«На весь город есть две личности, дрессировщик Запашный с тиграми да Найденов с Жемчужиной» (мэр Карпов.) (стр. 27 )

1/512 финала

Жемчужина-Сочи - Спартак Ан 2 : 2 3:1 П

1/256 финала

Славянск - Жемчужина-Сочи 5 : 1

Сергей ГАЛЬМАКОВ:
О ГОЛАХ НЕ МЕЧТАЛ
ДАЖЕ ВО СНЕ

Сергей Гальмаков - самый полезный игрок сочинской "Жемчужины". Не случайно в начале нынешнего сезона его единодушно избрали капитаном. На вопрос, почему именно он, главный тренер "Жемчужины" Арсен Найденов ответил коротко: "Да потому, что он порядочный во всех отношениях человек".
Разговорить скромного, даже застенчивого Сергея Гальмакова непросто. На футбольном поле он - фигура заметная не только благодаря богатырскому росту. На спортивной же базе это вроде совсем другой человек - абсолютно не выпячивающий свое "я" в соответствии с должностными обязанностями. Но по словам того же Арсена Найденова, если Гальмак видит какую-то фальшь, то уж обязательно об этом скажет.
- Сергей, с недавних пор вы - капитан команды. Не ожидали?
- Признаться, не ожидал. Хотя всех ребят хорошо знаю, да и они меня. Ведь и раньше, два года назад, выступал за "Жемчужину". Кстати, сильная команда была, не повезло только малость. Да и местные власти охладели к футболу. Непонятно почему. Вроде бы наш вид спорта не повышает популярности крупнейшего российского курорта.
- Чувствуется, что после многочисленных травм, после фактически пропущенного по этой причине прошлого сезона вы истосковались по игре и теперь действуете на поле в стиле Виктора Онопко, поспевая везде.
- Это вы точно заметили. Истосковался… Даже не то слово. Как противно сидеть на скамейке, когда ребята бьются на поле! Но зато теперь, тьфу-тьфу, пока идут без травм. Полон, как говорится, сил и энергии для того, чтобы "Жемчужина", которая для меня и других ребят стала родной, улучшала качество игры и скорее вернулась в когорту сильнейших российских команд. Хотя, как вы понимаете, не все зависит от футболистов, каким бы высоким энтузиазмом, патриотизмом они ни отличались. Если, несмотря на призывы болельщиков, команде практически не помогает местная администрация, добиваться хороших результатов трудно. Так в прошлом году и произошло.
Сейчас обстановка, впрочем, несколько изменилась к лучшему. Видно, кое-кто понял, что курорту без большого футбола нельзя. Это ведь праздник. И зрителей на трибунах сочинского стадиона заметно прибавилось. Очень приятно видеть, как сильно поддерживают нас болельщики. И команда, считаю, на подъеме. Недавно дозаявили еще нескольких хороших футболистов. Того же Александра Ещенко, с которым играть в защите одно удовольствие. Надежный, мужественный человек!
- А вы-то, кстати, не только держите оборону, но частенько вперед наведываетесь. Это тренерская установка?
- Нет. Арсен Юрьевич с меня по большому счету спрашивает только как с защитника. Справился со своими основными обязанностями – молодец. А довольно частое подключение к атаке - моя личная инициатива. Но если бы такие подключения не приносили пользы команде или, более того, наносили вред, никогда бы не рвался в чужую штрафную. Но пока кое-что получается. Даже мячи иногда забиваю. О чем раньше и в самых розовых снах не мечтал.

Арсен НАЙДЕНОВ:
БОГ СОХРАНИЛ МНЕ ЖИЗНЬ,
ЧТОБЫ Я СДЕЛАЛ ЧТО-ТО ХОРОШЕЕ

Создатель и многолетний тренер сочинской "Жемчужины", сумевший в свое время вывести команду из нефутбольного города в высшую лигу, в 1997 году был отправлен в отставку. Сегодня он вновь у руля сочинского футбола - правда, теперь у "Жемчужины" нет ни денег, ни игроков, ни перспектив.

