ГОУ ВПО «СУРГУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
ХАНТЫ-МАНСИЙСКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА – ЮГРЫ»
 |
Кафедра политологии
Бюллетень
социально-политических и
этнополитических исследований
Выпуск 1
Политические партии и партийная
конкуренция на выборах
в представительные органы власти
Кафедра политологии Сургутского государственного университета осуществляет издание бюллетеня по результатам социально-политических и этнополитических исследований, проводимых преподавателями кафедры и студентами специальности «политология».
В качестве темы первого номера бюллетеня в 2010 г. мы избрали состояние межпартийной конкуренции. Актуальной эту тему делают предстоящие выборы в представительные органы власти в субъектах Федерации по партийному принципу. Насколько и политические партии, и само общество готовы к этому? Будет ли организация выборов по партийному принципу подкреплена реальной политической конкуренцией? Существуют ли в регионе, кроме партий, другие институты гражданского общества, например, общественные организации, способные представлять интересы населения в политической системе, и каким образом они могут это делать?
На эти и другие вопросы мы предоставим возможность ответить нашим экспертам, в числе которых мы пригласили принять участие руководителей политических партий и общественных организаций автономного округа, ученых, журналистов.
Материалом для обсуждения темы послужили результаты социологического опроса молодежи г. Сургута, проведенного в декабре 2009 г. студентами специальности «политология» Сургутского государственного университета (N=350).
В прогнозах о характере голосования на местном уровне по партийным спискам принципиальным вопросом становится следующий: будут ли избиратели в своих симпатиях-антипатиях ориентироваться на свои мнения о местных партийных организациях и их лидерах, или основным фактором станет их отношение к той или иной партии в целом, как к организации федерального уровня.
Результаты опроса молодежи заставляют думать, что более вероятен второй вариант. Задав вопрос о степени информированности о деятельности партий, мы убедились, что, например, молодежь судит о политических организациях и их лидерах, в подавляющем числе случаев, по их деятельности в общероссийском масштабе. В то же время, молодые люди о работе местных отделений партий почти ничего не знают. Нетрудно предположить, что основным фактором в случае голосования по партийным спискам стало бы отношение к политическим партиям в целом.
Поэтому важно выяснить, произошли ли существенные представления в партийных ориентациях людей за время, прошедшее со дня последних парламентских выборов.
Сравним количество избирателей, проголосовавших за политические партии на парламентских выборах 2007 г. с ответами респондентов из числа молодежи в декабре 2009 г.
Безусловно, отношение по принципу «симпатия-антипатия» отнюдь не адекватно выбору избирателя. Нередко последний голосует за партию, которой, может быть, не сильно и симпатизирует, но считает ее в данный момент более ответственной. Тем не менее, оценка по принципу «симпатия-антипатия» позволяет прогнозировать степень поддержки партий в долгосрочной перспективе. Это та основа, на которую в период предвыборных кампаний «наслаивается» агитационная деятельность политических организаций.
Можно было предположить, что, по сравнению с 2007 годом, в связи с кризисом, в настроениях людей произошли существенные перемены. Однако, судя по ответам респондентов из числа молодежи, этого не произошло. По-прежнему в политических предпочтениях лидерство удерживает партия «Единая Россия».
Отношение молодежи к политическим партиям
(по данным опроса 2009 г.)
Рейтинг по «симпатии-антипатии» достаточно точно воспроизвел результаты голосования избирателей двухгодичной давности. Сравнение результатов голосования в 2007 г. и опроса в 2009 г. говорит о том, что ситуация существенно не меняется. Лидером общественного мнения по-прежнему является «Единая Россия», следом располагается ЛДПР, а за ней – КПРФ и «Справедливая Россия».
1. Оценка уровня партийной конкуренции
Судя по результатам опроса можно сделать вывод, что у населения существуют весьма устойчивые партийные ориентации. Вопрос лишь в том, отражает ли этот разрыв в партийных симпатиях-антипатиях результаты реальной политической работы партий, или он является результатом существующих неравных конкурентных условий?
На этот вопрос отвечают наши эксперты.
Дмитрий Васильевич Сердюков, кандидат исторических наук, доцент кафедры политологии СурГУ.
Обозначенный тренд напоминает электоральные предпочтения населения Югры на выборах депутатов Государственной думы в 2007 г. и частично повторяет итоги выборов депутатов Думы ХМАО 2006г. Тогда 5% барьер преодолели четыре политические партии: «Единая Россия» набрала 54 %, ЛДПР – 10 %, КПРФ – 9%, Российская партия пенсионеров (позже влилась в «Справедливую Россию») – 9%.
