РЕЗУЛЬТАТЫ АНКЕТИРОВАНИЯ
о параметрах единой юридической службы
органов исполнительной
власти субъекта Российской Федерации
(по Приволжскому Федеральному округу).
На данном этапе в анкетировании участвовало 19 человек, из них 18 – юристы (7 – сотрудники органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающие в правовом структурном подразделении, 4 – руководители правового структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, 3 – сотрудника юридической службы аппарата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации, 1 – руководитель \ заместитель руководителя органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, 1 - сотрудник органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающий в ином структурном подразделении, 1 – сотрудник правового структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ, 1 совмещает две функции - сотрудника органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающего в правовом структурном подразделении и сотрудника органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающего в ином структурном подразделении) и 1 не определил, является ли он юристом, однако обозначил свою функцию - сотрудник органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации ( кроме высшего), работающий в правовом структурном подразделении.
При этом на вопрос о поддержке создания единой юридической службы органов исполнительной власти субъекта Российской Федерации (то есть объединения всех специалистов органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации отвечающих за юридическую проблематику, в одну организационную структуру):
ответили утвердительно: десять человек из них: четверо (из семи) - сотрудники органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающие в правовом структурном подразделении, трое (из трех) - сотрудники юридической службы аппарата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации, двое (из четырех) - руководители правового структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, один - сотрудник правового структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации. Итого - 10 опрошенных;
в целом утвердительно («в целом поддерживаю, но с определенными исключениями») ответил один руководитель правового структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, с оговоркой о том, что в каждом исполнительном органе государственной власти субъекта должна сохраниться юридическая служба, обеспечивающая его деятельность. Итого - 1 опрошенный;
ответили отрицательно четыре человека - сотрудники органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающие в правовом структурном подразделении. Итого – 4 опрошенных;
затруднились ответить четыре человека – двое из них сотрудники органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающие в правовом структурном подразделении, один - руководитель правового структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, один - руководитель \ заместитель руководителя органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации. Итого – 4 опрошенных.
При этом нет очевидной связи между функциями соответствующего лица и отношением к созданию юридической службы.
Системного различия в позициях по параметрам единой юридической службы в зависимости от позиции по вопросу о принципиальной поддержке ее создания также не наблюдается:
1. На вопрос, в каком качестве предпочтительно создать единую юридическую службу 9 человек согласились с ее созданием в качестве отдельного органа исполнительной власти, обосновывая это необходимостью независимости данного органа и выполнения им определенных, конкретных функций, отсутствием давления, только в этом случае, возможно, будет реализовать принцип независимости с одной стороны, и учесть мнения всех с другой стороны, с целью обеспечения относительной самостоятельности, ответственности; 8 человек – в качестве структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, при чем аргументировали свой выбор тем, что создание структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации обеспечит эффективность и рентабельность законодательного процесса, с учетом реалий сегодняшнего времени – это наиболее приемлемый вариант; 1 (сотрудник юридической службы аппарата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации) в качестве структурного подразделения одного из органов исполнительной власти, считая, что это обеспечит управляемость структурным подразделением; 1 (юрист, сотрудник органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающий в правовом структурном подразделении) изначально не поддерживающий создание единой юридической службы органов исполнительной власти субъекта Российской Федерации (то есть объединение всех специалистов органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, отвечающих за юридическую проблематику, в одну организационную структуру) не выбрал ничего, явно игнорируя вопросы анкеты, обосновав свое неприятие создания единой юридической службы органов исполнительной власти субъекта Российской Федерации, оговоркой – «слишком много вопросов, для чего необходимо было бы сконцентрировать в одном Министерстве огромное количество специалистов».
2. На вопрос о том, каким актом надо регулировать деятельность единой юридической службы было дано 8 ответов «законом субъекта Российской Федерации», обосновывая свой выбор следующими аргументами: закон – это высший нормативный правовой акт, в котором должны быть закреплены основные права и обязанности юридической службы, чтобы было единое толкование и слаженная работа на основании единого закона для всех, для усиления значимости процесса нормотворчества, 8 человек считают, что регулировать деятельность единой юридической службы необходимо нормативным актом руководителя высшего исполнительного органа государственной власти / высшего должностного лица субъекта Российской Федерации, так как указанным актом можно предусмотреть все вопросы регулирования деятельности лиц, осуществляющих правовое обеспечение, юридическая служба – орган исполнительной власти и определять его правомочие должен только руководитель высшего органа исполнительной власти, вмешательство представительного органа при принятии закона недопустимо, высший исполнительный орган, государственной власти утвердит положение «под себя», 2 человека – актом руководителя аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, полагая, что если юридическая служба будет создана в качестве структурного подразделения, то логично регулирование деятельности осуществлять именно актом руководителя аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, при чем – на местах, т. е. в субъектах Российской Федерации.
