МКОУ «Средняя общеобразовательная школа №6»
Научно - исследовательская работа
по литературе
«Я - за дружбу с тишиною, люди. / За дела. /
И за негромкость слов»
(основные мотивы лирики кировского поэта )
Автор:
,
МКОУ «СОШ № 6», 10 класс
Научный руководитель:
,
учитель русского и литературы
МКОУ «СОШ № 6»
г. Киров
2013 г.
Содержание
Введение_____________________________________________________________________ 2
Основная часть
1. «А меня задержала война, /- Продолжает, проклятая, / сниться».
1.1 Разнообразие военной тематики______________________________________ 3-5
1.2 « -Мы шахтеры! – крикнул он / И разжал кулак»________________________ 5-6
1.3 «Это у нас впервые: / В танке муж и жена»_____________________________6-7
1.4 «И на ресницах каменных солдата / Незамутнённо капелька дрожит, / Окрашенная в алый цвет заката».______________________________________ 7
1.5 «-Пусть войною не горчит / Ваше время, люди!»_______________________ 7-8
2. «… Русь – / и верба под Кубанью, /И строй березок / Над Окой»____________9-10
3. «Я сегодня синель дарю»_____________________________________________11-13
4. « И помнить надо, голова: / Живое живо, если вместе».____________________14-15
5. «Осторожно – дети!»_________________________________________________16-17
6. «Но тебя я всё-таки встретил»_________________________________________18-19
7. «Вбей-ка одним ударом / Обыкновенный гвоздь»___________________________20
8. « Сколько лет мне отпущено?»__________________________________________ 21
9. «Должен быть хорошим человек»________________________________________22
10. «Войди в стихи мои, Луна, / России близкая соседка»_______________________ 23
11. « Души мечутся устало»______________________________________________ 24-25
Заключение___________________________________________________________________26
Список использованной литературы____________________________________________ 27
Введение
«Творчество всякого талантливого автора обязательно отражает его личность, ибо в том-то и заключается художественное творчество, что внешний объективный материал перерабатывается вполне индивидуально, психикой художника, - утверждал . Эти слова по праву можно отнести к творчеству , так как в его произведениях показаны преданность Родине, величие солдатского подвига, боль утрат, человеческие ценности, любовь к природе и детям, неприязнь отрицательных сторон жизни…
Перед нами честный, принципиальный, смелый, порядочный, открытый человек, не боявшийся трудностей и верно служивший Отчизне.
В прошлом году я изучила подробно биографию и написала научную работу «Кто я? Да перво – наперво солдат…». Меня заинтересовала личность Алексея Прокофьевича, и я решила познакомиться с творчеством этого кировского поэта. Темы произведений А. Радченко и черты его личности были и будут ценными во все времена, поэтому и актуальна выбранная мною тема.
Цель данной работы – изучить творчество кировского поэта .
Реализация поставленной цели влечет за собой решение следующих задач:
· найти сборники стихотворений А. Радченко, произведения, опубликованные в газетах;
· выявить основные темы творчества поэта;
· обратить внимание на стиль писателя;
· определить роль и место поэзии Алексея Прокофьевича в литературе.
Для решения поставленных задач в работе были использован метод функционального анализа, предполагающий изучение поэтического текста и позволяющий выявить особенности поэзии А. Радченко. В работе также используется описательный метод.
Объектом исследования являются поэтические и прозаические тексты .
Теоретическая значимость исследования заключается в том, что в данной работе анализируются поэтические и прозаические произведения А. Радченко.
Практическая значимость исследования связана с возможностью применения его результатов на уроках литературы, элективных курсах, связанных с изучением литературы.
Жизнь и творчество Алексея Прокофьевича изучены недостаточно, так как, по утверждению , «А. Радченко архива не хранил, над рукописями «не трясся», книги с публикациями не собирал, членом Союза писателей не был, окончил 2 курса Литинститута им. М. Горького (семинар Николая Грибачёва) ». [15]
1. «А меня задержала война, /- Продолжает, проклятая, / сниться».
1.1. Разнообразие военной тематики
считает: « Радченко – отражение его юношеского пути взросления солдата. Он поэт монотематический, т. к. его стихотворения – это размышления о войне». [15]
Действительно, тема войны не покидает поэта всю жизнь. Наверное, то, что увидено своими глазами, не забывается, а то, что пережито, навсегда остаётся в памяти. Его стихотворения адресованы каждому из нас, обращены к нашим сердцам, мыслям и чувствам. Они учат нас любить свою родину, гордиться предками, жить по совести.
В стихотворениях А. Радченко можно найти все: проводы на войну:
Провожают меня на войну
Мать с заплаканными глазами
И девчонка –
боюсь взглянуть -
С ярко-вишнёвыми губами.
Чтоб казаться чуть-чуть взрослей,
Говорю нарочито строго.
Больше с матерью, мало - с ней,
С неулыбчивой недотрогой.
И молю:
«Прогуди, паровоз!
Прекрати эту пытку грубо!»…
Слишком много у матери слёз,
Слишком ярки у девушки губы.
(«В самом начале»).
картины военной жизни: земля, мороз, холод, желание согреться:
Как мерзнут ноги в сапогах.
Я прыгаю –
не помогает.
Бью друг о дружку –
боль в ногах
Такая,
будто штык втыкают.
Сажусь, и ноги под себя, не в кирзу вроде, в снег обутый.
А кости будто бы скрипят,
И кожа лопается будто.
(«Как мёрзнут ноги в сапогах»)
описание боевых сражений:
Осколок не убил меня,
А был безжалостным удар.
Хирург, спокойствие храня,
Извлек его не без труда.