Ретроспективный взгляд в относительно недалекое прошлое может отчасти объяснить значительное отставание всех партий от лидера – «Единой России». В России власть традиционно персонифицировалась, воспринималась большинством не как политический институт, а в первую очередь олицетворялась с конкретным человеком (лидером) или группой людей (элитой). Это порождает в общественном восприятии некую иерархию властей, то есть население отличает власть верховную и власть второго порядка. В российской полупрезидентской республике остальным политическим институтам отводилось более скромное место.
Поэтому попытку президентской команды делегировать часть властной энергетики (и часть бюрократического аппарата) «Единству» (с 2001 г. «Единая Россия») можно оценить как исключительно адекватный поступок. Именно персонификация «Единой России» с энергичным, волевым, авторитетным президентом обеспечила дальнейший успех этой политической организации.
Появление в России впервые за многие годы партии, с которой ассоциируют консолидирующую силу, власть, способную брать ответственность за население, а главное, имеющую ресурс для этого, подбросило рейтинг единороссов до недосягаемых высот. В целом это решение дало некий толчок, стимул к росту авторитета партийной системы. Однако решение искусственно (на начальном этапе) поднять авторитет одной партии привело к тому, что остальные продолжили терять свои позиции, лишь небольшая часть партийных образований смогла зафиксировать и частично сохранить электорат.
Неконкурентные условия в начале 2000-х гг., к сожалению, привели к гипертрофированному разрыву между возможностями «политических игроков». В последующем неравенство только крепло. Этому способствовали многократно превышающие финансовые ресурсы «Единой России», на что указывают финансовые отчеты, предоставляемые партиями избирательным комиссиям, вовлеченность большого количества чиновников с административными возможностями и представителей бизнеса с финансовыми вливаниями. Постепенно на «партию власти» стал работать информационный ресурс. Объективно депутаты, госслужащие и бизнесмены-единороссы гораздо чаще, в силу профессиональных обязанностей, имели возможность общаться с электоратом через СМИ, чем политически маргинализированная оппозиция. И наверно, еще один фактор позволил именно «Единой России» творить «электоральные чудеса» в последнее десятилетие, - это, так называемый, психологический ресурс. Каждый из нас в определенной степени обладает эмпатией. Гражданин, отдавая свой голос, мысленно идентифицирует себя с сильной политической идеей и партийным лидером. Психологи утверждают, что колеблющиеся массы в последний решающий момент всегда тяготеют к сильному.
И все же большее значение для простого человека играют не выборы, а обыденная жизнь в период между ними. И нужно отдать должное «Единой России», она смогла сформировать имидж «партии реальных дел», её представителям удалось оставить гораздо более отчетливый след в жизни людей, чем оппонентам. Речь идет о многочисленных партийных проектах и программах.
Что касается проблемы развития партийной конкуренции на местном уровне, то необходимо признать, что в настоящее время в субъектах федерации нет политических персон, обладающих большим авторитетом, чем главы регионов. По этой причине перспектива развития регионального политического пространства во многом будет зависеть от сигналов, посылаемых общественности губернаторским корпусом.
Василий Васильевич Мархинин, доктор философских наук. Заведующий кафедрой философии СурГУ, член КПРФ.
Конечно, разрыв в симпатиях-антипатиях у населения является результатом существующих неравных конкурентных условий. Но не только. Ещё он является результатом мещанского удовлетворения массой избирателей тем, что в других местах «ещё хуже, чем у нас». Власть не позволит принять настоящие меры для развития партийной конкуренции» ни в стране, ни в округе, пока её крепко не «клюнет жареный петух», т. е. пока её силой не заставят это сделать. Пока же всё-таки (пусть это и будут формальные меры) надо ставить вопрос о равенстве партий в доступе к СМИ и об отчёте партий. Всерьёз это относится только к «партии власти» – за то, откуда берутся средства на оказание «партийной помощи» населению, т. е. фактически на подкуп избирателей.
Виталий Владимирович Корнеев, кандидат философских наук, доцент кафедры философии СурГУ.