Жаркий сочинский август 1993-го. Пять тысяч зрителей на Центральном городском стадионе наблюдают за тем, как "Жемчужина" после первого тайма безнадежно проигрывает "Океану" из Находки - 0:2. На скамейке запасных нервно ерзает главный тренер Арсен Найденов. Близко расположенные трибуны не просто дышат - кричат в затылок: "Найденов, за сколько игру продал?!"
Едва начинается второй тайм, забивает любимец тренера - диспетчер Сергей Нозиков. Дальше - качели. За семь минут до конца форвард Божко сравнивает счет. Трибуны тут же меняют гнев на милость и вопят от восторга. Еще через три минуты защитник "Океана" рукой вытаскивает мяч из угла своих ворот. Гол надо засчитывать! Нет - судья Маляров удаляет океановца и назначает пенальти. Болельщики стонут: "Гол не засчитали потому, что Шишкин (вратарь "Океана") берет чуть ли не каждый второй 11-метровый!" К точке подходит штатный пенальтист Почепцов и не оставляет голкиперу ни одного шанса. До конца матча - три минуты. Трибуны в экстазе!
Одновременно с финальным свистком сияющий Найденов поднялся со своего места, повернулся к трибунам и исполнил жест, известный в народе под названием "пятьдесят процентов": ладонь одной руки накладывается на локтевой сустав другой, согнутой, и делит ее ровно наполовину. Триумф, ликование, радость победителя - это было что угодно, только не оскорбление. Я присутствовал на той игре и могу с уверенностью это подтвердить. Помню, как поразился тогда столь открытому проявлению тренерских эмоций. Как же резко контрастировал этот маленький живой человек с образом обычно каменно-неприступного, навечно погруженного в себя тренера высшей лиги!
Спустя почти семь лет в разговоре с Найденовым я припомнил тот эпизод.

- Успех тогда достался тяжело, но стоил ли он таких восторгов, Арсен Юльевич? "Океан" все-таки не "Ювентус"...
- Что поделаешь, люблю побеждать. Да и грузина одного не мешало осадить, а то весь матч орал на меня с трибуны как резаный.
В этом - весь Найденов. Доброжелательный и непримиримый, лукавый и честный, несмотря на свои пятьдесят восемь лет - озорной и невероятно коммуникабельный.

РОДИЛСЯ В ПОЕЗДЕ
- Откуда вы родом?
- По паспорту родился в Алма-Ате, хотя на самом деле произошло это в поезде между Харьковом и Полтавой. Отца призвали на фронт, а Киев, где жили родители, захватили фашисты. Беременная мать отправилась в эвакуацию, в Казахстан. В пути я и родился.
- Воспоминания о военных днях остались?
- Только одно: я прошу у кого-то хлеб и прикасаюсь рукой к раскаленной печке-буржуйке. Из-за боли, наверное, и запомнил. В 43-м, когда мне было два года, мы вернулись в Киев. Там и пристрастился к дворовому футболу, потом пришел в секцию. На позиции правого хава поиграл в киевском "Динамо", в Андижане и в Таллине.
От воспоминаний о юности Найденов время от времени переходит к философии - футбольной, жизненной.
- Без личностей футбола не бывает. Говорю не о таланте игроков или тренеров, это само собой, нужны еще и организаторские способности. Когда в Киеве работал Маслов, говорили: все в "Динамо" идет как по маслу - этот тренер успевал следить даже за своевременной укладкой асфальта возле стадиона. А теперь скажите, много ли в России настоящих футбольных президентов? Филатов, Алешин, Мутко, Толстых, Горюнов... И все. Остальные больше похожи на свадебных генералов. Последние три месяца никого в Сочи не интересовало, останутся ли в команде игроки, будут ли деньги. Вот и скажите, настоящий у "Жемчужины" президент или нет?
Найденов играл немного - повредил мениск, удачно прооперировать который в те годы шансов почти не было. Он отказался ложиться под нож и закончил игровую карьеру в украинском городке Конотоп.

ВОСЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ В ИНСТИТУТЕ
В 23 года, когда Найденов учился в киевском спортивном вузе, его позвали старшим тренером в Чебоксары. Начало тренерской карьеры оказалось стартом к бесконечным переездам и переводам из одного института в другой. Позже кто-то скажет о нем: "Этот человек всегда любил учиться и делал это 18 лет". Найденов набирался знаний в семи городах, а закончил учебу в 39 лет в Кирове, уже когда работал вместе с Овчинниковым.
Столь долгая борьба за вожделенный диплом была обусловлена не ленью - на первом месте всегда стояла тренерская карьера. После Чебоксар Найденову довелось тренировать два "Шахтера" - из Темиртау и Караганды, райчихинский "Горняк", псковский "Машиностроитель", "Вулкан" из Петропавловска-Камчатского, ашхабадский "Колхозчи", кемеровский "Кузбасс", новороссийский "Цемент" и, наконец, - "Жемчужину".
- Сплошь периферия - не обидно, Арсен Юльевич?
- Вы знаете, какие там были условия? Я никогда не был коммунистом, но разве можно сравнить тогдашнюю заботу о футболе и тот беспредел, что творится сейчас? Руководители той поры любили командовать, не спорю, но ведь и делали для нас возможное и невозможное. Теперешние рулят с еще большим остервенением, только помощи от них - пшик!
А посмотрите на их предпринимательскую жилку. Ну кто бы поехал на этот Кипр с его ужасным климатом, если бы все необходимое было оборудовано в Сочи. Нопроцентов прибыли в России никого не устроит. Сидим без порток, зато амбиций!.. Нам подавай двойной, тройной доход! За подпись на любой бумажке - пусть ты еще толком и на ноги не встал - выкладывай деньги. Нет, не деньги - бабки! С другой стороны, и бизнесмены русские хороши. Есть десять тысяч долларов - ввязываются в драку. Мол, главное начать, а там посмотрим. И замерзают у нас на года недостроенные убогие начинания.