И окровавленной рукой
Со лба смахнув обильный пот,
Он наклонился надо мной
И протянул осколок тот.
Зачем?
Ответ не нужен был.
Терзала боль,
Мешала жить.
Меня осколок не убил,
Но мог убить,
Хотел убить.
(«Осколок»)
ожидание атаки:
Перед глазами - боевая цель.
Теперь ни слов, ни жизни без неё.
И кое-кто сквозь смотровую щель
Уже глядит в бессмертие своё.
( Перед атакой»)
сцены госпитальной жизни:
В одной палате поместили нас.
Хоромы.
Настоящие хоромы.
Но утром в окна заглянул Кавказ,
И мир ему,
уютнейшему дому.
Назад уходим,
в год сорок второй.
Спасибо, доктор, вы предупреждали.
Нам справиться вон только с той горой,
А там пойдет,
вымерены дали.
(«Мы встретились в курортном городке»)
потери близких друзей-товарищей:
Солдаты падали в траву
И почему-то не вставали.
И не в стихах,
а наяву
Сырую землю целовали.
В глазах – мутнеющая даль.
Ее не вымерять шагами.
…Лежат солдаты,
навсегда
С обзелененными губами.
(«Солдаты падали в траву»)
размышления о воинском братстве: мерзнут ноги, побелели пальцы; в этом случае помогут портянки, шинель и доброе слово неизвестного бойца:
Тепло – подарок дорогой,
Его поныне ощущаю.
А что с тобой, спаситель мой? –
Прости, солдат,
не знаю.
(«Подарок»).
раздумье о шинелях как атрибутах войны и послевоенных лет: в них шли в бой, «искали невест», «спускались в шахты», «вершили стройки», «из роддома первенцев везли»…Но жизнь на месте не стояла, «служивой не хватало уже места среди костюмов и пальто», а потом:
Шинелей нет.
Из наших гардеробов
Они ушли. Давным-давно ушли.
А были самой неподкупной пробы,
Реликвиями
тоже стать могли.
Но мы их в каждый след,
И годы кряду.
Что объяснимо, кажется, вполне:
Шинели нам совсем не для парадов
Старшины выдавали на войне.
(«О шинелях»)
слова о женской верности: жена не может забыть умершего мужа, смотрит на его фотографию, а глаза повторяют: «- Ты не умер, / Ты так мне нужен!» В каждом доме своя судьба, и автор делает вывод: «В этом доме, как прежде, / Двое. / Третий лишний. /И это - я. («Верность»).
искалеченные судьбы людей, ставших инвалидами: вот перед нами встреча двух бойцов – старшины и фельдшера сразу после войны:
Но рюмки, наполненные вином,
Поднять мы с тобой не смогли –
Нечаянно стали тому виной
Упавшие костыли.
Они напомнили о многом: о страшных боях, ужасных болях, погибших сверстниках…:
Такую боль не залить вином
Из всех подвалов Земли…
При каждой встрече стоят за столом
Проклятые костыли.
(«Костыли»)
горе матерей, провожавших на фронт мужей и сыновей. Поэт так близок к увиденному и пережитому, что каждое стихотворение – это маленькая драма войны, нередко ещё не законченная. Горе матери, потерявшей сына, передано в «Матери»:
Есть у солдатских матерей Любить сильнее сыновей,
Не право, Что отняты войной.
долг земной -
взрывы послевоенных снарядов, не успевших сделать свое дело в годы войны: жаль трех школьников, ушедших за грибами в лес и накрытых снарядом, «пролежавшим в земле немало». Как эмоционально пишет фронтовик об этом в «Эхе войны»:
Я опять протестую:
они неверны,
Эти два устоявших слова.
Вот сюда посмотрите:
в глазах слюда,
Кровь мальчишечья стынет ало.
А когда это было,
скажите,
когда,
Чтоб эхо детей убивало?
Да, этим снарядом «могло разметать солдат», тогда, в военные годы, а теперь три солдата- отца стоят, сдавливая крик: «Не скосила война их, / фронтовиков, / Сыновей их война убила.
1.2. « - Мы шахтеры! – крикнул он / И разжал кулак».
Особенно меня тронуло стихотворение «Баллада о шестом шахтере». Оно правдиво, в основе его лежит фактический материал: в сопках Алексей Прокофьевич видел памятник, поставленный учителю. Идет последний бой, в окружении 6 полуживых солдат: 5 шахтеров и учитель:
Бой идет, жестокий бой
На степном юру.
Флангов нет
И тыла нет,
-Плен! – враги кричат.
-Мы шахтеры! – им в ответ.-
Отвали назад!
Пятеро шахтеров погибают в бою, не суждено им вернуться в родные края:
И тогда встает солдат,
Тот солдат,
шестой.
Прочь отброшен автомат:
Диск давно пустой.
На траншейном гребешке,
Распрямившись с рост,
Он с гранатою в руке
Грузно в землю врос.
И попятился назад,
Раздвигая дым,
Сотня вражеских солдат
Перед ним одним.
Но затем…
Со всех сторон…
Шаг…
И снова шаг…
- Мы шахтеры! – крикнул он
И разжал кулак.
Несмотря на трагизм ситуации, стихотворение полно оптимизма. Последние строки:
…Сорок с лишним лет уже,
Облачен в гранит,
На затихшем рубеже
Тот солдат стоит.
На степном юру
Молчаливо учит он
Долгу и добру,-
заставляют думать о том, что подвиги героев бессмертны и молодому поколению есть чему поучиться у предков.
1.3. «Это у нас впервые: / В танке муж и жена»
Слово «война» почти в каждом стихотворении. Оно врезалось в память и не дает покоя. Интересно стихотворение «Рассказ танкиста»:
Это у нас впервые:
В танке муж и жена,
Люди немолодые,
На висках седина.
