В комнате вечности.
Понедельник: 7:00
На янтарном озере начинался новый день. Несмотря на осень, и на то, что это зона отчуждения, в которой по не понятным причинам всегда туманно и пасмурно, утро выдалось светлым, очень редкий гость в этих местах солнце, оно отражалось в мутной воде радиоактивного озера Янтарь, его дно, верно, хранило много мертвых тайн. С ночной охоты в свои норы возвращались с добычей мутанты. А в научной лаборатории уже бурно велись переговоры о продлении контракта с военными. От исхода этих переговоров зависала дальнейшая судьба исследовательского центра в Зоне, или его продолжат финансировать или же бункер сворачивают.
Пожилой профессор Степанов нервно утирал платком испарину со лба пытаясь доказать милитаристическому жюри важность ведущихся здесь исследований. Профессор Степанов защитил за всю свою ученую деятельность не одну диссертацию, разработал экспериментальные препараты, которые помогали пережить выброс пси энергии в зоне отчуждения, он выступал перед десятками других ученных и всегда уходил победителем и не знал что такое фиаско! Но сейчас ему впервые было туго, он пытался доказать тупым военным не черта не смыслящим в науки всю важность прикладной науки. Профессор распинался перед ними, как только мог, рассказывал, доказывал простые истины, но на лицах аудитории не было написано не каких эмоций, кто-то даже демонстративно зевал.
-Зона отчуждения - это условное название тридцатикилометрового сектора экологического бедствия, но на самом деле это нечто большее, чем кто может представить. Зона – это целый мир, живущий по своим правилам, здесь не действуют знакомые нам с уроков физики законы. Это место является главной загадкой планеты, отодвигая на вторые планы тайны бермудского треугольника и другие аномальные места. Главное отличие зоны отчуждения от других аномалий это то, что ее можно потрогать и извлечь из нее полезные для развития всех земных технологий вещи. Мы получаем новые источники энергии, называемые в среде сталкеров артефактами, изучаем местную фауну. Наработки нашей лаборатории используются в медицине так и в секретных военных проектах по созданию суперчеловека.
- Так, профессор вы не заговаривайтесь, мол, мы получаем новую материю, за эти материалы столько наших солдатиков жизнями расплатились, гибнут в аномалиях, а о смертях от лап мутантов, я и не говорю вовсе, прорычал майор!
- Речь сейчас не идет о смерти, но раз уж на то пошло, то эти смерти были не напрасны, они принесли плоды во блага всего общества в целом! В нашем медицинском институте эти наработки спасают жизни сотням людей, наше оружие используется в огневых точка, да и семьи погибших солдат получили компенсацию, парировал Степанов.
- Дмитрий Степанович, покиньте пожалуйста аудиторию, мы сами посовещаемся, - встав с места, сказал военный.
Профессор трясущимися руками собрал бумаги в папку и поспешил к выходу из конференц-зала. Сейчас решалась судьба работы всей его жизни, ведь если проект закроют, то его сразу же депортируют из Зоны на большую землю, конечно же, такие умы нужны и там, но Зона стала уже родным домом, и не хочется отсюда уходить. Дмитрий маячил из стороны в сторону перед железной дверью зала заседаний, от напряжения время словно замедлилось, хотя с научной точки зрения это невозможно, но на то она и Зона что бы опровергать все, что считали привычным люди.
- Держитесь, Дмитрий Степанович, ободряюще сказал проходивший мимо молодой ученный.
Но профессор не чего не ответил, нет, он хорошо относился к своим коллегам, но сейчас проронить, что-либо вслух было превыше его воли.
Дверь со скрипом распахнулась, и профессора пригласили в зал для оглашения вердикта. Дмитрий Степанович прошел на свое прежнее место у интерактивной доски и застыл, страх уже отступил, теперь кипел какой-то непонятный адреналин, сердце бешено колотилось. И…
- Присаживайтесь, указал на кресло офицер.
И тогда профессор понял, что все провалено и начал готовится к худшему повороту событий, на подкашивающихся ногах Степанов зашагал к уготованному ему месту. И внезапно обмякшее тело рухнуло на пол. Военная комиссия разом вскочила со своих мест и рванула к упавшему профессору! Подоспевший первым капитан упал на колени и проверил пульс человека в белом халате. Он безнадежно опустил голову, давая этим самым знаком понять, что профессора Дмитрия Ивановича Степанова больше нет на этом свете.
