Казнить нельзя помиловать

Казнить нельзя помиловать

Согласитесь, что человек, совершивший преступление, всегда имеет шанс изменить свою жизнь. Для этого всего лишь надо осознать свое деяние, раскаяться. Однако часто такое раскаяние носит всего лишь внешний, поверхностный характер. Осужденный записывается в одну из самодеятельных организаций осужденных, перестает нарушать режим содержания и, как правило, выходит из колонии условно-досрочно. Но такая возможность так или иначе связана с работой над собой – все-таки надо следить за своим поведением, заслуживать поощрения, трудиться на благо колонии. То ли дело помилование, - думает такой осужденный, - написал ходатайство - сиди и жди, авось получится. Ну, а не получится, так и усилий потраченных не жаль. Благо их (усилий) кроме как на написание прошения и потрачено-то не было. Вот и возникают такие ходатайства, как были рассмотрены на первом в этом году выездном заседании комиссии по вопросам помилования на территории Смоленской области, которое прошло 9 апреля в исправительной колонии №6

Надо сказать, в эту колонию члены комиссии собирались давно. Большинство ходатайств о помиловании поступает именно со строгого режима. И если в Вадино выездные заседания, хоть и не часто, но все же случаются, в шестом подразделении это мероприятие произошло впервые. Справедливости ради отметим, что на заседании рассматривалось ходатайство всего одного осужденного непосредственно из ИК-6. Второй отбывает наказание в ИК-2. На личную беседу к нему выезжали два представителя комиссии, задача которых заключается в том, чтобы потом объективно представить этого осужденного остальным членам комиссии. Для легитимности заседания необходимо присутствие восьми членов комиссии из четырнадцати. Именно столько и собралось в тот день в ПВР колонии.

Первым рассматривалось прошение о помиловании, написанное президенту из исправительной колонии №6. Осужденный семидесяти пяти лет и, как следует из медицинских документов, с целым набором тяжелых заболеваний, инвалид II группы, ничего не видящий и плохо слышащий, отбывает наказание уже во второй раз. Причем снова за убийство. Тяжелый эмоциональный момент – пожилой, больной человек просит о помиловании – у кого не сожмется сердце? С другой стороны два убийства за плечами, ни в одном из которых он так своей вины и не признал, оба считает случайностью. Почти четыре года из десятилетнего срока он уже отсидел. Помиловать брата просила и его сестра. Именно к ней собирается дедушка после освобождения. Как будут коротать век два глубоко пожилых человека, непонятно. Непонятен и мотив написания ходатайства о помиловании за преступление, которого он, по собственным словам, вовсе и не совершал. По словам начальника отряда, где отбывает наказание этот человек, прошение он писал с помощью другого осужденного, с которым лечился в медицинской части учреждения. То есть сработал тот самый принцип, о котором мы говорили в начале статьи – авось получится. Ведь по состоянию здоровья он не может участвовать в общественной жизни колонии, зарабатывать поощрения, возможность освободиться условно-досрочно наступит еще не скоро, а тут такая возможность – помилование. Почему бы и нет? Как оказалось, сам дедушка не очень и представляет, что было написано в том самом прошении президенту…

Вторым рассматривалось ходатайство о помиловании осужденного из исправительной колонии №2. Сорокапятилетний мужчина отбывает там свой третий срок. Но если первые два преступления были банальными кражами, то последний случай отягощен еще и телесными повреждениями потерпевшего, лишившегося не только нерабочего телевизора, но и на некоторое время здоровья. Своего участия в преступлении осужденный не признает, винит во всем подельника, сам, говорит, стоял в стороне. За что тогда он просит милости?

«Хочу нормальной жизни», - ответил он членам комиссии, приехавшим к нему на личную беседу, на вопрос, почему он просит президента о помиловании. Почему нельзя было строить ее, эту самую «нормальную» жизнь после предыдущих сроков, неясно.