Симпатии и антипатии молодежи я определяю, как совершенно, к моему сожалению, иллюзорные, зависимые от несущественных факторов, таких, например, как обещания на будущее, путевка на Селигер или возможность выступить на заседании фиктивного «молодежного парламента», или даже просто возможность по команде одеть и поносить футболку с логотипом. Соответственно, там, где эти обещания и события имеют место, тем партиям и отдаются симпатии молодежи. Максимум симпатий принадлежит тому, кто определяет финансовые потоки и может служить средством вертикальной мобильности. У «Единой России» именно такой имидж, что, соответственно, приводит к росту симпатий молодежи в ее адрес. Другой фактор — это наличие информации о политической жизни в стране вообще. Здесь мы имеем потрясающе ничтожные представления о происходящем как в силу удаленности Сургута от центра событий, которыми традиционно являются Москва и Петербург, так и от неумения политических партий представлять свою позицию нетрадиционными методами. Традиционные методы не срабатывают, поскольку система распространения массовой информации сегодня не свободна по факту. О парламентских партиях СМИ рассказывают. Но остальные или находятся под мощным давлением, и потому не конкурентоспособны, или просто не способны создать что-то, что могло бы быть внятно сформулировано.
Реальная политическая работа со стороны «главных» партий сегодня проявляется в усилиях по «вытаптыванию» политического поля и в полном нежелании реально согласовывать интересы групп населения. Таким образом, можно предположить, что, во-первых, разрозненные оппозиционные партии в очередной раз не смогут объединиться по ряду причин, а во-вторых, отсутствие сколь-нибудь вменяемых одновременно легальных и легитимных игроков опять приведет примерно к повторению предыдущего результата.
Меры по развитию ситуации прямо могут быть сформулированы коротко: создание политического поля для согласования общественных интересов. На практике, в конечном итоге, это будет означать желание «делиться властью и доходами» во имя решения каких-то политических проблем. Перспектив для этого я пока не вижу.
Андрей Артурович Лицук, декан факультета культуры и сервиса Нижневартовского государственного университета.
По моему мнению, указанный рейтинг в целом отражает результаты реальной работы политических партий; прежде всего работы на муниципальном уровне. Нередко так бывает, что люди вообще не знают, функционируют ли отделения тех или иных партий в регионе. Причем такая ситуация далеко не всегда является результатом целенаправленного замалчивания или попыток помешать работе. Зачастую люди мало знают о партии по той причине, что они ничего не знают о ее делах: делах больших (на федеральном уровне), и не менее важных делах малых, связанных работой по решению насущных проблем региона или муниципального образования, решению проблем конкретных людей. В связи с этим представляется также неслучайным столь высокий процент респондентов, относящихся к партиям нейтрально.
В то же время нельзя утверждать, что условия конкурентной борьбы партий и в России, и в нашем округе абсолютно равны. Сегодня политическая партия «Единая Россия» является правящей партией, что позволяет ей сосредоточить в своих руках значительные ресурсы, дающие определенные преимущества. Этот вопрос, как и вопрос о необходимости продолжения работы по развитию российской политической системы, созданию условий, обеспечивающих реальную конкуренцию политических партий, обсуждался на заседании Государственного совета 22 января 2010 года. На этом же заседании Президент и руководители парламентских партий предложили целый ряд мер по указанным направлениям. Как мне представляется, наиболее существенными мерами здесь являются:
1. продолжение работы по созданию механизма взаимодействия между руководителями территорий со всеми политическими партиями, со средствами массовой информации, с общественными организациями, с неправительственными организациями;
2. продолжение совершенствования избирательного законодательства;
3. развитие судебной системы, как механизма обеспечения законности в политической сфере, гарантирования соблюдения прав и свобод граждан, общественных объединений и политических партий;
4. анализ состава регионального парламента с целью обеспечения соответствия партийного представительства запросам избирателей;
5. повышение доверия к выборам через повышение прозрачности выборов, оснащение избирательных участков современными электронными средствами для голосования и подсчёта голосов
6. регулярное проведение открытых дискуссий представителей всех политических партий, в том числе через СМИ.
2. Преимущества и недостатки выборов в представительные органы по партийным спискам
Еще одна проблема, связанная с предстоящими выборами, - это то, что сегодня в политических партиях Российской Федерации состоит менее 1% населения. В случае перехода к выборам в представительные органы власти в субъектах Федерации по партийному принципу, возникает вопрос: насколько эти партии будут представлять интересы граждан? Не обернутся ли выборы по партийным спискам торговлей партийным местами в представительных органах власти? Или, все-таки, в партийном представительстве больше плюсов? Тогда в чем они заключаются?
