Реформа уголовно-процессуального закона и институт безусловных кассационных оснований.
В настоящий момент можно констатировать спад внимания законодателя, а также снижение интереса научных исследований к исследованию механизмов правового регулирования в уголовном судопроизводстве. Преимущественное внимание исследователей уголовного процесса сосредоточено на вопросах полноты закрепления в УПК РФ и реализации конституционных принципов, а также анализу новых процессуальных институтов, таких как суд присяжных, особый порядок постановления приговора.
Одной из характеристик УПК РФ является то, что при изложении ряда статей регламентирующих понятия и институты уголовного судопроизводства, законодателем бала сохранена структура изложения процессуальных норм, примененная в УПК РСФСР при регламентации аналогичных понятий и институтов.
Статьи УПК РСФСР во многом выступили основой для формулирования статей УПК РФ.
Например, при регламентации оснований к отмене или изменению приговора в кассационном порядке (ст. ст. 379-383 УПК РФ) за основу были взяты статьи 342-347 УПК РСФСР. Нельзя утверждать, что нормы УПК РСФСР были механически перенесены. Они были реформированы: из кодекса было исключено основание об отмене приговора в связи с неполнотой дознания, предварительного или судебного следствия (ст. 343 УПК РСФСР); была изменена формулировка основания к отмене или изменению приговора в связи с неправильным применением уголовного закона (ст. 382 УПК РФ); статья, регламентирующая основания отмены или изменения приговора в связи с нарушением уголовно-процессуального закона была изложена в новой редакции (ч. 1 ст. 381 УПК РФ).
Данные изменения можно признать реформированием статей УПК РСФСР в соответствии с новой политико-правовой доктриной. При формулировании статей регламентирующих основания отмены или изменения в кассационном порядке была сохранена структура изложения, примененная в УПК РСФСР. Это выразилось в сохранении последовательности изложения оснований, в количестве статей, и что самое главное в конструкции самих статей.
Вся структура УПК РСФСР была адекватна целям и задачам уголовного судопроизводства существовавшей в середине ХХ века. Крушение авторитарного режима и произошедшие изменения в России в начале 90-х годов повлекли реформирование всего государственного механизма на основе принципов демократического правового государства.
После принятия Конституции РФ, политико-правовая доктрина была существенно изменена. Это привело к проведению масштабных изменений действующего уголовно-процессуального закона. Данная работа завершилась принятием в 2001 году УПК РФ. При всем осознании важности и значимости проделанной законодателем работы по наполнению УПК конституционными принципами, необходимо не приносить в жертву данной деятельности, те понятия и правовые механизмы, которые были выработанные в предыдущий период и зарекомендовали себя положительным образом.
Масштаб реформирования уголовного судопроизводства является настолько значительным, что в ряде случаев было необходимо полностью менять структуру изложения процессуальных норм. Однако этого сделано не было. Вышеуказанный недостаток УПК РФ может быть проиллюстрирован на примере отмены института безусловных кассационных оснований.
В теории уголовного процесса до принятия УПК РФ существовало понятие безусловных кассационных оснований (далее безусловные основания), теория которых достаточно подробно исследована.[1] Безусловными основаниями именовались такие нарушения, которые прямо закреплены в законе и влекут отмену приговора во всяком случае. Основная посылка уголовно-процессуальной теории, из которой необходимо исходить при определении понятия и конкретных видов безусловных оснований отмены приговоров в смысле ч. 2 ст. 345 УПК РСФСР, состоит в следующем: указанные нарушения всегда, по любому делу могут быть связаны с неправильным его разрешением по существу. Именно поэтому сам факт такого нарушения означает, что вынесенный приговор подлежит отмене. А вышестоящие суды, обнаружив это нарушение, не должны в ходе кассационного (надзорного) производства «взвешивать» существенность его возможного отрицательного влияния на приговор, поскольку она заранее утверждается в законе.[2]
В ч.2 ст. 345 УПК РСФСР было указано 7 безусловных оснований:
1) При наличии оснований к прекращению уголовного дела оно не было прекращено;
2) Приговор вынесен незаконным составом суда;
3) Дело рассмотрено в отсутствие подсудимого, когда его присутствие обязательно;
4) Дело рассмотрено без участия защитника в тех случаях, когда по закону его присутствие обязательно;
5) Нарушена тайна совещания судей при постановлении приговора;
6) Приговор не подписан кем-либо из судей;
7) В деле отсутствует протокол судебного заседания.