3. На вопрос о том, должен ли у руководителя единой юридической службы быть особый организационный статус, утвердительно ответило 12 человек. В качестве варианта такого статуса 7 назвало заместителя руководителя аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, 1 - статус заместителя губернатора, 2 – статус министра и 2 – не определило статус. Отрицательную позицию высказали 6 опрошенных, аргументы приводили следующие: имеющиеся должности позволяют их наделить дополнительными обязанностями, в случае создания конкретного органа и наделения его специальными полномочиями будет достаточно возможности для влияния, в республиках у высшего должностного лица нет заместителей, а заместитель руководителя аппарата – очень низкая должность и несамостоятельная, это такой же исполнительный орган, как и другое министерство.
4. 16 опрошенных утвердительно ответили на вопрос о том, должна ли сотрудникам единой юридической службы устанавливаться специальная ежемесячная надбавка за выполнение правовой работы. При этом предполагаемый размер надбавки разнообразен: от 50% должностного оклада до среднемесячного дохода государственного служащего, оговаривая, что размер надбавки должен быть минимально 50 000 рублей (1 человек твердо назвал определенную сумму) в основном же встречаются обобщенные формулировки – соразмерно нагрузке сотрудника, реалиям времени, достойной статуса сотрудника. Высказался против специальной надбавки 1 человек (руководитель правового структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) и 1 (сотрудник органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающий в правовом структурном подразделении) затруднился ответить.
5. В качестве базового перечня структурных подразделений, которые могли бы быть в единой юридической службе, участникам анкетирования были предложены следующие подразделения:
- правовой экспертизы правовых актов и проектов правовых актов,
- юридико-лингвистического редактирования проектов правовых актов,
- представления интересов органов исполнительной власти в суде,
- правового консультирования руководства органов исполнительной власти.
В целом с их составом согласились. 12 опрошенных ( из них 6 - сотрудники органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающие в правовом структурном подразделении), 3 - сотрудники юридической службы аппарата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации, 2 - руководитель правового структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, 1 - руководитель \ заместитель руководителя органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации) считают, что необходимы все выше указанные структурные подразделения, которые могли бы быть в единой юридической службе, дополняя базовый перечень структурных подразделений разработкой проектов правовых актов, законотворческой деятельностью, нормотворческой деятельностью подзаконных актов, регистрацией нормативных правовых актов органов государственной власти и местного самоуправления и ведения их реестра, аналитической службы, службы подготовки юристов. 5 респондентов исключили подразделения правового консультирования руководства органов исполнительной власти, представления интересов органов исполнительной власти в суде, с оговоркой создания подразделений разработки законов и подзаконных актов и разработки предварительного материала с целью представления его Правительству.
6. На вопрос о том, согласны ли с тем, что единая юридическая служба должна подчиняться обязательно непосредственно высшему должностному лицу (руководителю высшего исполнительного органа государственной власти) субъекта Российской Федерации, утвердительно ответили опрошенных 11 опрошенных, аргументируя свое мнение тем, что это обеспечит достаточно высокий статус единой юридической службе и стабильность, независимость, так как работа исполняется во исполнение общих задач субъекта Российской Федерации, интересов населения, то в целом их должно представлять высшее должностное лицо. Отрицательно ответило 4 респондентов, обосновывая свой ответ следующим образом: «достаточно подчиняться заместителю руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта» (мнение сотрудника органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающий в правовом структурном подразделении)), «высшее должностное лицо Республики Башкортостан – Президент, однако все министерства подконтрольны Правительству, Министерство юстиции не должно быть исключением» (мнение руководителя правового структурного подразделения аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации). 3 – затруднились ответить.