Вновь слово нашим экспертам.
Дмитрий Васильевич Сердюков, кандидат исторических наук, доцент кафедры политологии СурГУ.
Действительно, в настоящее время в российских политических партиях состоит незначительный процент населения. Из 142 млн. только 2,8 млн. граждан имеют партийные билеты семи официально функционирующих партий, из которых 1,9 млн. - единороссы. Конечно, это не повод устраивать соревнования по вербовке адептов, все равно рекорд КПСС, в 18 млн. членов, в современных плюралистических условиях побит не будет. Тем не менее, численность партии это показатель её влиятельности, умения вовлечь в политическую жизнь и социализировать граждан. Мировая практика показывает, что большое количество идейных сторонников играет положительную роль в электоральный период и часто является залогом успеха на выборах.
В Российской Федерации принцип партийности в законодательных органах власти успешно реализуется с 2001 г., т. е. с момента принятия закона «О политических партиях». Концепция направлена на формирование жизнеспособной и авторитетной партийной системы, как на федеральном, так и на региональном уровнях. Законодательство определяет, что не менее половины депутатского состава представительного органа субъекта федерации должна формироваться по пропорциональной системе. Ряд регионов строго следует этой рекомендации, другие пошли дальше и по примеру Государственной думы полностью перешли на партийные списки.
Пропорциональная система имеет свои плюсы. Так, она увеличивает значимость партийного института в государстве, социализирует граждан, развивает идейно, дает смыслы. С процедурной точки зрения, она учитывает мнения даже незначительных общественных групп, развивает многопартийность. Есть и традиционный минус. Считается, что пропорциональная избирательная система обезличивает выборы. Партийный кандидат менее связан с конкретным избирателем, партийный бренд как бы заслоняет личность кандидата.
Тем не менее, с нашей точки зрения на региональном уровне оправдано существование смешанной избирательной системы, так как в ней заложен более универсальный потенциал. 50%-я квота для политических партий вполне достаточна для поддержания и развития политической составляющей в регионе. Другая же половина позволит гражданам делегировать во власть наиболее авторитетных земляков, не обращая внимания на партийную принадлежность, но учитывая личные и профессиональные характеристики кандидата. Тем самым достигается равновесие. В случае популярности той или иной партии именно она поддерживает интерес населения к институту выборов. Но в ситуации резкого падения авторитета партии или партий независимые кандидаты играют роль политического локомотива и нивелируют проблему абсентеизма.
Отдельной проблемой российской политики, как и любой другой, является коррупция и сращивание бизнеса с властью. Однако с нашей точки зрения это сфера деятельности и компетентности правоохранительных органов, умения и желания бороться с подобными издержками. Для партии же многое зависит от полезности того или иного депутата, обладания им не только финансовыми ресурсами, но и авторитетом в регионе. Российская практика знает достаточно примеров, когда предприниматели с сомнительной репутацией попадали в парламент с помощью партийного посредничества. Как правило, такие истории наносили им серьезный репутационный ущерб. Поэтому такую возможность полностью исключить нельзя. Но имеющийся опыт заставит партийное руководство быть более разборчивым в выборе партнеров, оценивая потенциальные доходы и издержки данного альянса. С другой стороны, желание представителей бизнеса лоббировать корпоративные интересы в государственных органах власти вполне объяснимо. К тому же остается реальная альтернатива, то есть возможность оплатить услуги профессиональных политтехнологов и обеспечить себе кресло так называемого независимого депутата.
Василий Васильевич Мархинин, доктор философских наук, заведующий кафедрой философии СурГУ, член КПРФ.
Торговля партийным местами в представительных органах власти шла и продолжает идти сейчас. Конечно, в первую очередь, это касается «партии власти». Бороться с этим надо простым запретом торговли мандатами и уголовным наказанием за это, а не общими реформами избирательной системы. Что в первую очередь надо сделать именно в рамках введения полностью партийной системы выборов, так это запретить переход депутатов из одной фракции в другую - решил служить другой партии – покинь сначала представительный орган, освободи место члену той партии, за которую в данном случае голосовали избиратели. Безусловно, в партийном представительстве больше плюсов. Они заключаются в том, что служат мерой против цветущей махровым цветом политической конъюнктурщины и политического мещанства, способствуют утверждению политической принципиальности.
Виталий Владимирович Корнеев, кандидат философских наук, доцент кафедры политологии СурГУ.