После того как тело упаковали в черный мешок для транспортировки к родным, состав исследовательского центра на Янтаре был расформирован и приготовлен к немедленной депортации из зоны отчуждения.
У военных здесь остались свои не завершенные дела, в ангаре находилась секретная военная разработка, которую требовалось вывести из Зоны. Это был единственный в мире прототип истребителя «СУ-27А» работающего на энергии артефакта «Батарейка» Для транспортировки данного груза на территории был подготовлен мощный тягач с массивной платформой. При помощи крана самолет водрузили на платформу, закрепили скобам и укрыли брезентом. Все происходило очень быстро и согласовано, уже к полудню от бункера ученых на янтаре не осталось и следа.
Для сопровождения груза «Х» прибыли три вертолета «МИ-24» и эскорт из четырех УАЗ-ов оборудованных стационарными пулеметами.
Когда все было готово к отправки на месте где еще несколько часов назад громоздился бункер, построились военные для дальнейшего инструктажа.
Колона начала свое движение в направлении завода Росток, точку прибытия груза знал только капитан Савков и авиация.
Не каждый день в зоне отчуждения можно увидать такое представление. В этот раз за движением из-за зарослей мутированного шиповника наблюдал незадачливый сталкер шедший в бункер ученных. Его удивлению не было предела, и он пошел следом за колонной. По закону подлости у ходока под рукой не оказалось даже телефона с камерой, чтобы заснять сей исторический момент. Сталкер аккуратно продирался через кусты, ибо, выйдя из них его, засекут вертолеты. Такое скучное преследование длилось около часа, за это время караван достиг старого аэродрома на дикой территории, на огромном открытом пространстве колону ожидали. Сталкер дальше не сунулся, предпочитая наблюдать за развитием событий из-за живой изгороди.
Тем временем встречающие колону сбросили с бортов своего грузовика брезент, оголив зенитную установку. А дальше произошло то, чего никто не ожидал, зенитная установка открыла огонь по сопровождавшим вертолетам. Первая вертушка камнем рухнула в овраг, вторую разорвало в воздухе, а последняя просто потеряла управление и задевая кроны деревьев рухнула в лесу. Шествие остановилось, завязалась перестрелка, капитан Савков не растерялся и схватил гранатомет, геройски под шквальным огнем он разнес в щепки вражеский грузовик с зенитным комплексом на борту, но пал под шквалом вражеских пуль. У каравана была крайне не выгодная позиция, они были как на ладони у снайперов, засевших на крышах ангаров.
Тем временем простой сталкер решил не дожидаться исхода перестрелки и под шумок отступил назад к Янтарю.
Когда все военные были разгромлены, неизвестный в черном комбинезоне выкинул из кабины тягача тело водителя и занял его место за баранкой. Грузовик поехал дальше, а остальные бойцы в черном заминировали УАЗы, и избавились от трупов военных, облив тела бензином.
На горизонте виднелся удаляющийся вглубь Зоны грузовик с платформой, на которой находилась секретная военная разработка.
Территорию аэродрома озарил взрыв, стирающий следы недавней заварухи. Огонь выжиг этот момент из времени, словом этой перестрелки и не было вовсе. Груз «Х» бесследно исчез в недрах зоны отчуждения полной загадок, известных лишь самому повелителю Зоны.
***
Спустя двадцать минут над старым аэродромом раздался гул «АН-255», грузовой лайнер заходил на посадку.
- Господа десантура, производим экстренную посадку, пристегните ремни и приготовьтесь к встрече возможного сопротивления – вещал голос штурмана из динамика.
Когда лайнер приземлился, и борт грузового отсека опустился на землю, десантная группа из шести бойцов вооруженных «АК-74у» высадилась и рассредоточилась по периметру аэродрома. Лица бойцов были скрыты под черными масками, все как один были облачены в серый камуфляж городского типа, за счет этого десантники сливались с окружающей серостью ангаров и старой взлетной полосой. Но ожидаемого столкновения с предполагаемым противником не последовало, группа обследовала участок. Бойцы осмотрели обгоревшие остовы штатных УАЗов и были ошарашены, найдя рядом с ними обгоревшие останки военной группы. Зрелище было не для слабонервных.
