посоха­ми в руках сидят они в безмолвии вокруг стоящей на столе чаши. За ними какие-то здания, гора и дерево.

Быть может, первое, что поразит вас, когда вы подойдете к картине, будет синий цвет, особенно на плаще центральной фигуры. Он нестерпи­мо и радостно горит, великолепно соседствуя с желтым цветом крыла и темно-вишневым цветом хитона.

На голубой хитон левого ангела, заметите вы далее, словно накинут прозрачный плащ, на сиреневой прозрачности которого проступает го­лубизна. Правый — в холодных синих и бледно-зеленых тонах. Описы­вать красоту цвета опять же бесполезно. Как это прекрасно, знает только глаз.

Потом ваш взгляд начнет как бы обегать изящные точные линии, ко­торыми очерчены силуэты прекрасных, глубоко задумавшихся, сидящих юношей (здесь ангелы, скорее всего, изображены в виде юношей), их тонкие лица и складки одежд—удивительно легкие и плавные линии, которые делают фигуры невесомыми. И тут, незаметно для вас, вы ока­жетесь в самой атмосфере картины и удивитесь тому, какая здесь стоит тишина.

Древнерусскому человеку должно было ка­заться чудом умение художника взять кисти и краски и написать пре­красную женщину. Но разве это не чудо — взять кисти, краски и напи­сать тишину? Или грусть? Или молчание? Однако здесь именно это и написано.

Этот мир согласия и взаимной любви. Посмотрите, как все три ангела, тем же чувством, той же думой объединенные, так расположились по воле Рублева, чтобы зримо перекликать­ся друг с другом не взорами, не посылами, а сокровенной со­средоточенностью, душевной лаской и чистотой. Да, это мир глубокого, неразрывного единства, которое воспринимается нами как завершение всех человеческих устремлений. И это единство опять-таки зримо выступает перед нами в том не обозначенном линией круге, что рождают в нашем сознании плавные очертания ангельских фигур. А с головой среднего ангела тем же наклоном перекликается кудрявое деревце.

Мир тишины и покоя, ибо никакого действия перед нами не происходит, покоя просветленного, благотворного, к которому пришло, наконец, нечто до этого зыбкое, возможно, тревожное и хаотичное. Сияют пронизанные светом нежные краски: чудесен рублевский «голубец» —чистейшая лапис-лазурь. И как играют, ласково согласуясь друг с другом, все цвета рублевской палитры! В глазах ангелов — мечта, кроткая вза­имная преданность, предчувствие неотвратимой печали и со­знание важности, священности их союза; силуэт каждого со­вершенен в истинно кристальной своей чистоте, а как упоитель­но музыкальны линии их плеч, рук и складок их облачений! И вся рублевская живопись звучит как восхитительная симфо­ния, как лирический стих о всеобщей братской привязанности. Сколько радостей нам щедро уготовано здесь средствами одной живописи, так что перед этим созданием Рублева мы и впрямь готовы согласиться с Леонардо да Винчи, который говорил, что живопись — царица искусств.

Эти чувства, эти радости возникают в созерцании «Троицы» Рублева, даже если не знаешь, в чем, в сущности, ее сюжет.

·  Рассказ учащегося о сюжете иконы

К библейскому патриарху Аврааму явилось трое прекрас­ных юношей, и он заклал тельца и пышно угостил их, угадав в дивных странниках воплощение извечного во многих рели­гиях троичного начала божества. Византийские художники передавали легенду во всех подробностях — со сценой закла­ния и со столом, уставленным яствами. Рублев все сосредо­точил на главном. В чаше, вокруг которой восседают три анге­ла,— голова жертвенного тельца, прообраза евангельского агнца, символа жертвенности Христа во имя любви и спасе­ния человеческого рода.

Для современников Рублева все это было догмой, выражало сущность той веры, в которой они были воспитаны. Но вот такова сила искусства, что уже вне зави­симости от этой веры внутреннее содержание рублевской «Троицы» понятно нам, как оно будет понятно и тем, кто при­дет после нас. Ибо в этом содержании художник выявил то, что вечно: добро, жертвенность и любовь.

Как правильно было замечено, среди всех созданий древне­русских художников рублевские ангелы представляются са­мыми бесплотными. Ничто не отягчает их, ни крылья, ни облачения; они предельно легки, как и вся композиция, почти лишённая глубины в своём чисто плоскостном ритме.