Вопрос о партийном представительстве (плюсах и минусах) в настоящих условиях некорректен в силу того, что речь идет не о партийном представительстве, а о формировании и стабилизации системы распределения ресурсов под «этикеткой» партийного представительства. Мне представляется, что основной причиной того, что сегодня партии реально представляют меньшинство граждан, можно назвать незаинтересованность партий в гражданах. Все известные мне реально действующие партии интересуются гражданами как источниками мобилизационных ресурсов для руководства партии. Членство в партии изначально рассчитано на обмен ресурсами между партией и ее членами. Соответственно, те граждане, которые не могут предложить партии подходящих обмен денег, статуса или власти, просто неинтересны партии. Понятно, что в современных российских условиях подавляющее большинство граждан не имеет каких-либо значимых ресурсов для обмена.
Соответственно, в таких условиях несвободного распределения ресурсов, торговля партийными местами является нормой, в каковой заинтересованы как партии, распределяющие ресурсы, так и партии, стремящиеся их распределять.
В целом, разговор о партиях как общественных представителях имеет смысл в том случае, когда создание партий, нацеленных на ненасильственное получение части власти и ресурсов станет делом достаточно простым и безопасным для физического и нравственного здоровья граждан.
Андрей Артурович Лицук, декан факультета культуры и сервиса Нижневартовского государственного университета.
Вопрос перехода к выборам в представительные органы власти всех уровней исключительно по партийным спискам является сложным. С одной стороны пропорциональная система выборов позволит усилить позиции партий в субъектах Российской Федерации, с другой – это действительно может повлечь отрыв представительных органов от своих избирателей, незнанию реальных проблем населения, потери с ним связи. Не исключена также и торговля партийными местами в этих органах власти.
Россия обладает обществом сложным, неоднородным. Составляющие его группы имеют различные взгляды на жизнь, различные интересы, различные политические взгляды. Учитывая это, как мне представляется, наиболее адекватной системой выборов в нашей стране является смешанная избирательная система, которая, впрочем, также обладает своими недостатками.
Если все же применять пропорциональную избирательную систему, то необходимо отменить практику «паровозов», а также предусмотреть преференциальное голосование, при котором избиратель не только голосует за тот или иной партийный список, но и имеет возможность с помощью определения своих предпочтений (рейтингового или ординального голосования) изменять приоритетность партийного списка.
3. Тенденции и перспективы партийного строительства
За 15 лет присутствие «партии власти» в Государственной Думе возросло с 14% в 1993 г. почти до 67% в составе нынешнего созыва при соответствующем снижении численности и влияния оппозиционных фракций. Вопрос к нашим экспертам: сохранится ли данная тенденция роста влияния «партии власти» к следующим «думским» выборам, или это влияние останется на сегодняшнем уровне, или оно будет уменьшаться?
Дмитрий Васильевич Сердюков, кандидат исторических наук, доцент кафедры политологии СурГУ.
Итоги прошедших выборов представляются как закономерные, отражающие реальные заслуги политического тандема власти и «партии власти» в период экономического роста, умения проводить взвешенную социальную политику в России. Вместе с тем, экономический кризис существенно сузил финансовые возможности власти. Если до этого работала модель общественного благополучия, то теперь власть вынуждена принимать обвинения в свой адрес. Политическая оппозиция получила поддержку со стороны отдельных социальных групп, это открыло второе дыхание КПРФ, ЛДПР, «Справедливой России» и др.
Дальнейшая модернизация партийной системы будет протекать исключительно в контексте развития социально-экономической ситуации в стране. В условиях стабильности будет более важен не межпартийный диалог или диалог власти и партий, а реанимирование идеи строительства «партийной вертикали». Достройка двухпартийной или полуторапартийной модели в рамках этого сценария наиболее адекватно реализует государственную политику в области партстроительства, это повысит предсказуемость и управляемость партийной системой. Разумеется, даже при полуторапартийной, а тем более, двухпартийной системе конкурентная борьба не исчезнет. Но степень конкуренции будет завесить от созданных правил, а главное, от наличия и эффективности государственного механизма направленного на поддержание баланса и равноудаленности от всех системных партий. Российская практика показала, что в условиях экономической стабильности властная элита не мотивирована на диверсификацию и делегирование властных полномочий большому кругу «политических игроков».