При формулировании ч. 2 ст. 381 УПК РФ за основу было взято содержание ч.2 ст. 345 УПК РСФСР, в неё было включено 11 пунктов:
1) непрекращение уголовного дела судом при наличии оснований, предусмотренных статьей 254 настоящего Кодекса;
2) постановление приговора незаконным составом суда или вынесение вердикта незаконным составом коллегии присяжных заседателей;
3) рассмотрение уголовного дела в отсутствие подсудимого, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой статьи 247 настоящего Кодекса;
4) рассмотрение уголовного дела без участия защитника, когда его участие является обязательным в соответствии с настоящим Кодексом, или с иным нарушением права обвиняемого пользоваться помощью защитника;
5) нарушение права подсудимого пользоваться языком, которым он владеет, и помощью переводчика;
6) непредоставление подсудимому права участия в прениях сторон;
7) непредоставление подсудимому последнего слова;
8) нарушение тайны совещания коллегии присяжных заседателей при вынесении вердикта или тайны совещания судей при постановлении приговора;
9) обоснование приговора доказательствами, признанными судом недопустимыми;
10) отсутствие подписи судьи или одного из судей, если уголовное дело рассматривалось судом коллегиально, на соответствующем судебном решении;
11) отсутствие протокола судебного заседания.
Анализ данных изменений позволяет придти к выводу, что список был дополнен запретом о недопустимости нарушения ч. 2, 3 ст. 18 УПК РФ (права пользоваться родным языком и помощью переводчика); помимо указания о недопустимости рассмотрения дела в отсутствие защитника, когда его участие обязательно, были включены указания о недопустимости ограничения права осужденного на участие в прениях, и лишение его последнего слова. Указанные нарушения соответствуют пониманию безусловных оснований, выработанных отечественной наукой уголовного процесса. Поскольку указывают на грубые нарушениями уголовно-процессуального закона, установление которых влечет отмену приговора в любом случае.
Исключением из грубых нарушений является основание, указанное в п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ – запрет обоснования приговора недопустимыми доказательствами. Оно не является безусловным, поскольку его установление не влечет обязательную отмену приговора.
С 1993 года в уголовном судопроизводстве действует императивное требование к соблюдению процессуальной формы получения доказательств, нарушение которой влечет признание их не имеющими юридической силы. 10 декабря 1992 года ст. 65 Конституции (Основной Закон) Российской Федерации – России была дополнена нормой, согласно которой доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы. С целью приведения действующего УПК РСФСР в соответствие с действующей Конституцией Законом РФ от 01.01.01 года ст. 69 УПК РСФСР была дополнена частью третьей. Согласно которой доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания. Конституция Российской Федерации принятая на всенародном голосовании 12 декабря 1993 года содержит аналогичную норму (ч. 2 ст. 50). С принятием 22 ноября 2001 года УПК РФ в ст. 75 было закреплено, уже утвердившееся на тот момент понятие «недопустимое доказательство».[3] Следует отметить, что ст. 75 УПК РФ, хотя и раскрывает понятие недопустимых доказательств, но не включает в себя содержания отличного от содержания ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР, и, по сути, развивает конституционное требование о недопустимых доказательствах, которое с 1993 года остаётся в неизменном виде.
Следовательно, к моменту вступления в силу УПК РФ 1 июля 2002 года в уголовном судопроизводстве сложилась устоявшаяся практика применения данной нормы. Согласно которой, установление в кассационной инстанции того, что приговор основан на недопустимом доказательстве, всегда влечет исключение данного доказательства из судебного решения. Приговор же отменяется только в том случае, если оставшаяся совокупность доказательств оценивается как недостаточная для принятия решения по существу предъявленного обвинения.[4]
УПК РФ не внес ничего нового в понимание недопустимых доказательств, а в действительности и не мог внести, так как уголовно-процессуальный закон не может расширять или сужать положения Конституции.