·  Учитель

Как вы убедились, всё в его картине пронизано символикой, обычно понятной средневековому человеку. Нам сейчас эта символика малопонятна, да и не очень нужна. Икона и без того говорит с нами внятным языком – мы видим воплощение глубокой и очень доброй мысли.

Когда говорят о рублёвской «Троице», всегда вспоминают русскую природу её ясной и тихой поры. рублёвские краски напоминают цвет слегка уже побуревшего ржаного поля, в котором горят васильки. , глядя на «Троицу», вспоминает об осенних, немного пожухлых листьях. «Троица» похожа на прелестное лирическое стихотворение :

На холмах Грузии лежит ночная мгла;

Шумит Арагва предо мною.

Мне грустно и легко; печаль моя светла;

Печаль моя полна тобою,

Тобой, одной тобой… Унынья моего

Ничто не мучит, не тревожит,

И сердце вновь горит и любит - оттого,

Что не любить оно не может.

В этом пушкинском стихотворении совсем иной пейзаж. Здесь нет ни ржи, ни васильков, и говорит оно не о любви к человечеству, как рублёвская картина, а о любви к женщине, но прозрачность красок и общее лирическое настроение светлой печали и тишины – такой тишины, которую жаль разрушать, роднит эти произведения, написанные мастерами.

·  Задание на дом

1. Прочитать «Слово Даниила Заточника».

2. Выписать понравившиеся афоризмы.

Урок 11

«Слово Даниила Заточника»

Цель урока:

познакомить учащихся с интереснейшим памятником

древнерусской литературы; выявить специфику произведения.

Оформление:

книга «Древнерусская литература»; иллюстрация с

изображением Даниила Заточника.

Словарная работа:

челобитная – письменное прошение, жалоба;

афоризм – обобщённая мысль, выраженная в лаконичной,

отточенной форме.

… Даниил Заточник – одна из тех

личностей, которых люди сперва хвалят и холят,

потом сживают со свету и, наконец, уморивши,

снова начинают хвалить…

В. Белинский

Ход урока:

·  Вступительное слово учителя

Мы с вами сегодня познакомимся с очень интересным памятником древнерусской литературы – «Слово Даниила Заточника».Памятник этот таит немало загадок.

Одним из центральных вопросов древнерусской ли­тературы был вопрос о роли князя в жизни государства. Необходимость сильной княжеской власти как условие успешной борьбы с внешними врагами, преодоление внутренних противоречий остро осознавалась теми, кто заботился о судьбах Руси.

Идея сильной княжеской власти стоит в центре одно­го из интереснейших произведений — «Слова Даниила Заточника». Ни один из дошедших до нас списков не воспроизводит его первоначального текста. В течение веков это произведе­ние не только активно читалось, но и дополнялось и перерабатывалось. Каждый из его соавторов, по мысли , умел попасть в стиль памятника и не рас­ходился с его общей направленностью.

·  Рассказ ученика об авторе «Слова»

Даниил Заточник (конец 12 – начало 13вв.) – предполагаемый автор послания князю, известного в двух редакциях – «Слово Даниила Заточника» и «Моление Даниила Заточника». Даниил – одна из самых загадочных фигур в истории древнерусской литературы и религиозно – философской мысли. О нем практически ничего не известно. Некоторые учёные вообще отрицают существование реального Даниила и считают его вымышленным литературным персонажем. Даниил называет себя «Заточником», т. е. заключённым, «заточённым». Неизвестно, был ли он « заточён» в прямом смысле этого слова. Но его страстное послание свидетельствует: он был «заточён» обстоятельствами жизни.

Высокообразованный, литературно одарённый, ироничный человек, оказался невостребованным, настолько одиноким, что даже друзья и родственники «отвергли» его от себя.

·  Сообщение учащегося о содержании «Слова»

«Слово» представляет собой просительное письмо, челобитную, с которой некий Даниил, судя по тексту, находящийся в заточении, обращается к князю Яросла­ву. Даниил просит князя облегчить его горькую участь, взять на службу в качестве советника, желая наглядно показать свой ум и образованность.