СОЧИНСКИЙ РЕБЕНОК
Своих детей у Найденова трое: две дочки и сын. Четвертый, небиологический, ребенок - сочинская "Жемчужина", за два года преодолевшая дистанцию от своего рождения до высшей лиги.
Он любил эту команду, пестовал и пестует, как может. Никто не давал ему денег на покупку звезд - всех своих технарей присматривал на задворках большого футбола и заманивал двумя вещами - харизмой и фантастическим городом Сочи. Здесь можно было не следить за новинками "кальчо" или схемой игры в линию "Манчестер Юнайтед". Здесь почти нереально было рассчитывать на место в зоне УЕФА или Кубок страны, не говоря уже о призовой тройке. "Жемчужина" жила для игроков и для болельщиков. Последних было немного - тысяч пять-шесть, считая "бздыхов", как называют в Сочи курортников. Почему? Город сильно растянут по побережью, да и крупных заводов - основных поставщиков футбольных болельщиков - в Сочи нет. Зато те, кто приходили на футбол - работяги, не бывающие на пляже годами, - оставляли на матчах "Жемчужины" свою душу.
До 27 лет Найденов не пил, до 30 - не курил. Все пришло - работа такая.
- Всегда старался объединять людей вокруг себя, - говорит Найденов. - А без водки в нашей стране это невозможно. Как не выпить после игры с сильными мира сего? Может, только потому и давали деньги эти люди, что уважали меня. Я перед ними не заискивал, но когда ушел из "Жемчужины" - все рухнуло.
Городские тузы смотрели на жизнь иначе. В 97-м Найденов тяжело заболел. Думал ерунда какая-то, а оказалось - аневризма аорты с осложнением на дыхательные органы. Сказалось рахитичное, голодное киевское детство. Два с половиной месяца провел в московской больнице, балансируя между жизнью и смертью. Из команды его за это время выставили - не жилец, дескать. Клуб потратил на лечение Найденова огромные деньги - семь тысяч рублей...
- Говорят, на телефонные переговоры, - горько усмехается Найденов. - С кем-то, наверное, и вправду говорили, только вот мне из Сочи в больницу никто не звонил. А помогли оплатить лечение Назар Петросян, Александр Аверьянов и Валерий Овчинников. Он же, Овчинников, мне и сказал потом: "Ты выжил - значит, Бог хочет, что бы ты сделал в жизни еще что-то хорошее". Если так - пусть этим хорошим станет второе рождение "Жемчужины".

ДРУГ И СОРАТНИК
В чем только не обвиняли сочинца Найденова и нижегородца Овчинникова! Тут и заговоры против ПФЛ, и хитроумные взаимные уступки заветных турнирных очков, и совместный "сплав" конкурентов. А они продолжают открыто дружить и всячески поддерживать друг друга.
- О вашей дружбе с Валерием Овчинниковым знают все футбольные люди. Как вы познакомились?
- В 80-м году Овчинников приехал на сборы в Новороссийск, и я сразу понял, что это незаурядная личность. С тех пор, где бы ни были, всегда стараемся поддерживать наши отношения.
- Вас сблизили общие взгляды на футбол?
- Скорее на жизнь - взгляды на футбол у нас как раз не совпадают. Овчинников приверженец английского атлетичного стиля, мне больше по душе южный техничный футбол.
- Вы с ним когда-нибудь ругаетесь?
- Постоянно. В последнее время в основном из-за того, что он заставлял меня работать. Уже хотел было отойти от дел, но Овчинников меня убедил, что в 58 лет я еще могу принести пользу футболу. Ведь мой стаж в качестве главного тренера - 35 лет.
Сейчас Овчинников делает все возможное и невозможное, чтобы поддержать друга.

И еще один штрих к личности Найденова - короткий опрос на тему "самые-самые".
- Лучшие из игроков, игравших под вашим началом?
- Нозиков, Ледовских, Гогричиани - все из "Жемчужины".
- Самое приятное событие в жизни?
- Завоевание с петропавловским "Вулканом" Кубка РСФСР и выход с "Жемчужиной" в высшую лигу.
- Самая горькая потеря?
- Смерть родителей.
- Лучшие из известных вам тренеров?
- Бесков и Фальян (Артем Фальян тренировал в свое время "Арарат", "Зенит", "Кайрат" и донецкий "Шахтер".).
- Лучшие из отечественных футболистов?
- Бышовец и Блохин.
- Ваша самая большая ошибка в жизни?
- То, что я родился.