И наоборот, усиление негативных явлений в экономике приведет к росту общественного недовольства и в этом случае становится возможным вариант ротации «партии власти». Кстати, на эту роль уже претендует «Справедливая Россия». Российская элита вынуждена будет принести крупную политическую жертву в целях ослабления напряженности и восстановления стабильности политической системы в целом.
В качестве претендентов на роль новой доминанты можно было бы рассматривать «Правое дело» или «Справедливую Россию». Обе партии умеренные, позиционирующие себя как системная, мягкая оппозиция. Однако внутренний раскол вряд ли в ближайшее время позволит «Правому делу» стать партийным лидером в России. Социальный имидж «Справедливой России», наличие организационной сети, присутствие в руководстве партии публичных политиков, представителей бизнеса, интеллигенции вполне могут сослужить хорошую службу партии в период антикризисной модернизации. Такой тренд может сделать возможным появление на политической авансцене нового тандема - умерено левых и правых. Правые в условиях кризиса будут призваны выполнять крайне необходимую «грязную работу», брать ответственность за болезненные реформы, а новые левые вести риторику о социальной ответственности государства и бизнеса. Патерналистский запрос электората в период социально-экономической нестабильности вполне может, как минимум - повысить рейтинг и процент на выборах «Справедливой России», а как максимум - сделать её новой доминантой российской партийной системы.
Ставка на межпартийный диалог адекватно укладывается в проект национальной модернизации. Уже ряд текущих законодательных новелл указывают на обозначенный тренд. Например, расширение партийного контроля над исполнительной властью, обеспечение равного доступа к СМИ, предоставление 1-2 мандатов в парламентах партиям-аутсайдерам и т. д. Целенаправленное продолжение государственного курса на создание равных прав и возможностей для системных партий позволит вернуть в публичную политику понятие реальной конкуренции. Конечно, такой курс на обеспечение справедливых условий для всех политических партий, скорее всего, приведет к незначительному падению рейтинга и электоральной поддержки «Единой России», возможно с 60-70% до 40-50%. Но это будет более сбалансированная плата за так необходимую модернизацию России, при сохранении в целом стабильности политической системы.
Василий Васильевич Мархинин, доктор философских наук, заведующий кафедрой философии СурГУ, член КПРФ.
«Влияние «партии власти»» исчезнет однажды и на совсем без всякой зависимости от названной тенденции. Причина простая – эта партия беспринципная, то есть вовсе не партия. Для того, чтобы эта партия исчезла, достаточно того, чтобы не сошлись амбициями государственные начальники, например, президент и премьер. Случится это или к предстоящим выборам думским или президентским выборам, или к следующим за предстоящими.
Конечно, подобная же «партия» может возникнуть сразу после краха действующей, как это не раз уже и было в «демократической» России. Но, думается, что на этот раз это уже будет агонией выморочного капитализма в России.
Виталий Владимирович Корнеев, кандидат философских наук, доцент кафедры политологии СурГУ.
Централизация ресурсов неизбежно приводит к созданию единой политической системы их распределения. Экономика определяет политику. Чем выше централизация ресурсов, тем выше «рост влияния» партии власти, позволяющей участвовать в распределении этих ресурсов. Таким образом, «рост влияния» партии власти прямо связывается с централизацией ресурсов. Децентрализация системы распределения ресурсов на повестке дня пока не стоит. Следовательно, серьезного уменьшения «влияния» партии власти не предвидится.
Андрей Артурович Лицук, декан факультета культуры и сервиса Нижневартовского государственного университета.
При сохранении имеющихся тенденций, влияние «Единой России» к следующим выборам в Государственную Думу, скорее всего, не снизится. Поддержка этой партии электоратом, при сохранении прежнего курса на повышение качества жизни и экономическое развитие, будет обеспечено ориентацией на российский консерватизм, то есть идеологию стабильности и эволюционного реформирования без застоев и революций. Однако единороссам следует более глубоко продумать механизм взаимодействия с другими политическими партиями.
4. Другие факторы электорального выбора
Помимо партийных ориентаций на политические предпочтения избирателей, а также на явку в ходе муниципальных выборов, будут влиять и иные факторы. К их числу, в первую очередь, следует отнести:
· социально-экономическое самочувствие;
· поддержку политических институтов в целом,
· оценку работы депутатов и представителей исполнительной власти местного самоуправления, в частности.