Сложные чувства вызывают эти истории – один тяжело болен, у другого по трагическому стечению обстоятельств в разное время погибла вся семья. А на другой чаше весов – неоднократные преступления, в которых нет ни признания, ни тени раскаяния.

Как вы наверное смогли уже догадаться, в обоих случаях было решено рекомендовать губернатору области не поддерживать данные ходатайства перед президентом.

Казалось бы, хороший институт – помилование. И сколько людей получили бы шанс начать жизнь заново, написав прошение о помиловании за преступление, в котором искренне раскаиваются, о котором искренне сожалеют. Как хотелось бы, чтобы о помиловании просили люди, действительно его достойные. Просили и получали…

«Я доволен составом комиссии»

Для того, чтобы иметь более широкое представление о деятельности комиссии по вопросам помилования на территории Смоленской области, мы побеседовали с ее председателем, начальником правового Департамента Администрации Смоленской области Дмитрием Станиславовичем Шалаевым.

- Дмитрий Станиславович, что представляет собой комиссия по вопросам помилования на территории СЧмоленской области?

- Наша комиссия существует с 2001 года, создана она указом президента и указом губернатора Смоленской области. На сегодняшний день в состав комиссии входят 14 человек, две трети из них – представители общественных организаций области, остальные – государственных органов. Все – компетентные люди, имеющие соответствующее образование, стаж работы, определенный опыт, поэтому каждое ходатайство рассматривается обстоятельно и решение по нему принимается объективно.

Состав комиссии периодически меняется – раз в два года, а также в случае выбытия члена комиссии из общественной организации, которую он представлял. Наша деятельность очень плотная. Заседания проводятся не реже раза в месяц, бывают и выездные, как сегодня, на каждое из них рассматриваются порядка двух-трех ходатайств.

- Какие решения принимаются чаще?

- Как правило, выносится вердикт рекомендовать губернатору Смоленской области направить на имя президента России представление в отклонении ходатайства о помиловании осужденного. При этом есть и положительный опыт, когда комиссия соглашается с ходатайством осужденного и вносит представление губернатору о направлении Президенту предложения о снижении осужденному срока отбывания наказания.

- Могут ли отказы в помиловании создать негативное отношение в целом к институту

помилования среди осужденных. Как этого избежать и как стимулировать осужденного к подаче ходатайства?

- Практика показывает, что негативного отношения не возникает. Хотя бы потому, что количество ходатайств только растет. Кроме того, статистика, которой мы владеем в отношении других субъектов Российской Федерации, говорит о том, что в некоторых регионах вообще нет ни одного поддержанного ходатайства о помиловании. Тем не менее, институт помилования там есть, документы в него поступают.

Хочу отметить, что сейчас существует тенденция к увеличению количества ходатайств. Лично я вижу в этом немаловажную роль администрации УФСИН и исправительных учреждений в проведении разъяснительной работы по институту помилования. Мы взаимодействуем и по вопросам обеспечения необходимой методической документации в виде плакатов, брошюр, которые помогают проводить подобную работу.

- Были ли случаи, которые вам запомнились?

- Такого случая, чтобы потряс, наверное, не вспомню. Состав ходатайствующих более или менее равный. Отношение к человеку все-таки формируется из анализа его прошлой жизни, жизни настоящей и перспектив, о которых он в личной беседе рассказывает, а кроме того из анализа представленной им информации и информации со стороны – приговора, характеристики с места жительства, работы, из семьи.

- Влияет ли ваше личное отношение к осужденному на конечное решение?

- Не буду себя хвалить, может быть, я человек уникальный, но у меня с детских лет выработалось непредвзятое отношение к человеку. Я очень доволен нынешним составом комиссии в том плане, что к документам и к самому человеку мы изначально относимся в большей мере с положительными эмоциями. Конечно, в процессе рассмотрения дела у каждого формируются свои представления об осужденном, свои эмоции и свое мнение, которым он и руководствуется при принятии решения. В конце концов все решается голосованием.