SOS СТАРОГО ТРЕНЕРА
Свой монолог Найденов просил выделить особо и считать его открытым обращением к руководителям страны и российского футбола.
- Вышло так, что в футбольном хозяйстве нашей страны возникли большие проблемы. Не секрет, что внимания детскому футболу в последние годы уделяется все меньше и меньше. Поэтому сейчас либо одни и те же футболисты кочуют из команды в команду, либо появляются два - три самородка, на которых огромный спрос и купить которых у большинства клубов нет абсолютно никакой возможности. Но ведь футболу нужен прогресс - топтания на месте эта игра не приемлет. Получается, что сама жизнь толкает клубы на поклон к криминальным структурам. А что делать, если надо бороться за место под солнцем, не имея для этого легальных финансовых возможностей? У бандитов же есть деньги, и они готовы вложить их в такое престижное предприятие, как хороший футбольный клуб. Но как быть остальным - небогатым маленьким командам?
Сейчас Россия находится в начале важного жизненного этапа. Очень многое, в том числе и для спорта, будет зависеть от людей, которые придут к власти. Я прошу их прислушаться к моим словам. Создайте условия для того, чтобы вкладывать в футбол честные деньги было не только престижно, но и выгодно. Придумайте, как это сделано во всем мире, какие-нибудь законодательные, налоговые послабления для спонсоров. Ведь сейчас нет Морозовых, Третьяковых, Шереметьевых, которые в прошлом веке оплачивали будущее российского театра, искусства. Так пусть люди помогут футболу хоть из меркантильных соображений, лишь бы не умерла у нас эта игра окончательно.
У "Жемчужины" был в свое время спонсор в Москве, выделял деньги, а его обкладывали непомерными налогами. Конечно, помогал и город, но его возможности небеспредельны. Билеты? Нигде в мире клубы не могут прожить только на выручку от продажи билетов. А огромных доходных блошиных рынков при стадионах на периферии нет и быть не может. И начинают провинциальные команды умирать. Не только "Жемчужина", но и недавние мастодонты - тот же "Ротор" или "Алания".
Вопль, зов о помощи, сигнал бедствия - назовите мои слова, как хотите. Но если не будет в России футболу государственной поддержки - не будет и самого футбола. Уверен, что при нормальной организации дела можно сделать капиталовложения в спорт рентабельными. При этом надо помнить, что доход появится не сразу, и не только в деньгах. Руководителям страны надо быть чуть дальновиднее и попробовать сосчитать, какая выйдет экономия, если футбол поможет тысячам людей не стать от безнадеги алкоголиками, преступниками и наркоманами. Честное слово, была бы у меня возможность - прямо сейчас прорвался бы к Путину и изложил ему свои мысли (в день нашего разговора - 12 февраля, и. о. президента находился в Сочи, менее чем в километре от базы "Жемчужины".).

Погибшие команды - "Жемчужина"

Вообще-то этот рассказ - не только о "Жемчужине", но и о городе, который она представляла. Или представляет - с уверенностью отделить фактическую смерть "Жемчужины" от клинической сейчас нельзя. Вроде бы еще осенью сочинцы отчаянно царапались в компании себе подобных в самом подвале таблицы зоны "Юг", но теперь команды в общепринятом понимании этого слова попросту не существует. Игроки находятся в других городах на расстоянии телефонного звонка, персонал клуба - и того дальше (хотя врача в команде и в ходе сезона не было), а база наглухо заколочена. База, поясню, - это небольшой домишко на территории одного из сочинских санаториев. Туда всегда было непросто подъехать - из-за крутизны местных дорог и глубоких трещин в асфальте. Зато там теплилась футбольная жизнь. В холле весело постукивал пинг-понговый мячик, на балконах сохли майки с гетрами, а Вера или Надя очень даже сносно кашеварили на первом этаже.
Сегодня там отключено все, кроме воздуха. Но даже без газа, света или воды, которые дадут не раньше, чем будут уплачены 120 тысяч рублей, обсыпающаяся база привлекательна и для "Жемчужины", и для городских властей. Клуб, которому санаторный домик никогда не принадлежал, хочет вернуться туда снова - если выйдет из комы, конечно. Все равно больше некуда. Что же касается города, то он намерен сделать из базы еще одно пристанище для туристов. Чтобы, значит, приезжали они туда - и деньги за это платили. Получать деньги с туристов всегда приятнее, чем тратить их на футбол, не правда ли?
Своего стадиона у "Жемчужины" отродясь не было. Сочинский "Центральный" - федеральная собственность, и все попытки выкупить ее или взять в аренду всегда натыкались на жесткое московское "нет". Видимо, у Госкомспорта на эту симпатичную 12-тысячную арену были свои виды, которые, правда, видами и оставались. Пускай, мол, будет стадиончик на балансе. Место хорошее - авось когда и пригодится.

