Житие Софьи Ярославны Тверской и Поучение Есифа

Автор доклада:

Данные об авторе: РГБ

Название доклада: Житие Софьи Ярославны Тверской и Поучение Есифа*

__________________________________________________________________________________

Из имеющихся публикаций текста Жития Софьи Ярославны Тверской[1] лишь в издании отмечено испорченное место, содержащее, пропуск. Этот дефект был, как теперь ясно, в протографе обоих списков (как Рог. № 000, так и Чув. № 14): Этот дефект был, как теперь ясно, в протографе обоих списков: «И потому разумёти, ажь гнилою и мертвою вещью… образомъ Святыа Троица соущимъ в нас оумьнымъ талантомъ и словомъ, и душею, аже ли кто оумныи талантъ даръ Божии, свётилникъ спасенаго промысла погребъ въ земли…»[2]. Пропуск этот можно восполнить по источнику, который использовал автор произведения о Софье. Это «Поклонъ и бл~гословление Ь Есифа къ дётемъ моимъ и братии моеи», сохранившийся в двух списках: рубежа XIV–XV в. – РНБ. Соф. № 000 (Трифоновский сборник) и XVI в. – РГБ. Унд. № 000. Здесь читается: «И потомоу разумёти, аже негли не гнилою и м~ртвою вещию, не ногама велить себе искати сп~сния, но бесм~ртною вещию, образомъ С~тыя Тр~ца, сущимъ в нас оумнымъ талантом г~ломь и д~шею. А иже кто оумныи… талантъ даръ Б~ии свётилникъ спzнаго промышла погрёбъ въ земли…»[3]. Понятно, что причины пропуска – гаплографические: выпущен текст между дважды встречающимся словом «вещью».

В целом же автор Жития цитирует значительный фрагмент из сочинения Есифа со слов: «И самъ Христосъ то же глаголеть…» (С. 140) – до слов: «…комоуждо насъ того боятися» (С. 141). При этом он проявляет себя как искусный книжник, виртуозно подстраивающий используемый текст к предмету и задачам своего сочинения:

Поучение Есифа А иже кто оумныи талантъ, даръ Б~ии, свётилникъ с~пснаго промышла погрёбъ в земли погыбающихъ вещии, начнетъ ногами искати Б~а, не в Ерzлмё сущаго, но всю в(селённоу) горстию wбдъдерж(ащаго)... (С. 135)

Житие Софьи Аже ли кто оумныи талантъ, даръ Божии, свётилникъ спасенаго промысла погребъ въ земли погибающих вещеи, начнет лёнитися о своемъ спасении или паки комоу въсёетъ врагъ въ сердце изыти изо ограды святого Афонасия, похуляюще небрежениемъ иноческое житие… (С. 140)

Текст продолжен иначе, поскольку для тверского женского монастыря проблема стремления инокинь в Святую землю, видимо, не имела актуальности, зато случаи ухода из монастыря, очевидно, были. Далее у Есифа приводит льстивые слова дьявола, а автор Жития использует их для изложения доводов тех, кто по дьявольскому наущению хочет уйти за монастырскую ограду:

Поучение Есифа не спzтися на (единомъ мё)стё, взищи Б~а, поиди въ страны, взищи Ерzлма и с~тхъ местъ, кдё знамёниa и чюдеса дёются… (С. 136)

Житие Софьи А которая чюдеса или знамениа дёются въ манастыри семъ, по чему разоумёти, аже добро житье общее? (С. 140)

Наконец автору приходится опустить обращение «братие» и снова исключить обличение поиска спасения «ногами»:

Поучение Есифа Лёпо было, братиa, комоуждо насъ того боящzе… (С. 136).

Житие Софьи Лёпо было комоуждо насъ того боятися, понеже дёвы есмы (С. 141).

Обнаружение источника произведения о Софье дает возможность весьма серьезно скорректировать датировку самого Поучения Есифа, ибо Житие Софьи датировано: это 1305–1306 г.[4] Таким образом, ясно, что произведение Есифа должно было существовать уже в самом начале XIV в. К сожалению, это не приближает нас к разгадке того, кто же является автором Поучения, но дает возможность отказаться от предположения о том, что им мог быть архимандрит Юрьева монастыря Иосиф, т. к. сочинение это должно было быть написано значительно раньше, чем в 30–40-е г. XIV в.[5]

Как уже говорилось, один из двух его списков входит в т. н. Трифоновский сборник – кодекс, содержащий учительные слова, в основном обличительного характера, касающиеся различных недостатков в церковной жизни. В сборник входит Власфимия – произведение той же направленности. Другой список вошел в состав патерикового сборника: рукопись содержит Скитский патерик с прибавлениями рассказов и поучений из других патериков и сборников. В списке Унд. № 000 Поучение Есифа завершает рукопись. В этот сборник Поучение могло быть включено, поскольку касается правил монашеской жизни и содержит рассказ из Лавсаика о женщине в образе лошади, представшей так из-за того, что не причащалась 3 недели.

Учитывая разночтения списков, определенно можно сказать, что в заимствованном фрагменте Житие Софьи ближе к списку Ундольского. Так, в ряде случаев по разночтениям текст в Житии Софьи совпадает со списком Унд. № 000, в одном – со списком Соф. № 000 (В Житии и Соф. № 000: «гнилою и мертвою вещью», в Унд.: «гнилою м~ртвою вещию») и в нескольких – дает свой вариант.

