Датский гений из России
Немыслимо познание без общения, а общение - без слов. Ни один народ в мире, кроме русского, не имеет такого количества слов с разным толкованием. И неудивительно: единственное государство, которое только за последние 350 лет смогло пережить три идеологические революции, подвергнувшие изменению тысячи слов и способствующие появлению новых - это Россия.
В 1866 году Российская Академия наук присудила Ломоносовскую премию, а Географическое общество – Константиновскую золотую медаль автору четырёхтомного «Толкового словаря живого великорусского языка», где дано значение свыше 200 тысяч слов и приведено 30 тысяч пословиц, поговорок. Созданию этого национального сокровища Владимир Иванович Даль посвятил всю свою сознательную жизнь.
Владимир родился 10 ноября 1801 года в интеллигентной семье. Отец, обрусевший датчанин, служил врачом в небольшом казачьем городке Лугань Екатеринославской губернии. Затем его перевели в Николаев, на должность главного доктора Черноморского флота. Мать владела пятью языками и была мудрой женщиной, что позволило ей дать своим детям прекрасное домашнее образование. В 13 лет Владимир поступил на учёбу в Петербургский Морской кадетский корпус, где получил хорошие познания в астрономии, механике, географии и других дисциплинах. Во время учебного плавания осуществилась давняя мечта Владимира: он побывал в Дании - на родине своего отца.
После окончания кадетского корпуса молодого офицера направили служить в Кронштадт. Однако Владимир не захотел связывать свою жизнь с флотом: к этому времени у него появились новые интересы. Прослужив всего полтора года, он вышел в отставку и поступил на медицинский факультет Дерптского университета, где познакомился с известными русскими писателями Н. Языковым и В. Жуковским, заметившими в будущем враче литературный талант. По окончании университета дипломированный лекарь был направлен в действующую армию.
При переправе воинских формирований через Вислу военный врач Даль проявил особую храбрость и смекалку: под его командой навели мост, а по завершению переправы, лично разрушил его. За эти действия он получил от государя награду – Владимирский крест с бантом.
В армии Владимир Иванович начинает записывать отдельные фразы, слова, обращает внимание на особенности речи окружающих его людей. Позже эти записи станут основой для «Словаря живого великорусского языка».
Когда война с Турцией закончилась, Владимир Даль продолжил службу хирургом в Петербургском военном госпитале, но всё свободное время посвящал литературным занятиям. С 1830 года в журнале регулярно появляются его произведения, а в 1832 году выходит первая книга Владимира Даля – сборник русских сказок, подписанный псевдонимом «Казак Луганский». Первое же крупное его произведение вызвало недовольство властей, тираж книги был изъят и уничтожен, поскольку в тексте сказок цензура усмотрела критику правительства. Зато молодой писатель получил поддержку и признание в литературных кругах. Александр Сергеевич Пушкин высоко оценил труд «Казака Луганского», и между ними завязались дружеские взаимоотношения.
В 1833 году Владимир Иванович женился и тут же отправился служить чиновником особых поручений при оренбургском губернаторе Василии Алексеевиче Перовском. Жажда продолжить давно начатое дело - собирать материалы для своего словаря живого великорусского языка – привела Владимира Даля в Оренбург: на окраину империи, в места проживания казаков. В казачьих войсках в то время служили, помимо русских, башкиры, калмыки, татары, мордва и другие народы, прибывшие сюда со всей матушки-Руси. Построенные ими же поселения, казачьи посты тянулись на тысячу вёрст, поэтому Владимиру Далю приходилось много времени проводить в седле, выполняя поручения губернатора. Тем не менее, эти места притягивали многих выдающихся писателей и публицистов.
По берегам реки Яик издревле проживали русские люди. Казаки Яицкого войска не восприняли Екатерину II как законную наследницу престола. Проводимые Её Величеством реформы, направленные на возвеличивание монархии за счёт ограничения прав создателей Великой Державы, вызывали недовольство подданных.
Попытка казаков поменять царя, а тем самым и вернуть свои права, потерпела поражение. Захват нескольких крепостей и осада Оренбурга вызвали страх у Императрицы, но новая государственная система смогла выстоять, опираясь на сформированную и закалённую в многочисленных войнах мощную армию. В результате, Емельяна Ивановича Пугачёва (1казнили, реку Яик переименовали в Урал, Яицкое казачье войско разделили на две части. А ведь казаки этого войска присоединили земли Казанского и Астраханского ханства к Московскому государству; под руководством Атамана Ермака в 1581 году преподнесли Ивану Грозному обширную территорию Сибирского царства. В 1612 году по инициативе Кузьмы Минича Анкундинова (Минина) яицкие казаки, объединившись с донскими и запорожскими казаками, отстояли Православную веру и независимость граждан, проживавших на землях Московского государства…
В августе 1833 года в Оренбург приехал Пушкин собирать материалы для книги о пугачевском восстании. Даль с радостью предложил Александру свои услуги и сопровождал его в поездке по пугачевским местам. За это время они больше узнали друг друга и ещё крепче сдружились. Великому поэту в романе «Капитанская дочка», несмотря на запрет показа национального движения русских, удалось отобразить жестокость новой государственной системы и её обман в отношении надежд простого народа.