Cкромность украшает президента

Что же такое - нынешняя "Жемчужина"? В общем-то не что, а кто. Нынешняя "Жемчужина" - это Арсен Найденов, тренер, ее родивший. И провожающий нынче в последний путь. Он, как обычно, одинок в своих футбольных порывах и, как обычно, ищет деньги. То одного в оборот возьмет, то другого прихватит, с кем-то встречается, изучает сочинскую розу политических ветров, чтобы знать, кому отсутствие в городе футбола невыгоднее. Одновременно ищет себе новое место работы - на тот случай, если "Жемчужина" все-таки помрет. Но гарантирует, что за один сезон оформит команде с нормальным финансированием повышение в классе.
К огромной обиде Найденова, мало кто из президентов клубов воспринимает его всерьез.
- А ведь я никогда не был только организатором или выбивателем денег, - сетует Найденов. - Я тренер, игру ставил, учил атаковать и защищаться. И выигрывал, пока не лег на операционный стол. Если просил деньги, то только потому, что, кроме меня, это некому было делать. А сейчас здоров, но снова стою у разбитого корыта и занимаюсь проклятыми деньгами, потому что кто-то когда-то угробил творение моих рук.
Найденов почти всерьез планирует продать свой дом на сочинской Объездной дороге - жить не на что, да и долги остались. А последнего президента "Жемчужины" недавно "замели" за связи с чеченскими террористами, что само по себе почти анекдот, только очень мрачный. Кстати, история прихода этого человека в команду - тоже достойный образчик черного юмора.
Прошлым летом я позвонил Найденову, чтобы спросить, как идут его дела на ниве вечной нищеты и попрошайничества.
- Нашел! - выдохнул в трубку Найденов. - Спонсора нашел - президентом у нас будет!
- Кто такой, откуда?
- Из Москвы, чеченец. Зовут Адам.
- А фамилия как?
- Понятия не имею - видел его всего один раз. То ли Карамов, то ли Таранов...
Я зашел в поисковый сайт, набрал оба варианта фамилии, но дело ограничилось знатным пивоваром, который, как известно всей стране, любит жену помещика Козявкина. Набрал на всякий случай и еще один вариант - "Адам Тарамов". Тут вылезло что-то связанное с "Норд-Остом" и даже с подозрениями в помощи двоюродному брату - одному из организаторов теракта на Дубровке... В общем, как тогда казалось, совсем не то, что мне было нужно.
Позвонил самому Адаму - Найденов дал телефон. Представился. Спросил:
- Говорят, вы решили возглавить сочинскую "Жемчужину?
- Я бывший спортсмен, люблю футбол и хочу помочь хорошему человеку Найденову, - ответил собеседник с кавказским акцентом.
- Мы об этом напишем. Скажите только свою фамилию, чтобы сочинские болельщики знали, кто их спаситель.
Это предложение на том конце линии явно сочли неприличным, и в трубке раздались короткие гудки. Спаситель явно не жаждал популярности. На "Жемчужину" в итоге он потратил 60 тысяч долларов, которые, кстати, позволили ей не сняться с чемпионата. А через полгода Тарамова арестовали. Как писали, он передал сепаратистам миллион долларов.