Все «Слово» состоит из остроумных изречений и афоризмов, которыми автор искусно пользуется, что­бы, с одной стороны, обрисовать князю свое плачевное положение и нужду, а с другой, — склонить его к мило­сти. Автор вводит скоморошьи прибаутки, простонарод­ный юмор бедняка, смеющегося над своей судьбой. Однако произведение лишь сохраняет налет скоморошьего искусства. называет автора своего рода интеллигентом Древней Руси XII—XIII веков.

Характеризуя свою мудрость, Даниил говорит: «Я не в Афинах вырос и не у философов учился, но, припа­дая, как пчела, к различным цветам, книгам, выбирал из них сладость словесную и совокуплял мудрость, как в мех воду морскую».

Зная добросердечие князя, Даниил обращается к не­му с просьбой: «Княже мой, господине! Помяни меня в княжении своем... Вижу, господин, всех людей, как солнцем согреваемых милостью твоей. Только я один, как трава в тени растущая, на нее ни солнце не глянет, ни дождь не прольется, так и я хожу во тьме, отлучен днем и ночью от света очей твоих»3.

Даниил уподобляет себя сухому дереву, стоящему «при пути» и «посекаемому» проходящими мимо, все его обижают: «Богатый человек везде известен, даже и в чу­жом городе, а бедный человек и в своем городе неведом ходит. Богатый заговорит — все молчат, и слово его воз­несут до облаков, а бедный человек заговорит — все на него закричат».

·  Комментированное чтение «Слова»

Даниил обращает внимание князя на свои внутрен­ние качества: «Одеянием я скуп, но зато разумом оби­лен». Он убеждает князя, что мыслию парит, «как орел по воздуху». Чтобы расположить к себе князя, он рас­точает ему хвалы: «глас твой сладок, и уста твои мед источают». Даниил откровенно признается князю, что не слишком храбр «на рати», но зато в словах крепок. Он может быть умным советником и, по его мнению, будет более полезен князю, чем храбрый, но глупый воин. Даниил пишет, что до сих пор он служил у бояр и испытал немало зла от них, а теперь он хочет служить князю.

Когда-то он был богат, но богатство его давно исчез­ло, теперь он живет в нищете. «Избавь меня, господин, от нищеты, как птицу от силков, и освободи меня от бед­ности моей, как серну из сетей, как утенка из когтей сокола. Ибо кто в печали человеку поможет, тот как студеной водой напоит его в знойный день».

Умоляя князя взять его на службу, Даниил снова напоминает о выгоде иметь при себе мудрого советни­ка: «Мудрый человек — умный друг, а неразумный — недруг. Сердце мудрого в доме печальном, а безумного в доме пиршественном. Посылая в путь мудрого, мало его наставляй, а посылая глупого, сам не поленись пой­ти... Сказано: "Дай мудрому наставление, и он мудрее бу­дет, а глупого, если и кнутом бьешь, привязав к саням, — не избавишься от его глупости"»2.

Предполагая, что князь может посоветовать ему по­стричься в монахи или жениться на богатой невесте и тем самым поправить свое материальное положение, Заточ­ник отрицает эти возможности: «Лучше лихорадкой за­болеть, лихорадка потрясет и отпустит, а злая жена до смерти засушит». «Лучше мне железо варити, нежели со злою женою жити. Лучше камень долбити, нежели злую жену учити». Даниил пишет князю, что он не мо­жет и не хочет постричься в монахи: «Лучше мне так окончить жизнь свою, нежели, восприняв ангельский об­раз, Богу солгать. Ибо говорят: лги миру, а не Богу: нельзя Богу солгать, ни вышним играть». Все монахи в представлении автора обманщики, многие из них, дав обет отречения от мира, снова возвращаются в него. Где свадьбы и пиры, тут и монахи и монахини, тут и беззаконие. Монахи только внешний вид имеют ангельский, а их нрав «блудный». Заканчивает свое «Слово» Даниил похвалой и доб­рыми пожеланиями князю.

·  Критики о «Слове Даниила Заточника»

В течение многих лет ученые спорят об авторе «Сло­ва». Неясно и само слово «заточник»: оно может иметь значение и заключенный, и заложившийся. В летописной повести о битве на Воже в 1378 году упоминается имя Да­ниила Заточника, некоего попа, которого сослали в «за­точение» на Лаче озеро. Но это не решает вопроса о том, кем же он был на самом деле.