В ч. 1 ст. 75 УПК РФ закреплен порядок действия правоприменителя по установлении недопустимого доказательства. Порок юридической силы доказательства, а, соответственно признание его недопустимым, и исключение из приговора, влияет на доказываемое обстоятельство. Только в зависимости от значения данного обстоятельства для всего обвинения, в совокупности с оценкой всех имеющихся по делу доказательств судебной коллегией принимается решение согласно п. п.2-4 ч. 1 ст. 378 УПК РФ, либо об изменении приговора (исключение недопустимого доказательства), либо об отмене приговора с направлением на новое судебное рассмотрение или с прекращением дела.
Отсутствие в уголовном судопроизводстве императивного требования об отмене приговора, в котором использовано недопустимое доказательство, подтверждается правовой позицией Конституционного Суда РФ, высказанной в 2004 году. Согласно которой, ст. 75 УПК РФ не допускает возможность использования для обоснования приговора недопустимых доказательств, и, предусматривает в качестве последствия использования таких доказательств отмену или изменение приговора.[5]
Судебная практика подтверждает положение законодательства о том, что установление среди совокупности доказательств недопустимого, подразумевает выбор санкции применяемой судебной коллегией.
Согласно анализу кассационной практики судебной коллегии Красноярского краевого суда за годы, (таблица 1) при установлении основания, изложенного в п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ, приговор отменяется не в 100 % случаев. Можно констатировать, что с вступлением УПК РФ в силу количество суд кассационной инстанции стал чаще делать выбор в сторону исключения недопустимого доказательства, а не отмены приговора на новое рассмотрение.
Таблица 1
Статистика кассационной практики судебной коллегии Красноярского краевого суда за годы по отмене приговоров в связи с установлением того, что приговор основан на недопустимом доказательстве (п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ).
Год | Установлено приговоров, основанных на недопустимом доказательстве | Отменено приговоров на новое судебное рассмотрение по основанию указанному в п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ | Процентное выражение отмененных приговоров по основанию указанному в п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ |
1999 | 5 | 4 | 80 % |
2000 | 2 | 2 | 100 % |
2001 | 6 | 5 | 83 % |
2002 | 2 | 0 | 0 % |
2003 | 8 | 3 | 28,6 % |
2004 | 6 | 2 | 33,3 % |
Следовательно, практика судебной коллегии Красноярского краевого суда по кассационному рассмотрению приговоров за годы соответствует теоретическим положениям уголовного процесса о выборе правовосстановительной санкции при установлении, того, что приговор основан на недопустимом доказательстве.
Таким образом, основание, указанное в п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ, не влечет отмену приговора в любом случае, то есть является условным, что подтверждается как теоретическими положениями науки уголовного процесса, решениями Конституционного Суда Российской Федерации, а также шестилетней практикой деятельности суда кассационной инстанции.
Ч. 2 ст. 381 УПК РФ изложена таким образом, что из кассационного производства устраняется правовой институт безусловных оснований. Вместо - «приговор подлежит отмене, во всяком случае», как это было в ч. 2 ст. 345 УПК РСФСР, в ч. 2 ст. 381 УПК РФ указано, что содержащиеся в этой части основания в любом случае влекут отмену или изменение судебного решения.
В ст. 379 УПК РФ перечислены группы кассационных оснований, которые раскрываются в ст. ст. 380-383 УПК РФ. Кассационное основание выступает условием применения правовосстановительной санкции в виде отмены или изменения приговора (п. п. 2-4 ч. 1 ст. 378 УПК РФ). Сам факт установления процессуального нарушения допущенного судом первой инстанции, влекущего его отмену или изменение порождает обязанность у суда кассационной инстанции выбрать вид правовосстановительной санкции. Следовательно, указание в ч. 2 ст. 381 УПК РФ о том, что указанные нарушения в любом случае влекут отмену или изменение судебного решения является излишним.[6]
Поскольку иных условных оснований в ч. 2 ст. 381 УПК РФ не имеется, можно придти к выводу, что единственной причиной отмены института безусловных оснований явилось включение в этот список запрета на использование недопустимых доказательств.
В чем причина, данного решения?