Асфальтовая броня

Наверное, можно задаться вопросом: а способен ли вообще футбол укорениться на сочинской почве? В конце концов, курортные города весьма специфичны. Своих футбольно ориентированных слоев там почти нет, а у заезжих другие приоритеты - пляжно-ресторанные.
Только ведь можно вспомнить, что во Франции есть "Канн" и "Ницца" с Лазурного берега, а также нынешний лидер чемпионата - "Монако". В Испании - "Мальорка" и "Тенерифе", в Турции - "Антальяспор". Да и в Сочи еще помнят времена, когда на "Спартак" или ЦСКА собирался полный стадион, в то время как на "Рубин" в первой лиге ходило от силы пять тысяч представителей миллионной Казани. В лучшие годы "Жемчужина" отнюдь не прозябала, и конкуренты ее побаивались.
То есть дело не в курортной ауре, а в отношении к футболу. Если его любить и поддерживать, команду можно и в Норильске создать. А если наплевать на него с высокой колокольни, то футбол и в Манчестерах с Ливерпулями загнется. Не говоря уже о Сочи, который, даже по российским меркам, к больным футболом городам не отнесешь.
Кстати, у Сочи есть побратим в Англии - город Челтенхэм. Улица, ведущая от Курортного проспекта к Мацесте, называется аллея Челтенхэма. Думаю, англичане ее никогда в глаза не видели, иначе они либо разорвали бы братские узы, либо перестелили на ней асфальт за свой счет. Хотя перестилать там по большому счету нечего.
Через такой вот асфальт и пришлось пробиваться 13 лет назад побегам сочинского футбола. Пожалуй, имеет смысл вспомнить, как это было. Хотя бы для того, чтобы понять, почему ничего не выходит сейчас.
Что значит "делать команду"
26 декабря 1990 года Найденову позвонил тогдашний мэр .
Найденов тренировал кемеровский "Кузбасс", но в межсезонье находился дома, в Новороссийске. Там, собственно, они с Дерендяевым и познакомились: один в свое время работал в администрации города, второй возглавлял новороссийский "Цемент".
- Приезжай, будем делать команду, - сказал страстный фанат футбола Дерендяев.
- Ждите, еду, - ответил Найденов.
Отсюда вытекает первое условие: футбол в России возможен только при наличии персоны, которая его любит и готова эту любовь материально подтвердить. Футболу не важно, будет ли это фанатеющий олигарх или одержимый болельщицкими страстями чиновник (в конце концов, разница лишь в том, что один дает народные деньги, а другой - свои личные, которые в большинстве случаев тоже когда-то были народными).
Это не только первое, но и самое главное условие жизни футбола в России. А в случае с "Жемчужиной" оно оказалось еще и единственным. Потому что, кроме желания мэра, в пользу создания новой команды не говорило больше ничего.
Дерендяев с Найденовым поехали в Москву, зашли к начальнику управления футбола и хоккея Спорткомитета РСФСР Альберту Поморцеву (сейчас он возглавляет Федерацию хоккея с мячом). Поговорили, подписали бумаги, хлопнули вечером по рюмке-другой и вернулись в Сочи - "делать" "Жемчужину", которой разрешили заявиться во вторую лигу.
Найденов олицетворял собой второе условие выживания футбола в России. Ему поручили стать человеком, от которого требовалось сделать мечту Дерендяева явью. То есть построить на ровном месте некую конструкцию при полном отсутствии стройматериалов, крепежа, рабочих, а возможно, еще и денег (на тот момент выделение средств на футбол город еще не утвердил, хотя горком партии был в общем-то не против создания команды).
(будущий корреспондент "СЭ" в Сочи) привел к Найденову парикмахера Ираклия Церекидзе, который вскоре стал начальником команды. Директор гостиницы "Жемчужина" Юрий Аринцев, который поначалу был не в восторге от ветра футбольных перемен, провел-таки идею создания клуба через городское собрание, дал команде имя и три года селил ее у себя и кормил почти бесплатно. А какой-то болельщик-меценат выделил на "Жемчужину" 20 тысяч рублей (примерно столько стоили три новые "Волги"). Других денег у Найденова на первых порах не было.
Затем на горизонте появился Вилен Райкис - американский еврей с российским прошлым, хозяин компании "Амерус Энтерпрайзис". Какие уж интересы привели его в Сочи, сейчас не вспомнить, но за надпись на футболках Райкис раскошелился на 300 тысяч рублей в первый год и на 1,5 миллиона во второй. А задачу команде поставили - занять пятое место в своей зоне второй лиги.
Найденов с ходу занял первое. О-о, это были веселые времена! Всевозможные реорганизации, в том числе и футбольные, абсолютно не мешали "Жемчужине" не просто идти - рваться наверх. За смешную сумму Найденов прикупил в Новороссийске шестерых бывших своих игроков. Кое-кого сам намыл-просеял, и команда поперла на штурм невиданных высот. Ушел на повышение Дерендяев - на посту мэра его сменил Николай Карпов; к Райкису добавился бизнесмен из ; денег хватало, но результаты опережали денежные вливания. И за два года "Жемчужине" удалось установить рекорд всех времен и народов: с полного нуля дорасти до команды высшей лиги!

