Шимский район «Шимские вести» № 56 от 29 сентября 2012 года |
Молодильные яблочки
Девяносто семь лет живёт в деревне . Сажает огород и работает в своём удивительном яблоневом саду.
День рождения Анастасия Матвеевна справила 15 апреля.
— В магазине нашем праздновали, — говорит, — продавщица у нас была уж больно хорошая, аккуратная, добрая. Заболела теперь, магазин закрыли. Мы на скамеечке около него автолавку ждём.
«Я в своей деревне...»
На этом самом месте мы её и встретили. Только что отъехала «хлебная машина», как многие в деревнях называют райповскую автолавку, и в клетчатых матерчатых сумках у бабушек часто только хлебушек — они очень экономные, наши бабушки. Покупательницы потихоньку расходились по домам. Узнав, кто я и зачем, Матвеевна, улыбнувшись, с упрёком произнесла:
— Тока надумали, а вот померла бы я, будто меня и не было. — И поехали мы к её домику, стоит который немного в отдалении от прочих, словно на хуторке. И весь утопает в яблоневом саду.
Сели на скамеечку под окошком, завели разговор. Первым делом бабуля рассказала про то, как она, по мере сил, ухаживает за яблонями.
— Падают яблочки. Вот, три дерева белого налива пустые уже стоят. Видишь, чисто под ними, траву скосила, падалицы мы с сыном на огород сносили. Нельзя, чтобы гнилые плоды под яблоней валялись. Смотри, как чисто.
Но кроме раннеспелого белого налива здесь ещё много яблонь других сортов, и все ветки буквально ломятся от яблок, нарумяненных, высвеченных солнцем. И ухаживают-то за деревцами только бабушка да солнышко да вечная небесная поливальная машина.
Все опавшие плоды бабушка Настя собрала в кучки. Сын Виктор приедет, поможет сносить их на участок из-под выкопанной картошки — больше некуда. Честное слово, до слёз жаль было смотреть на эти, никому не нужные наливные яблоки. Руководство области принимает программы, выделяет средства на то, чтобы в регионе разводили сады, а тут ничего и не требуется, природа настолько щедра, что одаривает людей полной горстью. Может, только достойных этих щедрот?
Раньше, много лет назад, Анастасия Матвеевна возила яблоки продавать в город, а теперь они в большинстве пропадают — у детей и внуков свои сады есть.
— Я в своей деревне выросла, — вспоминает Матвеевна, — здесь три года со своим Сенюшкой дружила, потом в двадцать два года замуж за него вышла. Троих детей мы вырастили, сына и двух доченек. Дети-то у меня хорошие, только далеко все, сын в Ленинграде, а дочки в Старом Петергофе. Сын - то часто приезжает, у него тут пчёлки. Когда - то большая пасека была, двадцать ульев, а потом почему-то погибли семьи, осталось всего три. Нонеч, правда, уже шесть стало, роиться начали пчёлы-то... Сейчас Виктор домой уехал... Приедет, поди, скоро.
Коровьим шагом
Всю свою долгую жизнь Анастасия вспоминает теперь эпизодами главными, в память особо врезавшимися. Говорит, что в последнее время многое стала забывать, например, не помнит, сколько лет детям. Ну, да и не важно, тут можно сосчитать приблизительно. Если замуж вышла в двадцать два года, а сейчас ей девяносто семь, то детям, надо полагать, уже за семьдесят или под семьдесят. Да и где же упомнить все прошлые годы, без малого век.
Из давнего прошлого вспоминается год освобождения нашего района от фашистов, 44-й. В тот год весной от колхоза послали женщин в Германию, как вспоминает бабушка, за коровами.
— Восемнадцатого марта мы на поезд сели и поехали. Нас восемь было. С Людятино трое, с других деревень, с нашей — я одна. Брат у меня был председателем колхоза, и послать ему было некого — кто совсем слабый был, у кого детки малые. А у меня тоже двое стариков, да свекровкина сестра больная, им всем за пятьдесят было. Но брат послал меня.
Сказали, что обратно с коровами тоже на поезде приедем, а пришлось всю дороженьку пешком, можно сказать, коровьим шагом...
Анастасия Матвеевна поправляет платочек и «перескакивает» на другое — более приятное, чем страшно долгий путь по разорённой земле.
— Мы жили не плохо, — утверждает, — я обижаться на судьбу не могу. Держали овец, поросят, коров. Было и по три коровы держали. Один раз хорошая корова, молодая, в поле околела. Ох уж и рёву тогда у меня было!
с фронта вернулся, только за одно это Господа благодарить надо. У других мужья погибли... Работал он бригадиром, а я — в полеводстве. Пенсия у меня раньше маленькая была, потом всё прибавляли помаленьку, теперь хорошая стала.
Как яблонька
Бабуля называет сумму пенсии, очень скромную сумму, которую стыдно повторить. Хотя, ей хватает. Дочери её, как она рассказывает, одевают, младшая только недавно пять платьев привезла, одно красивенное, хоть на бал надевай. Да только на свой последний бал у Анастасии давно всё приготовлено и на место положено.
— Всё к смерти справлено у меня. По правде сказать, вроде и подустала я жить, а её всё нет, не приходит.
— А кто за яблоньками будет ухаживать, — говорю, — живите хоть до ста, а то и дольше, вы ведь молодо выглядите, на свой возраст никак не тянете.
— Да вот если бы ноги не болели, а то перед сном всякими мазями их натру, закутаю даже, всё равно ноют. Если бы они не болели, так жить можно. За мной ведь ещё соцработник Виктор ухаживает, навещает, помогает: воды, дров приносит, спасибо ему. Да у него и без меня много дел, он на картошку ездит, где кому могилу выкопать, тоже его работа. Тут он у нас один мужичок.
Бабушка встаёт со скамейки, зовёт меня через дорогу, где у неё ещё один сад и ульи с пчёлами, и три маленькие грядки.
Ну и сад через дорогу! Ну и сад, не хуже чем около дома. Там много ещё на ветках яблок антоновки, и осенних полосатых, и других, названий которых бабуля не знает. И облепиха, и банька, и старенькая тепличка под помидоры.
— Это моя работа, — хвастает Матвеевна, — вот огуречная грядка, а тут — маленько морковочки, маленько свёколки. А тут лучок — убрала уже... Вот, скажешь ты, какая бабка бахвальная, всё похваляется своим хозяйством... Да ты яблок-то набирай себе, они сладкие, сочные.
И вдруг вспоминает:
— Недавно внучок приезжал, Серёжа, альбом с фотографиями привёз. Я всё глядела, глядела... Правнучечка такая у меня хорошенькая - хорошенькая, и в таком розовом-розовом, и с бантами. Красивая, как яблонька...
Год назад областная администрация утвердила долгосрочную целевую программу «Развитие садоводства интенсивного типа в Новгородской области на годы», которая нацелена на то, чтобы обеспечить рынок своими фруктами, качественными и доступными. Планируется создать сады на площади 75 и плодово-ягодные питомники на сорока пяти гектарах. На это планируют выделить восемь с половиной миллионов из областного бюджета и около 184 миллионов внебюджетных рублей. Дело — то хорошее, не только в плане обеспечения самих себя и других яблоками, грушами и разными ягодами, но и в плане долголетия. Некоторые учёные утверждают, что человек, регулярно употребляющий яблоки, продляет свою жизнь на семнадцать лет. Может от того бабушка Настя и живёт долго, что ест яблоки каждый день. А куда их ей девать-то?
Татьяна КОЗЛОВСКАЯ Фото автора