За рычаги она села.
Он же, очки кляня,
Как прикипел к прицелу
С первого дня.
В сталь одевают танки,
Но и они горят.
В очередной атаке
Кто-то попал под снаряд;
Кто-то нарвался на мину –
Что ж, война есть война.
Неуязвимая машина
Та лишь, где муж и жена.
Но после каждого боя
Яростней буйство седин.
Не заслонил, знать, собою
Их от седин после боя
В танке сгоревший сын.
1.4. «И на ресницах каменных солдата / Незамутнённо капелька дрожит, / Окрашенная в алый цвет заката»
Нам, жителям Калужской области» есть чем гордиться. Безымянная высота
в Куйбышевском районе – символ мужества и стойкости русского народа. Есть у фронтовика и стихотворение с таким названием –«На безымянной высоте»:
А наш район ничем не знаменит –
Глубинка за долами, за лесами.
Вот только это:
тишина звенит
Над Безымянной тихими слезами.
Ее на всех хватает, тишины, -
И на своих, и на гостей нередких.
Полощутся все годы без войны
В той тишине сосны воскресшей ветки.
Да стынет ввысь взметнувшийся гранит,
И на ресницах каменных солдата
Незамутнённо капелька дрожит,
Окрашенная в алый цвет заката.
1.5. «-Пусть войною не горчит / Ваше время, люди!»
погибшие всегда в строю. Об этом стихотворение «У памятника неизвестному солдату». Мы не знаем, как его зовут, он был обычным человеком: «растил детей», «жену любил», «не мечтал о ратной славе». Но наступила война, и он стал в строй, закрыв собой семью и Россию:
Но не упал солдат,
не сдался.
Живым взошёл
на пьедестал.
И навсегда
бойцом
остался.
Народ будет помнить о погибших, найденных и после войны героях, и похоронит их с честью:
В лесу останки воина нашли,
И по округе –
снова вдовьи слезы…
…Художник местный
высек, как умел,
На мраморе воскресшее имя.
(«Бессмертие»).
Священный долг каждого человека – память о тех, кто отдал жизнь за Родину. А. Радченко, как человек, прошедший войну, не хотел, чтобы это повторилось вновь, мечтал о мирной и счастливой жизни. Фронтовик уверен в том, что живые должны помнить погибших и быть им благодарны за подаренный мир:
Этим счетом без слов
Всем землянам всех веков –
Нам и тем, кто будет, –
Жизнь тревожно кричит:
-Пусть войною не горчит
Ваше время, люди!
Пусть, Земля, твой рассвет
Много тысяч новых лет
Будет чист и светел.
И пускай небеса
Льют живую синь в глаза
Матерям и детям.
(«Песня»).
«Говорят, что для поэтов стихи – как дети. Так же дороги, так же мучительно рождаются и живут в неразрывной связи с поэтом до конца дней его. Подтверждение тому – сборник стихотворений А. Радченко «Быльем не поросло», - пишет Н. Лунева в одной из статей. [13] Он составлен из стихотворений о Великой Отечественной войне, вышел в 1993 году при содействии редакции многотиражки «Кировский литейщик». «Солдатам Великой Отечественной, живым и мертвым посвящается»,- так определил поэт тему произведений, вошедших в сборник. Эпиграфом к нему можно считать строки стихотворения «Говоришь, я стонал во сне», открывающего сборник: «А меня задержала война,- / Продолжает, проклятая, / сниться».
Эта книжечка очень дорога Алексею Прокофьевичу как поэту, как бывшему фронтовику, как бойцу по своей сути. «Это стихи о том, что было со мной и моим поколением и что никогда не забудется… Война вошла в мою кровь и память. Это то, что нельзя забыть и нельзя допустить, чтобы забылось нынешним поколением. «Быльём не поросло» - так назван сборник. Для нас, бывших фронтовиков, это по крайней мере так»,- приводит Н. Лунёва слова А. Радченко в статье «Кто верен памяти своей», напечатанной в «Знамени труда». [13]
Все произведения сборника «Быльем не поросло» проникнуты чувством патриотизма, боли за погибших товарищей. Многие из них написаны от первого лица. Местоимения «я», «мы» усиливают чувство личной ответственности за все произошедшее и происходящее:
«…Если попытаться одним словом сформулировать символ Вашей веры, то этим словом, конечно же, будет память. Что и говорить, тема актуальнейшая. Кому, как не поэтам, утверждать, что человек живет – пока помнит, пока в нем живет память по прошлому, да и по настоящему тоже, утверждать сегодня нетленную красоту природного начала, тайну естественности народного характера», - пишет И. Пронин, лауреат премии Союза журналистов России, редактор газеты «Людиновский рабочий». [14]
2. «… Русь – / и верба под Кубанью, /И строй березок / Над Окой»
К сожалению, Алексею Прокофьевичу пришлось покинуть родные места, но забыть их он никогда не сможет. Любой человек метает о возвращении на родину, и Алексей Прокофьевич не исключение. Очень волнительно стихотворение «Шофёр, останови машину»:
Шофёр, останови машину –
Я здесь сойду,
пойду пешком.
Не в гонке бешеной причина
И не в молчании твоём.
Пугливым я как будто не был,
Ценю задумчивость других.
Но поле это,
это небо –
Причина в них,
конечно, в них.
В тропе, насквозь пропахшей хлебом,
В телеге той, чей виден след.
Я вечность целую здесь не был:
И двадцать лет
и тридцать лет.
И в этом – главная причина,
В свой край родной,
В свой отчий дом
Примчаться можно на машине,
А возвратиться –
лишь пешком.