Страсти за кулисами

Вопрос, который сейчас наверняка вертится у вас на языке, я задал Найденову одним из первых:
- Но, говорят, вы покупали матчи, работали с соперниками, судьями, обменивались очками и даже заработали себе репутацию непревзойденного теневых дел мастера. Было такое?
- Раз уж у меня такая репутация, расскажу, что было и чего не было, а вы сами решайте, каких я дел мастер.
И рассказал. История такова.
По словам Найденова, он до сих пор помнит, кто впервые предложил ему "сгонять договорняк". Тогда, в 70-х, он тренировал "Вулкан" из Петропавловска-на-Камчатке и звал к себе, кстати, на позицию форварда талантливого нападающего из Красноярска Олега Романцева. Впрочем, к делу это не относится: с предложением разойтись вничью дома и в гостях к Найденову обратился тренер владивостокского "Луча" Лев Бурчалкин. Сегодня Найденов утверждает, что его негодованию не было предела, а "Луч" вместе с Бурчалкиным был растерзан и дома, и в гостях.
Вторую лигу "Жемчужина" проскочила без всякого закулисья - на энтузиазме и хорошей игре. Был, правда, эпизод, когда на финише сезона из Москвы звонил Поморцев - просил "грохнуть" кисловодский "Асмарал", чтобы дать дорогу наверх "Уралану". С "грохнуть" тогда проблем не было, но "Жемчужину" в той игре откровенно плавили судьи, и Найденов увел команду с поля. Как и следовало ожидать, инцидент замяли.
А в первой российской лиге в 92-м "Жемчужина" сразу оторвалась от соперников на 12 очков. И тогда Найденов расслабился и даже слегка завальяжничал. В самом конце первого круга сочинцы играли в гостях с липецким "Металлургом". Найденов сам предложил ничью тренеру хозяев Александру Игнатенко. Тренируй Игнатенко в ту пору другой "Металлург", московский, как было в этом году, он, может, и согласился бы принять подарок от лидера. Но десять лет назад максимализма в нынешних корифеях было побольше.
Спонсоры обещали футболистам по сто долларов премиальных (вот времена были, господи!) и поездку в Финляндию, поэтому Игнатенко сказал: "Будем играть!" Ладно, играть так играть. При счете 1:1 за минуту до конца Гочу Гогричиани снесли у самой бровки. Найденов думал, что грузин рухнет на газон, покорчится, потянет время. Но Гоча прополз метров пять на четвереньках, встал на ноги, чуть продвинулся к воротам и забил победный гол. А после игры Игнатенко поздравил Сочи с фактическим выходом в высшую лигу.
Тот невероятный сезон Найденов помнит очень хорошо. Как проиграли дома Нальчику, а вместо "разбора полетов" устроили банкет, на котором поклялись не уступать больше в родных стенах, - и сдержали слово. Как владимирское "Торпедо" попросило у "Жемчужины" ничью, когда в таблице все уже было ясно. Но гости с юга повели в счете - 2:0, их вратарь Чекмезов отразил пенальти, а сменивший его Могильный вытащил второй одиннадцатиметровый. Найденов дал прямое указание пожалеть стоящих на вылет хозяев - и матч закончился со счетом 2:2. Приз лучшему игроку матча - что-то хрустальное - достался тогда... Найденову!
На финише сезона на горизонте с мешком золота в руках, по словам нашего героя, вновь возник "Уралан". Спрашивал: чем возьмете за поражение - деньгами или чартером, чтоб в Сочи вернуться?
- У вас же из пяти матчей три дома. Неужели не выйдете?
- Можем не выйти, - волновались элистинцы.
- Так на кой черт вы вообще в высшую лигу лезете?!
Деньги - как утверждает Найденов, тысяч двадцать долларов - игроки решили не брать и впервые вернулись с выезда на персональном самолете, радуясь, как дети.