- Черте что творится! – в сердцах выругался Сурок, командующий десантной группой.
- И что же дальше? – озадаченно спросил Риг, осматривая останки.
- Наше дело доложить штабу, пусть сами решают, что делать дальше - распорядился Сурок.
***
Вечер: 9:00
Кордон – относительно безопасное место в этих богом забытых местах, уровень радиации чуть превышен, аномальные очаги встречаются редко, а встретить мутанта крупнее собаки маловероятно. Так обстоят дела днем, но ночью даже этот обжитый участок Зоны становится непредсказуемым и стремительно опасным для человека. Аномалии в темноте разглядеть проблематично, на охоту выходит ночное зверье. Все ходоки стараются вернуться в поселения до наступления темноты, ночь посреди Зоны смерти подобна.
Уже стемнело, и на местном увеселительном заведении находящимся на месте бывшего автотранспортного предприятия зажглась неоновая подцветка. Во дворе этого злачного заведения собирались разномастные отморозки. На первом этаже двухэтажного здания построенного еще до времен первой аварии на Чернобыльской атомной электростанции находилось казино и бар, а на втором предлагали более экзотичные для этих мест услуги. Рабочие, строившие это здание, и не догадывались, что через десятки лет в этом строении будет находиться игорный клуб, который держит местный криминальный авторитет с погонялом Картез. Очень темная личность, некоторые считают его братом покойного Борова, главы местных бандформирований орудовавших в начале две тысячи одиннадцатого года. Нынче все изменилось, и теперь бандюганы не стреляют по сталкерам направо и налево, а наоборот приглашают к себе в гости на «АТП» поиграть в картишки. Так же заведение предлагает широкий ряд азартных игр, включая русскую рулетку, в нее мало кто играет, существование в Зоне и так подразумевает эту рисковую игру со смертью. Но и такие клиенты находились, а те, кто были еще в здравом уме, если такие вообще здесь бывали, то они играли в блэкджек, покер или кости. Тот, кто проигрывал, отправлялся выпить в бар, и победители отмечали выигрыш в том же самом баре. Вообще заведение процветало. В отличие от меня.
За столиком сидел черноволосый худощавый мужчина, ему было двадцать шесть лет, но ему внутреннему состоянию стукнуло за сотню. На его измученном шрамами лице читалась обреченность, и полное презрение ко всем кто его окружал. Его карие глаза смотрели на свое отражение в прозрачном стакане полном огненной воды.
Я проигрался по крупному, потом продал оружие и на вырученные деньги купил ящик водяры и еще разной жратвы. В итоге нахлестался как свинья, в голову лезли дурные мысли, и я безуспешно топил их пойлом. Нахлынула волна воспоминаний.
Кто такой я? – в сталкерских кругах меня знают как Арликина, прозвище получил за несмешные шутки у костра, странное прозвище для странного места. Не веселый из меня получился клоун, вот такой абсурд. Наверное, вся моя жизнь одна сплошная неудачная шутка, но так было не всегда. Как и у всех других людей у меня были мечты, хотелось славы, денег. Но мечты имеют свойство рушиться, вот и у меня все прогорело, наступила непроглядная тьма. Тогда я и отправился в место под названием Зона, о нем знали все, о нем говорили в телепередачах и все боялись его. А эту мысль я произнес уже вслух, привлекая лишнее внимание к себе.
- Если на сегодня твой кредит исчерпан, то шел бы ты отсюда подобру-поздорову, сказал подошедший к моему столику амбал.
- Я просто сижу и никому не мешаю, возразил я.
- А ты и правда тупой! – замахнулся ручищей качек. В этот момент я резво вскочил со своего места и внезапно нанес удар ногой вбочину недруга. Драка не успела завязаться, подлетели еще двое бугайков, один из них схватил полную огненной воды бутыль и огрел меня ей по голове. Меня обожгло, тело обмякло, я потерялся в окружающем пространстве. Потом меня взяли под руки и выкинули за дверь заведения, приземлился я крайне неудачно. Оказался в луже полной какого-то радиоактивного дерьма. Положение у меня сложилось крайне дерьмовое во всех смыслах. Кое-как мне удалось встать из лужи на ноги. Весь в грязи и собственной крови сочащейся из раны где-то на голове, я похромал по ночной зоне в сталкерское селение.