Согласно анализу кассационной практики судебной коллегии Красноярского краевого суда за годы отмена или изменение приговоров в связи с использованием судом первой инстанции недопустимых доказательств составляет не более 0,5 % от общего числа отмененных или измененных приговоров (таблица 2).
При приведении цифр в абсолютном выражении незначительность данного кассационного основания становится более очевидна.
Таблица 2. Статистика кассационной практики судебной коллегии Красноярского краевого суда за годы по отмене или изменению приговоров в связи с установлением того, что приговор основан на недопустимом доказательстве.
Год | Всего отменено и изменено приговоров судебной коллегией Красноярского краевого суда | В связи с установлением того, что приговор основан на недопустимом доказательстве (п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ) | |
количество | Процент от общего количества отмененных и низменных приговоров | ||
1999 | 1202 | 5 | 0,4 % |
2000 | 1393 | 2 | 0,1 % |
2001 | 1415 | 6 | 0,4 % |
2002 | 1270 | 2 | 0,2 % |
2003 | 1461 | 8 | 0,5 % |
2004 | 1470 | 6 | 0,4 % |
Поэтому введение данного основания в ч. 2 ст. 380 УПК РФ не может быть мотивировано частотой его применения в судебной практике.
Анализ законодательных актов и деятельности суда кассационной инстанции в период с 1999 по 2004 годы позволяет придти к выводу, что основание, указанное в п. 9 ч. 2 ст. 381 УПК РФ не является массовым в судебной практике, а УПК РФ не внес ничего нового в его понимание. Причиной включения его в список безусловных оснований и последующей отмены данного института не может являться изменение роли и места недопустимых доказательств в уголовном судопроизводстве с принятием УПК РФ. Также отсутствует необходимость принятия специальных мер по созданию условий препятствующих судам первой инстанции обосновывать приговоры недопустимыми доказательствам. Поскольку данные факты единичны и не носят массового характера.
Причина законодательной отмены института безусловных оснований скрыта в конструкции ч. 2 ст. 381 УПК РФ, которая идентична конструкции ч. 2 ст. 345 УПК РСФСР, и имеет ряд отличий от иных статей, регламентирующих кассационные основания (380, ч. 1 ст. 381, 382, 383 УПК РФ).
Система кассационных оснований обладает внутренней логикой, структурой и соподчиненностью содержащихся в ней норм, она оказывает существенное воздействие на деятельность судов. Кассационные основания регламентируются ст. ст. 379-383 УПК РФ, которые хотя и несколько в видоизмененном виде, но воспроизводят статьи 342-347 УПК РСФСР. Имеющаяся сегодня структура изложения кассационных оснований построена на обобщении всех возможных нарушений закона в группы. По такому принципу построены практически все статьи, регламентирующие кассационные основания - ст. 380, ч. 1 ст. 381, ст. 382, ст. 383 УПК РФ. За исключением ч. 2 ст. 381 УПК РФ, которая сформулирована по принципу казуального перечисления.
В ст. 343 УПК РСФСР также использовался метод казуального перечисления (в п. 3 было указано основание о недостаточной полноте установления данных о личности обвиняемого). Однако она была исключена из закона, и, соответственно, единственной нормой прямо, без обобщений, перечисляющей процессуальные нарушения осталась ч. 2 ст. 345 УПК РСФСР. В силу того, что основания отмены или изменения приговора в кассационном порядке в УПК РФ были построены на воспроизведении структуры статей УПК РСФСР, ч. 2 ст. 381 УПК РФ оказалась единственной нормой использующей принцип казуального перечисления.
Метод казуального перечисления обладает рядом преимуществ перед формулированием общей нормы. Это удобство в правоприменительной деятельности, а также, что особенно важно, влияние на правосознание судей.[7] Воспитательное воздействие казуальной нормы выше любой общей нормы.
Перед законодателем стояла задача прямо закрепить запрет на использование судами первой инстанции недопустимого доказательства и она была решена путем добавления данного запрета в ч. 2 ст. 381 УПК РФ.