Социально-экономическое самочувствие
При опросе студенческой молодежи выяснилось, что ее оценка социально-экономического положения своих семей оказалась весьма позитивной. Три четверти опрошенных (в общей сложности 74%) полагают, что их семьи испытывают затруднения только при покупке товаров длительного пользования и дорогостоящих вещей, либо вообще почти ни в чем себе не отказывают. Мнения этой группы респондентов представлены на диаграмме 1.
Диаграмма 1.
В общей сложности только 20% респондентов указали, что их семьям едва хватает денег на самое необходимое.
Подобные оценки выглядят чересчур оптимистичными, особенно при сопоставлении с данными статистики о социально-экономическом положении населения. Подобный социальный оптимизм молодежи, очевидно, следует учитывать тем или иным политическим силам, делающим ставку на максимальное привлечение ее к явке на выборы.
Учитывая возможное ухудшение положения населения в связи с экономическим кризисом, стоит оценить и протестный потенциал молодежи. Судя по ответам наших респондентов, в случае, например, резкого ухудшения своего экономического положения, к протестным действиям в виде тех или иных акций готовы прибегнуть около 14% из них. Тем не менее, подавляющее большинство опрошенных – почти 70% - заявили, что будут решать возникшие проблемы собственными силами, в первую очередь, за счет поиска возможностей дополнительного заработка.
В рейтинге проблем, вызывающих наибольшую тревогу молодежи, первые пять мест выглядят следующим образом:
1. высокая оплата ЖКУ
2. жилищная проблема
3. низкие зарплаты, пособия, стипендии
4. отсутствие работы или опасность потерять ее
5. наркомания, пьянство.
Следует обратить внимание, что достаточно неожиданно выше традиционной «триады» молодежных проблем - жилье-зарплата (стипендия) - работа - оказалось недовольство, связанное с высокими ценами на ЖКХ.
Далее в рейтинге следуют такие общественно-социальные проблемы, как «качество здравоохранения», «работа правоохранительных органов» и «благоустройство города».
Примечательно, что такая проблема, как «возможность проведения досуга», - в прежние годы в наибольшей мере волновавшая молодежь, - в этом и рейтинговом списке заняла лишь девятое место.
Поддержка политических институтов
Говоря об уровне политической поддержки государственных органов власти, следует отметить, что наибольшую политическую поддержку студенческая молодежь высказывает премьер-министру . Почти девяносто процентов опрошенных (89,4%) считают, что его деятельность оправдывает их доверие. Чуть меньше, но также весьма высоким (восемьдесят процентов) оказался рейтинг поддержки у президента .
Оценки других институтов власти выглядят несколько сдержаннее, но и они также достаточно высоки: в их поддержку высказалось более половины респондентов (диаграмма 2).
Диаграмма 2
Стоит отметить, что почти каждый пятый опрошенный затруднился высказать свое мнение о деятельности правительства автономного округа и губернатора. Причем респонденты объясняли это отсутствием у них информации об этих субъектах власти.
В значительной мере отношение к институтам власти определяется мнением молодежи о качестве сегодняшней российской политической элиты. В какой мере представители политического класса страны озабочены проблемами населения? Какие черты характерны для представителей этого класса?
Судя по ответам, у трети респондентов – 74% - преобладают критические оценки. По их мнению, в отношении представителей власти к населению преобладают такие качества, как бюрократическое отношение к людям, равнодушие, коррумпированность. Лишь около трети опрошенных положительно отнеслись к деятельности представителей власти, указав на их профессионализм и стремление заботиться о гражданах (диаграмма 3).
Диаграмма 3
Для оценки студентами личной популярности политических лидеров современной России был использован «открытый» вопрос. Частота упоминаний тех или иных политических деятелей в ответах респондентов позволяет представить рейтинг популярности представителей федеральной власти у студенческой молодежи, где первые два места с большим отрывом занимают и (диаграмма 4) и представителей политической власти региона, в котором с большим отрывом лидировал бывший губернатор (диаграмма 5).
Диаграмма 4
Диаграмма 5
Оценка работы депутатов и представителей исполнительных органов власти местного самоуправления
Тенденция сегодняшнего состояния массового сознания российского общества, связанная с низким уровнем солидарности граждан, высокой степенью взаимного недоверия друг к другу и к институтам власти, проявляется и на местном уровне. Так, испытывают чувство доверия местным органам власти не более половины опрошенных респондентов из числа студенческой молодежи (диаграмма 6).