(«Шофёр, останови машину»)
Трогательна встреча с садом, с которым поэт не виделся целых десять лет:
Молчаливо,
С ласковой ленцой
Ты прохладой
Глядишь мне в лицо,
Как тогда,
Как десять лет назад.
Ты такой же,
Мой станичный сад.
Конечно, многое изменилось: стал «раскидистее дуб», «гуще кроны тополей», труднее стало солнцу заглянуть «в тишину задумчивых аллей», «звонкой новостью брызжет фонтан», «яркость пышнотелых канн вдруг затмила позолоту дня». Но сад притягивает, как и прежде, своей необыкновенной красотой:
Оттого ли,
Будто в первый раз,
Я с тобою встретился сейчас
И прохладу буйную твою
Пью взахлёб,
Не отрываясь, пью?
(«Встреча с садом»).
Жизнь не стоит на месте: это закон природы. Убит отец, мама живёт в г. Кирове, брат Василий – в Москве, а там, на Кубани, в родном хуторе, вот так:
И дома отцовского нет давно.
И пулей убило отца.
И вовсе не кончен расчет с войной
После ее конца.
А люди построили новый дом,
Разбили цветник у крыльца.
И мне вдруг послышалось: за окном
Раскатистый бас отца.
(«И дома отцовского нет давно»)
«Свет в окне» - под таким названием поместил ряд своих стихотворений Алексей Прокофьевич в сборнике «Молния в сердце».
Открывает раздел «Верба» - размышление о дорогой фронтовику Кубани. Маленькая родина сливается воедино с большой, они становятся неотделимы друг от друга:
И в этот самый миг, наверно,
Вошло в меня на много дней,
Что родина –
конечно, верба,
Что сны и песни –
все о ней.
Лишь время вторило сознанью,
А сердцу –
вечный непокой,
Что Русь –
и верба под Кубанью,
И строй березок
Над Окой.
3. «Я сегодня синель дарю»
А. Радченко, живя в окружении такой красивой природы, не мог оставаться равнодушным к ней. Название одного из стихотворений мне показалось странным – «Синель». Я даже не знала значения этого слова. Оказывается, это синь: летом – «в полдень синее небо», в марте – «в лесу синё от осин», посиневшим может стать накупавшийся в реке мальчик, укутавшийся в одеяло от холода, а у какой-то девчушки синие глаза, «посиней, может, чем над Россиею / В этот яркий день небеса»; лён зацвёл – «и от края до края снова нежится синева». Заканчивается стихотворение следующими строками:
Синий,
Синенький.
Синеватый.
Цвет лазоревый боготворю.
Говорили «синель» когда-то.
Я сегодня синель дарю.
Русская берёзка воспевалась многими поэтами. Алексей Прокофьевич по-своему пишет о ней. Его «берёзы в тихих рощах меняют свой наряд:
Вопрос, конечно, ясен:
Наказ кудрявым дан
Всегда иметь в запасе
Девичий сарафан.
(«Осенний этюд»)
Переоделись и молча ждут чего-то. Чего же? Праздника, потому что в эту пору «о свадьбах речь ведут». Это осенние берёзы, а в другом стихотворении ветерана «Зимней ночью» они предстают перед нами зимой:
Мороз выжимает слёзы.
Спешу я,
почти бегу.
У самой дороги берёзы
Стоят по колено в снегу.
Радченко деревья – живые существа, поэтому он использует олицетворения и сравнения. И мы вместе с поэтом начинаем тревожиться за их судьбу:
Им холодно, холодно очень.
В сто раз холодней, чем мне.
Разве мог так написать о луговых цветах человек, не любящий их?
Я люблю луговые цветы.
А за что их люблю –
Не знаю.
Не за то ль, что они просты
И рождаются
вместе с маем?
Не за то ли?
Быть может, да.
А быть может, совсем за другое:
не стареть луговым цветам,
умирают они всегда
под звенящей косою
стоя.
(«Я люблю луговые цветы»)
А как преображается у поэта сугроб «крутолобый», пытающийся «втиснуть в комнату белизну»! Он «от натуги скривился горбато», но «доволен, видать, по всему». И лирический герой подступает к нему с лопатой. Конечно же, он любит зиму: «Я не против сугробов, нет, / Но не засти мне свет, сугроб.» («Разомлели над солнцем сугробы»)
Читаешь стихотворение «Лыжня», и хочется взять в руки лыжи и отправиться в сказочный лес:
Скольжу спокойно по лыжне
Без всякого труда,
Морозным воздухом дышу,
Вбираю свежесть в грудь.
Не рассуждаю, не спешу –
Я вышел отдохнуть.
Но, отдохнув, рванусь вперёд
По снежной целине…
Любое стихотворение – это не просто картина природы, а рассуждение о жизни, бытии, молодости и старости.
Вот клен, стоявший у дороги:
У самой у дороги,
Безлесьем окружен,
Как сторож одноногий,
Стоит на вахте клен.
Дорога мчится полем,
Грохочет по мостам,
А клен сойти не волен
Со своего поста.
Познавший зной и стужу,
И с бурями знаком,
Он при дороге служит
Зеленым маяком.
Когда и кем поставлен –
Гадать какой резон?
Но путь труднее станет,
Покинь дорогу клен.
(«Клён»)
А вот река:
Лилась река – вперед, вперед,
Привольно и легко.
Но вдруг – мороз,
И крепкий лед
И сверху, и с боков
Сдавил ее, зажал в тиски –
Ни охнуть, ни вздохнуть! –
Лед – порождение реки,
А тяжелит ей путь.
Реке теперь на много дней,
До самой до весны,
И вдвое нужно стать сильней,
И позабыть про сны.
