ОЯТ – благо или проблемы для ЗАТО

ОЯТ – БЛАГО ИЛИ ПРОБЛЕМЫ ДЛЯ ЗАТО

,

руководитель Железногорского филиала

Гражданского Центра ядерного нераспространения,

ЗАТО Железногорск, Красноярского края.

Закрытые территориальные образования (ЗАТО), созданные при Советской власти для производства атомного оружия, в СССР являлись райскими уголками для проживающих в них людей. Однако с наступлением перестройки и сокращением ядерных арсеналов в ЗАТО наступили тяжелые времена. Сокращение производств, их ликвидация и банкротство - стало негативно отражаться на жизни населения закрытых городов. Этому способствовали и местные власти, в своём целом привыкшие к несамостоятельности и не имеющие знаний и способностей выживать в рыночных условиях. Хозяйствуя неумело, и разбазаривая те финансовые ресурсы, которые государство много лет выделяло на конверсионные программы, административные руководители этих территорий поставили почти все ЗАТО на грань катастрофы. И только непрекращающиеся до настоящего времени дотации из государственного бюджета спасают их от неминуемых банкротcтв.

ЗАТО Железногорск отличается от многих ЗАТО России тем, что на его территории расположено единственное крупное «мокрое» хранилище отработанного ядерного топлива (ОЯТ). Кроме действующего хранилища в настоящее время строится и сухое, объёмом в 33 тысячи тонн.

До 90-х годов прошлого столетия местный атомный комбинат ГХК занимался наработкой плутония в трёх атомных реакторах и его извлечением из отработанного ядерного топлива. Но после сокращения ядерных арсеналов производственная деятельность ГХК начала сокращаться и два из трех атомных реакторов были остановлены.

Ко времени вывода из эксплуатации атомных реакторов и сокращения получения плутония на ГХК было запущено в работу хранилище ОЯТ с реакторов ВВЭР-1000. Строился в тот период и завод РТ-2 для дальнейшей переработки ОЯТ. Но прекращение финансирования - эту работу прекратило, а в дальнейшем и вовсе свернуло.

Для нормальной экономики ввоз и хранение ОЯТ на какую-либо территорию должен означать прибыль, которая существенно пополняет бюджет территории, на которой ОЯТ хранится. Однако для Железногорска ОЯТ «манной небесной» не стал. И не стал по причины того, что сначала Минатом России, а в последствии и «Росатом», правопреемник Минатома, оплату за хранение ОЯТ Железногорскому ГХК производили намного ниже себестоимости его хранения, что, естественно, не давало возможности ГХК быть прибыльным предприятием, устанавливать достойную оплату труда для своих работников (до 2007 года она была на много ниже средней заработной платы по отрасли) и тем самым не доплачивать в бюджет ЗАТО соответствующие налоги, который с начала 90-х годов является на 2/3 дотационным.

В середине 90-х годов ГХК был «в долгах как в шелках». Его недоплаты в городской бюджет составляли сотни миллиардов рублей (не деноминированных), одной из причин которых была низкая оплата за хранение ОЯТ - как российского, так и зарубежного. На тот период себестоимость хранения и переработки ОЯТ, рассчитанная Железногорским ГЦЯН и подтверждаемая в Госдуме Минатомом, составляла около более $770 за кг. Однако Украина за хранение ОЯТ платила ГХК около 120 долларов, а Минатом вообще $50. Притом Украина оплачивала хранение ОЯТ не валютой, а разной сельскохозпродукцией, которую бывший Минатом с большими накрутками выдавал своим рабочим в счёт погашения долгов по зарплате.

Железногорский Центр ядерного нераспространения, занявшись вопросом несоответствия цен на ОЯТ, несоответствия выявил и доложил о них тогдашнему губернатору Красноярского края А. Лебедю, который, в свойственной ему манере, стукнул кулаком по столу и потребовал цену на ОЯТ привести в соответствие.

Вмешательство губернатора тут же повысило цену на Украинский ОЯТ со $120 до $270, что помогло ГХК выйти из долгового кризиса и рассчитаться с местным бюджетом. Притом, решая вопрос о дальнейшем ввозе на хранение ОЯТ, с Украиной была достигнута договоренность о приведении цен за его хранение до международного уровня.

Разрешив вопрос с оплатой зарубежного отработанного ядерного топлива, атомное ведомство не привело в соответствие плату за хранения ОЯТ с российских АЭС, что, естественно, не способствовало повышению рентабельности ГХК и наполнению местного бюджета.