Ночь была полна звуков, где-то выли собаки, на ветру шелестела листва. Небо было затянуто черными тучами, скрывающими звезды. Кромешная тьма, хоть глаза выколи, разницы не будит.
Ноги брели сами собой, но одуревшие сознание продолжало сканировать местность на наличие аномалий. Проходя по старому подземному переходу мозг забил тревогу на совершенно невидимую для глаз аномалию, в воздухе пахло жженой резиной, не характерный запах для подземки и от греха подальше, ноги на автопилоте повели назад. Я не знаю, сколько времени пришлось потратить, что бы добраться до деревни, находившейся в низине, но когда покатился по крутому склону, раздирая о камни все изувеченное тело, уже понял что прибыл на место и что теперь можно расслабиться и заснуть под забором. Но не тут то было, услышав шорох произведенный моим прибытием, сталкеры навострили уши.
- Кто здесь шарится? – раздался грозный голос в ночи.
- С-с-своиии! – откликнулся Арликин.
- Не зомбак? – проорал голос в темноте.
Я начал подниматься на ноги хватаясь разбитыми руками за ствол березы растущей перед деревянным забором, в который врезался, мне крупно повезло, что когда катился, не врезался в ствол дерева.
И тут мне что-то больно ткнулось в поясницу. Я замер.
- Вот ты черт Арликин, мы ведь тебя за зомбяру приняли! – выругался стоящий за моей спиной сталкер.
- Правда похож, донесся знакомый мне голос. Я обернулся и увидел перед собой незнакомого мне сталкера и моего давнего приятеля Пепла.
Убедившись, что я не представляю угрозы, сталкер плюнул на землю и пошел прочь, оставив нас с Пеплом наедине.
- Совсем тебе плохо Арли, поддерживая меня за плечи, сказал Пепел. Я просто кивнул ему.
Мы поковыляли во двор, там нас встретили дружным хохотом.
- Да ну и видок у него! – доносилось из толпы. А мне было абсолютно по фиг на мнение этих осломутантов. Мы прошли дальше в лагерь, миновав вечно горящий кострище, у которого сидели люди и провожали нас смешками. Костер был своего рода лагерной фишкой, он собирал вокруг себя массу народа. У него все просто общались. Для поддержки очага даже дежурные назначались.
Пепел усадил меня на лавку, а сам побежал в свой дом за медикаментами для обработки моей раскроенной головы. Хоть я и был знаком с ним с самого моего прибытия в эту дыру, он не был моим другом, просто хороший приятель, друзей у меня вообще не было. Точнее были год назад, но эту историю вспоминать мне очень не хотелось. А вот другую историю я часто вспоминал, день моего прибытия сюда, тогда умер другой «Я» и родился сталкер. Меня и десяток других неудачников привезли на стареньком «Луноходе» и высадили посреди чистого поля. Некоторые не успели пройти и пары метров, став наглядным примером действия аномалий на материал. Те же, кто еще добрался до военного периметра, полегли под армейским патроном. В итоге к концу дня до поселка добрались четверо измученных людей. Это были Волкодав, Пепел, Леший и я. А теперь в живых осталось только двое из той десятки. И вот мы сидим на лавке и вспоминаем, как все начиналось.
- Что же с тобой стало Арли? – накладывая мне повязку, сказал Пепел, хотя он и прекрасно понимал, когда я стал идти ко дну.
- Лешего и Волкера не стало, вояки, уроды пристрелили ребят, вздыхал я.
- Не вернуть их уже, если только к «Исполнителю желаний» идти – лукаво произнес Пепел.
- Так решено иду за своим желанием! – рьяно заявил я.
- Иди, проспись лучше, герой – посоветовал товарищ.
- Я послушался дружеского совета и пошел к дому Пепла, часто приходилось перекантовываться у него на чердаке. Это было мое старое убежище, мне много раз приходилось отлеживаться там, в трудные минуты, когда я был ранен или по моему следу шел наемный убийца. Короче говоря, схрон у меня был надежный.