В свое время писал о Заточнике: «...кто бы ни был Даниил Заточник, — можно заключить не без основания, что это была одна из тех личностей, ко­торые, на беду себе, слишком умны, слишком даровиты, много знают и, не умея прятать от людей своего превос­ходства, оскорбляют самолюбивую посредственность; ко­торых сердце болит и снедается ревностию по делам, чу­ждым им, и которые говорят там, где лучше было бы помолчать, и молчат там, где выгодно говорить; словом, одна из тех личностей, которых люди сперва хвалят и холят, потом сживают со свету и, наконец, уморивши, снова начинают хвалить…»

·  Беседа с учащимися

- Как вы понимаете термин «Заточник»?

- Что известно о Данииле Заточнике?

- Какие биографические сведения о нём в тексте «моления»?

- С какими просьбами обращается Даниил к князю?

- Какие советы даёт ему и почему?

- Что говорит автор о князьях, боярах и монахах? Как это характеризует Заточника?

- В чем Заточник видит своё назначение?

- Лихачёв называет его интеллигентом Древней Руси?

- Какие суждения Заточника нравственного характера

звучат современно?

·  Запись учащимися понравившихся афоризмов

- Если кто в печали человеку поможет, то как студёной водой

его напоит в знойный день.

- Лучше слушать спор мудрых, нежели указания глупых.

- Как в дырявые меха лить, так и глупого учить.

- Хорошая жена – венец мужу своему и беспечалие, а злая жена –

горе лютое и разорение дому.

·  Итоги урока

Таким образом, «Слово Даниила Заточника» принадлежит к публицистическим произведениям, которые в форме афоризмов, наполненных философским, нравственным содержанием, раскрывают быт и нравы Руси накануне монголо – татарского нашествия. Многие суждения нравственного характера актуальны и сегодня.

·  Задание на дом

1. Подготовить сообщение «Русь периода укрепления

государства».

2. Подготовить сообщение о жанре «хождение».

3. Прочитать «Хождение за три моря Афанасия

Никитина».

Урок 12

Жанр «хождение». «Хождение за три моря

Афанасия Никитина»

Цель урока:

познакомить учащихся с жанром «хождение», выявить

особенности произведения.

Словарная работа:

автобиографический характер;

паломничество – путешествие с целью ознакомления с

какими – либо достопримечательностями;

паломник – верующий человек, путешествующий к

святым местам.

Оформление:

рисунок « Афанасий Никитин в Индии»;

карта «Российское государство в конце 15 – 16 вв.».

Ход урока:

·  Исторический комментарий. Русское государство середины 15 – 16 веков

Создание единого государства с центром в Москве означало, что теперь на Руси был один правитель – единственный великий князь, представитель московской династии Рюриковичей. Иван Третий всячески стремился подчеркнуть свое особое положение.

После смерти первой жены Иван Третий женился на племяннице византийского императора. Он становился как бы преемником византийской династии. Иван Третий сделал гербом своего государства двуглавого орла Восточной Римской империи. В некоторых официальных документах того времени Русь стала именоваться на византийский манер Россией.

Иван Третий принял новый титул – государь всея Руси. Он провозгласил себя самодержцем, подчеркивая тем самым, что он держит землю сам, т. е. не подчиняется никакой другой власти (имелась в виду прежде всего власть ордынских ханов). На торжественных приемах Иван Третий стал появляться со скипетром и державою – символами верховного правления. Его голову венчала великокняжеская корона – шапка Мономаха, он окружал себя пышным двором.

Со второй половины 14 века вместе с хозяйственным восстановлением русских земель начинается и культурное возрождение Руси, единой русской культуры. Значительно расширяется круг проблем, которые интересуют русскую культуру и искусство. Главной темой становится укрепление мощи единого государства. Но в то же время все больший интерес проявляется к семье, к человеку, к его внутреннему миру.

·  Слово учителя

Как вы только что услышали,века – период укрепления русского государства. Это ещё и время великих географических открытий Христофора Колумба и Васко да Гама. Тот же интерес к открытию ещё неизведанных стран был характерен и для России. Особенно интересны были в конце XV века поиски торгового пути в Индию — центр средневековой торгов­ли. В Западной Европе и на Руси существовало много сказаний об Индии и ее богатствах. Десятки предприим­чивых людей пытались найти путь туда.