Для ЗАТО Железногорск и расположенного на его территории атомного предприятия ГХК вопросы по дальнейшему использованию ОЯТ являются жизненно важными, так как будущая остановка последнего реактора и прекращение получения плутония намного сократит персонал ГХК и создаст вопросы с трудоустройством местного населения.

Замещение выводимых из работы производств планируется за счёт хранения и будущей переработки ОЯТ. Однако, если и в дальнейшем себестоимость хранения и переработки ОЯТ будет «Росатомом» осуществляться не на основе рыночного механизма работы подведомственных предприятий, то финансовое положение ЗАТО Железногорск не только не улучшится, но и будет ухудшаться.

В конце прошлого века бывший Минатом России провёл через Думу закон позволяющий ввозить на территорию России зарубежный ОЯТ. Обосновывая этот проект Минатом заявлял о его прибыльности, что не соответствовало действительности.

Протестовали по поводу принятия этого закона в основном «зеленые». Притом не голословно, а на основании проведенных экономических расчётов, которые ни Минатомом, ни Российским правительством во внимание приняты не были.

Чтобы наглядно убедится в правоте «зелёных» я в виде примера в данном докладе привожу те расчёты, которыми мы оперировали в тот период, доказывая убыточность и неприемлемость ввоза и переработки на территорию России зарубежного ОЯТ.

Для того чтобы выявить экономическую сущность хранения и переработки ОЯТ и реальную рентабельность проекта, предлагаемого Минатомом, мы выяснили: из чего состоит пакет услуг по обращению с ОЯТ; из чего складывается стоимость этих услуг; какова себестоимость этих услуг в российских условиях; какова цена ОЯТ, предлагаемая страной-импортером. То есть то, что Минатом скрывал от основного населения нашей страны.

Стоимость «мокрого» хранилища нами была определена в 2 миллиарда долларов. Стоимость завода по переработки ОЯТ в 6 миллиардов долларов. Эти же суммы были озвучены в Государственной Думе депутатом от Красноярского края Валерием Зубовым: «долговременное хранилище для промежуточной продукции ОЯТ обойдется примерно в 2 миллиарда долларов. Завод по переработке обойдётся в сумму в три раза большую», т. е. составит около 6 млрд. долларов США (стенограмма заседания ГД РФ, Зубов). Притом данная цифра - скорее всего занижена, так как завод РТ-2 проектировался без учета строгих требований к обеспечению контроля за ядерными материалами и их физической защиты, предъявляемых к такого рода производствам за рубежом.

Предполагалось, что завод РТ-2 будет работать 25 лет при ежегодном объеме перерабатываемого ОЯТ 1500 тонн. Соответственно проектный объем всего ОЯТ составляет 37500 тонн. При стоимости основных фондов по переработке ОЯТ 6 миллиардов долларов удельная доля основных капиталовложений составит $160 за килограмм перерабатываемого ОЯТ. Кроме этого в себестоимость ОЯТ будут входить стоимость его транспортировки, хранения, эксплуатационных расходов и производственных издержек, страхование рисков, затрат на захоронение, и как правило дополнительных капиталовложений, которые обеспечивают закупку дополнительных материальных активов направляемых на дооснащение и переоснащение производства, реконструкцию и проведение капитальных плановых ремонтов, а также отчисления на ликвидацию выработавшего ресурс производства.

Удельная себестоимость переработки ОЯТ в условиях России Таблица 1.

Расходы	Долл./кг
Стоимость основных производственных фондов по переработке ОЯТ	160
Дополнительные капиталовложения в мощности по переработке ОЯТ	70
Эксплуатационные расходы на переработку ОЯТ	290
Отчисления на ликвидацию мощностей по переработке ОЯТ	80
Стоимость основных фондов и расходы по временному хранению ОЯТ	81
Отчисления на ликвидацию мощностей по временному хранению ОЯТ	26
Расходы по транспортировке ОЯТ	50
Итого	757

Полученный результат 757 долл/кг ОЯТ практически совпадает с заявленным Минатомом 770 долл/кг (без захоронения остеклованных ВАО). Но $770 не окончательная цена себестоимости ОЯТ для России. В эту цену не включены многие издержки, возникающие в процессе работы: социальные гарантии рабочим и населению, страхование рисков, инфляция и т. д.). Поэтому рентабельность этого производства наступит только тогда, когда цена за килограмм ОЯТ будет составлять не менее 1000 долл/кг.

