Бог Северного Ветра.
- Аквилон! Бог Великого Севера! – сквозь плотную пелену тумана не было видно человека, призывающего божество. Голос кричавшего или кричавшей то и дело захлёбывался, срывался. Скорей всего, невидимый мне человек рыдал от ярости, потому что в голосе его билась глухая ненависть. Я плотнее запахнула шаль и, морщась, ступила босыми ногами на сырой песок. Нагретые на солнце доски настила печально скрипнули, и я вторила им тяжёлым вздохом. Сегодняшнее ясное утро и тёплое начало дня никак не предвещали неожиданного тумана, упавшего на наше поселение, как старое пыльное одеяло. За несколько минут облака закрыли солнце, а воздух как будто сгустился. В этот грязный морской туман следовало бы сидеть дома. Но наши мужчины, ободрённые первыми осенними лучами, с утра находились в море. Их лёгкую лодку можно было увидеть с берега, пока светило солнце. Сердца оставшихся в посёлке женщин болезненно сжались, когда на нас обрушился туман. Ни одна не могла спокойно отложить хлопоты во дворе и укрыться в доме. Страшные предчувствия терзали нас тем более, как тускнел свет. Мысли о прибрежных камнях, которые могут с лёгкостью пробить утлое судёнышко наших рыбаков, посещали каждую, но так и не были высказаны вслух. Мы ёжились на холодном, влажном ветру и шептали молитвы Богам.
Сначала страх сплотил нас, собрал всех на главной улочке, у дома Старейшины. Но вскоре, когда стало понятно, что туман делается только гуще, женщины разошлись. Кто в дом, кто на берег, в надежде увидеть лодку у берега. Мы шли по отдельности, ибо гордость не позволяла плакать на глазах у соседок. Я тоже отошла от матери и сестёр и побежала к рокочущему морю. Слёзы бежали по щекам, сколько бы я не приказывала себе их остановить. Усиливающийся ветер больно хлестал по щекам.
- Нет, нет, этого не должно случиться... – как заклинание повторяла я, сама толком не осознавая, о чём именно прошу. Из тумана показалась фигура женщины, идущей мне навстречу. Мы поравнялись, и она больно сжала мою руку:
- Тэйя, возвращайся в посёлок, немедленно. Начинается буря.
Я упрямо мотнула головой. Из глаз брызнули слёзы. Я даже не знала, как зовут эту женщину. Кажется, она продавала ткани. Но сейчас не имело значения, знакомы мы или нет. В беде весь наш посёлок объединяется. Поэтому она обняла меня и прижала к груди:
- Тэйя, надо вернуться. Ты должна позаботиться о своей семье. Твоя мать не справится с тремя неугомонными девчонками, твоими сёстрами. Пойми, мужчинам мы помочь не в силах. Но ты можешь помочь в посёлке. Идём...
“Мужчинам мы помочь не в силах” – эти слова прозвучали для меня как приговор. Их уже нельзя спасти, вот что хотела сказать эта добрая торговка. Я резко вырвалась из её рук, скинула туфли и побежала по длинному настилу, ведущему к морю...
- Аквилон! – голос кричавшего явно сел, но прежняя ярость в нём осталась. Я шла на этот крик, практически не различая ничего в сером тумане. На море смотреть не было сил. Казалось, что грязные испарения идут с его поверхности и поднимаются до самого неба. Лодку невозможно было увидеть.
Слёзы мои высохли, оставив на щеках солёные дорожки, которые начинали пульсировать, когда ледяной ветер бросал в лицо пригоршню морской воды. Я несколько раз оборачивалась, в надежде увидеть огни хижин, но даже крошечного просвета не улавливали мои покрасневшие, вспухшие глаза.
- Северный Бог, явись ко мне! – горло взывавшего к нашему главному божеству сдавили рыдания.
Мне уже был виден неясный силуэт человека, стоявшего на коленях и поднимавшего руки к небу. Всё его тело сотрясалось мелкой дрожью, какая обычно сопровождает отчаянный плач.
Когда я приблизилась ещё на несколько шагов, то поняла, кто же передо мной. Эрика, жена самого удачливого рыболова нашего посёлка. Этот любимец бога Локки был легендой всего побережья. Впрочем, Эрика тоже не оставалась незамеченной. Молодая ещё женщина, обладающая необыкновенной красотой, и безгранично преданная своему супругу. Думаю, не было у нас пары, за жизнью которой следили с большим любопытством и восторгом. Неизменно доброжелательные, всегда готовые помочь, и бесконечно любящие друг друга. Есть ли более идеальные люди? Каждая незамужняя девушка неизменно сравнивала своего избранника с мужем Эрики, а каждая мать мечтала, чтобы её ребёнок был похож на их детей.
Я нерешительно замерла в двух шагах. Эрика всегда внушала мне робость и восхищение. Подойти к ней сейчас я не решалась. И не только я. Даже туман вокруг неё не клубился, отступая. Голос женщины разрезал его плотное покрывало, мягким эхом отражался от каменных выступов в море и долго гудел в волнах.