Сталкер шатаясь дошел до деревянной лестнице, прислоненной к стене старого дома из красного кирпича с заколоченными окнами. Он неуверенно поставил правую ногу на первую ступеньку, взялся обеими руками за третью ступень и начал восхождение наверх по шаткой лестнице, скрипящей под весом человека. Вскарабкавшись под крышу дома, сталкер из последних сил дополз до пыльного матраса и завалился на него. Сон одолел мгновенно.
Время словно ускорилось в сотни, даже тысячи раз, сначала мне виделись разноцветные пятна, но потом белая вспышка и я стою перед саркофагом бок обок с «Монолитом». Душа разрывается на части перед непонятным выбором, какая та загадка, упрятанная в затуманенном сознании, я был сталкером!?
Утро: 8:00
Тело Арликина судорожно дернулось, и сталкер проснулся в холодном поту, голова разламывалась, будто пуля просверлила в ней черную дыру. Сталкер сел на матрасе и задумался об привидевшимся сне, он пытался вспомнить его детали и сюжет, но безуспешно упирался в стену. На пьяную голову может присниться любой бред, но этот сон засел в голове, но о чем он вспомнить было невозможно. Просиживаться вот так просто было крайне не выгодно в моем положении, нужно было спуститься на свежий утренний воздух, проветрить голову и сделать зарядку. Может и работенку, какую найду. А то в последнее время превращаюсь в какого-то мутанта. Физически и морально. Стащив с себя грязнющий плащ и закинув его в угол, я встал на ноги, голова раздалась болью.
Сталкер обежал взглядом весь чердак, заполненный различным хламом, в углу окутанная паутиной стояла старая деревянная лошадка-качалка, а рядом с ней громоздился дубовый сундук, в котором хранились все сокровища. На его крышке весел здоровый амбарный замок. Сталкер взял со стола треснутую вазу и перевернул ее вниз горловиной, со звоном из ее недр на ладонь левой руки выпал бронзовый ключ. Сталкер поставил вазу на пыльную, выцветшую скатерть. Подойдя к сундуку, присел на корточки, просунул ключ в замочную скважину и два раза провернул его. Сняв замок, он откинул крышку вверх и, начал копаться в содержимом. Противогазы, респираторы, запасные рожки для автоматов, патроны разных калибров, всяческое тряпье. Нащупав интересующий предмет, сталкер вытащил его. Это было квадратное зеркало, сталкер поднес его к лицу и оценил ужасающее отражение. Под правым глазом, будто тени, чернел синяк, на лбу была кровавая повязка. Вид был, как у короля бомжей не помешало бы, навести марафет, на худой конец хотя бы побриться. Вынув из-под стола алюминиевый таз, Арликин распахнул дверцу чердака и сбросил его вниз на накрытый тентом стог сена. Потом взял из верхнего ящика старого комода мед сумку и накинул ее через правое плечо. Я чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда дверка чердака громко захлопнулась. Хорошо, что не подпрыгнул, а то бы у больной головы совсем «крыша» бы съехала от удара о деревянную балку потолка.
Ветрюга разбушевался, хорошо, что лестницу не столкнул, а то спрыгивать вниз не особо хотелось. Можно приземлиться удачно, высота конечно не смертельная, если не удачно так только сломать пару костей.
В одном спортивном костюмчике на улице было жутко холодно, не то что бы мороз, но ветер пронизывал до мозга костей, так и до воспаления легких недолго. Сейчас бы и грязный плащ сгодился, закутавшись в него, дождь и ветер были не страшны.
Забрав таз, сталкер поспешно забежал на крыльцо дома, для приличия пару раз стукнул в дверь и зашел в сени.
- Хозяин!? – спросил я.
- Конечно дома, в такую погоду по зоне шарится мало удовольствия! – отозвался Пепел из другой комнаты.
- А я вот наоборот слыхивал, что в ветреную погоду в зоне много чего интересного можно найти! – отозвался Арликин снимая берцы, в которых проспал всю ночь. Фуу, скривил лицо сталкер. И быстро приоткрыл входную дверь, проветривая прихожую.
- Я все жду, когда ты уже спустишься, на нервы действует шорох над головой, ели сдерживаюсь что бы из двустволки не шмальнуть в потолок! – договорив, расхохотался Пепел.