И будет бег ее вперед
Привольным, как и был…
Нам свой порою нужен лед,
Чтоб прибывало сил.
(«Лилась река – вперёд, вперёд»)
В сборниках А. Радченко можно найти стихотворения обо всех временах года. Весну, наверное, любят все. Приятно смотреть на зеленеющую траву, появляющиеся на деревьях листочки, первые распускающиеся цветы, слышать пение птиц. Поэту по душе пение соловьёв, обрушивших «на горожан вдохновенные трели»:
Пора раздарить без остатка
Все лучшие песни свои.
Молчу я,
Вздыхаю украдкой:
Шальные поют соловьи.
(«Поют соловьи»)
4. « И помнить надо, голова: / Живое живо, если вместе».
А. Радченко был хорошим другом и товарищем, оставался всегда верен фронтовой дружбе. Есть у него стихотворение «Не часты наши встречи», посвящённое Петру Цыганкову. Здесь звучит жизненная позиция поэта-фронтовика: двигаться вперёд, как на войне, не за награды, не ради блеска:
Не ради сладкой жизни,
Что славою зовут,
А ради дней грядущих.
И ради всех живущих,
Что есть и что придут.
Я так задачу понял
Уже не на войне.
И завтра, как сегодня,
Решать задачу мне.
Близка к этому стихотворению «Дружба», посвященная памяти Андрея Козюры, друга юности А. Радченко:
Нам было тридцать три
Вдвоем
И планов лет на двести
Было,
А время
Тысячи боев
На плечи наши
Навалило.
Чуть растерявшиеся
Вдруг
Мы оказались
В страшном гуле,
И не успел я крикнуть:
-Друг!
Как ты упал,
прошитый пулей.
И все. Двойного счета
Нет,
И встреч не будет
За войною.
Свои почти семнадцать
Лет
Ты в землю взял,
Унес с собою.
В «Подарке» речь идет о воинском братстве. Мерзнут ноги, побелели пальцы. В этом случае помогут портянки, шинель и доброе слово неизвестного бойца:
Тепло – подарок дорогой,
Его поныне ощущаю.
А что с тобой, спаситель мой? –
Прости, солдат,
не знаю.
Оказывается, мужчина тоже может плакать. Причина тому – безвременно ушедший друг. Автор, используя глаголы в повелительном наклонении, обращается к читателям:
Если в скорби заплакал мужчина
Над родным бездыханным телом,
Над ушедшим безвременно другом,-
Осторожно ему помогите:
На плечо положите руку,
Если в скорби заплакал мужчина.
Слезы могут быть и от боли, тогда:
По-мужски ему помогите:
Обругайте, прикрикните даже,
Но уймите ненужные слезы,
Если плачет мужчина от боли.
А если обида большая, что «горючего горя горше», что «боли любой сильнее», что «слезы выжмет из глаз мужчины»?
Постарайтесь их не заметить:
Слеза вовсе не расслабляют,
Если выжала их обида.
(«Если плачет мужчина от боли»)
5. «Осторожно – дети!»
А. Радченко всегда с любовью относился к детям. Эти маленькие граждане страны, с его точки зрения, заслуживают особого отношения к себе. Вот как об этом автор скажет в стихотворении «Тише»:
Тише, товарищи, тише! -
Девочка букву пишет,
Трудную букву пишет,
Первую в жизни своей.
Дочь кировского поэта вспоминает: «Мой папа, Н. Грищенко, и Алексей Прокофьевич сошлись на литературной почве. Наши семьи подружились: мамы – врачи, папы – увлечённые литературой люди. Мы часто шалили, а Алексей Прокофьевич очень любил нас: побранит слегка за непослушание, а потом каждого погладит по голове. Мы ему отвечали тем же». [16]
«Я помню, как А. Радченко бережно относился к внукам, с какой любовью ухаживал за приёмной дочерью Наташи: и в детский садик водил, и в школу, и подарки покупал. А ещё он был преданным другом: после смерти Евгения Сергеевича Лебедева (считал всегда его своим другом) не бросил его жену Анну Сергеевну, часто посещал её, помогал в ремонте квартиры, оказывал необходимую помощь», - говорит . [17]
Стихотворение «Осторожно – дети!» встречается во многих сборниках поэта. По большой дороге несутся, торопятся машины, но вдруг показывается большой автобус. Все машины, как по команде, сбавляют скорость и не решаются его обогнать. А на автобусе том плакат, написанный от руки: «Осторожно – дети!». Все люди дорожат жизнью девчонок и мальчишек:
И сбавить ход торопятся машины.
Как по команде, строятся в колонну.
А встречные, прижавшись к самой бровке,
Широкую дорогу уступают
Автобусу, везущему детей
Я видел это на земной дороге.
Далее взор Алексея Прокофьевича обращается к небу. Там нет дорог, дорожных знаков и плакатов «Осторожно – дети», но человек никогда не должен забывать о том, что там, внизу, Земля, и он ответственен за всё происходящее вокруг. Последние строчки как нельзя лучше говорят об этом: «И на плакате – / «Осторожно – дети!», / Начертанное жизнью на века.»
Вот перед нами ребята, смастерившие парусник и принесшие его к пруду. Теперь он стоит «у мира на виду». Но быть ему здесь суждено мало, т. к. игра не может терпеть:
О Колумбе прочитали в книжке,
Стать самим Колумбами пора.
И, врезаясь в дымку голубую,
И, взбираясь на хребты волны,
Открывать Америку, другую,
Без капиталистов, без войны.