Слышит ли Бог Ветра, когда его зовут простые смертные? Наверно, нет. Но это же Эрика. Она не простая женщина, у неё должно получиться. Я сжала кулаки и тоже тихонько забормотала, призывая Аквилона. Туман скрывал меня от глаз рыдающей Эрики, и я не боялась быть обнаруженной. А она ещё несколько раз отчаянно звала Богов, моля их забрать эту серую напасть. Тщетно...
- Аквилон! Ветер! Возьми моё сердце! Всё равно я брошусь в море со скал, чтобы лежать с мужем в одной могиле!
“Нет!” – попыталась крикнуть я, но горло сдавило. Нет, Эрика, не делай этого! Аквилон жесток, он заберёт и твою жизнь, и жизни рыбаков, так неосторожно вышедших в море.
- О Ветер, зачем ты терзаешь меня?! Зачём ледяными потоками врываешься в душу?! Просто забери мою жизнь, но пускай живут те, кого ты обрёк на верную гибель!
Я зажмурилась, чтобы не видеть, как Эрика согнулась пополам и обхватила себя руками. Её били судороги. Туман обступал её плотным кольцом. Ледяной ветер всё свирепел, его болезненные нахлёсты я едва ощущала давно занемевшими ногами. А лёгкую одежду женщины он трепал с такой ожесточённостью, что я невольно вспоминала про плеть Аквилона, которой он погоняет облака.
Эрика стонала, пытаясь справиться с болью. Видимо, ледяной воздух действительно дул в её сердце. Тут морские брызги больно врезались в мою щеку, и эта пощечина помогла мне стряхнуть непонятное оцепенение. Как я могу стоять и смотреть на чужую смерть?!
- Эрика! – я кинулась к женщине. Упала на колени и обхватила её руками. – Эрика, я тебе помогу! Пошли, пошли в посёлок...
Я бормотала ещё что-то, пытаясь поднять её на ноги. Внезапно женщина вскинула голову и посмотрела на меня своими пронзительно – синими глазами. Через мгновение в них мелькнуло узнавание:
- Тэйя... Пусти меня. Аквилон принял мою жертву... Сейчас туман рассеется, и они вернутся... Всё будет хорошо, все будут живы. – её голос звучал невероятно спокойно, умиротворённо. Я слышала его, хотя в ушах неистово завывал ветер. – Тэйя, обещай, что меня похоронят в море... Прошу. – Эрика несколько раз вздрогнула и затихла в моих руках. Ветер ещё раз взвыл, кинул в нас пригоршню морской воды... Я беззвучно плакала. Утирая слёзы руками, на которые прилип морской песок. Просто лежала на спине, рядом с телом Эрики и плакала. А туман действительно рассеивался...
Тогда мне казалось, что я в сознании, но громкие радостные крики в нескольких шагах явились полной неожиданностью. Оказалось, туман практически отступил, оставив в воздухе влагу, от которой болели лёгкие. А в нескольких шагах... О, Фрейя... Измученные, суровые рыбаки затаскивали лодку на берег. Вокруг них плакали счастливые женщины, то и дело, вознося руки к небесам. Я горько усмехнулась: нет, отнюдь не Богов нужно благодарить... Встала, накрыла Эрику шалью, и побежала в толпу. Какой же ужас мне придётся сообщить.
Ободряюще сжала руку матери, и получила в ответ обиженный взгляд. Обняла отца и братьев, робко улыбнулась жениху. Они вернулись, вернулись живыми... Было видно, что силы их на исходе, но это ничуть не уменьшало радость от встречи. Все обнимали свою семью, говорили что-то о проклятом тумане... Все. Я растерянно осмотрелась, ища глазами вдовца. Внимательно вгляделась в лица мужчин. Несмотря на благополучное возвращение, они были как-то странно печальны. Отец заметил мой взгляд, тяжело вздохнул и оглядел женщин:
- Где Эрика? Мы... не все вернулись.
Гомон пронёсся над толпой. Я вцепилась в ворот своего платья и шагнула вперёд. Сегодня мы потеряли две жизни, хотя ещё с утра ничто не предвещало беды. Небо прояснилось и открыло взору закат. Он горел нестерпимо ярко, или это холодный воздух резал заплаканные глаза? Кого мы считаем своими главными покровителями? Жестоких обманщиков... Жена молила у Северного Ветра жизни для мужа, но тот не сможет принять такой подарок. Хотя, теперь я думаю, что Эрика чувствовала его смерть. Они оба будут спать в море, и, надеюсь, встретятся даже в том мире.
А здесь, на берегу, их помнят. Каждый раз, когда прибавляется ещё год с того страшного туманного дня, я беру за руку мужа и веду его к тому месту, где молила Аквилона Эрика. За нами бегут трое ребят – наш сын и дети Эрики. Они теперь мои. Мы до самой ночи сидим у моря и смотрим вдаль. И иногда я чувствую чей-то пристальный взгляд и шепчу:
- Смотри, смотри, что ты сделал с нами, Бог Северного Ветра.
Unnamed soul