- Бос извольте, я в умывальник, - сказал я в пустоту и пошел прямо по коридорчику, в конце которого за фанерной дверью была ванная комната. Да! И ванная там стояла, но нормальной воды много не бывало, так, что ей пользовались очень редко, на «Н. Г» А мыца дождевой водой, даже прокипяченной, народ не рисковал, боялись что «хозяйство» отвалится и поэтому, изредка закупали у торговцев привозную воду. Вроде как привозную. Здешняя бывает, прожигает и одежду…
Вот что представляла собой ванная комната в сталкерском поселении. Небольшая комнатушка, около трех квадратных метров, стены которой покрывала потрескавшиеся кафельная плитка, держащаяся с тех пор, как построен этот дом. Пол был просто бетонным. В углу стояла двадцати пяти литровая фляга, рядом на стене весело зеркало, под ним стоял табурет. На него Арликин и поставил тазик.
Сталкер открыл крышку большой фляги, та была на половину пуста. Ковшиком он перелил немного воды себе в таз. Закрыл флягу, положил ковшик обратно в ванную, достал из медицинской сумки острый скальпель и положил его рядом с тазом. Расстегнул олимпийку, снял ее и повесил на край ванной.
Освежив физиономию, я вышел к хозяину в просторный зал, стены которого украшали выцветшие обои с непонятными узорами. Тот сидел в дальнем углу на потрепанном кресле, а рядом у подлокотника приютилось охотничье ружье.
- Ну, ты теперь у нас просто загляденье, - расплывшись в улыбке, сказал Пепел.
- Пойдет, давай лучше просто поболтаем, может работу, какую мне предложишь?
- Нет, с работай самому сейчас туго, так что просто языками чесать будем, ты присаживайся чего стоишь как бедный родственник.
Я занял кресло в противоположенном углу, гостеприимный хозяин встал со своего места и пошел к серванту стоящему у стены. Из серванта он извлек две банки консервированных тефтелей и пару вилок.
Эту часть своей повести я опускаю, потому что ничего важного в этой сцене не происходит. Мы сидели и разговаривали обо всем, вспоминали прошлое и думали о неизвестном будущем. Я тогда и не подозревал, что сегодня произойдет.
***
В поле на окраине Кордона с вертолета высадилась группа из четырех бойцов секретного подразделения, название которого неизвестно. Каждый был профессионалом в своем деле. Команда была сформирована для расследования дела исчезновения груза «Х» Штопор, Ворон, Зодиак, Стэд. Досье этих бойцов были выбраны на военном совете. Они побывали в самых жарких огневых точках, прошли настоящий ад, но в Зоне они оказались впервые и чувствовали себя какими-то дилетантами.
- Сосредоточились, вспомнили все, что нам говорили о Зоне и ее обитателях, - сказал Стэд.
-Говорили, да и еще говорили, что бы мы не всегда полагались на то, что нам рассказали на брифинге, нужно понимать, что Зона выше нас всех и предугадывать ее не нужно, а нужно думать самим, как поступить с тем или иным выбором – задвинул речь Зодиак.
- Ну ты даешь, прямо как.… Как там того ученного звали когда нам инструктаж читали? - обратился ко всем Штопор.
- Киселев, - сказал Ворон.
- Ты Зодиак прям как, Киселев загнул философию - усмехнувшись, сказал Штопор.
- Разговорчики отставить! – оборвал болтовню Стэд. Сейчас все мы идем в сталкерскую деревню и по ходу операции расспрашиваем сталкерье о необычных происшествиях, может кто-то, что да скажет.
Ворон достал из разгрузки ПДА и в разделе карт отметил маршрут от их места положения к поселку сталкеров. Все включили выданные детекторы аномальных полей, они еще не были совершенными, ведь аномалии Зоны изменяются практически после каждого выброса неизвестной науки энергии и каждый раз нужно обновлять программное обеспечение детектора, что довольно трудоемко, пока ученные соберут данные по новым аномальным образованиям, пока они внесут их физические признаки и так далее. Так что на детекторы при передвижении по верхней зоне особо никто не полагался, но не все так плохо, кое какие аномалии все-таки определялись и ночным путникам детектор был очень кстати. Вот где детекторы превосходно оправдывали свое назначение так это в катакомбах проходящих почти под всей тридцати километровой зоной отчуждения, туда-то неизвестная энергия не доходит, что бы усовершенствовать аномалии.