Привлекает внимание читателей и сцена в тире («В тире»). Автор здесь оказался со снайпером Лежнёвым. Много народу. Гомон детей. Сейчас снайпер должен показать всем, какой он стрелок. Он делает всё медленно, осматривает внимательно «негрозное оружие». О его волнении свидетельствуют «заходившие желваки на скулах». А вот и выстрел:
Под взрывы хлопушек самолётик замер,
Короткую закончив круговерть.
Глядят мальчишки круглыми глазами
На старого солдата,
Снизу вверх.
Можно стрельнуть ещё много раз, в том числе и в любое животное. Дети, видя перед собой меткого стрелка, просят повторить, но:
- Нельзя, сказал.
Не как обычно, - глуше.
- Нельзя, ребята, - повторил опять. –
Ни до войны, ни на войне в зверушек
Я не стрелял.
И не могу стрелять.
Здесь нет картин войны, не рвутся снаряды, не умирают люди, не мёрзнут в землянках солдаты, но ведь она не уходит из сердца того, кто её видел и пережил. Кроме того, Лежнёв преподносит хороший урок доброты детям, не желая стрелять в «братьев наших меньших».
(Парусник ребята смастерили»).
6. «Но тебя я всё-таки встретил»
В 1949 г. Алексей Прокофьевич познакомился с Ниной Ражденовной Бицадзе - студенткой Кубанского медицинского института, уроженкой г. Сухуми. Наверное, об этом «Очень много дорог на свете»:
Очень много дорог на свете.
И больших и малых дорог.
Но тебя я всё-таки встретил,
Разминуться с тобой не смог.
Ты позднее уже заметила,
Что своею дорогой шла.
Но меня на дороге встретила,
Разминуться со мной не смогла.
А дорог…
Их действительно много.
Но находится среди них
Та единственная дорога,
Что всегда –
одна на двоих.
Нина Ражденовна и Алексей Прокофьевич прожили вместе 61 лет. «В жизни было всё: и ссоры, и недопонимание, и мелкие обиды. Но, живя вместе, учились уступать друг другу, не обижаться надолго, прощать». [18]
О взаимоотношениях в семье поэт расскажет в стихотворении «Несовместимость»:
Доволен муж женою. А жена
Довольна тем, что муж доволен ею.
Наверно, так и строиться должна
Семья у тех, кто правит жизнь умея.
У нас не так. Я часто горячусь:
Там – неуспех.
Ошибка – на подходе.
И где уж тут до проявленья чувств,
Что меда, воском пахнущего, вроде.
И ты, как я, все тридцать лет подряд
Резка в сужденьях,
Вспыльчива не в меру.
Соседи вслед нам часто говорят:
«Несовместимость?
Вот она, к примеру».
Они, соседи, правы каждый раз:
Несовместимость есть, конечно, тоже.
Но вот представлю умиленных нас,
Воркующих –
И сразу дрожь по коже.
Особый лиризм сборнику «Быльём не поросло», где главная тема – тема войны, придают стихотворения «О любви», «Бабье лето», «Верба»… Вот начало «О любви»:
Любвеобилен май в стихах,
Любвеобилен в прозе,
А май на девичьих щеках.
Он ярче на морозе.
Вокруг «беснуется февраль», но влюблённым нет до этого дела:
Да нам и не до них сейчас:
Нас двое,
только двое.
Передо мной бездонье глаз
Прозрачно-голубое.
Мороз и снега кутерьма
Белым-бела округа.
А на щеках подруги май,
Два солнечные круга.
Стихотворение «Бабье лето» начинается словами:
Не без убитых на войне,
Но он,
солдат безусый,
Пообещал вернуться к ней
В посёлок под Миусом.
А заканчивается оно взятой в кавычки метафорой: « Над миром – «бабье лето». Одиноких солдатских невест оставило оно, то первое лето войны.
Радченко напишет о женской верности. Жена не может забыть умершего мужа, смотрит на его фотографию, а глаза повторяют:
- Ты не умер,
Ты так мне нужен.
В каждом доме своя судьба, и автор делает вывод:
В этом доме, как прежде,
Двое.
Третий лишний.
И это - я.
(«Верность»).
7. «Вбей-ка одним ударом / Обыкновенный гвоздь»
Будучи очень трудолюбивым человеком, видя тружеников чугунолитейного завода и жителей кировской земли, Алексей Прокофьевич ряд стихотворений посвятил людям рабочих профессий. Перед нами старый плотник, не умеющий хвалиться мастерством и не разлучающийся с топором. В «Сбивщике тары» рабочий «ловко, одним ударом первый вбивает гвоздь». Для него это привычное дело, а автор видит высокий профессионализм человека труда:
Я, случай припомнив старый,
Скажу лишь,
Коль довелось:
- Вбей-ка одним ударом
Обыкновенный гвоздь.
Скучная работа бухгалтера, ищущего заводскую копейку, под пером Алексея Прокофьевича превращается в лирическую:
Как похож он сейчас на поэта,
Что измучился в поисках слова. («Бухгалтер»)
Но с особой любовью относится автор к профессии няни. Именно ей поручены детские сердца, и она не знает покоя, «поспевая и там, и тут», и воспитанники ей платят тем же, называют мамой. И матери прощают няне:
Будто знают они, влюблённые
В малышей и в мужей своих:
Снятся няне ночами долгими
Сын и дочка её,
не рождённые,
И сгоревший в танке жених.
(«Няня»).
С 1950 г. А. Радченко работал учителем русского языка и литературы в средней школе №2 г. Кирова Калужской области, затем завучем данной школы. Он не понаслышке знает о трудной работе педагога. Прочитав стихотворение «Учитель», понимаешь, что учителя, с точки зрения ветерана, – люди особого склада души. Главный герой не из тех, «кто славой взлелеян, чьи дела далеко видны». За его плечами годы войны, «четыре осколочных шрама», восемнадцать учительских лет,
Неуёмных и будничных очень,
И таких,
Что не надо трудней,
Лет, где в каждом,
Включая ночи,
Чуть не тыща рабочих дней.