В настоящее время Россия стоит перед выбором захоранивать или перерабатывать ОЯТ. В одном случае Россия может справиться своими силами и средствами, в другом она вынуждена будет взять на себя обязательства перед другими странами по переработке их ОЯТ, увеличив почти в 3 раза объем работ по обращению с ним, с единственной целью - компенсировать дорогостоящие издержки переработки.

Приведенные расчеты показывают, что переработка ОЯТ экономически нецелесообразна, так как она требует значительных капиталовложений в производственные мощности на начальном этапе и последующих затрат на захоронение продуктов переработки в объемах превышающие исходные. Поэтому если Россия изберет путь переработки ОЯТ, это будет означать переработку не только зарубежного, но и всего отечественного ОЯТ (уже за свой счет). Весь проект будет стоить более 34 млрд. долларов в зависимости от реальной стоимости строительства и последующей ликвидации мощностей по переработке ОЯТ. С учетом предполагаемых поступлений от переработки зарубежного ОЯТ в размере 20 млрд. долларов (озвучена Минатомом при проталкивании законов о ввозе зарубежного ОЯТ), расходная часть для России составит 14 млрд. долларов. А это означает, что Россия должна будет ежегодно в течение 40 лет вкладывать в проект по переработке ОЯТ до 350 млн. долларов.

Если же будет принят вариант прямого захоронения ОЯТ, то строительство хранилищ сухого и мокрого хранения отработанного ОЯТ отечественных атомных электростанций потребует ежегодных отчислений в размере 1 млрд. рублей или около 35 млн. долларов. То есть в 10 раз меньше, чем при переработке ОЯТ.

Как показывают расчеты прямое захоронение ОЯТ гораздо более дешевый процесс, позволяющий избежать дорогостоящую переработку, что подтверждается данными, приведенными в таблицах 2,3.

Расходная часть проекта по хранению и переработки зарубежного ОЯТ

Таблица 2.

Расходы	Стоимость млн. дол.
Стоимость основных капитальных вложений на строительство Мощностей по переработке ОЯТ (завод РТ-2 в Красноярском крае)	6000
Стоимость основных капитальных вложений на строительство хранилища (при заводе РТ-2)	2000
Стоимость ликвидации ядерных объектов аналогичных РТ-2	3000
Стоимость ликвидации хранилищ ОЯТ	1000
Затраты на хранение зарубежного ОЯТ	739
Затраты на переработку зарубежного ОЯТ	6800
Затраты на транспортировку зарубежного ОЯТ, весь проект	360
Прямые налоги и выплаты в Федеральный и региональный бюджеты	3300
Итого	23,199

Итоговая таблица всего проекта по ввозу, хранению и переработке зарубежного и Российского ОЯТ выглядит следующим образом:

Таблица 3

Расходная часть проекта с учетом строительства мощностей и пере- работки зарубежного ЯТ	Расходная часть с учетом переработки Российского ОЯТ	Всего стоимость проекта	Доходная часть проекта	Дополнительные затраты с россий- ской стороны
23,199 млрд. долл.	9, 820 млрд. дол.	33,19 млрд. дол	20 млрд. д	13,190 млрд. долл

Из данных таблиц видно, что если мы примем концепцию переработки ОЯТ и будем перерабатывать кроме своего еще и зарубежный ОЯТ то, получив доход в сумме 20 млрд. долларов мы на весь проект переработки затратим более 33 млрд. долларов, то есть понесем убытки в размере 13,19 млрд. долларов.

Рынок услуг по переработке ОЯТ невелик. На сегодня в мире ежегодно перерабатывается только 2% от накопленных его мировых запасов. Сам же рынок существует по инерции, за счет ранее заключенных контрактов на двух, практически единственных заводах в Великобритании и Франции. При этом нетрудно заметить, что переработка ОЯТ организована ураново-бедными странами, к тому же не имеющими пространственного потенциала для захоронения ОЯТ, что и вынуждает эти страны его перерабатывать. Главной же причиной, по которой переработка ОЯТ не нашла широкого применения в мировой практике - наличие более дешевого способа утилизации ОЯТ - прямого захоронения. По разным оценкам, стоимость прямого захоронения ОЯТ оказывается ниже его переработки для Европы в 2-3 раза, для США в 8-20 раз.

В своём сегодняшнем докладе я не заостряю вопрос о переработки ОЯТ, так как он в России отложен до 2025 года, из-за его явной убыточности в настоящее время. Я только хочу коснуться вопроса, от решения которого во многом зависит финансовое положение и ЗАТО Железногорск, и расположенного на его территории атомного предприятия ГХК.