Введение в казуальный список прямого запрета на использование недопустимых доказательств подчеркивает влияние Конституции на уголовно-процессуальный закон. Авторы УПК РФ отмечали, что концепция уголовного-судопроизводства была сформулирована, с учетом произошедших изменений в политико-правовой доктрине.[8] Законодатель оценил необходимость прямого закрепления конституционных норм в законе выше, чем необходимость сохранения института безусловных кассационных оснований.
Статьи УПК РФ, регламентирующие кассационные основания, воспроизводят структуру УПК РСФСР, которая, в свою очередь была сформулирована в ходе кодификации гг. применительно к задачам того периода, путем систематического толкования ранее действовавших норм и анализа судебных решений.
Сегодня достижение целей уголовного судопроизводства в условиях новой правовой реальности, происходит в системе координат середины 20 века, с использованием механизмов наработанных в тот период.
Очевидно, что структура норм регламентирующих кассационные основания устарела и необходима их ревизия с учетом изменений политико-правой доктрины. Желание частично подправить, а не реформировать всю совокупность норм регулирующих кассационные основания приводит к неоправданному отказу от выработанных понятий, применение которых положительным образом зарекомендовало себя в уголовном судопроизводстве.
Законодатель попытался вложить в законодательно закрепленную систему кассационных оснований, новые положения, не затрагивая её структуры. Тем самым, уничтожив институт безусловных оснований, который являлся эффективным средством правового регулирования и удачным с точки зрения юридической техники, что неизбежно обедняет уголовное судопроизводство и является шагом назад.
Прямое закрепление в УПК РФ конституционных норм необходимо, это соответствует идее правового демократического государства, оказывает большое воспитательное воздействие на сознание правоприменителей и участников процесса. Однако при этом нельзя допустить отказа от выработанных ранее теоретических положений, направленных на повышение эффективности уголовного судопроизводства. Для этого необходимо менять структуру норм закрепляющих кассационные основания, ввести специальную норму, где методом казуального перечисления будут закреплены основания, не относящиеся к безусловным, в том числе использование недопустимых доказательств.
[1] Тавровский и сущность безусловных кассационных оснований. С. 12-17 // В тематическом межвузовском сборнике. под ред. Мотовиловкера . 2 Ярославль, 1977.; Морщакова основания отмены приговоров и эффективность процессуального регулирования // Правоведение 1985. №6, С. 60-66; Перлов производство в уголовном процессе. М. 1974. С.161; Строгович советского уголовного процесса. Т. 2 М., 1970. С.383; Ерофеев нарушения уголовно-процессуального закона как основания пересмотра приговоров. – Межвузовский сборник науч. тр. вып. 57 Свердловск, 1977. С. 138; Воскобитова оснований к отмене или изменению приговора в кассационном порядке. М., 1985. С.33; Гродзинский и надзорное производство в советском уголовном процессе. М., 1953. С. 120; Шейно дел в кассационной инстанции. / Раздел I в кн. Лупинская дел в кассационной и надзорной инстанциях. Возобновление дел по вновь открывшимся обстоятельствам в советском уголовном процессе. Советский уголовный процесс. Лекции в 7 вып. Вып 7. М., 1959. С. 34-37; Ривлин приговоров в СССР. М., 1958. С.173; Потеружа суда второй инстанции в укреплении законности. Минск. 1980., С. 115. .
[2] Строгович советского уголовного процесса. Т. 2 М. 1970, С. 384
[3] комментарий к ст. 69 / Комментарий к УПК РСФСР. Отв. ред. ; под ред. . М., 2000. С.151; аналогично понимается данное понятие в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре».
[4] комментарий к ст. 381 / Научно-практический комментарий к УПК РФ / под общ. ред. ; Науч. ред. . М., 2002. С. 639.
[5] Определение Конституционного Суда РФ от 01.01.01 г. N 127-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гражданина на нарушение его конституционных прав положениями статей 36, 42, 47, 355 и 381 Уголовно-процессуального кодекса РФ»
[6] именование оснований перечисленных в ч. 2 ст. 381 УПК РФ как «безусловные» встречается в научной литературе, что не соответствует теории безусловных оснований к отмене приговора.
[7] Морщакова основания отмены приговоров и эффективность процессуального регулирования // Правоведение 1985 №6, С. 61.
[8] Козак статья. / Комментарий к УПК РФ. М., 2002. С.46.