Для соседа его жизнь кажется обычной, ничем не примечательной, когда «похвалиться нечем». Учитель возражать против таких слов не будет, потому что только он знает цену своего труда, знает, кому посвятил свою жизнь:
И погас почти на рассвете
У учителя свет.
8. « Сколько лет мне отпущено?»
В конце сборника «Пути-дороги» помещено стихотворение «О себе». Здесь поэт размышляет о солдатской жизни: « По насквозь простреленным дорогам / Отшагал я в паре с автоматом»; о студенческих годах: «Ну а мне/ Не мало и не много - /Ровно столько,/Чтобы стать студентом»; об учительской доле: «И в дипломе сказано:/ Учитель»; о поэте: «Да, учитель./ Говорят, бывалый. / Видно, возраст мыслится при этом./ Только мне / Не много и не мало –/ Может, столько, / Чтобы стать поэтом». (Звезды на касках)
Не только о берёзах пишет Алексей Прокофьевич в стихотворении «Зимней ночью». Здесь размышление о своей судьбе, надежда на лучшее будущее:
Быть может, к исходу ночи
Увижу я свет в окне. –
Но спрячут от стужи стены,
Укроет тесовый кров,
И вспыхнут в печи степенно
Поленья берёзовых дров.
В конце стихотворения ветеран выражает благодарность этим красавицам:
А там уже чай с мороза.
Он с чагой.
Душист и крут.
Земной вам поклон, берёзы,
За мой грядущий уют.
Во всех стихотворениях А. Радченко выступает как поэт-оптимист. Несмотря на трудности жизни, Алексей Прокофьевич выражает уверенность в том, что всё преодолимо:
Сколько лет мне отпущено? –
Все мои.
Сколько зим? –
Мои соответственно.
Даже если трудны они, хоть кричи,
И когда полны перезагрузками,
Были б лета –
По-летнему горячи,
Были б зимы –
До боли русские,
И со всеми напастями совладать
Я сумею –
привычка давняя.
Две стези мне напела родная мать,
Продолжается дальняя.
(«Сколько лет мне отпущено?»)
9. «Должен быть хорошим человек»
В сборнике «Беззвучный листопад» есть много стихотворений, в которых А. Радченко размышляет о жизни человека, смысле его существования. Ночь. Тишина. Но не «темень бродит над селом», это «кто-то сотню малых солнц засветил», и на душе у людей стало светло. Поэт приходит к такому выводу:
Но и в наш
Огнями полный век
Не зазорно повторять опять:
- Должен быть хорошим
человек,
Чтоб светить,
Когда другие спят.
(«Ночью»).
А какой интересный разговор удалось подслушать поэту. Маленькое стихотворение заставило задуматься над вопросом, как нужно жить:
Яблоне
Развесистая груша
Говорила трелью соловья:
- Тяжело склоняться под плодами,
Хорошо родить их для людей.
…А зачем летает над садами
Белый пух бесплодных тополей? («Я однажды разговор подслушал»).
Особо хочется выделить стихотворение «Хлеб»:
Привычной
горкой на столе
Лежит он
хлеб,
Насущный хлеб.
Меняют блюда много раз.
Порой к еде несут меда.
А он – один,
А он – всегда
У всех людей,
Про всякий час.
Лишь неприметней с каждым днем
В большом служении своем.
Конечно же, стоит согласиться с И. Прониным: «Есть, есть в Вас прекрасный дар звонким незахватанным словом явить лист «Беззвучного листопада» во всей сочности его природного бытия». [14]
10. «Войди в стихи мои, / Луна, / России близкая соседка»
В годы освоения космического пространства появляется ещё одна тема в стихотворениях . Луна у Алексея Прокофьевича – «кумир лирических поэтов». Она не станет ближе, будут о ней писать или нет, но сегодня не петь о ней нельзя:
Не пел я прежде о Луне,
Но не могу не петь сегодня:
Корабль космический при мне
Народ великий в небо поднял.
Направил в сторону Луны
С гербом советским на металле.
И все глаза устремлены
К первопроходцу лунных далей.
И отступает вышина
Перед стремительной разведкой…
Войди в стихи мои, Луна,
России близкая соседка.
(«Стихи о луне»)
Близко к «Стихам о Луне» стихотворение «Над землёй». У поднявшегося над землёй человека быстро исчезает чувство страха и появляется что-то другое:
И неизведанная сила
Меня придвинула к окну,
К стеклу притиснула вплотную
И шепчет: «Там она вдали».
Я понял – по земле тоскую,
Чуть оторвавшись от земли.
Полёт первого спутника – «вспышка огня», но не стоит писать о нём со скорбью, как о жертве, потому что:
…Чтоб другим осветить направление,
Первый должен в пути сгореть.
(«О первом спутнике»).
11. « Души мечутся устало»
Будучи человеком правды, А. Радченко и в своих стихотворениях остается таким. Ему больно видеть несправедливость, нечестность. Об этом «Не каждая пуля ранит», «Тебе оправдываться трудно», «Исповедь современника, которого политики именуют обывателем»…
Не каждая пуля ранит.
Бывало, левей виска
Она, просвистев,
застрянет
В сыпучей топи песка.
И нету ни крови, ни боли,
И веры исполнен солдат,
Что пули нового боя
Опять в стороне просвистят.
Опаснее пуль неправда,
Злоречия мутный вал.