Тверской купец Афанасий Никитин в го­дах кратчайшим путем по суше прошел в Индию и оста­вил обстоятельные записки — «Хождение за три моря».

·  Сообщение учащегося о жанре «хождение»

Хождения относятся к жанру путешествий, путевых заметок, которые пользовались в Древней Руси большой популярностью. Хождения, или паломничества, в Святые места совершались в 11-17 вв. как официальными представителями Русской церкви, так и простыми людьми.

Многие из паломников записывали свои впечатления во время длительных странствий. Так возникли произведения с общим названием «Хождения». Выявлено более 70 сочинений, написанных в этом жанре. . В самом раннем произведении этого жанра — «Хождении игумена Даниила», упомянуто, что писать надо о том, что видел и слышал сам: «не хитро, но просто». Хождение обычно состоит из отдельных новелл-очерков, написанных простым, лаконичным, порой яр­ким образным языком, объединенных образом главного героя путешественника-христианина.

«Хождения» содержали описания маршрутов, сведения географического и этнографического характера, личные впечатления паломников, пересказ библейских и апокрифических сюжетов.

·  Рассказ ученика об Афанасии Никитине

Тверской купец, путешественник. В 60-70 годы на свой страх и риск совершил длительное путешествие в страны Востока.

История путешествия Афанасия Никитина такова: в 1466 году с русским послом он выехал из Москвы в Шемаху. Они спустились вниз по Волге до Астрахани, где один из кораблей путешественника был захвачен раз­бойниками, а другой у берегов Каспия разбила буря. Несмотря на потерю кораблей и товаров, Никитин с това­рищами продолжил путешествие. По суше они добрались до Дербента, затем попали в Персию и морем в Индию. В пробыл три года и через ту­рецкие земли, по Черному морю вернулся в 1472 году в Россию, но, не доезжая Смоленска, умер. Его записки были доставлены в Москву и включены в летопись. не отличаются изы­сканным литературным стилем, как отмечают исследова­тели. Он пишет совершенно просто, и в этой простоте особое очарование его труда.

·  Пересказ и комментированное чтение «Хождения»

«Хождение» — это исторический документ, живое слово человека XV столетия. В нем проявилась незауряд­ная личность, это патриот своей родины, прокладывающий пути в неведомые страны «ради пользы русской земли».

В Индии путешественник присматривается к нравам и обычаям чужой страны. Он замечает: люди там ходят нагие, не покрывая ни головы, ни груди, волосы заплета­ют в одну косу, князь их носит покрывало на голове и на бедрах.

Афанасий Никитин объездил всю Индию. Он побы­вал и в священном городе Парвате, описал местные рели­гиозные обычаи. Во время посещения столицы, города Бедера, он обратил внимание на развитие торговли. Ин­терес Никитина вызвала пышная церемония выезда сул­тана с двенадцатью великими визирями на трехстах слонах на прогулку. На каждом слоне были размещены по шесть человек в доспехах с пушками и пищалями, а на «великом» слоне — двенадцать человек. Кроме слонов, выехали тысяча коней без всадников, сто верблю­дов, триста трубачей, триста плясунов, триста невольниц. Султан ехал на коне, убранном золотом, в золотом седле.

Так же подробно и точно описаны путешественником и другие выезды султана и его братьев.

Русского человека интересуют быт и нравы чужой страны, особенности пищи, способы ее употребления (едят правою рукою, а ложки и ножа не знают), социаль­ное неравенство, религиозная рознь. Купца привлекает грандиозный ежегодный базар. На этот базар съезжается «вся страна Индейская торговати», «да торгують десять дней».

Он отмечает и особенности климата Индии: «Зима у них стала с троицына дни, а всюду вода да грязь и тогда пашут и сеют пшеницу, просо, горох и все съестное. Весна же наступает с Покрова дня, когда на Руси начинаются первые заморозки».

Описание Индии строго реально, однако он приво­дит и местные легенды. Вглядываясь в чужую землю, Афанасий Никитин свято хранит в своем сердце образ Русской земли. Ему дорога его отчизна: «Русская земля, да будет Богом хранима!.. На этом свете нет страны, по­добной ей... Да станет Русская земля благоустроенной и да будет в ней справедливость!»