7. Был предложен следующий перечень специальных прав руководителя единой юридической службы:
- запрашивать у структурных подразделений аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, у органов исполнительной власти субъекта Российской Федерации, а также у организаций, подведомственных этому органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации, справки и другие документы, необходимые для выполнения своих обязанностей;
- привлекать с согласия руководителя структурных подразделений аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации и (или) органов исполнительной власти субъекта Российской Федерации работников этих подразделений и (или) органов для подготовки документов, а также для разработки и осуществления мероприятий, проводимых единой юридической службой в соответствии с возложенными на него функциями;
- принимать решения о несоответствии проектов правовых актов, подготовленных структурными подразделениями аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации и (или) органами исполнительной власти субъекта Российской Федерации, требованиям законодательства и о возвращении их на доработку;
- принимать участие в совещаниях, проводимых органами государственной власти субъекта Российской Федерации, при обсуждении на них вопросов, касающихся практики применения законодательства Российской Федерации и субъекта Российской Федерации и иных участков правовой работы.
15 опрошенных согласились с предложенным перечнем специальных прав руководителя единой юридической службы. 1 сотрудник юридической службы аппарата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации предложил исключить специальное право «принимать участие в совещаниях, проводимых органами государственной власти субъекта Российской Федерации, при обсуждении на них вопросов, касающихся практики применения законодательства Российской Федерации и субъекта Российской Федерации и иных участков правовой работы». 1 сотрудник органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающий в правовом структурном подразделении, считает лишним право «запрашивать у структурных подразделений аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, у органов исполнительной власти субъекта Российской Федерации, а также у организаций, подведомственных этому органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации, справки и другие документы, необходимые для выполнения своих обязанностей». 1 сотрудник юридической службы аппарата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации предложил исключить специальное право «принимать решения о несоответствии проектов правовых актов, подготовленных структурными подразделениями аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации и (или) органами исполнительной власти субъекта Российской Федерации, требованиям законодательства и о возвращении их на доработку».
8. На вопрос, должны ли специалисты единой юридической службы быть закреплены за конкретными органами исполнительной власти для их правового обслуживания, 10 опрошенных ответило, что специалисты единой юридической службы должны быть частично закреплены за конкретными органами исполнительной власти для их правового обслуживания. 1 сотрудник органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающий в правовом структурном подразделении, считает, что все должны быть закреплены таким образом. И 7 респондентов высказались в принципе против закрепления.
9. При этом, на вопрос, где должно находиться рабочее место специалистов единой юридической службы, закрепленных за органом исполнительной власти (если такое закрепление предусматривается), 12 респондентов высказались за размещение в помещениях, где находится единая юридическая служба в целом. 5 ответили, что в помещениях, закрепленных в установленном порядке за соответствующими органами исполнительной власти субъекта Российской Федерации. И 1 сотрудник органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации (кроме высшего), работающий в правовом структурном подразделении, поддержал 2 вышеизложенных варианта размещения рабочего места специалистов единой юридической службы, закрепленных за органом исполнительной власти.
10. На вопрос о том, должны ли руководители органов исполнительной власти иметь возможность давать указания по выполнению юридической работы работникам единой юридической службы утвердительно напрямую ответил 1 опрошенный (сотрудник юридической службы аппарата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации) и 2 утвердительно, с оговоркой, что это допустимо, только если соответствующие работники закреплены за соответствующим органом исполнительной власти. 14 респондентов считают, что руководители органов исполнительной власти могут иметь возможность давать указания по выполнению юридической работы работникам единой юридической службы только через обращение к руководителю единой юридической службы. И 1 сотрудник органа исполнительной власти субъекта РФ (кроме высшего), работающий в правовом структурном подразделении, отметил два наиболее распространенных ответа (характерно, что этот же респондент в 9 вопросе также выбрал 2 варианта): «да, если соответствующие работники закреплены за соответствующим органом исполнительной власти» и «нет, только через обращение к руководителю единой юридической службы».
11. С тем, что поощрение работников единой юридической службы, а также применение к ним мер дисциплинарной ответственности осуществляется только на основании представления или по согласованию с руководителем единой юридической службы согласилось 15 опрошенных. Обосновывая свой ответ следующими рассуждениями: «знание компетентности своего работника», «иначе теряется смысл единой службы и занижается статус руководителя этой службы», «работник полностью или частично подчиняется руководителю единой юридической службы», «для сохранения независимости работников юридической службы», «руководитель в целом персонально должен нести ответственность», «гарантируется при этом защищенность государственного служащего и повышается ответственность», «только руководитель может оценить работу своих подчиненных», «меры дисциплинарной ответственности должен применять руководитель аппарата высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации». 3 респондента ответили отрицательно, так как «не по согласованию, а непосредственно руководитель единой юридической службы, ведь юрист - сотрудник этой юридической службы», «руководитель единой юридической службы не всегда может быть его непосредственным руководителем».