Свой вариант Житие дает в трех случаях, причем первый из них – наиболее сложный, т. к. здесь расходятся еще и списки самого Жития:

Поучение Есифа 1. всякое (Унд.: всякоa) оутехы плотьскыя 2. спzнаго промышла 3. знамёниa и чюдеса дёются

Житие Софьи всякиа (но по Рог.: всякоя) оутёхы плотския сп~снаго промысла чюдеса или знамениа дёются

Совпадения Жития и Унд. № 000 в отличие от Соф. № 000 следующие:

Соф. № 000 1. по вся д~ни търпить всяку ноужю и хулнаa словеса 2. сущимъ в нас оумнымъ талантом, г~ломь и д~шею 3. А иже кто оумныи оумныи талантъ…

Унд. № 000, Житие Софьи по вся дни терпитъ всякó ноужю и хоулная лживая словеса соущимъ в нас оумьнымъ талантомъ и словомъ, и д~шею Аже ли кто оумныи талантъ…

Несколько более сложная картина совпадений и отличий в четвертом фрагменте:

Соф. № 000 4. Родъ золъ, лукавъи и любодёевъ знамения ищеть, знамёние се[6] не дастъся емоу. Моужи ниневгитьстии и ц~рца оужицьскаa[7]

Унд. № 000 Родъ золъ, лукавъи и любодёевъ знамения ищеть, знамёние не дастъся ему. Моужи ниневгитьстии и ц~рца оужескаa

Житие Софьи Род золъ, лоукавъ, любодёивыи знамениа ищетъ, и знамение не дасътъся емó. Моужи ниневгитстии и ц~рца Южская

Список Ундольского дает более правильные чтения и в тех частях текста, которые не заимствовались автором Жития:

Соф. № 000 прочитати же оучениa бжzтвенаa по Сп~совоу оучению: «Горе буякомъ слёпымъ…»

Унд. № 000 почитати бжzтвенаa оученiа и по Сп~совоу словоу: «Горе буaком слёпымь…»

Здесь, очевидно, ошибочно повторено «учение» вместо «слова», которое уместнее при введении прямой речи.

Обнаруживаются в Соф. № 000 неверные грамматические формы:

Соф. № 000 1.  то и тако имъ не болозё, а нынё дьржащимъ ту власть ерёwмъ 2.  ни имамъ никоего же слова 3.  аже Х~съ всёмъ равно надежю спzние даровалъ 4.  [се ли съхра]няся Ь смёше

Унд. № 000 то и тако имъ не болозё, акы н~нё держащимъ тоу власть ерёемъ не имамъ никоего ж(е) слова аже Х~съ всёмъ равно надежю сп~сения даровалъ се ли съхранятся Ь смёса

Дважды в Соф. № 000 встречаются пропуски:

Соф. № 000 1.  Iw~нъ Ексархъ вчинилъ в книгы, гл~мыя Съставъ 2.  Макарии же нётуть вины никоея же

Унд. № 000 И Ь ~wчьскых книгъ слово w с~тмь Макарьи Iwан ексархъ въчинилъ в книгы, гл~емыя Съставъ Макарiи же реч(е): не соут вины никоеa

Есть случай и обратный – в списке Трифоновского сборника используемый евангельский текст оказывается несколько ближе к оригиналу, хотя в любом случае цитата здесь неточна:

Соф. № 000 сами не внидуть въ жизненыя двёри и хотящимъ затворяють

Унд. № 000 сами не внидут въ жизненыa двёри, а хотящимъ внити затворяють

Евангелие от Луки сами не внидосте, и входящымъ возбранисте

Очевидно, автор Жития Софьи располагал списком более ранним, чем оба нам известные. И этот список был свободен от погрешностей текста Поучения, встречающихся в Трифоновском сборнике. Это означает, что такой же исправный список был в руках и составителя сборника из собрания Ундольского (т. е. исправность текста в этой рукописи нельзя отнести насчет исправлений переписчика и ли редактора).

Относительно же самого Поучения можно предположить, что написано оно русским автором, о чем свидетельствует русифицированное имя – Есиф, а не Иосиф. Кроме того, одна из тем Поучения – осуждение паломничеств в Святую Землю. Известно, что на Руси к паломничествам отношение было сложное[8], в Византии же подобная проблема не стояла. Таким образом, обнаружение литературного источника Жития Софьи Ярославны Тверской проливает свет на круг чтения тверского книжника начала XIV в. и позволяет уточнить датировку самого этого источника.

* Работа выполнена при поддержке РГНФ (проект № а).

[1] О публикациях памятника см.: Конявская Софьи Ярославны Тверской в сборниках РГБ // Румянцевские чтения – 2004. М., 2004. С. 124-128.

[2] Кучкин Софьи, сестры Михаила Ярославича Тверского// Религии мира. История и современность. 2002. М., 2002. С. 140 (далее ссылки на это издание в тексте в скобках).

[3] Никольский для истории древнерусской духовной письменности. // СОРЯС. СПб., 1907. Т. 82. № 4. С. 135 (далее ссылки на это издание в тексте в скобках).

[4] См.: Кучкин было написано Житие Софьи Ярославны Тверской? // Мир житий. М., 2002. С. 114.

[5] См.: Прохоров // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1. XI – первая половина XIV в. Л., 1987. С. 125.

[6] Местоимение «се» в евангельских текстах отсутствует.

[7] В евангельских текстах «южская»

[8] См., например, Ответы Нифонта на вопрошения Кирика и Илии (РИБ. СПб., 1908. 2-е изд. Т. VI. Стб. 27, 61-62.