Озлобно его направят –
Сражен человек наповал.
А если, случается, встанет
С земли,
тяжело дыша,
Завянет, навек завянет
Израненная душа.
(«Не каждая пуля ранит»)
Поэт всегда думает о будущем страны, беспокоится о ее судьбе:
Но сегодня Родина больна.
Захворала матушка Россия.
Он тяжел, страны родной недуг,
Бьется пульс почти неразличимо.
И в душе натруженной – испуг:
«Боже мой, а вдруг неизлечимо?!»
(«Что ни день – печальнее сады»)
Только неравнодушный к судьбе своей страны человек мог написать:
Так много стало обращений к Богу,
Так выспренни порой слова о нем,
Что в сердце поселяется тревога:
А мы Христа еще раз не распнем?
Воскрес он.
Удавился сребролюбец.
В небытие ушел Пилатов суд.
Но в мире деньги так сегодня любят,
Что вызнать трудно,
Сколько есть Иуд.
(«Так много стало обращений к Богу»)
Есть и раздумья о лжи и правде:
Это верно: правда зла,
Всякая и исстари.
Хочешь душу сжечь дотла –
Правдой в кривду выстрели.
Хочешь, чтоб вскипела кровь
Магмою вулканною, -
Правду высвети, чтоб вновь
В ночь она не канула.
Всю, какая б ни была,
Даже ту, что мечена.
Это верно: правда зла.
Но с добром повенчана.
(«О правде»)
Весь сборник оптимистичен. Доказательство тому – последнее стихотворение:
Души мечутся устало,
Полнясь пустотой.
Слово «выжить»
Главным стало
На Руси святой.
Значит, Вере и Надежде
Продолжай служить.
А Любовь…
Она, как прежде,
Там, где слово «жить».
(«Души мечутся устало»).
Беспощаден ветеран и к обывателям, которые замкнулись в узком мирке: работа, с работы - домой, выходной – поиски пива. Однокласснику хочется «встряхнуть» своего друга, образумить его, а тот твердит ему в ответ:
Только много ль будет проку
В том, что я рванусь однажды
В митинговую мороку,
В многословную отважность?
В том, что вдруг сдружусь со сходкой,
В безразличии покаюсь?
Накренилась наша лодка,
Я держу её покамест.
Удержу ли?
(«Исповедь современника, которого политики именуют обывателем»)
Заключение
Таким образом, лирика отражает его личность. Он – участник Великой Отечественной войны, а память о войне – это особая память: поэтически образное слово дает полное представление о том, что пережили наши земляки. Стихи военных лет помогают нам пережить и богатейший диапазон чувств, рожденных этим временем, и их небывалую силу и остроту, помогают избежать ошибочного, одностороннего представления о войне-победе с развернутыми знаменами, оркестрами, орденами, всеобщим ликованием или о войне-поражении с неудачами, смертями, кровью, слезами, стоящими в горле. Понятно желание Алексея Прокофьевича нарисовать объективную картину, рассказать последующим поколениям правду о незабываемых днях. Ведь освободительная война - это не только смерть, кровь и страдания. Это еще и гигантские взлеты человеческого духа - бескорыстия, самоотверженности, героизма. А. Радченко не наблюдал события со стороны – он жил ими. Он страстно говорил о подвиге и бессмертии, о ненависти и любви, о преданности и предательстве, о ликовании и скорби. Его поэзия - это крик души тех, кто ощутил на себе холодную хватку костлявых пальцев войны. невозможно читать ее без слез и комка в горле
И после войны душа поэта всегда болела за то, что происходит вокруг. А. Радченко до конца дней своей жизни оставался неравнодушным к любой несправедливости, переживал за судьбу страны и своих друзей, не умел лгать, хитрить и выгадывать. Его стихотворения о природе, Родине, любви, книге, детях, космосе, дружбе, недостатках общества учат нас видеть прекрасное, любить Отчизну, ценить лучшие человеческие качества, быть честными, порядочными и бескорыстными людьми. Каждое произведение А. Радченко – гимн веры в человека, его возможности.
Список использованной литературы
Опубликованные источники
1. Радченко листопад. Стихи. – Людиново, 1996 г. – 69 с.
2. Радченко не поросло. Стихи. - Киров.: Кировский литейщик, 1993 г. – 39 с.
3. Радченко на касках. Стихи.– Тула.:Приокское книжное издательство, 1966 г.– 43 с.
4. И в труде и в бою.- Калуга.: ГУП Облиздат, 2000 г. -149 с.
5. На кировском чугунолитейном. – Калужское книжное издательство, 1962 г., 72 с.
6. Радченко . Стихи. – Киров, 1995 г. – 35 с.
7. Радченко -дороги. Стихи. – Санкт-Петербург.: , 2007 г. – 180с.
Коллективные сборники
8. Молния в сердце. – Тула.: Приокское книжное издательство, 1976 г., 154 – 162 с.
9. Песни над Болвою. Сб. стихов членов Кировской литгруппы. Калуга, 1959, с. 5 – 8.
10. Ровесник. Неделя приокской поэзии. Тула, 1965 г., 69 – 71 с.
11. Стихи. А. Радченко, Н. Грищенко. Калуга, 1962 г., 59 с.
12. Стихи и проза «Ритма». – Киров, Калужской обл., 1987 г. – 34 с.
Статьи
13. Кто верен памяти своей. – «Знамя труда», 03.07.1993г.
14. В большом служении своем. – «Знамя труда», 02.12.1997г.
Воспоминания
15. Воспоминания (март 2012 г.)
16. Воспоминания (февраль 2012 г.).
17. Воспоминания (январь 2012 г.).
18. Воспоминания (декабрь 2011 г.).