·  Беседа с учащимися

- Как построено «Хождение»?

- Докажите, что перед нами жанр путевых записок и очерков?

- Почему записки представляют драгоценный исторический

документ 15 века?

- Какова цель поездки Никитина и чем отличается его произведение

от путешествий и хождений 12 – 13 веков?

- Что видел путешественник в Индии, что поразило его? Приведите

примеры.

- Как отразилась личность русского купца, его патриотические

чувства в «Хождении»?

·  Итоги урока

Разносторонней наблюдательностью записки Афана­сия Никитина выделяются среди европейских географи­ческих сочинений XV-XVI веков.

·  Задание на дом

1. Подготовить сообщение о жанре «сатира».

2. Прочитать «Повесть о Горе – Злосчастье».

Урок 13

Развитие жанра сатиры. «Повесть о Горе-Злосчастье»

Цель урока:

познакомить учащихся с новым жанром древнерусской

литературы – сатирой, выявить его специфику.

Словарная работа:

бытовой сюжет – описание элементов повседневной

жизни;

кабак – питейное заведение.

Впервые в русской литературе с такой силой и

проникновенностью была раскрыта внутренняя жизнь

человека, с таким драматизмом рисовалась судьба

падшего человека.

Ход урока:

·  Вступительное слово учителя

Одним из самых примечательных явлений 17 века является появление сатиры как самостоятельного литературного жанра, что обусловлено спецификой того времени. Сатирическому обличению подвергались существенные стороны жизни феодального общества: несправедливый и продажный суд, социальное неравенство, лицемерие и ханжество монашества и духовенства, государственная система спаивания через «царёв кабак». Эти произведения тесно связаны с фольклором по своей художественной специфике. Они в основном анонимны.

Появляется новый герой – не историческая, а бытовая личность, простой человек разных сословий. Появляется повествовательная проза – небольшие по объему повести, истории, сказания. В поисках материала авторы этих произведений чаще всего обращались к народному творчеству, «народной старине», сказке, лирической и обрядовой песне, народному анекдоту, черпая в них не только темы и сюжеты, но нередко и саму форму их художественного воплощения.

Сама по себе повесть характеризуется отходом от средневековой условности в изображении событий и человека, интересом к отдельной

личности, проявлени­ем признаков психологизма в ее изображении. Бытовые конфликты, расширение социальной сферы действия ге­роя, введение бытового и этнографического материала в сюжет — все это художественные компоненты ново­го жанра. В то же время усиливаются и углубляются фольклорные тенденции как на уровне сюжетных источ­ников, так и фольклорной поэтики, проявляющейся в на­родно-поэтической символике и образности, песенной фразеологии, в элементах фантастики.

·  Ученик передает сюжет повести «Горе – Злосчастье»

Сюжет повести очень прост. Некий добрый Молодец (он не назван по имени) по­падает в царев кабак, куда зазвал его «мил друг». Там он «упивается без памяти», а затем, ограбленный «братом названным», становится бродягой — идет по миру «в лапоточках» в надежде найти себе место в жизни, но это ему не удается, несмотря на все его усилия «жить умею­чи», вернуться на «спасенный путь». Его неотступно пре­следует Горе-Злосчастие, и никак не может он уйти от Горя. В изображении автора повести добрый Молодец — обычный человек.

Стараясь дать обобщающий образ про­стого человека, автор сознательно не назвал его по имени и не показал условия, в которых он жил. Только по от­дельным намекам в повести можно заключить, что герой из состоятельной купеческой семьи. Он персонаж не по­ложительный, но и не отрицательный, может совершать ошибки, но может и исправиться. Все его «преступле­ние» заключается в том, что он, пренебрегая родитель­ской заповедью, захотел жить «как ему любо».