«Сим извещаю вас, что убежавший из-под караула донской казак и раскольник Емельян Пугачёв, учиняя непростительную дерзость принятием на себя имени покойного императора Петра III, собрал злодейскую шайку, произвёл возмущение в яицких селениях и уже взял и разорил несколько крепостей, производя везде грабежи и смертные убийства».*
Царские идеологи выставили Емельяна Пугачёва государственным преступником. Приписав его к Донскому войску, тем самым пытались стереть в памяти народа заслуги перед Отечеством яицких казаков.
в романе «Капитанская дочка» в разговоре Гринёва с путником повествует: «Сторона мне знакомая, - отвечал дорожный, - слава богу, исхожена и изъезжена вдоль и поперек», что заставляет читателя задуматься: действительно ли Пугачёв - «убежавший из-под караула донской казак»?
Ведь невозможно вырасти в одном месте, а исходить вдоль и поперек окрестности под Оренбургом. Да и внешность, в особенности борода, придававшая Емельяну Ивановичу Пугачёву солидность, присуща была для казаков Яицкого войска.
Своего совершеннолетия Емельян Пугачёв достиг в период Семилетней войны, в которой только донских казаков участвовало 16 тысяч. Пугачёв вместе с донскими казаками сражался против иноверцев в войнах, шедших с 1756 по 1763 год и с 1768 по 1774 год. Для усмирения
взбунтовавшихся вольных людей, проживавших на берегах реки Яик, было направлено подразделение донских казаков, в их числе и Пугачёв. Одно дело воевать против иноверцев (мусульман и католиков), и совсем другое убивать своих православных, а тем более, родных и товарищей. Отсюда и появляется «беглый донской казак» - Емеля Пугачёв…
Казаки не только охраняли и защищали, но и постоянно расширяли границы Великой Российской Державы. С утверждением династии Романовых на российском троне, вольные люди постепенно теряют свою независимость и становятся всего лишь инструментом в руках властителей, создающих государственную систему, прекращавшую охранять интересы простого народа.
Петр Алексеевич Романов после посещения Европейских стран начал реализацию идеи, возникшей в его сознании о формировании регулярной армии, подчиняющейся одному лицу – монарху.
Елизавета Петровна (1709 – 1761) продолжила дело отца, создавая условия для увеличения численности дворянского сословия. За службу государю вольным людям присваивался дворянский титул и выделялась в центральной России земля, ранее принадлежавшая казакам, погибшим в сражениях. Монархам было выгодно вести постоянные войны, приводившие к уменьшению численности владельцев земли, а соответственно, и перераспределению прав на частную собственность…
В январе 1837 года, будучи в Петербурге и услышав страшную весть о дуэли Пушкина, Даль тут же помчался в дом на набережной Мойки, где провел рядом с умирающим великим поэтом его последнюю ночь: менял компрессы и всячески утешал. Вспоминалось, как он сопровождал Пушкина у себя в Оренбурге по пугачевским местам, рассказывая и о своем собирательстве слов. На память от угасающего гения Владимир получил перстень-талисман, с которым никогда потом не расставался.
В 1840 году Оренбургского военного губернатора Василия Алексеевича Перовского перевели в Петербург и назначили министром
внутренних дел. Владимир Даль последовал за своим покровителем. Следующие восемь лет были заполнены не только службой, но и обработкой собранного материала. Свои записи народных песен он передаёт для публикации братьям Киреевским, а сказки – .
В 1849 году Владимир Даль уехал в Нижний Новгород управляющим удельной конторой, ведавшей делами крестьян, закрепленных за царской семьёй. Там он построил больницу, открыл училище для крестьянских девочек и оказывал всем обратившимся помощь, не переставая продвигаться к намеченной цели.
В 1859 «Казак Луганский» переехал в Москву и поселился в собственном доме на Красной Пресне, посвятив все своё время работе над «Толковым словарём живого великорусского языка», борясь с засильем чужеземных слов в русской речи, как истинный патриот своего Отечества.
За год до смерти, в 1871 году, Владимир Иванович Даль получил свидетельство того, что его род по отцовской линии – отнюдь не датский. Оказывается, предки Даля, богатые старообрядцы, вынуждены были при царе Алексее Михайловиче Романове бежать из России в Данию, спасаясь от религиозных гонений. По всей вероятности, предки Даля происходили из Хотимского стана, являющегося уделом Карачевского княжества, входившего в состав Московского государства, исходя из многих характерных черт внешности и духовного сходства с Григорием Ивановичем Косаговым – Первым казачьим генералом, уроженцем тех краёв.
Евпатория. Университет им. Владимира Даля. Ректора и молодых преподавателей заинтриговала версия Николая Ахромкина о предках и легенда о сыне Киевского князя Аскольда «Атаман Карач».
* Пушкин сочинения. Т.2. М., «Худож. лит.», 1978.