Недетская жизнь для "Жемчужины" началась в следующем году, с первого же тура в "вышке", в котором жребий свел найденовскую "Жемчужину" с командой Валерия Овчинникова, носившей тогда официальное название "Локомотив-Спортсмен". В этом супердерби под кодовым названием "Берегись, букмекеры!" стороны решили сыграть со счетом 1:1, причем об этом знал весь Сочи.
В день матча, как рассказывает Найденов, к нему пришел человек, в определенных кругах известный как Гурик, вынул пистолет и сказал: "Сегодня ты должен сыграть честно и победить. Или проиграть - мне все равно". Гурик держал сочинскую букмекерскую контору, которая едва не рухнула от напора желающих поставить на счет 1:1. Вид пистолета растревожил Найденова, но от предложения нарушить договоренность с Овчинниковым он вежливо отказался.
Борману рассказали о "наезде". "Как играем?" - спросил он Найденова на стадионе. "Один - один". А в этот момент Гурика отрезвлял человек, в определенных кругах известный как Рантик (и тот и другой сейчас пребывают в лучшем мире). Объяснял ему, что его личные проблемы не должны касаться уважаемого человека Найденова и его замечательной команды. Букмекерскую линию на матч Гурик в итоге снял, а Гогричиани и Герасимов порадовали болельщиков на стадионе в Хосте голами, приведшими к бескомпромиссной ничьей. Дружба, как ни крути, сильнее пистолетов!
Должок Овчинников, правда, в том сезоне не вернул. В ноябре 1993 года, в последнем туре чемпионата, друзья мастерски срежиссировали ответный матч на промерзшем поле нижегородского стадиона. Задержали появление пожарной машины, добились отсрочки стартового свистка, дождались окончания встреч в других городах и убедились, что без победы Нижнему Новгороду не выжить. И тогда Горелов забил, наконец, этот несчастный победный гол, а Найденов и Овчинников, обнявшись, ушли под трибуны. Их взаимозачеты автоматически перенеслись на следующий год.
Еще один матч, характеризующий Найденова как того самого теневых дел мастера, состоялся в октябре 1996-го, когда "Жемчужина" приехала в гости к тольяттинской "Ладе". Ту комбинацию я бы лично приравнял к шахматным этюдам Эйве и рассказывал бы о ней в школах с математическим уклоном.
Перед самым началом матча к судье Сергею Зуеву подошли представители "Лады", которая за три тура до финиша безнадежно утонула в турнирной пучине, и попросили внести в стартовый протокол игрока по фамилии Емельянов. Строчка, дескать, все равно пустует, так как думали, что Емельянов больной, а он неожиданно поправился, - вдруг пригодится? Емельянов так Емельянов - Зуев был не против.
Началась игра. "Жемчужине" позарез нужны были очки, и - вот совпадение! - "Лада" не устояла под ее напором. На 50-й минуте Ионанидзе ударил, вратарь выпустил скользкий мяч... В общем, гости вышли вперед. А на 85-й минуте пылкий 19-летний тольяттинец Максим Бузникин исхитрился сравнять счет и, не успев толком обрадоваться, тут же получил подзатыльник от кого-то из своих. Время катастрофически шло на убыль, захлебнувшаяся "Лада" утягивала за собой на дно и "Жемчужину".
Сочинцы ощетинились и кинулись на последний штурм. Однако "Лада" вдруг неожиданно уперлась и даже призвала на подмогу из запаса того самого выздоровевшего Емельянова! Короче, концовка прошла бурно, но счет так и не изменился. Э-эх, жаль "Жемчужину"!
К счастью, в ее судьбе поучаствовало провидение. Через несколько дней из ПФЛ пришел факс, в котором сообщалось, что "Ладе" засчитано техническое поражение со счетом 0:3 за участие в матче дисквалифицированного игрока. Назвать вам его фамилию или вы уже догадались? Страховка оказалась стопроцентной: на случай Бузникина в рукаве был спрятан пятый туз - Емельянов.

Жареная рыба

Как тут не назвать Найденова великим комбинатором! И все же я не стал бы навешивать ярлыки. Если бы можно было классифицировать наших тренеров по степени их пронырливости, Найденов в этом воображаемом списке хитрецов стоял бы далеко не первым. Да еще и регулярно получал бы призы за мягкость подхода к вопросу, а также за относительную чистоплотность проживания в грязном отеле под названием "российский футбол".
Вот, к примеру, в 1996-м Новороссийску по предвыборным соображениям очень нужна была победа над "Жемчужиной". Но возвращать долг в следующем сезоне "Черноморец" не захотел - у команды Олега Долматова дела шли весьма неплохо. И тогда Найденов поехал драться. Несмотря на мудрое судейство Андрея Бутенко, назначившего пенальти в ворота гостей и оставившего их вдесятером, два гола Горшкова принесли "Жемчужине" кровавую ничью. (Справедливости ради стоит сказать, что люди из "Черноморца" потом извинились за собственную беспринципность, если это слово здесь вообще уместно, исправились в ответном матче и даже, говорят, проспонсировали "Жемчужине" приобретение трех очков в игре с другим соперником.)
Оправдывать изнанку футбольной жизни - все равно что плевать против ветра. Но и леса за деревьями нельзя не видеть. В отличие от многих команд своего уровня и образа жизни найденовская "Жемчужина" старалась играть, причем играть весело. Счета 6:2, 3:7 или 5:4 были ее фирменным знаком. Красавец Гоча Гогричиани - сочинский Роже Милла - и в тридцать три радовал зрителей на стадионе у моря своими голами. Маленький Манук Какосьян, которого подвозили на тренировки на "бентли", наводил страх на защитников, как мышь на слона, а бывший теннисист Тимур Богатырев поражал своей невероятной скоростью. Словом, в Сочи тогда прописался большой футбол, и команда жила полноценной жизнью.
В 94-м Райкис и Осаджанов перестали давать деньги, и мэр Карпов заложил трехмиллионный бюджет "Жемчужины" в городскую смету расходов. Гочу за 160 тысяч долларов продали в кипрскую "Омонию", и первый круг команда закончила на шестом месте. Был, правда, период, когда три месяца не платили ни зарплаты, ни премиальных. Защитник Гена Бондарук возмущался, говорил, что в других командах платят нормально.
- В каких? - спрашивал Найденов.
- В "Динамо", например.
- Ну так иди в "Динамо".
- А меня не берут!
- Ну тогда сиди и... - отвечал Найденов фразой из анекдота про тещу и жареную рыбу.