- Так все собрались, мы на враждебной территории, привести оружие в боеготовное состояние – приказал Стэд.
Раздались металлические щелчки.
- В колонну становись, расстояние метр, идем по следу впереди идущего - командовал Стэд, его негласно назначили главным в этой операции.
Возглавил колону Ворон, это было по его части диверсионные и разведывательные работы. Следом шел штурмовик Штопор, за ним следовал спец по радиоэлектротехнике Зодиак. Замыкал колону снайпер Стэд.
Через несколько метров в густой сухой траве промелькнул какой-то серый как все окружение зверёк размером с кошку.
Бойцы взвели автоматы, но стрелять не стали, просто проводили взглядом убегающего зверя.
- Спокойно, похоже не все животные здесь такие кровожадные как на том видео, которое нам показывали в учебном центре Зоны - опуская автомат, сказал Штопор.
- Это нам еще предстоит узнать, может эта серая тварь в одиночку не решилась напасть, а если бы целая стая была? – смотря в сторону в которой скрылся зверь, говорил Зодиак.
Дальше мы шли без приключений, Ворон вошел в роль проводника и уводил группу со смертельного направления. Двигался он довольно уверено, даже слишком. И вот такую самоуверенность Зона не любит и наказывает за неё смертью или чем-то похуже. А дальше было вот что. Свежеиспеченный проводник на все сто процентов уверен, что участок впереди чист от аномальных образований и от травы, просто чистый пяточек земли. Ведущий хотел было ступить на землю, но внезапно шедший позади Штопор одернул Ворона назад.
- Слишком чисто, как-то аномально трава там не растет – с сомнение в голосе сказал Штопор.
Зодиак присел и взял ком земли размером с куриное яйцо и бросил его в подозрительный участок. Комок пересёк невидимую границу перед чистым участком земли и исчез прямо в полете.
- Ворон помни, что здесь не все является тем, чем, кажется на первый взгляд, так мы увидели, что участок без аномалий сам оказался аномалией, его даже детекторы не засекли – напутствовал товарищам Зодиак.
***
12 декабря 2015 г.
За окном девятиэтажки по проспекту Ленина побагровело небо, на полках мелодично задребезжала скудная посуда. Хозяин квартиры сохранил текстовый документ и отключил ноутбук. Начинался выброс. Во время него все оборудование переклинивает.
Кого только нет здесь в зоне отчуждения. Но писатель один только я. На большой земле я писал небольшие статейки и публиковал их в тематических журналах. Но попробовав однажды написать рассказ о сталкерской жизни, я понял, что сам должен побывать в этой шкуре и прочувствовать дыхание Зоны на себе. Когда мне был тридцать один год, я отправился на месяц в командировку в зону отчуждения. Поначалу я ненавидел это место, за его жестокость, наверное!? Но за долгое время пребывания мое мнение кардинально изменилось, я даже не знаю, что так сильно повлияло на него, но Зону я полюбил. Ведь там за периметром не намного лучше.
Я все писал и писал. Вдохновение черпалось отовсюду. Однажды я просто решил остаться в гостях у Зоны подольше. Время шло, а я все писал. Сталкеры сбывали торгашам артефакты, а я продавал рассказы в сталкерской сети и их читали тысячи. Меня прозвали Пророком. И не зря, некоторые события моих рассказов потом происходили наяву. Но это не главное. Главное то, что я уважал героиню своих рассказов. Постепенно я стал удаляться от людей, присмотрел в мертвом городе квартиру, отделал её и живу в ней, посей день.
Пророк стоял у окна на последнем этаже и любовался с высоты городом, в котором начали мелькать призрачные тени людей. Писатель ждал своего друга с болот, они часто сидели в этой комнатушке и придумывали различные истории.
За спиной мертвенно-бледного писателя возник человек в мокром зеленом дождевике.
- Приветствую Док! – прошипел Пророк.
- Здравствуй писарь – хрипло отозвался друг с болот.
- У меня есть пара интересных историй Док!
Как в каком-то фильме камера начала удалятся от квартиры, давая понять зрителю, что это конец одной из историй.