Автор с сочувствием следит за судьбой своего героя, так как понимает, что добрый Молодец - жертва неопыт­ности, неустойчивости характера и неблагоприятно сло­жившихся обстоятельств. В повести связаны две темы — существование человека вообще и судьба русского чело­века в XVII веке. Следуя традиции древней литературы, автор ставит любое частное событие в соответствие с ми­ровой историей. Не случайно повествование начинается с рассказа о грехопадении Адама и Евы, вкусивших за­претного плода от «древа познания добра и зла». Адам нарушил заповедь и был изгнан из рая. История безы­мянного Молодца из повести как бы отголосок этих далеких событий. Адам и Ева были вынуждены покинуть рай. Добровольным изгнанником стал и Молодец, ко­торый со сраму «ушел на чужую сторону». До этого мо­мента автор создает два параллельных ряда событий — ветхозаветных (рассказ об Адаме и Еве) и современных. То, что Молодцу суждено пережить, уже не ставится в прямую художественную связь с библейскими собы­тиями. Молодец сам выбирает свою судьбу. Только в XVII веке утверждается в литературе идея индиви­дуальной судьбы, выбора самим человеком своего жиз­ненного пути.

·  Комментированное чтение отдельных эпизодов повести

- Расскажите о «хождении Молодца по мукам». Как изображает

его автор?

(Молодец выбирает злую долю, злую судьбу.

Она-то и воплощается в образе Горя-Злосчастия, которое является злым «духом-искусителем» и «двойником» Молодца).

-Отчего так прилипчиво Горе? За какие грехи дана Горю

власть над героем?

(Не только за пьянство. Ведь на чужбине Молодец снова «стал на ноги», разбогател, «присмотрел невесту». Вина Молодца в том, что он нару­шил и другую заповедь: пока он был верен невесте, Горе-Злосчастие было бессильно над ним. Но вот оно «излукавилось», явилось во сне к Молодцу в облике Архангела Гавриила и уговорило его бросить невесту.

Так произош­ло окончательное падение героя.

Герой повести — человек раздвоенный, часто стра­дающий от собственных ошибок. Но автор считает, что он достоин сочувствия, просто потому, что это человек, пусть падший и погрязший в грехе. Такова гуманистиче­ская идея повести. Образ героя народно-поэтического происхождения и восходит к представлению народных песен о злой доле.

·  Сообщение ученика о связи повести с фольклором

«Повесть о Горе-Злосчастии» пронизана фольклор­ной символикой и образностью. Автор широко пользует­ся народно-песенным языком, распространенными эпите­тами и повторами (серый волк, сыра земля, удаль моло­децкая).

Именно жанры народных песен и былин определили то новое, что внесла эта повесть в русскую прозу XVII ве­ка: лирическое сочувствие автора к своему герою и на­родно-поэтические художественные элементы.

Однако следует отметить, что бытописательный эле­мент в повести своеобразен. В повествовании нет точных этнографических деталей, указывающих на место дейст­вия, на географические понятия (перечень городов, рек), на время действия, герои не названы по имени, не обна­руживаются и исторические признаки времени.

Бытовой фон воссоздается указанием на житейские правила общества, через описание родительской пропо­веди, практической сметки торговых людей, бытовых со­ветов, моральных наставлений. Моральные заветы доб­рых людей и родных создают нравственную атмосферу быта, однако, лишенную исторической конкретности.

Картину быта дополняют и отдельные этнографиче­ские детали, хотя и недостаточно многочисленные — «кабацкий двор», на который попадает добрый Молодец, «честен пир»: «а в ызбе идет велик пир почестей, гости пьют, ядят, потешаются... Как будет пир на веселие, и все на пиру гости пьяны-веселы, и сидя все похваляютца»1. В повести называются отдельные элементы одежды: «платье гостиное», «гунка кабацкая», «дорогие порты», «чиры» (башмаки), лапотки — «отопочки». В описании же места действия нет определенной кон­кретности. Детали окружающего мира рисуются в духе фольклорной поэтики: «чужая страна дална, незнакома». Упоминается без уточнений о «граде», избе «с высоким

теремом» на дворе. Основным же элементом в изображе­нии жизненного уклада является стихия устной разго­ворной речи, которой пронизано все произведение. Она воспроизводит бытовые реалии, почерпнутые из фольк­лорной эстетики.

Судьба, доля человека воплощается, как в народных песнях, в образе Горя: «серо Горе-горинское, босо-наго, нет на Горе ни ниточки. Еще лычком Горе подпоясано». Из народной поэзии и такие элементы поэтики, как бога­тырский голос Горя: «богатырским голосом воскликало: Стой ты, Молодец, меня, Горя, не уйдешь никуды»2.