В год на Железногорский ГХК завозят до 350 тонн ОЯТ, половина из которого до недавнего времени завозилось с украинских АЭС. Не трудно подсчитать, что повышение стоимости хранения ОЯТ на $1 принесёт атомному комбинату доход в $350 тысяч.

В настоящее время цена за российский ОЯТ составляет около $300. А это почти в 5 раз ниже его международной цены (с учётом переработки). Поэтому приведение цен за ОЯТ в соответствие даст возможность Железногорскому Горно-химическому комбинату успешно развиваться, а своим работникам платить достойную заработную плату.

Исправить ситуацию с оплатой по ОЯТ может власть на местах, опираясь на мнение и поддержку общественности. По сегодняшним законам, при наличии атомных производств и их расширении, на местах должны пройти гражданские слушанья, где как раз и можно вопросы связанные с работой атомной промышленности решить. Однако, ни местные власти, ни законодатели, привыкшие к дотационной халяве, этими вопросами не занимаются, отдав всё на откуп тому же Росатому, которому, как говорят, "ни с руки" в свой собственный карман залезать, так как приведение цен на ОЯТ скажется на себестоимости электроэнергии получаемой на АЭС.

За рубежом всё иначе. Там ежели захотел кто-либо объект атомный возвести, то прежде чем начать строительство долгий разговор приходится вести с местным населением о тех компенсациях, которые будут выплачиваться за наносимый вред. В Японии, например, чтобы построить АЭС в г. Онагава (префектура Мияги) энергетической компании «Тохоку дэнрёку» пришлось около десяти лет вести переговоры с местными властями. И только после того, как компания внесла в местный бюджет 1,3 млрд. иен и согласилась выплачивать компенсацию, которая только за десятилетний период строительства АЭС составила 11 млрд. иен, она получила разрешение на строительство.

В той же Японии еще в 1974 году, когда в процветающих она еще не значилась, парламент принял основополагающие законы в области использования ядерной энергии, как то: о развитии районов в местах размещения АЭС, удержании налогов с энергетических компаний и об образовании Спецсчета содействия развитию энергоисточников, с которого часть средств в виде субсидий и дотаций используется для пополнения местных бюджетов, которые, в свою очередь, используются на самые разнообразные цели, связанные с улучшением жилищно-бытовой инфраструктуры для населения: строительство дорог, спортивно-оздоровительных, культурно-массовых и медицинских учреждений, благоустройство территорий и т. д. И это притом, что нормы выбросов японских атомных станций в несколько раз ниже мировых.

К слову сказать, отчисления за хранение ОЯТ в краевой бюджет поступают. Которые, кстати, местные власти постоянно не по назначению используют. Так, например, согласно договоренности и заключенного договора, ГХК обязан перечислять в бюджет Красноярского края 25% от полученной прибыли за хранение зарубежного ОЯТ на экологические программы. Что он и делает, регулярно перечисляя краевым властям многомиллионные суммы. Кажется, радоваться этому нужно. Однако проведенная Счетной палатой Красноярского края несколько лет назад проверка поступлений в краевой бюджет и целевое использования средств за отработавшее ядерное топливо, поступивших от » за годы показала, что практически все программы, проводимые за счет этих средств, не выполнены. И не выполнены по одной причине – недостаточном финансировании. Попросту говоря, краевая администрация целенаправленные деньги умыкала по своему разуменью.

Чудить, кстати, с деньгами за ОЯТ начал еще бывший губернатор Александр Лебедь. Сначала он за эти деньги автомобили для ветеранов покупал, а потом сам решил «раззудить плечё» в атомном хозяйстве. А для этого потребовал от ГХК отдать ему прибыль с эшелона ОЯТ, и за счет ее приобрести горно-проходческое оборудование для одного из местных комбинатов. Не знаю, каким образом губернатор Лебедь Минатом уломал, но тот ему разрешил в атомных закромах похозяйничать. Результат – ни оборудования, ни денег. Толи сам Лебедь в этом деле профаном оказался, толи атомщики ему свинью подложили....... Поди разберись после его смерти с этим.

Бог с ним, с Лебедем. Дело прошлое. Но и нынешний губернатор Красноярского края Г с этим вопросом разбираться не хочет, хотя деньги за хранение ОЯТ край может получать немалые.

Простой расчёт упущенной выгоды от хранения ОЯТ показывает, что основную массу дотаций ЗАТО Железногорск можно намного уменьшить, если за хранение российского отработанного ядерного топлива местный Горно-химический комбинат будет получать не тот мизер, который ему платят в настоящее время, а соответствующую цену, хотя бы не ниже себестоимости его хранения.