Диаграмма 6
На муниципальном уровне проявляется и другая общероссийская тенденция: население, судя по ответам студенческой молодежи, в большей мере поддерживает самих политических деятелей, нежели политические институты, которые они олицетворяют. Причем, следуя общероссийской тенденции, большей поддержкой по сравнению с властью представительной (депутаты городской Думы) пользуются представители исполнительной власти (администрация) (диаграмма 7).
Диаграмма 7
Помимо традиции - поддерживать в большей степени муниципальных деятелей, представляющих исполнительную власть, - очевидно, что на степень поддержки решающим образом оказывает влияние уровень информированности населения о деятельности тех или иных представителей муниципальной власти.
Если на основе ответов наших респондентов построить своеобразный «рейтинг неизвестности» муниципальных деятелей, то можно увидеть, что степень поддержки политических лидеров прямо коррелирует со степенью их известности, в данном случае - в среде студенческой молодежи (диаграмма 8).
Диаграмма 8
Очевидно, что на предстоящих выборах, как и ранее, их успешность будет зависеть от эффективности агитационной предвыборной кампании, в ходе которой, в первую очередь, используются СМИ.
Судя по ответам наших респондентов, подавляющее большинство молодежи – более восьмидесяти процентов – о политических событиях узнают из сообщений телевидения. На сегодняшний день – это наиболее эффективный канал политической коммуникации. Причем это в равной мере относится и к коммуникации на местном уровне: почти половина опрошенных интересуется политическими передачами местного телевидения.
Примерно четверть респондентов заявила, что в качестве источника информации о политических процессах использует печатные СМИ, газеты. Столько же респондентов слушают радио. Каждый третий молодой человек, судя по ответам респондентов, за информацией о политических событиях обращается, прежде всего, к Интернету.
В то же время не следует забывать и о таком важном средстве политической коммуникации, как непосредственное общение, слухи. Для сравнительно небольшого города они могут быть весьма важным способом агитационной кампании. По крайней мере, 36% опрошенных заявили, что разговоры с друзьями являются для них основным источником информации. Очевидно, что работа с лидерами общественного мнения может быть существенной составляющей частью будущих предвыборных кампаний.
Обращаясь к мнениям респондентов о деятельности представительного органа муниципальной власти – городской Думы, в частности в ответах на вопрос: «Чьи интересы защищают депутаты городской Думы?», мы наблюдаем весьма критичные настроения молодых сургутян (диаграмма 9).
Диаграмма 9
Причем высказанные студенческой молодежью мнения едва ли подкреплены рациональными аргументами, например, знанием результатов работы депутатов Думы. Очевидно, что на ответы респондентов проецируется их бессознательная неудовлетворенность своим положением; влияют настроения, связанные с неясными перспективами своего будущего и т. д. И конечно, мы вновь отмечаем недостаточную информированность молодежи о деятельности депутатов представительного органа власти. Только 6,4% опрошенных студентов указали, что хорошо осведомлены о работе городской Думы. Еще почти 40% «кое-что о ней слышали». Но ровно половина опрошенных ничего о ней не знают. Десять процентов затруднились с ответом.
Эти факторы определили и степень доверия представителям депутатского корпуса. Степень доверия к нескольким наиболее известным депутатам Думы г. Сургута представлена в таблице 1.
Таблица 1.
в полной мере доверяю | доверяю, но не совсем в полной мере | ни в какой мере не доверяю | |
8,8 | 50,5 | 40,7 | |
10,3 | 51,5 | 38,1 | |
8,5 | 54,3 | 37,2 | |
11,7 | 50,0 | 38,3 | |
13,7 | 59,7 | 26,6 | |
4,1 | 59,8 | 36,1 | |
4,7 | 54,7 | 40,7 |
Скептицизм молодежи в отношении возможности местных органов власти, в том числе представительного органа, влиять на общественно-экономическую ситуацию, плохая информированность о работе этих органов и т. д., очевидно, снижает готовность молодых людей участвовать в выборах. Но в числе основной причины, объясняющей нежелание принимать участие в голосовании на выборах, респонденты указали - «неверие в то, что их голос на что-либо повлияет» (диаграмма 11).
Диаграмма 11
Тем не менее, к самим демократическим основам устройства общественной жизни студенческая молодежь относится весьма положительно. Подавляющее число опрошенных респондентов признают важными для современной России такие принципы, как многопартийность, свобода предпринимательства, верховенство закона, свобода слова и средств массовой информации, гражданские инициативы населения, открытость органов власти, деятельность общественных организаций и т. д.
